Киберсант Анатолий Белоусов Алексей Барский потерял квартиру. Пьяного развели черные риелторы, подпись под договором поставил сам, а выбивать справедливость у грозивших закопать под стройкой с инвентарным номером — занятие бесполезное. Теперь он живет в котельной, работает за двоих и питается по талонам в производственной столовой. Компьютер и книги спрятаны у друга, а собственное жилье сменил на металлическую лежанку над котлами. Когда-то он верил, что литературный талант вытащит его из провинциального быта. Вместо этого семь лет кочегарил, получил отказ от единственного местного издательства и остался без крыши над головой. Барский — человек с высшим образованием и десятилетней практикой осознанных сновидений. Он умеет останавливать внутренний диалог, медитирует на скамейке в заброшенном сквере и читает Кастанеду. Но вот беда: его интеллект работает лучше на словах, чем на деле. Он теоретически просчитывает путь от нищего бродяги до писателя-бестселлериста, а на практике тратит последние деньги на пиво и сидит в интернет-кафе, просматривая спам о финансовых пирамидах. Его слабость — в постоянном откладывании решений в ожидании мистических озарений. Даже потерю квартиры он пытается обернуть в «волшебный пинок судьбы», вместо того чтобы просто найти комнату и уйти от пьяных слесарей. Алексей рискует окончательно раствориться в нищете, которую сам себе устроил. Он уже научился не напиваться при начальстве и отказывать в мелких поборах наглецу-охраннику, но этого мало. Его писательские амбиции требуют компьютера и связи, а не мятой газеты с объявлениями о съеме жилья. Годы, вложенные в осознанные сновидения, вдруг дали странный сигнал — контакт с «высшим Я» и намек на то, как выбраться из тупика. Барский не знает, правда ли это проблеск спасения или очередная ловушка его собственной фантазии. Отступать некуда: котельная временная, деньги кончаются, а возвращаться к бывшему соседу с новой просьбой о займе — ниже достоинства. Он должен либо наконец применить свой ум по назначению, либо окончательно сдаться, превратившись в того самого бомжа, каким уже чувствует себя. ==================== © Анатолий Белоусов © Анатолий Белоусов Внимание! Данная книга является художественным произведением, носит исключительно развлекательный характер, не осуществляет призывов к какой-либо деятельности и не преследует цели кого-либо оскорбить. Все персонажи и события романа вымышлены, а любые совпадения с реальными людьми и событиями случайны. Все сказанное в книге является оценочным суждением автора. Внимание! В тексте присутствуют сцены употребления наркотиков. Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность! 18+Содержит нецензурную брань! Посвящается моему другу и бизнес-партнеру Никите Королёву, без которого эта книга никогда не была бы написана. Басурманов пошел на курсы Изучать интернет-ресурсы, И теперь ему файлы снятся — Никуда от проклятых не спрятаться! Очень скоро учебу забросит он, И глубокий его скосит сон… Иван Хлюпов. Соло на Витгенштейне ⎯ От того, что ты засунул в жопу перо, ⎯ говорит Тайлор, ⎯ ты еще не стал павлином… Чак Паланик. Бойцовский клуб ---------- 1 Кочегар. Воришка 1 Кочегар. Воришка В день погожий, в ночь ненастья — Кто-нибудь рожден для счастья. Для кого рожденье – счастье, Для другого – лишь напастье. Уильям Блейк Автобус сломался, не доехав двух остановок до конечной. Влетел передними колесами в рытвину, провалился, уперся бампером в асфальт и остался стоять. Всколыхнувшаяся и прильнувшая было к окнам пассажирская масса взволнованно загудела. А когда окончательно стало ясно, что дальше транспорт не пойдет, повалила на выход. «Ну вот, муха б***ская, – с досадой подумал Алексей Николаевич, одним из последних покидая теплый салон. – Мало того что на смену опоздаю, еще и под дождем шлепать придется». Оказавшись на улице, он высморкался, поднял воротник плаща и, не переставая чертыхаться, побрел по обочине, так как тротуары в этой части города почему-то отсутствовали. Помимо всего прочего, было жаль напрасно отданных за билет пяти рублей. Тяжелая дверь проходной поддалась не сразу. Алексею Николаевичу пришлось ухватиться за ее грязную скобу обеими руками, несколько раз хорошенько рвануть на себя, и только после этого он сумел протиснуться через узкую щель внутрь. Дверь тут же с треском за ним захлопнулась. Ржавая пружина звякнула. – Так, Николаич, опять оп-паздываем? – высунулся из своей будки охранник, трезвый и хмурый. С улицы просигналили. Охранник отошел от стола и принялся щелкать переключателями. Через серое запыленное окно Алексей Николаевич видел, как медленно отползают в сторону металлические ворота. Клубок спутанной колючей проволоки на них трепыхался словно большой мохнатый паук. Щелкнул тумблер, машина въехала на территорию базы, и ворота медленно поползли обратно. Паук из колючей проволоки, за что-то зацепившись, свесился набок. – Ну, так какого хрена оп-паздываем, гражданин? – переспросил охранник, возвращаясь к столу. На сей раз в вопросе его звучала снисходительная ирония. – Отвали, Свистунов, не дави на психику. – Алексей Николаевич взмахнул пропуском и, крутанув турникет, вошел на территорию предприятия. Несмотря на сумерки, наступившие несколько раньше обычного из-за обложивших город дождевых туч, фонари до сих пор не горели. Пару раз наступив дырявым ботинком в скопившиеся на плохо заасфальтированной дорожке лужи, Алексей Николаевич отметил, что трезвый образ жизни Свистунову на пользу явно не идет. Зажигать вечером фонари было его прямой обязанностью. Еще он подумал, что дырявый башмак давно следовало выкинуть на помойку или, в крайнем случае, отнести в ремонтную мастерскую. Вот только финансов на покупку новой обуви, равно как и на ремонт старой, у него, увы, в настоящее время не было. Внимательно глядя под ноги, Алексей Николаевич пересек темный двор, распахнул незапертую решетку и вошел в котельную. – Ну, ты чего, блин! Оборзел, что ли, в конец? – с порога накинулся на него сменщик, уже давно переодевшийся и поджидающий Барского у самого выхода. – Привет, Коля, – виновато отводя глаза в сторону, поздоровался Алексей Николаевич. – Автобус сломался, я тут ни при чем. Две остановки пешком отмахал. Видишь, нитки сухой не осталось. – А меня это колышет?! Не можешь на автобусе, ездий на тачке. Я уже давно дома должен быть, а из-за тебя торчу тут, как кость в заднице!.. Он свирепо сверкнул глазами. – Ладно-ладно. – Алексей Николаевич снял мокрый плащ и повесил его поближе к остановленному, но все еще теплому котлу (образ торчащей из задницы кости зацепил его воображение за живое), – в следующий раз приду на полчаса раньше. – Раньше… – проворчал, успокаиваясь, сменщик. – Вовремя надо приходить, тогда и про автобусы врать не придется. Продолжая коситься на Алексея Николаевича, он шагнул к двери, ударился о запертую створку и, ругнувшись «бл***ю», вышел на улицу, так и не попрощавшись. – Тоже юмор, – пожал плечами Барский. Переодевшись в рабочий комбинезон, он первым делом набрал в старенький металлический чайник воды и водрузил его на электрическую плитку. Остановленная котельная производила довольно странное впечатление. Словно внезапно опустевший павильон железнодорожного вокзала или брошенная обитателями деревня. Алексей Николаевич прошелся взад-вперед, с важным видом осматривая свое хозяйство, затем уселся за операторский стол и, достав из ящика сменный журнал, принялся его заполнять. «Котельное оборудование, запорная арматура, газопровод и взрывные клапана в норме. В наличии: электрическая плитка, фонарь и зарядное устройство к нему. Никаких происшествий за время дежурства не произошло ». Стандартный набор фраз. Смену сдали, смену приняли… Дежурить «в ночь» Барский вышел один, но, как и было положено, рядом с собственной вписал и фамилию своего напарника. Вообще-то, отопительный сезон должен был начаться две недели назад, но, так как столбик термометра ни разу за это время не опустился ниже отметки в +5 °С, ночью, когда пар для производства был не нужен, котлы стояли, а потому дежурить они с напарником выходили по одному, поочередно предоставляя друг другу своеобразный «неформальный отгул». Поставив залихватскую подпись, Алексей Николаевич засунул журнал обратно в ящик стола. Всё! На этом его обязанности заканчивались. Остававшееся до утра время можно было посвятить либо чтению книг, либо их написанию, либо же плюнуть на все и с чистой совестью завалиться спать. Сотворив чаю, он вернулся обратно к столу с дымящейся кружкой и пакетом печенья. Закурил, откидываясь на спинку операторского диванчика. Вытянул ноги, с наслаждением похрустел суставами. Возникло мимолетное желание достать из своего шкафчика магнитофон, но подниматься было лень, и он остался сидеть. Перед закрытыми глазами замелькали образы рассказа, над которым он сейчас работал. Дурацкий рассказик, по большому счету, но бросить его недописанным Барский не мог. Не в его это было правилах. Сюжет рассказа заключался в следующем. Жили-были три брата: старший, средний и младший. Жили дружно. Младшие уважали и слушались старшего, а тот был им вместо отца. Традиционные такие семейные ценности. И вот, в возрасте двадцати пяти лет старший брат трагически погибает, а его место в семье занимает средний. Младший теперь во всем слушается его. Но проходит всего год, и умирает второй брат. Самый младший остается на этом свете один. Худо ли бедно ли, но прожил он длинную жизнь и умер в возрасте аж семидесяти лет, от старости. Попадает он стариком на тот свет, а там его уже поджидаютмолодые братья. Встречаются они все втроем, но… Вот ведь парадокс, именно младший теперь оказывается среди них самым великовозрастным. Тогда как тот, что при жизни был старшим, теперь становится вдруг младше всех остальных. Ведь ему-то так навсегда и осталось лишь двадцать пять. И как двадцатипятилетний балбес будет верховодить семидесятилетним мудрым старцем?.. В общем, стоят два молодых брата и смотрят на своего поседевшего «младшенького», который, по сути, оказался из них теперь самым старшим, причем с солидным таким отрывом. «Ну, привет, сопляки, – говорит семидесятилетний дед. – Что, заждались меня здесь небось, а?» И все трое совершенно не понимают, что же им делать и как быть. «Привет, младшенький ты наш… дедушка, – отвечают два других брата и сами офигевают при этом. – Получается, теперь ты у нас самым старшим и главным будешь?..» Ну и так далее, в том же роде. Такие вот парадоксы жизни и смерти. Такая вот современная трактовка евангельского «последние, которые будут первыми, и первые, которые будут последними ». Он уже почти полностью вжился в образы своих персонажей, когда дверь котельной распахнулась и на пороге возник Свистунов. – Николаич, мать твою за ногу! – завопил он страдальческим голосом. – Ты чё, изверг, совсем нас там, что ли, з-заморозить на хрен решил? А ну разжигай печку, хватит храпеть. Алексей Николаевич открыл глаза и выпрямился. – Да вроде бы не холодно, – с надеждой в голосе возразил он. – Какое там не холодно! Задубели, к-как на морском дне. Чё за фигня-то такая? – Хм… Вообще-то, не положено без распоряжения энергетика или начальника котельной. Я не могу… – Ты это, – Свистунов недобро нахмурился, – ты давай не муди. Разжигайся, тебе говорят. Г-градус давай! Он еще немного посверлил Алексея Николаевича свирепым взглядом, после чего развернулся и вышел вон, всем своим видом давая понять, что никаких возражений после столь содержательного разговора быть не может. Раздавив окурок в пепельнице, Барский вылез из-за стола. – Г-гнида сторожевая, – проворчал он, передразнивая заикание охранника, и подошел к щиту управления. Минуту поколебался, после чего запустил-таки циркуляционный насос, подпитал котел и врубил тягодутьевой агрегат. Если говорить начистоту, то где-то в глубине души он немного побаивался Свистунова. Слишком уж тот был наглым, напористым и даже, если верить слухам, имел за спиной несколько ходок на зону. Приди вместо него кто другой, и Алексей Николаевич без колебаний послал бы нежданного визитера на три буквы. А тут… Огонек зажигалки перекинулся на скомканную газету, предусмотрительно положенную на металлический совок точно под зияющим отверстием гляделки. Пламя начало быстро пожирать бумагу. Опасаясь, как бы газета не прогорела раньше времени, Алексей Николаевич торопливо снял с крюка запальник и, воспламенив его от газеты, ловко ввел через крошечное отверстие в топку. Красноватые блики заплясали внутри котла. Удовлетворенно выдохнув, он начал открывать газовые задвижки – сначала контрольную, затем основную. Один оборот, два, три… Уровень воды в жидкостном манометре дернулся, но в тот же самый момент неустойчивый огненный язычок на конце запальника фыркнул и погас, оторванный мощным воздушным потоком. Газета на полу, превратившаяся в черный комок, догорала. Еще пара секунд, и всю процедуру розжига придется повторять заново. Алексей Николаевич резко выдернул запальник из топки, быстро поднес его к потухающей бумаге и… успел! Стальная трубка с тянущимся от нее к газопроводу шлангом запылала в его руке олимпийским факелом. С той же стремительностью он вогнал запальник обратно в топку, в самый последний момент с ужасом начиная осознавать свою ошибку, но будучи уже не в состоянии что-либо изменить – рука двигалась по инерции. Волосы на затылке встали дыбом, и, прежде чем из груди его вырвался крик, прогремел взрыв. Дернувшись всем телом, он проснулся. «Фу ты, бл*дь! Приснится же, блин, такое…» Перед глазами все еще стояла адская картинка: распахнутые настежь двери котельной, выбитые взрывом окна, запальник, вылетающий из гляделки, словно гарпун из китобойного орудия, развороченная взрывом обмуровка котла и медленно оседающая цементная пыль. Кажется, еще какая-то белиберда снилась. Что-то компьютерное, не вписывающееся в контекст сновидения, постороннее, но в то же время до боли знакомое. – Бр-р!! Помотав головой, Алексей Николаевич обвел помещение мутным взором. Все было в полном порядке. Котел стоял на месте (…никуда не убежал, падла… ). На нижней части обмуровки, образующей некое подобие завалинки, мирно спал свернувшийся клубком кот, всеобщий любимец и жуткий лоботряс. Точно под горелкой улегся, хитрая морда. Знает, где теплее. Сонно ворчал холодильник, переваривающий в своем чреве нехитрую операторскую жратву. Несколько бабочек колотились в трубку моргающей под потолком неоновой лампы. – Слава тебе, Господи!.. – выдохнул Барский. На операторских курсах, где обучался Алексей Николаевич, о взрывах котлов рассказывали невероятные истории. Пробитые паровым барабаном потолки и обрушившиеся кирпичные трубы, развороченные дымоходы и погребенные под обломками котельных кочегары – виновники совершенных ими же трагедий. Самым опасным считался взрыв, происходящий при подпитке парового котла, в случае глубокого упуска. Ситуация, когда вода из верхнего барабана уходит, а сам котел продолжает работать. И чем дольше он работает, тем сильнее раскаляется верхний барабан. Стоит ли говорить, что может произойти, когда проснувшийся оператор, вместо того чтобы срочно перекрыть газ и прекратить горение, в панике нажимает кнопку подпиточного насоса и подает внутрь свежую порцию воды? Если непонятно, о чем идет речь, представьте, что вы плеснули воду из чайника на раскаленную сковороду. Вот только котел, в отличие от сковороды, сосуд замкнутый. Мгновенно обратившаяся в пар вода со страшной силой разрывает герметичную стальную оболочку, производя при этом эффект подброшенного террористами мощного взрывного устройства. Впрочем, иногда котел срабатывает не как бомба, а наподобие реактивного снаряда. Нечто подобное приключилось в одном небольшом колхозе, куда для запаривания силоса из города приволокли переносной паровой агрегат – здоровенную бочку с трубой и на полозьях. Осень, холодно… Дабы понапрасну не мерзнуть, деревенские умельцы оборудовали лежанку прямо на этой бочке. Ночью котел работает на автомате, а оператор лежит себе сверху и дрыхнет. Беспечные сельские жители! Ну как можно доверять свою жизнь безмозглому автомату?! Вода из котла ушла, около часа он работал, будучи абсолютно пустым, а потом очнувшаяся вдруг автоматика решила открыть подпиточный клапан… А кочегар запузыривает себе. Ему и в голову никогда не приходило, что автомат создан вовсе не для того, чтобы полностью заменить собой оператора. Пришедшие наутро колхозницы долго не могли понять, куда это подевался кочегар, да еще вместе с котлом, и почему в стене зияет дыра, через которую видно покрытое первым снежком колхозное поле. Не сразу это сообразило и прибывшее на место происшествия начальство, пока не вылезло через дыру и не обнаружило котел посреди чистого поля, в сотне метров от фермы. В сторону деревни от котла тянулась цепочка свежих следов. – Проснулся, подлец, понял, что смена кончилась, и ушел домой, – констатировал один из начальников, взглянув на часы. И хотя приснившийся Алексею Николаевичу взрыв нельзя было отнести к категории особо опасных (на кочегарском жаргоне он и назывался-то вполне безобидно – «хлопок при розжиге»), хорошего сие сулило мало. Выбитые стекла, развороченная обмуровка, заваленное мусором и цементной крошкой помещение котельной… Ну и, как следствие, лишение премии до конца года, а то и вовсе увольнение по статье. Словом, проснуться и обнаружить, что все это только сон, было большим облегчением. Полная противоположность тому, когда тебе снится найденный дипломат с американскими деньгами или горшок скифского золота. Тогда просыпаться совсем не хочется, ты делаешь нелепые попытки ухватиться за ускользающее сновидение, а проснувшись-таки, сетуешь на судьбу, преподносящую тебе подобные подарки исключительно во снах. Выцарапав из пачки новую сигарету, Алексей Николаевич закурил. Дым тоненькой струйкой потянулся вверх. «Интересно, – подумал он, – к чему мне приснился этот кошмарик? Объективных причин для беспокойства как будто бы нет. Разжигаюсь я всегда аккуратно, не то что некоторые. Не такой я дурак, чтобы в случае отрыва пламени повторять розжиг, предварительно не провентилировав топку. Не новичок, слава богу. Семь лет уже этой херней занимаюсь. Да и запускать котел до утра нет никакой необходимости. Прохладно, не спорю, но температура-то плюсовая. Так что…» Дверь котельной с треском распахнулась, и на пороге возник Свистунов. – Николаич, едят тебя мухи! – заорал он. – Ч-чё за фигня-то такая, а? Ты топить сегодня думаешь или нет? З-задубели, аки бесы в проруби! Несколько секунд Алексей Николаевич смотрел на Свистунова с выражением крайнего замешательства и чуть ли не ужаса. «Это что же такое? – замигало у него в мозгу. – Это сон в сновидении, да?..» Однако реальность происходящего не вызывала никаких сомнений, и волей-неволей гипотезу о многослойных сновидениях пришлось откинуть. – Ты чего? – невольно понижая голос, спросил Свистунов. По всей видимости, выражение лица Алексея Николаевича его весьма озадачило. – Как п-привидение увидел, честное слово. – Ничего, – ответил Барский. – Так, показалось… – Ну дык к-как насчет отопления? – Никак. Без распоряжения начальства разжигаться не буду! Замерз – звони энергетику. Только сразу хочу предупредить, что разрешения на розжиг он не даст. Они сейчас каждый кубометр газа экономят. – Т-ты это, – еще интенсивнее заикаясь от злости, проскрипел Свистунов, – т-ты д-давай н-не муди. Р-разжигайся, тебе говорят. Г-градус давай! – За градусом можешь в магазин сбегать, – без наезда, но довольно твердо ответил Алексей Николаевич, – благо работает он до десяти. А запускать котел раньше семи утра я не буду. Не имею права! Меня за перерасход газа премии лишат. Свистунов принялся было сверлить его взглядом, понял, что ничего не высверлит, развернулся и вышел вон, кинув на прощанье: – Ну, п-погоди, сволочь! Опоздаешь ты еще р-раз у меня. Мигом в директорском черном списке окажешься. Под черным списком подразумевался выдуманный директором «журнал опозданий», в который охрана должна была заносить всех, кто явился на работу хотя бы на пять минут позже установленного времени. На операторов котельной данная директива не распространялась, так как работали они по графику и время пересменки, равно как и распорядок дежурств, устанавливали для себя сами, на общем собрании. Следовательно, угроза Свистунова была не более чем угрозой, и никаких реальных рычагов давления на котельную у охраны не имелось. Заперев на щеколду с треском захлопнувшуюся дверь, Алексей Николаевич подошел к зеркалу и посмотрел на свое отражение. Посмотрел с чувством глубокого самоуважения. Никогда раньше перечить Свистунову он не решался. Налив себе еще чаю, он сел на диван. Хотел вернуться к обдумыванию рассказа, но взбудораженные одержанной победой мысли перепрыгивали с темы на тему, упорно отказываясь сосредотачиваться на главном. Вспомнился провал на собрании местного союза писателей, где подавляющим большинством голосов было отвергнуто предложение о публикации его книги в единственном местном издательстве. Вспомнились дырявые ботинки и глубочайший финансовый кризис, в котором он пребывал последние несколько лет. Вспомнился пустой холодильник дома… «Э-эх, ну почему так все плохо? – вздохнул Алексей Николаевич, отхлебывая из кружки. – Я ведь не лоботряс, не бездельник какой. Да и не дурак, по большому счету. Возможно, не гений, но уж и не бездарность, это точно. И вообще, человек с высшим образованием и несомненным литературным талантом прозябает в котельной и никому до этого нет дела! Что ж за страна-то у нас такая? Где-нибудь в Америке или Европе я бы не знал, как отбиться от назойливых литагентов, а тут… Пишешь, пишешь, и никакого толку. Сплошная нервотрепка, безденежье и головная боль. Да еще уроды всякие достают… Градус ему давай! Мне бы вот кто чего дал… Пусть даже и градус…» Он не заметил, как снова уснул. А когда проснулся, пора было действительно разжигать котел, переодеваться и сдавать смену. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - From : Алексей Барский dir @ mail .ru To: Dmitry KUZMIN info@vavilon.ru Date: Sunday, October 20, 2002 1:06 AM Subject: Сотрудничество – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Здравствуйте, Дмитрий! Я – начинающий автор. К настоящему моменту мной написано, сверстано и подготовлено к изданию три книги. К сожалению, я столкнулся с такой проблемой, как поиск издателя, готового помочь в осуществлении разработанного мной литературно-издательского проекта. Досадно, когда благие начинания рушатся из-за такой мелочи, как отсутствие связей и личных знакомств с людьми, осуществляющими в нашей стране выпуск книг и знакомящими читателя с тем или иным автором! Именно по этой причине я решился обратиться за помощью к Вам. К данному письму приложен файл, в котором дается подробное описание разработанного мной литературно-издательского проекта. Не могли бы Вы уделить мне некоторое время и, ознакомившись с проектом, сообщить, в состоянии ли Вы оказать мне ту или иную помощь (помочь словом или делом)? Заранее благодарен Вам. С уважением, Барский Алексей Николаевич – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - На последние тридцать рублей он купил двухлитровую пластиковую бутылку «Янтарного» пива. Еще в бумажнике валялась какая-то мелочь, даже не пересчитывая которую было ясно – на курево не хватит. К счастью, в пачке оставалось несколько мятых сигарет, и, выйдя из магазина на улицу, Алексей Николаевич закурил. Сон на смене – не сон. Глаза слипались, но, прежде чем отправиться домой, ему хотелось забежать к Змееву. Собственно, именно из-за этого и потратился на пиво. У Змеева он надеялся занять пару сотен до аванса, так как жить все-таки было на что-то нужно. Ну а заходить к человеку пустым не совсем прилично. Лишь бы тот еще не удрал в свой вонючий институт на работу. – А-а, это ты… Ну, заходи! – На Змееве был домашний тренировочный костюм, и, судя по всему, ни в какой институт удирать он не собирался. – Из котельни? – Угу. – Алексей Николаевич разулся, снял плащ и, протопав на кухню, поставил пиво на стол. Удивленно присвистнул. Стена, отделявшая кухню от спальни, была проломлена. Рядом с прямоугольной дырой более или менее правильной формы лежали инструменты: кувалда, топор, изогнутая монтировка и непонятное хитроумное приспособление в виде гигантского долота. Обломков стены, равно как и прочего строительного мусора, не было. Очевидно, кто-то уже успел прибраться. В стене напротив, отделяющей спальню от кабинета, зиял еще один пролом, а возле балконной двери была свалена груда кирпичей. – Это что за погром? – поинтересовался Алексей Николаевич. – Прямо как после хорошей пьянки. Разве что не наблевано. – Не обращай внимания, – отмахнулся хозяин квартиры, – ремонт. Я тут небольшую перепланировку затеял. Надоело однообразие. А ты каким ветром? – Как обычно, – смущенно отводя глаза, вздохнул Барский. – Понимаю, что надоел, но больше обратиться не к кому. Выручай!.. – Сколько? – обреченно спросил Змеев. – А сколько не жалко? Взяв с телефонной полочки пухлый бумажник, Николай Петрович наугад вытянул из него денежку и протянул пятисотенную купюру гостю. – Пасиба! – кивнул Алексей Николаевич, пряча банкноту в карман. – Через полторы недельки отдам. Если под автобус не попаду. – Уж сделай такую милость. Усевшись напротив, Змеев содрал с бутылки колпачок. – С утра принял – весь день свободен, – с сомнением изрек он. Барский приволок от раковины два бокала. Вспороли консерву со шпротами. Выпили по кружечке, заедая жирными балтийскими рыбками. Неожиданно очнувшееся радио пропикало девять. – Проводок отклеился, – пояснил Змеев, – то запоет, то сдохнет. – А чего ты здесь перекраиваешь? – спросил Алексей Николаевич, указывая на изуродованную стену. – Арки будут. А там, где сейчас двери, заложу кирпичом. – Зачем? – Хочу! Алексей Николаевич наморщил лоб, пытаясь представить, что из всего этого получится. Картина, которую нарисовало воображение, вышла довольно впечатляющей. Роскошная будет квартирка, это уж точно. Прямо хоть лакеев возле этих арок выставляй. А в центре комнаты фонтан с золотыми рыбками расположить надо. Только вот как-то низковато… – Если б еще потолок поднять сантиметров на семьдесят, – поделился он своими впечатлениями, – совсем было бы зашибись. А то плющит как-то, деформирует. Пространства не чувствуется. – Соседи не согласятся, – ответил Змеев. – Если я потолки подниму, им там на четвереньках ползать придется. – М-да… Что б я так жил! – Алексей Николаевич вздохнул. Почему-то стало невыносимо грустно. Тридцать один год существует он на этом свете и до сих пор не сумел приспособиться к окружающей его действительности. Дерево не вырастил, змею не убил. Все его задумки так и остались лишь задумками. И вообще, живет как последний раздолбай. Ни семьи, ни нормальной работы. Ботинки новые и то второй месяц купить не может. Не сегодня завтра подошва отвалится, и что тогда прикажете делать? Подвязать веревочкой, замотать изолентой или босиком на работу ходить? «Где я только шлялся, когда Бог мозги раздавал?!» – грустно подумал он. – Алёшка, ты можешь представить себе такую ситуацию?.. – заговорил Змеев. – Какую «такую»? – Представь себе, что ты оказался в совершенно незнакомом городе. Без денег, без документов, без жилья. Словом, гол как арбуз, а вокруг чужие незнакомые люди, которым на тебя глубоко начхать. – Ну и?.. – нахмурился Алексей Николаевич. – Нет, ты представь! – Да зачем это? Фигня какая-то! – Давай-давай. Включай воображение. Потом объясню. – Ну, представил, – нехотя согласился Барский. – А теперь ответь, что бы ты сталделать в подобной ситуации? – Хм…делать ? Сообразив, что просто так ему не отвертеться, и вспомнив про пятисотрублевую бумажку в заднем кармане джинсов, Алексей Николаевич возвел глаза к потолку. Ситуация получалась и в самом деле дерьмовая. Прямо хоть в петлю лезь. Умеет Колян задачу поставить, ничего не скажешь. – Я бы ограбил банк, – выдал он первое, что пришло в голову. – Один и голыми руками? – хихикнул Змеев. – И прямо так вот с ходу, без подготовки? – Ну, за недельку-другую разнюхал бы, что к чему, добыл пистолет и ограбил. – А где бы ты жил эту недельку, что жрал бы и как «добывал» оружие? – Да зачем тебе это надо?! – Потом скажу, – раздельно произнес Николай Петрович, пододвигая Барскому наполненную кружку. «Ладно, – мысленно начал рассуждать Алексей Николаевич, – если нельзя грабить банк, попробуем решить задачку иначе…» Ему вспомнился раздел психологии, изучающий механизмы мышления, в частности подходы к решению проблемных ситуаций. Что-то из университетского курса. Испытуемым предлагалось следующее: из шести спичек, высыпанных на стол, необходимо было сложить четыре равносторонних треугольника, причем ломать спички по условиям задачи запрещалось. Большинство участвующих в эксперименте с энтузиазмом принимались за дело, но уже через пять-десять минут энтузиазм их резко снижался и интерес к решению задачи быстро сходил на нет. Как ни крути, складывались только два треугольника, но не три и уж тем более не четыре. Весь фокус состоял в том, что лежащие на плоскости стола спички изначально ограничивали мышление испытуемых этой самой плоскостью. Передвигая палочки так и эдак, люди зацикливались, совершенно упуская из виду, что никто их не связывал лишь двумя пространственными координатами. Достаточно было начать мыслить объемно, и все те же шесть спичек прекрасно складывались в тетраэдр, давая тем самым необходимое количество треугольников. «Что делать человеку, оказавшемуся в незнакомом городе без документов, жилья и денег? Не будем концентрировать внимание исключительно на деньгах. Понятно, что, окажись у нас в руках необходимая сумма, и все остальные проблемы решатся сами собой, но… Взглянем на дело иначе! Для начала нужна крыша над головой и хоть какая-то жрачка. Бомжиный образ жизни нам не подходит, а значит…» – Я отыскал бы булыжник побольше, – ответил Барский, – и этим булыжником расколотил бы витрину ближайшего магазина. – Зачем?! – искренне удивился Змеев. Его рука с поддетой на вилку шпротиной застыла на полпути ко рту. Несколько масляных капель упали на ореховый, ручной работы стол. – Как зачем? – пожал плечами Алексей Николаевич. – Меня бы забрали в милицию. Много за такое хулиганство не дадут, зато помогут выправить документы. Скажу, что начисто отшибло память и ничего не помню. Кроме того, на какое-то время буду обеспечен казенным жильем и бесплатным питанием. – М-да… – криво усмехнувшись, Змеев покачал головой и проглотил-таки свою рыбку. – На нарах смогу все обдумать, завести массу полезных знакомств и получить исчерпывающую информацию как о городе, в который попал, так и о том, каким образом можно в нем выжить. При этом ему почему-то вдруг вспомнилась сценка из книги «Незнайка на Луне», когда главный герой угодил в каталажку и познакомился там с лунными коротышками. – Ладно, с этим все ясно, и через пару недель или даже дней тебя выпустят, – согласился Змеев. – Допустим, выдадут новые документы или какую-нибудь справку. Что дальше? – Можно, конечно, заняться разбоем, – рассуждал вслух Барский, – с полученным в (…каталажке… ) кутузке опытом воровскую карьеру сделать будет несложно. Он отхлебнул пива. – Впрочем, – продолжил он, – подобная перспектива меня едва ли прельстит. Обворовать какую-нибудь квартиру – это не проблема, но заниматься подобным делом на профессиональной, так сказать, постоянной основе… Не-ет, это не выход. Рано или поздно поймают и упакуют уже не на неделю, а по полной программе. – Ага! – согласился Змеев. – Какую же ты видишь альтернативу? – Подломить хату-другую, – цинично заявил Алексей Николаевич, – и на этом остановиться. Денег на жрачку и на то, чтобы снять комнату, мне хватит. Документы есть. Буду искать работу! – А дальше? – не унимался Николай. – А что дальше? Разработаю план действий на ближайшие десять лет. Напишу один за другим несколько бестселлеров. Куплю себе домик за городом и заживу как крутой писатель. Он снова отхлебнул из кружки и добавил: – Сделаю вместо обычных дверей арки, а в холле поставлю фонтан с золотыми рыбками. И люстру хрустальную в туалете повешу. – Ну-ну, – захихикал Змеев, – хрустальная лампа в сральнике – это солидно. Я бы, например, до такого не додумался. – До арок же додумался, – угрюмо ответил Алексей Николаевич, опуская на стол пустой бокал. Он вдруг страшно разозлился на своего друга. Пухлый бумажник под зеркалом, дорогостоящий ремонт, его высокомерный тон и дурацкие вопросы – все это вызывало сейчас жуткое раздражение. То, что Змеев выручает его деньгами чуть ли не каждый месяц, как-то позабылось. – Ну ладно, – сказал Николай Петрович, безошибочно уловивший перемену, произошедшую в настроении Барского, – а теперь обещанное разъяснение… Он поделил остатки пива, причем Алексею Николаевичу плеснул больше, чем налил самому себе. – Ты только не думай, что я над тобой издеваюсь или прикалываюсь. Вовсе нет! Все-таки ты мой если и не единственный, то, по крайней мере, самый близкий друг. – Знаю, знаю… – отмахнулся Алексей Николаевич. Вместо злости возникло чувство стыда. – Обрати внимание, ты только что решил сложнейшую задачу. Пусть теоретически, но ты проделал путь от нищего бродяги до преуспевающего литератора. И заметь, самая трудная часть твоего плана, по сути дела, уже реализована в действительности! У тебя есть квартира, есть документы и работа, обеспечивающая необходимый прожиточный минимум. – Да уж, – улыбнулся Алексей Николаевич. – Даже грабить никого не пришлось, бить витрины и попадать (…в каталажку… ) за решетку. – Более того, – продолжал Змеев, – тыдействительно написал несколько романов. Пусть не бестселлеров, но вполне увлекательных и остроумных. Я читал, мне очень понравилось. И продолжаешь работу над новым, если я не ошибаюсь? Барский кивнул, все еще не понимая, к чему он клонит. – Так вот, – Николай Петрович похлопал его по плечу, – может быть, все не так уж и плохо, как тебе кажется? Может, не стоит унывать, а нужно лишь набраться терпения, разобраться, что же ты делаешь на данном этапе не так, и изменить стратегию? – Да с чего ты взял, что я унываю?! – удивился Алексей Николаевич. – Мы двадцать лет знакомы. Неужели ты думаешь, что это недостаточный срок для того, чтобы научиться понимать, что с тобой происходит? От Змеева Алексей Николаевич вышел в глубокой задумчивости. «Да, черт побери! Как ни крути, но в главном Колян прав, – думал он, медленно шагая по улице в направлении дома. – Философы – они всегда правы, это их хлеб, их работа. И Колька здесь не исключение. Не зря его работы публикуют, не зря выписывают гранты и премии. Надо как следует во всем разобраться. Где-то я допустил ошибку. Что-то делаю не так, потому в работе и наметился застой, а на душе кошки скребутся. Литература… Ну написал я несколько романов, ну хожу на эти идиотские семинары союза писателей, и чего? Уверен ли я, что именнов этом мое призвание, что именноэтого я хочу от жизни?» «А может быть, все гораздо проще? Ведь если хорошенько подумать, то составление текстов, – он умышленно употребил этот оборот вместо обычного “писать книги” или “заниматься литературным творчеством”, –составление текстов – это просто работа, которая доставляет мне определенное удовольствие. Работа! В конечном счете за всей моей писаниной стоит одно – стремление получать деньги (желательно зеленые и в больших количествах), занимаясь тем, что мне по душе. Есть масса других интересных занятий. Те же компьютеры, например, Интернет, web-дизайн… Да мало ли еще что! А то уперся рогом в это писательство, как баран, и топчусь на месте. Глупо, честное слово!» Он забежал в гастроном, чтобы разменять пятисотенную и купить что-нибудь съедобное. В плане жратвы дома было, как говорится, шаром покати. Впрочем, и покатить-то нечем. Не было даже шара. Несколько пакетиков лапши быстрого приготовления, пачка чая, хлеб и десяток яиц – этого ему должно будет хватить на ближайшие пару дней. Еще пачка сигарет и бутылка портвейна для поднятия настроения. Возникло желание прикупить ко всему перечисленному банку салата из морской капусты, но Алексей Николаевич с легкостью подавил в себе этот буржуйский позыв. Травка для морских козликов, накошенная на подводных лугах, стоила примерно столько же, сколько хорошая рыбная консерва. – Бл**ство алое… – простонал он, отходя от витрины с дарами моря. На лавочке возле его подъезда сидели старухи в цветастых платках. Целых три штуки. Пробегая мимо, Алексей Николаевич краем уха уловил их сухую трескотню. Погруженный в собственные проблемы, он едва ли стал бы прислушиваться к тому, о чем они говорят, однако тема, которую затронули бабушки, показалась ему настолько необычной в их устах, что волей-неволей Барский замедлил шаг. – Нет, это ни в какие ворота не лезет, – проскрипела старуха, сидящая с краю, ближе к подъезду. – Телекомщики снова грозятся ввести поминутную оплату. Я слышала, что со следующего месяца. – Да-да-да, – затараторила другая, важно расположившаяся посередине, – я своему провайдеру письмо электронное написала, так мне ответили, что ничем не помогут. Будете, говорят, платить как все. – Озверели сволочи! – цыкала языком первая. – И так-то пенсионерам только по два часа бесплатного Интернета было, так теперь совсем ничего не останется. – И не говори, Петровна! Каждая страница по десять минут грузится. – А я с «Рамблера» на «Апорт» перешла, – неожиданно сообщила третья, доселе молчавшая старушка. – Дура ты, Маша! Вот введут поминутную плату за телефон, не будет тебе ни «Апорту», ни «Рамблеру». – А кабель протянуть, говорят, десять тысячей за сто метров стоит, – сообщила Петровна. – Это где ж мне такие деньжищи взять? – Совсем о пенсионерах не думают… Зайдя в подъезд, Алексей Николаевич остановился. «Что за бред? – спросил он сам себя. – Оно на самом деле так или я ослышался?..» Интернет, «Рамблер», провайдер… Все эти слова и три карги у подъезда как-то не состыковывались. Все равно что увидеть собаку, читающую газету. Дико и абсурдно. Сдав на несколько шагов назад, но оставаясь в тени подъезда, Алексей Николаевич прислушался, скептически морща лоб. – А мой-то, пень старый, пристрастился по порносайтам халявным лазать. Пожурить хотела, какой там! Отойди, говорит, Матрена, не то зашибу ненароком. Из самого песок давно сыплется, а туда же… Дружное хихиканье, скорее похожее на скрипение несмазанного механизма. – Подцепил какого-то вируса на этих своих порнушниках, так теперь компьютер каждые пятнадцать минут перезагружается. – «Касперского» обновлять надо! – Ага… А он мне: я, говорит, киберпрезерватив куплю. Гомерический хохот. – А ко мне на днях внуки приходили. Посмотрели, как живу, да младший и выдает: «Ты, бабуля, мастдайщица и ламер. Тебе, говорит, винду сносить нужно на фиг и устанавливать человеческую ось». А что я в ихнем «Линуксе» понимаю? Не-ет, я уж лучше по старинке… Авторитетное заявление: – Молодежь сейчас вся по Масяне прется. А я вот Куваеву письмо написать собираюсь. Флешер он, может быть, и знатный, да только чему хорошему на его мультах научисся? Нет, я бы эту Масяню прикрыла давно. Заблокировала бы, типа как китайский IP на Yahoo, и кабздец. Нельзя такое детям показывать. – Так он тебя и послушает, Куваев… Чувствуя легкое расстройство психики, Барский начал медленно подниматься по лестнице. Долго не мог попасть ключом в замочную скважину. Наконец кое-как одолел дверь и ввалился в квартиру. Вспомнился сон, приснившийся в котельной. «А может, я и сейчас сплю?.. – подумал он, поднимая ладони на уровень глаз и пристально их рассматривая. – Это же нонсенс какой-то. Это же социальная пародия, гротеск! Не удивлюсь, если, спустившись вечером во двор, застану этих бабушек обсуждающими последний номер журнала «Птюч», а детишки в песочнице будут спорить на тему «Бог и Высший Разум», нужно ли принимать новый налоговый кодекс или начнут травить анекдоты про Путина. Впрочем… очень даже может быть!..» Повесив плащ на крючок, он отнес пакет с продуктами на кухню, вымыл руки и побежал к компьютеру смотреть свежую почту. Пару дней назад Алексей Николаевич разослал очередное письмо с авторской заявкой по издательствам и теперь ждал ответа. Процедуру получения почты вполне можно было бы отложить до вечера, когда подключение к Сети стабильнее и дешевле, однако подслушанный им разговор провоцировал сделать это прямо сейчас, немедленно. В папке «входящие» лежало несколько новых сообщений. Пара спамерских посланий, которые он удалил не читая, не забыв предварительно добавить адреса в список блокируемых отправителей, четыре уведомления в получении заявки (…Re: Авторская заявка… ), отказ из издательства «Время» (…Re: Сотрудничество… ), а также ответ номинатора конкурса «Тенетто-2002», куда Алексей Николаевич на прошлой неделе посылал стихи одного своего приятеля, тоже литератора, но, увы, обделенного Интернетом. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - От : "Alexandr Ivashnev" ivashnev@rema.ru Кому: "Алексей Барский" dir @ mail .ru Тема: Re: Тенетто 2002 Дата: 22 октября 2002 г. 4:13 – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Thursday, October 17, 2002, 2:13:26 AM, you wrote: Здравствуйте! Хочу поучаствовать в конкурсе. Вот ссылка на мои стихи: http://zhurnal.lib.ru/k/kurnikow_j_n/001.shtml С уважением, Курников Юрий (кодовый номер: 3525) «…эй, как вас там всех, выползай любопытство мое утолите-ка что ж вы, падлы, не смотрите прямо в глаза али нет среди вас аналитиков… » Как же нет?!. Есть!!! Вот они – МЫ – АНАЛИТИКИ, емеем вас, поэтов, в анал :-) С виршами такими – не могу Вам посоветовать участвовать в конкурсе. Best regards, Alexandr - (ivashnev@rema.ru) http://www.rema.ru/poems/ Ежедневно не предохраняйся! (почтовый робот Козьма Прутков) – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Дважды перечитав сообщение, Алексей Николаевич усмехнулся и тут же написал другому номинатору, приложив к письму те же самые стихи. Благо правилами «Тенетто» сие не возбранялось. Отказал один номинатор – пиши следующему. И так до бесконечности, пока рано или поздно тебя все-таки не выдвинут на участие в конкурсе. Свои собственные рассказы Барскому удалось протолкнуть только с третьей попытки. Делал он это просто так, не питая никаких иллюзий, ибо твердо был уверен, что подобные «сетевые шоу» – чистейшее надувательство, кумовство и договорняк. Заверещал телефон, нарушая цепь размышлений, в которые он был погружен. Зевнув и сонно потерев глаза, Барский взял трубку, валявшуюся тут же, на компьютерном столе. – Да, слушаю! Звонил Пухлый. Прижимая трубку к уху, Алексей Николаевич вышел на балкон, закурил. – Ты, кажется, говорил, что тебе капуста нужна? – поинтересовались на том конце линии. – Нужна, – усмехнулся Барский, прикидывая в уме, сколько у него осталось после посещения магазина. – А ты что, представитель Сороса, что ли? – Уёроса! – огрызнулся Пухлый. – Есть кое-какие наметки. Если интересно, могу изложить детально. – Излагай, – зевнул в трубку Алексей Николаевич. Он посмотрел вниз. Старухи по-прежнему сидели на лавочке. Двор и детская игровая площадка были пусты. Тучи за ночь рассосались. На синем, абсолютно безоблачном небе висело чахлое осеннее солнце. С запада дул легкий ветерок. Было прохладно. Выбросив не докуренную и до половины сигарету вниз, Алексей Николаевич вернулся обратно в комнату, закрыв балконную дверь на оба шпингалета. – Значит, так! – начал Пухлый в своей обычной манере. – Есть один занятный дядечка, который очень интересуется железом. – Хардом, что ли, компьютерным? – не понял Барский. – Да не-ет! – расстроилась трубка. – Натуральным железом. Разными там задвижками, вентилями, отводами… Сварочными аппаратами интересуется. Компрессорами… Возникла пауза. Барский не перебивал, терпеливо ожидая продолжения. – Кстати, именно о компрессоре я и хотел с тобой поговорить. – О каком еще, в жопу, компрессоре?! – не выдержал Алексей Николаевич. – Ты что, Пухлый, совсем припух? Если имеешь какое-то конкретное предложение, говори, не тяни резину. Если нет, отвали и не морочь мне голову. Я только что со смены пришел. Я спать хочу. – Я тоже хочу, – сообщил Пухлый. – Но, в отличие от тебя, мне на смену еще только предстоит топать. А конкретное предложение есть, потому и (…не кусают… ) звоню тебе, уроду. Седьмое РСУ помнишь? Это которое возле обувной фабрики. Там еще винно-водочный магазин раньше был, а теперь… – Помню, помню, – перебил Барский. – Вот… У них в подсобке стоит отличный компрессор. Я только что оттуда. Ночью на территории никого нету. Сторож сидит в будке у ворот. Пенсионер. Обычно пьет водку или смотрит телевизор. Часам к двум он вообще спать заваливается, это по-любому! На подсобке висит обычный замок, его содрать – раз плюнуть. Еще один висячий замок – на задних воротах. И всё! – Хм… – Алексей Николаевич развернулся к компьютеру, уставился на экран. – Сдираем замки, откатываем эту дуру метров на пятьсот в соседний двор, а утром подъедет мужик и заберет ее. Бабки – сразу! Сорванные замки повесим на место, часов до десяти никто ничего точно не хватится. В общем, дело верное. – А чего тогда сам не сделаешь? – поинтересовался Барский, водя по экрану курсором мышки. – Я-то тебе на кой хрен? – Компрессор большой, – вздохнул Пухлый, ясно давая понять, что, кабы не эта загвоздка, он обтяпал бы дельце сам, не привлекая к нему посторонних, – мне одному не укатить. Да и по замкам ты у нас специалист. Я, конечно, тоже могу, но у тебя это лучше получается. – Да уж, – вздохнул Алексей Николаевич. Побезобразили они в свое время с Пухлым, что греха таить. Сколько киосков «Союзпечати» было подломлено, сколько продуктовых ларьков и ЖЭКов! Как только в тюрягу не загремели? Бог помиловал, не иначе. Вовремя сумели остановиться. Вернее, это он остановился, а Пухлый, судя по всему, не очень. – Ну так как? – сипела трубка. – Решайся, не пожалеешь! – И сколькоон обещает? – Пять. По две с половиной на рыло. – Не нравится мне это, если честно, – признался Алексей Николаевич. – Подставляться за какие-то две с половиной штуки… – Что значит «подставляться»?! – заорал, выходя из себя, Пухлый. – Я же тебе говорю, что палева никакого! В самом крайнем случае бросим все и сделаем ноги. У деда этого в сторожке и телефона-то нет. А ночью из своей будки он не выходит. Боится. Деньги, считай, на дороге валяются, а тебе нагнуться и поднять лень. – Да не лень мне… – промямлил Алексей Николаевич. Раньше, когда им с Пухлым было по двадцать с небольшим, подобные выходки воспринимались как нечто само собой разумеющееся. И дело было даже не в деньгах. Романтика, приключения, риск – вот в чем было дело! Наверное, именно поэтому за прошедшие с тех пор десять лет Алексей Николаевич ни разу не испытал угрызений совести. Ну, воровал по мелочи, что с того? Воровал-то у государства, конкретные люди от этого не страдали. По крайней мере, очень хотелось в это верить. Вор – это вам не бандит! Грабители и бандиты унижают тех, кого грабят. Воры, скорее, напротив. Придет утром на работу какой-нибудь дядя Ваня, увидит, что за ночь из его каптерки уволокли пятьдесят метров кислородного шланга, и ну крыть воришек на чем свет стоит. На шланг ему, разумеется, наплевать. Не его это шланг. Спишут, и дело с концом. А для предприятия несколько тысяч рублей, которые он стоит, сущие пустяки. Зато как дядя Ваня душу отведет, как выговорится. Попадись ему эти воры, он бы с них три шкуры спустил! Он бы их, так-раз-эдак-вдоль-и-поперек! Отматерит и сам себя зауважает – вот он какой грозный. А под шумок еще и сам чего-нибудь прихватизирует, списав на воришек. И все-таки что-то здесь было не так. То ли отвык он от подобных «приключений», то ли бояться стал. А скорее всего, просто повзрослел. Звонок Пухлого застал Алексея Николаевича врасплох. Пару недель назад при встрече он в шутку пожаловался ему на безденежье. Пожаловался просто так, без каких-либо намеков. Однако Пухлый, по всей видимости, истолковал его слова иначе. И что теперь делать, было совершенно не ясно. – Эй, ну ты чего там, – поинтересовались в трубке, – уснул, что ли? – Знаешь, – Алексей Николаевич оттолкнулся и вместе со стулом отъехал от компьютера в сторону, – мне нужно подумать. Предложение, конечно, заманчивое, но… – Да чего тут думать?! – взорвался Пухлый. – Трясти надо! – Я тебе перезвоню. Завтра… О’кей? – Э-эх, базарил бы я щас с тобой, если бы Борхеса не посадили… Короче! Если до завтра не надумаешь, можешь ко мне больше не обращаться. Усек? Ну, тогда пока! – Вообще-то, я к тебе и так не обращался, – пробормотал Алексей Николаевич, слушая короткие гудки. – Во всяком случае, не с такими делами. Откинувшись на спинку стула, он посмотрел на прилепленный к монитору бумажный листочек. На листочке стояли цифры: 3, 7, 12, 24, 33, 38. Его «счастливые номера». Вот уже несколько лет с каждой получки Барский покупал лотерейную карточку и неизменно заполнял ее одной и той же комбинацией цифр: 3, 7, 12, 24, 33, 38. Глупо, наверное, но чем черт не шутит! Мысль, как известно, материальна, и, если научиться правильно ею пользоваться, созданные на «тонких уровнях» мыслеформы рано или поздно воплотятся в физическую реальность. Каждое утро и каждый вечер он садился, останавливал внутренний диалог, после чего в течение пятнадцати минут усиленно пытался смоделировать в своем сознании розыгрыш очередного тиража. Один за другим выкатывались шары: тройка, семерка, дюжина… Затем – тридцать три, двадцать четыре и тридцать восемь… В этих фантазиях он неизменно срывал джек-пот, раз и навсегда решая тем самым все свои финансовые проблемы. Нужные шары выпадали и в настоящих розыгрышах, но только по два, реже по три за раз. А этого было мало. Впрочем, надежды выиграть он не терял, усиленно практикуя эту ежедневную «ментальную магию». – Три, семь, двенадцать, двадцать четыре, тридцать три, тридцать восемь… – бормотал он, закрыв глаза. – Три, семь, двенадцать… Однако сегодня сосредоточиться должным образом ему никак не удавалось. В голову непрестанно врывались посторонние образы. Разговор с Пухлым, лихая «воровская» юность, мысли о стороже в РСУ, о компрессоре… Компрессор представлялся довольно явственно. Никогда раньше Барский не видел его, но воображение уверенно рисовало сей агрегат в виде зеленого клепаного цилиндра на огромных колесах… Пискнув, компьютер перешел в спящий режим. Монитор и жесткие диски отключились. Помаргивал только зеленый огонек системного блока, давая понять, что машина не сдохла, а просто спит, в любое мгновение готовая вернуться к работе. -– http:// www .cyberdengi.com/forum/ ::ФОРУМ на КИБЕРДЕНЬГАХ:: Психология и эзотерика – Осознанное сновидение (ОС), внетелесный опыт (ВТО) –– By Tages, date 2002.10.19, в 05:50 –– Quote from Dir: Практикую ВТО, ОС больше десяти лет. Добился существенных результатов. Кому интересно, обращайтесь в личку, помогу, чем смогу. Я за то, что все это моделирование нашего мозга. Очень упрощаете! На более продвинутых этапах работы с ОС производится полноценная "астральная проекция", когда ты можешь реально покинуть свое спящее физическое тело и перемещаться в пространстве, близком к физической реальности (эфирный план). Так вот, если постулировать всё исключительно "моделированием мозга" – подобные внетелесные путешествия и подтверждение их РЕАЛЬНЫМИ ПРОВЕРКАМИ будут совершенно необъяснимы. Так что "моделирование мозга" может иметь место в данном феномене, но только как частный случай, на самых первых этапах освоения ОС, не более того. Quote from Dir: А каким образом Вы можете отличить моделирование от реального выхода из тела? Например, делается тестовое упражнение: перед сном ты берешь (не глядя) с полки книгу, не глядя же открываешь ее на произвольной странице и кладешь в соседней комнате корешком вверх. Затем ложишься спать, входишь в состояние осознанного сновидения, проецируешься в эту соседнюю комнату, поднимаешь книгу, смотришь, на какой странице она открыта, запоминаешь это, после чего возвращаешься в свое тело и просыпаешься. По пробуждении идешь в соседнюю комнату, поднимаешь реальную книгу и смотришь, на какой странице она открыта. В случае реальной «астральной проекции» твое воспоминание из сна и реальная страница СОВПАДАЮТ! Совет: используйте тест с книгой в обязательном порядке при каждом Вашем ОС. И ведите скрупулезный дневник результатов! Повторяю, у освоивших РЕАЛЬНУЮ проекцию тест с книгой РАБОТАЕТ! И именно он служит проверкой, следует доверять тому, что Вы принесли с собой из данного сновидения, или же нет. Я, например, прохожу этот тест при каждом ОС. И если тест с книгой после пробуждения совпадает, значит, я совершил в эту ночь реальную проекцию и принесенным из сна данным можно верить. Если же в данный конкретный день совпадения с книгой нет – значит, в эту ночь я не смог покинуть пределы своей черепной коробки и принесенным из такого сновидения данным лучше не доверять вообще (так как это могут быть лишь фантазии, лишь "модели мозга"). Quote from Dir: Я попробую, но почему-то уверен, что опыт с книгой не получится. Это не опыт, это тест. Если он не получается, это как раз и говорит о том, что Вы находитесь на самой первой ступеньке ОС. То есть Вы всего лишь научились осознавать себя во сне, но не более того. Значит, еще нет переноса Вашего СОЗНАНИЯ за рамки Вашего физического мозга, нет полноценной АСТРАЛЬНОЙ ПРОЕКЦИИ (нет отделения сознания непосредственно от физического тела и физического мозга). Вот когда тест с книгой начнет получаться, причем не от случая к случаю, а на регулярной основе, – только тогда можно будет говорить о том, что Вы овладели ОС на первом уровне реального ВТО-практика. До этого момента Вы лишь контролируете "виртуальные модели", создаваемые Вашим физическим мозгом, не более того! До этого момента Вы находитесь в т. н. "фазе". А "фаза" – это лишь забавная игрушка. Полноценная же проекция через сновидение (когда тест с книгой работает) – это уже первый уровень серьезной работы и первый ПО-НАСТОЯЩЕМУ ВНЕТЕЛЕСНЫЙ опыт! Quote from Dir: Однажды я написал перед сном на бумажке число 136574 (специально такое сложное). А затем отыскал эту бумажку в "астрале ". Нашел ее, но цифры не совпали. На самом деле Вы не выходили ни в какой астрал! Ваше сознание не покидало пределов Вашей черепной коробки. Вы именно СМОДЕЛИРОВАЛИ у себя в голове эту ситуацию. То есть Вы перешагнули первый порог сновидения, научились осознавать во сне, что спите, но пока не перешагнули даже второго порога (не освоили полноценного переноса центра Вашего сознания в тонкоматериальные проводники). Уверен, что и бумажку эту Вы нашли во сне где-то совсем в другом месте, а не там, где она в это время лежала физически. Quote from Dir: Свое тело я тоже смоделировал? Оно лежало на кровати. Смоделировать можно все что угодно! Даже свой "дубль", стоящий возле кровати с твоим спящим телом, который видишь глазами другого дубля, сидящего в кресле напротив. Но, по-моему, Вы сейчас просто придумываете, фантазируете. Обычно подобное не моделируется, а служит именно полноценным переживанием ВТО. Вы же – явно новичок в этом деле, только не обижайтесь, пожалуйста! ;-)) Вообще, работа с "дублями" – это уже работа третьего уровня сложности, но именно с реальными дублями, а не с "ментальными моделями"! Моделировать в голове "виртуальных дублей" можно даже в случае неосознанного сновидения (спонтанно). Что уж говорить о человеке, который переступил первый порог (научился осознавать во сне, что спит). Еще раз повторюсь: если Вы хотите двигаться дальше в работе со сновидением, то есть переходить от моделирования в Вашей голове к полноценным астральным проекциям ВОВНЕ, как можно скорее включайте в Вашу ежедневную практику ОС тест с книгой! И целенаправленно начинайте добиваться уровня соответствий, хотя бы 50 х 50. Если Вы не врете, а реально видели свое тело во сне, надо было постараться ЗАПОМНИТЬ, что было надето на Вашем спящем теле в момент Вашего ОС, а затем – сравнить с тем, что было надето на нем в этот момент в реале. Если в ОС Вы видели себя в желтой майке и белых трусах в зеленый горошек, например, а в реальности на Вас была желтая майка и трусы в красный горошек, уже можно сделать вывод, что это было лишь "моделирование". Вообще, начните обращать внимание на мелочи в Вашей комнате, квартире, подъезде. Сравнивайте эти мелочи в Ваших ОС и реальности. Все это – движение в сторону полноценной астральной проекции! -– Когда он проснулся, в квартире было темно. По-прежнему подмигивал зеленым огоньком компьютер. С улицы в комнату проникал свет уличного фонаря, расположенного точно напротив окна. На табло будильника горели красные цифры 17:53. Некоторое время Алексей Николаевич лежал на диване не двигаясь. «1+7+5+3=16, – думал он, – 1+6=7… Когда я заснул, было почти одиннадцать. Следовательно, проспал я околосеми часов… Совпадение?.. Что-то в последнее время слишком много творится вокруг меня совпадений… Случайность или непознанная закономерность? Или одно и то же?..» Стряхнув остатки сна, он поднялся и сел. Протянул руку, наугад хлопнул по клавиатуре компьютера. Пискнуло, зажужжало, заскрипело, как немазаная телега. Монитор вспыхнул, и на фоне экранной заставки появилось окошко, приглашающее ввести пароль. Вообще-то, необходимости в защите настроек паролем не было, так как Алексей Николаевич являлся единственным юзером своего «писишника». Просто возня со всеми этими паролями доставляла ему своеобразное удовольствие. Изящным перекатыванием пальцев набрав «rewq», он хлопнул по Enter и вошел в систему. Посреди рабочего стола все еще висело окошко почтовой программы. Непонятно для чего сначала увеличив его на весь экран, Алексей Николаевич нажал Alt+F4. Почтовик послушно канул в небытие. Кто бы что ни говорил, Барскому Outlook Express нравился. Удобная почтовая программа. Стоял у него, конечно, и The Bat, но он им практически не пользовался. Может, где-нибудь в офисе раздельная настройка account’ов и удобна, Алексею Николаевичу подобная ерунда была ни к чему. (То, что приходящая почта со всех семи ящиков сваливается «Аутлуком» в одну общую папку, было чертовски удобно.) Не нравился ему и «батовский» интерфейс, и то, как в нем поддерживается HTML. Outlook в этом отношении был привычнее и комфортней. А уж после того, как он дополнил его такой нужной мелочью, как Fidolook Express, необходимость в The Bat отпала окончательно. И пусть все эти продвинутые умники кривят морды, проклиная Билла Гейтса, лично он не имел ничего против Microsoft и ее основателя. Переходить с «Ослика» на «Оперу» не собирался, как не собирался заменять WinMe на Linux. «Может, еще к Norton Commander’у вернуться прикажете? Нет уж, благодарствуйте! Возможно, удалять гланды автогеном через задний проход и занятнее, нам подобная виртуозность не требуется. Мы трудных путей не ищем». Закончив дискуссию с невидимыми оппонентами, Алексей Николаевич запустил «Мастера Обслуживания» и, предоставив компьютеру самому залечивать свои раны, отправился на кухню. Быстренько приготовил яичницу, заварил свежего чая и пакет лапши «Роллтон». Кривя морду, впихнул в себя (…питательную протоплазму… ) ужин, поставил грязную посуду в мойку. Совершенно неожиданно вспомнил, что где-то в ящике письменного стола у него еще с прошлой недели должно было остаться полграмма отличного гашиша. К счастью, память его не обманула. Вооружившись столовой ложкой и блюдцем, Алексей Николаевич размял коричневый камушек в порошок, смешал с табаком и зарядил в сигаретные гильзы. Получилось аж целых три штуки. Неплохо, если учесть, что вдует он все это исключительно в одну харю. В комнате по-прежнему царил полумрак. Слабые блики, отбрасываемые уличным фонарем, монитор компьютера и протянутая под потолком елочная гирлянда, разноцветные лампочки которой мигали в такт льющейся из динамиков музыкального центра мелодии. Звуки трансцендентных композиций Ричарда Кёрка наполняли комнату осязаемыми и почти визуально воспринимаемыми акустическими волнами, пробуждая в сознании образы Теночтитлана, египетских мистерий и выстроившихся на поле битвы Курукшетра войск. Развалившись, Барский полулежал на диване. На журнальном столике рядом с ним стояли хрустальная пепельница, фужер и бутылка портвейна, купленная накануне вместо морской капусты. Тут же валялась пара косяков и пачка сигарет Kent. Третий косяк он держал в руке, время от времени затягиваясь, выпуская дым с небольшой задержкой. Ароматический смог, музыка, причудливые световые эффекты… Все это создавало непередаваемую по глубине атмосферу блаженства и умиротворенности. Проблемы, гидравлическим прессом давившие на психику, отступали, и освободившаяся от тяжести земного существования душа воспаряла в сферы идеального. Мысли роились подобно пчелам. …Сижу вот (…мля!.. ) и думаю. Главное – всегда думать! Главное – всегда сидеть и думать! Ду-мать!!. …Какое-то отчаяние в отношении будущего… …Я цепляюсь за будущее, за благополучную судьбу?.. Да, похоже, цепляюсь… …Херово… …Почему мы с наслаждением вспоминаем о прошлом или мечтаем о будущем? Очевидно, потому, что в первом случае все плохое и неприятное, произошедшее с нами когда-то, просто-напросто стирается из памяти, оставляя в сознании светлый и ясный образ прошлого… …Мы с невероятным удовольствием можем предаваться воспоминаниям!.. …Обращая же взгляд в будущее, мы видим его светлым и ясным по той причине, что наполняем наши мечты только положительным. Тем, что мы хотели бы получить от этого будущего… …И напрочь игнорируем все негативное, что может с нами случиться… …Мы счастливы, предаваясь мечтам и воспоминаниям по той простой причине, что выхватываем лишь то, что хотим выхватить, замечаем лишь то, что хочется заметить,что приятно для нас … …Так почему же мы не можем поступать подобным образом и в отношении настоящего?!. …Не в этом ли один из секретов счастья?!. …А вот еще интересный факт – достаточновспомнить себя ребенком, чтобы осознать, что такое счастье… …Каждый день был праздником… …Шел ли ты просто гулять во двор, бежал ли с друзьями на речку, ты всегда был счастлив!.. …А почему?.. …Чистота и непосредственность восприятия окружающего мира – вот ответ!.. …Тыпросто воспринимал мир , и именно поэтому ты был счастлив… …Да, второй секрет счастья – это наслаждение восприятием мира, в чем бы оно ни выражалось и какую бы форму ни принимало… …Вот такая вот херня!.. …Гы! Если поднять взгляд от земли к Небу – ощущаешь космический холод… …Понятно, почему у «Отшельника» закрыты глаза!.. …Э-э-эх!.. …Съесть бы меня, да некому… Неожиданно для себя Алексей Николаевич понял, что мир перестал быть прямой линией. Цепочка жестко детерминированных, вытекающих одно из другого и расставленных в хронологическом порядке событий рассыпалась. Он оказался в многомерной, лишенной времени паутине, ниточки которой, скрещиваясь и пересекаясь, уходили в бесконечность. Сознание двигалось легко и непринужденно, перебегая с темы на тему, само оставаясь при этом абсолютно свободным. Ощущение чего-то глобального и всеобъемлющего наполняло душу восторгом. Размышляя, например, о закономерностях исторического развития человечества, Алексей Николаевич мог по желанию углубиться в ту или иную эпоху. Рассматривая далее заинтересовавшую его цивилизацию, без труда переключался на рассуждения о созданных данным народом мифах, а затем и о мифотворчестве вообще. С мифотворчества можно было перейти на тему Добра и Зла только потому, что внимание привлекла извечная борьба Ормузда и Ахримана, описанная в зороастрийской Авесте. Слово «Зло» могло служить дверью для перехода к умствованиям на темы современного терроризма, эвтаназии или деятельности секты саентологов. Воспользуешься ты этой дверью или пройдешь мимо – зависит только от твоего желания. В этом новом интерактивном мире Алексей Николаевич был одновременно и Богом-Творцом, и постигающим сущность этого Бога философом; путешественником и неподвижно стоящим изваянием, на которое путешественник пришел посмотреть; автором и читателем; изучающим и изучаемым; статистом и главным героем; нападающим и тем, на кого нападают; личностью и никому не известным безликим фантомом… Когда, превратившись в пепел, исчез второй косяк, а бутылка портвейна оказалась ополовиненной, Барский обнаружил себя сидящим за клавиатурой компьютера. Музыка теперь лилась из миниатюрных колонок, симметрично расположенных слева и справа от монитора. В комнате было душно, но это его нисколько не угнетало. Вставать, чтобы открыть форточку, ему не хотелось. Черт с ним! Потом, потом… Почему-то вдруг вспомнилась сценка из прошлого, когда он первый раз в жизни сел за компьютер. Это было еще в университете, на уроках информатики. Их, студентов-четверокурсников, тогда на полном серьезе учили… пользоваться поисковиком! И вот студент Барский и сидящий рядом с ним сокурсник ввели в «Рамблере» свои первые поисковые запросы. «И я, и он, – вспоминал Алексей Николаевич, – набрали слово из трех букв. Мое слово было: “Бог”. А его слово… Да-да, то самое, из тех самых трех букв, которое обычно хулиганы на заборах пишут». Он настучал в адресной строке браузера нужный URL, нажал Enter. Появившаяся внизу окна синяя полоса быстро поползла вправо. Загрузка запрашиваемой страницы началась… -– Беседа на «Чат- Ru ». (23.10.2002 г .) http :// chat .chat .ru –– [04:44:30] Co здание канала [04:44:30] Tages приходит на канал [04:44:30] у канала новая тема: Бог и Высший Разум ( Tages ) [06:01:07] dir приходит на канал [06:02:32] Tages: Hi [06:02:57] Tages: Ты кто? Что-то ник знакомый какой-то. [06:03:10] dir : Привет! Я тоже тебя узнал. :-) Мы общаемся на форуме «Киберденьги» в разделе про ОС и ВТО. Удивительно, что и здесь пересеклись. [06:03:20] Tages: А, да, точно! Вспомнил тебя. :-)) [06:03:31] Tages: Прикинь, а я нашел способ, как с Ним беседовать! [06:03:31] dir : Как? [06:03:39] Tages: Через осознанное сновидение. [06:03:49] Tages: Я открыл методику, как через ОС устанавливать с Ним двусторонний контакт. [06:03:56] dir : А откуда уверенность, что именно с Ним? [06:04:53] Tages: Ну, не совсем с Ним. Я не Бога имею в виду, разумеется! :-)) Скажем так: с Ним – это значит со своим «высшим Я». [06:05:18] dir : А что это такое – «высшее Я»? [06:05:27] Tages: Это истинная сущность человека. Вечная и неуничтожимая. [06:05:52] Tages: То, что эманирует нас в этот мир и что поглощает весь наш опыт после смерти нашего тела здесь, на Земле. [06:06:15] dir : Это как «Орел» у Кастанеды? [06:06:52] Tages: Нет. Вернее, не совсем. Похоже, но не то. Наши тела и личности в этом мире – своего рода «аватары» нашего «высшего Я». [06:07:04] dir : Это, типа, Души, что ли? Типа, это ты же, но как бы проживший много-много жизней. Так? [06:07:26] dir : О чем вы с Ним говорите? [06:08:03] Tages: Я– Александр, кстати, а ты? [06:08:12] dir : Я – Алексей. [06:09:44] Tages: О чем говорим? Как жить, от чего болезни, в чем смысл жизни, что есть добро, что есть зло… [06:10:09] dir : И есть ответы на все эти вопросы? [06:11:46] Tages: Что же ты спрашиваешь? Ответ есть на ЛЮБОЙ вопрос! [06:12:08] dir : А мне вот почему-то кажется, что понятия «Добро» и «Зло» лишь плод нашего разума. Что скажешь? [06:13:11] Tages: Бинго! И то и другое – иллюзия. Ты абсолютно прав! [06:13:30] dir : Ты сам откуда? [06:13:50] Tages: Москва… [06:14:41] dir : Я из Глахова (есть такой город в провинции). [06:15:23] Tages: Да, знаю. Был там как-то проездом. Несколько лет назад. Я тогда путешествовал автостопом и однажды… Впрочем, не важно! Знаю, в общем. :-)) [06:15:48] dir : WOW . Это круто! [06:16:33] Tages: Что, на твой взгляд, первично – сознание или материя? [06:16:52] dir : Ничто! Вечно и то и другое. И то и другое есть два полюса некой «Единой Субстанции». [06:17:45] Tages: И снова бинго! Я начинаю сильно подозревать, что наш диалог далеко не случаен. Как и наша спонтанная встреча в этом чате. Как и наше общение на форуме «Киберденег». [06:18:28] dir : Если не секрет, как давно ты был у нас? Я имею в виду – в Глахове. [06:20:05] Tages: В августе 1999 года. [06:20:25] dir : Наверное, это действительно круто – уметь напрямую контактировать со своим «высшим Я». Задавать разные вопросы. Получать на них ответы. [06:20:48] Tages: Что тебя сейчас волнует? [06:21:18] dir : Много разных вещей… [06:21:25] Tages: Выбери одно. [06:21:55] dir: Деньги! Как разбогатеть? [06:22:31] Tages: Хочешь узнать, как стать миллионером? Я тебя правильно понял? :-)) [06:23:11] dir: Не совсем. Меня интересует вопрос: почему одни люди бедные, а другие богатые? Что именно определяет их уровень богатства или бедности? [06:26:34] Tages: А как сам считаешь? [06:28:14] dir: Не знаю. Знал бы, не спрашивал бы. Но явно не ум, не образование и не знания. [06:31:04] Tages: Вот как? Хм… [06:31:44] dir: Конечно! Посмотри, сколько вокруг умнейших людей, влачащих жалкое полунищенское существование. И сколько вокруг дегенератов, учившихся в школе на двойки и тройки, которые теперь ворочают миллионами. [06:32:16] Tages: Может быть, «воля к деньгам»? ;-)) [06:33:41] dir: В каком смысле? Что это вообще за хрень? [06:34:52] Tages: В философии Ницше одним из центральных понятий является «воля к власти». Она описывает то, что Ницше считал главной движущей силой в людях, – достижения, амбиции и стремление достичь максимально возможного положения в жизни. Это все проявления воли к власти. [06:36:11] dir: Какое это имеет отношение к деньгам и богатству? [06:36:58] Tages: А такое, что и в отношении богатства работает аналогичное правило. Финансово богатыми и преуспевающими становятся люди, у которых присутствует врожденное чувство – «воля к деньгам». Назовем их условно «бизнесменами». Для таких людей бизнес – это не столько способ получения денег, сколько способ самореализации. Такой человек 24 часа в сутки думает о том, где и как ему заполучить как можно больше денег. Генерация денег – это стиль жизни и образ мысли бизнесмена. Если человек приходит в бизнес без этого качества (без «воли к деньгам»), он очень быстро перегорает, впадает в депрессию и все бросает. Тот же, кто наделен «волей к деньгам», будет карабкаться на свою вершину успеха, несмотря ни на что. Падая, он будет подниматься и двигаться дальше. Совершая ошибку и теряя один бизнес, он будет тут же открывать новый и продолжать процесс генерации денег. [06:38:04] dir: Охренеть! Ты это все сам придумал? [06:40:41] Tages: Самое интересное, что это чувство – «воля к деньгам» – именно врожденное. Оно либо есть в человеке от рождения, либо его нет. Да, человек без этого чувства тоже может стать успешным в бизнесе и заработать много денег, но, во-первых, подобное случается крайне редко и является скорее исключением из правил, а во-вторых, счастливым такого человека богатство все равно не сделает – вечная неудовлетворенность, ощущение впустую проживаемой жизни и т. п. ему обеспечены. [06:42:20] dir: Пожалуй, это самое охрененное, что я услышал за последние десять, а то и двадцать лет! Прямо-таки откровение какое-то! Спасибо за то, что поделился со мной своими мыслями! [06:45:12] Tages: Мне снова кажется, что наша встреча здесь совсем не случайна. [06:45:35] dir : Александр, извини за нескромный вопрос, тебе сколько лет? (Кстати, через 15 минут мой провайдер отрубает меня от Сети.) [06:46:18] Tages: Так ты хочешь научиться устанавливать контакт со своим «высшим Я»? Мне 31. [06:46:28] dir : Еще бы! (И мне 31!!!) [06:47:23] Tages: Запиши мою «аську» – 133864706. Когда почувствуешь, что тебе совсем херово, набери этот номер. [06:47:35] dir : Записал. [06:48:33] Tages: Как тебе название и тема канала? [06:49:09] dir : Отлично! Я сразу зашел туда, куда надо. Кто ты по жизни, если не секрет? [06:50:09] Tages: Я – писатель, путешественник. Мыслитель. Глубоко интересуюсь наукой, философией, эзотерикой, религией, мистикой, оккультизмом и т.п. [06:50:42] Tages: Мне понравилась наша беседа. Удачного дня! [06:50:57] dir : Охренеть! Я тоже писатель! И тоже интересуюсь всем, тобою перечисленным! Да, я беседой тоже остался доволен. Удачи! Спасибо и до встречи… -– От компьютера Алексей Николаевич отклеился только ближе к семи утра. Офонаревший, %))) но удовлетворенный. :-)) Выпитая бутылка портвейна давала знать о себе слабой головной болью. Впрочем, благодаря трем «убитым» косякам, обычного похмелья не ощущалось. Так, легкая дурнота, обещающая вот-вот рассосаться. Дабы ускорить этот процесс, а заодно проветрить мозги и взбодрить тело, Барский решил сходить к Пухлому на завод, где тот околачивался в качестве третьего подручного сталевара. Мысль эта была хороша еще и тем, что обсудить с Пухлым предстоящее дело вживую, без сомнения, было предпочтительнее, нежели трепаться с ним об этом по телефону. И наконец, последний аргумент – возможность поупражняться всталкинге (в кастанедовском значении этого термина, а не в смысле домогательств и преследования кого-либо). Это только кажется, что проникнуть постороннему человеку на хорошо охраняемую территорию завода стратегического значения довольно сложно. На самом деле все не так. Для сталкера нет ничего невозможного. Тем более когда в его распоряжении оказывается такой мощный инструмент, как бюрократическая система. Изучив выставленную перед конторой «доску вакансий», Алексей Николаевич твердым шагом направился в отдел кадров. Неквалифицированная рабочая сила требовалась предприятию всегда. – Здравствуйте! – жизнерадостно воскликнул он, вбегая в кабинет начальника по кадрам. – Вам нужны грузчики? В двадцать пятый цех. Я прочитал объявление на доске. – Здравствуйте, – безо всякого энтузиазма отозвался тощий сухой мужичонка, – грузчики нам нужны. И, как бы не доверяя самому себе, тут же схватился за телефон. Навертел номер, выждал гудки. – Иван Петрович, – истошно завопил он в трубку, – грузчики тебе еще требуются? Требуются! Ну и славно. Ага… Да, тут как раз человечек подошел… Хорошо, сейчас направлю… Алексей Николаевич нетерпеливо переминался с ноги на ногу. – Трудовая у вас с собой? – Нет. – Барский неистово замотал головой. – Только паспорт. Я, видите ли, еще со старой работы не рассчитался. Решил сначала удостовериться, что вы меня принимаете, а потом уж… Если берете, завтра подойду со всеми документами. – Рассудительно, рассудительно… – Мужичонка с одобрением покивал головой. – Давайте паспорт. Я выпишу вам разовый пропуск. Пройдете по нему на завод, поговорите с начальником цеха. Если вы ему подходите, пусть позвонит мне. В этом случае жду вас с трудовой и медицинской книжками. Будем оформлять. Алексей Николаевич без проблем миновал проходную, поинтересовался, как найти шестнадцатый цех, и двинулся в указанном ему направлении. Изнутри завод чем-то напоминал секретный военный городок. Некое подобие улиц с дорожными знаками и тротуарами, пушистые газоны, деревья. Сейчас он чувствовал себя диверсантом, забравшимся на вражескую территорию. На проходной его никто не обыскал, и под плащом он запросто мог пронести несколько тротиловых шашек. Если эти шашки заложить под основание гигантской трубы, возвышавшейся в отдалении, а затем привести взрывной механизм в действие, последствия будут катастрофическими. Взрыв можно сделать направленным, чтобы труба рухнула точно на мартеновский цех (куда он сейчас и шел), а время взрыва лучше всего подгадать такое, когда только что сваренную сталь сливают из печи в большой металлический чан. Заложил бомбу, вышел с завода на улицу, дождался нужного часа и, нажав кнопку на пульте дистанционного управления, завершил свое черное дело. Пока разберутся что к чему, тебя уже может не быть не только в городе, но и в России. Это, разумеется, если пройти на завод по поддельному паспорту и заранее купить билеты на поезд или самолет. Поймав себя на этих мыслях, Алексей Николаевич рассмеялся. «Да-а, реклама терроризма организована у нас великолепно. Так вот начитаешься, насмотришься и сам не заметишь, как сделаешься “бойцом невидимого фронта”. По глупости или из спортивного интереса. Или еще по какой причине. От безденежья, например. Чем не повод? За хорошо спланированный и осуществленный теракт заинтересованные в этом лица должны платить нехилые бабки. А человек, доведенный до ручки, готов на все… М-да… Чего-то я совсем заврался…» В раздевалке, куда он сначала поднялся, никого не было. Нескончаемыми рядами стояли металлические ящики, справа в душевой шумела вода. Кто-то там фыркал и повизгивал. Пробежав по узкому проходу, Алексей Николаевич вылетел в цех. Прошелся вдоль монорельсовых вагонеток, подвозящих к работающему мартену металлический лом, едва не попав при этом под стремительно снующую завалочную машину, совершенно непредсказуемо меняющую траекторию движения. Шарахнувшись в сторону, он оказался на открытой площадке. Здесь стояли автоматы с газированной водой, скамейки без спинок и конусообразная урна. Возле урны, сгрудившись, курили несколько мужиков, облаченных в войлочные бушлаты. – А я говорю, – орал один, стоявший к Барскому спиной, – русский человек нигде не пропадет! Взять хоть моего дядьку. Он когда приехал в Германию, сразу устроился шоферюгой на бензовоз. Ну, немцы, они дотошные, это всем известно. Заливают в него пятнадцать тонн, капелька в капельку, миллилитрик к миллилитрику, опечатывают цистерну, пишут бумажку и отправляют на объект. Он приезжает, все как положено. Бензин сливают и тут же меряют. Что за херня?! Десяти литров не хватает. Ну-у, дядька, конечно, в отказ. Знать не знаю, ведать не ведаю. Пломбы целы, чего ж вам еще надо? На другой день к нему подсаживают экспедитора. Заливают, опечатывают, везет. По дороге нигде не останавливаются, из кабины не выходят. Та же петрушка. Нет десяти литров! Никто ничего понять не может. Как так? Одобрительное ржание. – Неделю терпели, а потом хозяин не выдержал. Как ты, говорит, это делаешь?! Я тебя не уволю. Я тебе даже премию выпишу, только раскрой секрет! Ну, дядька поломался, покуражился, махнул рукой и признался. Все гениальное просто! Я, говорит, прежде чем ехать заправляться, опускаю в цистерну ведро… – Простое ведро? – удивился один из слушателей. – Простое ведро, но с гирей на дне! Поставил внутрь, сел за баранку и к заправщику. Они его заполняют, опечатывают, подсаживают экспедитора. Едут. На объекте бензин сливают. Весь… Кроме того, который остался в ведре. Он отвозит экспедитора, а сам залезает в цистерну и достает свои десять литров! Дружный гогот аж до посинения и хрипоты. Алексей Николаевич тоже улыбнулся, хотя слышал эту историю уже не один раз. Удовлетворенный произведенным эффектом, рассказчик повернулся. Это был Пухлый. Под глазом у него сиял здоровенный фингал, лоб и правую щеку украшали свежие царапины. Нисколько не удивившись, он подмигнул Барскому: – Привет! А ты чё тут делаешь? – Да так, – Алексей Николаевич пожал плечами, – поболтать зашел. – Володя, – Пухлый хлопнул по плечу долговязого парня в каске, – порожки мы насыпали, желоб я вымазал. Пробы Петрович минут через двадцать брать будет. Я пока отойду с товарищем пожужжать. Если чего, ты за меня первую снимешь, ладно? Лопата с подстаканником возле щита валяются. Они спустились по лестнице с массивными чугунными ступенями. Сели на лавочку. – Ну и чего ты приперся? – поинтересовался Пухлый, закуривая сигарету. – Мы же, вроде бы, договорились, что ты позвонишь. – А тебе не один хрен? У тебя смена во сколько заканчивается? – Смена?.. – растерянно переспросил Пухлый. – Часа через полтора. Последняя плавка. Сейчас сталь спустим, и свободен. А что? – Ничего, – улыбнулся Алексей Николаевич. – Думал тебя в пивнушку пригласить. Но раз так долго, давай прямо тут все обсудим, да я пойду. Не люблю ждать. – Погоди, погоди! – заволновался Пухлый. – Вован уже здесь, я с ним добазарюсь. Он мне за прошлый месяц по-любому полсмены должен. Ты, короче, вали на выход, а я щас. Переоденусь и следом. – А в душ? – удивился Барский. – Нахер душ! Дома помоюсь. Всё! Беги, давай. – Ну, смотри сам. Жду тебя в «Толстяке». Это тут, сразу за проходной. – Знаю-знаю, – отмахнулся Пухлый, – через двадцать минут буду. С завода Алексей Николаевич вышел все по той же лягушачьей бумажке. Тут же скомкал ее и выбросил в урну. Не спеша пересек улицу. Зашел в заведение, расположившееся под вывеской «Толстяк», и, взяв два пива, уселся за свободный столик. Уже через десять минут, вместо обещанных двадцати, к нему присоединился Пухлый. – Всё в ажуре, – радостно сообщил он, гигантской пиявкой присасываясь к кружке. – Фомку я заказал, ручной работы! Будет сегодня вечером. – А с чего ты взял, что я уже согласился? – Ну, ведь не просто так ты сюда пришел, – подмигнул Пухлый. – Если пришел, значит, принял решение. Так ведь? – Так, – согласился Алексей Николаевич. – Фомка просто супер! Специально для тебя делают. Девяносто пять сантиметров, высоколегированная сталь, закалка. С таким инструментом банки грабить можно, не то что какой-то вонючий гараж вскрыть. – Может, тогда и пойдем на банк? – пошутил Барский. – В другой раз. Этой ночью нам заказали компрессор, а кидать заказчиков нехорошо. На них мир держится. – Ты мне лучше вот что скажи, мил человек. У тебя фонарик есть? – Какой фонарик? – не понял Пухлый. – Ну, такой, как у тебя под глазом, нам вряд ли чем-то поможет. Я имею в виду обычный электрический фонарик. Лучше всего на аккумуляторах, а не на батарейках, и желательно пару штук. – Слушай, – обиделся Пухлый, трогая пальцем фингал, – я тебе не бюро находок и не лавочка полезных вещей. Скажи спасибо, что фомку делаю. – Спасибо. – Перчатки, фонарики, керосиновую лампу, воздушные туфли и шапку-невидимку ищи для себя сам. Понял? – Понял, – вздохнул Алексей Николаевич. – И вообще, на кой хрен тебе фонарик? Ты что, в темноте замок содрать не сможешь? – Смогу, конечно. Просто я подумал, что… – А если сможешь, то и базарить не о чем. Компрессор, в конце концов, я думаю, мы и на ощупь отыщем. Не иголка в стоге сена, слава те господи. Еще по одной? Алексей Николаевич послушно встал и сходил к стойке бара. Пухлый с урчанием накинулся на принесенное пиво. – Главное, что деньги сразу, – напомнил он. – Не придется эту дуру крупногабаритную таскать на себе туда-сюда. – Да, это хорошо. – Еще бы! Мы с Борхесом пару месяцев назад трубы чугунные тырили, так семь потов сошло, пока надыбали покупателя. Со склада в лес, из леса ко мне в гараж, оттуда к Борхесу на огород. И все на горбу! Как только не спалились, ума не приложу. – Хм… – И пусть после этого мне кто-нибудь скажет, что воровать – это просто. Воровать – это очень непросто! Мало того что шкурой собственной рискуешь, так еще и выматываешься как собака. Он вдруг ни с того ни с сего рассмеялся. – По поводу? – поинтересовался Барский. – Да так, вспомнилось кое-что, – отмахнулся Пухлый. Не утерпел и выдал: – Брали до этого одну хату. Деревянный двухэтажный домик. На верхнем этаже глухонемой жил, а хозяева с нижнего этажа уехали на выходные в деревню. Залезли, как обычно, ночью. Думали, что ценное есть, а там пусто, хоть вешайся. Ковры и те к стенам гвоздями приколочены. Стали их отдирать, чуть дом не развалили. Глухой на верхнем этаже проснулся! Пришлось все бросить и делать ноги. Ладно хоть банку огурцов маринованных прихватить успел. А то совсем обидно было бы. – Очень смешно, – покачал головой Барский, наморщив лоб. – Угу! Я-то огурцы спер, это ладно, а Борхес так тот вообще оригинал: в аквариум с рыбками им нассал. Из вредности. Стоял там у них аквариум в углу. Все рыбы, наверное, передохли. – Дебилы, вот вы кто, – буркнул Алексей Николаевич, – зачем гадить-то? Не удержался и прыснул. Рыбы, мечущиеся в воде, разбавленной ядовитой мочой Борхеса, представились очень живо. Равно как и глухонемой, проснувшийся среди ночи от того, что дом ходит ходуном. – Ладно, – вздохнул он, насмеявшись, – где и во сколько встречаемся? – Давай в половине второго возле обувной фабрики, – предложил Пухлый. – О’кей. Фомка точно будет? – А то! Я ж говорю, спецзаказ. – Понятно. А я все-таки фонарик найти попробую. Все шуму меньше будет, чем в потемках шароё****cя или спичками подсвечивать. – Ну, это уж на твое усмотрение. Флаг тебе в руки. Попрощавшись, Алексей Николаевич вышел. До дома он решил добираться пешком, а добравшись, тут же завалился спать. Кто бы что ни говорил, дело предстояло серьезное. Если поймают, посадят года на три как минимум. В глазах правосудия что компрессор, что взорванная труба на заводе – все едино. А чем мельче преступление, тем больше срок. Взорванную трубуони , может быть, и простили бы, а вот компрессор не простят. Это уж как водится… -– http:// www .cyberdengi.com/forum/ ::ФОРУМ на КИБЕРДЕНЬГАХ:: Психология и эзотерика – Осознанное сновидение (ОС), внетелесный опыт (ВТО) –– By Tages ,date 2002.10.24, в 03:15 –– Quote from Dir: Есть ли в практике ОС что-то, связанное с непосредственным материальным миром? Например, никто не сталкивался с тем, что он что-то делал во сне, а потом это в реальности проявлялось? Это работа уже высшего порядка! Большинство людей, входящих в ОС, вообще дальше своей черепной коробки не продвигаются, и их ОС – это всего лишь "ментальное моделирование". Простой пример: 1. Во сне человек осознал, что спит, обнаружил себя в соседней комнате и, находясь там, в сновидении сбросил со стола на пол книгу. Проснувшись, человек вышел в ту самую комнату (уже в реале) и обнаружил, что книга НЕ сброшена (как во сне), а так и лежит на столе. Вердикт: даже находясь в ОС, человек не вышел за рамки ментального моделирования, у него не было эфирной проекции! 2. Во сне человек осознал, что спит, обнаружил себя в соседней комнате и, находясь там, в сновидении сбросил со стола на пол книгу. Проснувшись, человек вышел в ту самую комнату (уже в реале) и обнаружил, что книга действительно сброшена со стола и лежит на полу (как во сне). Вердикт: находясь в ОС, человек вышел-таки за рамки ментального моделирования, у него была полноценная эфирная проекция! Другой пример проверки, является ли Ваше ОС просто ментальным моделированием или же это уже эфирная/астральная проекция, я приводил выше в этой ветке, где речь шла о чтении книги в ОС и проверке затем в реале. Quote from Dir: Эфирную проекцию другие люди могут видеть? Те, которые находятся в том месте, где была книга сброшена? Если это именно проекция, а не "ментальное моделирование", могут и увидеть. А могут и НЕ увидеть (зависит от уровня пробужденности сознания наблюдателя). Могут не увидеть, но почувствовать инородное присутствие. Кроме того, проецируясь на эфирный план, опытный сновидец может вообще своему эфирному телу придать любую форму, а не копировать человекоподобную (так неосознанно делают обычно новички). Например, если цель только наблюдать и слушать, сновидящий, переместившись на эфирный план, может принять форму небольшого шара, облака, летающего глаза, да всего чего угодно! При проекциях же не на эфирный, а на астральный или ментальный планы проецирующийся попадает вообще в совершенно иные сферы (с иным пространством, иным ходом времени, иными законами), и с физического плана обычным людям такой "путешественник" будет совершенно незаметен. Quote from Dir: А возможно ли с помощью осознанного сновидения видеть будущее? Например, завтрашний футбольный матч, чтобы знать, на какую команду ставить на тотализаторе. В принципе – да. Но, как я уже объяснял ранее, видеть Вы будете не 100 %-е будущее, а лишь один из возможных/вероятных вариантов этого будущего. Давайте поясню конкретно на примере футбольного матча. Допустим, 18-го февраля в 23:00 Вы получили информацию с астрального уровня касаемо завтрашнего матча. Информация говорит о том, что проиграет команда "Синих" со счетом 1:3. В физической реальности матч назначен на 23:00 19-го февраля. Так вот, за прошедшие сутки астральная форма, которую Вы видели 18-го, может быть очень (существенно!!!) сильно изменена мыслями/чувствами/верой/желанием МИЛЛИОНОВ(!!!) болельщиков, а также – самих игроков! Когда миллионы людей желают/мыслят/чувствуют/верят в одно и то же, это нечто трансформируется! Допустим, болельщики и игроки "Синих" за прошедшие сутки очень страстно верили в победу своей команды, сильно желали этого. А вот их противники в отношении своей команды – нет (были и так уверены в победе, почивали на лаврах). В итоге за те сутки, которые пройдут с момента Вашего "видения будущего", увиденная Вами астральная форма может сильно измениться и воплотиться в физическую реальность уже совершенно иной. В итоге – команда "Синих" выигрывает со счетом 3:2, например. Как правило, вероятность реализации именно увиденного в астрале/ментале – порядка 80–90 %. Но нельзя забывать и про оставшиеся 10–20 %. Можно ли видеть не вероятное/предполагаемое, а вполне конкретное и на 100 % точное будущее? Да, можно! Но это уже будет работа совершенно иного порядка! И считывается такая информация уже не с астрального или ментального уровня, а совершенно из другой области. И доступно такое вИдение лишь единицам! Да и получить доступ к такому вИдению через ОС – весьма проблематично (здесь нужны более мощные практики или сильнейший врожденный дар ясновидения). -– Дождь начался еще с вечера. Разбуженный стуком капель о жестяной карниз, Алексей Николаевич долго лежал на диване не двигаясь, разглядывая танец неровных световых пятен на потолке. Иногда свет фонаря, стоявшего точно напротив окна, откровенно бесил. Хотелось задернуть шторы или даже достать из шкафа пневматическую винтовку и расстрелять на фиг надоедливую лампочку. Однако были моменты, как, например, сегодня, когда проникающий в окно свет не только не вызывал раздражения, но, скорее наоборот, доставлял массу удовольствия, подобно волшебной лампе ввергая сознание в области запредельного и мистического, где мысль не несет никакой информации, а является выражением внутренней гармонии и счастья. Обычная реальность в такие минуты раскалывается, уступая место сомнению – а так ли незыблемы и статичны наши представления о мире, а не доступно ли человеческому восприятию нечто большее, чем то, к чему мы привыкли за долгие годы своего пребыванияздесь ?.. Вспомнив о предстоящем деле, он встал, умылся, быстренько перекусил и начал собираться. Понимая, что работа предстоит грязная, Алексей Николаевич достал рабочий комбинезон и переоделся в него. Ночью все равно никто не увидит, а если и увидят, то примут за сторожа или рабочего третьей смены, отправившегося за водкой. Поскольку комбинезон был теплым и водонепроницаемым (…ой ли?.. ), ни дождевик, ни куртку поверх него можно не надевать. Еще он отыскал старую вязаную шапочку и кожаные перчатки. Что до обуви, то ботинки, увы, придется надеть нормальные (если, разумеется, нормальной можно назвать ту погань, в которой он ходил), других просто нет. Как бы там ни было, с одеждой особых проблем не возникло. Проблемой оказалось найти фонарик. Вернее даже не сам фонарик, а батарейки к нему. Перерыв весь дом сверху донизу, Алексей Николаевич плюнул и зарядил фонарь батарейками от телевизионного пульта. Не брать же, в самом деле, с собой керосиновую лампу или, того хуже, свечку! В конце концов, Пухлый прав. Компрессор не иголка, найдем и так. Ну а для того чтобы «снять» замки, света и вовсе не нужно. Вставил монтировку, укрепил и дергай со всей дури. Авось сорвешь с первого раза. Из дома он вышел около часа ночи. Дождь моросил по-прежнему, мокрые улицы были пусты. Город спал, затянутый плотными облаками. Охваченный давно забытым восторгом, Барский шлепал по лужам, не заботясь о своих ботинках. «Черт с ними! Чем скорее развалятся эти, тем быстрей куплю новые. Получу за компрессор деньги, прямо завтра пойду и куплю. Еще и на Интернет останется, и на парочку CD-ROM’ных дисков». Жажда приключений переполняла его, совсем как когда-то в юности, когда точно так же ночью он спешил на встречу с Пухлым, чтобы идти взламывать очередной склад какой-нибудь мелкой строительной фирмочки или расположенный на окраине города магазин хозтоваров. Почему они специализировались именно на стройматериалах, сказать было трудно. Наверное, потому что именно их было легче всего сбагривать. Роль Барского всегда ограничивалась простым участием в деле, тогда как поисками покупателя занимался исключительно Пухлый. Был у него к этому особый талант, да и соответствующих знакомств имелось поболее. Шагая сейчас по улице, Алексей Николаевич ловил себя на том, что предстоящее преступление нисколько не пугает его. Он думал, что завязал с криминалом раз и навсегда, оказалось, что нет. И пусть изначально на предложение Пухлого он согласился только ради денег, теперь им овладевал настоящий азарт. «Если все получится, как задумано, – рассуждал он, – надо будет сразу же договориться о новом деле. А что? Разве это плохо?! То, за что я горбачусь на работе полмесяца, без особых проблем можно получить за одну ночь. И самое главное, сколько впечатлений, сколько переживаний и адреналина! Одно дело – смотреть на все это по телевизору или в кинотеатре, и совсем другое – быть реальным участником событий. Со временем мы обзаведемся специальным снаряжением, рациями, автомобилем… Купим оружие! Да и с дешевых железяк можно будет переключиться на что-нибудь более ценное. Хаты зажиточные бомбить, например, или склады с дорогостоящим оборудованием. Главное – не наглеть, но и ничего не бояться». Алексей Николаевич ощутил, как им начинает овладевать так хорошо знакомое, ни с чем не сравнимое возбуждение. Наверное, именно так должен чувствовать себя индеец, вставший на тропу войны, или хищный зверь, когда настигает добычу. Он наслаждался собой, своими ощущениями. Он чувствовал приятную тяжесть инструмента в рюкзаке за спиной. Он перебирал в уме тысячи всевозможных комбинаций и вариантов со скоростью квантового процессора и был по-настоящему счастлив. Когда он добрался до места встречи, Пухлый уже поджидал его. Пригорюнившись, он сидел на ступенях крыльца обувной фабрики под раскрытым зонтом. Вид у него был довольно отстраненный, из чего можно было заключить, что он успел зарядиться изрядной порцией героина. Дабы придать психике особую устойчивость, очевидно. Была у него такая страстишка. На коленях у Пухлого лежал продолговатый газетный сверток. «Та самая “спецзаказанная” фомка», – догадался Алексей Николаевич. – Здорово, перец! – приветствовал он товарища. – Нагрузился уже, да? Нагрузился?!. – Это ты грузишься, – вяло отреагировал Пухлый, – а я, к вашему сведению, оттягиваюсь. – Оттягиваешься, да? Оттопы-ы-ыриваешься?!. – Да уж… Работы-то навалили опять выше ушей, блин! – Ой, да ладно тебе… Работает он, посмотрите на него… Пойдем-ка лучше покурим-ка. Пойдем-ка покурим-ка… – Ну ладно, пойдем-ка покурим-ка. – Пойдем-ка покурим-ка, пойдем-ка покурим-ка… Посмеялись. Барский был приятно удивлен «сетевым образованием» Пухлого. Почему-то вспомнились старухи у подъезда. Хотя, почему именно, догадаться было нетрудно. – Дождьты заказал? – поинтересовался Алексей Николаевич. – Угу! Самая что ни на есть воровская погода. На вот, это тебе. Пухлый протянул сверток. Как и предполагалось, в свертке оказалась фомка. Легкая, прочная, с синеватым отливом. Один ее конец оканчивался выгнутой под углом в сорок пять градусов лапкой, другой – ?-образной загогулиной. – Wow! – не скрывая восхищения, воскликнул Барский. – Да это же произведение искусства. Ее на выставку надо или в музей. Сколько отстегнулза такое ? – Нисколько. Друзей надо иметь хороших, вот и все. Алексей Николаевич с сомнением посмотрел на заметный даже в потемках фингал Пухлого. – Знаешь, на кого ты похож? – На кого? – На панду. Правда, какую-то одноглазую… – И что теперь? – Что теперь? – Я бегаю по Африке и кушаю детей, – сообщил Пухлый, после чего встал, сложил зонт, и они отправились воровать. В окне сторожки горел свет. Подкравшись, словно две тени, они заглянули внутрь. Маленькая неопрятная комнатка с увешанной грязными телогрейками и картинками голых баб стеной, до невозможности загаженным столом и грубо сколоченной лавкой. На лавке, пузом кверху, дрых бородатый мужик. Очевидно, сторож. На животе у него свернулся калачиком кот. В дальнем углу комнаты доисторический черно-белый телевизор, с антеннами-рожками, показывал зигзагообразные полосы. Еще здесь присутствовало отвратительного вида ведро, то ли с блевотиной, то ли в качестве параши, одного взгляда на которое было достаточно, чтобы представить, как оно смердит. Ведро стояло возле скамейки таким образом, что если спящий на ней сторож вдруг проснется и вскочит, то непременно будет должен либо наступить в него, либо опрокинуть, залив все вокруг мерзостной жижей. – Ну, как тебе? – шепнул Пухлый. – Нормально, – так же шепотом ответил Барский, – полный мудак. Лучше и не придумаешь. – Может, подпереть дверь вагончика палкой? – Не надо. Вдруг он захочет выйти посрать или проблеваться. – Дык у него ведро вон стоит! – Не надо. Ведро, может быть, только для колориту поставлено. Для запаха. Вдруг ему захочется на свежий воздух? – И что? – Подпертая дверь – это подозрительно. Сразу будет ясно, что здесь что-то не так. Усек? – Понятно… Они обошли территорию базы и оказались в дальнем конце двора. «Хорошо, что собак нету, – промелькнуло в мозгу у Алексея Николаевича, – а если и есть, то предпочитают в такую погоду спать. Что они, глупее хозяина?» – Вотоно , – прошептал Пухлый, указывая на ржавую металлическую дверь. – Подсобка… – Давай сначала с ворот замок снимем, – предложил Барский. «Самое главное, не торопиться, – напутствовал он сам себя. – Ворота стальные, если фомарь сорвется, грохоту будет, как на железной дороге». Прикрывая фонарик рукой, Алексей Николаевич посветил. Замок был обычный, клепаный. Как правило, такие ломаются с первой попытки, главное, правильно установить инструмент. Воткнув в дужку замка, он осторожно просунул фомку на несколько сантиметров и, помогая себе свободной рукой, закрепил металлическую лапку у основания скобы, на которой замок висел. Передвинул монтировку от центра поближе к тому краю, где находился язычок. Это было главным секретом. Если поставить фомку точно по центру или, того хуже, передвинуть не в сторону язычка, а ближе к втулке, которой дужка замка крепится к его основанию, потребуется в три-четыре раза больше усилий. Да и шуму наделаешь во столько же раз больше. Словом, дилетантство. Пухлый наблюдал за его манипуляциями с интересом, словно видел все это впервые. Когда замок был сорван, он поднял его и аккуратно повесил на место, будто и не было никакого взлома. Затем они перешли к дверям подсобки, где Алексей Николаевич все с тем же изяществом и мастерством вскрыл второй замок, не произведя при этом ни одного лишнего звука. «Воровская квалификация, – подумал он не без гордости, – это как умение плавать. Коли уж научился, то и через десять лет, оказавшись в воде, поплывешь уверенно, аки морская корова». Пока Пухлый бегал на угол смотреть, как там сторож, Барский вошел внутрь. Шагнул и чуть не сломал себе ногу, запнувшись о брошенную у входа наковальню. Глаза полезли на лоб. Невероятным усилием воли сдержавшись, чтобы не заорать (…этот Василий Алибабаевич… этот нехороший человек… мне на ногу батарею сбросил, падла!.. ), Алексей Николаевич зажег фонарик. Посветил из угла в угол, отошел в сторону. Какой только рухляди не было свалено в эту комнату! Маленькие и большие задвижки, чугунные вентили, унитазы, ванны, раковины, чудом сохранившиеся с доперестроечных времен транспаранты, какие-то декорации, лестницы, мотки телефонного кабеля… Тут же стоял и компрессор – литой зеленый цилиндр с мотором наподобие мотоциклетного и жестяным бензобаком. Больше всего Барского почему-то поразило, что именно таким он себе и представлял этот полезный агрегат. Совпадал даже цвет, в который тот был выкрашен. Единственное отличие заключалось в колесах. Ему они представлялись большими, с черными надувными шинами, тогда как на самом деле колесики были крохотными и совсем без резины. На боку компрессора красовалась белая надпись: «РСУ-7, дизель». – Я мудак, и он мудак, – пробормотал Алексей Николаевич, выключая свет, – у нас дизель спи@дили!.. – Бл***-а-а-А-А!!. %[[[ Это нырнувший в подсобку Пухлый налетел на наковальню. – Если выйдешь из себя, – процитировал Барский, – то рискуешь заблудиться… Тише там! – Какой козел (…этот Василий Алибабаевич… ) поставил здесь эту хрень?! – Наверное, тот же самый, что и компрессор, – предположил Алексей Николаевич. – Как сторож, все тихо? – Тихо, тихо… – проканючил Пухлый. – Х*ли сторож-то?.. – Давай сдвинем эту (…батарею… ) железную дуру в сторону, а то она всю дорогу перегородила. Вдвоем они перетащили наковальню к стене. Пухлый кряхтел, Барский тихонько посмеивался, сам не зная чему. Покончив с наковальней, принялись за расчистку компрессора, сдвинуть с места который не представлялось возможным, предварительно не раскидав весь тот хлам, который был на него навален. – Кажется, я пальцы на ноге сломал, – тихонечко поскуливал Пухлый. – Срань господня, как больно-то! – Ничего-ничего, – подбадривал его Барский, – глаз не жопа, проморгается. – Какой еще, на фиг, глаз? Как я завтра на работу пойду, в гипсе, что ли? – Отгул возьмешь. Скажешь, производственная травма. – Мне бугор такую травму устроит, – продолжал плакаться Пухлый, – вторую ногу к чертям собачьим выдернет! – Елки зеленые, – воскликнул Алексей Николаевич, не скрывая восхищения, – ты только посмотри, сколько здесь разного добра! Кабель, задвижки, раковины… Одни горшки чего стоят! Я имею в виду унитазы. Это же куча денег! Неужели мы все это так вот и бросим? – Бери ношу по себе, что б не падать при ходьбе, – буркнул Пухлый. – Самому жалко, да что поделаешь? – Давай откатим компрессор, а потом вернемся за… Алексей Николаевич замолчал, не зная хорошенько, за чем именно он хочет вернуться. Пухлый хихикнул. – Жадность фраера сгубила, – назидательно изрек он. – Во-первых, тащить всю эту ботву нам все равно некуда, во-вторых, у нас не так много времени, а в-третьих, мы пришли за компрессором. – Да-а, – согласился Барский, – здесь без машины не обойтись. Тут самосвал целый нужен! – Самое плохое – это жадность. Когда начинаешь хватать все подряд, вместо того чтобы взять только то, за чем пришел, непременно спалишься. Сколько из-за этой жадности людей хороших погорело. Даже и вспоминать не хочется! – Слушай, – с воодушевлением начал Алексей Николаевич, – а почему бы нам снова не начать орудовать вместе? – В смысле? – удивился Пухлый. – Как в старые добрые времена! У нас ведь был отличный тандем. С каждого дела будем откладывать в общак по десять процентов от полученной суммы. Рации купим, чтоб за шухером следить было удобнее или на ментовскую волну настраиваться, тачку подержанную, пару пушек. – М-да… Хорошо свистишь! – А что? Очень даже запросто. Если все делать с умом, то риск не такой уж и большой. На всякий пожарный, все из тех же «общаковских» денег можно будет даже нанять адвоката! Это на тот случай, если когда-нибудь проколемся. – Типун тебе на язык! – Нет, в самом деле… – А я говорю, хватит! – оборвал его Пухлый. – Потом поговорим на эту тему, не сейчас. Ты что, накаркать хочешь? – Я только… – Потом! Сначала дело доделать надо. Ведешь себя, как космический, блин, турист. Вздохнув, Барский замолчал, так как понял, что Пухлый в данной ситуации был все-таки прав. – А насчет всего этого хлама, – после короткой паузы объявил Пухлый, – ты не боись. Через полгодика, когда про компрессор все забудут, сюда можно будет наведаться снова. Не думаю, чтобы с первого раза они стали кардинально менять систему охраны. Мы с Борхесом раз семь, наверное, в шестнадцатый ЖЭК через одно и то же окно лазили, пока они сподобились решетку поставить. – Забавно… – Ничего забавного. Просто кому это надо? Было б конкретно чье-то, тогда другой базар, а так… – Пухлый махнул рукой. – Все вокруг колхозное, все вокруг мое. – А зачем вы лазили в один и тот же ЖЭК столько раз? – наивно спросил Алексей Николаевич. – Да по мелочи в основном. То за кранами латунными, то за манометрами или стиральным порошком. Как выпить не на что становилось, так сразу туда. Очень, понимаешь ли, удобно было. Стекло высадил, коробку с кранами или ящик мыла прихватил и утром на барахолку. Сдаешь по дешевке, зато все сразу и быстро. – Эх, жлобяра ты, Пухлый, – вздохнул Алексей Николаевич. – Надо тебя срочно под свой контроль брать, а то так и пропадешь за коробку мыла, как твой Борхес. – Не каркай, – огрызнулся Пухлый. Впрочем, никаких возражений по поводу взятия себя под контроль высказывать он не стал. Может, не воспринял всерьез, а может, идея Барского сколотить банду пришлась и ему по душе. Словом, не ясно. Минут через пятнадцать-двадцать с расчисткой было покончено. Компрессор удалось сдвинуть с места и подтащить к выходу. Скрежетал он при этом немилосердно, и, если бы не дождь, заглушавший шум, вся операция могла оказаться под угрозой срыва. Еще раз сгоняв на угол, Пухлый сообщил, что свет в сторожке почему-то погас. – Не нравится мне это, – прокомментировал он, – не должно быть такого. – Что будем делать? – испуганно спросил Алексей Николаевич. Ему захотелось сию же минуту все бросить, перелезть через забор и чесать во все лопатки до дому, пока не поздно. – Ничего, – сердито ответил Пухлый. – Телефона у этого козла все равно нету. Если что и заподозрил, будет тихо сидеть в своем вагончике до утра, трясясь от страха. – А может… – Покатили, покатили! Нечего рассусоливать. Дотолкав агрегат до ворот, они ненадолго встали. Барский сбегал закрыть дверь подсобки (…типа так и было!.. ), Пухлый выглянул на улицу. – Ну и чего там? – поинтересовался Алексей Николаевич. – Вроде как тихо. – Давай тогда быстрее, а то меня аж трясет всего. – Не ссы, Маруся, – успокоил его Пухлый, – все будет пучком! – Навали-и-ились!!. Компрессор выехал за ворота, которые Пухлый тут же прикрыл, для достоверности повесив замок на место. Сломанную дужку замка он зафиксировал при помощи жвачки. Самая трудная и опасная часть дела осталась позади. «Теперь обвинить нас в краже будет довольно трудно, – рассуждал Барский. – В случае чего скажем, что увидели бесхозную вещь посреди дороги и решили откатить в сторонку. А что? Звучит наивно, неправдоподобно и глупо, но доказать-то ничего уже не докажешь! Отпечатков пальцев наших там нету, следы через пять минут дождь смоет. В общем, опасаться нечего». – Ну, вот и все, а ты боялась! – радостно запел Пухлый, когда компрессор оказался в соседнем дворе, метров за пятьсот от места преступления. – Часика через полтора подъедет заказчик, заберет агрегат и выдаст зарплату. Кстати, сколько там уже натикало? – Половина четвертого, – ответил Алексей Николаевич, утирая лицо от дождя и пота. – Ого! Значит, зарплата будет не через полтора часа, а через час. Еще лучше. – Вы что, прямо здесь и договорились встретиться? – Прямо здесь! – А он на чем приедет? – Не знаю. Может, на газельке, а может, на велосипеде. Нам-то какая разница? – А грузить он какеё собирается? – Когоеё ? – Её, эту дуру. – Барский кивнул на компрессор. – Тоже не наши проблемы. Попросит помочь – поможем. А скорее всего, он не один будет. Мы договорились, что в нужное время компрессор окажется в нужном ему месте. Всё! Свою часть уговора мы выполнили. – А если… Алексей Николаевич не договорил. Раздался визг тормозов, в глаза ударил яркий свет. За шумом дождя незаметно подкравшийся милицейский уазик вывернул из-за угла дома, словно только и ждал, когда они здесь появятся. То, что это именно менты, Барский понял каким-то шестым чувством, так как за светом фар ни мигалок, ни опознавательных знаков видно не было. «Трындец! – с хрустом переломилось у него в голове. – Так я и знал, что этим все закончится. На другое я и не рассчитывал!..» Он увидел, как Пухлый шарахнулся в сторону, исчез в кустах и с треском ломанулся через заросли прочь. Кажется, что-то выкрикнул напоследок, но, что именно, Алексей Николаевич не разобрал. Уазик остановился, не доезжая до него нескольких метров. Хлопнула дверца, из машины выпрыгнул человек с короткоствольным автоматом. Барский стоял не шевелясь. Мыслей в голове (…АКС-74У… ) не было, тело оцепенело. Поправив автомат, милиционер шагнул в его сторону. Подошел, равнодушным взглядом скользнув по компрессору, деловито сплюнул на асфальт. – Ты, что ли, милицию вызывал? Алексей Николаевич несколько раз моргнул, медленно приходя в себя. – Чего молчишь, к тебе обращаются, – сердито повторил мент. – Я?.. Н-нет, не я!.. – Барский замотал головой. – Я тут просто… иду домой… – Сюда, сюда! – проскрипел из подъезда противный старушечий голос. – Я вызвала. Это здесь, в сорок третьей квартире. Оставив ничего не понимающего Барского в покое, милиционер исчез в темном подъезде. Только теперь Алексей Николаевич заметил, что сверху, из окна третьего этажа, доносится шум пьяной гульбы. Все еще не веря в чудесное избавление, он осторожно развернулся и медленно пошел прочь. Спотыкаясь, добрел до угла дома, завернул за него. На мгновение остановился и вдруг… Со всех ног рванул вверх по улице, на ходу освобождаясь от улик. Перчатки, фонарик, рюкзак, отвертка, перочинный ножик – все это летело в темноту, навсегда исчезая во влажном осеннем сумраке. Оказавшись дома, Алексей Николаевич первым делом набрал номер Пухлого. Выждал несколько минут, но ему никто не ответил. Сбросив мокрый комбинезон, он прошлепал в ванную, принял горячий душ, после чего повторил попытку дозвониться, и снова безрезультатно. Что бы ни случилось с Пухлым, для себя он понял одно – денег не будет. И ладно, что еще так. Могло быть гораздо хуже. Ему просто повезло, что мент оказался таким тупым и не связал воедино Барского в перемазанном грязью комбинезоне со стоявшим у подъезда компрессором. Просто повезло! А ведь могло и не повезти. Свезли бы его в участок, продержали бы там до утра, а утром подоспела б и заява из РСУ. Так мол и так, совершена кража со взломом, пропал воздухонагнетательный аппарат с дизельным приводом. Тут уж любой тупица догадался бы, что к чему. А если б его еще и пару раз приласкали дубинкой по почкам, он и сам с превеликой радостью во всем бы сознался. Упал бы милиционерам в ножки, покаялся и написал чистосердечное признание. М-да… Денег, значит, не будет… Задумка сколотить банду и заняться воровским промыслом рухнула. То, что произошло сегодня, было своеобразным предупреждением свыше. Бог любил Барского, потому (…и не кусает… ) и предупредил его в столь мягкой и ненавязчивой форме, что возвращаться к старому не стоит. Бесперспективно это, одумайся, дурачок! Своего финансового положения подобной фигней ты не улучшишь, а вот исковеркать себе жизнь очень даже сможешь. Тебе оно нужно?.. Любил Бог Барского. Любил как родного! Это уж точно. Заварив свежего чая, Алексей Николаевич в очередной раз набрал номер Пухлого. Номер не отвечал. Часы показывали пять утра, ложиться спать не было никакого смысла. Через два часа все равно выходить на работу. Предстояла мерзкая дневная смена. Мерзкая именно из-за того, что дневная. Ни почитать по-человечески, ни выспаться. Будет полная котельная народу, будет ходить начальство, на производство будут требовать пар. Если сейчас и придавить полтора часика, ничего хорошего из этого не получится. Проверено неоднократно. Весь день будешь клевать носом и чувствовать себя как разбитое корыто. Перед дневной сменой нужно либо вообще не спать, либо приходить на нее хорошо выспавшимся. Третьего не дано. «Мать твою за ногу! – осенило его ни с того ни с сего. – А ведь Пухлый меня кинул! Вернее, не он кинул, а я сам себя. Компрессор стоял у подъезда. Ничего необычного или подозрительного в этом не было. Строители оставляют на ночь подобные штуки довольно часто. Поэтому-то мент и не обратил на него внимания. Разобравшись с пьяными дебоширами, патруль уехал. Пухлый вернулся, преспокойненько дождался заказчика и получил деньги. А меня теперь пустит по бороде. Я его, суку, хорошо знаю. Обломилось, скажет, наше дельце. Спалили менты компрессор». Алексей Николаевич в ярости забегал по комнате. «Какой же я баран, – ругал он себя, – это ж надо было так лохануться. Паникер! Недоумок!! Трусливая морда!!! Удрал, бросив две с половиной тысячи, да еще и радовался чему-то. Фонарик с перчатками и те выбросил! А ведь перчатки были почти новенькие, кожаные. Да и фонарь фирменный. Такой сейчас рублей двести стоит, не меньше. А рюкзак с инструментами! Э-эх, убить меня мало!» Он схватил телефонную трубку. В то же мгновение трубка разразилась протяжной трелью. От неожиданности Алексей Николаевич вздрогнул. – Да! Слушаю!.. – заорал он. – Громкость убавь, – попросила трубка голосом Пухлого, – ночь как-никак. Ты куда потерялся-то? – Что?!. Ты откуда?.. – в полной растерянности пробормотал Барский. – От верблюда. Из дома, разумеется, откуда же еще? – А как же… менты?.. – Каком кверху. Постояли да уехали. Ты бы кроссы такие не бегал, сам бы все увидел. А мне из-за тебя корячиться пришлось. Этот мудень один приехал, представляешь?! Еле запятили компрессор к нему в тачку. Я думал, обосрусь. – А деньги? – затаив дыхание, спросил Алексей Николаевич. – Что деньги? Деньги у меня. Можешь приходить и забирать. Я из него еще двести рублей сверху выколотил. За погрузку. Так что теперь получается по две шестьсот. Хотя тебе лишний стольник вроде как и не за что. Пухлый заржал. – Ладно, – добавил он, насмеявшись, – шутю. Когда зайдешь? – Через полчаса буду, – бодро ответил Барский, – мне сейчас все равно на работу. – Ну, давай-давай… Только скорее, а то я спать хочу. – Уже бегу! Положив трубку, Алексей Николаевич тупо уставился в потушенный монитор. На лице его сияла блаженная улыбка. «Никогда не следует судить о людях по себе, – подумал он виновато. – Если я жадная эгоистичная скотина, это вовсе не означает, что все вокруг такие же точно скоты. А двести “погрузочных” рублей Пухлый пусть оставит себе. Я к ним действительно не имею ни малейшего отношения. И еще неплохо было бы вернуться и попытаться найти фонарик с перчатками…» Не переставая улыбаться, он быстро собрался и вышел на улицу. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - ERROR – 404 – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Невозможно найти страницу. Возможно, эта страница была удалена, переименована, или она временно недоступна. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Попробуйте следующее: проверьте правильность адреса страницы в строке адреса. Откройтеwww.barsky-v-zapoe.ru домашнюю страницу, затем найдите там ссылки на нужные вам данные. Нажмите кнопку “Назад”, чтобы использовать другую ссылку. Нажмите кнопку “Поиск” для поиска сведений в Интернете. HTTP 404 – Файл не найден Internet Explorer – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Возвращение к жизни после двухнедельного запоя подобно окончанию многолетней войны. Страна в развалинах, экономика подорвана, повсюду разруха и хаос, но мы победили, мы живы, и это главное. Шаг за шагом жизнь начинает возвращаться в прежнее русло, народ обессилен и изнурен, но полон оптимизма и самых радужных надежд. Искренне верится, что война эта была последней, что теперь все будет так, как надо, а голод и лишения в свете открывающихся перспектив не могут служить помехой ни всеобщей радости, ни вере в светлое будущее. Народ-победитель подобен запойному алкоголику. Вернее, наоборот. Вообще-то, адекватных аналогий послезапойному состоянию в природе просто не существует. Тому, кто не пережил этого, все равно не понять. Не понять стыда и презрения к себе, перемешанных с затаенной гордостью, с чувством собственного великомученичества. Не понять бодрости духа, наслаждающегося страданиями полуживого тела, своим над ним превосходством. Не понять блаженства пауз, которые возникают между горячкой и липким от обильного потоотделения ознобом. Чтобы понять, нужно выстрадать, нужно самому пройти черезэто и, умерев, заново возродиться. Алексей Николаевич лежал на диване, завернутый в одеяло. На стуле рядом с ним стояла пластиковая полторашка с минеральной водой. Он не жрал уже несколько суток, так как, кроме воды, в него ничего больше не лезло. Даже пиво. Отвращение вызывала сама мысль о еде или алкоголе. Работал телевизор, создавая иллюзию осмысленности существования. Как он добрался после ночной смены до дома и не сдох по дороге, было выше всякого понимания. Больше всего поражал лежащий на улице снег. Когда начинался запой, лили дожди и повсюду была слякоть. Выйдя сегодня утром из котельной и обнаружив снег, Алексей Николаевич жутко испугался. Он подумал, что пропьянствовал несколько месяцев, что пришла зима. Лежа сейчас под одеялом в позе эмбриона, Барский пытался восстановить в памяти цепочку последних событий, хотя и понимал, что занятие это безнадежное. Получив от Пухлого причитающуюся ему долю, Алексей Николаевич сразу же направился в магазин и на смену заявился затаренным по самое «не хочу». Начал он, как обычно, с пива. Ближе к обеду перешел на портвейн, а вечером уже вовсю угощал сменщика водкой, не забывая при этом угощаться и сам. Ночевать остался в котельной, весь следующий день в котельной же похмелялся и заступил на ночное дежурство в состоянии глубочайшей релаксации. Что происходило в течение последующих четырнадцати дней – неизвестно. Котельная, дом, подъезды, какие-то незнакомые рожи, драки, чужие квартиры… Все перемешалось и слиплось. Более или менее отчетливо в памяти вырисовывалась разве что последняя ночная смена, когда пить он уже не мог, а только трясся и блевал омерзительной белой слизью. Как бы там ни было, с работы его не выперли. Следовательно, на дежурства он являлся исправно. Пусть на автопилоте, но все как положено, без экзотических выкидонов. Что ж, хоть какая-то приятная новость. Второй приятной, но совершенно необъяснимой, а потому вызывающей чувство легкой тревоги новостью было то, что домой он вернулся в новеньких черных ботинках. Где он их взял, равно как и то, куда подевалась его старая обувка, Алексей Николаевич не имел ни малейшего представления. Не имел представления он и о том, почему в бумажнике у него остались деньги (что-то около семисот рублей) и откуда взялся валяющийся в прихожей черный аккордеон. «Может, я музыканта какого ограбил, – подумал он с ужасом, – или убил кого?..» Вразумительных ответов на эти вопросы не было. Не в силах припомнить событий последней пьянки, Алексей Николаевич пустился в воспоминания о пьянках прошлых. Вспомнил, как год назад целый месяц куролесил с Петровичем у того на огороде. Питались они тогда исключительно яблоками и водкой, причем последнюю выменивали в огромных количествах на первые, а первые добывали набегами на участки соседей (так как все яблони на участке Петровича давно пообтрясли). Под конец запоя лишившиеся урожая соседи начали устраивать на них засады с вилами и кольями, а когда и это не помогло, обратились за помощью к милиции. Вспомнилась предновогодняя пьянка, во время которой он ограбил заводскую столовую, похитив оттуда две курицы, кочан капусты и гигантскую сковороду, сантиметров семидесяти в диаметре. После нескольких неудачных попыток обменять у торговок сигаретами сковороду на бутылку (старушки приходили в ужас, как только видели предлагаемый для обмена предмет) Алексей Николаевич подарил сковородку Саше Трифанову. – Да чтоб тебя черти в аду на такой жарили! – буркнул Сашка, но сковороду зачем-то взял. А чего стоил запой, устроенный им во время майских праздников! Тот самый, который закончился классической белой горячкой с погоней за «телепатами» и последовавшими за этим нелепыми попытками сдаться в шестьдесят первое отделение милиции, дабы спрятаться там все от тех же «телепатов», неожиданно перешедших из бегства в наступление. В милицию Алексея Николаевича не взяли даже после того, как он попытался разбить стекло, отделявшее дежурного по отделению от посетителей. Правда, скорую помощь вызвали, которая и препроводила его в дурдом, под капельницу. Весь путь до больницы «телепаты» бежали за машиной, отчего Алексей Николаевич страшно нервничал, то и дело порываясь открыть дверцу и выброситься, так что санитарам в конце концов это надоело, и они привязали Барского к сиденью брезентовым шлангом. Да-а, можно считать, что жизнь прожита не зря. От одних только пьянок впечатлений наберется на десять обычных жизней. И если оценивать прожитые годы по количеству впечатлений, капитал у него за все это время скопился немаленький. Вот только куда этот капитал вложить, чтобы он начал приносить дивиденды, а если выражаться точнее, куда засунуть? Он снова вспомнил про новые ботинки, аккордеон и деньги. На этот раз сознание пронзила догадка. «В самый разгар пьянки на работе должны были давать аванс. А что, если я умудрился его получить и истратить? Ну ладно, ботинки, вещь нужная. Но аккордеон! Неужели я егокупил ?! Не стащил, не отнял у какого-нибудь слепого музыканта в подземном переходе, акупил на свои кровно заработанные копейки!» От этой мысли Алексею Николаевичу сделалось совсем худо, и он с огромным трудом подавил подступивший к горлу спазм. Пропей он эти деньги, и то было бы не так обидно, но обменять их на какую-то гармонь… «Хотя нет, – соображал он, с трудом прикидывая примерную стоимость такого инструмента и соотнося ее с теми копейками, что выдавали им обычно в виде аванса, – на аккордеон, новые (…сапоги… ) ботинки, да еще и на две недели пьянки мне бы и трех полноценных зарплат не хватило. А тут еще даже в бумажнике нехилая сумма осталась. Здесь дело в чем-то другом. В чем-тосовершенно другом…» Где-то в глубине души его кольнуло совсем уж нехорошее предчувствие. Кольнуло больно, растекаясь по всему телу леденящим ужасом. Однако, поскольку никакой конкретики вспомнить так и не удавалось, Алексей Николаевич мало-помалу успокоился. От сердца вроде бы отлегло, хотя какая-то неопределенная тревога где-то на самом дне его похмельной души все же осталась. Подняться на ноги он смог только ближе к вечеру, хотя и ломало его при этом немилосердно. Принял холодный душ, похлебал немного куриного бульона, приготовленного из растворимых кубиков. Выпил чашку чая со сдобной булочкой. Даже побрился, как это ни глупо в подобной ситуации. Осмысленная целенаправленная деятельность в некоторой степени ободрила его и, что было гораздо более важно, развеяла наваливающуюся на него депрессию. Он даже подумал, не сделать ли в квартире уборку, так как загадил он ее за две недели основательно, но тут же сообразил, что час уборки еще не пробил. Слишком он был для этого слаб. Возможно, завтра или даже в субботу вечером. Побродив по квартире, Алексей Николаевич сел за компьютер. Благополучно законнектился, вышел в Сеть. Количество почты, пришедшей за время его гулянки, приводило в состояние тихого ужаса. 232 письма! %))) Скачивать все это безобразие с почтовых серверов пришлось около получаса, dial-up-модем раскалился докрасна, а разгребаться он будет как минимум дня три. Одних рассылок было более сотни. А ловко замаскированный под полезные сообщения спам, а деловая и личная переписки! И ведь выкинуть просто так ничего не выкинешь. Сначала придется покопаться, отсортировать. «М-да… Ладно, оставим сие занятие до лучших времен, когда голова будет ясной, а дрожь в теле уймется». Покончив с почтой, Алексей Николаевич, совершенно для себя неожиданно, ощутил необыкновенный по силе сексуальный подъем. Похотливое возбуждение накатило на него стремительно и как-то сразу, без предупреждения. То, что видимых причин для этого не было, его нисколечко не смутило. Обычный послезапойный синдром. «Значит, выздоравливаю, – подумал он снисходительно. – Интенсивный секс, как известно, лучшее средство для снятия похмелья. Сейчас бы бабу, да только где ее взять?! По Интернету же не закажешь, не в Москве. Хм… А почему, собственно говоря, нет? Виртуальную проститутку здесь, конечно, не снимешь, но пробежаться по соответствующим ресурсам можно. На то она и Сеть». Эротических сайтов существует великое множество. От вполне безобидных и относительно целомудренных до откровенно порнографических, перенасыщенных разного рода извращениями. Последние, как правило, находятся не в Рунете, а где-то там, на буржуйских серверах, но для проникшегося порочной страстью нашего соотечественника никакой разницы в этом нет. Ему абсолютно все равно, откуда качать «запрещенные» картинки и ролики, лишь бы доступ к ним не блокировался кредитной картой. Порнография в Сети в состоянии удовлетворить вкусы самого взыскательного извращенца. Здесь есть абсолютно все! Даже то, чего по здравому разумению быть просто не может (или не должно, это уж как кому угодно). Гомосексуалисты и педофилы, садомазохисты и насильники, любители наблюдать за тем, как испражняются, и за тем, как занимаются сексом с беременными… Онанисты, зоофилы, геронтофилы, трансвеститы, инцест… И пусть такое разнообразие подразумевает оплату зелеными, если проявить чуточку настойчивости и изобретательности, вполне можно нарыть то, что вам нужно, и так, на халяву. Когда Алексей Николаевич впервые столкнулся с этой изнанкой сетевой действительности, он был удручен и обрадован одновременно. Обрадован, потому что подобные сайты служили лучшим доказательством того, что в Сети царила полная и никем не ограничиваемая свобода, что никакая цензура здесь невозможна в принципе. Удручен, так как окончательно потерял веру в высшее предназначение человека. Объемы порнографии, размах, а значит, и количество участвующих в этом процессе людей не укладывались в голове. Гуляя на следующий день по улице, он никак не мог подавить в себе чувство брезгливого отвращения при виде женщин. Солидные замужние дамы и симпатичные студентки, школьницы и старухи, внешне обыкновенные, – любая из них могла оказаться тайной извращенкой, позирующей (в свободное от нормальной жизни время) перед камерой, занимаясь сексом со здоровенным догом или одновременно с тремя мужиками дегенеративной наружности. Впрочем, довольно скоро Алексей Николаевич успокоился. «В самом деле, – рассуждал он, – Интернет не порождает и не пропагандирует порнографию. Извращения во всех перечисленных формах существовали всегда. Сеть просто отражает явления, творящиеся в реальной жизни, только и всего. В Сети каждый черпает то, в чем испытывает потребность и недостаток. Один зависает в чатах, другой бродит в поисках необходимой для работы информации. Кто-то не слезает с литературных порталов, качая оттуда электронные книги, а кто-то шляется по сайтам с клубничкой, перегоняя на жесткий диск фотографии. Каждому свое! Возможно, Интернет и является огромной помойкой, но в таком случае, еще более огромной и зловонной помойкой оказывается наш обычный мир». Он снова вспомнил о своем первом в жизни поисковом запросе. Точнее, на этот раз не о своем, а о запросе своего приятеля-студента. Хихикнул. Пальцы летали по клавиатуре, глаза жадно впивались в возникающие и исчезающие на экране изображения обнаженных позирующих и совокупляющихся тел. Дремлющее в штанах вялое нечто ожило, забеспокоилось и начало набухать, стремительно увеличиваясь в размерах. Уж оно-то точно не было обременено моральными заморочками.Оно свирепо рвалось наружу, плюя на запреты Супер-эго и отталкивая несчастное Я, вынужденное метаться между двумя непримиримыми крайностями в поисках компромисса. Забавно, но литературное начало, преобладавшее в Барском надо всеми прочими началами (…и концами… ), проявило себя и здесь. Бросив картинки, он перешел к разделу «изящной» словесности. Глаза оставались прикованными к экрану, левая рука гнала по монитору текст, щелкая курсорными клавишами, а правая непроизвольно потянулась вниз. Туда, где пульсирующее и обезумевшее, разросшееся до размеров Эйфелевой башни его звериное естество жадно требовало самовыражения. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - From: "Adalter" Alex@rambler.ru To : "Алексей Барский" dir @ mail .ru Date: Sunday, November 03, 2002 1:06 AM Subject: from job – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Привет! Ты когда-нибудь бывал на бесплатных порно-ресурсах? Если да, то неужели ты думаешь, что кто-то просто по доброте душевной создает все эти галереи и выставляет их просто так? В этом бизнесе крутятся огромные финансы! Конечно, оплата ненормированная. Все будет зависеть только от тебя и твоей усердности. Можно изготавливать сайты под заказ и получать 300–500 баксов в месяц. А можно поддерживать свой проект и получать 100 баксов в день. И это не предел. У нас один адверт (так мы называем тех, кто участвует в нашем проекте) в день 600 баксов наработал. Это, правда, пока максимум. В среднем можно 30–80 баксов в день. Но надо работать. Итак, вкратце твоя работа будет заключаться в следующем: – создание страниц. Хостинг с доменом третьего уровня предоставляем бесплатно. – размещение на странице рекламы нашей звонилки. (Что это такое? Потенциальный клиент закачивает программу и с помощью нее звонит на платный сервер. Ему не требуется кредитная карта. Счет приходит от телефонной компании. Это очень удобно.) – реклама своей страницы как можно сильнее. Ты получаешь 70 % от того, что заплатит клиент. Мы ищем людей, которые хотят зарабатывать. Наша (и моя) задача состоит в том, чтобы помочь тебе на начальном этапе. Никто не собирается бросать тебя в воду, дабы ты сам научился плавать. Не надо учиться на собственных ошибках. Мы хотим, чтобы ты хорошо зарабатывал. Тогда и мы будем зарабатывать. Это не сетевой маркетинг и тому подобная белиберда. Все будет зависеть только от тебя. Если интересно, то пиши. Будем общаться. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - Утро пятницы началось для Барского почти как обычно и, казалось бы, ничто не предвещало беды. Напротив, проснулся он совершенно выспавшимся, бодрым и полным сил. Оставались, правда, легкая разбитость во всем теле и неприятная сухость во рту, но все это не шло ни в какое сравнение с той трясучкой, которая одолевала его еще вчера. Настроение тоже резко поменяло полярность и вместо вчерашней апатии сменилось небывалым подъемом оптимизма и работоспособности. Было ясно, что худшее уже позади, «белочки» благодаря глубокому восьмичасовому сну удалось избежать, а значит, пришло время заняться уборкой и приведением загаженной квартиры в порядок. Тем более что на работу ему сегодня идти не нужно, да и никаких других дел тоже не было запланировано. Включив на полную громкость магнитофон (черный допотопный двухкассетник, стоявший на холодильнике, рядом с беззвучно мельтешащим маленьким телевизором), Алексей Николаевич быстренько сбегал в ванную комнату, чтобы умыться и почистить зубы, после чего вернулся на кухню и принялся готовить себе завтрак. Вчерашнее тотальное отвращение к пище сегодня вдруг сменилось зверским аппетитом. А значит, прежде чем приступать к генеральной уборке, необходимо было хотя бы немного пожрать. Пританцовывая в такт лившемуся из динамиков регги Джимми Клиффа, он настругал докторской колбасы, бросил несколько ломтиков на сковороду, где уже шипел и плевался маслом поджарившийся до золотистой корочки мелконарезанный лук, и залил все это четырьмя яйцами. Посолил, поперчил, накрыл крышкой. Тот факт, что в холодильнике у него оставались продукты, показался ему весьма необычным и снова вынудил задуматься о странностях прошедшей пьянки. Как правило, после двух недель запоя в квартире не оставалось не то что продуктов, можно было и некоторых вещей недосчитаться. А тут – холодильник ломится от жратвы, в бумажнике целая стопка новеньких банкнот, а из вещей не только ничего не пропито, так еще и новые ботинки с дурацким аккордеоном появились. Он покосился в сторону коридора, где по-прежнему стоял этот музыкальный агрегат. Странная какая-то пьянка, совсем не типичная, подозрительная. Аромат яичницы и жареной колбасы вызывал у Барского жуткое слюноотделение. «Вот ведь как оно бывает, – иронично подумал он, переставляя сковороду с плиты на стол и подсаживаясь к окну. – Вчера я от этого запаха блеванул бы, а сегодня того и гляди слюной захлебнусь». Взгляд его скользнул по грязному подоконнику и выхватил из темного пространства между радиатором отопления и стеной что-то белое, очевидно, упавшее со стола и завалившееся за батарею. «Опаньки! – Алексей Николаевич нахмурился. – А это еще что за сюрприз?» Взяв со стола длинный кухонный нож, он подцепил им белеющий предмет и медленно вытащил его из-за батареи. Это был целлофановый файлик с вложенными в него распечатанными на принтере листами формата А4. Выудив листы из файлика, он положил их на стол перед собой и с чувством легкого недоумения прочитал заглавие документа: «Договор купли-продажи квартиры ». Далее шло: «Город Глахов, 30 октября 2002 года ». Все еще не улавливая сути происходящего, Алексей Николаевич перевел взгляд на стоявшую рядом с ним сковороду со скворчащей и источающей дивный аромат яичницей. На какое-то время мысли у него голове словно остановились. В сознании черно-белой картинкой висел ментальный отпечаток этого самого «Договора», а желудок в то же самое мгновение урчал и выл, соблазняемый запахом яичницы и жареной колбасы. Мыслей не было. Было невероятно обострившееся чувство голода, были какие-то тревожные эмоциональные нотки где-то в дальних закоулках сознания и странный, все усиливающийся холодок под ложечкой. Сглотнув, Барский помотал головой и снова вернулся взглядом к странному документу. «Мы, гражданин РФ Барский Алексей Николаевич, 15.05.1971 года рождения, место рождения г. Глахов, пол мужской, паспорт 9400 117854, выдан ОВД города Глахов 05.09.2000 года, код подразделения 182-005, зарегистрированный по адресу г. Глахов, ул. Кузнецовский Вал, дом 16, квартира 34, именуемый в дальнейшем ПРОДАВЕЦ, с одной стороны, и гражданка РФ Иванова Светлана Петровна, 01.01.1976 года рождения, место рождения г. Самара, пол женский, паспорт 0011 123456, выдан ОВД города Самары 01.01.2000 года, код подразделения 102-102, зарегистрированная по адресу г. Екатеринбург, ул. К. Маркса, 34-11, именуемая в дальнейшем ПОКУПАТЕЛЬ, с другой стороны, заключили настоящий договор о нижеследующем: ПРОДАВЕЦ продает, а ПОКУПАЕЛЬ покупает квартиру, находящуюся по адресу: г. Глахов, ул. Кузнецовский Вал, дом 16, квартира 34. Указанная квартира расположена на третьем этаже, состоит из двух жилых комнат, имеет общую площадь 55,7 кв. м., в т. ч. жилую площадь 34,1 кв. м. Указанная квартира принадлежит ПРОДАВЦУ по праву собственности, на основании… » Алексей Николаевич оторвал взгляд от бумаги и остекленевшими глазами уставился в пространство перед собой. Мир для него остановился. Исчезла музыка, грохотавшая до этого на всю кухню, исчез дурманящий запах яичницы с колбасой, исчезло даже ощущение собственного тела. Сознание зависло подобно операционной системе компьютера, столкнувшейся с фатальной ошибкой в программном коде. Минуту или две он пребывал в каком-то странном оцепенении, затем вдруг вздрогнул, моргнул, несколько раз судорожно сглотнул подступивший к горлу ком и, схватив «Договор», принялся перечитывать его заново, с самого начала и на этот раз уже до конца. Затем снова. Затем перечитал его и в третий раз. Взгляд Алексея Николаевича остановился на его собственной залихватской подписи, стоявшей на последней странице документа. Подпись – его, сомнений в этом быть не могло. Медленно поднявшись, Барский взял с холодильника пачку сигарет, выцарапал одну и, закурив, снова опустился на табуретку. Новые ботинки, деньги, продукты, аккордеон… «Договор купли-продажи квартиры»… Пазл в его голове начал складываться. По спине снова пробежал жуткий холодок, и все тело охватила дрожь, как будто бы вдруг вернулось вчерашнее похмелье. – Да ну нахрен!.. – произнес Алексей Николаевич вслух и машинально стряхнул пепел в сковородку с так и не тронутой яичницей. – Не мог же я, в самом деле, пропить свою собственную, свою единственную квартиру! Он неуверенно хохотнул, в три глубоких затяжки дососал сигарету до самого фильтра и, совершенно не отдавая себе отчета в том, что делает, затушил окурок все в той же сковороде с яичницей. – Или мог?.. – пробормотал он, но тут же попытался отогнать от себя эту дичь. – Да ну нахрен! А между тем иного объяснения всей совокупности имеющихся в наличии фактов просто не находилось. Если каждый из них, взятый в отдельности (ну, за исключением непосредственно «Договора», разве что), еще можно было хоть как-то натянуть, подобно сове, на глобус, то все вместе они образовывали четкую и совершенно недвусмысленную картину. Странным, каким-то непонятным образом, но во время запоя квартиру Алексей Николаевич умудрился-таки переписать на какую-то абсолютно ему неведомую тетку. Причем, скорее всего, подставную, судя по реквизитам. Вот он, документ, лежащий перед ним. А вот (он схватил с полочки бумажник) остатки той невероятной суммы, которую он получил за свое жилище. Или даже и не получил, а получил лишьчасть этой суммы? Или получил все, но куда-то профукал, потратил, раздал, растерял?.. Поди теперь разбери и докажи что-либо, если в памяти зияющий черный провал длиной почти в две недели. Закурив новую сигарету, пошатывающейся походкой Барский вышел на балкон. На улице стояло хмурое осеннее утро. Дул холодный неприветливый ветер, накрапывал мелкий дождик. Двор внизу был совершенно пуст. Выпавший накануне снег почти полностью растаял, образуя повсюду мерзкую осеннюю слякоть. Точь-в-точь, как накануне его злосчастного запоя. Время словно бы откатило обратно на две недели, и пребывающее в болезненной горячке сознание Барского тут же попыталось ухватиться за эту метаморфозу. «А может, и не происходило ничего, – воспрянул было он духом. – А может, все это мне банально приснилось? И договора нет никакого, да и запоя вообще не было! И не ноябрь уже на дворе, а все еще конец октября. Вот я сейчас докурю сигарету, вернусь обратно в теплую квартирку и увижу, что нет в ней никакого разгрома и срача. Не стоит в коридоре у самого выхода дурацкий аккордеон в черном футляре. А ботинки мои, напротив, стоят, но ботинки эти – старенькие и разваливающиеся, с дыркой в подошве». Сознание цеплялось за этот вариант развития событий как за соломинку, потому что больше ему цепляться было не за что. Потому что в противном случае все случившееся означало полный крах, катастрофу вселенских масштабов. Без жилья Барский в прямом смысле слова окажется на улице. Да, в отличие от умозрительной задачки Змеева, с документами, в родном городе и даже с работой. Но… Но ведь без жилья, без крыши над головой! И без малейших перспектив обрести когда-либо эту крышу. Зарплаты оператора котельной ему и так-то хватало только на поддержание штанов, на еду и самый необходимый бытовой минимум. Даже если он сможет откладывать по пять-десять процентов с каждой получки, на новую квартиру такими темпами он накопит лет через пятьдесят, а то и все сто! Да и где жить, пока будешь копить? Бомжевать по подвалам, снимать комнату в коммуналке? Или плюнуть на все и податься (…как хлюповский Сигизмунд… ) в монастырь? Ну так ежели в монастырь, то это уже навсегда. Копить и откладывать денежки на квартиру тогда будет просто не с чего. Алексей Николаевич досмолил сигарету до самого фильтра, так, что обжег пальцы. Чертыхнулся, щелчком выстрелил окурок вниз, глубоко вдохнул и, собравшись с духом, вернулся обратно в квартиру. Увы, но чуда не произошло. Внутри царили все те же бардак, разгром и срач. Электронный календарь в компьютере показывал, что сейчас восьмое ноября, а не двадцать пятое октября. А в коридоре у входа черным могильным камнем возвышался ставший ненавистным ему аккордеон. Пнув его ногой, проходя мимо, Барский вернулся на кухню и в четвертый раз принялся перечитывать «Договор». «Может быть, это какой-нибудь розыгрыш, – тоскливо подумал он, впрочем, уже без особой надежды. – Тот же Колян меня разыграл, например, чтобы отвадить от пьянок. Или еще чего в этом роде? Очередной психологический эксперимент на мне ставит! Или тестирует с практической стороны новую логическую задачку. Я же все еще нахожусь здесь, у себя дома. Никто меня пока из квартиры не гонит. Может быть, все-таки пронесет?..» Но не пронесло. Ближе к полудню в дверь квартиры раздался звонок. Наглый, очень уверенный, настойчивый и длинный. Как будто звонящий с той стороны двери, еще не видя хозяина квартиры, заранее пытался вывести его из равновесия, морально подавить, запугать. Обычно так звонят либо менты, либо бандиты. И людям в погонах в сложившейся ситуации Алексей Николаевич был бы даже искренне рад. Но что-то ему подсказывало, что сегодня по его душу пришли совсем не блюстители порядка. Осторожно приблизившись к двери, он тихонечко приложил к ней ухо. В то же мгновение раздался сильный удар то ли кулаком, то ли и вовсе ногой. Дверь затрещала, но выстояла. – Эй ты, – пророкотал чей-то хриплый бас по ту строну, – открывай давай, пока совсем дверь не вынесли! Мы же слышим, что ты там. Обреченно вздохнув, Алексей Николаевич щелкнул замком и отпер. В квартиру немедленно ввалились два здоровенных бритых мордоворота в черных куртках. Один с коричневой кожаной папкой в руках, другой поигрывал между синими от татуировок пальцами каким-то четками. Глядя на них, Барский испытал острое чувство дежавю. Нет-нет, это чувство касалось не событий пьянки и не подписанного им договора. Оно переносило его на два с половиной года назад, когда жарким майским вечером двухтысячного года к нему вот точно так же заявились точно такие же два бандюгана. Хотя нет, не такие же. Те были не столь брутальны, скорее, даже интеллигентного вида (если это определение вообще можно отнести к бандитам), да и пришли не совсем к нему, а разыскивали ночевавшего в тот вечер у него дома Ныша – совсем молодого паренька, бывшего напарника Барского по котельной. Да и не его самого даже, а пропавший у крупного криминального авторитета по фамилии Гында дипломат. Собственно, Барский потому так хорошо и запомнил тот случай, что в этот же самый день Гынду завалили прямо у него в подъезде (вполне возможно, те двое, с кем он тогда пил водку на кухне). Милиция, помнится, весь дом потом прошерстила от подвала до чердака, но так ничего (…никого?.. ) и не нашла. Исчез и Ныш вместе с дипломатом Гынды. Больше его Алексей Николаевич с тех пор не видел… – Ну шо, дядько, – нарушая поток воспоминаний Барского, широко осклабился тот из бандитов, что вертел чётки, и все с тем же ярко выраженным хохляцким акцентом продолжил: – А вот и мы, тута как тута. Чай, заждался, уже нас, а?.. Он сделал четкое ударение на «я» в слове «заждался», и Барского это почему-то очень сильно напугало. – Значит, так, ханурик, – заговорил низким хриплым голосом второй мордоворот, медленно расстегивая молнию на своей коричневой папке и доставая оттуда пачку распечатанных на принтере листов (вторая копия договора, сообразил Барский). – Ты почему до сих пор не освободил жилплощадь? Часики тикают, а ты, как я посмотрю, вовсе и не собираешься съезжать? Он ткнул Алексею Николаевичу в лицо бумагами, и тот увидел, что это действительно была вторая копия дьявольского договора. – Я собираюсь… Вот не успел только прибраться, а так… Собираюсь, конечно же, – залепетал до смерти перепуганный Барский. К горлу ему подступил ком. Каким-то шестым чувством он ощутилсущность этих злобных небритых людей. «Господи, боже ты мой, – промелькнуло в сознании, – да это же настоящие убийцы! Урки! Такие родную мать могут зарезать не моргнув глазом. Выпотрошат как свинью, утрут со лба пот и даже не поморщатся». Говоривший с хохляцким акцентом бандит медленно, вразвалочку подошел к стоявшему у стены в коридоре аккордеону, повернулся к Алексею Николаевичу. Лицо его скривилось в гримасу презрения, пальцы поигрывали, все быстрее и быстрее вертя четки. – Вона и инструмэнтик у тэбе уже имэитца, – осклабился он, обнажая неровные желтые зубы, – будешь в переходе гро́ши заробляти. А хату освобождать треба. Не твоя это больше хата, чужая. – В общем, время тебе до понедельника, чтобы собрать все свое барахлишко и освободить квадратные метры, – резюмировал его напарник, засовывая «Договор» обратно в папку и застегивая на ней молнию. – В понедельник придем и все, что здесь твоего останется, просто на помойку повышвыриваем. Не проронив больше ни слова, бандиты развернулись и вышли из квартиры в подъезд. Очевидно, не встретив ни возражений, ни сопротивления, они решили не тратить силы и время на дальнейшее запугивание своей жертвы. Зачем, если та и без применения явного насилия полностью согласна со всем происходящим? Дверь за ними захлопнулась. Барский, прижавшись спиной к холодной стене, медленно сполз по ней на пол. «Всё, финита ля комедия, – одновременно с тоской и некоторым облегчением подумал он, – придется (…переквалифицироваться в управдомы… ) перебираться на ПМЖ в подвал. И “инструмэнтик” с собой заодно прихвачу, чтоб в переходе “гро́ши заробляти”…» Он истерически хохотнул и закрыл глаза. Похоже, в жизни его начинался совершенно новый этап. Принципиально новый. Нечто такое, черезо что он не проходил еще никогда прежде. ---------- 2 Бездомный. Игрок 2 Бездомный. Игрок Мы спим, и наше тело – это якорь, душой заброшенный в подводный сумрак жизни. Хуан Рамон Хименес Здесь, на втором ярусе металлической надстройки перед котлами, где находилась лежанка, на которой он сейчас и валялся, подложив обе ладони под голову, мусоля в зубах зубочистку и глядя в потолок, воздух был сухим и теплым. Обычно Барский уединялся тут в дневную смену, прячась от начальства. Высшее руководство вообще не догадывалось об этом убежище, а энергетик и начальник котельный сюда заглядывали только в том случае, если происходило какое-нибудь ЧП или они целенаправленно разыскивали кого-либо из работников. Днем здесь можно было вздремнуть часок-другой или просто поваляться в одиночестве. А ночью на этой лежанке отсыпался, как правило, его напарник, тогда как сам Барский предпочитал мягкий диванчик внизу. Сейчас же, в самый разгар ночной смены, он забрался сюда исключительно для того, чтобы не видеть, как его коллега бухает внизу вместе с дежурными слесарями. Этим «повелителям ключа и кувалды» ночью тоже было абсолютно нечего делать, и присутствовали они на территории предприятия, так сказать, на всякий случай. На предмет какой-либо непредвиденной поломки или все того же ЧП. Ну а пить, разумеется, народ со всей базы неизменно собирался именно в котельную. Где, как ни тут – тепло, светло и мухи не кусают? Алексей Николаевич в этот раз от веселой компании дистанцировался. После случившейся с ним беды ему не хотелось не то что принимать участие в застолье, но даже смотреть на спиртное было противно. Похоже, сама судьба решила закодировать его от пьянства если и не на всю оставшуюся жизнь, то на ближайшие несколько лет, – это уж совершенно точно. Растянувшись на мягком матрасике, слушая (под мерный гул работающего котла) жестяной звон капель, барабанящих по карнизу снаружи, он снова и снова прокручивал в памяти события прошедшей недели, анализируя их и ища выход из той задницы, в которой волею обстоятельств (а точнее, по причине собственной глупости) оказался. Итак, с законной жилплощади ему пришлось-таки съехать. Все выходные он перевозил свое скромное имущество к Змееву. Мебель, книги, холодильник и все, не особенно ценное, – в его гараж, а компьютер и разные ценные мелочи – непосредственно к Николаю Петровичу домой, в кладовку. Тот не особо протестовал и даже не шибко расспрашивал, что произошло и почему. А сам Барский поведал ему о своей беде лишь в общих чертах, не вдаваясь в детали и не раскрывая подробностей. Мол, просто продал квартиру, а сейчас подыскиваю новую, поскромнее. Признаваться в том, что его развели и что теперь он обычный бомж, было невыносимо стыдно даже близкому другу. – Я не очень надолго все это, – смущенно гундел в свое оправдание Алексей Николаевич, – буквально на несколько недель, ну максимум на пару месяцев. Вот только найду новое жилье и сразу весь свой скарб от тебя заберу. – Да ладно, чего уж там, – отмахивался Змеев. – Пусть лежит, сколько потребуется. Не понимаю, правда, зачем ты свою двушку так экстренно продал и что взамен собираешься покупать. Странно все как-то, спонтанно и суетливо. – Потом! Я тебе все потом расскажу. С подробностями и деталями, – лопотал Барский, готовый со стыда под землю провалиться. – А пока, извини, бежать надо. Срочно!.. Да, было совершенно ясно, что его тупо подставили и развели, как лоха. Очевидно, поймав в пьяном угаре, некие ловкачи разговорили его, выяснили, что ни семьи, ни родственников у него нет. Поняли, что заливает за воротник он временами крепко, а когда заливает, то совершенно не отдает отчета тому, что делает. Затем они уговорили его поставить свою подпись в договоре купли-продажи квартиры. Разумеется, всю сумму, пусть и изрядно заниженную, на руки ему никто не давал (да и изначально не собирались давать). Так, сунули некоторое количество денег, чтобы какое-то время он еще продолжал куролесить, ничего не соображал бы и никак не мог помешать им в оформлении документов. А сами за это время все и обтяпали. Да так, что и докопаться было не до чего – сам добровольно продал, деньги получил (вот расписка), а куда их потратил, так это его личное дело, его проблемы. Орудовала, скорее всего, целая банда черных риелторов. Менты, нотариусы, работники БТИ и регистрационной палаты – все было куплено, везде имелись свои люди. При необходимости они наверняка могли предоставить и свидетелей, готовых подтвердить что угодно и кому угодно. Ну а нужные для регистрации и оформления документы, будучи в уматину пьяным, Алексей Николаевич злоумышленникам вполне мог и сам предоставить. Кроме того, приходившие к нему в пятницу (а затем заявившиеся, как и обещали, в понедельник с утра) бандюганы весьма убедительно дали понять, что если он попытается хоть куда-либо обратиться, то все для него кончится быстро и плохо. Найдут его с проломленной головой в какой-нибудь канаве и закопают затем на кладбище, как собаку, под колышком с инвентарным номером вместо креста. Спорить или протестовать было совершено бессмысленно, более того – опасно. А потому, по-быстрому перевезя свои вещи к Змееву, Алексей Николаевич покорно освободил уже чужую жилплощадь. Отдал тем двум мордоворотам ключи и навсегда (как он искренне в тот момент думал) покинул доставшуюся ему от родителей квартиру, в которой родился, вырос и провел всю предыдущую жизнь. Удивительно, но отчаяния или, того хуже, депрессии он сейчас не испытывал. Уже не испытывал. Напротив, теперь произошедшее казалось ему чем-то вполне закономерным и, более того, направленным в конечном итоге на его долгосрочное благо. Словно бы судьба давала ему волшебный пинок, благодаря которому он должен будет обрести крылья и воспарить на вершины, доселе еще ему не ведомые. А раз так, нужно не в уныние впадать, а попытаться понять – что теперь делать, где жить и как переходить на этот самый «новый жизненный уровень». Пользуясь тем, что один из операторов в их котельной недавно рассчитался, а замену ему отдел кадров не мог подобрать вот уже вторую неделю, Алексей Николаевич решил воспользоваться благоприятным моментом и предложил начальству свою собственную кандидатуру. Да, он будет работать и в свою смену, и в смену того кочегара, который уволился. Да, получается, что за двоих. Ну так он же и зарплату будет получать в двойном размере, а значит, все оказываются в выигрыше. Предприятию не придется экстренно искать нового человека, стажировать его, вводить в курс дела, а Барский станет получать денежки (…за себя и за того парня… ) за двоих. Опять же, пользуясь случаем и подгадав нужный момент, он умудрился договориться лично с начальником котельной, что на период этой взаимовыгодной подработки, ровно до тех пор, пока кадровики не отыщут-таки положенную по штатному расписанию кадровую единицу, Алексей Николаевич поживет в котельной. А что? Комната отдыха для операторов оборудована неплохо. Душ и сауна имеются. Есть даже маленькая кухонька, где операторы готовят пищу и трапезничают. И домой не придется мотаться. Все же дорога не близкая, на одних автобусах прокатать можно целое состояние. О том, что никакого дома у него больше нет, Барский благоразумно распространяться не стал. – Само собой, Петрович, – заверил он начальника котельной, – «не в свои» дневные смены я постараюсь здесь вообще не отсвечивать. Или в город уходить буду – по делам, да на прогулку – или тихохонько лягу отсыпаться после ночной. Наверх вон, на второй ярус. Никто ж из начальства, кроме тебя, разумеется, не знает о нашей лежанке наверху. А значит, и проблем никаких не возникнет. – Ладно, черт с тобой, – махнул рукой начальник котельной. – Живи пока тут. Но имей в виду, ровно до тех пор, пока не найдем нового оператора. И чтоб мне без пьянства, понял? А то знаю я вас, алкоголиков. Просыхать же не будете, как только деньги получишь. – Петрович, – вытаращив глаза, Алексей Николаевич несколько раз ударил себя кулаком в грудь, – слово даю, что, пока я живу (…и работаю за двоих!.. ) здесь, вот лично я ни капли не выпью! Даже пива или вина какого! Для большей убедительности он хотел было еще и перекреститься, но вовремя сообразил, что это было бы уже явным перебором. Начальник посмотрел на него с недоверием, но ничего больше говорить не стал. На том и порешили. – Э-эй, Николаич! – хриплым голосом позвали снизу. – Хватит там дрыхнуть, айда сюда, к нам! А то у нас уже все заканчивается, тебе вообще ничего не останется, так всю жизнь и проспишь… С кряхтением поднявшись с лежанки, Барский нащупал ногами войлочные чуни, обулся. Медленно спустился по металлической лестнице и подошел к операторскому столу, вокруг которого и собралось все пьяное сообщество. Его напарник Гоша восседал на правах хозяина котельной во главе застолья в мягком операторском кресле на колесиках, словно на троне. Слесари, Дариф и Анвар, два брата-татарина, расположились на деревянных табуретках по правую и левую стороны от него. Ни дать ни взять Гошины опричники или бояре, не иначе. В центре стола возвышалась огромная посудина с мутноватой жидкостью, по всей видимости, самогонка. Вокруг нее было разложено много овощей, зелени, целая гора из кусков копченого мяса на здоровенном блюде и несколько хлебных лепешек. Что и говорить, выглядело все это весьма аппетитно и очень заманчиво. Барский даже невольно сглотнул и почувствовал во рту обильное слюноотделение. Домашней самогоночки, да еще и под горячие копченые ребрышки, с огурчиком, помидоркой и зеленым лучком, он бы сейчас накатил с превеликим удовольствием. Впрочем, не успело это желание даже до конца оформиться в его сознании, как тут же было вытеснено воспоминанием о потерянной квартире, и вожделение парадоксальным образом сменилось на отвращение. – Чайку хлобыстнуть могу, – произнес Алексей Николаевич, присаживаясь на свободную табуретку, – посидеть с вами тоже. Но вот пить, извините, мужики, не буду. Считайте, что я в завязке. – Как так-то? – удивленно воскликнул Дариф. – Да он с Петровичем договорился, – хитро прищуриваясь, пояснил Гоша, – с начальником котельной. Николаич же у нас сейчас за двоих работает и живет из-за этого здесь, в котельне. Вот Петрович и выкатил ему условие, чтоб никаких пьянок, ни-ни! Иначе вся эта левая подработка тупо накроется медным тазом. Он издал звук, словно открывали жестяную крышку на бутылке с минеральной водой. – Чепуха! Как ваш начкот может застукать Николаича пьяным ночью? – удивился Анвар. – Мы ж вон даже двери котельной на клюшку заперли. – Может! – уверенно закивал головой Гоша. – Может хоть в три часа ночи нагрянуть с проверкой. Бывало уже такое, и не раз. Мне-то по фигу, вам тем более. А вот Николаич без подработки останется. А оно ему нужно? Братья переглянулись, ненадолго зависли, переваривая услышанное, затем синхронно закивали и хором молвили: – Нет, при таком раскладе оно ему, конечно, не нужно!.. – О! Вот и я о том же, – резюмировал Гоша, поднимая указательный палец вверх. – Да и нам водочки больше достанется… Он высунул язык и заговорщицки подмигнул. – Самогоночки, – еле ворочая языком, уточнил Дариф. – Ну, самогоночки, – поправился Гоша, икнул и налил из бутыли мутную жидкость в три граненых стакана. – Вздрогнули! Все трое опрокинули стаканы, заливая пахучее пойло себе в глотки. Барского, глядя на них, передернуло. Вот теперь пить ему совсем расхотелось. То есть совершенно! «Интересно, – пришла в голову идиотская мысль, – а если им, когда они полностью свою трехлитровку прикончат, подсунуть подписать какую-нибудь бумажку, они ее подпишут?..» Он еще какое-то время поприсутствовал вместе со всеми за столом, но, поскольку находился с мужиками на разных волнах, очень быстро ему это наскучило. Давно замечено, что трезвому среди пьяных делать нечего. Разные вибрации у трезвого и у пьяных. В совершенно разных измерениях присутствуют их души. Барский незаметно удалился на кухню, поставил чайник на электрическую плитку и, дожидаясь, пока тот закипит, принялся просматривать свежий номер «Глаховского вестника». Его интересовала колонка объявлений о сдаче жилья. Все же жизнь в котельной – не совсем жизнь. Да и даже здесь он существует сейчас на птичьих правах. Вот найдут нового оператора и все, турнут его из котельной под зад коленом. И куда перебираться тогда, в подвал? Или ночевать на вокзале? Нет, нужно как можно скорее найти и снять хоть какую-нибудь комнатенку. Лучше, конечно же, однокомнатную квартиру, но для начала и комната подойдет. В пятницу должны будут давать аванс, плюс к этому остались еще деньги от квартиры (при этой мысли его передернуло), уж на комнату-то должно хватить. Экономил сейчас Алексей Николаевич на всем, на чем только мог. Очень выручили его в этом отношении продуктовые талоны на бесплатное питание в производственной столовой. Как-то, еще летом, главный энергетик усадил Барского в своем кабинете, выдал ему стопку огромных бумажных листов и печать. Будешь, говорит, печатать талоны в столовую, для котельной и слесарного цеха. Сам ушел, а его в кабинете запер на ключ. Будучи человеком хитрым и предусмотрительным, Алексей Николаевич напечатал талоны не только для кочегаров и слесарей, но и тиснул пару листов для себя лично. Спрятал этот контрафакт под коврик и когда энергетик отпер его и даже обшмонал, предвидя со стороны Барского подлянку с левыми талонами, то так ничего и не нашел. А из-под коврика талоны Алексей Николаевич незаметно забрал спустя два дня, когда кабинет энергетика был не заперт. Вот эти-то талоны очень его сейчас и выручали. Если б не они, ни о какой экономии и речи бы идти не могло. Закипел чайник. Алексей Николаевич налил кипятка в большую железную кружку, опустил в нее пакетик с заваркой на веревочке, подергал его туда-сюда, чтобы лучше и быстрее заварилось. «Эх, как же мне не хватает компьютера и Интернета, – думал он, обводя заинтересовавшие его объявления в газете черным фломастером. – Через Интернет я бы нашел нужное жилье за десять минут, а тут, в газете, наверняка и информация-то уже устаревшая. Сколько я без компа, вторую неделю? А такое ощущение, словно несколько месяцев прошло». Когда он приобретал свой первый компьютер, то, как и большинство пользователей-новичков, столкнулся с проблемой, какой тип ПК ему выбрать – десктоп, то есть настольный стационарный комп, или же только входивший тогда в моду компактный ноутбук? Отталкиваясь от соотношения цена-качество, выбор был сделан в пользу стационарного ПК. За те же самые деньги можно было разжиться более мощной машинкой. Ноутбуки в те годы стоили просто космических сумм. Кроме того, на персоналке сохранялась возможность апгрейдить ее по мере появления средств и необходимости. Ноут же воспринимался им как совершенно лишнее дорогостоящее пижонство. А вот теперь Алексей Николаевич пожалел о своем выборе. Будь у него ноутбук, не сидел бы он сейчас над мятой газетой, а вполне мог бы подключиться к Сети через телефонную линию котельной. «Как ни крути, за Интернетом будущее, – размышлял Барский, потягивая ароматный чай и слушая краем уха заунывное хоровое пение, доносившееся из-за операторского пульта. Очевидно, Гошина пьянка со слесарями входила в свою финальную стадию и в скором времени можно было ожидать отбытия последних к себе в слесарку. – В ближайшие годы все переместится в Интернет. Не знаю, доживу ли лично я до того, что описывает Лукьяненко в своем “Лабиринте отражений”, но вот музыка, видео, банковские платежи и многое другое точно будет скоро оцифровано и виртуализировано. А уж как круто было бы зарабатыватьчерез Интернет илинепосредственно в Интернете! Прямо из дома, сидя в трусах за монитором и колотя пальцами по клавиатуре». Он допил чай, сполоснул кружку и вышел в котельный зал. Слесарей, как и предполагалось, уже не было. Пустая бутыль из-под самогона валялась на столе среди объедков, раздавленных помидоров, обглоданных костей и прочего мусора. Гоша громко храпел, лежа на диванчике, а дверь в котельную стояла распахнутой настежь. Покачав головой, Алексей Николаевич закрыл дверь, прибрался на столе и, растолкав напарника, оттранспортировал его наверх, на ту самую лежанку. До утра оставалось совсем немного, и он решил вздремнуть на диванчике хотя бы два-три часа, так как, сдав смену, намеревался отправиться в город. Погоду в конце этой осени швыряло из крайности в крайность. И если с вечера был небольшой плюс, с крыш текло и капало, то к утру ударил морозец. Столбик термометра опустился до -5◦С и дорогу покрыл гололед. К счастью, новые ботинки Барского были на толстой резиновой подошве, благодаря чему на льду они демонстрировали вполне приемлемую устойчивость. Кроме того, уже подсуетились коммунальные службы, большинство тротуаров были посыпаны песочком. Так что Барский вышагивал по тротуару вполне уверенной походкой, хотя и кутался в пуховик от пронизывающего резкого ветра. Навстречу ему тек нескончаемый людской поток. С хмурыми озабоченными лицами люди спешили на работу. Раньше, когда Алексей Николаевич возвращался с ночной сменыдомой , вид их производил на него двоякое впечатление. С одной стороны, он в чем-то сочувствовал этим несчастным. Что предстоит им? Торчать целый день в душном офисе или цехе, не выспавшимися и раздраженными. Однако другая его часть откровенно злорадствовала. Всем, кто попадался навстречу, предстоит девять часов ада, тогда как сам он свою работу уже закончил. Осталось только добраться додома , принять прохладный душ и рабочее для всех время суток провести в обители Морфея. Красота, да и только! Теперь же, когда самого главного элемента всего этого благолепия, то естьдома , у него как раз и не было, на окружающих людей он смотрел если не с завистью, то по крайней мере без прежнего чувства превосходства. Да, им только предстоит пережить этот новый рабочий день, но вечером все они вернутся в своидома , буду сидеть в мягком кресле перед телевизором, а затем улягутся спать в чистую мягкую постель. А что ожидает его? Снова шумная котельная, снова короткий тревожный сон на грязном диванчике, снова пьяные слесаря и кочегары. – Брр!.. – Он поёжился и ускорил шаг, отгоняя от себя эти невеселые мысли. Жалеть себя сейчас было нельзя. Категорически нельзя! Жалость к себе делает человека слабым, а ему именно в этот смутный период его жизни требуются силы. Много сил! Как духовных, так и физических. «А вот для восполнения последних неплохо было бы немного подкрепиться, – решил Алексей Николаевич и завернул в беляшную. – Много покупать не буду, только пирожок с мясом и стакан чая. Этого вполне хватит, а ближе к обеду вернусь на базу, там уже и поем нормально, сразу на два или три талона». Перекусив, он отправился в центр города, куда изначально, собственно, и собирался. Там, возле отреставрированного храма (бывшего кинотеатра, который еще раньше, до революции, был опять-таки храмом), не так давно открылось заведение, гордо именуемое «киберкафе». Явление для провинции принципиально новое. Возможно, в Москве и Питере подобные заведения и существовали уже с середины 90-х, в Глахове эта диковинка открылась лишь год назад. Придя на смену практически вымершим к двухтысячному году видеосалонам, интернет-кафе быстро захватывали города и веси. В Глахове Барский знал как минимум три таких точки, но та, что располагалась в центре, была ближе всего, именно в нее он и двинул. А то, что по пути зарулил в беляшную, так это потому, что приставка «кафе» была именно приставкой, речевым оборотом, не более. Еды в этих заведениях почему-то не продавали. Опять же, возможно, это специфика именно провинции, но так уж оно повелось, так исторически сложилось. Купить пепси, кока-колу и даже пиво в киберкафе было можно, а вот даже самого завалящего бутербродика или беляша, увы, нет. Оплатив талончик на тридцать минут, Алексей Николаевич присел за самый дальний компьютер и первым делом проверил свою почту. Писем нападало чуть меньше, чем в период его двухнедельного загула, но все равно предостаточно. Полезных сообщений он в этот раз не обнаружил, а вот среди спама наблюдалось аномальное количество сообщений с предложением присоединиться к программе Golden Stream. О том, что это такое, Барский знал уже достаточно давно. Банальный лохотрон, финансовая пирамида в ее самом классическом, незамутненном виде. В свое время он сам повелся на эту аферу. И пусть денег потратил на нее не так уж много, времени и сил убил совершенно катастрофическое количество. Результат, разумеется, был нулевой. Суть данного лохотрона заключалась в следующем. Жертве отправлялось письмо, рассказывающее об истории успеха некоего Миямото Ичикавы, который якобы и изобрел данную чудо-программу. Иногда эту «программу» называли RMI, иногда Golden Stream (и тогда уточняли, что это более продвинутая версия RMI). Обещали золотые горы при минимальных затратах времени и усилий: «…все, что Вам будет нужно делать, это рассылать готовые письма по e-mail и время от времени заглядывать в свой электронный кошелек на WebMoney либо ходить на почту или в банк за деньгами… ». Ты платишь всего сто рублей, после чего получаешь от своего куратора первую часть программы и индивидуальный ключ. Также тебе предоставляются программы для сбора в Сети e-mail-адресов, обработки их и программа для рассылки по ним писем с рекламой все того же Миямото Ичикавы (то есть предлагается стать злостным спамером, пусть и в завуалированной форме). Далее мозг жертвы начинают зомбировать при помощи математики: «…Вам нужно разослать 10 –20 тыс. писем. Это принесет от 4 до 50 заказов на первую часть. Всего частей семь. Далее Вам нужно будет только обрабатывать заказы, поступающие на e-mail и отсылать своим клиентам соответствующие заказу части программы, получая за это деньги! С помощью программы Вы создаете индивидуальный ключ для каждого клиента, и рассылаете им, вместе со всем тем, что получили Вы, за исключением Вашего ключа, он должен находиться только у Вас! После того как Вам придет не менее 4 заказов на первую часть (а получите Вы за них 400 рублей), программа предложит вам приобрести вторую часть и укажет вашего куратора 2-го уровня, у которого ее можно заказать. Вторая часть стоит 200 рублей, но их вы уже окупили, получив за четыре первые части 400 рублей. Каждый из четырех ваших клиентов найдет по 4 своих клиента, т. е. Вы получите 16 заказов на вторую часть 16 х 200 = 3200 рублей, из которых 400 рублей тратите на приобретение 3-й части. Третью часть у Вас уже купят 16 х 4 = 64 клиента по 400 рублей. Это составит 25 600 рублей, из которых 800 рублей Вы заплатите за 4-ю часть. По той же схеме посчитаем доходы от продажи остальных частей: (4 часть – 256 клиентов по 800 руб. – 204 800 руб.; 5 часть – 1024 клиента по 1600 руб. – 1 638 400 руб.; 6 часть – 4096 клиентов по 3200 руб. – 13 107 200 руб.; 7 часть – 16 384 клиента по 6400 руб. – 104 857 600 руб.) Итого, получилось более 100 миллионов рублей! Согласитесь, неплохая добавка в семейный бюджет!» Стоит ли говорить, что на практике эта разновидность «письма счастья» просто не работала. Наивных людей, готовых участвовать в подобных пирамидах, увы, оказалось не так уж и много. Да и те, кто откликнулся, очень быстро начинали понимать тщетность и бесперспективность подобного вида «заработка», после чего банально сливались. Потратив в свое время два или три месяца на рассылку писем Golden Stream, Алексей Николаевич не то что не добрался даже до второго уровня «программы», но был обвинен его провайдером в спаме и только чудом избежал полного отключения от Сети! И вот теперь, глядя на свой почтовый ящик, заваленный имейлами с Golden Stream, Барский с удивлением констатировал, что лохотрон возвращается. «Интересно, а что, если самому замутить какую-нибудь финансовую пирамиду? Организовать нечто подобное и встать во главе процесса, собирая весь профит, – возникла вдруг в его голове крамольная мысль. – Да, с моральной точки зрения все это выглядит мерзко и грязно, но… До моральных ли терзаний мне сейчас? Мне, человеку, который остался без жилья и питается по талонам в производственной столовке!» Ему вспомнились слова Скарлетт О’Хары: «Я пройду через все, а когда это кончится, я никогда, никогда больше не буду голодать. Ни я, ни мои близкие. Бог мне свидетель, я скорее украду или убью, но не буду голодать ». И ведь это вполне себе положительный персонаж говорит. Можно сказать, американская национальная героиня. Пример для подражания. В задумчивости Алексей Николаевич вышел из своего почтового аккаунта, закрыл браузер и, не выключая компьютера, направился к выходу. По оплаченному талончику у него оставалось еще минут пять пребывания в Сети, но все, что было нужно, он на сегодня уже сделал. «Нет, даже если откинуть в сторону моральные принципы, – продолжил Барский свои размышления уже на улице, – для того чтобы мутить финансовую пирамиду, мне нужен мой комп. Необходима некая точка, некая база, комната, жилье с телефонной линией, где можно поставить компьютер с модемом. Без этого все равно ничего не получится. Работать из интернет-кафе – это и непозволительно дорого, да к тому же и очень палевно. Словом, совершенно нереально! Дом, мне нужен дом, с компьютером и Интернетом. Пусть съемный, пусть в аренду, но именно это для меня сейчас задача номер один!» Он вышел на улицу, стараясь ни о чем больше не думать. «Остановку внутреннего диалога» (это по Кастанеде) или медитацию (как этот процесс называют все остальные люди) Барский практиковал уже много лет. Это помогало ему содержать свой ум в чистоте, позволяло настраиваться на решение самых сложных задач, да и просто доставляло своеобразное удовольствие. Для самого процесса остановки внутреннего диалога не требовалось ни каких-либо специальных условий, ни того или иного оборудования, ни даже дома или квартиры. Медитировать он мог хоть в котельной, хоть просто (как сейчас) идя по тротуару. Однако, заметив на противоположной стороне улицы небольшой скверик, Алексей Николаевич решил зайти туда и, найдя там уединенное местечко, помедитировать на природе. Он не спеша миновал (…бывший кинотеатр… ) возрожденный храм, пересек по нерегулируемому пешеходному переходу улицу, затем повернул в сторону заброшенного сквера. Полуразрушенная арка из красного кирпича, старинная чугунная решетка (к счастью, незапертая). Длинная аллея с потрескавшимся асфальтом уходила в бесконечность. По правую ее сторону стояли массивные облупившиеся скамейки. То тут, то там попадались опрокинутые урны, сломанные ветром ветки, обрывки газет, смятые стаканчики из-под мороженого. Алексей Николаевич выбрал относительно целую скамейку (большинство из них были поломаны или просто сгнили от старости), присел на нее и поплотнее укутавшись в свой пуховик, расслабился и закрыл глаза. …все происходящее похоже на сон. Не знаю на какой, плохой или хороший, да это и не важно. Просто на сон. Реальность, окружающая меня, воспринимается иначе, чем раньше. Все осталось прежним, но в то же время стало каким-то другим. Как никогда, я чувствую пустоту, окружающую меня. И не только окружающую. Я чувствую эту пустоту в себе! Я –ничто!.. …нечто есть, что-то ощущается, присутствует, просит выражения, но как это выразить, я не знаю. Это настолько бессодержательно (хотя и емко), что выразить это обычными, традиционными средствами не представляется возможным. Я –нигде!.. …и то, что воспринималось как время, утратило свое привычное качество. Вместо него открылась черная бесконечность, пересеченная сверкающим светом. Время превратилось во что-то противоположное себе. Я продолжаю функционировать, даже несмотря на то, что выпал из времени, окунулся в черную бесконечность и был рассечен сверкающим светом. Поразительно! Все наши представления –только искры, уносимые ветром в пустоту!.. Я –никогда и всегда!.. Мысли пролетали в сознании словно птицы. Грациозно, бесшумно, исчезая вдали. С каждой секундой они становились все более зыбкими, дискретными, пока не растворились в окружающем пространстве совершенно. Какое-то время еще вспыхивали бесформенные картинки мыслеобразов, звучали обрывки фраз или слов в голове, затем ментальная рябь успокоилась окончательно и Барский погрузился в блаженную пустоту. Ушло ощущение тела, улеглись и погасли эмоции, чувства. Но, несмотря на все это, восприятие «Себя» никуда не делось и даже как будто усилилось. Он уже не воспринимал себя человеком из плоти и крови, одетым в зимние ботинки, пуховик и шапку, сидящим на старой лавочке посреди сквера. В данный момент он ощущал себя как зыбкое, полупрозрачное существо, лишь отдаленно напоминавшее человеческую форму, парящее в бесконечной черной пустоте. Вот прямо над его головой вспыхивает яркий белый шар размером с теннисный мячик. Из бесконечности вверху над шаром прорывается ослепительно-белый световой луч и пронзает шар и все тело Барского, уходя вниз в бесконечность… Из бесконечности с левой стороны возникает такой же ослепительно-белый световой луч и, пронзив прозрачное тело на уровне плеч-сердца-груди слева направо, уходит в бесконечность с правой стороны… Из бесконечности прямо перед ним появляется еще один световой луч и, пронзив Алексея Николаевича спереди, на уровне груди, точно в то перекрестие, что было образовано двумя предыдущими лучами, уходит в бесконечность позади него… Таким образом, Барский оказался как бы в центре трехмерного креста, образованного тремя бесконечными ярко-белыми световыми лучами. Пространство парка вокруг него исчезло. Он словно бы был подвешен в черном вакууме. Было только это бесконечное черное пространство, лучи и светящая сфера над головой. Тело совершенно истончилось, став призрачным, как бы сотканным из световых волокон… Время исчезло… – Эй, мужик, ты живой? – прогремело вдруг из ниоткуда и Барский мгновенно вернулся в наш мир. Он по-прежнему сидел на скамейке посреди сквера, а перед ним стоял молодой человек в спортивном костюме и озабоченно тормошил его за плечо. – А? Чего?.. – переполошился Алексей Николаевич. – Кто живой?!. Окончательно пришел в себя и добавил: – Ах, да! Все в порядке. Просто задремал немного. Я живой, живой, не беспокойтесь. Спасибо вам, все хорошо! – Ну ладно, – пожал плечами молодой человек, – только не спите здесь, идите лучшедомой . Холодно, простынете и заболеете. И помахав рукой, спортсмен трусцой устремился прочь, в глубину аллеи. «Да, действительно холодно, – неожиданно для себя осознал Барский, стуча зубами и трясясь всем телом. – Сколько же я тут просидел?» Он взглянул на часы. Выходило, что просидел на лавочке он без малого сорок минут. Не удивительно, что так задубел. Спасибо молодому человеку, а то ведь мог бы и совсем окочуриться или воспаление легких схватить, это уж как минимум. Было далеко за полдень, и Алексей Николаевич решил, что нужно возвращаться на базу, иначе можно пропустить халявный обед в производственной столовке. Все же каждый обед, оплаченный талончиками, экономил ему пусть небольшую, но такую необходимую сейчас денежку. Курочка, как известно, по зернышку клюет, а обосрать весь двор умудряется. Однако он настолько продрог, что дойти прямо отсюда до базы был просто не в состоянии. Нужно где-то отогреться и уже потом только совершать столь решительный марш-бросок. Доковыляв до ближайшего продуктового магазинчика, Барский поспешно шмыгнул внутрь. В узком темном тамбуре он не заметил притаившегося там попрошайку и едва не упал, споткнувшись об него. Грязный, лохматый и заросший, источавший совершенно невообразимое амбре, мужичок неопределенного возраста сидел между двух дверей прямо на полу, поджав под самый подбородок колени. Перед ним лежала замызганная шапка-ушанка, в которой поблескивали монетки и валялось несколько скомканных бумажных купюр. Ругнувшись вполголоса, Барский перешагнул через шапку и вошел в магазин. Бомж только испуганно втянул голову в плечи, не издав при этом ни звука. Вошел и сразу же попал в эпицентр какого-то скандала. Прямо у входа, между прилавком и кассой, образовалась большая толпа. Как понял Алексей Николаевич, толпу формировали две противоборствующие группировки покупателей, апеллирующие с обеих сторон то ли к директору магазина, то ли к заведующей, которая, прижавшись спиной к кабинке кассы, держала перед собой огромные деревянные счеты, закрываясь ими, словно щитом. Люди ругались, орали, потрясали кулаками и, казалось, вот-вот готовы были сцепиться в рукопашную. – Как долго вы будете пускать бомжей греться к себе в магазин? – тонким пронзительным голосом верещала тетка в красном пальто. – Я понимаю, на улице стало холодать, но почему покупатели должны вкушать эти зловонные запахи, которые чувствуются даже здесь, около кассы? – Эти бомжи еще и мелочь стреляют у каждого, кто заходит в магазин и выходит из него! – вставил свои «пять копеек» сухонький, интеллигентного вида старичок. – Время от времени эти бомжи еще и в состоянии алкогольного опьянения пребывают, – продолжила свою отповедь верещащая тетка. – В такие моменты запахи усиливаются, и даже дыхание приходится задерживать, чтобы не блевануть им прямо в шапку. Вы как минимум подвергаете опасности покупателей, которые могут подхватить какую-нибудь заразу! Здесь же и дети ходят, они боятся заходить внутрь. Это как минимум небезопасно! Мало ли что вашим бомжам в голову придет, если откажешь дать им мелочи на водку. Примите, пожалуйста, меры, или я буду вынуждена обратиться за помощью в соответствующие инстанции! – С каких это пор бомжи перестали быть людьми? – накинулись на нее сразу несколько человек из другой половины толпы. – Если они такие, им теперь что, замерзать на улице? Не все эти несчастные стали бомжами по своей воле. От сумы и от тюрьмы не зарекайся, в России живем! С каждым может случиться несчастье. Ничего страшного не случится, если такие люди погреются и уйдут. А по поводу того, что они пахнут, так иной раз в автобусе рядом с молодыми людьми проехать невозможно, так от них шибает! – Тихо, тихо, товарищи! – с остервенением отталкивая от себя счетами особо напирающих, повысила голос то ли заведующая, то ли директор. – Во-первых, не говорите во множественном числе. Никакие «бомжи» у нас тут не ошиваются. Заходит погреться к нам всегда один и тот же бомж, вернее, человек. – Как будто это что-то меняет, – недовольно загудела толпа, – торчит-то он тут постоянно, как ни придешь в магазин. – Спокойно, товарищи, спокойно! – продолжала директор-заведующая. – Я хорошо знаю этого бомжа, и он далеко не всегда был таким. Еще совсем недавно этот мужчина представлял из себя вполне обеспеченного, интеллигентного и умного человека! Но потом у него случилась трагедия, с которой человек морально не справился и все, включая квартиру, пропил. У него вся семья погибла в автокатастрофе: жена, трое детей, мать. В нашем магазинчике он побирается давно, задолго до того, как я вообще пришла сюда на должность… Толпа вдруг разом притихла. Обе противоборствующие стороны потупили глаза, и люди начали медленно расходиться. Кто-то пошел на выход, и Барский заметил, что выходя, люди бросали в шапку бомжу денежки. Другие перешли к прилавку, за которым вот уже почти четверть часа скучала жующая жвачку продавщица, образовалась очередь. – Фух! Вот ведь, устроили тут судилище Дэвида Линча, – опуская свой щит-счеты, пробормотала глава магазина, очевидно имея в виду совсем другого Линча, а вовсе не культового американского режиссера. – И ведь не в первый раз. Все себя какими-то особенными считают. Как будто самих такая беда коснуться не может… Продолжая бормотать уже себе под нос, женщина удалилась в темноту подсобных помещений. Маленький магазинчик зажил своей обычной жизнью. Алексей Николаевич, который за время всего этого представления успел полностью отогреться, осторожно прошмыгнул мимо все еще сидящего в тамбуре между дверей бомжа и направился в сторону базы. Что и говорить, данное происшествие произвело на него сильнейшее впечатление. Словно бы кто-то свыше ткнул его носом в зеркало, чтобы он не забывал, кто он есть на самом деле. Не забывал бы и не катился бы дальше в пропасть, а, напротив, начинал бы из этой пропасти выкарабкиваться. – Бог свидетель, я лучше убью или украду, но бомжевать не буду! – снова и снова, словно мантру, повторял Барский, шагая по улице. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - От: "Alexandr" Alex@rambler .ru Кому: "Алексей Барский" dir@mail .ru Тема: Golden Stream Дата: 20 ноября 2002 г. 5:20 – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - В солнечный воскресный день 12 июля 1996 года служащий одной из развивающихся фирм Токио по имени Миямото Ичикава сидел у себя дома и упражнялся в составлении программ контроля над сетью торговых точек. Вот уже несколько месяцев его мучила мысль: «Почему сетевой маркетинг срабатывает не во всех 100 % случаев и прибыль имеют только те, кто оказался на вершине пирамиды? А как же остальные?» Миямото давно понял, что принципы сетевого маркетинга прибыльны для тех, кто стоит в начале пирамиды, и малоутешительны для тех, кто находится у ее основания. «Нет, человечеству нужен иной, абсолютно честный бизнес», – думал будущий гений. И в тот момент он чувствовал, что очень близок к своей цели – создать совершенный принцип абсолютного успеха для всех. Где-то на задворках подсознания, в смутных ощущениях уже бродило эвристическое знание, гениальный ответ на все вопросы. «Да, конечно же, зачинатели сетевого маркетинга заботятся изначально только о себе и поддерживают дело только до тех пор, пока сами не выйдут из игры. Это происходит довольно быстро. Дальше же процесс пускается на самотек и уже никем не управляется. А без контроля любое дело неминуемо разваливается. Ни один человек не способен до конца безупречно осуществлять контроль, особенно когда он теряет личную заинтересованность. Это может сделать только компьютер, только БЕСПРИСТРАСТНАЯ ПРОГРАММА», – такую запись оставил Миямото Ичикава в своей рабочей тетради. Последующие трое суток были потрачены на разработку такой суперпрограммы. Самое трудное было нащупать тот принцип, который ляжет в основу программы. На протяжении долгих часов размышления над этой проблемой ему то и дело казалось, что его мозг, напряженный до предела, вот-вот расплавится и черепная коробка лопнет, как вдруг, совершенно внезапно, к нему пришло озарение! Принцип был найден, и дело сдвинулось с мертвой точки! Миямото с головой ушел в работу, и к концу третьего дня программа была готова. Ему уже было безразлично, что с понедельника он не вышел на работу, а в среду его, должно быть, уже уволили. Теперь у него в руках была волшебная палочка! Однако надо было еще запатентовать открытие, пройти проверки и т. п. Потянулись томительные месяцы ожидания. В это время программой заинтересовалась компания Microsoft, и с разрешения Миямото она была усовершенствована. Это ускорило процесс законодательного признания, и Миямото наконец-то получил разрешение правительства на использование программы. За первые два месяца работы на его банковский счет пришли 5 тысяч долларов, еще через месяц уже 100 тысяч долларов, а еще через два месяца работы с этой программой он получил чистых ЧЕТЫРЕ МИЛЛИОНА ДОЛЛАРОВ! С тех пор за прошедшие четыре года этот бизнес перешел и в Америку, и в страны западной Европы, носить звание члена RMI стало престижно. Сейчас этот бизнес получает распространение и в России… = Кликни по этой ссылке, если хочешь присоединиться к нам = – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Найти и снять подходящую комнату ему удалось только три недели спустя. Это была угловая башенка на крыше старого пятиэтажного дома, окно которой выходило на широкую оживленную улицу. Также из этого окна открывался совершенно потрясающий вид на Глаховский пруд и возвышавшийся за ним Восточный холм. «Будет очень романтично сидеть здесь на подоконнике при свечах, глядя поверх крыш домов в сторону пруда на холм и потягивать при этом горячий чай с шиповником и мятой, – подумал Алексей Николаевич и тут же сам себе усмехнулся: – А я все-таки неисправим. Тридцатилетний романтик, блин! Бездельник и созерцатель…» По размеру комнатка оказалась совсем небольшой, что-то около двенадцати (или около того) квадратных метров. Но содрали с него за нее три с половиной тысячи, сразу за три месяца вперед. Санузел и туалет находились в общем коридоре, и пользоваться ими, как и общей кухней, Барскому приходилось совместно с жильцами еще трех сдаваемых в этой квартире комнат. К счастью, телефон у него стоял индивидуальный, единственный на всю коммуналку. И за него пришлось доплачивать дополнительно. А без телефона эта комната ему и даром была бы не нужна. Возможность подключения к Сети при поиске квартиры он вынес в самую вершину списка своих требований. Часть мебели – шкаф, столик, два стула и кресло – Алексей Николаевич перевез из гаража Змеева сразу же, как только въехал в свое новое жилище. А сегодня, двенадцатого декабря, в День Конституции и первый день длинных предновогодних праздников (отдыхать предполагалось целых четыре дня подряд), он забрал из Змеевской кладовки и свой компьютер. Собрал его, все подцепил, настроил, проверил. Машинка работала исправно, выход в Интернет – имелся! Словом, новая точка была полностью оборудована и готова. С этого дня Барский переставал быть бомжом. Отныне, как в старые добрые времена, в котельную он будет ходить исключительно на работу, а не обитать там на ПМЖ. Ближе к вечеру, когда за окном окончательно стемнело, а в небе зажглись звезды и половинчатая луна повисла над городом, в гости к Алексею Николаевичу заскочил Змеев. Он привез с собой литровую бутылку кашасы и очень удивился, когда Барский, всегда любивший дегустировать редкий заморский алкоголь, вдруг отказался от этой дичайшей экзотики. Это было настолько невероятно, словно бы тигр отказывался от куска мяса или же кролик от сочных капустных листьев. – А сегодня что, постный день? – поинтересовался профессор голосом Ручечника из фильма «Место встречи изменить нельзя». – Да нет, день сегодня обыкновенный, скоромный, – подыграл ему Барский, отвечая голосом Глеба Жеглова, и уже своим собственным голосом закончил: – Вот только не пью я больше. Вообще не пью. Даже кашасу, текилу или соджу. – И давно? Серьезно? А в связи с чем, позволь осведомиться, такая схима и надолго ли? Почему я узнаю об этом только сейчас? – Понимаешь, – Алексей Николаевич смутился, но отступать было поздно, и он решил рассказать все как есть, начистоту, – дело в том, что квартиру свою я не продал. Я ее, как бы это сказать помягче… Пропил! – Как пропил? – совершенно опешил Змеев. – Да вот так и пропил, – пожал плечами Барский. – Точнее, даже не совсем пропил. Просто во время последнего запоя меня развели черные риелторы и обманом переписали мою квартиру на какую-то совершенно левую, явно подставную тетку. Хата ушла фактически даром, я за нее даже денег не получил. Так, несколько тысяч на продолжение запоя, не более того… И он во всех подробностях, ничего не скрывая и не приукрашивая, рассказал своему другу, что именно с ним произошло. Рассказал про «Договор», про бандитов, про угрозу оказаться в безымянной могилке под колышком с инвентарным номером. Поведал, как с тех самых пор обитал в котельной, с милостивого разрешения начальника, и что вот только теперь ему удалось найти и снять (пока на три месяца) эту комнатку. – Ну вот, – подытожил он, завершая свой рассказ, – а теперь я начинаю новую жизнь. Потому и решил полностью завязать с алкоголем. Не знаю, навсегда или на ближайшие несколько лет, но пока не куплю себе новую квартиру, точно капли в рот не возьму! Змеев ничего не ответил, так как явно был до глубины души шокирован услышанным. Однако бутылку со стола убрал, спрятав ее в портфель, с которым пришел. – Помнишь, Коль, – продолжал Барский, – ты мне как-то, месяца два назад, загадку такую логическую загадывал? Дескать, что бы я делал, окажись в незнакомом городе без документов и денег. Ну так вот, теперь мне предстоит эту загадку решить не в уме, а в реальных условиях. Так сказать, на практике. Я должен понять формулу, объясняющую, почему и как люди становятся богатыми. Я должен научиться делать деньги из ничего, с нуля и как минимум до уровня нескольких миллионов! – Зачем? – совершенно неожиданно спросил Змеев. – Что значит зачем? – удивился Барский. – Разве это плохо – уметь зарабатывать большие деньги и быть богатым? – Нет, не плохо, – пожал плечами тот, – но тебе-то это зачем? Тридцать лет ты жил, как все, а теперь вдруг, бац! И решил стать миллионером? – Теперь, после происшествия с квартирой, я вдруг понял, что это мой шанс. Я понимаю, звучит все это по-идиотски, но я просточувствую , что таким вот парадоксальным образом судьба дала мне «волшебный пинок». Теперь у меня есть ровно два варианта: либо оставаться таким, какой я был и медленно опускаться на дно, либо же принять этот вызов, кардинально поменять свою жизнь и научиться делать большие бабки. Стать финансово независимым, а значит – свободным! – Но почему именно деньги? Почему ты не увидел в этом знак судьбы, советующий тебе уйти в монастырь, например, или пешком оправиться на Тибет? – Понимаешь… – Алексей Николаевич подошел к окну и посмотрел на темный ночной пруд, на светящиеся вокруг него городские огни. – Эта тема, тема богатства, денег, волнует меня уже очень и очень давно. Еще в юношестве я задавался вопросом: почему один человек, хороший, умный, образованный, всю жизнь остается нищим, тогда как другой, тупой беспринципный двоечник, может с легкостью загребать миллионы и кататься как сыр в масле?! Почему к одному деньги так и липнут, хотя он не блещет никакими талантами, тогда как другой, будучи даже гением или просто трудолюбивым и усердным работником, всю жизнь едва сводит концы с концами, невзирая ни на какие усилия? То, что дело здесь совсем не в образовании и не в каких-то сакральных или тайных знаниях, это понятно. Но тогда в чем? В чем, черт побери, заключается этот секрет богатства, успеха и материального процветания?!. Змеев некоторое время разглядывал его с любопытством, затем осторожно поинтересовался: – И что же ты намерен делать? Займешься бизнесом? – Он не удержался и хмыкнул. – Не знаю пока, – чистосердечно признался Барский. – Конечно, было бы неплохо найти какого-нибудь крутого бизнесмена-миллионера и попроситься к нему в ученики. Только где ж его найти, да и на хрена ж ему такой ученик сдался?! Он отвернулся от окна, пристально посмотрел в глаза своему другу и проникновенно изрек: – На данном этапе какая-то мистическая сила, какой-то внутренний голос подталкивают меня к Интернету. Да-да, не смейся! Я не случайно снял эту комнату и оборудовал здесь себе рабочее место с компьютером и выходом в Сеть. Это первое, что я должен был сделать. – А что второе? – не удержался Змеев. – Пока не знаю, – снова искренне сообщил Алексей Николаевич, – жду какого-нибудь события или знака, которые и укажут мне дальнейшее направление. – Не боишься, что всю жизнь прождешь? И почему такая зацикленность именно на IT-сфере? Почему не какой-нибудь классический бизнес в реале? – А что интересного можно сделать в реале? – взбеленился Барский. – Как Тюка и Ныш по подвалам ползать, старое железо собирать? Ремонтировать и чинить все это, а потом продавать под видом новых вентилей и задвижек? Ну, так это уже года два как отработанная тема. Поставить ларек? Открыть пекарню? Заняться вендингом и заставить весь наш городок кофейными автоматами?.. Ну так, с одной стороны, все эти ниши давно заняты и конкуренция там порядочная. А с другой стороны – бизнес в реале, это ж такой геморрой! Начнутся всякие пожарные, санитарно-эпидемиологические, выездные налоговые проверки. Инспектора станут клянчить взятки. Потом наедут бандиты и рэкет, скажут, что нужно делиться, и т. д. и т. п. – Ну дык! – ехидно воскликнул Змеев. – А чего ж ты хочешь? В этом и заключается специфика бизнеса. Или ты мечтаешь и рыбку поймать, и ножки при этом не замочить? Так не бывает! – Согласен! И даже готов был бы пойти на все эти жертвы, – в запале воскликнул Алексей Николаевич. – Но самое главное, что на любой, даже самый маленький бизнесок в реале необходим достаточно большой стартовый капитал. Чтобы делать деньги, нужны изначально другие деньги, а где мне их взять? Кредит мне никто не даст, так как даже в залог мне теперь предоставить нечего. Взаймы нужную сумму мне тоже попросить не у кого. Ты вот, к примеру, не одолжишь же мне тысяч сто? – Не одолжу, – рассмеялся Змеев, – ты мне еще и занятые ранее «соточки» ни разу не вернул, а теперь хочешь сразу сотню тысяч! – Ну вот, – развел руками Алексей Николаевич, – значит, так и получается, что если даже мутить бизнес в реале, то сначала нужно сколотить стартовый капитал где-то в другом месте, на принципиально иных схемах. На каких-нибудь аферах, финансовых пирамидах, выиграть в лотерею, наконец! – Ой, Лёха, опять тебя заносит куда-то не в ту степь. Ну какие пирамиды с лотереями? Ты еще попробуй на скачках у букмекера выиграть или на рулетке в казино! Хату просрал, а все туда же лезешь, именно что в какие-то аферы!.. Он вдруг замолчал, так как сообразил, что явно ляпнул лишнего. Смущенно кашлянул в кулак и отвел глаза в сторону. Барский, казалось, не обиделся, но в комнате все равно повисла напряженная тишина. – Ладно, – выдавил из себя наконец Змеев, – коли уж не пьем, чего зря сидеть в четырех стенах? Может, пойдем прогуляемся? – Пойдем, – на удивление легко согласился Алексей Николаевич, – а куда? – Не знаю. L’appetit vient en mangeant. Давай для начала просто выйдем на улицу, а там, глядишь, что-нибудь и придумается. Авось твоя мистическая внутренняя сила что-нибудь да подскажет, – съязвил Змеев. – Я, конечно, не Дон Хуан, а ты, увы, не Карлос Кастанеда. Но совместным напором наших личных сил какое-нибудь направление да выберем. – Очень смешно, – огрызнулся Барский. – Просто Гарик Мартиросян, не иначе. Впрочем, спорить или упираться не стал. Быстро собрался и, потушив в комнате свет, вслед за Змеевым вышел в коридор. С непередаваемым чувством запер комнату на ключ (…от квартиры, где деньги лежат… ), убрал его в самый надежный внутренний карман. Миновав узкий коридор и пропахший кошками подъезд, друзья вышли на улицу. Словно реагируя на их появление, сверху вдруг неожиданно повалил снег. Будто кто-то на небе только и ждал, когда они выйдут, чтобы тряхануть как следует проплывающее над их головами одинокое облако. Жирные белые хлопья медленно опускались на землю, производя при этом едва заметный, но все же отчетливо воспринимаемый звук. Что-то среднее между шипением и шуршанием. Народу на улице было немного. Не сговариваясь, оба двинулись в сторону центральной площади. До нее было всего несколько кварталов и оттуда отчетливо доносились звуки музыки. Точнее, на таком расстоянии от музыки оставались лишь нижние тяжелые басы, но именно это «бумс! бумс! бумс!» как раз и подсказывало, что на площади проходит концерт или какое-то иное увеселительное мероприятие. Так и оказалось. Вся площадь была заполнена людьми, а в центре ее, на специально привезенной и собранной под это выступление сцене, бесновалась какая-то современная музыкальная группа. Кто такие, Барский не знал и потому обратился с вопросом к Змееву. – Некие «Долботрясы», – ответил тот, показывая рукой на наклеенную прямо на перегородку автобусной остановки афишу. «Действительно, панк-группа “Долботрясы”, из Москвы, – убедился Барский, прочитав афишу, – а раз вход на площадь свободный, значит, оплачено это выступление из городского бюджета. Так вот на что денежки народные расходуются!» – Пошли ближе к сцене, – обратился он уже вслух к Змееву, – посмотрим на этих «долбодятлов» поближе. Толпа оказалась не очень плотной, и они аккуратно стали пробираться сквозь нее к возвышению сцены. Чем ближе, тем грохот и гул становились сильнее. Слов песни разобрать было невозможно, но, по всей видимости, так и было задумано. Это же панк-группа, а для панков – чем хуже, тем лучше. Солист («главпанк», как окрестил про себя его Барский) скакал по сцене нервной гориллой, катался по полу, дрыгал ногами, визжал, рыгал и разве что не пердел в микрофон. Его коллеги по группе вели себя чуть более сдержанно, но, видимо, только потому, что им еще приходилось извлекать звуки из музыкальных инструментов, а не только орать ртом. Перед сценой бесновались самые рьяные и преданные фанаты группы. Молодые парни в кожаных клепаных куртках, с ирокезами на головах или просто с татуированными лысыми черепами. Имелись среди них и девушки, но тоже какие-то обритые и ярко размалеванные. Всего их было человек двадцать-тридцать, не больше. Но для маленького Глахова и это казалось слишком. Хотя, возможно, данную массовку московские «Долботрясы» привезли с собой из столицы, для разогрева реальной публики и в качестве сопроводительного шоу поддержки. Остальной народ находился от сцены чуть поодаль. Люди хотя и притопывали в такт музыке, было видно, что для провинциальных горожан подобные исполнители приходились явно в диковинку, что относятся они к ним настороженно и даже с некоторой опаской. – Как тебе?!. – проорал Барский, нагибаясь к самому уху Змеева. – Нравятся столичные Уотти Бьюкэны? – Бьюкэны – это те, которые перед сценой скачут, – рискуя сорвать связки, откликнулся Змеев. – Тот, что на сцене, мне больше Андрюшу Панова напоминает, в лучшие его годы. – Восьмидесятые возвращаются? – пошутил Алексей Николаевич. Змеев неопределенно пожал плечами и покрутил головой. Они стояли на самой границе между вяло шевелящейся толпой горожан и горсткой беснующихся панков у сцены. «И зачем мы сюда лезли?» – вдруг с удивлением подумал Барский. Музыку подобного рода он не любил, да и за музыку-то не считал. Как будто не они, а упомянутая Змеевым мистическая «личная сила» привела их на площадь и протолкала сквозь толпу до самой сцены. Но вот зачем?.. И в этот момент он увидел Ныша! Того самого, с которым он когда-то работал в котельной. Работали они, нужно признаться, душа в душу, самая интеллектуальная была смена и самая дружная. Хотя порой и спорили до посинения. Того самого Ныша, который в мае двухтысячного вдруг приперся к нему с каким-то таинственным дипломатом, переночевал, а на утро резко отбыл в Москву (все с тем же дипломатом, который он из рук ни на секунду не выпускал). Того самого, в поисках которого к Барскому затем заявились два довольно странных, совершенно не типичных бандита интеллигентного вида. Вернее, заявились они тогда не в поисках самого Ныша, а в поисках его таинственного дипломата. Барского эти бандиты не тронули (выжрали с ним два литра водки и мирно удалились), а вот оказавшегося в его подъезде в тот же день совершенно непонятным образом директора реабилитационного центра «Кронос» Гынду Петра Владимировича расстреляли довольно жестко. Пять огнестрельных. Четыре в грудь и один в голову, контрольный… Все это промелькнуло у Алексея Николаевича в памяти за сотые доли секунды. Ныш, Гында, бандиты, убийство, дипломат… Ныш!.. И вот, спустя два с половиной года, он снова его увидел. Да, тот несколько изменился. Как-то повзрослел, что ли, возмужал. Стал более холеным. Но, несомненно, это был именно он! Ныш стоял слева от сцены, привалившись к ней спиной, и что-то читал в пейджере. На плечи ему была накинута дорогая дубленка, под которой угадывался не менее дорогой деловой костюм, голову украшала норковая шапка. До скакавших по сцене панков, как и до всего концерта в целом, ему, казалось, не было совершенно никакого дела. Оставалось непонятным, что он, в таком случае, тут вообще делает, но… Словно почувствовав что-то, Ныш вдруг замер, убрал в карман пейджер (…Pepsi, пейджер, MTV – подключайся к самым-самым!.. ) и, поискав в толпе взглядом, заметил Барского. Глаза его расширились, лицо расплылось в улыбке. Он замахал руками, что-то при этом крича, но разобрать слов в грохоте музыки и реве толпы было невозможно. Сообразив, что его не слышат, Ныш весьма недвусмысленным жестом стал показывать Барскому, чтобы тот подошел к нему. Ухватив Змеева за рукав, Алексей Николаевич потащил его в обход кучки пляшущих панков за кулисы. Тот не сразу сообразил, в чем дело, но упираться не стал. – Пропустите, пропустите этих двоих! – заорал Ныш на стоявшего в оцеплении милиционера, попытавшегося было преградить Барскому и Змееву дорогу. – Это ко мне, со мной!.. Да пропусти ты их, я тебе сказал! Милиционер с явным неудовольствием повиновался. Друзья прорвались за оцепление. – Николаи-ич!! – заорал Ныш, заключая Барского в объятья, обнимая его и прижимая к себе. – Сколько лет, сколько зим! Вот уж не думал, что встретимся. Я ж в Глахове проездом, буквально на сутки. Завтра утром уже отчаливаем. Он мотнул головой в сторону сцены. – Так ты с этой группой? – удивился Алексей Николаевич. – Завхозом или работником сцены? Или… – Завхозом! Ну ты даешь! – покатился со смеху Ныш. – Продюсер я их, улавливаешь? Продюсер! Я привез этих певунов сюда, и мне городская администрация деньги за концерт платит. А уже я распределяю, кто на сколько напел. – Продюсер? – удивился и Змеев, смущенно кашлянул и уже с искренним уважением в голосе добавил: – Вот это действительно мощно! Поздравляю тебя, Толя. Растешь, однако, а ведь казался таким (…долботрясом… ) лоботрясом в университете. Ныш, а по паспорту Анатолий Васильевич Пестемеев, в не очень далеком прошлом был студентом Змеева, который преподавал ему философию, часто лепил тройки, а то и двойки, но за семестр всегда выводил твердую четверку. А в качестве итоговой оценки и вовсе поставил «отлично». Да, доводил Ныш его своим строптивым характером и желанием поспорить по любому поводу буквально до бешенства. За что и ловил двойки-тройки. Но предмет, нужно отдать ему должное, знал очень хорошо, да и ум имел ясный, за что и получал от объективного, справедливого Змеева четыре-пять в итоговой ведомости. – Приветствую вас, Николай Петрович. – Ныш с почтением, но не без некоторой иронии или даже сарказма пожал Змееву руку. – Вот уж не ожидал встретить вас на таком музыкальном шабаше, уважаемый профессор. Вы что же это, рок-музыку полюбили? Или изучаете субкультуру отечественных панков? – Довольно, Пестемеев! – сказал как отрезал, включая «строгого профессора» тот. – Где зачетка? Опять двойку хочешь?! Все трое рассмеялись, совершенно искренне и непринужденно. – Эх, мужики, вы даже не представляете, как я рад вас видеть! – с истеричным восторгом воскликнул Ныш, и Алексею Николаевичу почему-то подумалось, что он находится сейчас под кокаином или каким-то еще веществом. – Да уж, нехило ты, однако, поднялся за эти два с половиной года! Это не благодаря ли тому таинственному дипломату, с которым ты тогда от меня на вокзал уехал? – попытался было пошутить Барский, но ту же понял, что ляпнул лишнего и шутка не удалась. Ныш как-то сразу помрачнел, руки его опустились, глаза забегали. Было видно, что он судорожно подыскивает слова, чтобы своим ответом все перевести в шутку, но нужных слов подобрать не может. «А ведь он и тогда, у меня на кухне, когда я его спросил, что у него такое в дипломате, так и не ответил мне ничего внятного, – подумал Барский. – Видимо, дело тут и вправду серьезное и лучше в него не лезть. Интересно, а он в курсе того, что владельца этого дипломата, Гынду, ухлопали в тот же день прямо у меня в подъезде?..» – Нет… Не важно! – так и не сумев отшутиться, довольно жестко отрезал Ныш. На некоторое время повисла напряженная пауза. Барский стоял растерянный и немножечко виноватый, Змеев вообще ничего не понимал и удивленно хлопал глазами. Впрочем, очень быстро Ныш совладал со своими эмоциями, взял себя в руки и с прежней улыбкой, словно ничего и не произошло, вдруг поинтересовался: – Слушайте, мужики, а какие у вас дальнейшие планы на этот вечер? – Да никаких вроде бы нет планов, – пожал плечами Алексей Николаевич, – просто решили вот с Коляном прогуляться, забрели сюда, на площадь… – А тут уже увидели твоих «Долботрясов», – со смехом добавил Змеев, – подошли. – Ясно! – Ныш хлопнул в ладоши и потер их одна о другую. – Значит, сейчас мои питомцы допоют, я их заброшу в гостиницу (он кивнул на противоположную сторону площади, где располагалось высокое десятиэтажное здание), раздам гонорарии, после чего до самого утра буду совершенно свободен! – А что утром? – брякнул не подумавши Барский. – А утром мы уезжаем обратно в Москву, – рассмеялся Ныш, – а оттуда я через три дня улетаю в Нью-Йорк, в США. Дела! – В Америке вся сила, брат? – пошутил Змеев. – Именно! – щелкнул пальцами Ныш, хитро прищуриваясь. И, не давая увести разговор в сторону, добавил: – Ну а до утра не закатиться ли нам, братцы, в казино? Если мне не изменяет память, у нас их целых два в городе было. Пойдем в то, что покруче, в «Пирамиду», о’кей? Оно ведь еще не закрылось, работает? – Без понятия, – признался Алексей Николаевич, – ни разу там не был. Змеев тоже неопределенно пожал плечами, всем своим видом давая понять, что подобные заведения он вообще видел только по телевизору или в кино. – Ясно! – подытожил Ныш. – Значит, сегодня я вас приглашаю и угощаю. Праздник за мой счет! Подождите меня пока в холле гостиницы, хорошо? Полчаса максимум, и я спущусь! Впрочем, спустился он гораздо быстрее. Барский и Змеев не успели даже купленное в автомате кофе допить, а Ныш уже появился перед ними, все такой же блистательный и гламурный. Вызвали такси бизнес-класса, хотя до «Пирамиды» можно было и пешком дойти за десять минут. Уже у входа в казино Змеев вдруг занервничал, словно бы вспомнил или увидел что-то, пробормотал невнятное: «Извините, я же совсем забыл, у меня тут срочное дело…», развернулся и со всех ног припустил вверх по улице. – Чего это с ним? – удивленно спросил Ныш. – Не знаю, – пожал плечам Барский. – Коля у нас, конечно, со странностями, но чтоб прямо вот так вот… Не знаю!.. Они еще некоторое время смотрели вслед удаляющейся фигуре Змеева, пока тот окончательно не исчез, скрывшись за поворотом. – Ничего не понял, – констатировал Ныш, – но будем считать, что у профессора действительно были веские причины, чтобы отказаться от такого шикарного предстоящего вечера. Уже вдвоем они поднялись по белым каменным ступеням и, миновав распахнутую перед ними галантным швейцаром стеклянную дверь, оказались внутри заведения. Сразу у входа стояли два охранника в классических черных костюмах и с какими-то хитрыми устройствами у каждого в ухе. «Но без черных очков», – отметил про себя мыслящий стереотипами и киношными клише Барский. Совершенно не обращая на них внимания, Ныш уверенной походкой двинулся в сторону гардероба. Алексей Николаевич неуверенно пискнул охранникам: «Здравствуйте», после чего устремился за Нышем. Стоявшие с каменными лицами секьюрити, казалось, не обратили на Барского вообще никакого внимания. «Словно на прошмыгнувшего в гастроном кота», – подумал он. Сдав верхнюю одежду в гардероб и получив золоченые номерки, приятели ненадолго задержались в фойе. Ныш рылся в карманах, очевидно, в поисках бумажника или чего-то еще, очень важного и нужного, Алексей Николаевич просто озирался вокруг, пораженный пространством и роскошью помещения. Все вокруг было залито светом. Свет излучали огромные хрустальные люстры, висевшие под самым потолком. Свет лился из каких-то скрытых вверху потолка ниш. Светом сияли висевшие на стенах дорогие позолоченные светильники. Помимо светильников, стены украшали огромных размеров картины в позолоченных рамах, а местами вместо картин висели гигантские зеркала, создававшие ощущение пространства и объема. Пол был покрыт красным и, по всей видимости, очень дорогим ковролином. У стен стояли обтянутые кожей банкетки, а в центре холла расположился белого мрамора фонтан. Арка справа, как понял Барский, вела в зал игровых автоматов. Арка слева – в огромный барно-ресторанный комплекс. Фронтальная арка, судя по доносившимся оттуда звукам щелчков, открывала доступ в бильярдный зал. В воздухе разливались звуки легкой джазовой музыки. – Нам туда, – все еще шаря по карманам, кивнул головой Ныш, и, только проследовав взглядом за его кивком, Алексей Николаевич заметил узенькую витиеватую лестницу, ведущую куда-то вверх, на второй этаж. – Рулетка и карточные столы там. Поднявшись по лесенке, они оказались на небольшой площадке. Справа за стойкой сидел молодой человек очевидно консьерж или что-то в этом роде, а перед входом в зал с левой стороны двухметровой глыбой возвышался еще один охранник, точь-в-точь такой же, как те двое у входа. Ныш показал ему какую-то карточку и уже прошел было в зал, но вовремя спохватился, вернулся и, указав на Барского, пояснил: – Это мой друг, он пришел в ваше заведение впервые. Секьюрити молча указал в сторону консьержа. Ныш подтолкнул Алексея Николаевича к стойке. – Ваш паспорт, пожалуйста, – очень вежливо, обворожительно улыбаясь, произнес человек за стойкой. – Можно и водительские права, но лучше всего именно паспорт. Барский сунул руку во внутренний карман пиджака, нащупал там нужный документ и протянул его человеку за стойкой. Это был паспорт, так как водительских прав у него отродясь не имелось. Молодой человек сверил фото на документе с оригинальной физиономией его обладателя, отсканировал лицевой разворот паспорта и страницу с пропиской (в этот момент Барский напрягся, так как с ужасом вспомнил, что штампик в паспорте уже давно не соответствует данным в базе УФМС), после чего попросил Алексея Николаевича посмотреть в объектив круглой веб-камеры, направленной прямо ему в лицо. – Проверка данных может занять до нескольких суток, – пояснил консьерж, – но я уже внес вас в базу клуба, а значит, вы сможете пройти в игровой зал прямо сейчас, не дожидаясь результатов проверки. – А что будет после проверки? – не удержался Барский. – Ничего, – улыбнулся в ответ молодой человек. – Мы выдадим вам удостоверение постоянного члена нашего клуба, и вы сможете проходить в игровой зал без всех этих формальностей, как ваш друг. Он кивнул на стоявший перед ним компьютер, куда только что были занесены данные на Алексея Николаевича, затем перевел взгляд в сторону Ныша. – Спасибо, – вежливо поклонился Барский. – Да пошли уже скорее! – нервно буркнул Ныш, хватая его за руку и увлекая мимо охранника вглубь игрового помещения. Здесь, на втором этаже, так же как и в холле, негромко играла музыка. Что-то джазовое, фортепианное, с элементами перкуссии. Мелодия в стиле лаунж, расслабляющая и будоражащая одновременно. Сразу у входа, прямо в стене, расположилось небольшое окошечко с бронированным (как понял Барский, по аналогии с банком) стеклом. И пока Ныш обменивал в этом окошечке денежные знаки на круглые фишки казино, Алексей Николаевич продолжал изучать помещение. По центру зала стоял огромный рулеточный стол с классическим колесом и электронным табло, отображавшим выпадавшие на колесе цвета и числа. Вдоль стен расположились ломберные столы для игры в покер, блэкджек и прочие карточные игры. Еще он заметил дверной проем, ведущий куда-то вглубь, дальше, но что именно там находилось, отсюда ему видно не было. – На, это тебе, – бодро произнес Ныш, отсыпая Барскому целую пригоршню пестрых разноцветных фишек. – Здесь долларов на триста, если будет нужно еще, обращайся. – А что мне с ними делать? – растерянно спросил Алексей Николаевич. – Во чудак! Играть, что же еще. Можешь начать с баккары, это самое простое. – Ныш кивнул в сторону одного из карточных столов. – А я пойду вон там присяду. За рулеткойпонаблюдаю . Он загадочно подмигнул и, оставив Барского одного, действительно пристроился с краешку рулеточного стола. К удивлению Алексея Николаевича, никаких ставок он не делал, а именно «наблюдал». Наблюдал за выпадающими на колесе числами, за игроками, крупье. Некоторое время сам Барский наблюдал за Нышем, но скоро ему это наскучило, и он уселся-таки за один из карточных столов. С самого начала игра не заладилась. Он с ходу просадил в блэкджек половину фишек, выданных ему Нышем, затем несколько подостыл, решил умерить азарт и пересел за покерный столик. В покер, вроде бы, поперло! Флеш-рояль, стрит-флеш, фулл-хаус… Ну а далее игра развивалась по классике – «пошел пиковый, черный период неудач», и в полчаса Алексей Николаевич просадил все имевшиеся у него фишечки. Грустно осмотрелся, нашел взглядом Ныша и, когда рядом с тем освободилось место, с унылым выражением лица притулился рядышком. – Что, уже все, наигрался? – расхохотался тот. Барский виновато развел руками. – На, возьми, – Ныш отсыпал ему горсточку десятидолларовых фишек, – тут на сто баксов. Обменяй… Благодарно кивнув, Алексей Николаевич обменял у крупье денежные фишки на игровые. – Смотри, что я делаю, и, когда я буду ставить, повторяй в точности за мной, – тихонечко шепнул ему Ныш. – Ставь точно такую же по номиналу фишку на то же самое поле, что и я. Если я пропускаю и ничего не ставлю, то же самое делай и ты. Понял? Барский кивнул. – Делайте ваши ставки, господа! – механическим голосом вещал крупье, раскручивая колесо рулетки. Сразу несколько рук принялись раскладывать свои фишки на игровом поле. Ныш, а соответственно, и повторявший за ним Алексей Николаевич, пропустили ход. – Последние ставки… – крупье запустил шарик в противоположную вращению колеса сторону. – Ставки сделаны, ставок больше нет. Игра началась. – Тридцать два, красное, четное, – объявил крупье. Кто-то из сидевших за столом радостно начал потирать руки. Кто-то, напротив, разочарованно забарабанил пальцами по столу. Победители получили свой выигрыш, проигравшие грустно провожали глазами фишки, которые загребал крупье в пользу казино. Колесо снова закрутилось. – Делайте ваши ставки, господа! Последние ставки… – Ныш и Барский снова пропустили. – Ставки сделаны, ставок больше нет. Секунды напряженного ожидания. Звук катящегося по полированной поверхности шарика… – Семнадцать, черное, нечетное. Снова распределение выигрышей и проигрышей. Запуск колеса, механические сакраментальные фразы крупье. Пропуски ходов со стороны Ныша, а значит, и Барского. «Два, черное, четное. Десять, черное, четное. Пятнадцать, черное, нечетное…» – Десять баксов на красное, – тихонечко шепнул Ныш и сам поставил фишку на соответствующее поле. Барский последовал его примеру. Шарик побежал по бортику навстречу вращающемуся колесу. – Последние ставки… Ставки сделаны, ставок больше нет. – Замедлив ход и несколько раз перескочив из одной лунки в другую, шарик окончательно замер. – Девять, красное, нечетное. Сердце у Барского радостно екнуло. Выиграл! Срубил десять баксов за один ход! – Делайте ваши ставки… – игра продолжалась. Время словно бы перестало существовать. Алексей Николаевич был полностью поглощен процессом игры. Большей частью Ныш пропускал ходы, но затем вдруг неожиданно делал ставку, причем ставил он не на какие-то конкретные числа или их комбинации, а всегда исключительно на красное или черное и, как правило, выигрывал! Если же вдруг совершал промах, что происходило не так уж и часто, то сразу же снова ставил на тот же самый цвет, но вдвое больше, чем была предыдущая ставка. Были моменты, когда он удваивал каждую следующую ставку три или даже четыре раза подряд, но в результате все равно срывал куш и получал по итогу этой серии ставок профит. Люди за столом менялись. Одни проигрывались в пух и прах и покидали поле боя в расстроенных чувствах (этих было больше всего). Другие – срывали вдруг хороший куш и довольные отходили прочь, но таких были единицы. Кто-то играл без особого успеха или проигрыша, после чего покидал рулеточный стол, что называется, при своих. Каждые полчаса за столом менялся крупье. Но до самого утра все места за рулеточным столом были заняты. И только когда зал начал пустеть, Ныш пихнул Алексея Николаевича в бок и произнес: – Пора, Николаич. На сегодня всё. Пошли в бар, пропустим по рюмахе да спать. Барский взглянул на часы. Половина пятого утра. «Вот чёрт! – с удивлением подумал он. – Это ж сколько мы здесь проторчали? Часов семь-восемь, а то и больше?!.» Собрав все, что выиграли, они обменяли фишки в кассе у выхода на реальные деньги. Алексей Николаевич не без удовольствия отметил, что, помимо отыгрыша тех трехсот долларов, что он продул в карты, и ста, которые ему дал Ныш уже на рулетку, его чистый профит составил почти две с половиной сотни зеленых! «Однако недурственно за одну-то ночь, – рассуждал он, прикидывая, что, если б не карточный проигрыш, то сейчас на кармане у него было бы не менее пятисот баксов. – Надо было сразу за рулетку садиться, а не тратить время и фишки в эти дурацкие карты». О том, что без Ныша он и на рулетке, скорее всего, слил бы все до последнего цента, он как-то не подумал. Спустились вниз, на первый этаж и, миновав арку, прошли в помещение бара. Здесь гремели уже чисто танцевальные ритмы, мелькали огни цветомузыки, сверкали лазеры. Подойдя к стойке, Ныш заказал себе коктейль «Зеленая фея» (с абсентом, ромом, водкой, текилой и хрен его еще знает чем), Барский попросил безалкогольный «Бора-бора». На удивленный взгляд своего приятеля он ответил коротко: – Не пью больше! Вообще. – И как давно? – осторожно поинтересовался Ныш. – Помниться, еще три-четыре года назад мы с тобой в котельной так зажигали, что… – Да! – перебил его Алексей Николаевич. – Тогда зажигали, даже в запой могли на две-три недели уйти, и ничего. А вот теперь (…время к тому подступило… ) я не пью. – Запой, – с какой-то ностальгией в голосе произнес Ныш, – это как чайная церемония у буддистов. Как там происходит полная концентрация на самом процессе и ничего более не существует вокруг, так и при русском запое важен исключительно сам процесс пития. А все, что выпадает из этого процесса, того как бы и не существует. – Херня все это, – огрызнулся Барский. – Пьянка переходит в запой тогда, когда Душа из тела человека уходит, а в тело его вселяется «алкогольный демон». Вот выпил ты сто, двести, триста грамм, Душа пока находится на месте, Душа пока сама контролирует тело. Но вот ты доливаешь еще двести-триста грамм, и всё! Душа лежит в ауте, а за пульт управления твоим телом садится «алкогольный демон». И он прекрасно понимает, что если концентрация алкоголя упадет ниже определенного уровня, то его, демона, тут же выпнут из тела и рулить телом вернется Душа. Вот он и заливает в несчастное тело все новые и новые порции алкоголя, лишь бы не допустить снижения концентрации спирта в крови ниже определенного уровня. Неделю так может тянуть, другую… Но на определенном этапе тело настолько отравлено, что больше просто не может вливать в себя новые порции этилового яда, иначе умрет. Концентрация алкоголя падает ниже критического уровня, демон выходит вон, а к управлению изможденным телом возвращается Душа. – И начинаются отходняки! – рассмеялся Ныш. – Да ты, Алексей Николаевич, философ, а не просто писатель. Новые «Москва – Петушки» не планируешь? – Нет, – снова огрызнулся тот, – тема пьянства, на мой взгляд, в литературе себя полностью исчерпала. Вряд ли здесь можно сказать что-либо новое. А второй Ерофеев – это было бы невыносимо тоскливо, пошло и стыдно читать. Они отошли от стойки бара и присели в уголке за самый дальний столик. – Ты мне лучше объясни, что это там, наверху, была за магия? – хитро прищурившись, спросил Барский, желая сменить тему. – У тебя экстрасенсорные способности открылись, и ты научился предугадывать, на какую цифру попадет шарик? Ныш на мгновение поднял брови, то ли на самом деле не сразу поняв, о чем идет речь, то ли просто (для пущей важности) изображая это секундное замешательство. Затем рассмеялся и ответил: – А, ты про рулетку! Да нет там никакой магии, обычная системная игра. Про мартингейл слышал, наверное? Алексей Николаевич отрицательно помотал головой. – Да ладно, быть того не может! – Ныш аж подскочил на стуле и едва не расплескал свой коктейль. – Суть в том, чтобы удваивать ставку после каждого проигрыша, ставя на одно и то же событие. Не понимаешь?.. Он с некоторым сожалением посмотрел на Барского, словно перед ним сидел не тридцатилетний мужик, а ребенок лет семи или восьми. Тот сверлил его взглядом, буквально моля рассказать о подробностях этого столь поразившего его метода игры. – Ну ладно, – смилостивился Ныш, – так уж и быть, расскажу. И, видимо, придется начать с самого начала. Представь, что ты предлагаешь мне бросить на спор монетку и ставишь один доллар на то, что выпадет орёл. Я соглашаюсь, ставки сделаны, кидаем. Если действительно выпадает орёл, ты выиграл, цель достигнута, ты забираешь мой доллар. Если же выпала решка, то, согласно стратеги мартингейла, ты ставишь снова на то, что выпадет орёл, но уже не один, а два доллара. Если после второго броска выпадает орёл, то ты забираешь у меня два бакса, а по результату двух бросков получается, что «чистыми» ты выиграл доллар. Если же снова выпадает решка, ты ставишь четыре бакса на орла. Опять решка? Восемь баксов на орла. Решка? Шестнадцать на орла! И так до тех пор, пока хотя бы раз в серии бросков этот чертов орёл ни выпадет. А он рано или поздно, но обязательно выпадет. Так как, согласно теории вероятностей, не может все время выпадать одна лишь решка! Более того, с каждым новым броском в этой серии вероятность выпадения решки будет становиться все меньше и меньше, а орла – больше и больше. И одного лишь выпавшего орла будет достаточно, чтобы ты вернул себе все потраченные деньги, плюс к этому, получил сверху изначально запланированный для выигрыша доллар! Ну и далее, повторяем всю эту процедуру, выигрывая по доллару снова и снова. Понял? – Не дурак! – осклабился Барский. – И ежу ясно, что если случайное событие повторилось несколько раз подряд, то с каждым новым разом вероятность его очередного повторения обязана падать. Просто потому, что решка один раз – вероятность 0,5; решка дважды подряд – 0,5 2 = 0,25; трижды – 0,5 3 = 0,125; десять раз подряд – 0,5 10 = 0,00098; а одиннадцать повторений подряд могут выпасть только с вероятностью 0,00049… – Великолепно! Ты у нас еще и математик, уважаю! – обрадовался Ныш. – Абсолютно тот же принцип используется и при игре в казино на рулетке, когда мы ставим на красное/черное (или чет/нечет). Ну не может бесконечно выпадать подряд один и тот же цвет. Более того, с каждым новым повтором вероятность очередного повтора становится все меньше и меньше. – Погоди, – попытался возразить Алексей Николаевич, – я где-то читал, что «монетка не имеет памяти», а значит, вероятность того, что выпадет, орёл или решка, перед каждым новым броском все равно будет пятьдесят на пятьдесят? Колесо рулетки, я полагаю, тоже не имеет памяти. Я не возражаю тебе, я тоже верю в справедливость теории вероятностей, но… – Так говорят, – зло перебил его Ныш, – только полные идиоты, не понимающие разницы между «одиночным событием» и «цепью событий»! Ладно, давай на пальцах объясню. Вот представь, ты пришел в казино и у тебя есть две разные игры: один раз подкинуть монетку и угадать, выпадет орёл или решка (если один раз выпало то, что ты загадал, получаешь выигрыш), и вторая игра, когда нужно загадать, выпадет орёл или решка, но при этом сто раз подкинуть монетку (если все сто раз подряд выпадет то, что ты загадал, то только тогда ты получишь свой выигрыш). В какую из этих двух игр ты предпочтешь сыграть? – Ясен пень, что в первую! – рассмеялся Барский. – А почему? Да потому, что в первом случае шансы выиграть 50 х 50, а во втором лишь 0,5 100, то есть практически равны нулю! – Действительно, – согласился Алексей Николаевич. – Но, блин, как же так? Ведь у нас одна и та же монетка, у которой нет памяти, а орёл и решка выпадают каждый раз с одинаковой вероятностью. Это все подвох и заговор математиков?! – съерничал Ныш и, сделав большой глоток «Зеленой феи», добавил: – Поспорили как-то два схоласта: есть ли у крота глаза? Час спорят, два, три. Их диспут долго слушал садовник, но наконец не выдержал, подошел и предложил: «Зачем же спорить, господа? Вы лишь прикажите мне, я мигом доставлю вам крота, и вы увидите, есть у него глаза или их нет». На эту инициативу схоласты ответили единодушным отказом: «Пошел вон отсюда! Нам не нужен настоящий крот! Мы обсуждаем идеального крота!» – Да-да, – примирительно закивал Барский, – я и не спорю, я прекрасно понимаю, что практика есть критерий истины. И там, наверху, ты мне на практике четко все продемонстрировал и доказал полную состоятельность твоей теории. Я другого не понимаю, ведь если все так, то игроку, обладающему большим капиталом и использующему мартингейл, просто гарантирован выигрыш! Рано или поздно про эту систему узнали бы все вокруг, и тогда казино просто разорились бы! Почему же этого не происходит? – Только потому, друг мой, что, в отличие от доморощенных математиков-теоретиков, владельцы казино работоспособность мартингейла прекрасно понимают и признают. Именно поэтому на любом рулеточном столе вводится так называемый диапазон ставок, задаваемый минимально возможной и максимально возможной ставкой. Ты разве не заметил этого? Например, за тем столом, на котором мы сегодня играли, минимально можно было ставить десять баксов за раз, а максимально – тысячу. – Серьезно? – удивился Барский. – А я и не заметил даже! – Правильно, ты же просто повторял за мной. А между тем количество повышений ставки в любом казино жестко ограничено. Например, если минимально возможная ставка составляет доллар, максимально допустимая составит сто долларов. Если минимально возможная ставка составляет десятку, как в нашем случае, максимально допустимая будет на уровне тысячи. Ну и так далее. Как правило, казино дает тебе сделать не более пяти-шести удвоений, бывает и меньше. Именно этот «финт ушами» со стороны казино и позволяет им обрубать игроков, желающих использовать классический мартингейл! – И как же ты обходишь это ограничение? – все еще не понимал Алексей Николаевич. – Весьма элегантно, – хихикнул Ныш, допивая остатки своего коктейля и взмахом руки подзывая к их столику официанта с новой порцией спиртного. – Я жду, когда выпадет четыре-пять раз подряд один и тот же цвет, и только после этого делаю минимальную ставку на противоположный, потенциально начиная именно с этого момента свой мартингейл! Барский восхищенно замер. – Все гениальное просто! – только и смог выдавить из себя он. – Ну, на самом деле все немного сложнее, – признался явно польщенный Ныш. – Сегодня я начинал делать ставки после четырех повторов только потому, что очень хорошо знаю это казино. Частенько захаживал сюда до своего переезда в Москву. И, понаблюдав за колесом и крупье всего полчасика, предположил, что за два с половиной года ничего у них тут не изменилось. – А разве нужно наблюдать еще и за крупье? – удивился Барский. – Конечно! Профессиональный крупье, имеющий за плечами несколько лет работы в казино, умеет так виртуозно катать шарик, что тот ложится почти точно в задуманную им ячейку. Или как минимум в нужный сектор. Впрочем, бывает и наоборот, крупье запускает спин чисто механически, не думая. И тогда опытному игроку достаточно лишь понаблюдать за его работой, чтобы установить закономерность и начать делать нужные ставки. – Ага, так вот почему заведение их так часто меняет, – воскликнул Алексей Николаевич. – Я имею в виду крупье. Наши менялись примерно каждые тридцать-сорок минут. Значит, это делается для того, чтобы, с одной стороны, не было сговора с конкретным игроком и крупье не подыгрывал бы ему, а с другой, чтобы случайный игрок не смог бы просчитать «заклишеровавшегося» крупье? – Именно так! – подтвердил Ныш. – Во втором случае еще и сам крупье может сознательно то усиливать, то замедлять скорость вращения колеса рулетки, чтобы поведение шарика не зависело от его привычек и бессознательных механических шаблонов. – А в первом случае никогда не нужно играть на рулетке, если за столом мало народу, – радостно подытожил Барский, начинавший постигать тонкости системных игроков. – Или тем более если ты играешь с крупье вообще один на один. Тогда он быстренько тебя раскусит и начнет так катать шарики, что сможет и десять раз подряд выдавать черное или красное. – На лету улавливаешь! – похвалил его Ныш, и добавил: – С другой стороны, если за игровым столом тусуется толпа пьяных мажоров, которые ставят крупные ставки на те или иные конкретные числа, крупье все свое внимание будет обращать именно на них. К столику подошел официант и поставил перед Нышем новую порцию спиртного. Дождавшись, когда тот отойдет, Ныш сделал несколько глотков и продолжил: – Обычно, если приходишь в какое-либо казино впервые, еще не знаешь специфику работы их стола и крупье, лучше всего несколько дней просто понаблюдать за данным конкретным рулеточным столом, чтобы собрать для себя первичную статистику. – То есть, чтобы понять, сколько среднестатистически на этом конкретном столе случается повторов? – уточнил Барский. – Именно так! Например, ты неделю проторчал в казино, просто наблюдая за игрой (но сам в ней не участвуя), и за все это время ни разу не выпало десять раз подряд красное или десять раз подряд черное. Семь раз подряд – выпадало, восемь раз – выпадало, даже разок выпало девять раз подряд, но не более. Тогда ты приходишь в это казино уже с деньгами, садишься за рулеточный стол и ждешь, пока не выпадет семь (или восемь, или девять) раз подряд один и тот же цвет. Как только это произойдет, сразу же делаешь ставку на противоположный цвет. Предположим, выпало семь раз подряд черное. Тогда ставишь десять баксов на красное. Снова черное – двадцать баксов на красное. Опять черное? Сорок на красное! Ну и далее следует стопроцентный «классический мартингейл». Да, сохраняется мизерная возможность того, что выпадет-таки пятнадцать раз подряд черное или красное. Но лично я на практике ни в одномреальном казино ни одного такого случая еще не наблюдал. Максимальный заскок повторов был на моей памяти только единожды, в Сочи. Тогда выпало двенадцать раз подряд черное. Да и то, как мне кажется, дело было именно в ловкости рук крупье, а не в сбое теории вероятностей. – Хм, у нас за всю сегодняшнюю игру, насколько я помню, вообще ни одного разу не выпало семь раз подряд черное или красное, – озадачился Алексей Николаевич. – Получается, с таким подходом я бы тупо просидел здесь восемь часов, а в игру так и не вступил бы? – Так здесь мы и не ждали семи повторов! – расхохотался Ныш. – Я же говорю, статистику по конкретно этому казино я уже давно знаю. На моей памяти здесь ни разу не выпадал более пяти-шести раз один и тот же цвет. Именно поэтому наш мартингейл тут можно начинать после трех-четырех повторов, что мы с тобой и делали. Алексей Николаевич задумался. Как-то у него все сегодня необыкновенно удачно и последовательно складывалось. Он вспомнил их вечерний разговор со Змеевым о стартовом капитале. «Взаймы никто не даст, – всплыли у него в памяти собственные же слова, – нужно сколачивать стартовый капитал где-то в другом месте, на принципиально иных схемах. На каких-нибудь аферах, финансовых пирамидах, выиграть в лотерею, наконец!» И вот, пожалуйста: странным образом пошли гулять, случайно оказались на площади, еще более случайно и спонтанно встретили Ныша. Я в жизни ни разу не был до этого в казино, а тут вдруг – бац! – и Ныш тащит нас именно в это заведение, да еще и демонстрирует совершенно фантастическую систему игры. Причем как будто целенаправленномне демонстрирует, персонально. Колян вдруг перед самым казино взял и отвалился. (Кстати, надо будет завтра у него поинтересоваться, чего это с ним вдруг такое приключилось и куда он вдруг так неожиданно и резко сорвался.) Случайно ли все это, вся эта цепь событий? Вот ведь она, «принципиально иная схема» сколачивания стартового капитала для бизнеса. Система обыгрывания рулетки! За один вечер я не только саму систему заполучил, но еще и нужную для последующей игры денежную сумму собрал. Он машинально потрогал стопочку денежных купюр у себя в кармане. «Значит, так, – твердо решил для себя Алексей Николаевич, – сегодня отосплюсь, а завтра же вечером снова наведаюсь в это казино и постараюсь удвоить капитал. Если все попрет как надо, котельную можно будет вообще нафиг послать! Допустим, играть буду пять-шесть дней в неделю. Условно за день буду делать двести-двести пятьдесят долларов. В среднем должно выходить не менее пяти тысяч баксов в месяц. За год можно накопить пятьдесят штук бакинских (это с учетом того, что сколько-то придется тратить на жизнь). Ё-моё, это ж целое состояние! Вот тебе и готовый стартовый капитал для бизнеса!..» – Николаич, ты чё завис-то? – спросил Ныш, возвращая Барского с небес обратно на грешную землю. – Или уже планы строишь, барыши подсчитываешь от будущих побед? Мечтаешь, как станешь обувать казино раз за разом, делая на этих лохах миллионы? Он громко захохотал, неожиданно поперхнулся и закашлялся. Алексей Николаевич смутился, но не растерялся. – А что в этом плохого? – поинтересовался он, привстав и похлопав Ныша ладонью по спине. – Да для них эти несколько сотен зелени вообще ничто. Пустяк! Тьфу и растереть. А для меня это шанс. Не станешь же ты мне предъявлять авторские права на эту методику? Тебе вообще на все это плевать должно быть, сам же говорил, что скоро в Америку улетаешь. У тебя там американские казино будут для окучивания, Лас-Вегасы всякие да Атлантик-Сити. – Господь с тобой, какие авторские права?! – снова расхохотался Ныш, но уже чуть более сдержанно. – Играй и выигрывай, сколько тебе влезет, дело не в этом. – Не в этом? – насторожился Барский. – Дело в том, что рулетка – это всего лишь способ проведения досуга, развлечение, не более того. Можно быть шулером или каталой и на регулярной основе обувать лохов в картишки. Можно быть мастером бильярда и профессионально обыгрывать других игроков, катая шары на деньги. Можно, на худой конец, участвовать в чемпионатах по покеру и срывать там призы. Но, играя на рулетке, ты не с другими игроками состязаешься, ты играешь против казино! – И что? – все еще не понимал Алексей Николаевич. – А то, что, как говаривал великий комбинатор, очень скоро ваши рыжие кудри примелькаются, и вас просто начнут бить. Казино очень внимательно мониторит системных игроков. Или забыл уже, что твою физию на камеру сняли и в компьютер занесли? А компьютер этот подключен через Интернет к специальной сети, в которую входят сотни других казино по всей России. И если ты начнешь сюда ходить каждый день, как на работу, и каждый раз будешь только выигрывать и уносить с собой деньги казино, очень скоро тебя здесь объявят персоной нон грата и тупо перестанут пускать в заведение. А информация о тебе разлетится по всей базе, и тебя уже не пустят на порог ни одного другого казино страны. – Так что же делать? – забеспокоился (…как снискать хлеб насущный?.. ) Барский. – Да ничего не делать, – довольно потягиваясь, как сытый выспавшийся кот, назидательно изрек Ныш, – просто играть для удовольствия, время от времени. Если ты не станешь таскать деньги отсюда каждый день, а будешь появляться тут лишь раз-другой в месяц, я уверен, казино очень даже закроет глаза на такие невинные шалости. -– Том Стоппард. Розенкранц и Гильденстерн мертвы –– Перевод Иосифа Бродского Издательство "Азбука". Санкт-Петербург, 2000 OCR Бычков М.Н. –– http://lib.ru/PXESY/STOPPARD/r_g.txt –– ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ Два человека, в костюмах елизаветинской эпохи, проводят время в местности, лишенной каких бы то ни было характерных признаков. Оба хорошо одеты – шляпы, плащи, трости и все остальное. У каждого – по большому кожаному кошельку. Кошелек Гильденстерна почти пуст. Кошелек Розенкранца почти полон. Дело в том, что они играют в орлянку. Происходит это следующим образом: Гильденстерн достает монету из кошелька, подбрасывает ее и дает ей упасть. Розенкранц разглядывает ее, определяет, что выпало, произносит "орел" – ибо так оно и есть – и опускает ее в свой кошелек. Потом процесс повторяется. Судя по всему, они занимаются этим уже довольно долго. Постоянное выпадание "орла" – вещь невероятная, но Розенкранц ничем не выдает своего удивления, да он его и не чувствует. Впрочем, он достаточно милый человек, чтобы быть несколько смущенным тем обстоятельством, что ему перепадает так много денег его друга. Это его как-то характеризует. Гильденстерн весьма заинтересован необычностью происходящего. Его не волнуют деньги: он пытается понять смысл, подоплеку, что ли, происходящего. Отдавать себе отчет, но при этом не впадать в панику – его характерная черта. Гильденстерн сидит. Розенкранц стоит (все его движения связаны с монетами и тем, куда они падают). Гильденстерн бросает, Розенкранц наклоняется и разглядывает. Розенкранц. Орел. Подбирает монету и опускает ее в кошелек. Сцена повторяется. Орел. Сцена повторяется. Орел. Сцена повторяется. Орел. Сцена повторяется. Орел. Гильденстерн (подбрасывая монету). Нервотрепка как вид искусства. Розенкранц. Орел. Гильденстерн (бросая следующую). Или просто везенье. Розенкранц. Орел. Гильденстерн. Если только я верно определил. Розенкранц (поднимает взгляд на Гильденстерна). Семьдесят шесть – ноль. Гильденстерн встает, хотя идти некуда. Он бросает, не глядя, через плечо монету; его внимание привлекает окружающая обстановка – вернее, отсутствие таковой. Орел… –– Алексей Николаевич оторвал взгляд от монитора, на мгновение задумался, затем встал и подошел к окну. На улице было темно. Внизу сновали редкие машины, выпускавшие и тащившие за собой густые облака выхлопных газов. Подморозило основательно. Градусник показывал минус тридцать четыре. В небе над крышами домов висела четвертинка убывающей луны. Даже оконное стекло наполовину затянуло узористой наледью. Почему-то подумалось, что в городской морг этим утром будет доставлено гораздо больше окоченевших бомжей, чем обычно. Поспешно отогнав от себя эту жуткую мысль, Барский вернулся к компьютеру. Уселся в мягкое кожаное кресло, но, вместо того чтобы продолжить чтение, откинулся на спинку и поверх монитора снова посмотрел на висевшую за окошком луну. «Все же Интернет – это самое грандиозное изобретение человечества за последнюю тысячу лет, – размышлял он, то фокусируя взгляд на лунной четвертинке, а то умышленно размывая этот фокус, и тогда Луна превращалась в мутное желтое пятно. – И самое ценное из всего, уже существующего в Интернете, – это электронные библиотеки, конечно же. Вообразить только: не выходя из дома, я получаю доступ к сокровищнице человеческих знаний, накопленных за всю историю существования письменности. Платон, Аристотель, Бонавентура… Шекспир, Достоевский, Милтон… Да кто или что угодно! Вот захотелось мне вдруг перечитать Стоппарда – открыл браузер, кликнул в закладке на библиотеку Машкова, несколько секунд и – вот уже оно, нужное тебе произведение, на экране монитора перед твоим горящим взором. Читай не хочу…» На короткое мгновение комната вдруг озарилась яркой вспышкой, и Алексей Николаевич понял, что по небу пролетел метеор. Все произошло так неожиданно, а сама вспышка была настолько короткой, что он не только не сообразил загадать желание, но даже не успел подумать об этом. Впрочем, можно не сомневаться, что, если б сообразил и успел, желание это было бы непременно связано с темой казино и рулетки. Две недели прошло с того момента, как Ныш раскрыл перед ним секреты системной игры, и все это время ни о чем другом Барский не мог думать. Вот даже сейчас он ведь не случайно принялся перечитывать текст о Розенкранце и Гильденстерне. Игра в орлянку, когда почти сто раз подряд выпадает орёл – вот что заставило его открыть и начать перечитывать эту пьесу! В само казино после своего первого туда визита Алексей Николаевич наведывался еще дважды. Первый раз – буквально на вторые же сутки, в ночь с субботы на воскресенье, пока не кончились длинные праздники в честь Дня конституции. Пропустили его туда без лишних вопросов, выиграл он что-то около трех сотен зелени, даже чуть больше, без каких-либо проблем обналичил выигрыш и спокойно ушел домой. А вот когда он заявился туда спустя еще неделю, до игры его уже не допустили. И дело было вовсе не в системной игре, как предупреждал его Ныш. Дело было в том, что данные прописки, взятые из его паспорта, не прошли проверку по базе УФМС. Если б компьютер и вся внутренняя сеть казино были бы напрямую подключены к этой базе, обман вскрылся бы мгновенно и его не допустили бы даже до первой игры. Но, видимо, прямого доступа у казиношников к государственной базе данных не было, плюс длинные праздники, в которые государственные учреждения так же, как и все обычные граждане, отдыхали. Вот и вскрылся обман лишь спустя несколько дней. – И что же мне теперь делать?! – в отчаянии спросил Алексей Николаевич у преграждавшего ему вход громилы в черном костюме. – Данные в паспорте обнови, – грубо ответил тот. – И вообще, пропишитесь куда-нибудь, – наставительно дополнил ответ своего коллеги молодой человек за стойкой. – На текущий момент, согласно базе УФМС, вы самый натуральный бомж. А то, что в паспорте у вас указана липовая прописка, только усугубляет ситуацию. Ни мы, ни другие заведения города не можем пускать к себе бомжей, да еще и с фальшивыми, недостоверными документами. А случись чего, где нашей службе безопасности вас потом искать? По подвалам лазить, что ли? – Так вы обо мне уже и в другие казино сообщили?! – с отчаянием и негодованием в голосе воскликнул Барский. – Конечно, – как ни в чем не бывало, ответил молодой человек, – у нас общая база данных, мы делимся друг с другом информацией. Отогнав эти неприятные воспоминания, Алексей Николаевич придвинулся поближе к компьютеру и попытался было продолжить чтение пьесы, но с монитора читалось как-то не очень. Все же не так давно он обзавелся этим диковинным агрегатом. Привычка читать нормальный печатный текст, с бумаги, еще не успела у него замениться на новую привычку, когда текст нужно воспринимать со стеклянного, излучающего свет экрана. Опять же, одно дело читать, расслабленно валяясь на диване, перекатываясь со спины на живот, а с живота на бок, и совсем другое, когда ты вынужден торчать все время в одной и той же сидячей позе, пусть даже и в мягком кресле. «Эх, быстрее бы уже, что ли, придумали и запустили в серию какие-нибудь специальные электронные читалки, – подумал он, отходя от компьютера к маленькой этажерке у входа, чтобы заварить себе чаю. – Что-нибудь размером с обычную книжку. Тоненькое и легкое устройство, на котором можно было бы открывать и просматривать все текстовые электронные форматы. Компактный такой аппаратик, меньше даже самого маленького ноутбука. Залил туда всю библиотеку Машкова, или CD-диск с библиотекой воткнул, или даже напрямую к Интернету подключился – и всё, наслаждайся чтением, хоть на диване валяясь, хоть лежа в ванне!» Алексей Николаевич даже зажмурился от удовольствия, так понравилась ему эта идея. Он снова подошел к замерзшему и покрытому ледяными узорами окну, отхлебнул чай из кружечки с нарисованным на ней котиком, попытался найти в небе луну, но либо та уже успела скрыться за крышами соседних домов, либо ее просто заволокло тучами. «Что ж, – продолжал рассуждать Барский, – лет через пять-десять нечто подобное непременно изобретут и сделают массовым. Прогресс не просто не стоит на месте, он ускоряется со страшной силой. Наши родители, к примеру, даже помыслить не могли о персональном компьютере. Всего лет двадцать-тридцать назад под компьютером подразумевали агрегат размером с двухэтажный дом и обслуживающим персоналом в несколько десятков специально подготовленных и обученных научных сотрудников. А сейчас? Вот он, небольшая коробочка, размером с обычный чемодан, плюс небольшой телевизор к нему, мышка и клавиатура. И никакой обслуги! Персональный! Садись и работай в свое удовольствие. А по мощности, так даже в несколько раз круче тех двухэтажных монстров». Он еще какое-то время стоял у окна, глядя из теплой уютной комнатки на жуткую морозную улицу, потягивая маленькими глоточками ароматный травяной чай с мятой и шиповником, затем вернулся к компьютеру. Мысли снова вернулись к теме казино, игры, рулетки. «Черт возьми, – мысленно ругался Алексей Николаевич, – ну ведь не случайно же мне свыше подкинули эту идею! Или что, подразнили, помахали вкусненьким перед носом, и всё? Теперь даже на порог казино не пускают! Нет, должен быть какой-то выход, должно быть какое-то иное, нестандартное решение задачи! Как в той логической головоломке Змеева про мужика, оказавшегося в незнакомом городе без документов и денег…» Воспоминание о Змееве отозвалось у него в сознании вспышкой веселья. Перед глазами снова встала картинка, как они втроем подходят к зданию «Пирамиды» и как Колян вдруг ни с того ни с сего срывается с места и с воплями «извините, у меня тут срочное дело…» уносится прочь. Выяснил он потом, что это было за дело. Позвонил ему на следующий день. Как признался сам профессор, у него в тот момент вдруг очень сильно (невероятно сильно!) скрутило живот. Чудом успел домчаться до ближайшей подворотни, свернуть в нее и снять штаны. Пробку вышибло капитально! Для дворников работы он создал порядочно. «Ну а потом, когда все сделал и вернулся, – пояснил Змеев, – вас у входа уже не было. А один заходить в это заведение я не решился. Подумал, что коли уж не был тут ни разу, то и начинать не стоит». – И ведь даже это было не случайно! – вслух констатировал Алексей Николаевич. – Нашего философа словно бы специально какая-то высшая сила на время нейтрализовала, дабы не смог он узнать секрет Ныша. Потому как секрет этот именно мне предназначался. Но вот в казино меня теперь те же высшие силы не пускают. Почему?.. Я должен понять почему?! И в этот момент его вдруг осенило. Словно молния прошила все его тело, войдя сверху через макушку и выйдя откуда-то снизу. Идея оказалась настолько простой, буквально валявшейся на поверхности, что оставалось только удивляться, почему же Барский не осознал ее гораздо раньше. Более того, ответ все это время находился буквально у него перед глазами. Интернет! Если его не пускают в реальное, физическое казино, что или кто помешает ему точно так же играть в казино онлайн?! В интернет-казино! Прямо со своего компьютера, не выходя из дома и не отрывая задницы от мягкого кресла! Вернувшись за компьютер, Алексей Николаевич посмотрел на часы и, так как время уже перевалило за полночь, а значит, подцепиться к Сети можно было по ночному тарифу, включил модем. Запустил программу дозвона, ввел логин и пароль, нажал кнопку «Вызов». Пошел звук набора номера, затем сумасшедшим соловьем заверещал модем, пытающийся установить соединение. Секунд двадцать комнату заливало электронным писком и визгом, словно дьявол пытался из преисподней пролезть в наш мир. Наконец все стихло. Подключение к Интернету было установлено. Набрав в поисковике «Рамблера» запрос «интернет-казино», Барский с удивлением обнаружил, что поисковая машина выдала ему ссылки на более чем полторы тысячи сайтов. Пробежавшись по первым страницам выдачи, он понял, что большинство казино были зарубежными, перевода на русский язык там не имелось от слова совсем, а ввод и вывод денег осуществлялся исключительно через такую диковинную хрень, как credit card. Естественно, все это Алексею Николаевичу не подходило. Во-первых, с английским языком он был, что называется, «на Вы», а во-вторых, буржуйскую экзотику типа Visa или Mastercard он в глаза не видел и в руках никогда не держал. Соответственно, все это ему не подходило. Требовалось сузить параметры поиска и сосредоточиться исключительно на отечественных разработках. Через несколько часов интенсивного поиска и анализа, он уже понимал, что главными в Рунете по азартным играм являются пять отечественных игорных домов: «Голдфишка», «Ва-Банк», «Шанс.RU», «Loto.Ru» и «BrandyCasino». А составленный им список русскоязычных казино, принимающих к оплате WebMoney (единственная система электронных денег, которой он умел пользоваться), насчитывал около десятка позиций. Итак, для начала этого списка более чем достаточно. Главное теперь, пополнить свой WMR-кошелек, на котором в данный момент у Барского болталось что-то около сотни рублей, заработанных им на просмотре оплачиваемой рекламы еще до того момента, как он остался без квартиры. «Ну или кошелек WMZ, – сообразил он, доставая из кармана висящего на стене пиджака выигранные им в реальном казино доллары. – Сколько тут у меня? Ага, почти пятьсот пятьдесят бакинских. Буду вводить всё!» Алексей Николаевич машинально взглянул на календарь, и сердце у него едва не остановилось. Сегодня же двадцать восьмое декабря, суббота! А уже с воскресенья начинаются новогодние праздники и ни один обменник, ни один WM-дилер не будет работать аж до девятого января! Вот черт! Часы показывали половину девятого утра. Он быстро собрался, выключил компьютер и, заперев свою комнату, устремился к трамвайной остановке. Вся его надежда была на то, что расположенный в центральном «Доме быта» дилер WebMoney сегодня еще работает. «Суббота, рабочий день, а понедельник, тридцатое, выходной, – словно заклинание, твердил Барский всю дорогу до центра. – Ну, пожалуйста, ну будь ты, как все. Рабочий понедельник перенесли на субботу, а значит, суббота – это рабочий день, а понедельник – выходной!..» Он пулей взлетел по лестнице на пятый этаж здания, даже не став дожидаться лифта. Метнулся вправо по коридору, добежал до его конца и еще раз свернул вправо. Вот она, заветная дверь. Резко остановившись и сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, чтобы успокоиться, Алексей Николаевич осторожно повернул дверную ручку и тихонько толкнул дверь. И, о чудо, дверь оказалась незапертой! – Здравствуйте, – выдохнул он, вваливаясь внутрь, – вы сегодня работаете? Купить WMZ-карточки можно? Худой рыжий мужичок, сидевший за столом, поднял на неожиданного визитера мутные голубые глаза. Какое-то время помедлил, собираясь с мыслями, затем произнес низким монотонным голосом: – Здравствуйте, здравствуйте. Сегодня работаю до обеда, короткий предпраздничный день. Но вот карточек WebMoney, увы, уже не осталось. Ни долларовых, ни рублевых. Еще в середине недели последние разобрали, а новая партия поступит только после новогодних праздников. Сердце у Алексея Николаевича екнуло. Он тяжело опустился на стоявший у двери стул, снял с головы шапку и тоскливо посмотрел на дилера: – Что, неужели вообще не осталось? Ни WMZ, ни WMR? Рыжий отрицательно покачал головой и развел руками: – Ни одной… – помолчал и добавил: – Их вообще в городе сейчас нет. Ни у одного дилера. Я вчера всех коллег обзванивал, интересовался. Из Москвы новые карты привезут только десятого января. – Но как же быть? – в отчаянии взмолился Барский. – Скажите, можно ли что-нибудь еще придумать? Как-то иначе пополнить кошелек? – А вы какую сумму ввести хотите? – алчно сверкнув глазами и непроизвольно понижая голос, поинтересовался Рыжий. – Пятьсот долларов! – Барский, окрыленный возникшей надеждой, вскочил. – Мне нужно ввести в систему пятьсот долларов. Комиссия не имеет значения! Брякнул, а сам при этом подумал: «Ну, не заломит же он больше десяти процентов». – Пятьсот долларов? – задумчиво переспросил дилер. – Пятьсот – это хорошо. Пятьсот у меня, пожалуй, и на личном кошельке наберется. Комиссия, правда, будет чуть выше обычной… Ну и транзакционные издержки за внутренний перевод в самой системе… Итого, я полагаю… За сорок пять долларов я готов буду оказать вам эту услугу. – Отлично! – радостно воскликнул Алексей Николаевич, доставая из внутреннего кармана пиджака всю имеющуюся у него долларовую наличность. – Здесь пятьсот сорок семь долларов. Пятьсот для перевода на мой кошелек, сорок пять комиссионные и еще два доллара сверху вам лично в качестве благодарности! Он положил деньги на стол. – Прекрасно, – тут же отреагировал Рыжий, смахивая денежки веснушчатой лапкой в верхний ящик стола, – давайте номер вашего WMZ-кошелёчка… Он повернул монитор компьютера так, чтобы Барский мог видеть, как будет проводиться транзакция, и не заподозрил бы его в мошенничестве. Запустил свой WebMoney Keeper, кликнул мышкой, открывая форму для перевода денежки. В графе «сумма» (WMZ) указал: 500, переставил курсор в графу «куда» и вопросительно поднял глаза на своего клиента. – Z335996212479, – отчеканил Барский. Рыжий ввел нужные цифры, дал убедиться клиенту, что цифры именно те, которые тот назвал, после чего подтвердил транзакцию. Денежки ушли к Алексею Николаевичу на его WM-кошелек. – Ну, вот и всё, – радостно потирая лапки, захихикал Рыжий. – Бегите домой проверяйте поступление. Монетки уже должны быть у вас. С наступающим Новым годом! – И вас с Новым! Наступающим… Попрощавшись, Алексей Николаевич покинул кабинет. Вниз он спустился на лифте, не спеша пересек холл и вышел на улицу. Закурил, глубоко затягиваясь и выпуская дым в самое небо. На душе у него было легко и радостно. Успел! Самое главное, что успел ввести деньги в WebMoney до праздников! «Значит, теперь два-три дня на мониторинг казино, ну и в самый канун Нового года, вечером тридцать первого, я проведу свою первую удаленную игру на реальные денежки. Чтобы уже в первых числах января как минимум удвоить эти пятьсот долларов. А дальше… Дальше здравствуй, богатство, и прощай, нищета! – размышлял он, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не пуститься в пляс прямо здесь, на улице. – Да я, играя сразу на нескольких сайтах одновременно, за пару-тройку месяцев такие бабки подниму, что и на квартиру новую хватит, и на открытие собственного бизнеса!» До дома он решил прогуляться пешком, чтобы подышать воздухом и хоть немного успокоиться. Нужно было выспаться перед ночной сменой, а в таком перевозбужденном состоянии хрен ведь уснешь. «Значит, сегодня я в ночь, двадцать девятого и тридцатого отдыхаю, а тридцать первого выхожу в день, – прикинул Алексей Николаевич в уме. – Вернусь со смены как раз вечером и в новогоднюю ночь торжественно открою новую эпоху в своей жизни!» Примерно так, как он задумывал, все и получилось. До определенного момента события развивались в точности по его плану. В ночную смену Барский хорошенько выспался в котельной. Компьютера с Интернетом там не было, а ни о чем другом, кроме рулетки, думать он все равно не мог. Оставалось лишь спать. Вернувшись утром двадцать девятого декабря со смены бодрым и выспавшимся, Алексей Николаевич тут же подключился к Сети и начал тестирование первой десятки интернет-казино из своего списка. Он совсем забыл про то, что дневной тариф был вдвое дороже ночного, и потому уже к обеду остался без Интернета. Имевшиеся на счету провайдера деньги быстро закончились, доступ в Сеть ему отрубили. Пришлось ехать к ним в офис (к счастью, касса работала даже в выходные и праздники), класть деньги на свой счет. Положил он, что называется, с запасом, собрав у себя по карманам, шкафчикам и тайничкам всю остававшуюся наличность. Этого должно было хватить на три-четыре дня даже непрерывного пребывания онлайн, а уж если выходить в Сеть только по ночному тарифу, и того больше. «Ну а потом выведу на свой WMZ или WMR часть выигрыша из казино, – мечтательно рассуждал Алексей Николаевич, развалившись в мягком компьютерном кресле и наблюдая за тем, как сразу в семи открытых браузерах крутятся колеса рулеток, – и дальше буду оплачивать Интернет прямо с кошелька WebMoney». Он бы наоткрывал окон еще больше, но, во-первых, тогда мониторить их все сразу становилось крайне неудобно, а во-вторых, трафик более чем семи казино за раз банально не тянул его Интернет (заявленная скорость которого составляла 56,6 кбит/сек., но на деле получалось раза в два меньше). – Колесо, колесо, колесо… – напевал он, глядя на то, как крутятся колеса рулеток, и фиксируя в специально подготовленном бумажном блокнотике результаты сразу по семи рулеточным столам. – Колесо, колесо, колесо… С небольшими перерывами на сон Барский проторчал за компьютером вплоть до утра тридцать первого декабря, когда ему снова нужно было выходить дежурить в котельную, на дневную смену. Разумеется, все это время игра велась на «фантики», а не на реальные деньги. Важно было собрать статистику, а для этого годилась и демо-игра. Так онтогда думал, так полагал. И терпеливо заносил результаты в свой блокнот. За двое суток ни в одном из семи тестируемых интернет-казино не было более десяти повторов одного цвета подряд. Да, собственно, и череда из этих десяти повторов случилась лишь дважды. Пять раз выпадал «восемь раз подряд» один и тот же цвет, и восемнадцать раз – «семь раз подряд» один и тот же цвет. Девяти повторов, что удивительно, он не зафиксировал вообще ни разу, а повторы в шесть, пять и четыре «раза подряд», оказались явлением достаточно обычным, и потому Алексей Николаевич решил остановиться именно на «семи повторах». Как ему казалось, это позволит и достаточно часто вступать в игру, а не проводить по несколько часов в ожидании подходящего момента, и вместе с тем гарантированно защит его от полного проигрыша. Всю дневную смену тридцать первого декабря Барский провел словно на раскаленных углях. Пока все другие работники бегали с радостными, предвкушающими праздник лицами, а его напарник Гоша (не без соучастия слесарей Дарифа и Анвара) вовсе начал отмечать Новый год, не дожидаясь полуночи, Алексей Николаевич изнывал от нетерпения и жгучего предвкушения предстоящей игры. Время тянулось невыносимо медленно. К счастью, начальство разъехалось по домам сразу же после обеда. Гоша со слесарями пировал уже совершенно в открытую, ни от кого не прячась, а поскольку Барский в этой пьянке не принимал участия, то великодушно был отпущен Гошей домой на три часа раньше официального окончания смены. – Пускай умётывает нафиг! – резюмировал Дариф, подливая Гоше и брату Анвару беленькой. – А то бегает тут вокруг котлов с кислой трезвой мордой, только праздник всем портит. Ну, за Новый, две тысячи третий год, вздрогнули! – И вас с Новым, мужики! – отозвался Алексей Николаевич, радостно покидая котельную. Оказавшись, наконец, в своей комнатке, еще даже не переодевшись в домашнее, он дрожащими от волнения руками запустил компьютер и вышел в Сеть. Пока переодевался, думал, с какого именно казино начать игру на реальные деньги. Все же стартовых у него было лишь 500WMZ и их все нужно было положить на счет какого-либо конкретного интернет-казино, чтобы иметь возможность играть на реальных ставках. Хуже того, учитывая комиссию WebMoney за транзакцию, ввести в казино удастся даже не пятьсот, а лишь четыреста девяносто шесть долларов. И здесь решающую роль сыграл размер бонуса, который казино начисляет игроку за первый ввод реальных денег в игру. Лидером среди всех прочих оказалось казино «Белый медведь», с него Алексей Николаевич и решил начать. К введенным Барским четыреста девяноста шести долларам «Медведь» накинул еще сто, итого в распоряжении Барского оказалось игровых фишек на пятьсот девяносто шесть баксов. Он начал крутить колесо, не делая ставок, в ожидании, пока выпадет семь раз подряд один и тот же цвет. Тянулись минуты, затем потянулись часы. Нужная комбинация, как на зло, не выпадала. Обуявшее его еще с вечера волнение мало по малу сходило на нет. Он совершенно успокоился и даже включил маленький телевизор на холодильнике, чтобы совсем уж не заскучать. И вот, спустя долгих два часа тридцать восемь минут,это произошло. Семь раз подряд выпало «черное»! Сердце у Алексея Николаевича так подскочило, что едва не выпрыгнуло на стол через открытый рот. – Делайте ваши ставки, пожалуйста, – механическим женским голосом произнес компьютер. Метнувшись к мышке, Барский судорожно навел курсор и поставил первые десять долларов на «красное». – Последние ставки… – сообщила механическая женщина, запуская шарик. – Ставок больше нет… Те двадцать пять – тридцать секунд, пока шарик катился по виртуальному колесу рулетки, Алексей Николаевич был на удивление спокоен. Несколько раз подпрыгнув, шарик остановился. – Двадцать, черное, четное, – произнесла виртуальная крупье, – ставки не сыграли. – Бывает, – философски произнес Барский, щелкнул в воздухе пальцами и поставил уже двадцать долларов на «красное». Он все еще был спокоен. А отчасти даже весел и азартен. – Одиннадцать, черное, нечетное. Савки не сыграли. Алексей Николаевич снова удвоил ставку и теперь на «красное» легло фишек уже на сорок долларов. – Двадцать два, четное, черное. Ставки не сыграли… – механически, совершенно без каких-либо эмоций. – Восемьдесят на красное, – проскрипел зубами Барский, делая очередную ставку. Теперь он начинал испытывать некоторое волнение. Даже дыхание у него как будто перехватило слегка. – Двадцать восемь, черное, четное. Ставки не сыграли. – Сто шестьдесят на красное! – уже в голос воскликнул Алексей Николаевич. В висках у него пульсировало, затылок вдруг страшно разболелся. – Четыре, черное, четное. Ставки не сыграли, – совершенно беспристрастно сообщила виртуальная женщина. Барский потянулся курсором мышки к своим электронным фишкам, желая в очередной раз удвоить ставку, и с ужасом обнаружил, что вместо необходимых ему сейчас для удвоения трехсот двадцати долларов в наличии у него осталось всего двести восемьдесят шесть. Он понял, что даже если сейчас выпадет «красное», по итогу всей серии ставок он окажется в проигрыше, потеряв целых двадцать четыре доллара. И все же это был еще не конец. Судьба давала ему последний шанс продолжить игру! – Всё на красное!!! – буквально заорал Алексей Николаевич, передвигая все остававшиеся у него фишки на нарисованный на игровом поле красный ромбик. – Последние ставки… – донеслось ему в ответ из динамиков. – Ставок больше нет… Не отрываясь, словно загипнотизированный, Барский следил за шариком. Сердце его бешено колотилось. Казалось, еще немного, и пульсирующая голова просто взорвется, разлетаясь на кусочки и забрызгивая стены комнаты мозгами и кровью. Вот шарик начал замедлять свое движение, несколько раз перепрыгнул из одной лунки в другую… Барский перестал дышать. Последний щелчок – и шарик встал. – Пятнадцать, черное, нечетное… – как ни в чем не бывало, сообщила крупье. – Ставки не сыграли. Мир остановился. Алексей Николаевич бессмысленно таращился на монитор, где в графе «Баланс» отображалось совершенно немыслимое «0$». Этого не могло быть. Этого в принципе не могло быть! Получалось, что выпало тринадцать раз подряд «черное»?!. В первой же игре на реальные деньги тринадцать раз подряд один цвет?! Но это же абсурд, нонсенс! Такого просто не может быть!.. В полной прострации он поднялся и подошел к окну. Достал из лежавшей на подоконнике пачки сигарету, закурил. Мыслей в голове не было. Вместо мыслей фоном присутствовал какой-то отдаленный звон. В голове ли звенело, в ушах ли, а может, и вовсе где-то снаружи, он не понимал. Взгляд его блуждал по снующим внизу людям, спешащим, очевидно, домой, к праздничному столу. Сердце продолжало бешено колотиться. И вдруг за его спиной прозвучал все тот же механический голос женщины-крупье: – Тридцать пять, черное, нечетное… Да, он из игры вылетел и ставить ему больше было нечего, но сама-то игра все еще продолжалась. Виртуальное колесо по-прежнему вращалось, шарик прыгал, крупье констатировал: – Делайте ваши ставки, пожалуйста… Последние ставки… Ставок больше нет… Раздавив окурок в стоявшей здесь же, на подоконнике, пепельнице, Алексей Николаевич вернулся к компьютеру и тупо уставился в монитор. – Два, черное, четное… – объявил компьютер. Повалившись на диван, Барский вдруг расхохотался: – Пятнадцать! Пятнадцать раз подряд – «черное»! И, видимо, это еще не предел. Как там было у Розенкранца и Гильденстерна? Сколько раз подряд выпал «орёл»? Сто или около того? Так, может быть, и я сейчас нахожусь в какой-нибудь пьесе, фильме или просто во сне? Ну не может же всего этого происходить в реальности. В принципе не может! – Делайте ваши ставки, пожалуйста… Последние ставки… Ставок больше нет… – продолжала бубнить женщина в компьютере. – Одиннадцать, черное, нечетное… – Орёл! – в истерике завизжал Барский. – Шестнадцатый раз подряд, черт меня подери! «Черный орёл»!!. -– ICQ History Log From: 133864706 Tages Started on Tue Dec 31 22:58:52 2002 –– Dir 31.12.02 22:58 – Привет, Александр! Tages 31.12.02 22:58 – Ты кто? Привет! Dir 31.12.02 22:59 – Мы как-то пару месяцев назад общались на форуме "Киберденьги" в теме про осознанные сновидения и внетелесный опыт. И на "Чат-RU", в канале "Бог и Высший разум". Ты мне тогда номер своей "аськи" дал. Tages 31.12.02 22:59 – А, привет! Как ты? Что новенького? С наступающим тебя! Dir 31.12.02 22:59 – Спасибо, тебя тоже! Dir 31.12.02 23:01 – Ты говорил, что можешь общаться с Богом. Или что-то в этом роде. Tages 31.12.02 23:02 – Что, серьезно? %))) Dir 31.12.02 23:03 – Ну да! Tages 31.12.02 23:06 – Во я дал! Видимо, совсем бухой был! :-)) Dir 31.12.02 23:06 – Ты мне тогда дал номер ICQ. Этот. Dir 31.12.02 23:07 – И сказал, чтоб я набрал, если мне совсем херово станет. Tages 31.12.02 23:07 – И что? Тебе совсем херово? Tages 31.12.02 23:07 – Прямо сейчас? В новогоднюю ночь?! Dir 31.12.02 23:08 – Ну… Да! Tages 31.12.02 23:10 – Чувак, ложись давай спать! Tages 31.12.02 23:10 – Прямо сейчас ложись! Забей на все, на Новый год. И спи! Только компьютер не выключай. Модем можешь вырубить, а комп не трогай. Dir 31.12.02 23:12 – Ты это серьезно? Tages 31.12.02 23:13 – Да, вполне! Tages 31.12.02 23:14 – Ладно, извини, мой автопилот заруливает на дозаправку. С Новым годом тебя, брат! И не парься! Ты все правильно делаешь. Давай пока! Dir 31.12.02 23:22 – Извини, у меня тут маленький сбой был. "аська" дурит… Dir 31.12.02 23:25 – Ладно, спокойной ночи! И с Новым годом!.. –– Алексей Николаевич лежал на диване, полуприщурив глаза. В комнате было темно, предметы и мебель казались туманными и расплывчатыми. Словно из черного бархата. Где-то за стеной пробило двенадцать раз, а на улице, точно напротив его окна, вдруг разразился взрывами и треском праздничный новогодний салют, заливая то зеленым, то красным, то желтым светом всю комнату. Барский дернулся, будто его ударило электрическим током, натянул одеяло на голову, но с дивана своего не слез. Так и валялся большим бесформенным кулем. «…колесо, колесо, колесо – неслось откуда-то, монотонно и заунывно, –колесо, колесо, колесо…» – Колесо, – всхлипнул Алексей Николаевич и, высунув из-под одеяла нос, тоскливо посмотрел в окно. Со всех сторон его обступали бетонные коробки, собранные из заранее готовых блоков очевидно второпях и очевидно как попало. Гигантским фаллосом возвышалась над домами темная заводская труба, а прямо над трубой, словно намереваясь упасть в ее жерло, застыл молодой, едва народившийся месяц-самоубийца. Он да яркая искрящаяся звездочка на фоне черного неба – вот и все украшения этого вечера. Новогоднего вечера! «Странно, – промелькнула где-то на периферии сознания мысль, – луна сейчас должна быть в убывающей фазе, да и вообще где-то под горизонтом. Не может она висеть так высоко в этой фазе здесь и сейчас». Впрочем, мысль эта тут же растворилась, затерявшись среди других мыслей. Ну до луны ли ему?!. Бледный свет проникал сквозь покрытое ледяными узорами окно и слабо освещал убогое убранство комнаты. Барский лежал на своем любимом диване и, как ему казалось, умирал. Голова у него была повязана полотенцем, в ногах теплилась грелка. Это все, что мог он себе позволить. Лекарств и малинового варенья в доме не было. Одиночество навалилось на него и сплющило его в блин. Взгляд Алексея Николаевича скользнул по снежному узору окна. Еловые ветви оплавлялись и таяли. Открывалась крыша дома напротив, утыканная колючими антеннами, на которых сидели вороны, открывалось бледное чахоточное небо. Над черной заводской трубой поднимался столб белого пара, хвост которого, изгибаясь, уносился вдаль. Барский вздохнул и закашлялся. Мало, мало он пожил на свете. Мало увидел, мало узнал. На столе рядом с работающим компьютером зазвенел телефон, но сил подняться с постели уже не было. Алексей Николаевич умирал. Умирала мечта. Выиграть в интернет-казино много-много денег и открыть на них свой собственный бизнес. Стать настолько богатым, чтобы вообще никогда больше не думать о деньгах и с головой окунуться в чистое творчество. Не бывать тому! Время вышло… «…колесо, колесо, колесо…» Комната наполнялась туманом. Белый клубящийся дым застилал все вокруг. Дым от трубы? Взгляд Алексея Николаевича перебегал с предмета на предмет. Медленнее, медленнее… Он поднимался… Он парил… Рука скользнула по одеялу, откинулась в сторону и повисла безжизненной плетью. Барский ушел. На диване остался никому более не нужный футляр. –Шарипутра, – прогремел с невероятной силой чей-то раскатистый, совершенно не человеческий голос, –форма пуста ! Издав сдавленный вопль, Алексей Николаевич вскочил и… проснулся! – Ффух! – выдохнул он, сбрасывая одеяло на пол и потирая ладонями совершенно мокрое от пота лицо. – Сон, твою мать… Прерывисто дыша, он испуганно обвел взглядом комнату. В полумраке мерцал монитором стоявший на столе работающий компьютер. Это был единственный источник света. Вся остальная комната тонула в сумраке. Окно оказалось плотно задернуто шторой, и никакой луны, звезд, заводских труб и всего прочего не могло быть в него сейчас видно в принципе. И вообще, панельные дома и заводскую трубу было видно из окон егопредыдущей квартиры. Да-да, той самой, которую он пропил. Отсюда же открывался совсем иной вид. – Ну и приснится же херота! – Барский поднялся с дивана, подковылял к компьютеру и встал перед ним, потирая пальцами виски. – И когда я успел уснуть-то? Ничего не понимаю… Он тупо уставился в монитор, на развернутое почти во весь экран окошко «аськи». Попытался было прочитать текст последней переписки, но совершенно неожиданно символы в мессенджере вдруг заплясали, поплыли, начали меняться и перемещаться, словно мелкие насекомые, снующие по лесной поляне. Вместо осмысленного текста перед его глазами возникла какая-то разноцветная галиматья, прочитать которую было в принципе невозможно. Затем по экрану замельтешили серые полосы, и Барский вдруг понял, что перед ним не открытое окно ICQ, а окошко неизвестного видеоплеера. Точнее, перед ним было что-то вроде гибрида – мессенджер, но в котором можно было общаться по видеосвязи. В природе, насколько он знал, ничего подобного еще не существовало, а если бы и существовало, то где-нибудь в буржуйнете, но уж никак не у нас. У нас ни один провайдер не смог бы предоставить такого качества связи, чтобы через Сеть можно было общаться в видеоформате. Ну или заломили бы за подобный трафик цену, которую мог бы позволить себе разве что миллионер. И все же перед ним был именно видеомессенджер. Факт! Барский понимал это каким-то шестым чувством, но понимал и осознавал вполне четко. На экране транслировалась небольшая лесная полянка. В самом ее центре возвышалось нечто вроде громадной каменной глыбы (в форме перевернутого тетраэдра). Всмотревшись пристальнее, Алексей Николаевич различил возле камня очертания человеческой фигуры. Скрестив на манер индийских йогов ноги, человек (если только это был человек) сидел у основания камня. Из-за темноты и сравнительно низкого качества потокового видео ни лица, ни деталей его одежды разобрать не представлялось возможным. Отчетливо было ясно только то, что одет он в черный балахон, а лицо этого странного типа прикрывал приспущенный капюшон. – Присаживайся, нам предстоит разговор, – то ли прохрипело в колонках, то ли прогудело у Алексея Николаевича непосредственно в мозгу. Алексей Николаевич сел. – Кто ты? – испуганно спросил он. – Ты моя смерть? Существо по ту строну экрана негромко рассмеялось: – Ну, можно сказать и так. Я всегда был рядом с тобой, всегда видел, слышал и чувствовал все, что ты делал в этой жизни. Ты меня не воспринимал, не видел и не слышал, но я тебя воспринимаю и ощущаю все время! Именно я незримо вел тебя, подталкивал к тем или иным действиям, направлял, создавал вокруг тебя нужные условия и ситуации… – Ничего не понимаю, – пробормотал Барский, – я что, все-таки умер? По-настоящему?! И это был никакой не сон, а… Смерть?.. – Разумеется нет, – снова рассмеялся человек(?) на видео. – Ты ведь продолжаешьмыслить , разве не так? – Я в другом измерении, да? Или в компьютерной игре?.. Где я?! – Ты там же, где и был, в своей комнате. В коммуналке, которую снимаешь. Дрыхнешь вон на своем диванчике. Оглянись… Алексей Николаевич осторожно, очень медленно повернул голову и… вздрогнул. Он увиделсебя лежащим на диване. Увидел со стороны! Его былодва . Один – сидел сейчас в кресле за компьютером, а второй – лежал на диване и, открыв рот, похрапывал. – Когда ты действительно умрешь, – пафосно изрек виртуальный гость, – то растворишься во мне и сольешься со мной, дополняя меня собою. Но это произойдет позже, не сейчас. Сейчас ты просто спишь и осознаешь сам факт того, что находишься в сновидении. – Я восознанном сновидении! – понял наконец Барский и посмотрел на свои растопыренные пальцы рук. – Да, именно так. – Но кто же ты такой? Если не смерть… – У меня много имен, – прозвучало в ответ, – так много, что фактически я остался без имени. – Ты – это Бог? – Нет, – казалось, голос смеется. – Ты Бог, а я – это Ты. А ты сейчас находишься в осознанном сновидении. В данном случае и в текущей ситуации это был единственный способ для нас обоих установить полноценнуюдвустороннюю связь. – Так кто ж ты, наконец? – цитатой из «Фауста» ответил Барский, видя, что ночной гость уклоняется от прямого ответа, и пытаясь хотя бы так, через иронию и юмор, вывести его на откровенность. – Как мне тебя называть, как к тебе обращаться? Испуг его почти полностью прошел. Появилось даже какое-то понимание происходящего, осознание и… полное принятие! – Я являюсь Индивидуальной живой Душой, твоей сущностью, твоим «высшим Я», если тебе так будет угодно, – прозвучало в ответ. И далее уже совсем фамильярно: – Ты, Лёха, есть лишь моя очередная инкарнация, не более. И, как я уже объяснил, когда ты действительно умрешь, то растворишься во мне, сольешься со мной, дополняя меня собою. Впрочем, не утрачивая при этом своей нынешней индивидуальности, а, напротив, расширяя ее до своего истинного (то есть до моего) уровня. Выдержав короткую паузу, ночной гость дополнил: – А называть меня можешь как угодно. Да хоть «высшим Лёхой». Оба рассмеялись. – Ну или, чтобы тебе было проще, обращайся ко мне: «Лайт». – Это, типа, «свет», «огонь»? – уточнил Барский. – Да, типа того. Типа я просветленный. – «Высший Лёха» сделал характерный жест рукой, изображая «пацанскую распальцовку», и Алексей Николаевич почему-то окончательно расслабился после этого, уловив в данном жесте открытую самоиронию. – Не учителем же тебе меня звать, не гуру и не сенсеем. Хотя, по сути, вступая с тобой в контакт и устанавливая двустороннюю связь, я именно в этой роли сейчас и оказываюсь. – И ты правда помнишь все мои… свои…мои(!) прошлые жизни? – Конечно! И планирую будущие. – Но почему же я, именноя(!) , – Алексей Николаевич ткнул себе в грудь указательным пальцем, – их не помню? – Потому что тебе и незачем их помнить. Ты всего лишь мой аватар. Конкретно в этой жизни у тебя есть определенная цель, установленная мной миссия. И если бы ты помнил свои прошлые жизни, а тем более имел бы со мнойвсегда двустороннюю связь, это только навредило бы тебе. Ведь тогда ты, по сути, являлся бы мною. Тогда ты был бы не Алексеем Николаевичем Барским, писателем и кочегаром, обычным человеком тысяча девятьсот семьдесят первого года рождения, а тем, кем являюсь я. Бессмертным и вечным существом, прошедшим в своем развитии стадии минерала, растения, животного, а затем прожившего тысячи жизней уже в форме человека. – Но разве это было бы плохо? – Для реализации этой конкретной миссии – да, очень плохо! – Лайт рассмеялся. – Ты, даже не обладая реинкарнационной памятью, воспринимая себя существом смертным, и то умудряешься косячить со страшной силой, совершенно не ценя данную тебе жизнь. Алексей Николаевич промолчал. Несколько лет назад, когда он еще состоял в Союзе писателей, ему на рецензию приносил свой рассказ местный начинающий автор, Иван Хлюпов. Щупленький такой студентик, историк, кажется. Рассказ назывался «Избранник». Так вот, по сюжету этому самому избраннику высшие силы сохранили реинкарнационную память, чтобы он помнил свои предыдущие жизни. Занимался этот избранник неким поиском свободы, переходя из мира в мир, из одного тела в другое. Но суть не в этом. Суть в том, что на определенном этапе этот крендель вдруг начал совершать одно самоубийство за другим, чтобы «ускорить процесс», как он сам думал. Естественно, высшим силам такое самоуправство не понравилось, и его быстренько выдернули туда, наверх, дабы пожурить, вправить мозги, ну и все такое. – Вот-вот, – покивал головой Лайт, явно уловивший его мысли. – А еще можешь почитать книжку Филипа Фармера «Мир реки». Обычная фантастика, конечно, но по сюжету там людям тоже была оставлена «реинкарнационная память», и, перестав бояться неизвестности смерти, они начали массово злоупотреблять самоубийствами, едва сталкивались с какой-либо проблемной жизненной ситуацией. Там это называлось воспользоваться «Экспрессом самоубийств». Или как там у Вильяма нашего Шекспира? «…Кто бы согласился, кряхтя, под ношей жизненной плестись, когда бы неизвестность после смерти, боязнь страны, откуда ни один не возвращался, не склоняла воли…» – Да понял я уже, понял, – замахал руками Барский. – А представь, что тебе сохранили память о прошлых жизнях и ты помнишь, что в одной из таких прошлых жизней ты был Гитлером или Чикатило, – не унимался Лайт. – Помнишь все то, что они натворили, но при этом осознаёшь, что натворил это именно ты. Каково тебе жилось бы с таким вот жизненным багажом? – Но ты-то помнишь, и ничего, – попытался возразить Алексей Николаевич. – Я – это совсем иное дело. Я гораздо продвинутее и совершеннее, чем ты. Я воспринимаю весь мировой контекст бытия неразрывно и для меня все прошлые локальные жизни – не более чем роли. Как роли или персонажи в компьютерной игре. Согласись, это совершенно разные вещи –быть Гитлером или Чикатило или же лишьиграть роли этих жутких персонажей. Ты обладаешь мизерной частичкой моего сознания и просто не вынес бы подобного груза. Вот когда умрешь и вернешься обратно в меня, когда твое сознание, не утрачивая твоей нынешней локальной индивидуальности, расширится до уровня моей индивидуальности, тогда и только тогда тебе будет позволено вспомнить и осознать все свои прошлые жизни-роли. – То есть ты хочешь сказать, что и весь наш материальный мир – он не настоящий? – удивился Барский. – Что это своего рода компьютерная игра, симуляция? – Да, – спокойно ответил Лайт, – но персонажи этой игры не должны об этом знать и догадываться, пока находятся внутри самой игры. Барский задумался. Выходит, наш материальный мир всего лишь компьютерная игра. Прикольно: сидят два друга, Вася и Петя, за своими компьютерами и режутся в какую-нибудь кровожадную «стрелялку». В игре они бьют друг друга, обманывают, стреляют, режут, убивают. Однако когда игра закончена и они снова встречаются «в реале», то не испытывают друг к другу никакой неприязни. Они по-прежнему лучшие друзья. Более того, они со смехом и иронией могут обсуждать «в реале» свои компьютерные баталии, не испытывая при этом абсолютно никакой неприязни друг к другу! Получается, что материальный мир – это своего рода «полигон», на котором происходит «испытание и обкатка» Духа? Проблема лишь в том, что 99,9 % человечества (99,9 % игроков), находясь в этой игре (то есть живя в материальном теле), начинают полностью отождествлять себя со своими виртуальными персонажами, а игровой, виртуальный мир – принимать за истинный. Отсюда и все непонятки! Отсюда и нетерпимость друг к другу, отсюда и непонимание – «почему в мире столько несправедливости, страдания, жестокости, зла, боли, низости, мерзости?!» Отсюда и горькие сетования на все это… Но стоит лишь вспомнить, что ты – это не твой виртуальный (компьютерный) клон, а Бессмертный Дух! Стоит лишь вспомнить, что и твои противники/оппоненты/враги по жизни – не виртуальные (компьютерные) клоны, а такой же точно Бессмертный Дух, как все сразу становится на свое место. И ты понимаешь, что все это «мировое зло», все эти – боль, страдания, жестокость, несправедливость, низость, мерзость –не настоящие ! Настоящий – именно Дух! А Духу не может повредитьни-че-го !.. – Именно так, – удовлетворенно кивнул Лайт, снова прочитав мысли Барского как свои собственные. – Вспомни хотя бы ту же «Бхагавадгиту». Когда на поле Курукшетра выстроились друг перед другом две армии (Пандавов и Кауравов), готовые сразиться в смертельной схватке (напомню, и те и другие были, по сути, одним кланом, были родственниками!), Арджуна сначала не желал вступать в битву. Он видел перед собой своих сородичей и не хотел убивать их. Именно тогда Кришна (являвшийся в этой битве колесничим Арджуны) поведал ему свое Великое Учение, убедив вступить в бой и сразиться с противником. Почему? Да потому, что он видел истинную природу живого существа! Душа – это и есть человек, тело – лишь инструмент этой души. Кришна объяснил Арджуне, что в какие бы битвы ни вступали между собой локализованные во времени и пространстве живые существа, все их действия в конечном итоге оказываются направленными на развитие и совершенствование Бога (Абсолюта), а значит, и их самих. Любое действие, любое событие работает на всеобщее благо! – Выходит, стремление видеть этот материальный мир «розовым и пушистым» наивно и даже вредно? – удивленно пробормотал Алексей Николаевич. – Получается, он совсем не для «розовости и пушистости» создан, а очень даже наоборот? – Этот материальный мир никогда не будет «розовым и пушистым», – развел руками Лайт и добавил: – Он лишь «компьютерная игра» (испытательный полигон). Малоразвитые души «играют» здесь в кровожадные стрелялки, более развитые проходят интеллектуальные квесты или стратегии. Самым продвинутым открывается истинная природа вещей, и тогда они перестают играть, а становятся просто наблюдателями… – «Травоядные» играют здесь в «дочки-матери», – продолжил выстраивать аналогии Алексей Николаевич, – а «хищники» играют здесь в «охоту» и «войнушку». – Да. Но все, кто находится здесь, именно играют, не более того. За исключением тех особо продвинутых, что всего лишь наблюдают за игрой, сами не принимая в ней участия. Потому и нужно относиться ко всему происходящемуздесь именно как к игре, не более того. Пойми это – и желание абсолютизировать материальный мир, желание превратить его в «Эдем», в «рай на земле» исчезнет! Каждый, и кровожадный Чикатило, и благочестивая Мать Тереза, – все проходят здесь свои уроки. И то и другое одинаково важно и необходимо для развития Духа. – Все это замечательно, но почему ты вдруг вышел со мной на контакт и почему рассказываешь мне, своему аватару, ограниченному персонажу компьютерной игры, все это?! – засомневался Баркий. – Ведь, следуя твоей логике, я не должен ничего этого знать! Я должен оставаться внутри игры, ощущать ее как единственно возможную реальность и тупо прыгать на веревочках, за которые ты меня дергаешь! Разве не так?.. – Так, – рассмеялся Лайт. – Вот только это не я вышел на контакт с тобой. Это именно ты достучался до меня «снизу». Разве не ты еще со школьной скамьи интересовался вопросами философии и допытывался до «смысла жизни»? Разве это не ты уже пятнадцать лет увлекаешься всевозможными оккультизмами, эзотерикой и прочими «странными» вещами? Разве не ты практикуешь осознанное сновидение последние десять лет и временами, надо признать, у тебя это хорошо получается… – Но я всегда полагал, что осознанное сновидение – это не более чем ментальное моделирование, – перебил его Алексей Николаевич. – Я всегда был уверен, что все происходящее в осознанном сне – это плод работы моего мозга! – Неправда! Ты действительно так думал… в самом начале практики. Но в последние годы стал понимать это явление гораздо глубже. А совсем недавно тебе на это прямым текстом указали в одной из переписок на хорошо известном тебе форуме. Лица Лайта по-прежнему не было видно, но Алексею Николаевичу почему-то казалось, что, произнося это, он хитро прищуривается или даже улыбается. – Да, действительно… – несколько смутился он. – Собственно, я и в сегодняшнем осознанном сне оказался именно с подачи того самого человека, как мне кажется… – Верно, все именно так! И с каждым десятилетиемтаких, как вы , будет появляться все больше и больше. Время приходит к этому. Человечество постепенно начинает меняться. Все больше людей просыпаются и видят тупик материалистического мировосприятия. – Это связано с тем, что наконец-то и наука вплотную занялась изучением осознанного сновидения? – осторожно спросил Барский. – Ведь вплоть до XIX века сама возможность обретения дневного сознания во время сна напрочь отвергалась наукой! А серьезно этими вопросами и вовсе занялись лишь в 60-х годах XX столетия, если не позже. – Скорее наоборот, это наука была вынуждена заняться изучением феномена осознанного сновидения, так как уж слишком массовым стало данное явление. Настолько массовым и популярным, что игнорировать его дольше было просто невозможно. А так, практики выхода в осознанный сон (и через него в «тонкие миры») были известны людям еще с глубокой древности. Особенного мастерства в этом достигли древние даосы и буддисты. Правда, тогда это знание было доступно лишь немногим избранным. А сейчас, как я уже пояснил тебе, оно становится буквально массовым увлечением. – И все же, – не унимался Алексей Николаевич, – получается, что я «избранный»? – Нет! – разразился хохотом Лайт. – В этом, я имею в виду наш с тобой контакт, есть какой-то высший смысл? – Не знаю. Наверное, нет. Просто так сложились обстоятельства. Совпало несколько факторов. Плюс ты оказался в нужное время в нужном месте и в подходящем для этого состоянии. Считай, что тебе просто сильно повезло. Невероятно повезло! – Но мы ведь еще увидимся? – с надеждой в голосе спросил Барский. – Это ведь не последний наш контакт? Я надеюсь, теперь мы будем с тобой общаться на постоянной основе? Лайт не ответил. Изображение на экране монитора стало мерцать, как будто связь резко ухудшилась и вот-вот разорвется. – Последний вопрос! – заорал Барский, прильнув к монитору. – Скажи мне, почему я проиграл в этом чертовом интернет-казино?! Ведь это ты вел меня все последнее время. Ты свел меня с Нышем, с твоей подачи Ныш раскрыл мне секрет игры на рулетке. И в реальное казино меня перестали пускать тоже не без твоего вмешательства, я верно понимаю? Ты все сделал, чтобы засадить меня за виртуальную рулетку и… В первой же игре я все спустил до копейки! Почему?!. – Ты что, до сих пор не понял? – Голос Лайта продирался сквозь шорох, скрипы и прочие помехи, то усиливающиеся, то ослабевающие. – Ни в одном интернет-казино в принципе невозможно регулярно выигрывать. Программа рулетки мониторится и контролируется. Как только игрок начинает применять стратегию «мартингейл», запускается специальный скрипт, и может выпасть хоть двадцать, хоть сто раз подряд один и тот же цвет. – Но что же мне делать теперь?! – Ты можешь свое поражение в онлайн-казино обернуть себе на благо. Подумай, как это сделать. Любая неудача – это предоставляемый человеку шанс свыше! Подумай… И если поймешь, это может изменить в финансовом плане всю твою дальнейшую жизнь. Ведь именно в этом и состоит одна из основных задач твоей текущей жизни: понять секрет материального благополучия, секрет денег и природу богатства… Треск усилился, по экрану побежали полосы. Окошко программы вдруг превратилось в обычный ICQ-пейджер. Лайт исчез. Было понятно, что сеанс связи закончен. В то же мгновение Алексея Николаевича потянуло к дивану, на котором продолжало посапывать его физическое тело. Он, словно надувная резиновая кукла, оторвался от пола, поднялся к потолку и, развернувшись лицом вниз, завис точно над своим физическим двойником. Какое-то время повисел так, покачиваясь из стороны в сторону. Затем раздался громкий сухой треск, в одно мгновение ракурс изменился, и он увидел себя уже снизу, парящим под потолком. Затем двойники схлопнулись, слились воедино, и Алексей Николаевич проснулся. На этот раз уже по-настоящему. ---------- 3 Предприниматель. Сновидящий 3 Предприниматель. Сновидящий Слышать голос беззвучного, видеть форму бесформенного – наша душа, незаметно от нас, постоянно стремится к этому… Нисида Китаро Все утро Алексей Николаевич пребывал в довольно странном расположении духа. Во-первых, это было первое за последние пятнадцать лет «первое января», которое он встречал не с похмелья, трезвым, да еще и хорошо выспавшимся – всю новогоднюю ночь он продрых самым беззастенчивым образом. Во-вторых, осознанные сновидения, которые он практиковал вот уже лет десять, по-настоящему случались с ним не так уж и часто. В среднем это происходило три-четыре раза в месяц, да и события в них были не такими уж необычными. Ну, осознавал он себя во сне. Ну, преодолевал необычайную четкость окружающей сновидческой реальности без того чтобы проснуться. В какой-то мере он даже научился управлять ходом таких сновидений и мог удерживаться в них достаточно долго. Но вот чтобы пробудиться внутри одного сновидения и затем, не выныривая в повседневную реальность, сразу же перейти в другое сновидение, такое с ним случалось впервые! Как и то, чтобы увидеть себя во сне спящим. Ничего подобного раньше он никогда не испытывал и не переживал. Вообще, осознать себя в сновидении находящимся не где-то в неизвестном месте, а у себя же в комнате, да еще при этом видеть свое спящее тело со стороны… Просто фантастика! Да, он знал, что такое возможно. Он читал, что это служит доказательством серьезных подвижек в плане освоения осознанного сновидения. Более того, в Интернете, на форумах и в чатах, споря с другими людьми, практикующими ОС, он даже частенько привирал (чего уж греха таить), что сам достиг этого уровня мастерства. Но вотна деле прошедшей ночью он осуществил для себя реальный прорыв в данной технике. И, наконец, в-третьих, чего стоит это необыкновенное общение со своим «высшим Я»! Конечно же, если это общение действительно имело место быть, а не являлось каким-нибудь «общением с собственным подсознанием», как заявил бы любой психоаналитик. (Психолог, тот вообще заклеймил бы подобное каким-нибудь диагнозом и отправил бы Барского на лечение к своему коллеге психиатру.) Хотя к чему эти сомнения? Ведь, если отбросить все абстрактные и философские рассуждения, Лайт (…«высший Лёха»… ) выдал ему вполне реальную, в высшей степени конкретную и даже верифицируемую информацию, которую до настоящего момента он (…«низший, или обычный, Лёха»… ), сто процентов не знал! Речь о том, что, как оказалось, интернет-казино в своих программах ставят на рулетку некий скрипт, который мониторит игру и в случае, когда обнаруживает, что игрок делает ставки по системе мартингейла, запускает длинную цепочку генерации не случайных чисел, а целой серии повторов (цвета или чет/нечета). Естественно, с целью выбить игрока из игры и не допустить его обогащения за счет казино. Ничего подобного сам Алексей Николаевич не знал, никогда об этом не слышал, и даже версии такой у него в сознании не возникло, когда он продул вчера все свои деньги. Выходит, как ни крути, но этой ночью он не просто «уснул и видел сны», и даже не просто совершил осознанное сновидение. Выходит, этой ночью с ним произошло что-то по-настоящему важное. Очень важное! Невероятно важное! Нечто такое, что вполне может изменить всю его дальнейшую жизнь, если только он правильно расшифрует данное ему Лайтом послание! «Впрочем, а чего тут расшифровывать-то? – сам себе признался Алексей Николаевич. – Сказано было четко и недвусмысленно: “…ты можешь свое поражение в онлайн-казино обернуть себе во благо. Подумай, и, если разгадаешь сию загадку, это изменит всю твою дальнейшую жизнь в отношении денег …” Значит, надо просто понять, что мне теперь со всем этим делать». Из дома Барский вышел на два часа раньше, чем обычно. Вечером ему все равно нужно было ехать в котельную, на ночную смену. А по пути он намеревался заскочить к Змееву, рассказать ему обо всем случившемся и попросить совета или хотя бы какой-нибудь интерпретации своего сновидения. Все же Колька – профессор философии. Наверняка он хорошо знаком с работами Фрейда, Юнга и прочей толкующей сны ученой братии. Глядишь, полезную идейку выскажет или посоветует что. Дверь ему долго не открывали. Он позвонил раз, потом еще. Затем нажал кнопку и продержал ее секунд двадцать. Квартира молчала. Алексей Николаевич уже собрался уходить, когда щелкнул замок и перед ним возник сонный хозяин квартиры. – А-а, это ты… Ну, заходи! – На Змееве был его обычный спортивный костюм, в котором он любил расхаживать дома, лицо помято, волосы всклокочены. – В котельню? – Угу, – Алексей Николаевич разулся, повесил пуховик и шапку на вешалку, сумку поставил на пол. – Ты мой рабочий график наизусть уже выучил, что ли? – Да не без памяти еще, слава богу. День, ночь, два выходных. Сложно запутаться. Змеев, зевая, прошел вглубь квартиры, жестом пригласив своего гостя следовать за ним. В квартире стояла тишина, жена и дети отсутствовали. Перепланировка, затеянная еще с осени, была окончательно завершена. Остатки мусора вывезены, последние признаки ремонта устранены. Из коридора в гостиную вместо старой обшарпанной двери теперь вел широкий проход в виде стилизованной арки. Такая же точно роскошная арка соединяла гостиную и кабинет, а чуть дальше виднелась еще одна арка, ведущая в спальню. Вместо глухой стены, отделявшей раньше гостиную от кухни, теперь зияла пустота, в которой уютно расположился небольшой кухонный столик. Получилось, что кухня и гостиная слились в одно большое Г-образное помещение, а это создавало эффект дополнительного пространства и какого-то непередаваемого уюта. – Слушай, да у тебя как будто несколько дополнительных квадратных метров приросло к жилплощади! – восторженно воскликнул Алексей Николаевич, осторожно присаживаясь за столик. – Реальная крутотень! Архитектору какому-нибудь проект заказывал или все сам придумал? – Сам, конечно, – отмахнулся Змеев. – Кто ж будет звать архитектора для перепланировки такой конуры. Не дворец же, обычная халупа. – Ну, теперь не такая и обычная, – искренне отозвался Барский. – Если б для тебя одного была вся эта роскошь, мог бы сказать, что завидую белой завистью. – Ты слащавыми речами мне зубы не заговаривай. Опять взаймы пришел клянчить? – Удивишься, но на этот раз нет. С деньгами действительно некоторая напряжёнка, но до аванса надеюсь с божьей помощью дотянуть. Удивительно, когда не пьешь, денег в бумажнике как будто чуть больше становится. Змеев, уже потянувший было из холодильника к столу трехлитровую банку пива, разочарованно крякнул и убрал посудину обратно. – Все никак не привыкну, что ты в завязке, – как бы с упреком произнес он. – Ну что тогда, по чайку? Тебе зеленый, черный или каркаде? – Карка что? – вытаращил глаза Барский. – Каркаде, чай такой, красный. «Напиток фараонов», «Кандагар», «суданская роза»… Правда, что ли, никогда не слышал? Ну, значит каркаде. И он принялся колдовать в дальнем углу кухни, заваривая этот свой красный чай. «Да уж, – с уважением подумал Алексей Николаевич, – умеет Колян удивить. Со школьной скамьи дружим, а каждый раз он что-нибудь такое отчубучивает, будто и не знаю я этого человека. Одно слово, профессор». – Ты зашел-то чего? Только жена с детьми к теще уехала, думал, хоть отосплюсь, пока никто по голове не скачет. Ага, поспал, блин… – Да успеешь еще отоспаться, – отмахнулся Барский, – я ненадолго. И кстати, именно про сны пришел поговорить. Мне тут такая хрень приснилась, невероятное что-то! Вот и решил перед сменой к тебе забежать. Ты у нас вроде как должен разбираться в подобных вещах. Ну там, Фрейд, Юнг, Лаберж, ван Эден, Монро, Кастанеда… – Стоп, стоп! – замахал руками Змеев. – Ты всех-то в одну кучу не вали. Между Лабержем и Кастанедой такая пропасть лежит, размером с Марианскую впадину! – Вот поэтому я к тебе и пришел, – как можно мягче сказал Алексей Николаевич. – Нужна трактовка настоящего теоретика и профессионала, как ты, а не любителя-практика, как я. В общем, тащи уже давай свой «напиток фараонов», я пока с предыстории начну… Он вкратце обрисовал свою аферу с интернет-казино. Красочно, смакуя детали, описал свое позорное фиаско на виртуальной рулетке. И наконец добрался до того момента, как, находясь в состоянии глубочайшего отчаяния, граничащего с помутнением рассудка, вдруг отрубился, лежа у себя в комнате на диване. – Феерично! – хохотнул Змеев, ставя перед гостем фарфоровую чашечку с дымящимся красным напитком и пододвигая к нему хрустальную вазочку с нарезанными лимонными дольками. – Только тебе могла прийти в голову подобная идея. Ты бы еще попробовал наперсточников на вокзале обыграть. Вот потеха-то! – Ты не выпендривайся, ты слушай дальше, – обиделся Барский. – Это только начало истории. Все самое важное приключилось после этого. Он бросил лимонную дольку в чай, принялся гонять ее по чашке ложечкой. Очень подробно, насколько только мог вспомнить сам, описал ему свое ложное пробуждение, странный видеомессенджер в компьютере и, наконец, самое важное – разговор с Лайтом, представившимся ему как его «высшее Я». Эту часть рассказа Змеев выслушал с неподдельным интересом. Не перебивал, не ерничал и, казалось, был искренне заинтригован случившимся. Он то вскакивал, то снова садился. В несколько больших глотков осушил свою порцию чая и налил новую. Наконец, распахнул форточку и достав откуда-то с антресолей пепельницу, закурил сигарету. – Интересно, очень интересно! – констатировал он, когда Алексей Николаевич закончил рассказ. – Это впервые с тобой такое или нечто похожее уже происходило раньше? – Конечно, впервые! – отозвался Барский. – Сам в шоке. И главное, совершенно не понимаю, как все это объяснить и что теперь делать. – Ну, Фрейдом, Юнгом и даже Лабержем этого не объяснишь. Вернее, попытаться натянуть несчастную птицу на чучело Земли, конечно, можно, но кому это нужно? А вот в трактовку Кастанеды все описанное тобой ложится просто идеально. Я бы сказал, тютелька в тютельку, – констатировал профессор. – Ты что-нибудь слышал о семи вратах сновидения? – Читал, конечно. Кастанеду… Но уже достаточно давно и ничего толком не помню, – развел руками Алексей Николаевич. – Я прочел первые девять его книг, самое основное, насколько понимаю. – Да, верно. Есть еще три книги, всего их двенадцать, но две последние – это уже самоповторы и откровенная квазиэзотерическая бредятина. Мне кажется, что если бы дон Карлос завершил свое творчество на девятой книге, как раз и посвященной сновидению, для его же имиджа мага и сновидца было бы только лучше. Но что уж вышло из-под пера мастера, то вышло. Перед своей смертью, в девяностые, Карлос вообще вел себя не совсем адекватно. Шалил, чудил, развратничал, занялся откровенной коммерциализацией своего учения… – М-м… Господин профессор, – с иронией перебил его Барский и постучал ложечкой по чашке, – нам бы вернуться к теме трактовки моего сна. Про Кастанеду я бы тоже с удовольствием выслушал, но как-нибудь в другой раз. – Да, конечно. Так вот, согласно Кастанеде, существует семь врат сновидения, которые должен пройти любой, кто занимается практикой осознанных снов. Найти свои руки в сновидении и осознать сам факт того, что ты спишь, – это первые врата. Собственно, с этого и начинается осознанное сновидение. – Я в своей практике использовал не просто руки, а руки с надетыми на них наручными часами, – ввернул Алексей Николаевич. – Взглянул на часы раз, затем сразу же второй и вдруг видишь, что время на них уже совершенно другое. Очень помогает проснуться во сне и осознать, что находишься сейчас в сновидении. – Вторые врата сновидения, – продолжал Змеев, – это когда практикующий просыпается в одном сновидении и, не выходя из него в реальность, тут же перескакивает в новый сон. Этакое ложное пробуждение, но с обязательным сохранением осознания, пониманием того, что ты по-прежнему находишься во сне. При этом очень важно перескочить не абы куда, а во вполне конкретное место. В данном случае это была твоя комната. Далее, нужно увидеть себя спящим, увидеть со стороны. Это будет обозначать, что ты преодолел третьи врата сновидения. Он замолчал и с восхищением посмотрел на Барского. – Ну? – не выдержал тот. – И что дальше? Что в этом такого уж необычного? – А то, что достичь третьих врат невероятно сложно. Согласно Кастанеде, на это уходят долгие годы. И даже спустя годы это далеко не каждому практикующему удается. Ты же проскочил все три этапа буквально сразу же, с ходу! – Ну, положим, не так уж и с ходу. Я эту хрень лет десять практикую. Видимо, пришло время. Опять же, стрессовая ситуация… – Вот как? – удивился Змеев. – Не знал, не знал. Как бы там ни было, это невероятное достижение! По крайней мере, ты первый, кто мне рассказывает такое! Он снова вскочил и возбужденно забегал по кухне. – Ладно, что там дальше? – спросил Барский. – Дальше идут четвертые врата сновидения. Это, по сути, уже полноценная «астральная проекция», если переводить на язык эзотерики. Теперь тебе предстоит научиться путешествовать, перемещаясь во вполне конкретные места. Можно посещать какие-либо реальные места нашего физического мира либо путешествовать по «тонким мирам» и изучать их. Но при этом очень важно каждый раз удостоверяться, что это полноценная проекция, а не просто… – Он замолчал, подыскивая нужное слово. – Ментальное моделирование? – закончил за него Барский. – Да! Именно так! Лучше и не скажешь! – Ну! Что дальше? – Алексей Николаевич нервно взглянул на часы, боясь не успеть на нужный автобус. – Пока ты не сообщил мне ничего принципиально нового. – А дальше идут пятые врата… – Змеев растерянно пожал плечами. – Собственно, про пятые, шестые и седьмые врата я и сам мало чего знаю. У Кастанеды на этот счет ничего конкретного не сказано. Среди его последователей принято считать, что пятые врата – это возможность путешествовать через сновидение во времени. Заглядывать в будущее или прошлое, приносить с собой оттуда нужную информацию. – Круто! Боюсь спросить про шестые ворота. – Врата, балбес! Ворота – это в деревенском заборе. А здесь возвышенное – «врата». – Змеев возвел глаза к потолку. – Шестые врата – это обретение «третьего внимания». Можно сказать, цель и смысл всех последователей Кастанеды. – Что еще за «третье внимание»? В упор не помню этого у Кастанеды! Правда, и читал я его сто лет назад. – Первое внимание – это внимание нашей обычной жизни. Второе – это осознанное сновидение. А вот третье становится доступно обычному человеку только в момент смерти! Во всяком случае, так учил дон Хуан. И кстати, в тибетской йоге сновидений это называется восприятием чистых энергий, без каких-либо декораций. – Ясно, – отмахнулся Барский, – заумная эзотерическая хрень. Боюсь даже спрашивать про седьмые ворота… Пардон, врата! – А про седьмые врата я и сам ничего тебе не могу сказать, – расхохотался Змеев, – совсем ничего! В книгах Кастанеды про это не рассказывается. Седьмые врата там только упоминаются, и то мимоходом. Могу лишь предположить, что преодоление этих врат должно означать обретение своей целостности и истинной свободы за пределами человеческой формы, что позволяет магу избежать «клюва Орла», а значит, и самой смерти. В этом и заключается конечная цель учения дона Хуана. Алексей Николаевич разочарованно крякнул и снова нервно посмотрел на часы. Он уже начинал опаздывать. До автобусной остановки теперь придется бежать, а не просто идти пешком. – Прости меня, Коль, но все это какая-то чушь. Ты мне лучше объясни, я что, действительно вступал в контакт со своим «высшим Я»? И что это в принципе было такое: душа, ангел-хранитель, Бог? Что означает этот контакт и как мне дальше поступить с игрой в казино? Оно… Он! Он сказал, что мой проигрыш – это некий шанс. В чем заключается этот шанс и как мне его использовать?! Вот зачем я к тебе пришел, а не чтобы выслушивать курс лекций по кастанедианству. – Ну, извини брат, – разразился хохотом Змеев, – здесь я тебе точно ничем помочь не смогу. Данное послание свыше (или чем там являлось это ночное откровение) предназначено исключительно тебе. Тебе и разбираться с ним. Тут ни я, ни какие-либо гадалки или толкователи тебе не помогут. Сам думай, сам ищи ответ. – Понятно! Что ж, спасибо и на этом. – Алексей Николаевич встал и, ворча, направился к выходу. – Только бы на автобус теперь не опоздать из-за этих твоих лекций. – Я тебе поражаюсь! – суетился вокруг него Змеев, подавая уходящему гостю пуховик и шапку. – С ним приключилось настолько невероятное, настолько грандиозное и важное мистическое событие, а он на работу боится опоздать, про рулетку какую-то думает! Ты вообще в себе, дядя? – В себе, в себе, – огрызнулся Барский, уже из подъезда, спускаясь бегом по лестнице. – Будет что новенького от «высшего Лёхи», – проорал ему вдогонку Змеев, перевешиваясь через перила, – обязательно забегай, рассказывай! Это самое главное, именно это! А не рулетка твоя… Последней фразы Алексей Николаевич уже не слышал. Выскочив из подъезда, он со вех ног понесся к автобусной остановке, придерживая рукой висящую на плече сумку и приговаривая, как заклинание: «Только бы не опоздать, только бы не опоздать!..» – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - From: "Bazer" Alex@rambler.ru Кому: dir@mail .ru Тема: RE: Работа в Сети Дата: 1 января 2003 г. 21:12 – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Здравствуйте! Хочу предложить Вам базы e-mail адресов для продвижения Ваших предложений в Интернет. Вот цены на базы e-mail адресов: ================================================================= Проверенные общие E-mail адреса по России: 1 Россия-общие: 50 000 адресов цена: 150 руб. 2 Россия-общие: 100 000 адресов цена: 295 руб. 3 Россия-общие: 150 000 адресов цена: 440 руб. 4 Россия-общие: 200 000 адресов цена: 585 руб. 5 Россия-общие: 250 000 адресов цена: 730 руб. 6 Россия-общие: 300 000 адресов цена: 820 руб. Другие базы: 7 Россия-Москва-Женщины: 13575 адресов цена: 900 руб. 8 Россия-Москва-Мужчины: 15095 адресов цена: 1000 руб. 9 Новая общая база по СНГ в размере 620 000 мейл адресов цена: 1200 руб. ================================================================= Возможна разбивка по доменам первого, второго и т. д. уровней. Вот классификатор интересов пользователей, по которым я могу собрать мейлы на заказ: Искусство; Автомобили; Коллекции; Компьютеры; Культура и Литература; Игры; Кино/телевидение; Музыка; Домашние животные/животные; Религия; Наука/технология; Навыки; Спорт; Веб проекты. Оплата любым удобным для Вас способом, также возможна показами сети RLE Classic 468x60 по цене $0.08 за 1000 показов. С уважением Алекс. mailto:Alex@rambler.ru ICQ: 137753052 – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - Приняв смену, Алексей Николаевич, как обычно, переоделся в рабочий комбинезон, поставил чайник на плитку и, пока тот разогревался, быстренько заполнил сменный журнал. Напарник его до сих пор не пришел, и каким-то внутренним чутьем Барский понимал, что ждать его сегодня вовсе не стоит. Всякий раз, когда их ночная смена приходилась на первые числа января, Гоша почему-то думал, что выходить на работу ему не обязательно, что работа прекрасно обойдется без него. Пить в новогодние праздники Гоша предпочитал дома. Впрочем, сегодня Алексей Николаевич был даже рад этому. Сегодня он хотел побыть один, в тишине и покое, без очередного карнавального шоу, которое непременно устроил бы его шебутной напарник при неизменном участии группы поддержки в виде братьев-слесарей. Все его существо трепетало, предчувствуя нечто важное. Трудно выразить это чувство словами, но он пребывал в каком-то аномально возбужденном состоянии, в непривычно приподнятом настроении. Мозг судорожно пытался решить загадку, брошенную в его сознание Лайтом, словно семечко в увлажненную теплую почву. Семечко это необычайно быстро начинало прорастать, и вот-вот должен был показаться наружу первый зеленый побег. Вот-вот судорожная работа мозга должна была начать генерировать вполне конкретные мысли, идеи, гипотезы. «Итак, что мы имеем на данный момент? – рассуждал он, нарезая круги вокруг монотонно работающего котла. – У меня есть методика по системному обыгрыванию рулетки. Методика рабочая, с четким теоретическим фундаментом, проверенная на практике и продемонстрировавшая свою полную состоятельность. Однако в само казино меня не пускают, и воспользоваться этой методикой я не могу. Попытка перенести систему игры в Интернет, в виртуальное онлайн-казино, с треском провалилась. Скрипты, видишь ли, какие-то у них в программе стоят! Так что же делать, как еще можно заработать на данной системе игры? Причем желательно заработать именно в Интернете, так как поездка в другой город, чтобы поиграть в их казино, явно не выход. У меня банально нет сейчас на это ни денег, ни возможности. Да и снова там все повторится в точности, как было у нас. Что же делать и как-таки заработать на этой, безусловно, просто шикарной системе?..» Прекратив бегать вокруг котла, Алексей Николаевич взял кружку с уже хорошо заварившимся черным чаем и, широко распахнув дверь котельной, вышел на улицу. Глядя на темное, усыпанное звездами морозное небо, он мысленно пытался перечислить все те «способы заработка» в Сети, которыми он уже занимался и от которых в итоге пришлось отказаться либо ввиду их полной несостоятельности, либо из-за совершенно несоразмерного соотношения заработка и затраченных на это усилий. Он прошел практически все известные на текущий момент пирамиды: «Golden Stream», «N.A.T.L.A.», «6 х 6» и кучу других. Он перекликал столько баннеров и пересмотрел столько «оплачиваемой» рекламы, что до сих пор вся эта ерунда снится ему по ночам. Он горбатился на спонсоров и пробовал заработать на партнерских программах. Не имея ни опыта, ни отчетливого представления о том, как можно зарабатывать в Интернете, он с жадностью набрасывался на каждое новое предложение и пробовал себя в самых разнообразных интернет-авантюрах. Вкладывал последние деньги во что попало и либо терял их, либо после титанических усилий и массы потраченного времени с трудом возвращал обратно свои гроши, не заработав сверх того ни копейки! «Нельзя сказать, что я зря потратил свое время и свои деньги, – решительно резюмировал весь негативный опыт Барский. – Я искал! Я пробовал и учился! Я набирался опыта! И пусть все мои попытки заработать в Сети были «пустышками», теперь я знаю,как НЕ надо делать. Я узнал методы, следуя которым, мечту зарабатывать в Интернете никогда не осуществить. И это знание стоило потраченных денег и усилий. Пришло время двигаться дальше. Большинство людей только думают и мечтают, но никогда не решаются предпринять какие-либо действия для осуществления своей мечты. Если ты что-то делаешь, то неизбежно допускаешь ошибки, а мы в основном учимся именно на ошибках. Ничему серьезному и важному нельзя научиться, занимаясь пустым теоретизированием, опасаясь предпринять какое-либо решительное действие и боясь «прогореть» или остаться в дураках. Победители не боятся проигрывать. Неудача – это часть дороги к успеху. Люди, избегающие неудач, избегают и успехов. Более того, в бизнесе преуспевают не умные, а храбрые!..» Приостановив поток своих мысленных рассуждений, так как совершенно замерз, а чай в кружке кончился, Алексей Николаевич вернулся внутрь теплой котельной. Сбегал проверить деаэратор, посмотрел манометры системы отопления и сверил показания термометров на подаче и обратке с висевшей тут же на стене таблицей. Подморозило в ночь весьма существенно, а значит, следовало бы немного повысить уровень тепла в системе. Он слегка подкрутил подающую паровую задвижку на бойлере, после чего сполоснул в туалете руки и, вернувшись за операторский стол, продолжил думать. «То, что очень многие люди в Сети сколачивают себе целые состояния, это факт, не подлежащий сомнению, – постулировал Барский. – Но кто они?! Огромные корпорации, уже имеющие миллионы долларов, которые свободно могут инвестировать в высокие технологии ради извлечения прибыли. Крупные бизнесмены, владеющие раскрученными интернет-магазинами типа “Ozon’а” и имеющие возможность вкладывать сотни тысяч долларов в дальнейшую раскрутку и рекламу, имеющие в своем распоряжении целый штат программистов, веб-мастеров, маркетологов, бухгалтеров, юристов и прочих сотрудников. Наконец, просто предприятия и фирмы, использующие Интернет для расширения сферы ведения своего бизнеса. Но что могу сделать для заработка лично я – мелкая сошка, не обладающая ни стартовым капиталом, ни специфическими знаниями, ни нужными навыками?..» Закурив сигарету, Алексей Николаевич откинулся на спинку дивана и выпустил несколько дымных колечек. Сначала он сотворил самое большое и жирное кольцо. Затем выпустил сквозь него кольцо поменьше и наконец, еще раз крепко затянувшись, выстрелил совсем маленьким, очень плотным колечком. Удивительно, но это последнее кольцо идеально прошло сквозь два предыдущих и замерло. Теперь перед его глазами висела совершенно фантасмагорическая картина: три дымных кольца, четких и плотных, вращающихся и выворачивающихся наизнанку, образующих единую композицию. Барский восхищенно замер. Сколько ни пытался он раньше сделать нечто подобное, ничего у него не получалось. Кольца то ломались сразу же, едва он выпускал их, то натыкались одно на другое, а то и вовсе попадали в сквозящие воздушные потоки, превращаясь из-за этого в обычное дымное облако. И вот,это произошло! Прямо над операторским столом висели три четких дымных колечка, одно в другом, и при этом они вращались против часовой стрелки, словно…Колесо рулетки !.. – Стоп! – Барский вскочил! На несколько секунд все мысли в его голове замерли. Не исчезли, не затухли и растворились, как это происходило при медитации, а именно замерли. Повисли, подобно вертящимся над столом дымным кольцам, но при этом не пропали в небытие, а сохраняли свою предметность, оставаясь на уровне живых мыслеформ. Мир вокруг него тоже словно бы замер, но уже в следующее мгновение все это прекратилось, разорванное в клочья яркой ментальной вспышкой. – Есть! – заорал он в голос на всю котельную, перекрикивая даже гул работающего котла (мирно спящий у горелки кот вскочил и дико вытаращился на него круглыми зелеными глазищами). – Вот оно!Я напишу «мануал» о том, как обыгрывать казино в рулетку, и буду продавать это в виде электронной книги через Интернет! (Кот зевнул, потянулся, изогнув спину, и, мякнув что-то презрительное на своем кошачьем языке, снова свернулся калачиком.) Идея предстала перед ним такой яркой и четкой, она казалась настолько эффектной и в то же самое время красивой и простой, что теперь он просто недоумевал, как же она не пришла ему в голову раньше?! Сразу же, едва Лайт изрек ему «обрати свой проигрыш в выигрыш » или, как он там выразился дословно, уже и не вспомнить. Не важно! Важно то, что вот она, птица счастья, вот он, шанс заработать на рулетке, пусть и таким окольным путем. Алексей Николаевич засмеялся и снова принялся нарезать круги вокруг котла, так как сидеть на месте просто не мог. Его буквально распирало изнутри. Энергия в нем бурлила и требовала выхода. Казалось, еще чуть-чуть, и он просто лопнет, как взлетевший слишком высоко аэростат. Чтобы хоть немого успокоиться, он снова выскочил на улицу, на мороз. С неба вдруг повалили жирные снежные хлопья, и он увидел в этом очень добрый знак. – Я разгадал твой ребус! – заорал он в мутное, сыплющее снегом небо, широко раскинув в стороны руки и запрокинув голову. – Я понял, что ты имел в виду. И можешь не сомневаться, я сделаю это! Если Сеть – это место, где плавают баксы, я научусь вылавливать эти баксы из Сети! Все свои выходные Барский посвятил работе над книгой. Это была самая маленькая из когда-либо написанных им книг, всего на три десятка страниц. Даже не книга, а так, брошюрка. Он подробно изложил суть метода мартингейла. Объяснил, почему и как «классический мартингейл» нивелируется правилами казино (за счет установки минимально и максимально допустимой ставок). Выдал методику, позволяющую обходить данное ограничение, пафосно назвав ее «мартингейл после n-го количества повторов». Подробно рассказал о необходимости предварительного мониторинга конкретного игорного стола с целью сбора статистических данных о случающихся повторах выпадения черного или красного на конкретно данной рулетке. Не забыл упомянуть о том, что играть можно только при достаточно плотном количестве игроков и ни в коем случае не делать ставки, когда игроков мало. Рассказал про особые навыки крупье и специфику их работы. В заключение дал понять, что играть (и выигрывать!) нужно лишь время от времени, желательно чередуя разные казино, а не ходить каждый день в одно и то же заведение, как на работу. И, конечно же, предостерег от игры в онлайн-казино, объяснив причину и сделав акцент на том, что методика его предназначена исключительно для игры в казино реальных, физических. Словом, вывалил на этих тридцати с небольшим страницах абсолютно все, чем поделился с ним Ныш. Почти все свои предыдущие произведения Алексей Николаевич писал изначально в черновом виде и лишь затем, путем многократных вычиток и бесконечных правок, доводил их до состояния чистовика. Можно сказать, что любое его произведение рождалось в муках. Он буквально заставлял себя писать, хочет он того или нет, выступая одновременно и в роли надсмотрщика, и в роли заключенного, которому необходимо выполнить ненавистную для него работу. Причем писал он, как правило, на смене, в котельной, так как дома всегда находились тысячи всевозможных соблазнов, отвлекающих его от рабочего процесса и уводящих в сторону тех или иных развлечений. Обычно творческий процесс выглядел следующим образом. Приняв смену и отослав напарника спать (если дело было ночью и Гоша не пьянствовал) или играть в домино со слесарями (когда смена приходилась на светлое время суток), Барский усаживался за стол, доставал стопку тетрадных листов в клеточку, брал в руки шариковую ручку, после чего… После чего порывисто вставал и бежал заваривать чай. В самом деле, какая может быть работа без чашки крепкого индийского чая?! Далее начиналось самое трудное. Алексей Николаевич, покончив с чаем и с десяток раз обойдя в глубокой задумчивости вокруг рокочущего котла, решительно возвращался на свое рабочее место. Со стороны это выглядело так, словно кто-то невидимый(…«высший Леха»?..) брал его за шиворот и силком подтаскивал к столу. Первый абзац составлялся довольно легко. Затем порыв вдохновения иссякал и, чтобы собраться с мыслями, Алексей Николаевич закуривал сигаретку. В клубах голубоватого табачного дыма рождался второй абзац. Потом он бежал в туалет, на ходу формулируя и отшлифовывая очередное предложение. Потом снова закуривал. Потом пил чай или закусывал, опять же ни на мгновение не переставая размышлять над сутью и формой рождаемого им произведения. Каждая новая сигарета сопровождалась интенсивной беготней вокруг котла. Когда, ближе к середине смены, пачка заканчивалась, а пепельница была полна окурков, Алексей Николаевич в полном изнеможении выходил на улицу, чтобы отдышаться, прийти в себя и окончательно спуститься с литературных вершин, где он все еще находился, на грешную землю. Остаток смены он проводил, лениво перечитывая написанное и с чувством глубочайшего удовлетворения внося в текст разного рода правки. Все, что ему оставалось сделать дома, это перенести мелкие, написанные от руки каракули в компьютер, где они превращались в красивые типографские буквы, отформатированные абзацы и скомпонованные по всем правилам верстки страницы. Само собой разумеется, что и в процессе набора не обходилось без стилистической правки. Таким образом, придуманный, написанный, несколько раз перечитанный и исправленный, затем набранный и снова исправленный текст приобретал более или менее законченный вид. Если в нем что-либо еще и надлежало исправить, то только отдельные слова или фразы, не более. А к этой ответственной работе он приступал не раньше, чем будет закончена вся рукопись от первой и до последней страницы. С учетом выходных дней (и, соответственно, перерывов в работе) на написание первичного черновика (например, повести) объемом в тридцать-сорок страниц у Барского уходило не менее месяца, а то и двух. В этот же раз все происходило совершенно иначе. Во-первых, Алексей Николаевич писал дома, а не в котельной. Само по себе это уже было из ряда вон выходящим событием. Во-вторых, он с самого начала уселся за компьютер, минуя стандартную для него фазу написания черновика от руки. И, наконец, в-третьих, не было вообще никакого черновика как такового. Барский сразу писал чистовик, словно бы текст ему кто-то надиктовывал(…«высший Лёха»?..) , а не он сам вытуживал его из себя, подобно роженице, вытуживающей младенца. Таким образом, вместо месяца или двух вся работа была выполнена им всего за два выходных дня. Вечером третьего января Алексей Николаевич поставил финальную точку, щелкнул на клавиатуре Shift + F12 и откинулся на спинку кресла. Книга была полностью завершена. Личный рекорд, однако! Быстро поужинав, он вернулся за компьютер, перечитал все произведение от и до, с удивлением обнаружив, что править в нем нечего. Текст получился идеальным. – Итак, первый шаг сделан, – произнес он вслух, подходя к окну и закуривая сигарету (первую за сегодняшний день). – Что дальше?.. Удивительно, но в голове тут же родился ответ. Перед его внутренним взором как будто бы кто-то(…Лайт?!.) развернул пергамент с изложенным на нем четким планом последующих действий. Он отчетливо понимал всю алгоритмику дальнейшего процесса. Написать хороший рекламный текст, выложить его в Интернет в виде сайта, после чего замутить широкомасштабную рекламную кампанию по привлечению на этот сайт трафика, то есть – посетителей. Словом, проделать все то, что он уже не раз и так проделывал, привлекая людей (как партнер) в чужие проекты, разные МЛМ-пирамиды и тому подобную хрень. С той лишь разницей, что теперь он будет привлекать потенциальных клиентов не в чужие, ав свой собственный проект . В проект по продаже написанной им собственноручно электронной книги. «Господи, ну почему же я не додумался до этого раньше? – с каким-то внутренним восторженным трепетом думал он, затягиваясь, стряхивая пепел в стоявшую на подоконнике чашечку и глядя на зимний, сияющий огнями город внизу. – Какие, к черту, издатели, когда к моим услугам есть Интернет! Когда я все могу сделать сам от начала и до конца. Сам написал книгу, сам буду ее продавать, сам получу все сто процентов прибыли с этих продаж. И ни от кого не буду при этом зависеть. Почему же эта банальная, простейшая идея не осенила меня прежде?!.» Ночью он долго ворочался и никак не мог заснуть. В голову лезли миллионы мыслей, идей, образов. Алексей Николаевич буквально физически ощущал, как процессы возбуждения в коре его головного мозга доминируют над процессами торможения. Он очень хотел испытать этой ночью очередной осознанный сон и, если повезет, возможно, даже снова встретиться с Лайтом. Но чем больше он этого хотел, тем сильнее возбуждался и не мог не только попасть в ОС, но и просто заснуть. В итоге он сам не заметил, как отключился ближе к четырем или пяти часам утра, провалившись в тяжелый сон без каких-либо сновидений. А уже в семь утра его поднял будильник. Было нужно вставать, собираться и топать на очередную дневную смену в котельную. – Ну ничего, вот начну зарабатывать на продаже своей книги в Сети и нахрен уволюсь из этой чертовой кочегарки! – сердито бормотал он себе под нос на остановке, кутаясь от мороза и притопывая ногами в ожидании нужного автобуса. – Буду тогда и ложиться и просыпаться, когда захочу, а не тогда, когда это надо моему работодателю… Войдя в котельную, Алексей Николаевич с удивлением обнаружил там Гошу. Тот уже принял дежурство, отпустил предыдущую смену домой, а сам восседал за операторским столом, заполняя журнал. Перед ним стояла большая дымящаяся кружка с чифиром, вид у него был достаточно помятый. – Ну ни фига ж себе! – удивленно воскликнул Барский. – Наверное, сегодня дождь пойдет или подснежники распустятся, если его величество Георгий Петрович соизволили явиться на работу вовремя. Он отметил про себя, что, помимо всего прочего, сменщик был трезв, хотя и мучился жутким похмельем. Это было тем необычнее, что смена сегодня пусть и дневная, но выпадала на выходной праздничный день. На предприятии отсутствовало как начальство, так и основной персонал. А значит, ничто не мешало Гоше либо уже начать потихонечку похмеляться, «поправляя здоровье», либо и вовсе банальнопродолжать давно начатую новогоднюю пьянку. Но вопреки всему тот не пил. Страдал, пытался лечиться крепко заваренным чаем, но спиртное не употреблял! – Отвали, Николаич, без тебя тошно, – злобно огрызнулся Георгий. – А ничего, что всю предыдущую смену я один отпахал, прикрывая вашу пьяную задницу?! – мягко напомнил Алексей Николаевич своему в конец оборзевшему коллеге. – Отпахал и отпахал, молодец. Теперь вот я пришел раньше. Если хочешь, могу тебя сегодня домой отпустить, будем квиты. Такой поворот еще больше удивил Барского. Разумеется, никуда он уходить не стал, а, быстренько переодевшись в рабочее, заварив чайку и себе тоже, подсел к операторскому столу. Мягко пихнул Гошу в бок и уже совсем миролюбиво поинтересовался: – Дома проблемы, что ли? – Не то слово! Вчера с женой сцепились, я ей морду расквасил, а она собрала манатки и к теще свалила. Обещала после праздников на развод подать. Он страдальчески отхлебнул чифира из кружки, поморщился, всем видом показывая, что предпочел бы сейчас совершенно иной напиток. – Эх, завязывал бы ты совсем, – искренне посоветовал Барский. – Все проблемы в нашей жизни именно от бухла, уж поверь мне. Я вот уже несколько месяцев ни капли в рот не брал, и знаешь, не жалею. Жизнь налаживаться стала, перспективы какие-никакие на горизонте обозначились. – Ага, перспективы, – злобно съязвил Гоша. – Сначала квартиру пропил, а теперь перспективы… Он осекся и замолчал, сообразив, что сболтнул лишнего. – Не переживай, друг, – не менее язвительно отреагировал Барский, – ты вот теперь без жены останешься. Глядишь, тоже бухать бросишь. Разговор не клеился, оба это понимали. Поэтому Гоша молча встал и, прихватив свою кружку с чифиром, удалился в темноту бойлерной. Может быть, чтобы завалиться спать в раздевалке, а может, что более вероятно, намереваясь черным ходом пройти в слесарку, к своим друзьям слесарям, надеясь в их лице обрести сопереживающую, а не читающую нравоучения компанию. Оставшись наконец один, Алексей Николаевич достал стопку бумажных листов, ручку и принялся сочинять текст для своего будущего сайта-продажника. Задача рекламы не донести до потенциального покупателя объективную информацию о предлагаемом товаре. Реклама должна напрочь вырубать критическое мышление, одновременно с этим по максимуму пробуждая в клиенте эмоции, желание заполучить рекламируемый товар во что бы то ни стало. Барский прекрасно это понимал и потому начал составлять текст именно в этом ключе. Для начала он красочно и очень ярко, используя на максимум силу своего писательского таланта и всю мощь художественного инструментария, описал их поход с Нышем в казино. Повествование он вел от первого лица, хотя реальных имен, разумеется, не использовал. Получилось нечто вроде мини-рассказика, в котором он, впервые попавший в игорное заведение молодой человек, наблюдал за игрой на рулетке великого мастера. Он насыщал свой текст эмоциями, насколько это было возможно. Выходило так, что Ныш представал перед читателем в образе самого настоящего волшебника. Мага рулетки, делавшего свои редкие ставки, но неизменно срывавшего куш. Далее было нужно сделать переход к тому, как и почему этот мастер рулеточного колеса вдруг решил поделиться своим секретом с наивным молодым человеком, наблюдавшим за его игрой. Причем обосновать это требовалось максимально правдоподобно, чтобы у читающего текст не возникло и тени сомнения в искренности рассказчика и правдоподобности сюжета. А вот на этом месте Алексей Николаевич серьезно завис. Ему почему-то вспомнилась «Пиковая дама», и далее образы стали крутиться именно вокруг созданного Пушкиным сюжета. Его герой крадется по темным улицам за «магом рулетки», затем обманом проникает в его дом и, подобно Германну, начинает угрожать (…старой графине… ) тому пистолетом, требуя раскрыть тайну выигрыша на рулетке. Само собой разумеется, что это никуда не годилось! Барский скомкал исписанный лист и бросил его в ящичек для растопки котла. Вскочил, несколько раз пробежался по котельной туда-сюда, уселся на прежнее место и закурил. Увы, но нельзя было и честно описать, как они с Нышем спустились после игры в ресторан, где тот за бокалом алкогольного коктейля выболтал ему все свои тайны. Во-первых, в этом не было ничего сакрального, во-вторых, это полностью уничтожало уже созданный образ «Великого Мага», низводя его до уровня какого-то болтливого алкоголика, а в-третьих… Впрочем, не важно. Не годится эта история для хорошей рекламы, и все тут! Нужно изобрести нечто более цепляющее, шокирующее, завораживающее и вместе с тем –правдоподобное . «Ладно, придумаю и напишу этот момент позже, – решил Алексей Николаевич. – А пока меня прет, пока не иссякло вдохновение, перейду к следующему смысловому блоку». Он заглянул в листик с составленным еще дома кратким планом текста для продающего сайта. Итак, после завораживающей истории, которая должна (по его задумке) втягивать читающего текст в само повествование, пробудить в нем интерес и простимулировать читать дальше, следует растопить между ним и потенциальным клиентом лед недоверия и скепсиса. Для этого необходимо вкратце, не раскрывая самой сути методики, не выдавая ее главных секретов и ноу-хау, объяснить основной механизм работы системы. «То есть, – рассуждал Алексей Николаевич, – мы рассказываем про и так известный многим(…или не совсем известный, и не очень-то многим, не важно!..) метод мартингейла (как бы обезоруживая тем самым скептически настроенного читателя своей открытостью и искренностью), после чего с прискорбием сообщаем, что вся беда заключается именно в том, что нам с вами не дадут применить на практике столь блестящий способ обмана казино». Он задумчиво посмотрел в потолок, перевел взгляд на зализывающегося кота, затем и вовсе закрыл глаза. «Далее я расскажу о том, что у меня есть-таки работающая методика, – продолжал рассуждать Барский, – потом дамобоснование (!), почему я решил поделиться ей с окружающими. Ну и в самом конце, когда(…потенциальная жертва…) потенциальный клиент будет совсем тепленьким и беззащитным, как раскрытая устрица, я сообщу ему стоимость книги, способы оплаты и реквизиты. Финальным аккордом будет информация о том, что предложение ограничено по времени, что уже через несколько часов (или дней) я прекращу продажу своей чудо-методики, дабы не наплодить слишком много конкурентов и не девальвировать саму систему игры. Это будет подобно тому, как рыбак подсекает уже клюнувшую рыбку, не позволяя ей сорваться с крючка!..» Он коварно потер ладошки и уже схватился было за ручку, чтобы продолжить строчить свой «киллер-текст», как дверь котельной распахнулась и внутрь ввалился Гоша. Все такой же хмурый, опухший и похмельный, но уже без своей громадной кружки чифира. Слава богу, что один, без команды сопровождения в виде братьев-татар. Очевидно, общение со слесарями у него тоже не заладилось, вот он и вернулся, справедливо посчитав, что выклевывать мозг одному Барскому проще и безопаснее, чем двоим братьям. Стиснув зубы и закатив глаза, Алексей Николаевич положил ручку на стол и перевел хмурый взор на своего напарника. Тот как ни в чем не бывало подковылял к операторскому диванчику, уселся на него и, явно нацеливаясь на долгий разговор, поинтересовался: – Все строчишь? Новый романчик, что ли? О чем хоть пишешь-то? Вопросы так и сыпались из него. При этом было не совсем понятно, ожидает ли он внятных ответов на них или же использует просто в качестве предлога для того, чтобы завязать разговор, а затем перейти к длительному монологу и излиянию скопившейся у него внутри душевной боли. – Да вот, книжку недавно написал про то, как выигрывать в казино, – нехотя отозвался Алексей Николаевич, – а теперь пишу рекламный текст для нее. – Выигрывать в казино?! – искренне удивился Гоша. – А казино разве для того открывают, чтобы в них выигрывали? Я всегда думал, что казино организуют, чтобы люди там деньги проигрывали, а не наоборот. – Все так, – согласился несколько удивленный таким ответом Алексей Николаевич, – но есть методики, позволяющие взломать систему и не проигрывать, а именно выигрывать. – Это как это? – искренне заинтересовался Гоша. Вздохнув, Барский вкратце рассказал напарнику суть методики. Тот слушал очень внимательно, хотя и не без некоторого скепсиса. Не перебивал. А когда рассказ был закончен, осторожно спросил: – И ты сам эту хрень испытал в деле? Сам выигрывал на рулетке? – Конечно! – с пафосом отозвался Барский. – Ну и зачем тогда рассказывать про такую «волшебную палочку» всем остальным? – недоуменно воскликнул Георгий. – Помалкивал бы в тряпочку да пощипывал бы денежку, зачем палить контору-то? Не понимаю! Алексей Николаевич немного смутился. – Дело в том, что меня уже спалили на системной игре, – начал оправдываться он. – Кроме того, у меня ж сейчас нет ни прописки, ни жилья собственного. Официально я как бы бомж. Вот меня и внесли в черный список и теперь не пускают ни в одно казино города. – А! То есть это ты так решил отомстить казиношникам, рассказав всем, как их можно нахлобучивать? – заржал Гоша. – Опасный ты тип, Николаич. Злопамятный и коварный! – Да нет же, – совсем растерялся Барский, – никому я не собираюсь мстить. Просто, если уж меня не пускают в казино, я решил заработать, продавая саму методику игры. Продавая книгу про то, как можно обыграть рулетку. Просветлевшее было лицо Георгия, снова скуксилось, приняв скептическую гримасу. – Тогда, ты уж меня извини, все это фигня на постном масле. – Он разочарованно махнул рукой. – Тебя ж никто нигде не печатает, как ты заработаешь-то на этой своей книжке? Опять начнешь бегать по издательствам, откуда тебя все посылают на хер? А толку? – Да нет же, – снова повторил Алексей Николаевич, – никуда я не собираюсь бегать! Книга электронная, я буду продавать ее сам, через Интернет. По десять баксов за копию. При этих словах глаза Георгия расширились и он стал похож на большую похмельную сову. То ли он не совсем внятно представлял себе, что такое за зверь этот Интернет, то ли сама идея, что за какую-то электронную хрень кто-то будет готов заплатить реальные деньги, показалась ему в высшей степени абсурдной. Как бы там ни было, он пошевелил своими пышными усищами, словно хищное насекомое жвалами, после чего выдал: – Дядя Лёша, ты в своем уме? В Интернете все бесплатно лежит. Люди платят за сам вход в эту «кладовую знаний». Какой дурак будет тебе платить еще и за то, чтобы чего-то там внутри за отдельные деньги брать? – Он откинулся на спинку дивана и так захохотал, что весь диванчик затрясся. – Продавать электронные книжки в Интернете – это все равно, как если бы ты попытался продавать в Советском Союзе обычную питьевую воду. Ну кто в совке стал бы платить тебе за воду, когда она бесплатно из крана в любой квартире течет?! Или в любой колонке на улице… Алексей Николаевич совершенно опешил и даже немного расстроился. Ему и в голову не приходило взглянуть на свою затею под таким необычным углом. А между тем некое зерно здравого смысла в рассуждениях его язвительного напарника (…мудры они, эти корифеи… ) явно присутствовало. Барский представил себе реакцию советского человека, которому предложили бы купить бутылку обычной воды. Той самой, как верно заметил Гоша, что и так совершенно бесплатно, то есть – даром, течет из-под крана. Не газированной (стакан воды с газом стоил тогда одну копейку), не минеральной (стакан минералки оценивался порядка пяти копеек), а именно простой питьевой воды. За подобное предложение вас подняли бы на смех или просто покрутили бы пальцем у виска: какой смысл покупать то, что и так доступно на каждом углу и в каждой квартиребесплатно ?! – Ты думаешь?.. – Барский поник. – Хы, конечно! – Гоша так и подался вперед, многозначительно (…я тебя полюбил, я тебя научу… ) поднимая вверх указательный палец. – Интернет – это кладовая знаний. А знания должны раздаваться бесплатно. Ты бы еще додумался в библиотеке за книжки денег просить. Он снова заржал. Настроение у него улучшилось, похмелье отпускало. «А ведь, пожалуй, он прав, – с грустью подумал Алексей Николаевич. – Большинство людей именно так и рассуждает. Заплатив за доступ в Сеть (а стоит это для многих не так уж и дешево), среднестатистический рунетчик твердо уверен, что это и есть плата за все то, что он обнаружит на просторах Сети. Само предложениекупить , например, компьютерную программу вызывает у большинства пользователей Рунета целый спектр негативных чувств – от легкого недоумения до раздражения и даже лютой ненависти в адрес “наглого барыги”. А тут я с диким требованием платы даже не за программу, а за какую-то книжку. Ну ладно бы еще бумажная книга была, там бумага каких-никаких денег стоит, краска, специальное оборудование нужно для ее изготовления. А тут-то что? Клепай хоть миллион “е-буков”, все равно ж себестоимость каждой такой копии равна нулю. Об авторском праве, о том, что в электронные книги, музыку, фильмы и т. д. и т. п. их создатели вкладывали свое время и силы, сетевые потребители и думать не хотят. По их мнению, все в Сети должно быть “на шару”, бесплатно…» Ему стало так грустно и больно на душе, что на глаза навернулись слезы. «Это что же получается, опять я в пролете? Очередная “гениальная идея” рушится на глазах, оказавшись карточным домиком, замком на песке? Ну и что же мне тогда делать дальше?.. Хотя… – он попытался взять себя в руки и отогнать прочь эти упаднические настроения. – Хотя чего это я расклеился-то раньше времени? Я же буду продавать не просто книгу. Я буду продавать “секретную методику”,мечту ! Нечто такое, что должно будет принести купившему ее в несколько раз больше денег, чем он заплатит за мою систему! К черту панику! Практика – вот критерий истины. Начну продажи, попробую, тогда и можно будет анализировать результат. А хлестать себя сейчас ушами по щекам – дело пустое и неблагодарное». – Ты мне лучше вот что скажи, – обратился он к напарнику, желая переменить тему, – сколько тебе для полного счастья нужно денег? – В смысле? – опешил Гоша от столь резкого перехода. – Вообще или в месяц? – Ну, пусть будет в месяц. – Тысячу баксов, – без колебаний ответил тот, словно только и ждал подобного вопроса. – Можно рублями, тогда тридцать тысяч. – Нехило ты губу раскатал! – засмеялся в свою очередь теперь уже Барский. – А изоленты моток в придачу не желаешь? – Какой еще изоленты, – не понял напарник. – Синей, чтоб харю перематывать, когда она треснет. Посмеялись. – А чего вдруг такие вопросы? – Гоша подозрительно прищурился. – Да так, просто… – отмахнулся Барский и вдруг совершенно для себя неожиданно вывалил: – Это, получается, нужно продавать по сто копий книги в месяц, ценой в десять баксов за штуку, как я и планировал. То есть всего-то по три-четыре копии книги в сутки. – Ни одной копии вообще не продашь! – с неожиданной злобой сказал, как отрезал, Георгий. – Хочешь, могу с тобой на что угодно забиться. Давай пари?!. – Не-не, никаких пари! – отшутился Алексей Николаевич. – Как говорил мой покойный батюшка: кто спорит, тот говна не стоит. – Вот видишь! – торжествующе подытожил Гоша. – Ты сам прекрасно понимаешь, что хрен кто у тебя твою книжку в Интернете купит. – Пусть так, тебе-то что с того? – Да ничего, просто я за правду. За истину! – Вот попробую на деле, тогда и узнаем истину. А сейчас пойди-ка ты к своим слесарям в домино играть. Мне работать нужно над текстом для сайта. Отвлекаешь! Саркастически хмыкнув на прощание, Гоша помчался обратно в слесарку. Причем, похоже, помчался с радостью. Делиться забавной новостью со своими друганами. «Все им сейчас расскажет, – подумал Барский, – посмакует, переврет. Затем они вместе начнут мне косточки перемывать, юморить и глумиться. Ну и хрен с ними!» И, снова взявшись за ручку, он углубился в работу. Работал Алексей Николаевич настолько самозабвенно, что не стал прерываться даже для того, чтобы пообедать. Он заполнял текстом один лист за другим. Останавливался, перечитывал, вымарывал, правил и дополнял. Как и в случае с написанием самой книги, текст для сайта вдруг потек из его сознания легко и интенсивно. Он не вскакивал и не бегал вокруг котла, не отлучался за чаем, не посещал туалет. Если и курил, то прямо здесь, за столом, не отрываясь от писанины. Наконец, ближе к пяти часам вечера, поставил последнюю точку и с чувством глубочайшего удовлетворения откинулся на спинку дивана. – Черт побери! – восторженно произнес он вслух. – Это самый крутой, самый гениальный «роман» из когда-либо мною написанных! И будь я проклят, если «гонорар» за него не составит хотя бы тысячи долларов… В этот момент дверь в котельную с треском распахнулась, внутрь ввалилась дружная троица: Гоша и сопровождавшие его два брата-акробата. Они были изрядно навеселе, а с собой приволокли еще не до конца выпитую банку мутного самогона. Громко смеялись, шутили над Алексеем Николаевичем, умоляли не покидать их и не увольняться из котельной, когда он станет миллионером. Барский не реагировал. Молча собрал все свои исписанные листы и удалился вместе с ними наверх, предоставив операторский стол для продолжения гулянки веселой компании. Чем те тут же не преминули воспользоваться. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Microsoft Word – Для продающего сайта проекта «Рулетка». Фрагмент обоснования – почему столь прибыльная методика продается (Черновик) – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Но почему?!. Да, в самом деле! Почему это я вдруг решился продать столь прибыльное предприятие за какие-то жалкие десять долларов? Объясню по порядку. Этот метод изобрел мой близкий друг. Он играл по нему около трех лет. За этот срок на его счету скопилось более 50 000 $. Сумма, в которой он нуждался для того, чтобы оставить рулетку и начать играть по-крупному! Он и теперь играет. Вот только не в казино, а на валютной бирже FOREX. Здесь и теперь (FOREX) он может зарабатывать несравненно больше, чем несколько сотен долларов в день! Однако ему стало жалко просто так бросить то, что помогло ему стать тем, кем он является сейчас. И он раскрыл свою методику мне. Правда, с одним условием: как только я сам выиграю благодаря «системе» свои собственные 50 000 $, я должен буду оставить казино и больше никогда туда не ходить. Почему? Не знаю! Он – так решил. А я – дал слово своему другу! В прошлом месяце планка в 50 000 $ была мною взята. Больше, согласно данному слову, сам я играть на рулетке не могу. Но мне чертовски жалко просто так взять и похоронить столь гениальную методику игры! Я долго думал, что же мне делать? И вот на днях решил: я давал слово сам не играть, но не брал на себя обязательств не рассказывать об этой «системе» другим. Именно так возникла идея написать книгу и распространять ее через Интернет. – Отлично, – скажете вы, – но почему не даром? Охотно отвечу: по той простой причине, что нет ничего более пагубного, чем халява! Я не хочу, чтобы столь гениальная методика канула в небытие. Вы только подумайте, что будет, если толпы «халявщиков» ринутся бомбить казино? Правильно! Владельцы казино схватятся за голову, примут защитные меры, и уже через один-два месяца проект накроется медным тазом, так как владельцы игорных домов очень быстро найдут способ заблокировать нашу «систему». Кто от этого выиграет? Никто! Кроме владельцев казино… Ну и, конечно же, вынужден признаться честно, я сам желаю заработать еще и на продаже самой книги (денег, как известно, много не бывает). Кроме того, координаты всех, купивших программу, я буду заносить в базу данных своего компьютера и, возможно, через год-другой, когда и вы заработаете свои 50 000 $, я предложу вам пойти дальше – по стопам моего друга и, оставив рулетку, обратиться к трейдерству (игра на бирже), где заработки могут составлять уже сотни и тысячи долларов в день! Сам я сейчас активно осваиваю именно это направление – профессию валютного трейдера. Что такое 10 $ в переводе на наши деньги? Это чуть больше трехсот рублей. Всего 300 рублей! Если вы мечтаете получать сотни тысяч, но не в состоянии найти трехсот рублей стартового капитала, о чем вообще вести с вами речь?! Идите торговать семечками или работать на завод! Либо продолжайте искать халяву. 10 $ – это тот ценз, который отделит серьезно настроенных людей от «халявщиков» и перекроет дорогу последним в наш с вами проект, а также убережет методику от блокировки ее со стороны казино… – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Несколько следующих дней у Алексея Николаевича ушли на то, чтобы еще раз вычитать, отредактировать и довести до финала как текст самой книги, так и текст для сайта. Книгу он в итоге сохранил в защищенном PDF-формате, после чего закатал в запароленный RAR-архив. Сайт решил разместить на бесплатном хостинге «Народ.ру» по адресу http://www.roulette.narod.ru, куда залил и архив с книгой. Итак, все было готово. В ночь на Рождество сайт уже присутствовал во Всемирной паутине в виде полноправной ячейки глобальной сети Интернет. По идее, любой случайно попавший на него посетитель уже мог совершить покупку. Для этого было нужно перевести десять долларов на WMZ-кошелек Барского с примечанием «Рулетка», после чего – отправить письмо-уведомление о переводе на электронную почту Алексея Николаевича. В письме требовалось уточнить, с какого WM-кошелька совершен перевод (для идентификации покупателя и чтобы не запутаться в клиентах, когдаи если их будет очень много), после чего в течение двадцати четырех часов Барский обещал выслать обратным письмом ссылку на скачивание архива с книгой и пароль для распаковки архива. Но в том-то и заключалась главная проблема, что случайно попасть на сайт было практически невозможно. Сайт, просто брошенный в Сети, – мертвый сайт. Предстояла активная рекламная кампания по продвижению веб-странички. К счастью, все необходимое программное обеспечение и опыт этого дела у него уже имелись. Имелись также достаточно внушительные базы e-mail адресов, списки форумов, каталогов и электронных досок объявлений. Алексей Николаевич принялся за дело. Все свое свободное время теперь он размещал рекламные объявления на электронных досках: сначала вручную, затем – при помощи специальной программы. При помощи программ он также рассылал сотни электронных писем в сутки по имеющимся у него базам. Все это делалось легко и просто, в автоматическом режиме. А вот что касается форумов, там открывать новые темы и постить заманчивые предложения о свей чудо-методике приходилось исключительно вручную, так как программ для автоматического спама по форумам он так и не нашел. Причем на каждом втором форуме злые модераторы достаточно быстро удаляли его сообщения, а самого автора отправляли в бан. Приходилось регистрироваться заново, с нового e-mail’а, под новым никнеймом и все начинать сначала. Посещаемость сайта постепенно росла. Сначала это были десятки, затем сотни посетителей в сутки. Алексей Николаевич ежечасно заглядывал в свой WM-кипер и в специально выделенный для заказов почтовый ящик. Но, увы, ни оплат, ни подтверждающих заказы писем не было. Поначалу это его сильно удручало, но, помня свой предыдущий опыт работы в пирамидах и МЛМ-проектах, прекрасно понимая, что на раскачку требуется некоторое время, он не сдавался и спамил где только мог с удвоенной энергией. «Вода камень точит, – повторял он себе, – важен не результат, важен сам процесс движения к результату…» Первая продажа произошла примерно через неделю после начала активной рекламной кампании. Барский на всю оставшуюся жизнь запомнил этот момент. Стояла глубокая ночь. Он ненадолго отклеился от компьютера, чтобы перекурить. Подошел к окну и, запалив сигарету, как обычно, стал всматриваться в ночные огни города. Мысли его все еще оставались там, в Интернете. На одном из форумов в созданной им теме завязалась переписка – кто-то спросил, готов ли он дать гарантию, что предлагаемая методика действительно рабочая? Собственно, чтобы как следует обдумать ответ, Алексей Николаевич и решил сделать паузу, устроив перекур. И вот сейчас, глядя на ночной город, формулировал в голове ответ. Параллельно, совершенно механически, он наблюдал за тем, как пьяненький мужичок перебегал дорогу внизу, а вывернувший из-за поворота автомобиль резко затормозил, едва не сбив пьянчужку. Водитель злобно просигналил нерадивому пешеходу, и одновременно с этим за спиной Алексея Николаевича раздался звук WM-кипера. Это был так хорошо знакомый, ни с чем не сравнимый звук! Звук падающей и прыгающей по твердой поверхности монетки. Звук, оповещавший о том, что на WM-кошелек поступил денежный перевод. В первое мгновение Барский даже подумал, что это ему только показалось, а реальным был лишь звуковой сигнал автомобиля внизу. Но уже в следующую секунду он сорвался с места и бросился к компьютеру. Свернул все программы, рассылающие сообщения по доскам и почтовым ящикам, развернул из трея WM-кипер. Так и есть, это был перевод! Алексею Николаевичу кто-то прислал десять WMZ, в примечании значилось: «Рулетка». Сердце у него резко ускорилось и бешено заколотилось. Во рту пересохло, горло сдавило, в висках пульсировало. – Охренеть… – только и смог пробормотать он. – Я сделал это! Первая продажа!.. Он медленно вернулся обратно к окну, затушил в пепельнице окурок и тут же прикурил новую сигарету. Пустая улица, спящий город, темное звездное небо – все это теперь воспринималось совершенно иначе, чем прежде. Нет, конечно же, сам внешний мир оставался таким, как и был, изменилось именно еговосприятие . Изменилось что-то внутри него самого. Так чувствует себя победитель. Кто бы что ни говорил, но эта продажа, этапервая (и пока единственная) продажа, была, несомненно, его большой победой! «Если я смог заработать на своей книге десять баксов, – размышлял он, – значит, смогу заработать и сто, и тысячу! И даже… миллион!..» А дальше продажи начали сыпаться как из рога изобилия. До конца января Алексей Николаевич продал еще двадцать семь копий книги и заработал за месяц таким образом двести восемьдесят долларов. В рублях это выходило порядка восьми с половиной тысяч. Три его операторские зарплаты! Больше, чем у начальника котельной в месяц! Гоша, другие операторы и слесаря, конечно, не верили тому, что Барский им рассказывал, но подкалывать его на всякий случай перестали. Напротив, смотрели на него теперь уважительно и даже с некоторым подобострастием. Дескать, верить-то мы не верим, но все же кто его знает, а вдруг это все-таки правда?!. Из котельной Алексей Николаевич пока решил не увольняться, но купил себе новенький ноутбук и мог работать, даже находясь на смене. Вся жизнь его теперь делилась, по большому счету, на два базовых состояния – работа и сон. Поспав пять-шесть часов, все остальное время (за вычетом разве что времени на еду, дорогу в котельную и обратно, а также естественные нужды) он посвящал работе. Продолжал безостановочно писать на форумах, занимаясь саморекламой, отвечал там же на вопросы, развеивал сомнения. Вел активную переписку по электронной почте (так как много писем с вопросами стало приходить именно на e-mail). Продолжал активно спамить через специальные программы. Словом, вел боевые действия на всех доступных ему фронтах с максимальной силой. Шаг за шагом Алексей Николаевич пришел к пониманию, что на одном энтузиазме далеко не уедешь, и часть заработанного начал вкладывать в платную рекламу. Покупал «визиты» на специальных сервисах типа Visits.ru, Pilot.ru и им подобных, заказывал платную рекламу в чужих популярных e-mail-рассылках (параллельно открыв и несколько своих собственных, на «Субскрайбе» и «Мейл.ру»). Вкладывался в баннерную рекламу и даже заказал специалистам поисковую оптимизацию продающего сайта «Рулетки». Так в его финансовом балансе, помимо доходной, появилось и множество расходных статей. Пришлось вести нечто вроде собственной мини-бухгалтерии в программе Microsoft Excel. К началу лета егочистая прибыль составляла уже порядка трехсот – трехсот пятидесяти долларов в месяц. А поскольку деятельность велась исключительно в Интернете, регистрироваться в качестве «частного предпринимателя» Барский не считал нужным. Все равно для налоговиков Интернет остается совершенно непонятной диковинкой, экзотикой, в которую они нос свой боятся сунуть, да по большому счету и не догадываются, что отдельно взятые люди здесь потихонечку начинают колотить бабосики. «Потом, – отмахивался он, – зарегистрируюсь позже. Либо когда начну рубить от штуки бакинских в месяц, либо когда наша доблестная налоговая освоит Сеть и заинтересуется теми, кто здесь зарабатывает. Сейчас я и объяснить-то им внятно не смогу, чем занимаюсь и за что именно собрался платить налоги». Из всех тех, кому Алексей Николаевич рассказывал о своем новом увлечении, хобби, способе заработка, единственный, кто отнесся к нему с пониманием, был его старый закадычный друг Николай Петрович Змеев. Он не только не стал иронизировать и смеяться, не только не выразил никакого скепсиса, но, напротив, очень заинтересовался необычными финансовыми экспериментами Барского. С первых же дней всячески поддерживал его и живо расспрашивал, как у того идут дела, как развивается его необычный для российской глубинки бизнес. Они часто собирались вместе либо у Алексея Николаевича в комнатке, либо у Змеева дома (если тот оставался один). Несколько раз даже встретились поболтать в ресторане, чего раньше (…в своей прошлой жизни… ) Барский не мог себе позволить банально из-за хронического безденежья. Все долги перед другом он давно погасил в полном объеме и даже пытался всучить ему несколько сотен долларов «сверху» в качестве благодарности за столь длительно предоставляемую кредитную линию, но тот отказался. – С ума сошел, что ли?! – замахал он руками. – С друзей проценты берут только евреи, банкиры или законченные мерзавцы. Я (…московский студент, а не Шариков… ), как ты знаешь, не являюсь никем из вышеперечисленного. – Большое спасибо, профессор, – с улыбкой ответил Алексей Николаевич, убирая стодолларовые банкноты обратно в бумажник. – Приятно осознавать, что у меня естьтакие друзья. Настоящие друзья! Он рассказывал Змееву обо всем и во всех деталях. Как продвигает и рекламирует свою электронную книжку. Через какие сервисы привлекает посетителей на сайт. О чем его спрашивают на многочисленных интернет-форумах и что он на эти вопросы отвечает. Рассказывал, как растет или падает посещаемость сайта. Делился динамикой доходов и расходов. Советовался перед принятием тех или иных решений. И потому, когда в середине лета продажи вдруг резко пошли на спад, а чистая прибыль по итогам июля составила всего сто двенадцать долларов, Барский в панике позвонил Николаю Петровичу и предложил в ближайшие выходные устроить за городом «пикничок с шашлычками», посидеть на берегу пруда и поболтать на природе. – Я не понимаю, что происходит, – жаловался он своему другу, разгоняя специальной дощечкой дым над шкварчащими кусочками мяса, нанизанными на металлические шампуры. – Продажи упали почти втрое. И это при том, что расходы на рекламу и продвижение, напротив, я только увеличиваю! Колян, ты же не только профессор, ты еще и разными бизнесами занимался. Да и сейчас что-то такое, помимо университета, слегонца мутишь. В чем может быть дело? Как исправить ситуацию? – Лёшенька, приятель ты мой наивный, вот сколько тебя знаю, не перестаю удивляться, как в одном человеке могут уживаться глубокий аналитический ум и невероятная, почти детская непосредственность. Я бы даже сказал, наивность, – язвительно произнес Змеев, томно полулежащий в походном раскладном кресле. – Вот что мы сейчас с тобой делаем? – Что делаем? – не понял Барский. – Шашлык жарим. Пожарим – жрать его будем. – Верно! А как этот процесс называется? – Как называется? – продолжал тупить Алексей Николаевич. – Отдыхом он называется. Мы с тобой от-ды-ха-ем! Бросили все дела, ты вон свой Интернет даже оставил без присмотра. И уехали за город отдыхать. Так вот, ровно то же самое летом делает и подавляющее большинство людей. Лето, а особенно июль и август, – сезон традиционных отпусков. Не до Интернета сейчас людям, не до покупок твоей казиношной методики. Да и денежки свои они в это время более охотно на какую-нибудь путевку потратят или на поездку к морю дикарями, чем на приобретение сомнительных электронных книг. – Ты хочешь сказать, что это сезонное? – сообразил наконец Барский. – К гадалке не ходи. Уверен, что по итогам августа у тебя еще более глубокая просадка в продажах окажется. А вот с сентября и далее все начнет возвращаться на круги своя. И снова продажи попрут вверх. Змеев потянулся, вылез из своего кресла и, подойдя к самой кромке пруда, осторожно попробовал воду босой ногой. – Тепленькая, – удовлетворенно констатировал он, – искупаться, что ли? – Давай-давай, только за буйки не заплывай, – пошутил Алексей Николаевич. – Не, не буду. Кто его знает, какая зараза в этом пруду водится. Все же не море, да и черт его знает, что они в эту воду сбрасывают. – Николай Петрович кивнул на расположившийся на противоположном берегу дымящий трубами металлургический комбинат. – Тут, поди, вся таблица Менделеева присутствует. Надев на мокрую ногу шлепанец, он вернулся обратно в кресло. Вытянулся, надвинул кепку на глаза, а руки скрестил на груди. Немного помолчал, изображая дремоту, затем произнес: – Впрочем, рано или поздно, но продажи твоего «е-бука» все равно пойдут на спад. Скорее всего, уже этой зимой или весной. Примерно через годик с начала продаж. – Это еще почему? – испуганно спросил Барский, переворачивая шампуры с мясом и брызгая на них шашлычным маринадом из специальной бутылочки. – Кончай каркать! Все нормально будет. – Да при чем здесь карканье? Ты же не надеешься, что твоя книжка будет продаваться вечно? Так не бывает. Все имеет свое начало и свой конец. – Но не так же быстро! – Не знаю. В торговле через Интернет я не специалист, конечно же. Однако полагаю, что такая вещь, как «жизненный цикл товара», работает одинаково на всех рынках. А в данном случае этот жизненный цикл не может быть очень долгим в силу самой специфики как товара, так и рынка. Скопировать твою книжку можно буквально в два клика мышью. Себестоимость каждой новой копии равна нулю. Что помешает другим таким же хитрованам, как ты, элементарно скопировать твой сайт и начать продавать твою книжку уже от собственного имени, а то и вовсе анонимно? Правильно, ничто! – Погоди, но как же так? – гневно воскликнул Барский. – Это же будет пиратство! Нарушение моих авторских прав! – Будет, и что? Как и кому ты сможешь что-либо предъявить? В Рунете практически все компьютерные программы распространяются во взломанном виде, с кряками, и никто ничего с этим поделать не может. Да и не пытается даже. А ведь разработчики ПО – это огромные корпорации, с большими деньгами и возможностями. Но и они бессильны перед пиратами. Что сможешь сделать ты, жалкий индивид? Напишешь заявление в милицию? На кого? На десятки, а то и сотни анонимусов, разбросанных по всей стране, а то и по миру. А как подтвердишь свое авторское право? Любой из них может сказать, что это он автор, а пиратишь книгу именно ты. И что тогда? – Блин, а ведь и правда! – расстроился Алексей Николаевич. – Как-то я совсем об этом не подумал. Как-то совершенно упустил этот момент. Мясо уже поджарилось и покрылось аппетитной корочкой. Он снял один за другим шампуры с мангала, уложил их на большое блюдо и поставил его на раскладной походный столик. Сбегал к берегу, достал из воды охлаждавшиеся там напитки и тоже принес их к столу. Себе – квас, своему товарищу – пиво. Присел в свободное кресло. Змеев оживился, содрал с бутылки крышечку и наполнил большой пластиковый стакан пенной «Балтикой». Отхлебнул, схватил шампур и с урчанием впился зубами в большой сочный кусок мяса. Закатил глаза от удовольствия. Попытался было что-то произнести, но из-за набитого рта ничего у него не вышло. Махнул рукой и, снова закатив от удовольствия глаза, принялся пережевывать. Алексей Николаевич без особого энтузиазма тоже взял себе палочку шашлыка. Настроение у него совершенно испортилось. «Черт побери, а ведь и в самом деле какая-то задница с этим авторским правом получается, – размышлял он, вяло пережевывая откушенный им маленький кусочек свинины. – С юридической точки зрения произведение охраняется законом с момента создания, при этом существует презумпция авторства лица, указанного на экземпляре. Иными словами, кто первый опубликовал, тот будет предполагаться автором, и его авторство будет охраняться, пока в суде не доказано обратное. А я на своих копиях «Рулетки» вообще не указал никакого авторства! Получается, любой пират может сейчас вписать туда свое имя, и даже если я вычислю реальное местоположение этого пирата (что само по себе фантастика!) и обращусь в суд, то хренушки что там докажу». – Да, похоже, я серьезно лоханулся, – пробормотал он вслух. – Возможно, меня уже пиратят вовсю, а я и не знаю об этом. Я же совершенно не мониторил Сеть на предмет поиска пиратов-конкурентов! – Да хоть бы и мониторил, и нашел даже такие сайты, что толку-то? – ухмылялся Змеев, продолжая чавкать и прихлебывать пиво. – Пираты – это лишь один из факторов, влияющих на жизненный цикл товара. А всего этих факторов может быть огромное множество. – А что за «жизненный цикл», можешь рассказать подробнее? – Любой товар, в том числе цифровой, как и все на свете, имеет свой определенный жизненный цикл, – с готовностью откликнулся профессор, словно был не на пикнике в лесу, а вещал с кафедры в университетской аудитории. – Этот жизненный цикл зависит от множества самых разнообразных факторов. У каждого товара он будет разным, однако четыре ключевых этапа в той или иной форме присутствуют в жизненном цикле любого товара. Это: этап выведения нового товара на рынок, этап роста, этап зрелости и, наконец, этап упадка. Обычно этап вывода товара на рынок характеризуется медленным ростом сбыта и минимальными прибылями, пока товар раскручивается и рекламируется. В случае успеха товар вступает в этап роста, для которого характерны увеличение объема продаж и увеличение прибылей. На этом этапе, кстати, рекомендуется доработать и усовершенствовать товар, проникнуть в новые сегменты рынка, а также немного снизить цену или добавить дополнительные бонусы. Затем следует этап зрелости, в рамках которого рост сбыта продукта замедляется, а прибыли стабилизируются. На этом этапе для оживления сбыта придется изыскивать различные новаторские приемы, предусматривающие, в частности, модификацию рынка, модификацию товара и модификацию маркетинговой стратегии. И, наконец, хочется тебе того или нет, товар твой вступит в период упадка, когда сбыт и прибыли заметно сократятся, а то и вообще упадут до нуля. – Муха б***ская! – ругнулся Алексей Николаевич. – И что же мне теперь делать?! – Лекции по маркетингу в ВУЗе прогуливать не нужно было, – весело отозвался Змеев, потянув с блюда вторую палку шашлыка, – тогда и вопросов подобных не задавал бы. – Вы не выпендривайтесь, господин профессор, вы советом дельным бедному несчастному студенту помогите лучше. – Да я и не выпендриваюсь. А делать здесь можно только одно: пока текущий товар находится на стадиях роста и зрелости, нужно готовить следующий товар, более современный и качественный. И, как только старый товар начнет входить в стадию упадка, срочно выводить на рынок новый товар и активно его раскручивать. Ну и далее: на колу мочало, начинай сначала. Пока очередной товар находится на пике, готовишь и запускаешь следующий. Таким образом, у тебя всегда будет один-два товара на этапах роста и зрелости, а значит, не будет никаких просадок в доходности. – Стоп! То есть мне придется все время делать что-то новое?! – возмутился Барский. – Я должен непрестанно штамповать электронные книжки? Да где же мне столько идей-то для них взять?! Я и на эту-то систему совершенно случайно вышел. Что еще я могу такого ценного рассказать, чтобы люди за это по десять баксов платили? – А ты думал, что бизнес – это так просто? – прищурился Змеев, допивая остатки пива из стаканчика и наливая себе новую порцию. – Предпринимательство – это каторжный труд двадцать четыре на семь триста шестьдесят пять дней в году. Для начала можешь просто апгрейдить текущий товар и вывести его на рынок как новый, более продвинутый. – Как это? – не понял Алексей Николаевич. – Ты как позиционировал эту свою «Рулетку»? Как электронную книгу с системой прибыльной игры в реальных казино? – Да. – А теперь перепозиционируй, назвав это системой по заработку в Интернете. И не книгой электронной назови, а как-нибудь вычурно и громко. Например… «бизнес-пакетом»! – Змеев расхохотался. – Бизнес-пакетом? – пробормотал ошарашенный Барский. – Системой по заработку в Интернете?.. – Ну да! Скажи, что можешь научить, как обыгрывать не только обычные, но и онлайновые казино. Предложи как вторую модель заработка на этом бизнес-пакете возможность легально перепродавать его. То есть пусть любой купивший твою «Рулетку-2» автоматически получает право ее перепродажи. Все равно с пиратами бороться ты пока не в силах, так возглавь то, что не в состоянии предотвратить! Дополни этот бизнес-пакет бонусами. Например, приложи к нему все те же программы по сбору e-mail адресов, программы по рассылке спама, по автоматическому размещению на доски объявлений. Вот тебе и второй товар для запуска! – Стоп! Но ведь это же будет ложь! – воскликнул Алексей Николаевич. – Что именно ложь? – То, что по этой системе можно обыгрывать онлайн-казино. Я же тебе рассказывал: все онлайн-рулетки – это откровенный обман и обдиралово. Там в принципе невозможно выиграть. Там стоят специальные скрипты, которые мониторят игру и в случае мартингейла могут выдать хоть сто раз подряд один и тот же цвет! – Господи, ну тогда просто не говори, что твоя система не подходит для игры в онлайн-казино. Просто умолчи об этом, делов-то… – Змеев хитро прищурился. – Хотя я лично не вижу ничего зазорного и в том, чтобы позиционировать систему игры именно под онлайн-казино. Твоя-то система работающая? Работающая! А то, что сами интернет-казино шельмуют игру какими-то там скриптами, так это они обманывают игроков, не ты. – Но это же не этично, – все еще пытался возражать Барский, впрочем, уже не так уверенно. – Дело твое, – сказал как отрезал профессор. – Я лишь основной принцип изложил, что и как нужно делать, если ты намерен развивать свой интернет-бизнес, а не желаешь закончить его вместе с падением спроса до нуля на твою электронную книжку. Дальше думай и решай сам. Он вдруг громко рыгнул, хихикнул и, потянувшись за третьей палкой шашлыка, поинтересовался: – Пивка там у нас не осталось? Барский молча сходил к реке и принес другу еще одну холодную бутылочку. Открыл, наполнил его стакан. Сел на место. – Спасибо, – поблагодарил Змеев, с наслаждением ополовинивая стакан крупными глотками. Еще раз рыгнул и добавил: – А вообще, завязывал бы ты с этим этично-неэтично. Душа и бизнес – две вещи несовместные! Хочешь быть победителем в бизнесе – спрячь свою душу. Иначе сожрут и глазом не моргнут! Цель бизнеса только одна: извлечение прибыли. Все остальное не более чем ширма, красивая оболочка, фантик. Бизнесмен рубит бабло любыми доступными ему способами, не запрещенными законом. Главное, не нарушать уголовный кодекс, а все остальное – лишь фиговый листочек. – Получается, что в принципе нет честного бизнеса? – совсем упавшим голосом спросил Алексей Николаевич. – Есть просто цель: добиться определенного количества нулей на счете… не важно как? – Ну почему же нет? Есть, конечно же! Только это уже частности, способы достижения цели. А сама цель, да, одна. Это именно максимально возможное количество нулей на счете. Собственно, это заложено в самом определении бизнеса: «экономическая деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от производства и/или продажи товаров, оказания услуг». То есть капиталиста интересуют лишь деньги, а как и на чем их делать, это уже второй вопрос. Все остальное: забота о потребителе, желание сделать мир лучше, самореализация и так далее и тому подобное – лишь прикрытие главного (деньги) и моральное обоснование своих действий (перед собой и окружающими). – Но неужели «жажда денег» – это все, что движет бизнесменом? А если твой бизнес приносит вред окружающим? – все еще не сдавался Барский. – Увы, но подавляющее большинство коммерсантов плюют и на это. Если б не страх уголовной ответственности, они бы и ядом торговали, и людей в рабство обращали. Нет, конечно же, у любого предпринимателя имеется свой собственный «моральный кодекс», но весьма индивидуальный. Кто-то не будет продавать лишь то, что несет явную и прямую смерть другим людям, а кто-то не будет продавать даже то, что может навредить другим людям морально. Кроме того, понятие «вред» тоже весьма условно, и у каждого оно свое. Один считает легальную проституцию позитивным или хотя бы нейтральным явлением, а для другого это «ужас-ужас-ужас». Западная культура считает торговлю водкой нормальным явлением, а вот продажу марихуаны – жутким грехом, а восточная – с точностью до наоборот. – Ну да, – нехотя был вынужден согласился Алексей Николаевич. – Еще Карл Маркс писал, что нет такого преступления, на которое не пойдет капитал ради прибыли в триста процентов. – Именно! – радостно воскликнул Змеев. – Хотя приведенная тобой цитата изначально принадлежала Томасу Джозефу Даннингу, работа «Профсоюзы и забастовки». Маркс в своем «Капитале» лишь процитировал Даннинга. Скажу больше: Данниг тоже не сам придумал эту красивую фразу. Цитата принадлежит неизвестному автору статьи из журнала «Квотерли ревью»… Он еще что-то говорил, что-то пафосное и мудрое, но Барский его уже не слушал. Голос Змеева звучал сейчас как бы внешним фоном, тогда как сознание Алексея Николаевича концентрировалось на собственных мыслях. Все же кто бы что ни говорил, но мошенником или обманщиком он себя не считал и становиться таковым совсем не стремился. А потому, как в свое время и в отношении откровенного воровства (в криминальном союзе с Пухлым), разум пытался оправдать сомнительные поступки своего хозяина, тщательно подыскивая этим поступкам более или менее благовидные обоснования. «Да чего я, в самом деле, ломаюсь, как гимназистка, – сердито ругал он себя. – То, что цель оправдывает средства, утверждали еще иезуиты. Этого правила придерживались и Макиавелли, и Гоббс, и наши отечественные коммунисты. Да много кто! Не новость, что все крупные капиталы были нажиты бесчестным путем. Первичный капитал, на фундаменте которого вырастает в дальнейшем красивая и стройная бизнес-империя того или иного благочестивого миллиардера, неизменно приобретался в той или иной степени за счет лукавства, мошенничества, а то и вовсе откровенного криминала. Я же никаким криминалом заниматься вообще не собираюсь. Да, я готов сыграть на людской алчности, но, как Джефф Питерс, обязательно буду давать своему покупателю взамен полученных от него денег и что-то полезное. Я, подобно Остапу Бендеру, буду свято чтить уголовный кодекс и никогда не опущусь до откровенного мошенничества или кидалова. Прав Ог Мандино: “Даже слово Божие нужно предлагать людям, словно при продаже, иначе никто не услышит тебя”. Как любая реклама, я готов буду преувеличивать достоинства своих товаров и умалчивать об их недостатках, но я никогда не стану откровенно врать! Продавец – это паук, сидящий в центре сплетенной им паутины. Так уж устроен мир: ты либо травоядное, либо хищник. Человек может выбирать между двумя этими крайностями сам. Я лично предпочту быть хищником, так как бизнесмен по определению, по самой природе является именно хищником. А значит, погружаясь в бизнес, я раз и навсегда должен оставить в стороне те морально-этические нормы, которым привык следовать в повседневной жизни. Преувеличения, маркетинговые и рекламные хитрости, всевозможные психологические трюки – все это не “хорошо” и не “плохо”. Все это не более чем инструменты, грамотно используя которые можно добиваться поистине феноменальных успехов и фантастических прибылей!..» Алексей Николаевич удовлетворенно хмыкнул и перевел взгляд на Змеева. – Так что, дорогой ты мой друг Лёша, с какой стороны ни взгляни, но мораль – это весьма относительная и эфемерная штука, – как ни в чем не бывало, вещал тот, очевидно, завершая некую мысль, прослушанную Барским из-за его погружения в себя. – Каждый человек неизменно перестраивает общепринятую в данном конкретном социуме мораль под себя и свои субъективные нужды. Только слабые прогибаются под чужие моральные нормы. Сильные же пишут свою мораль для себя сами. А сам с собой человек всегда договорится! – С собой? – уточнил Барский. – Или же со своей совестью? – То, что мы привыкли называть совестью, не более чем внутренний конфликт между заложенными в наше сознание и подсознание определенными моральными установками и несоответствующими этим установкам мыслями или поступками, – легко парировал профессор. – Мораль, или нравственность, есть элемент общественного сознания, при помощи которого общество регулирует взаимоотношения между индивидами. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что нравственные критерии, выработанные социумом, весьма далеки от совершенства. Лично я уже давно не испытываю угрызений совести, оказавшись в какой-либо малоприятной ситуации. Я просто делаю те или иные выводы, прекрасно обходясь без «моральных ломок», самобичевания, страдания и прочих «угрызений». Он потянулся было в очередной раз за новой палочкой шашлыка, но блюдо оказалось пустым. – Что, неужели все слопали? – искренне удивился Змеев. – Так ты же почти все и слопал, – расхохотался Алексей Николаевич. – Сгрыз и глазом не моргнул, что твоя совесть. Посмеялись. Между тем уже начинало вечереть, а значит, пришло время собирать манатки и выдвигаться обратно в город. – Хорошо посидели, – меланхолично заметил Барский. – Да, неплохо! – согласился профессор, секунду помолчал и добавил: – Ну так что решил-то? Будешь делать «Рулетку 2.0» или просто допродашь остатки первой книги, и на этом всё, финита ля комедия? – Не знаю пока, – задумчиво ответил Алексей Николаевич, упаковывая вещи и загружая их в профессорский «Ленд Крузер». – Еще не решил. Думаю… – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - От: "Cronos Consulting" lawyerginda@yandex .ru Кому: "Алексей Барский" dir@mail .ru Тема: RE: Вопрос юристу Дата: 10 августа 2003 г. 17:33 – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - You wrote:«Я написал электронную книгу и начал распространять ее со своего сайта. Однако очень скоро узнал, что другой человек принялся незаконно перепродавать мою книгу со своего собственного сайта! На мои просьбы прекратить это безобразие он никак не отреагировал. Сказал, что я никогда не докажу, что автор книги именно я. Когда я обратился к его хостинг-провайдеру с просьбой закрыть сайт мошенника, там мне ответили, что сделать это могут, только если я предъявлю им документы, доказывающие мое авторство. Но где взять такие документы?! Согласно закону, произведение охраняется с момента его объективного появления, создания: рукопись, рисунок уже охраняются авторским правом. Для возникновения охраны не требуется публикации произведения. Равным образом для получения охраны не требуется никакой регистрации произведения. Но провайдер это и слушать не хочет! Ему нужна бумажка, подтверждающая мое авторское право! Ни один нотариус в нашем городе не берется регистрировать авторское право. Как мне быть?!» Answer: Могу предложить Вам на выбор несколько готовых вариантов: 1) Составляете «заявление» на регистрацию авторского права на Вашу электронную книгу (название и все такое), указываете в нем свои реквизиты, ставите подпись и с этой бумажкой отправляетесь к нотариусу. Ни один нотариус не может зарегистрировать авторское право на ту или иную книгу в силу того, что «авторское право не подлежит регистрации». Но Вам это и не нужно! У нотариуса Вам надо зарегистрировать не авторское право, а подпись на документе и Ваши реквизиты, что любой нотариус сделает весьма охотно за вполне умеренную плату. Смею вас заверить, скан данной бумажки вполне удовлетворит любого хостинг-провайдера и подвигнет-таки его на закрытие «пиратского ресурса». 2) Вам следует заключить договор на передачу неисключительных авторских прав на произведение с кем-нибудь из близких родственников или друзей сроком на 2–3 месяца. В качестве приложения к договору может быть добавлен компакт-диск с файлом Вашей электронной книги либо прошитая и сброшюрованная распечатка (а лучше и то и другое). Этим Вы обозначите свое авторство. Далее нужно сфабриковать судебный процесс. Уговорите третье лицо выступить ответчиком. Основание подачи иска – лицо пытается выдать Ваше произведение за свое. Обдумайте, как это все обставить. Например, лже-автор ходит по Вашим знакомым, предлагая опубликовать Вашу книгу, а Вы узнаете об этом от них. Естественно, что Ваши знакомые также будут привлечены к делу. Хотя Вы ничего не должны доказывать, договор, акт, показания второй стороны договора – послужат убедительным доказательством. Судебный фарс заканчивается так: лже-ответчик с радостью признает иск, то есть Ваше авторство, а Вы получаете уже юридический акт, по своей сути – свидетельство об авторстве. 3) Еще один вариант, весьма простой и становящийся все более популярным в последнее время. Снова понадобится компакт-диск с файлом Вашей электронной книги, либо прошитая и сброшюрованная распечатка (а лучше и то и другое). Кладете все это добро в конверт и отправляете по обычной почте на свое имя заказным письмом. Как и положено при этом, почта проставляет на конверте дату посылки. Теперь, если вдруг появится умник, который заявит, что он автор произведения и что он опубликовал его там-то и тогда-то, просто подаете на него в суд и в качестве доказательства предъявляете НЕРАСПЕЧАТАННЫЙ конверт, на котором стоит дата почты. Поскольку реальный автор книги Вы – дата будет более ранней, чем дата публикации плагиатора. Дело выиграно, обидчик платит штраф, а Вы получаете судебную бумажку, которая будет служить Вам в дальнейшем еще не один раз для доказательства в Сети ваших авторских прав. 4) Наконец, самый простой вариант: Вы можете зайти на сайт http://www.copyright.ru, перейти в раздел «Copyright / РЕГИСТРАЦИЯ АВТОРСКИХ ПРАВ / Авторское право на произведение» и оформить регистрацию авторского права на Вашу электронную книгу у них. Юридическая консультация «Кронос Консалтинг», Ян Петрович Гында. e-mail: LawyerGinda@yandex.ru – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - «Шашлычный разговор» не давал покоя Барскому целый месяц. Продолжая действовать в прежней парадигме, то есть, как и раньше, продавая лишь одну-единственную книгу, он непрестанно думал о том, что рассказал и посоветовал ему Змеев, прогноз которого о сезонности спада продаж сбылся на сто процентов. В сентябре продажи вернулись на прежней уровень и как будто даже стали подрастать. Однако именно это обстоятельство склонило Алексея Николаевича к мысли, что и во всем остальном его друг тоже будет прав. Поэтому, не тратя времени понапрасну, он принялся за работу над новым электронным товаром – бизнес-пакетом «Рулетка 2.0». Барский существенно расширил текст книги, добавив туда много нового материала о специфике работы казино, хитростях крупье, историю возникновения рулетки. Он дополнил книгу «лицензией на право перепродажи», написал приложение, в котором делился секретами продвижения коммерческого продукта в Рунете. Добавил бонусы в виде программ по рассылке электронных писем и программы для массового размещения объявлений на электронные доски. Приложил ко всему этому даже несколько десятков шаблонов для создания сайтов. Словом, новый продукт получился достаточно содержательным и максимально полезным. Текст продающего сайта под «Рулетку 2.0» тоже пришлось переработать весьма основательно. Теперь все это богатство позиционировалось не просто как книга с системой по обыгрыванию рулетки, но прежде всего как «методика по заработку в Интернете с нуля». Во-первых, – гласил продажник, – вы сможете зарабатывать игрой в рулетку (о том, что для этого годятся только офлайновые казино и категорически не подходят онлайновые, реклама скромно умалчивала). Во-вторых, каждый, кто купил бизнес-пакет непосредственно на сайте http://www.roulette-job.ru (да-да, под новый проект был заблаговременно закуплен домен второго уровня и проплачен коммерческий хостинг), автоматически получал право перепродажи «Рулетки 2.0» без отчисления каких-либо процентов автору (вся прибыль в полном объеме шла самому реселлеру). И, наконец, в-третьих, везде, где только было можно, Барский указал свое авторство, сопроводив его значком копирайта. Реально регистрировать авторское право на copyright.ru он пока не стал, но на всякий случай записал все материалы на диск CD-ROM и отправил его себе же ценной почтовой бандеролью. Теперь в случае возникновения спорной ситуации он всегда сможет предъявить суду этот пакет с проставленным на нем штемпелем даты, доказав тем самым свое «право». Уже в ноябре, когда (с точки зрения сезонности) для продаж наступило самое благоприятное время, продажи первой «Рулетки», вопреки этим благоприятствующим факторам, вдруг начали стремительно снижаться. Как и предсказывал Змеев, товар вошел в период упадка со всеми вытекающими из этого последствиями. К счастью, Алексей Николаевич был полностью готов к такому развитию событий и именно в этот момент дал старт продажам бизнес-пакета «Рулетка 2.0». Реальность превзошла все самые смелые ожидания! По итогам декабря оборот составил фантастические девятьсот семьдесят четыре доллара при чистой прибыли восемьсот шестьдесят два доллара. Новый две тысячи четвертый год Барский встречал счастливым, как никогда. Из котельной он уволился еще в самом начале зимы, потому как больше не видел смысла просиживать там штаны. Душа его ликовала, будущее рисовалось в самых радужных красках, а ощущал он себя если и не миллионером то, по крайней мере, человеком «среднего класса». Он даже выпил шампанского в новогоднюю ночь, нарушая собственный же «сухой закон», негласно установленный им после потери квартиры. К счастью, все ограничилось одним фужером, в запой Алексей Николаевич (…чудом?.. ) не сорвался. Ополовиненную бутылку шипучего напитка он тщательно законопатил пробкой и решил отложить до следующего Нового года, пообещав себе в течение предстоящих двенадцати месяцев не принимать внутрь больше ни капли спиртного. – Вот ровно в полночь, тридцать первого декабря, через год, и допью сей прекрасный брют, – торжественно зарекся он, поджигая бенгальский огонь. Удивительно, но он почти не заметил, как пролетел этот две тысячи третий год. Казалось бы, только вчера с ним приключился невероятный осознанный сон с эффектным появлением «высшего Лёхи». Сон, перевернувший всю его жизнь, поставивший ее на совершенно новые рельсы и наполнивший новым смыслом. Дни, недели, месяцы – скукожились, сжались, превратились в ничто. Жизнь неслась со скоростью космической ракеты, несмотря на то, что все дни ее выглядели монотонными и однообразными. А может быть, не «несмотря», а именно «благодаря этому», «по этой причине»? Барский задумался. «Похоже, что время, это и вправду не более чем иллюзия, – размышлял он, лежа на старом диванчике, все в той же съемной комнатке. – Объективно в природе нет никакого времени вообще. Есть только вечное “сейчас”, а ощущение движения из прошлого через настоящее в будущее – лишь глюк субъективного восприятия. Чем больше новых, неизведанных ранее событий мы испытываем, тем медленнее течет для нас время. И напротив, когда жизнь становится монотонной и однотипной, время как будто ускоряет свой ход. Именно по этой причине прожитый в детстве год в ощущениях воспринимается нами как два, три, а то и все десять лет во взрослой жизни. Ведь ребенок только знакомится с окружающим его миром, и все события для него оказываются чем-то новым. А вот взрослые, втянутые в круговорот одинаковых событий (работа, дом, работа) совершенно не замечают хода времени. Для них оно проносится незаметно. Как и вся жизнь…» Сразу же после запуска проекта «Рулетка 2.0» Барский принялся очень активно расширять ассортимент своих электронных товаров. К этому моменту у него уже появились последователи и подражатели, пытающиеся продавать в Рунете свои собственные бизнес-пакеты и электронные книги на самые разнообразные темы. Многие из них, следуя примеру Алексея Николаевича, отдавали их с правом перепродажи, и Барский кинулся массово скупать все подряд. Так возник его новый проект – «Интернет-барахолка». Это был отдельный сайт, расположенный на платном хостинге с доменом второго уровня, куда и выставлялись для перепродажи все скупленные у своих коллег электронные товары. Постепенно, почувствовав полную безнаказанность за пиратство и понимая, что сейчас Рунет переживает период так называемого «Дикого Запада», он начал выкладывать на сайт «Барахолки» и разные взломанные компьютерные программы, устанавливая на них ценники в разы, а то и на порядки ниже, чем это было у разработчиков и официальных дилеров. «Все так делают, – успокаивал он себя и собственную совесть, – а я что, рыжий?! Я же пирачу программы исключительно западных разработчиков, а не наших, российских. Им, буржуинам, это до лампочки, а мне лишняя копеечка. Да они нам, русским, все равно не продают свои программулины, требуя оплаты кредитной картой. А откуда у русского человека кредитная карта? Вот и гуляет по Рунету весь их софт в виде вареза, бесплатно. Кто хочет и умеет, пусть ищет и качает халяву с варезников (вместе с вирусами). Я же буду толкать всем остальным особо ценные программы за символическую плату в один-три-пять долларов». Когда на сайте его «Барахолки» пиратских программ, книг и бизнес-пакетов с правом перепродажи набралось на общую сумму в несколько тысяч долларов (а продавалось, нужно признаться, все это «добро», несмотря на широкий ассортимент, очень плохо), Барский придумал новую фишку – «Золотую карту». Это была виртуальная карта стоимостью всего в 20 $, позволявшая купившему ее скачать абсолютно все товары с сайта «Барахолки». Здесь срабатывал эффект жадности. Если всего за двадцать баксов тебе предлагают получить товаров общей стоимостью на несколько тысяч долларов, трудно удержаться от такого соблазна. «Золотую карту» приобретали даже те, кому ничего из предложенного на «Барахолке» по большому счету не было нужно и даром. Расширялись и способы оплаты на сайтах Алексея Николаевича (правда, все еще при сохранении архаичного «ручного» метода оформления заказа и отправки товара). В дополнение к возможности совершить покупку через WebMoney он стал принимать денежки почтовым переводом, а так же с использованием платежных систем Яндекс-Деньги и E-Gold. Последнюю выбирали в основном русскоязычные пользователи из-за рубежа, как правило, русские эмигранты. Россияне по эту сторону границы, еще не освоившие электронные платежные системы, но заряженные на покупку мощной рекламой Барского, не ленились дойти до почты и отправить перевод «по-дедовски». Этот способ оплаты Алексей Николаевич не любил больше всего, потому что необходимо было лично переться в почтовое отделение за своими кровно заработанными грошиками. Но деньги, как известно, не пахнут, а потому, стиснув зубы, он раз в два-три дня отрывал свою пятую точку от кресла и плелся за переводами на почту. В планах было открыть покупателям возможность переводить деньги через системы Western Union, MoneyGram, Contact и при помощи банковского перевода, но именно из-за того, что за каждым таким переводом нужно бегать в соответствующие заведения, разбросанные по всему городу, Барский далеко не сразу решился на этот шаг. Несмотря на общий ассортимент «Барахолки», составлявший несколько десятков товарных единиц, в розницу там покупали что-либо очень редко. Более девяноста процентов продаж с обоих его сайтов приходилось на «Рулетку» и «Золотую карту». До середины две тысячи четвертого года именно эти электронные товары были у Барского основными и приносили ему порядка тысячи долларов в месяц. Когда же летом начался традиционный сезонный спад в продажах, Алексей Николаевич подсуетился и к сентябрю выпустил новый авторский бизнес-пакет под броским названием «Fast Easy Money» (или сокращенно «FEM»). Это был его первый полноценный курс, обучавший непосредственно и исключительноэлектронной коммерции , то есть рассказывающий, как человеку самому создавать цифровые (электронные) товары и как продавать их при помощи Интернета. Стоит отметить, что курс получился очень объемным, невероятно информативным, ценным и полезным. Так, во всяком случае, искренне полагал сам Алексей Николаевич. Отдавать его за стандартные десять и даже двадцать долларов, как говорится, «душила жаба». За такое сокровище нужно было просить не менее пятидесяти баксов, а то и все сто! Однако он прекрасно осознавал, что по столь высокой цене никто в Рунете «какой-то там бизнес-пакет» покупать не станет. Не созрел еще народ Рунета для таких ценников. Быть может, лет через десять-пятнадцать, но не сейчас, это уж точно. И тогда Барский решил пойти на очередную хитрость. Распилив свое творение на две части и позиционировав их как «FEM-1» и «FEM-2», он осуществил запуск продаж этих частей с интервалом в полтора месяца. Так, первый «FEM» начал продаваться в сентябре, а второй – ближе к концу октября, когда основные пенки с продаж первого пакета уже были сняты, а сам он начал активно перепродаваться на просторах Сети реселлерами. Обе части шли с правом перепродажи, но, разумеется, исключительно при условии покупки их непосредственно у Барского. Первая часть стоила двадцать пять долларов, вторая – тридцать пять долларов. В случае, если клиент приобретал сразу обе части, ему делалась скидка и он мог получить «FEM-1» + «FEM-2» не за шестьдесят, а всего за сорок пять долларов. С этого момента его чистая прибыль редко когда опускалась ниже полутора тысяч американских долларов в месяц, а иногда могла переваливать и вовсе за две тысячи. Первый «FEM» предназначался для совсем зеленых новичков, для людей, впервые заинтересовавшихся заработками в Интернете. Там были изложены самые азы бизнеса по созданию и продаже цифровых товаров. Рассказывалось, как сделать коммерческий сайт, как выложить его в Сеть. Давались рекомендации по поиску идеи и написанию своей первой электронной книги. Бонусом к нему шла та самая пресловутая «Золотая Карта». Таким образом, новичок мог буквально за несколько дней сварганить простенький одностраничник, выложить его в Интернет и, наполнив товарами из «Золотой Карты», немедленно приступить к получению прибыли. И уже после этого ему рекомендовалось начинать работу над собственным информационным продуктом. Вторая часть пакета («FEM-2») обучала секретам рекламы, раскрутки и продвижения в Интернете. Здесь объяснялось, как сделать свой сайт, свое коммерческое предложение по-настоящему уникальным. Раскрывались секреты, тонкости и ноу-хау изготовления бизнес-пакетов. Целый раздел Алексей Николаевич посвятил обучению правильной работе с клиентами, чтобы, раз купив что-либо, такой клиент возвращался бы на сайт продавца снова и снова за очередными товарами, переходя в разряд «постоянных». И, наконец, Барский подробно описывал механизм автоматизации продаж с использованием скриптов Merchant WebMoney Transfer или же через сервис системы DigiSeller. (Да-да, сам он к тому моменту уже давно научился подобной магии и активно использовал автоматизацию для продажи своих инфо-товаров. Оставив, впрочем, для консервативно настроенных покупателей возможность оформления заказа и вручную, по старинке.) Ближе к концу осени, в ноябре, Алексей Николаевич впервые ощутил на собственной шкуре что бизнес – это не только большие деньги и завистливо-восторженные взгляды окружающих. Бизнес – это еще и черный пиар, оскорбления, ушаты помоев, ненависти, презрения, обмана, наездов и прочих (не очень)очень не приятных вещей. Именно тогда он реально понял, что бизнес – это, прежде всего, война. Война всех со всеми. И, как на любой войне, побеждают здесь не наивные романтики и джентльмены, не те, кто тупо следует учебникам и придерживается деловой этики, а те, кто готов вступить в смертельную схватку с противником и драться до конца. Кто, опираясь на тысячелетний опыт воинов прошлого, может вместе с тем изобретать и совершено новые, нестандартные ходы и трюки. Бизнес во многом сродни политике и войне и требует соответствующего мышления. Полное понимание реалий бизнес-тусовки и ее законов бизнесмену жизненно необходимо. Все без исключения успешные предприниматели, заработавшие миллионы, были искусными манипуляторами, а понятия «честный»/«НЕ честный» являлись для них вторичными (они НЕ проецировали их на себя). А началось все с вполне безобидной попытки пропиарить свои «FEM’ы» через блог очень популярного МЛМ-щика и психолога Дементия Смаркотина. Алексей Николаевич обратился к нему, предложив свои бизнес-пакеты бесплатно, а точнее – в обмен на честный, объективный отзыв. У Смаркотина было несколько десятков тысяч подписчиков, и если бы он разместил хороший отзыв на «FEM’ы» у себя в блоге, часть из них непременно перешла бы на сайт Барского, подписалась бы на его рассылку, а возможно (даже вероятно!), купила бы его бизнес-пакеты, принеся хорошую прибыль и пополнив клиентскую базу. Дементий согласился, принял «FEM’ы» в дар и уже через неделю, как и договаривались, разместил о них отзыв в своем блоге, ЖЖ и рассылке. В день публикации статьи Алексей Николаевич в самом радужном и приподнятом расположении духа зашел на сайт Смаркотина и… едва не расплескал на клавиатуру кофе, с чашечкой которого он собирался насладиться чтением. Статья называлась: «Вор и пират Алексей Барский собрался обучать электронной коммерции?!» Барский поперхнулся, поставил чашку на стол и протер глаза. Нет, все верно. Статья была озаглавлена именно так. Он нервно принялся за чтение, с каждой секундой ощущая, как в груди у него все сильнее и сильнее клокочет ярость. Начинал свою заметку Дементий весьма нейтрально. Он рассказал, как получил письмо от «начинающего интернет-предпринимателя» Алексея Барского с предложением изучить, протестировать и дать отзыв на его курс, обучающий электронной коммерции. На несколько первых абзацев было размазано, как Дементий сам относится к электронной коммерции (очень даже положительно!) и как он обрадовался (сильно обрадовался!), получив предложение Барского. Радовался он тому, что в Рунете появился-таки наконец учебник по этому новому и только-только начинающему набирать обороты виду заработка. Далее шло весьма профессионально (с психологической точки зрения) описанное изменение в эмоциях Дементия. Весьма ярко и красочно тот рассказал, как радость его постепенно трансформировалась в удивление, а затем в разочарование и даже злость. Что же послужило причиной столь странной метаморфозы? А то, что в сочинении «начинающего интернет-предпринимателя» он обнаружил несколько фрагментов из его собственных, Дементия Смаркотина статей, еще в прошлом году опубликованных в его блоге. И понимаете ли, какое дело, Барский не только не дал гиперссылок на эти статьи, но даже и в самой электронной книжке не упомянул, что использовал в своей работе материалы его, Дементия! «Хуже того, – продолжал свою разоблачительную повесть Смаркотин, – бонусами к своему учебнику Алексей Барский прикладывает множество взломанных платных программ, на распространение которых у него нет абсолютно никаких прав!» А это, по мнению блогера, ну совершенно никуда не годится и ни в какие ворота не лезет. «И что же получится из его учеников, – пафосно восклицал он, – если свое обучение они начинают с учебника, написанного плагиатором, а работать начнут на пиратских взломанных программах?!» Далее шло высокопарное размышление о необходимости ведения исключительно честного и прозрачного бизнеса в Рунете, о недопустимости того, что натворил негодяй Барский и, конечно же, делалось заявление, что вот сам он, Дементий Смаркотин, никогда подобным плагиатом и пиратством не занимался и заниматься не будет. В самом конце статьи он сообщал, что уже договорился со своими очень известными и влиятельными друзьями-блогерами, тоже занимающимися бизнесом в Сети, о том, чтобы разместить эту статью и на их ресурсах. Среди имен упоминались такие «монстры Рунета» как Александр Доценко, Павел Берестнев, Макс Хигер, Нелли Федосенко и ряд других. С трудом сдерживая ярость и стараясь излагать мысли как можно более миролюбиво, Алексей Николаевич первым делом отправил Смаркотину электронное письмо. В нем он сообщал, что очень сожалеет о произошедшем недоразумении, что приносит свои искренние извинения и все такое. Да, им были использованы при написании учебника несколько фрагментов из статей Дементия, но сделал он это не по злому умыслу, а исключительно потому, что считал эти статьи действительно очень полезными и ценными. Конечно же, он без особого труда мог бы пересказать изложенные в статьях истины и принципы своими словами, и тогда никаких обвинений в плагиате ему в принципе нельзя было бы предъявить. Но он не стал этого делать только потому, что статьи лежат в открытом доступе, что Дементий на них не зарабатывает (не продает их) и ровным счетом ничего не потеряет, если об этих идеях и принципах узнает кто-либо еще (ученики Барского). В конце концов, если для него это так важно, что мешало Дементию просто указать на этот момент приватно, попросив разместить в учебнике информацию о его авторстве? Зачем было сразу же выносить это недоразумение в публичную плоскость? «Да я бы не только с радостью указал под данными текстовыми фрагментами Ваши инициалы, – писал Барский, – но еще и прямые ссылки бы поставил на Ваш ресурс в своем бизнес-пакете, что сделало бы Вам хорошую рекламу и привело бы много новых посетителей в Ваш блог!» Завершал письмо он просьбой убрать ругательную статью, не распространять ее дальше по Сети, предлагал замириться и забыть об этом досадном недоразумении. В ответ Дементий прислал коротенькое, но пафосное: «С плагиаторами и пиратами не разговариваю!» А в течение ближайших дней разразился еще одной ругательной статьей в его адрес, где с издевками и глумлением сообщал о том, что Барский «приполз к нему на коленях» молить о прощении. Своими словами, с диким передергиванием и перевиранием, он пересказал текст письма Алексея Николаевича, а в завершении еще раз пообещал репостнуть обе статьи на раскрученные ресурсы своих сетевых друзей. Делать было нечего, Барский принял вызов и в экстренном порядке начал готовить ответные боевые действия. В комментариях к блогу Смаркотина Алексей Николаевич, представившись своим именем, подробно описал ситуацию, процитировал оригинал своего письма и, обращаясь к владельцу блога, с укоризной сообщил Дементию, что он – подлец. Так же он выдвинул предположение, что всю эту свистопляску Дементий затеял исключительно ради самопиара, надеясь вызвать общественный резонанс и за счет этого в очередной раз тупо пропиарить свой теряющий популярность бложик. По какому-то невероятно удачному стечению обстоятельств именно в эти сутки Смаркотин не заходил в Интерент, не видел комментарии Барского и не успел немедленно их удалить, а самого Алексея Николаевича отправить в бан. Комментарии провисели там целые сутки. Подписчики Дементия прочитали их, и подавляющее большинство все поняли, полностью встав на сторону Барского. Под статьями набралось более сотни сообщений других пользователей, и, когда владелец блога зашел-таки туда, удалять ответ «начинающего интернет-предпринимателя» было уже поздно. Удаление оказалось бы полным признанием правоты Барского, а также признанием того, что сам Дементий – мелкая, подлая, лживая и корыстная личность. Тварь, не только не поддерживающая отечественный инфо-бизнес, но, напротив, готовая на костях этих самых «начинающих интернет-предпринимателей» осуществлять продвижение и популяризацию собственного «эго». Комментаторы писали: «Дементий, ты нехорошо поступаешь. Ввиду того, что информационный бизнес переживает сейчас в Рунете только лишь стадию становления, невозможно требовать и искать 100 % качества в каждом продукте. Хотя был бы он еще не качественным… По моему мнению, "Fast Easy Money" вполне хорошая вещь, и она наглядно показывает новичкам, как НУЖНО делать деньги в Сети: заниматься ПРОДАЖАМИ, а не кликами и пирамидами! Это самое главное». «Подтверждаю! В пакете прилагается набор стартовых программ и информационных товаров, чтобы начать строить свой бизнес. И шаблон готового сайта. Одним словом, автор старается сделать процесс становления ньюби наиболее легким и простым. Что тебе в этом не понравилось? Что твоя статья ушла без ссылки на твое авторство? Ну, мелко же это, ей богу!..» «Сейчас на Западе тоже хорошая история. Слыхал, как Джо Кумар лоханул Брайана Терри на 5 тысяч зеленых, а еще одного человека на целых 15 000 $? Вот это, я понимаю, маркетинговая история, которой можно шуметь и чьим именем "Джо Кумар" можно пугать весь буржуйнет. А тут ты на кого накинулся?..» «Если бы автор "Fast Easy Money" был бы мошенником, ящик Федосенко был бы уже заспамлен просьбой поместить инфу о нем в ее "блэк-лист" ОТ САМИХ КЛИЕНТОВ!! Этого же и в помине нет и не было. Почему? Потому, что клиенты удовлетворены самим товаром и удовлетворены отношением к себе». «Если бы он был мошенником, его форум был бы уже просто загажен гневными сообщениями кинутых клиентов! Вот и задай себе вопрос: на кидалу ли ты напал?» «Лично я во всей этой истории увидел одно: ты нашел еще один повод написать статью со ссылкой на свой сайт и опубликовать ее на нескольких популярных ресурсах, чтобы к тебе пошел траффик. Статьи писать – дело хорошее, не скрою. Но в них нужно писать полезную информацию, а не хаять и не унижать нормальных людей…» Смаркотин пытался вяло и нелепо отбрехиваться: «Послушайте, я не собираюсь общаться с вором. Ясно? И те, кто защищает воров, мне с ними не по пути. Это мой блог, и я здесь пишу то, что хочу. Не нравится – свободны. В Интернете есть еще миллионы сайтов. Все, тема закрыта!» Но комментаторы не унимались и продолжали напихивать Смаркотину в панамку: «Факт в том, что мы все по-своему сетевые "воры". Так что не нужно все сваливать на одного конкретного человека. Не у тебя ли самого тот же Golden Section Notes (который у разработчиков стоит 240 р.) раздается бесплатно? Не у твоего ли сподвижника продавался под новый год "eBook Creator" Джимми Брауна с серийником (реальной стоимостью 76 $). А не с твоего ли сайта можно качнуть бесплатно хорошие буржуйские учебники, к примеру: "33 days to onine profits" (29 $)? Тебя тоже, получается, можно назвать "вором"?..» «Автора ФИМ’ов обвинять в "пиратстве" софта неконструктивно, ИМХО. Жаль мне читать, как Вы, Дементий, делаете из нормального человека козла отпущения. Если следовать Вашей логике, весь Рунет – воры. Мы все воры тогда!..» «… Это мой блог, и я здесь пишу то, что хочу. Не нравится – свободны. В Интернете есть еще миллионы сайтов. Ну и пиши, пожалуйста, Дементий, в блоге, а не ищи лишний повод публиковать необоснованные комментарии (не забыв, естественно, вставить в конце свою цифровую подпись для направления траффика) в различных "изинах". При таком подходе твоя фишка не катит…» «Барский, не бери в голову. Доказывай, парень, и впредь свою состоятельность. Главное, не вешай нос. Все случившееся – это стимул для того, чтобы в будущем всем надрать задницу!..» «Дементию теперь очень удобно. Попиарился на весь Рунет: "Вор, вор!" – и обратно в нору. Ему приводят аргументы не в его пользу, акцентируются на его же нечестности и жалкости, а он снова: "Я с ворами не разговариваю!" – и опять в нору». «Теперь у Дементия новые аргументы: "Федосенко и Доценко со мной согласны. Барский – вор". Опять 25! Тебе про Фому, а ты про "вор!". Ты обвиняешь человека в интеллектуальном воровстве. Но ведь ты САМ строишь свой "сладкий бизнес" на чужих идеях. Какая разница в том, что ты воруешь у западных бойцов, а не у рунетовских? Ты просто воруешь. Ты крутишь педали на велосипеде, который создали до тебя. Схема твоего бизнеса проста: пересказ глав, статей с Запада. Таких Смаркотиных теперь в Рунете пруд пруди – пересказ одного и того же, одних и тех же "фишек" западных "гуру". Тебя лишь выгодно отличает то, что ты начал трубить о "сладком бизнесе" одним из первых в Рунете…» «Дементий, ты принес огромную "пользу" своей Виртуальной Стране – наплодил гору цыплят, которые с открытым ртом слушают о новых Прибылях и об "очередном богатстве", которое ждет их в виде МЕЧЕННЫХ ССЫЛОК с интернет-адресами, заканчивающимися на ?from=smarkotin. Удобно, правда? А много ли людей заработали благодаря тебе в Интернете? И сколько они заработали?..» И далее – все в том же роде. Наконец, почувствовав, что враг его уже приперт к стенке и настал момент нанести ему решающий удар, Алексей Николаевич вспомнил, что он писатель, сочинил и отправил Смаркотину большое, тщательно продуманное и сконструированное письмо, которое завершалось следующими словами: «…надеюсь, теперь Вы поняли, что людям в Рунете плевать на чьи-то там “авторские права”, тем более когда в нарушении этих “прав” обвиняют того, кто этим людям реально помогает. Я не обманул ни одного из своих клиентов, продавая им мои обучающие курсы. Ко мне не было ни одной претензии, и люди пишут мне огромное количество писем благодарности. Многие именно благодаря моей помощи впервые начали зарабатывать в Интернете. А чем реально помогли людям Вы? Своими статейками, сворованными у западных авторов? Очень досадно, что за Вами следует столько глупеньких и доверчивых простачков, которым Вы не можете абсолютно ничего датьв плане зарабатывания денег при помощи Интернета . Вы охмуряете неокрепшие умы своим словоблудием, впариваете разные пирамиды под видом МЛМ, а реально не даете ничего полезного! Вы банально решили пропиариться на мне, как Вы сами пишете: “начинающем интернет-предпринимателе”. Но, как видите, в эту игру можно играть и вдвоем. А в знании психологии и умении пиариться я Вам еще фору дам! То, что произошло в комментах Вашего блога, есть лишь легкая “демонстрация силы” с моей стороны. Желаете продолжить? Но учите, тогда я уже буду не защищаться, а нападать! Пошарив по Сети, я собрал на Вас не так уж и мало компромата. Рад буду поделиться всем этим добром с Вашими подписчиками. Мне же вся эта шумиха играет только на руку, об этом говорят факты – посещаемость моего сайта подскочила, подскочили и продажи моих бизнес-пакетов! Спасибо Вам, Дементий!..» Ответа на данное письмо Алексей Николаевич так и не получил, но обе ругательные статьи в его адрес Смаркотин из своего блога немедленно удалил. Снес вместе со всеми комментариями, сделав вид, будто ничего подобного и не существовало никогда. Не были опубликованы эти пасквили и на сайтах его друзей, как он грозился. Свою первую серьезную интернет-баталию Барский выиграл вчистую! «Жаль лишь, что не последовало извинений и признания своей неправоты с его стороны, – думал Алексей Николаевич, впрочем, уже беззлобно и даже с какой-то снисходительной иронией. – А значит, и дальше любой из молодых и неопытных сетевых предпринимателей может подвергнуться нападению и желчной критике этой ужасной кибер-пираньи, имя которой Дементий Смаркотин. Впрочем, это уже не мое дело…» -– ICQ History Log From: 133864706 Tages Started on Fri Dec 31 22:58:33 2004 –– Dir 31.12.04 22:58 – Привет, Александр! Tages 30.12.04 22:58 – Привет! А ты кто? ;-)) Dir 31.12.04 22:58 – Мы как-то пару лет назад общались на форуме "Киберденьги" в теме про осознанные сновидения и внетелесный опыт. Меня Алексей зовут. И на Чат-RU, канал "Бог и Высший разум" общались. Ты мне тогда свою "аську" и дал. Tages 30.12.04 22:59 – Не помню, если честно. Dir 31.12.04 22:59 – Не мудрено. Все же целых два ГОДА пролетело, срок немалый. Dir 31.12.04 23:01 – Ты тогда рассказывал, что можешь общаться со своим "высшим Я". Tages 31.12.04 23:02 – Что, серьезно я так говорил? Dir 31.12.04 23:03 – Блин, чувак! У меня, по ходу, дежавю. Все это, весь этот разговор… Tages 31.12.04 23:06 – Этот разговор уже был, ты хочешь сказать? ;-)) Dir 31.12.04 23:06 – Блин, да! Ровно два года назад, так же в новогоднюю ночь… Dir 31.12.04 23:07 – Мы так же общались в "аське". А потом у меня был ОС, и я тоже общался со своим "высшим Я". Tages 31.12.04 23:07 – Что, на самом деле? Погоди, посмотрю логи этого чата… Tages 31.12.04 23:10 – Охренеть, мы действительно общались. Два года назад! Мистика какая-то! %)) Dir 31.12.04 23:10 – Ну… Да! Tages 31.12.04 23:11 – Ты сериал "Осторожно, модерн! 2", с Нагиевым и Ростом, смотрел? Серию: "Формула успеха". Там ботаник открывает "формулу успеха" и по-дружески сообщает ее Задову. Типа, если всю цепочку действий, которые привели к конкретному событию, повторить в точности заново, то и само событие повторится! Tages 31.12.04 23:12 – Я понял! Ты ведь именно из-за этого сейчас и набрал меня! Верно? ;-)) Dir 31.12.04 23:12 – Ты это серьезно? Tages 31.12.04 23:13 – Хм, не знаю! Все это звучит бредово, но именно это и пришло в голову. Tages 31.12.04 23:14 – Ладно, давай попробуем сработать по Задову! Ну, чисто по приколу. :-)) С Новым годом тебя! И не парься. Сегодня снова со своим "высшим Я" встретишься… Dir 31.12.04 23:15 – Шутишь? Или прикалываешься?! :[[ Ладно, давай попробуем. И тебя с Новым годом!.. Tages 31.12.04 23:15 – Спасибо! Удачи тебе, брат! До связи… -– Весь день тридцать первого декабря Алексей Николаевич пребывал в приподнятом настроении. Он прекрасно осознавал, что сегодня вторая годовщина его невероятной встречи с Лайтом. Новый год с тех пор прочно ассоциировался у него не с пьянками и гулянками, а именно с событием, которое буквально перевернуло всю его жизнь, направив по совершенно иному, новому пути. Увы, но за прошедшие два года Барский так ни разу больше и не проходил через «вторые врата сновидения». Как он ни жаждал общения со своим «высшим Я», вот уже два года Оно упорно молчало. Осознанные сновидения, как и раньше, случались у него три-четыре раза в месяц. Но это были «обыкновенные» ОС, в которых он, скорее всего, даже не покидал свою голову, занимаясь лишь «ментальным моделированием», не более того. И вот сегодня, в канун Нового, две тысячи четвертого года, его не покидало чувство, что именно этой ночью он снова преодолеет «вторые врата» и встретится с Лайтом. Это было даже не чувство, а скорее предчувствие, переходящее в уверенность. Недопитую с прошлого Нового года бутылку шампанского Алексей Николаевич решил в этот раз не трогать. Черт его знает, может, именно из-за того бокальчика шипучки он и не смог прорваться год назад к Лайту. Вместо этого он почему-то решил попробовать написать в «аську» своему странному виртуальному другу – Александру Тагесу, с которым раньше они на удивление часто пересекались в различных эзотерических чатах и форумах, спорили, дискутировали, а за последние два года не обменялись и парой фраз. Как и два года назад, ровно за час до боя местных «курантов», он открыл мессенджер ICQ и отправил Александру послание. Ведь если тогда все началось именно с их переписки в «аське», возможно, и сейчас это как-то поспособствует входу в ОС и преодолению «вторых врат»? Все же было что-то потустороннее в этом странном человеке с фамилией древнего этрусского божка. Под видом этакого простачка и балагура явно скрывалась далеко неординарная личность. Даже через мессенджер Барский ощущал невероятную силу, присутствовавшую в нем. Как знать, а что если Тагес и есть тот ключик, который открывает «вторые врата сновидения»?! Как минимум, для него, для Алексея Николаевича Барского. На его месседж Тагес отреагировал молниеносно, в ту же минуту. Словно так же, как Барский, сидел в этот предновогодний час за компьютером и только того и ждал, чтоб кто-нибудь написал ему в «аську». Разговор (в точности как два года назад!) получился коротким, сумбурным и довольно бессвязным. «Будто диалог в сновидении… – подумал Алексей Николаевич. – Или разговор с чат-ботом типа SmarterChild, только по-русски. Сюрреалистичный, скомканный, на грани разумного общения и болезненного бреда…» Алексей Николаевич закрыл мессенджер и, не выключая компьютера, улегся на свой диванчик. Однако сколько он ни зажмуривал глаза, как ни переворачивался с бока на бок, сон отказывался идти к нему. Чем больше он хотел уснуть, тем активнее лезли в голову всевозможные мысли, обрывки фраз, визуальные образы. Барский пробовал лежать неподвижно и не шевелясь, пробовал останавливать и выключать мысли, как в медитации, пробовал даже «считать баранов» – ничего не помогало! Морфей упорно отказывался впускать его в свое царство. Наконец, не выдержав, Алексей Николаевич разогнал мельтешащие перед его внутренним взором гипнагогические образы, встал с дивана и отправился на общую кухню, чтобы вскипятить воды и заварить себе свежего чаю. В коридоре было темно. Из-за закрытых дверей других жильцов коммуналки слышался приглушенный гомон. Очевидно, там вовсю готовились к началу новогоднего праздника. Включив на кухне свет, Барский вздрогнул от неожиданности – за общим столом, покрытым грязной липкой клеенкой, сидел Змеев. – Привет… – удивленно пробормотал Алексей Николаевич. – А ты здесь откуда? – Не откуда, а зачем, – хмуро отреагировал тот. – Пришел вот к тебе, бизнес твой делить будем! – Что?!. – растерялся Барский. – Чего ты делить собрался?.. – Бизнес твой делить! Мне семьдесят процентов, тебе тридцать. Честно говоря, ты и на тридцать-то не наработал. Понимаешь ли ты, что весь твой бизнес и так почти что у меня в кармане! И ты меня интересуешь лишь постольку, поскольку я хочу обеспечить твою старость! Змеев вдруг резко встал, подошел к подоконнику и, взяв стоявший там круглый аквариум с красными рыбками, перенес и поставил его на газовую плиту. Согнулся, чем-то чиркая и поджигая горелку. Отрегулировал пламя, повернулся и изрек, подняв вверх указательный палец (Алексей Николаевич с удивлением отметил, что палец этот оказался вдвое длиннее, чем ему положено было быть от природы): – Уха будет. Ведь «творец» всегда должен следить за качеством своего инструмента. А инструмент этот время от времени необходимо точить. Вот что такое реинкарнация… В тот же момент дискомфорт, медленно нараставший внутри Барского, достиг критической отметки. Он понял, что все это лишь сон и…проснулся! В комнате царил легкий полумрак. На столе мерцал монитор работающего компьютера. Сам он стоял возле диванчика, но спиной к нему. Неожиданно накатила вторая волна осознания. Алексей Николаевич осторожно поднял руки и посмотрел на них. Медленно повернулся. Как и должно было быть, его физическое тело лежало на диване и тихонечко посапывало. Осторожно приблизившись к рабочему столу, он сел за компьютер. Окошко странного видеомессенджера было уже открыто. Теперь Алексей Николаевич разглядел в верхнем левом углу мессенджера большую белую букву «S» на синем кружочке и рядом, чуть правее, белую же надпись: «Skyper». По центру окна программы, в области для видеоизображения, уже присутствовала знакомая фигура в черном балахоне. На заднем фоне торчал все тот же перевернутый каменный тетраэдр невероятных размеров. Словом, все было в точности, как и в первый раз, только теперь изображение на экране оказалось намного четче, как у видео очень хорошего качества. – Приветствую тебя, Живая Искра, – насмешливо поздоровался Лайт. И, намекая, очевидно, на первый пласт сновидения Барского, поинтересовался: – Рыбку с друганом варите или бизнес делите? При этих словах перед глазами Алексея Николаевича возник и тут же исчез подмигивающий смайлик. Он помотал головой, как бы отгоняя посторонние видения, собрался с духом и ответил: – И тебе привет, Лайт! Наконец-то ты вышел со мной на связь. Я целых два года ждал этого момента! Почему так долго? – Я же еще в прошлый раз все объяснил тебе, – мягко отреагировали с той стороны экрана. – Это не я выхожу на контакт с тобой. Это именно ты достучался до меня «снизу». Я тебя и таквсегда вижу и чувствую. Причем не только когда ты пребываешь в бодрствовании, но и когда ты существуешь во сне. А вот тебе для возникновения двусторонней связи требуется очень много дополнительной энергии. Невероятно много! В этот раз, для второй нашей встречи, ты копил ее целых два года. Все вполне закономерно, и ничего удивительного в этом нет. – Скажи, а человек по имени Александр Тагес имеет к этому какое-либо отношение? – осторожно поинтересовался Барский. – Просто и в прошлый раз, и в этот наша с тобой встреча состоялась исключительно после моего с ним общения в «аське». – О, это человек с очень мощной энергетикой! Душа, прожившая тысячи жизней в человеческой форме. Невероятно старая Душа,почти готовая к освобождению и выходу за пределы человеческой формы. В древности он непременно был бы шаманом или жрецом. А сегодня, увы, занимается всем подряд и ничем в частности. Путешественник, философ,бывший бизнесмен, кстати. Писатель эзотерической литературы, который написал за свою жизнь лишь одну-единственную книгу. Правда, должен будет написать еще одну, но это не точно… Алексею Николаевичу показалось, что в этот момент Лайт хитро подмигнул ему, хотя лица его он, как и прежде, не видел. После короткой паузы ночной гость продолжил: – У тебя с Тагесом установилась прочная астральная связь. Не спрашивай, почему и как, придет время, сам все узнаешь. Замечу лишь, что, для того чтобы ты смог поговорить со мной, он поделился с тобой изрядной порцией своей личной энергии. И сегодня, и два года назад. Без его помощи наша встреча едва ли состоялась бы. Ты ведешь неправильный, расхолаживающий образ жизни. Из-за этого вся твоя энергия тратится на пустые повседневные вещи. Как аккумулирующий энергию сосуд ты все время пуст. А для наших встреч должен быть полон по самое горлышко. – Как называется его книга? – спросил Барский. – Она называется «Омикрон». Найди, прочти. В Сети она есть, Яндекс тебе в помощь. Это маленькая, но невероятно информативная и ценная брошюрка, надиктованная Тагесу его собственным «Лайтом», его собственным «высшим Я». Алексей Николаевич удивленно вскинул брови и даже присвистнул. – Однажды, путешествуя, Тагес попал в город-фантом, сновидческий двойник вашего Глахова. Там обитали фантомы (тонкоматериальные двойники) очень многих «продвинутых» сновидцев Глахова. Он надеялся объединить их всех и стать их лидером. А затем, уже в физическом мире, планировал организовать мощное общественное движение. Что-то вроде секты, но в позитивном, хорошем смысле. Объединение людей, целенаправленно и осознанно работающих над своим духовным развитием. Однако он переоценил свои возможности. Из собранных им людей никто так его и не услышал. Покидая Саис (так назывался сновидческий город-двойник Глахова), Тагес решил поступить иначе и, вернувшись в мир физический, написал книгу, где и изложил все то, чему планировал научить сновидцев Саиса… – А ты знаком с «высшим Тагесом»?! – неожиданно для самого себя перебил Лайта Барский. Смутился и замолчал. – А то! – без обиняков откликнулся тот. – И часто обращаюсь к нему за помощью. – Он круче, чем ты?!. – вытаращил глаза Алексей Николаевич. – Мы не меряемся здесь письками, – от души рассмеялся Лайт. – У нас здесь и писек-то никаких нет. На том уровне, где мы пребываем, все устроено совсем иначе, чем в вашем мире. Но если отвечать на твой вопрос серьезно: да, «высший Тагес», как ты его назвал, Душа гораздо более осознанная, чем я. На него возложено больше ответственности, его энергетические возможности больше, чем мои… Повисла неловкая пауза. Изображение на экране вдруг замерцало, исказилось, по нему пробежало несколько жирных черных полос сверху вниз. Испугавшись, что нечаянно чем-то обидел своего «высшего двойника» и сеанс из-за этого может прерваться, Барский решил резко сменить тему. Взгляд его упал на логотип программы, через которую они общались и он вывалил первое же, что пришло в голову: – Скажи, а что это за странный видеомессенджер, «Skyper»? Никогда о таком не слышал. Это что-то потустороннее, программа из вашего мира? – Нет, конечно же! – снова захохотал Лайт. – Как и любая компьютерная программа, эта – извашего мира. Только из недалекого будущего. Прототип ее существует уже и в твоем «сегодня», но пока без возможности общаться по видеосвязи, только звук. Через два с небольшим года эта программа, правда, под несколько измененным названием, появится и в России. Скажем так, для того чтобы пообщаться с тобой, мне еще два года тому назад пришлось забраться в ваше будущее и позаимствовать оттуда этот прототип. – Ты можешь видеть будущее?! – искренне удивился Алексей Николаевич. – Ну, наиболее вероятные его варианты. Одномерно, асимметрично, необратимо и относительно время только для материальных физических форм. На самом деле мироздание многомерно и помимо вашего физического мира, в котором ты пребываешь, существует огромное количество других миров, где количество измерений гораздо больше трех, четырех, пяти и так далее. Я называю эти миры «Планами» или состояниями существования «Мировой субстанции». На каждом из этих «Планов» время течет по-разному, в каждом мире – свое время, отличное от времени в других мирах. Но все эти временны́е векторы сходятся в Вечности. – Что такое Вечность? – Вечность – это один из атрибутов «Первичной субстанции», неотделимый от нее и выражающий бесконечность ее существования. Вечность выражает завершенность и постоянство бытия. Прошлого, настоящего и будущего в Вечности не существует. Время существования «Мировой субстанции» с момента разделения на «Материю» и «Дух» до ее обратного соединения и превращения в «Первичную субстанцию» называется Абсолютным временем. Абсолютное время пронизывает все «Планы» «Мировой субстанции» и интегрирует в «единое целое» их разрозненные временны́е потоки, соотнося их друг с другом, направляя и корректируя. Таким образом, Абсолютное время доминирует надо всеми прочими временны́ми потоками «Планов», ибо оно есть выражение последовательности смены состояний «Мировой субстанции» как «единого целого». Отрезки Абсолютного времени «Мировой субстанции», в свою очередь, соединяются между собой Вечностью «Первичной субстанции». Говоря проще, время можно рассматривать как одно из проявлений Вечности, а Вечность – как наивысшую и всеобъемлющую форму существования времени на всех «Планах» бытия… Алексей Николаевич почувствовал, что еще немного, и голова у него просто взорвется или мозг сведет судорогой. Очевидно, возникшее в нем затруднение ощутил и Лайт, так как замолчал, явно не договорив всего того, что намеревался сказать. – Все это очень интересно и познавательно, но, согласись, не для моего нынешнего ограниченного рассудка, – пробормотал Барский. – Ты мне лучше вот что скажи, возможно ли через осознанное сновидение проникать в будущее? Видеть в точности то, что должно случиться? Несколько секунд Лайт продолжал сидеть молча. Затем, как бы очнувшись от раздумий, произнес: – Как я уже пояснял тебе, время не инвариантно. На более высоких «Планах» существует бесчисленное количество вариантов развития событий для вашего физического мира. Да, в принципе, возможно ухватить ту линию событий, которая затем и воплотится в физическую реальность. Но это будет либо случайное везение, либо же существо должно обладать настолько развитой Душой и настолько мощным энергетическим потенциалом, что на Земле найдется совсем немного таких людей. В любом случае, тебе я категорически не рекомендовал бы пытаться заниматься такими вещами, тем более через осознанное сновидение. – А то чё?!. – непроизвольно вырвалось у Алексея Николаевича. Он смутился и, потупив взор, заерзал в кресле. Откашлялся и осторожно поправил себя: – Я хотел спросить, почему мне этим лучше не заниматься? – Потому, что ты и так-то дохленький в энергетическом отношении, – прямо и без обиняков ответил Лайт, – а если начнешь корячиться и играть в провидца или оракула, то надолго лишишься возможности попадать даже в обычное осознанное сновидение. Я уж не говорю про возможность прорыва на этот уровень, где мы сейчас общаемся. – Ну хорошо, а как насчет бизнеса? – снова решил переменить тему Барский, чувствуя, что Лайт не очень-то доволен разговорами о считывании будущего. – Если ты не можешь или не хочешь помогать мне в предсказании будущего, можешь ли ты научить меня каким-нибудь суперсекретам предпринимательства и высокоэффективного ведения бизнеса? – Я?!. – буквально рявкнул Лайт и так демонически захохотал, что по спине Алексея Николаевича пробежал холодок. – Ну ты даешь, мой локальный друг! Все с ног на голову перевернул. Вообще-то, этоя эманировалтебя , чтобыты научился финансам и бизнесу. Ты моя инкарнация, а не наоборот. Деньги, предпринимательство, бизнес, управление капиталом и личными финансами – все это цель твоего текущего воплощения (а возможно, и нескольких следующих). Именно ты должен получать все необходимые знания на эту тему и нарабатывать опыт, а я приму квинтэссенцию всего наработанного от тебя после твоей смерти. Я же говорил это прямым текстом во время нашей предыдущей встречи, но ты либо не услышал, либо забыл. Что ж, повторю еще раз: постичь секрет материального благополучия, секрет денег и природу богатства – вот одна из основных задач твоей нынешней жизни! – Странно, а я думал, что смысл моей текущей жизни – это литература, писательство, – виновато и вместе с тем озадаченно пробормотал Алексей Николаевич. – Нет, писателем я… – Он осекся, но тут же поправился и продолжил: –Мы с тобой были в прошлой жизни. Если точнее, целых три жизни, предшествовавшие этой. Потому-то тебя так тянет в данную сферу и в рамках текущей инкарнации. Вообще-то, перед очередным воплощением Душа тщательнейшим образом очищается от любых отголосков или воспоминаний предыдущих жизней. Но как ни крути, что-то прорывается, что-то остается в виде старых привычек, склонностей, симпатий или антипатий. Человек рождается не «чистой доской», не tabula rasa, как полагали Аристотель, Авиценна, Локк и многие другие философы. Из двух близнецов, родившихся от одних и тех же родителей (а значит, получивших идентичный набор генов), воспитывавшихся в одинаковых условиях (а следовательно, имевших идентичное социальное окружение и воспитание), один может оказаться непослушным и строптивым, а другой покладистым и примерным. Один будет более склонен к жестокости, а другой проявит качества милосердия и сострадания. Все это происходит именно потому, что, получив от родителей идентичные по своему строению и биологическим свойствам плотные (физические) тела, Души каждого из близнецов обладают оригинальным набором «тонких тел». Тел, являющихся носителями остатков информации из их прошлой жизни и наделяющих их соответствующими качествами. – Значит, забить на творчество и рубиться исключительно за бабки? – с какой-то грустью и даже тоской поинтересовался Барский. – Нет, на творчество забивать не надо, – поспешил успокоить его Лайт. – Напротив, надо добиться такого уровня мастерства, чтобы творчеством для тебя на какое-то время стало «построение прочного материального фундамента». В сфере финансов ведь тоже есть широчайший простор для творчества. – Я подразумевал под творчеством именно литературу, – продолжал канючить Алексей Николаевич. – Ладно, а что если с «материальным фундаментом», с деньгами у меня так ничего впечатляющего и не получится? – Я почти на сто процентов уверен, не получится! – захохотал Лайт. – С первого раза редко что и у кого получается. Писательство я…мы с тобой(!) осваивали целых три жизни. А уровня «творца», уровня мастера в этой сфере и широкого общественного признания добились лишь в последней, которая предшествовала твоей нынешней жизни. – Ого! Значит, я был в прошлой жизниизвестным писателем?! – восторженно воскликнул Барский. – И кем же, если не секрет? Назови имя! – Секрет, – сухо отрезал Лайт. – Вот помрешь, тогда все сам вспомнишь. А я тебе этого сейчас сообщить не могу, уж не обессудь. Возникла неловкая пауза. Алексей Николаевич задумался, остановив взгляд на торчавшем за спиной его ночного гостя каменном тетраэдре. Сам гость молча левитировал в полуметре над поляной, едва заметно покачиваясь из стороны в сторону. Наконец Барский очнулся и выдавил из себя: – Ну, хорошо. Значит, если я в этой жизни не сколочу себе состояния, то есть не обрету мастерства в формировании денег, то буду вынужден продолжать это дело и в следующей жизни? – Да, а скорее всего, даже не в одной. Как правило, на освоение того или иного навыка, на доведение его до уровня «творца» уходит от трех до пяти локальных жизней. Иногда и больше, – Лайт развел руками. – Но я полагал, – настырно пробормотал Барский, – что моя цель относительно денег – это стать настолько богатым, чтобы вообще никогда больше не думать о деньгах и с головой окунуться в чистое творчество. – В этом и состояла твоя основная ошибка, твоя иллюзия. Ты никогда не добьешься богатства, если будешь относиться к этому как к чему-то второстепенному. Быть «творцом» можно на любом уровне и абсолютно в любом деле. В прошлой жизни ты достиг мастерства в писательстве, потому и связываешь понятие творчества именно с литературой. Но стать настоящим бизнесменом – это и означает относиться к бизнесу как к творчеству. Настоящий бизнесмен – «творец» своего дела! – Какой смысл ты вкладываешь в это пафосное «творец»? – Тот же самый, который вкладывает в него твой «виртуальный» дружок Тагес, рассказывая про теорию «Четырех Ступеней», – в голосе Лайта прозвучали веселые, игривые нотки. – Ты же собрался найти (…Яндекс: Омикрон + книга + Тагес… ) и прочитать его книжку, вот и сделай это. Помолчали. Алексей Николаевич усиленно пытался понять и запомнить все то, что рассказал ему Лайт. Он боялся, что при пробуждении потеряет половину, а то и больше всей этой ценной информации. Лайт не мешал его потугам, не подгонял и не торопил. Просто висел и покачивался около своего тетраэдра, излучая покой, умиротворение и, как это ни странно, веселье. Наконец, тщательно разложив все по полочкам у себя в голове, Барский решился продолжить диалог. – Вот ты говоришь… – осторожно начал он, – точнее, подразумеваешь, что реинкарнация – это хорошо. Что смысл нашего бытия именно в этом и заключается. Переселяясь из тела в тело, проживая всё новые жизни, Душа развивается и совершенствуется, восходя от состояния полной бессознательности до состояния наивысшей Божественной (Абсолютной) осознанности. Но ведь буддизм и индуизм придерживаются диаметрально противоположной точки зрения. Согласно индийской религиозно-философской традиции, сансара (как круговорот реинкарнаций) – это зло, от которого нужно как можно скорее избавиться. Вырваться из этого колеса (…колесо, колесо, колесо… ), растворив свое «Я» в пустоте нирваны, обратившись, по сути, в ничто. – А христиане и мусульмане верят в ад и рай, – бесстрастно парировал Лайт, – ну и что с того? Абсурдность учения, в котором за одну короткую жизнь, случайным образом возникшую, человек обрекается на вечные муки или вечное блаженство, ты осознаёшь. А абсурдность другого учения, смыслом и целью которого видится добровольное и даже целенаправленное превращение в пустоту, лишь бы раз и навсегда избавиться от каких-то там мифических «страданий», нет? Он рассмеялся, дав Барскому время осмыслить сказанное, затем продолжил: – Далеко не все то истина, чему учат религии! Далеко не все то правда, что утверждается в восточных или западных философских системах. «Errare humanum est sed stultum est in errore perseverare». Несмотря на всю его грандиозность и важность, в восточном учении о реинкарнации и карме есть очень много крупных, я бы даже сказал, фатальных ошибок. – Что это за ошибки? – Ну, например, согласно восточной традиции, Душа в процессе сансары перерождается бессистемно, а форма воплощения определяется исключительно кармой. На самом деле это не так! Да, карма сильно влияет накачество воплощения, но никакого регрессивного воплощения не существует. Если Душа достигла в своем развитии уровня Человека, она уже никогда не воплотится в форму животного, растения или минерала. Подобные фантазии есть сущий бред. Обратного хода нет! Ты можешь сколь угодно долго болтаться в рамках человеческой формы, но никогда уже не сможешь переродиться в виде дерева, цветка, тигра, земляного червя или чего-то подобного. Ошибка заключается и в представлении о сансаре как о бессмысленном круговороте (колесе) рождений и смертей. Объективно этот процесс не является движением по кругу. Этот процесс – движение по восходящей спирали. С каждой прожитой жизнью Душа становится все более осознанной, опытной, продвинутой. Каждая прожитая жизнь приближает Душу к переходу на новый, более высокий уровень духовной эволюционной лестницы. В этом и состоит смысл реинкарнации – восхождение локальной Души обратно к Абсолюту через расширение своего уровня осознанности, а не пустая болтанка между разнообразными материальными формами. – Так в чем же тогда цель человека? – спросил Барский. – В чем цель всего человечества? В чем наши цель и смысл?! – Цель человека как индивидуальной живой Души – это развитие осознанности и духовное самосовершенствование. Задача человеческой Души – как можно скорее перейти на следующую, более продвинутую ступеньку духовной эволюции. Человеческая Душа уже прошла формы минерала, растения, животного. Сейчас она находится в форме человека. Нужно стремиться двигаться дальше! Нужно переходить в новую, более продвинутую форму, чем «человек». Нужно поднимать свое сознание с физического «Плана» на более тонкие «Планы». Такова индивидуальная цель человека. Цель же человечества – овладение окружающей природой, замена естественной среды на искусственную, полностью подчиненную человеку и управляемую им. Если животные вынуждены приспосабливаться к окружающему физическому миру и в этом смысл их бытия, то человечество должно научиться управлять окружающей средой, изменяя ее под себя, а в более отдаленной перспективе – создать небиологическую форму разумной (и даже сверхразумной!) жизни… – Хорошо! – неожиданно для самого себя перебил его Барский. – Пусть религия и философия заблуждаются. Но почему я должен верить тебе? – Ну хотя бы потому, что Я – это ты! – рассмеялся Лайт. – А если говорить серьезно, то верить никому не нужно вообще. Вера – это то, что временно заменяет нам знание. Догадки, предположения, гипотезы, модели – все это позволяет в процессе познания затыкать некие локальные дырки и прорехи в нашей «картине мира». Ровно до той поры, пока эти гипотезы, предположения или догадки не будут подтверждены или опровергнуты экспериментально. Вера же помогает заделывать не локальные дырки в структуре знания, а формирует нечто вроде моста, когда мы подходим к той грани, к тому обрыву, где на данный момент нашего развития достигнут предел нашего понимания мира в целом. И если гипотезы и догадки прикрывали мелкие дырочки в нашей «картине мира», то вера пытается дать хоть какой-то ответ на вопрос: «а что же находится дальше,за пределами рамы, уже нарисованной нашим сознанием “картины мира”?!.» Естественно, речь о той разновидности веры, которую я обозначаю термином «вера ума». – Что еще за «вера ума»? – удивился Алексей Николаевич. – Само понятие «вера» делится как минимум на два основных типа: «вера,неосознанно принятая » (пример: когда что-то вдалбливается ребенку с самого рождения и он бездумно принимает это «априори», а в дальнейшем, в течение всей своей жизни, использует как аксиому, даже в помыслах своих не подвергая сомнению), и «вера,принятая осознанно ». Вот последняя-то, в свою очередь, и подразделяется на два главных подвида:«вера ума» и«вера сердца» . «Вера ума» – это логически обоснованная, философическая вера. «Верю, ибо знаю!» Это наиболее рациональный и открытый тип веры, наиболее прогрессивный. Где к каждому выводу и положению «верующий» пришел осмысленно. Одно здесь опирается на другое, «b» следует из «а», сами же посылки (исходные) базируются на знании и опыте. Налицо четкая логическая система! «Вера сердца» – это совершенно иной тип веры, при котором человек принимает как истинный тот или иной постулат (положение, мысль, идею) только лишь на том основании, что он ему больше… нравится. Да, да, именно так. Нравится, и всё тут! Потому и верую в это, что мне так нравится! «Вера сердца» – это алогичная, иррациональная вера. Это совершенно закрытый, изолированный и практически не поддающийся внешнему воздействию тип веры… Лайт вдруг замолчал. Нудное философствование, в которое он постоянно скатывался, его подопечным воспринималось крайне плохо. Барский смотрел перед собой совершенно пустыми глазами. Было понятно, что все сказанное сейчас для него не более чем бессмысленная тарабарщина. Как говорится, в одно ухо ему влетало, из другого тут же вылетало. А в голове, увы, совсем не задерживалось. – Словом, не нужно вообще никому верить! – решил подвести черту под этой частью разговора Лайт. – Просто изучи всю доступную тебе информацию, осмысли ее и сделай сам выводы из имеющихся у тебя фактов. Опять же, как говорил твой любимый Будда: «не принимайте на веру то, что я говорю, просто постарайтесь вникнуть в мои слова, чтобы увидеть, действительно ли то, что я говорю, имеет смысл. Если в моих словах смысла нет, отбросьте их. Если смысл есть, возьмите сказанное на вооружение ». Снова возникла пауза. – Скажи, – произнес Алексей Николаевич через какое-то время, – а где именно ты существуешь и что ты там делаешь, когда не общаешься со мной? Все эти многомерные пространства, время и вечность, все эти астральные, ментальные и прочие «Планы»… Я могу воспринимать все это исключительно в виде каких-то абстракций. У меня в сознании не возникает даже четких мыслеобразов! Каков он, тот мир, где ты обитаешь? Как выглядишь ты, когда не прячешься за образом «мужика в балахоне»? – О, для понимания человека это будет посложнее даже, чем квантовая механика или теория струн. Это невозможно объяснить словами, потому что слов, описывающих мою реальность, в твоем понятийном аппарате просто-напросто нет, – с какой-то грустью в голосе произнес Лайт. – Тебе, ограниченному опытом пребывания в трех пространственных координатах и воспринимающему исключительно линейное время, этого в принципе не понять. Пока не понять… – Ну вот, мы снова вернулись к затронутой в самом начале нашего разговора теме. К разговору о времени. Так почему ты запрещаешь мне заглядывать в будущее для улучшения своего положения в настоящем? – Я не запрещаю, – расхохотался Лайт. – Я лишь предостерегаю тебя от этого. И ты прав, раз мы вернулись к этой теме, значит, пора завершать наш сегодняшний диалог. Энергия, подаренная тебе Тагесом, заканчивается. В будущее тебе не следует заглядывать именно потому, что это высосет из тебя всю энергию на много-много месяцев, а то и лет вперед. Кроме того, это будет нарушением «правил игры». Весь смысл твоего нисхождения в материальный мир заключается в извлечение опыта. И делать это нужно исключительно по законам материального мира. Это как в компьютерной игре: ты хочешь пройти все уровни, используя чит-коды. Но, согласись, такой финт полностью обессмысливает сам процесс прохождения! Как в сетевой игре за использование чит-кодов тебя могут наказать и даже надолго дисквалифицировать, так и в реальности за подсматривание будущего тебя надолго отстранят от выхода на тонкие «Планы». – Но ведь и общение с тобой – это тоже «не по правилам»! – воскликнул Барский. – Верно! Но я не даю тебе чит-кодов для прохождения нашей «игры». Я обсуждаю с тобой лишь глобальные, абстрактные, философские, мировоззренческие вопросы. При этом, по сути, не выходя за рамки того, что ты и так уже знаешь сам. Пусть и на уровне подсознания. По экрану снова побежали полосы, возникли помехи. Сеанс связи подходил к концу. – Скажи, – еще успел спросить Барский, – мы с тобой можем общаться исключительно через «компьютер в сновидении»? – Не обязательно, – ответил Лайт. – Способов для общения много. Самых разных. Просто в твоей ситуации именно этот оказался наиболее удобным. – Значит, я обречен до конца своей жизни общаться с тобой только так?! – Не обязательно… В этот момент экран компьютера погас. Энергия кончилась, сеанс был завершен. В то же мгновение распахнулась дверь комнаты и на пороге возник Змеев. В руках он держал все тот же аквариум с красными рыбками, но сам был теперь облачен в странную полосатую пижаму, как у заключенных в фильмах про войну и концлагерь. Он улыбнулся и, протягивая аквариум Барскому, сказал: – Йыво́нерх заг омиди́в, я́бет у и́но ястяра́в ен… На этом все закончилось. Алексей Николаевич проснулся. Полностью. По-настоящему. ---------- 4 Трейдер. Киберсант 4 Трейдер. Киберсант Все сгорело дотла… Но, по счастью, вишневый цвет Уже облетел в саду. Татибана Хокуси С января две тысячи пятого года Алексей Николаевич с головой окунулся в изучение трейдинга, инвестирования и управления финансами. Сложно сказать, подтолкнул ли его к этому последний диалог с Лайтом (…этояэманировалтебя, чтобытынаучилсяфинансами бизнесу… ) или причина заключалась в чем-то другом. Как бы там ни было, Барский засел за учебники, приобрел множество онлайн-курсов соответствующей тематики и даже зарегистрировался в «Форекс Клубе». И если изначально трейдинг представлялся ему некой разновидностью игры все в том же казино, по мере изучения теории это ощущение очень быстро сошло на нет. Свечные рыночные паттерны, графические фигуры технического анализа, восходящий и нисходящий тренды, биржевые стаканы, уровни поддержки и сопротивления, волны Эллиотта, рыночные индикаторы и т. д. и т. п. Все это больше напоминало серьезную науку, чем развлечение на рулетке или ставки наудачу. Барский словно бы снова вернулся в студенческие годы. За прошедшее с той далекой поры время мозг его напрочь разучился воспринимать и осваивать новую информацию, разленился и закостенел. Но жажда знаний, являвшаяся неотъемлемой чертой его личности, очень быстро преодолела сопротивление инертного и старающегося на всем экономить энергию мозга. Он втянулся в учебный процесс и даже начал получать от него удовольствие. А читать, конспектировать и переосмысливать приходилось по-настоящему много. Параллельно с изучением теории Алексей Николаевич активно практиковался в торговле на FOREX, используя демосчет. Рыночный график, доступ к котировкам в режиме реального времени – все это было предоставлено брокером в полном объеме. Единственным отличием демо от реального счета, как уверяли в «Форекс Клубе», было то, что торговля там велась не на настоящие, а на игровые деньги. Этакий «летный тренажер» или «симулятор автовождения», только не для летчиков или автомобилистов, а для валютных трейдеров. Убытки, в случае проигрыша, не настоящие, но и прибыль, в случае выигрыша, тоже виртуальная. «Добьешься успеха на демо – перейдешь торговать на реальный счет, – объяснял ему наставник. – Так мы заботимся о наших учениках, чтобы новички не теряли денег и выходили на реальную биржу только тогда, когда они полностью к этому готовы». Алексей Николаевич охотно верил наставнику. Смущало его во всем этом лишь одно. Если на демосчете он достаточно быстро добился успеха и от месяца к месяцу демоигры показывал устойчивый профит, удваивая и утраивая виртуальный капитал, то стоило ему открыть реальный депозит (изначально на символическую сумму всего лишь в тысячу долларов) и начать торговать там, как ситуация тут же стала диаметрально противоположной. По итогам каждого месяца реальной торговли у него фиксировался не менее устойчивый убыток. В итоге, свою первую тысячу долларов на бирже Барский слил в ноль всего за три с половиной месяца активной торговли. «Это естественно и нормально, – успокаивали его наставники. – Из ста учеников, прошедших тот или иной курс обучения работе на рынке, при торговле на демосчете положительных результатов добиваются пятьдесят-шестьдесят человек, примерно половина. А вот при переходе с демонстрационного счета к реальным торгам число успешных трейдеров резко падает и сокращается всего до пяти-шести человек из этой сотни. Таковы статистические данные, это факт. Причина столь странного на первый взгляд феномена кроется в… психологии. Психология в трейдинге не менее важна, чем хорошая торговая система и мани-менеджмент». И Барский послушно садился за учебники по психологии трейдинга. Более того, он тщательно пытался отслеживать собственные эмоции и мысли во время торговли, рефлексируя изо всех сил. Но… получалось не очень. В отличие от демо, при реальной торговле его постоянно охватывал неконтролируемый азарт. Когда, согласно правилам торговой системы, следовало закрыть ошибочную позицию и зафиксировать небольшой убыток, он этого не делал, надеясь на то, что рынок вот-вот развернется и пойдет в нужном ему направлении. В результате, минус становился все ощутимее, убыточную позицию приходилось-таки закрывать, но с гораздо бо́льшими потерями. Аналогично обстояли дела и в случае роста прибыли. Когда график цены достигал уровня, на котором, согласно правилу торговой системы, следовало закрыть позицию и зафиксировать профит, Барский никак не мог заставить себя сделать это. Его вдруг начинала обуревать жадность. Ему хотелось, чтобы профит становился все больше, и больше, и больше… Вместо этого график резко разворачивался и длинной красной свечой летел вниз, теряя по пути всю накопленную прибыль, а порой и вовсе уходя в отрицательную зону. Не спасала даже установка ордеров тейк-профит и стоп-лосс, так как Алексей Николаевич постоянно передвигал их туда-сюда, едва цена начинала подбираться к ним. Конечно же, как и любому среднестатистическому человеку, ему очень хотелось верить в собственную исключительность. В то, что судьба благоволит именно ему, что, невзирая на все временные трудности, удача окажется на его стороне и эта торговая сессия будет завершена им с прибылью. Но, увы, чуда не случалось, и волей-неволей приходилось признать, что он такой же точно заурядный человек, как и все остальные. Что он точно так же, против своей воли, начинает испытывать панику, когда рынок шел против него и вместо вожделенных зеленых цифр прибыли в окне торгового терминала вдруг обнаруживались страшные красные цифры убытков. И чем больше становился убыток, тем более сильный стресс он испытывал. На пике эмоционального подъема, на пике ужаса, нервы не выдерживали, он закрывал торговую сессию с убытком и весь остаток дня проводил в жутчайшей депрессии. Но и это еще не всё. Когда на следующее утро (частично придя в себя и справившись с навалившейся на него тоской, убедив самого себя, что поступил вчера правильно и спас свой депозит от еще более кошмарных убытков) Барский открывал торговый терминал и смотрел на историю вчерашних торгов, кошмар возвращался снова. Он обнаруживал, что буквально через несколько часов, после того как он закрыл убыточную сделку, рынок неожиданно развернулся и двинулся в обратном направлении. Досада на самого себя, разочарование, злость, уныние – все это наваливалось на него с новой силой и расплющивало в лепешку. – Чёрт меня подери! – ругал он сам себя. – Не закройся я вчера так поспешно и оставь позицию на ночь, сегодня вместо тридцати долларов убытка на моем торговом счете отображалось бы пятьдесят долларов прибыли! Ну я и дурак! Ну я и тупица несдержанная!.. Мало-помалу из-за постоянных неудач в реальной торговле интерес Алексея Николаевича к трейдингу стал угасать. Но он не был бы собой, если б так просто сдался и забросил дело, на которое уже потратил уйму времени, сил и денег. Барский решил провести собственное расследование, пытаясь понять – почему же ему так не везет в торговле? Почему он снова и снова сливает один депозит за другим, словно проклятый кем-то или заколдованный?! Он посвятил несколько бессонных ночей чтению трейдерских форумов, изучил откровения бывших и действующих работников брокерских контор, сопоставил между собой все это, а так же информацию из СМИ и ему наконец приоткрылась более или менее внятная картина реальности отечественного валютного рынка. Поразительно, но FOREX в России до сих пор находился вне правового поля. На две тысячи пятый год в законодательстве Российской Федерации не было ни одного упоминания о FOREX и, как следствие, не существовало никаких контролирующих его работу государственных структур. Это означает, что клиент любого отечественного дилингового центра, предоставляющего услуги работы на FOREX, никак не был застрахован от мошенничества со стороны нечистоплотных брокеров. Еще более невероятно, но большинство российских дилинговых центров работали по…букмекерским лицензиям! То есть FOREX в России фактически все же приравнивался к тотализатору, к некой разновидности (…колесо, колесо, колесо… ) казино! Понятно, что, если трейдер торгует через более или менее крупный дилинговый центр, учредители данного центра с деньгами его никуда не сбегут, так как для них это просто не выгодно. Однако вероятность обмана со стороны нечистоплотного брокера чаще всего заключалась совсем в другом. Прежде всего это манипуляции с котировками. Некоторые дилинговые центры, являясь всего лишь посредниками, даже не выводили деньги своих клиентов непосредственно на FOREX, а просто крутили их внутри собственной торговой системы. Да и зачем эти деньги куда-то выводить, если, согласно статистике, около девяноста шести процентов трейдеров все равно проигрывают рынку, подчистую сливая свои депозиты. Зачем отдавать эти проигранные депозиты кому-то, когда можно их преспокойненько оставить себе?! Алексей Николаевич с удивлением осознал, что объективно существует не один, а два FOREX’а! Первый – это реальный мировой валютный рынок FOREX, сделки на котором проводятся на суммы не менее чем сто тысяч долларов. И второй, так называемый «мини-Forex», – виртуальная имитация торгов на реальном FOREX’е, где «торговать» могут разрешить даже с депозитом в тысячу долларов, а то и меньше. Теоретически существование «мини-Forex» объяснялось тем, что, поскольку выводить на рынок сделки менее чем на сто тысяч долларов невозможно, дилинговый центр формирует из нескольких «мини-лотов» один большой лот, который и выводится на реальный FOREX. На практике же получалось так, что если у брокера мало клиентов, то сформировать из малого количества сделок необходимый большой лот ему просто не из чего. Вот тогда и появляется то, что среди трейдеров принято называть «кухнями». «Вам говорят, что выводят вас на рынок, – рассказывал в одном интервью директор по маркетингу ДЦ “Альпари”, – тогда как на самом деле никуда не выводят, а просто создают иллюзию реальной торговли. Вы думаете, что проводите реальные сделки, а на самом деле играете исключительно со своим брокером. Если клиент разоряется, то он обычно даже и не узнает, что его обманывали. Проблемы начинаются, когда приходишь и говоришь, что хочешь забрать заработанные деньги». Понятно, что для «кухонь» выигрыш трейдера – прямой убыток. И один из самых действенных способов не дать успешному трейдеру выиграть – это манипулирование котировками. Выставление выгодных для себя и невыгодных для трейдеров курсов валют, которые могут весьма существенно отличаться от реальных рыночных котировок, – излюбленный прием «кухонных» дилинговых центров. Валерий Елисеев, руководитель подразделения финансовых рынков ЗАО «Нефтепромбанк», так прямо и заявлял прессе: «…технические средства, имеющиеся у дилинговых центров, содержат в себе специально разработанные для этого функции управления потоками котировок, отображаемых на клиентских терминалах. Поскольку трейдер заключает договор и получает цены от своего брокера, он не может апеллировать к ценам, полученным им из других информационных источников. Таким образом, спор между брокером и клиентом о цене, послужившей основанием невыгодной для клиента сделки, всегда решается в пользу брокера». – Твою ж мать! – в сердцах восклицал Барский, читая подобные откровения. – И здесь такая же точно подстава, как в интернет-казино. Кругом одни жулики, обманщики и лживые паразиты в этом чертовом Интернете! Ну как так можно?.. Помимо предоставления заведомо ложных котировок, в арсенале «кухонь» имелись и другие мошеннические механизмы. Например, это могли быть задержки с исполнением приказа на несколько секунд, а то и минут, в результате чего сделка совершалась совсем по другой, нежели предполагал трейдер, цене. Естественно, по цене, не выгодной именно для трейдера! Другой пример – это пускание на долю секунды длинной свечи, сбивающей выставленные у определенных уровней скопления трейдерских «стоп-лоссов». В этой ситуации трейдер может даже не понять, что его обманули. Был выброс цены, сработал «стоп-лосс», и всё тут! Как признавались сами представители дилинговых центров, в принципе, ничто не мешает заниматься котировочными махинациями не только «кухням», но и вполне уважаемым банкам или крупным брокерам. Ведь законодательно эти моменты (так же, как и весь FOREX) в России никак не регулируются. И все, что остается валютному трейдеру, работающему с отечественным дилинговыми центрами, – это надеяться на честность своего брокера и молиться, чтобы тебя не кинули. Молиться и надеяться Барский не собирался, сдаваться и отказываться от идеи стать успешным трейдером – тоже, а потому решил переключиться с валютного рынка на фондовый. Благо законодательно данная сфера в России уже давно регулировалась, и именно поэтому откровенное мошенничество со стороны брокеров, предоставлявших частным лицам возможность торговли отечественными акциями и облигациями, было практически полностью исключено. Кроме того, рынок акций показался Алексею Николаевичу намного более простым и понятным, чем валютный. Очень быстро он сообразил, что фондовый рынок можно уподобить барометру, отражающему состояние национальной экономики, а курсы акций – отражениюмыслей в головах инвесторов в отношении того, что с этой экономикой может произойти в будущем. Если будущее данной экономикипредставляется инвесторам оптимистичным и положительным, инвесторы готовы вкладывать в нее деньги, спрос на акции начинает превышать предложение, курс акций растет. Если же, напротив, по каким-либо причинам инвесторы вдругрешают , что в самом ближайшем времени данную экономику ожидают какие-либо потрясения, они в срочном порядке начинают эвакуировать из нее свои деньги, предложение начинает превышать спрос, и курс акций падает. Важным открытием для Барского стало и осознание того факта, что без притока на рынок свежих денег не может начаться рост курса акций, а без оттока денег с рынка – падение. Если же совокупный биржевой капитал и количество обращающихся на рынке акций не меняются, рынок болтается в горизонтальном коридоре цен, не демонстрируя ни высокого роста, ни заметного падения. На рынке воцаряется равновесие («флэт»), и условно такой рынок можно назвать «спящим». Сильного движения вверх или вниз на «спящем» рынке не может возникнуть по той простой причине, что свежих денег на рынок не поступает, оттока их с рынка – тоже не наблюдается, а в головах пребывающих на данном рынке трейдеров и спекулянтов царят неопределенные настроения, которые на корню подавляют любые сильные колебания цены, не давая образовываться ни растущему («бычьему»), ни падающему («медвежьему») тренду. Рынок спит, «ворочаясь» в границах сформированного им горизонтального канала. Но вот (…откуда ни возьмись… ) приходит КРУПНЫЙ инвестор и мощным пинком своего сапога заставляет рынок проснуться. Этот крупный инвестор приносит на рынок свежие деньги и активно начинает скупать приглянувшиеся ему бумаги. Установленное ранее равновесие между спросом и предложением резко нарушается, денежки через биржу попадают к спекулянтам и трейдерам, а полученные за них акции оседают в карманах этого крупного и весьма собою довольного игрока, страшной «акулы капитализма». Поскольку наш инвестор был именно КРУПНЫМ, то и акциями он затоваривается, как правило, надолго. По мелочи «акулы капитализма» не играют, мелкие колебания рынка их не интересуют. Купленные бумаги он будет держать у себя ровно до тех пор, покуда рынок, из-за вызванного им дефицита ценных бумаг, не отрастет весьма и весьма значительно. Итак, рынок «просыпается» и начинает бурно расти. То, зачем конкретно данный крупный игрок скупил акции, остается всегда за кадром. Возможно, он обладал какой-то инсайдерской информацией и ему раньше других стало доподлинно известно о каких-либо позитивных изменениях или реформах в рамках данной отрасли или конкретного эмитента. А может быть, он просто очень прозорлив и первым из всех понял, что напряженность на Ближнем Востоке очень скоро перерастет в военный конфликт, что повлечет за собой перебои в поставках нефти и как следствие – рост цен на это сырье, а значит, и увеличение прибылей отечественных нефтедобывающих компаний… Не важно! Важно то, что акции он приобрел именно для того, чтобы на них заработать. И заработать по-крупному! А значит, поняв его цели и замыслы,делая ровно то же самое, что и он , можно зарабатывать вместе с ним. Совсем как маленькие рыбки-лоцманы, питающиеся объедками, достающимися им от пиршества акулы, за которой они следуют. Будучи писателем и обладая весьма развитым образным мышлением, Барский обожал выстраивать подобные аналогии. Это помогало ему лучше понять суть происходящих процессов, постичь их истинную, глубинную природу и использовать практически. Если крупных игроков на бирже он уподоблял акулам, себя и других мелких трейдеров – рыбам-лоцманам, то сам рынок представлялся ему, как ни странно, чем-то вроде… лошади. Растущий рынок – это скачущая вверх по склону горы лошадь, падающий – лошадь, несущаяся с горы вниз. Не «быки» и «медведи», как называют данные стадии рыночных трендов во всем мире (кстати, черт его знает, почему так!), а именно лошадь, только в разных ее ипостасях. В общем, согласно аналогии Барского, разбуженная ударом кнута лошадь проснулась и понеслась галопом вверх по склону горы. На рынке начал формироваться долгосрочный растущий тренд. Следует отметить, что уже на стадии интервенции на рынок крупного капитала, когда только-только начал образовываться этот новый восходящий тренд, к данной тенденции непременно присоединяются и средние, а также мелкие игроки. Деньги мелких и средних инвесторов тоже устремляются на рынок. Проснувшаяся и устремившаяся в гору лошадка (рынок), начнет получать все новые и новые удары кнутом (вливание в рынок все новых и новых порций денег), пока наконец не рванет в гору, что называется, закусив удила. Рынок переходит в свою «безумную» стадию, когда толпы мелких и средних игроков, трейдеры и спекулянты всех мастей, а также простые граждане (новички фондового рынка), вкладываются в акции именно потому, что видят столь бурный, безудержный рост. В свою очередь рынок растет бешеными темпами именно по той причине, что акции начинают скупатьВСЕ . А все это делают только из-за того, что видят рост рынка и не могут удержаться от соблазна заскочить в последний вагон уходящего поезда (поезда их мечты, как им кажется). В этот момент рынком правит толпа, а цены на акции взлетают до заоблачных высот – стремительно, как сорвавшийся с привязи воздушный шар. Однако ничто не длится вечно. Рано или поздно, но силы у «загнанной лошади» заканчиваются, рост рынка прекращается, и вот тут… А тут события могут начать развиваться в рамках трех основных сценариев. Сценарий первый: «загнанная лошадь» может свалиться замертво. Денежный потенциал исчерпан, больше наличности взяться неоткуда, да и покупать акции по таким безумным ценам желающих больше тоже не наблюдается. Перейдя на качественно новый, более высокий уровень (подобно электрону в атоме, получившему энергию извне и перескочившему на более высокую орбиталь), рынок снова впадает в «спящее» состояние на неопределенно долгое время. Сценарий второй: на рынке может произойти новая финансовая интервенция. Придет другой крупный игрок и заставит-таки подняться слегка отдышавшуюся лошадь, чтобы еще раз повторить все это безумное ралли и загнать рынок еще выше, на такие вершины, куда он до этого момента никогда ранее не забирался. Ну и, наконец, третий сценарий: наш крупный игрок, решив, что акции уже достаточно отросли, может начать сбрасывать купленные им ранее пакеты бумаг, обменивая их на денежки и уводя затем с рынка как свой собственный, ранее проинвестированный капитал, так и деньги всех тех, кто вложил их в рынок уже после него на стадии сначала умеренного, а затем и совершенно безумного роста. Вывод крупного капитала в очередной раз нарушает установившееся было равновесие. Акций на рынке оказывается очень много, денег – очень мало. Мелкие и средние игроки, почуявшие неладное и тоже не желающие держать у себя на руках дешевеющие бумаги, вслед за крупным инвестором начинают избавляться от своих активов, в результате чего поначалу умеренное падение превращается в самый настоящий обвал цен. Рынок, находящийся в стадии «обвала» – очень грозная и совершенно не контролируемая сила. Паника охватывает всех, кто еще не сбросил свои бумаги. Люди в прямом смысле слова становятся безумными, сбрасывая акции по ценам, намного более низким, чем те, за которые они их приобретали. К всеобщей вакханалии присоединяются спекулянты-шортисты (трейдеры, берущие акции у брокера в долг и продающие их с целью обратного выкупа по более низкой цене), массово открывающие короткие позиции и зарабатывающие именно на падении рынка. Это подстегивает еще более стремительное падение курса, глядя на которое, безумием заражается все большее и большее количество инвесторов и спекулянтов. Наконец, от акций начинают избавляться буквально все, в массовом порядке, совершенно не обращая внимания на их стоимость, лишь бы зафиксировать убытки раньше других и выйти в «кэш». Достигнув своего логического завершения, обвал прекращается. Цены консолидируются на новом (значительно ниже предыдущего) уровне, где рынок и впадает в новую «спячку». Цикл завершен. Потерявший к данному рынку всякий интерес, КРУПНЫЙ спекулянт уже давно покинул этот остывающий «лошадиный труп» и в настоящий момент подыскивает себе новые жертвы, новые сферы интервенции для своего изрядно увеличившегося капитала. Таким образом, если за движениями валютного рынка Алексей Николаевич не видел ровным счетом ничего, кроме формирующихся совершенно случайно и непредсказуемо черных и белых свечей разного размера (…колесо, колесо, колесо… ), движения фондового рынка он не только прекрасно понимал, но ичувствовал . Рынок акций был для него чем-то живым. Неким мифическим существом, настроение которого он ощущал всеми фибрами своей души. И если добавить к этому, что, торгуя на фондовой секции ММВБ, Барский был защищен от манипуляций нечистых на руку «кухонных» дилинговых центров, дела его в трейдинге потихонечку стали выправляться. Он уже не терял, а зарабатывал – сначала совсем понемногу, а затем все более и более ощутимые суммы. Впрочем, невзирая на обретенный им новый источник дохода в виде трейдинга, Барский не забывал и про электронную коммерцию. Его интернет-бизнес не просто рос, он поднялся на принципиально новую ступень. Вместо продажи бизнес-пакетов и электронных книжек Алексей Николаевич перешел к продаже информации на компакт-дисках. Для этого было сразу несколько причин. Во-первых, к две тысячи пятому году в Сети выросло огромное количество его подражателей и последователей, как и он, продававших самые разнообразные электронные книги и бизнес-пакеты. Конкуренция серьезно усилилась, и предложения Барского просто терялись на фоне сотен других похожих предложений. Алексей Николаевич чувствовал, что нужно изобрести что-то принципиально новое, чего в Рунете еще не было, дабы отстроиться от конкурентов и выгодно выделиться на их фоне. Информационный продукт, выпущенный на физическом компакт-диске, в профессионально сделанной оболочке, с автораном и меню, выглядел намного солиднее обычного zip- или rar-архива, скачиваемого по присланной ссылке. Более того, выпуская инфопродукт на компакт-диске, получалось создать полноценное мультимедиа. Ту же самую информацию, что была в бизнес-пакете, становилось возможным передать не только в виде текста и сильно ужатой графики. Свой бизнес-учебник теперь можно было дополнить анимацией, аудио и даже видеороликами. На фоне унылых электронных книжек подобное творение выглядело чем-то совершенно фантастическим, космическим, профессиональным. Во-вторых, помимо продавцов информации, в Рунете стали появляться люди, которые сливали в Сеть чужие бизнес-пакеты и электронные книги либо по демпинговым ценам (пираты), либо выкладывали все это добро и вовсе даром («Робин Гуды»). Возник даже целый класс так называемых «борцов с лох-пакетами», которые называли продажу информации в Интернете обманом, лохотроном, разводиловом и считали своим долгом распространять любые коммерческие обучающие инфо-продукты бесплатно, дабы люди не покупали этот «шлак» (как они считали), а могли бы скачать его даром и убедиться в «бесполезности» данной информации. Изначально Алексей Николаевич пытался бороться с подобными деятелями через уничтожение ссылок на скачивание именно его, Барского, бизнес-пакетов, посредством жалоб хостинг-провайдерам, на чьи ресурсы эти ссылки вели. Но силы были неравны. Пока Барский писал жалобу хостинг-провайдеру или админу одного файлообменника, требуя закрыть нарушающие его авторские права раздачи, оппоненты Алексея Николаевича тоже не сидели сложа руки и успевали выложить в Сеть сотни новых файлов для бесплатной раздачи на десятках других файлообмеников. Все это напоминало борьбу с ветряными мельницами или, точнее, – битву Геракла с Лернейской гидрой. Пока ты срубаешь одну голову (уничтожаешь одну пиратскую раздачу), вместо нее вырастают три новые (появляется несколько новых пиратских раздач). Однако, поскольку большинство российских пользователей по-прежнему сидели на допотопных диалап-модемах, доступ в Сеть оставался все еще достаточно дорогим и очень медленным. Отечественные любители халявы с легкостью могли скачивать бизнес-пакеты или электронные книги, вес которых не превышал нескольких десятков мегабайт, но вот качать файлы объемом шестьсот-семьсот мегабайт, а именно столько помещалось на компакт-диск, для подавляющего большинства отечественных пользователей было делом совершенно бесперспективным и коммерчески невыгодным. Да и залить на сервер через все тот же телефонный модем семьсот мегабайт было в разы, а то и на порядки сложнее и затратнее, чем вывалить туда маленький архив весом всего-то с десяток мегабайт. А значит, продажа обучающих курсов на дисках хоть в какой-то мере, но решала проблему «халявных раздач» и откровенного пиратства. Качать через Интернет диски могли лишь достаточно богатые люди, которым эти диски, по большому счету, были не нужны и даром. И, наконец, в-третьих, отправлять диск по почте можно былоналоженным платежом . А это, пожалуй, самое главное! У потенциального покупателя возникало ощущение, что подобный формат обмена денег на информационный товар защищает его, покупателя, от возможного обмана со стороны продавца. Ведь, делая предоплату за бизнес-пакет, можно отправить деньги неизвестно куда и кому, а в ответ вообще ничего не получить. Здесь же ты сначала видишь заказанный тобой диск в отделении почты, а деньги отдаешь только после того, как заветный товар оказался у тебя в руках. (То, что и здесь возможен обман, что тебе могли прислать пустой диск или диск с какими-нибудь «пионерскими песнями», большинству клиентов в голову почему-то не приходило.) Опять же, кредитные и дебетовые карты в середине нулевых были если уже и не «западной экзотикой», то все еще чем-то не особо распространенным среди рядовых россиян. Как и электронные деньги. А вот «наложенный платеж» оказывался вполне понятным и доступным средством оплаты даже для пенсионеров и домохозяек. Таким образом, делая ставку именно на возможность заказа его уникального мультимедийного курса наложенным платежом, Барский автоматически расширял свой рынок до уровня почти всех жителей России и стран СНГ, имевших доступ в Интернет. Именно благодаря «наложке» приобрести диски Алексея Николаевича мог теперь любой желающий без каких-либо оговорок. Да, присутствовал во всем этом и определенный риск. Ведь заказанный наложенным платежом диск покупатель мог банально не выкупить на почте. И тогда бандероль должна будет вернуться обратно к Алексею Николаевичу. А вместо прибыли он получит чистый убыток, потому как будет вынужден оплатить почтовой службе путешествие его бандероли с начала в один конец, а затем и обратно. Но риск – благородное дело! Потенциальные выгоды в разы перевешивали возможные убытки, и Барский рискнул. Рискнул и оказался победителем – первые же месяцы продажи компакт-дисков показали, что доля невыкупленных бандеролей составляет не более пяти-семи процентов от общего числа отправок. Это была вполне допустимая погрешность. Обороты у Алексея Николаевича после перехода на торговлю дисками подскочили до десяти, а иногда и до одиннадцати-двенадцати тысяч долларов в месяц. Правда, сильно выросли и расходы. Ему впервые пришлось нанять себе двух помощников, которым приходилось платить не слишком большую, но все же зарплату. Один с утра до вечера делал копии дисков на кустарном домашнем оборудовании, второй бегал на почту для отправки заказов бандеролями и за получением денежек по наложенным платежам. Кроме того, много денег уходило на закупку болванок CD-R под будущие мультимедийные шедевры, а также, на полиграфические и почтовые расходы. Как бы там ни было, среднемесячная прибыль Барского к концу две тысячи шестого года составляла уже около пяти тысяч американских долларов. Чистыми! Сильно опасаясь, что ему могут инкриминировать незаконную предпринимательскую деятельность, обвинить в уклонении от уплаты налогов и еще черт знает в чем, он впервые в жизни зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя и начал честно платить налоги с заработанных денег. Благо как ИП на УСН «Доходы» он платил всего шесть процентов с оборота, что фактически никак им не ощущалось. «Ну вот, – хихикал он, пародируя рекламу из 90-х и хитро потирая при этом ладошки, – заплатил налоги и сплю теперь спокойно». Именно переход от нелегальной торговли бизнес-пакетами и электронными книгами, к легальной торговле обучающими мультимедийными программами на компакт-дисках ознаменовал для Алексея Николаевича начало эпохи полноценного предпринимательства. И, словно под это событие, совершенно для себя неожиданно, он придумал новый термин, который чуть позже даже зарегистрировал в виде собственного товарного знака. Термин, который стал впоследствии приставкой к названиям нескольких десятков выпущенных им обучающих курсов. Термин, который с того времени выделял его среди коллег и конкурентов, сохраняя за ним негласное звание пионера и первопроходца информационного бизнеса в Рунете. А произошло это во время одной из совместных вечерних пробежек с его неразлучным другом профессором Змеевым. Да-да, помимо всего прочего, Барский увлекся «здоровым образом жизни» и каждый вечер (или ранним утром) теперь в обязательном порядке пробегал по три-четыре километра в местном парке. Поскольку Змеев начал бегать там же еще раньше, Алексей Николаевич решил не заниматься легкой атлетикой в одиночку, а просто присоединился к товарищу. И вот во время одной из таких совместных пробежек со свойственной ему иронией Змеев заметил: – Знаешь, дружище, я до сих пор не могу дать четкое определение тому, чем ты занимаешься. – Он шутливо пихнул Барского в бок. – Вот ты вроде как обычный предприниматель, ИП. Занимаешься продажей через Интернет обучающих курсов. И все же как можно назвать твою деятельность правильно, с терминологической точки зрения? – Что значит, как назвать правильно? – Алексей Николаевич даже остановился. – А чем название «предприниматель» или «бизнесмен» тебя не устраивает? – Бежим, бежим, не сбивай темп! – подтолкнул его Змеев. – Я имею в виду, как правильно классифицировать твою предпринимательскую деятельность? Вот если бы я сейчас засел за написание учебника по предпринимательству, как мне следовало бы назвать то, на чем ты делаешь свои деньги? Электронная коммерция, интернет-коммерция, электронный бизнес, информационный бизнес, манимейкерство… – Ой, да какая разница? Тебя заняться, что ли, больше нечем? – отмахнулся Барский, на мгновение задумался и процитировал: – «Что значит имя? Роза пахнет розой, хоть розой назови ее, хоть нет». – Молодец, классиков помнишь, – как бы свысока, но, конечно же, в шутку, парировал Змеев. – Я несколько о другом. Мне вот, как ученому, интересно. Многие сейчас пытаются заниматься электронной коммерцией. Я говорю «пытаются», потому что каких-либо положительных результатов у этой толпы новоявленных интернет-коммерсантов явно не наблюдается. Очень многие вступившие на путь интернет-предпринимательства, потратив массу времени и денег, разочаровавшись и разуверившись в самой возможности заработка через Интернет, навсегда оставляют этот, без сомнения, высокодоходный бизнес. И стоит ли тому удивляться, если подавляющее большинство таких неудачников не могут даже внятно ответить на вопрос, что же такое электронная коммерция? – А ты сам-то можешь? – попытался съязвить Барский. – Ну, если взять чисто академическое определение, «электронная коммерция» – это использование сети Интернет в качестве информационного канала для организации тех или иных бизнес-процессов. Еще более общее и всеобъемлющее понятие «электронный бизнес» – это интеграция физических и юридических лиц, занятых в области электронной коммерции, в единую систему предпринимательства на уровне всего Интернета (всего мира). Таким образом, предприятия и частные лица, занятые в электронной коммерции, соединяются при помощи Интернета в единую инфраструктуру, именуемую «электронным бизнесом». Такова общепринятая терминология. В самом деле, магазин «Ozon», продающий через Интернет бумажные книги, занят электронной коммерцией. Крупная строительная компания, продающая через Интернет новые дома и квартиры, также занята в электронной коммерции. Но ведь тебя-то это не касается! Ты-то продаешь в Сети цифровые, то есть, информационные продукты. Вот я и задаю вопрос: можно ли выделить в отдельную категорию предпринимателей, торгующих исключительно информацией и делающих это строго при помощи Интернета,через Интернет?! – Можно, – не моргнув глазом и сам от себя того не ожидая, отреагировал Алексей Николаевич. – Часть электронной коммерции, которая занимается продажей в Сети исключительно цифровых (информационных) продуктов, называется…киберсантинг ! Змеев резко остановился и вытаращился на Барского. Слово «киберсантинг» прозвучало в вечерней тишине парка как выстрел, как гром среди ясного неба. Остановился и Алексей Николаевич, посмотрев с не меньшим удивлением на Змеева. Внутренне он сам был шокирован тем, что только что выдал. Не придумал, а именно выдал! Словно это не он, а кто-то другой (…«высший Лёха»?.. ) вогнал в его сознание этот странный термин, как молоток вгоняет гвоздь в мягкую древесину. – Киберсантинг – это часть электронной коммерции, которая занимается продажей в Сети исключительно цифровых (информационных) продуктов, – твердо и громко, но не очень уверенно, произнес Барский, медленно опускаясь на парковую скамью, возле которой они в этот момент оказались. – Люди, занимающиеся киберсантингом, – это… киберсанты! Они не имеют дела с продажей каких-либо материальных продуктов. Все, чем они торгуют, – это чистая информация, будь то электронные книги, компьютерные программы или бизнес-пакеты. – Почему… киберсантинг?.. – ошалело спросил профессор, так же медленно оседая на лавочку. – Киберсанты… почему?!. Некоторое время Алексей Николаевич собирался с мыслями. «А черт его знает почему! – с досадой на себя думал он. – “Кибер” – это приставка, выражающая отношение чего-либо к кибернетике и связанным с ней явлениям. Киберкультура, киберспорт, киберпанк… киберденьги, наконец!..» А вслух произнес: – Киберсантинг – это производное от термина «киберкоммерция». Строится по формуле: киберденьги + коммерция = киберкоммерция = киберсантинг. Есть коммерсанты, как более общее понятие, а есть киберсанты, как частный, более узкий случай коммерсантов. Киберсантинг – это зарабатывание денег в сети Интернет на основе использования собственных идей или реализации идей каких-то других людей. От обычного коммерсанта киберсант отличается тем, что зарабатывает деньги исключительно в Интернете. А от рядовых манимейкеров тем, что действительно зарабатывает! Причем зарабатывает прилично. Зарабатывает, не прибегая к таким общераспространенным заблуждениям, как кликанье баннеров, чтение рекламных писем, работа на спонсоров, участие в финансовых пирамидах, MLM и тому подобное. Киберсанты – это новая категория интернет-коммерсантов, которые появились в Рунете совсем недавно и за которыми будущее электронной коммерции… – Ты откуда вообще все это взял? – спросил медленно приходящий в себя Змеев. – Не знаю, – честно ответил Барский. – Оттуда… Он ткнул указательным пальцем в небо. Помолчал и добавил: – Получается, сам придумал. Причем только что… Остаток маршрута они пробежали в полном молчании, каждый думая о своем. Попрощались на выходе из парка. Змеев, не говоря ни слова, крепко пожал руку другу и, свернув влево, устремился трусцой к своему дому. Барский, повернув направо, направился к своему. Солнце давно опустилось за горизонт, вечер переходил в ночь. Повсюду начали зажигаться фонари. «Нет, это что-то невероятное, – мысленно рассуждал Алексей Николаевич, – я только что изобрел новый термин! Я придумал новое слово! Слово, которого не найти на данный момент ни в одном словаре. Слово, о существовании которого не подозревает еще ни один филолог, но которое, я абсолютно уверен в этом, в скором времени будут искать тысячи людей через поисковики “Рамблера”, “Яндекса”, “Гугла”! И поисковики будут показывать в выдаче сотни, а то и тысячи позиций на запросы “киберсант” и “киберсантинг”. Слово, в котором заключены тайна, магия и деньги…» Свои самые первые инфопродукты на компакт-дисках Барский так и назвал: «Киберсант-Матрица» и «Киберсант-Активатор». По своей сути, это были все те же бизнес-пакеты «FEM-1» и «FEM-2», но позиционировались они теперь не как учебники по электронной коммерции, а как мультимедийные программы по обучению киберсантингу. Первый диск («Матрица») давал азы и фундамент, тогда как второй («Активатор») знакомил ученика с самыми важными секретами и ноу-хау новой профессии, переводя его с уровня новичка в разряд профессионалов. Весь контент «FEM’ов» был кардинально переработан, расширен и дополнен. Объем материала тоже увеличился, и весьма существенно. Причем не только за счет использования аудио- и видеоформатов, но и благодаря принципиально новой, очень ценной и полезной (как искренне полагал сам Барский) информации. Оба диска сразу же после выхода стали безусловными бестселлерами в своей нише и на протяжении многих лет приносили их создателю десятки тысяч долларов чистой прибыли ежегодно. Впрочем, именно они доставили Алексею Николаевичу и больше всего головной боли, осуждения, хейта и всевозможных «срачей» (как сам Барский называл сетевые разборки и войны со всевозможными правдолюбами, разоблачителями, откровенными троллями, хейтерами и разного рода неудачниками, перманентно длившиеся у него на протяжении всего периода продажи дисков). В то, чем он занимался, Алексей Николаевич буквально вкладывал душу. Он по-настоящему верил в силу и важность своих обучающих курсов. Более того, он уже на полном серьезе воспринимал киберсантинг не только как способ зарабатывания денег, но и как возможность для самореализации. Это стало его миссией – нести людям науку о том, как можно зарабатывать при помощи Интернета, продавая собственные знания и опыт. Всех своих клиентов, купивших у него «Киберсант-Матрицу» и «Киберсант-Активатор», Барский воспринимал как учеников, как друзей и последователей, разделявших его идеи. Он всеми силами старался довести поверивших ему (и в него) людей до более или менее осязаемого денежного результата. Ни одно письмо, адресованное ему, не оставалось без ответа. Ни один вопрос, обращенный к нему через чат или форум, никогда не игнорировался. На данном этапе своего предпринимательского пути он тратил гораздо больше времени на послепродажную работу с учениками, чем на рекламу, пиар и привлечение новых клиентов. И потому оказалось вдвойне обиднее и больнее, когда, помимо восторженных писем с благодарностями от своих довольных и счастливых учеников, он вдруг начал получать письма ругательные, наполненные проклятиями и оскорблениями. Сначала таких писулек было совсем немного, но чем более популярными становились его «Киберсанты», чем интенсивнее и агрессивней они завоевывали Рунет, тем поток негатива в его адрес становился все обильнее и сильнее. В большинстве своем такие письма были похожи на поток воспаленного сознания, рожденного в голове глубоко несчастного и завистливого человека: – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - From: Платон Вольфович Глотт To: Алексей Барский Sent: Sunday, May 20, 2007 7:58 АM Subject: Мистеру Бейли – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Уже более 60 лет назад замечательный советский писатель-фантаст А. Беляев написал рассказ "Продавец воздуха", и там описано, как в погоне за деньгами этот человек стал торговать воздухом, но в один прекрасный момент он просто лопнул от его избытка в брюхе. Почти про вас. Замечательный писатель, он не только фантаст, но и провидец на десятилетия вперед. Ничего не создавая, не сея хлеб, не работая у станка, не создавая материальных и интеллектуальных ценностей, вы – это человек-паразит, живущий за счёт обмана поверивших ему людей, которых он также обращает в мошенников. Так и плодится племя интернет-термитчиков… и добавить к этому нечего. А в советское время вы были бы просто тунеядец, который работать не хочет, а сожрать желает – больше всех. Без уважения! Голодранец (которых вы так презираете, да к тому ж еще совок, который вам в отцы годится). – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - Но даже на весь этот бред, на обвинения и проклятья, изрыгаемые в его адрес, Алексей Николаевич считал своим долгом обязательно дать ответ. Правда, реагировал он на подобное крайне болезненно (хотя и достаточно желчно, с изрядной долей злобного сарказма), пытаясь в ответном письме оправдаться и достучаться-таки до разума своего хулителя: – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - From: Алексей Барский To: Платон Вольфович Глотт Sent: Sunday, May 20, 2007 10:18 PM Re: Мистеру Бейли – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Здравствуйте, мистер Глотт, (Голодранец-Совок-Годящийся-Мне-В-Отцы) ! Роман (а не рассказ!) Беляева "Продавец Воздуха" (как и очень много других его произведений) я читал еще в отрочестве, но прекрасно помню и сам роман, и то, что Беляев хотел донести своим романом до читателей. Как ни странно, даже в свои 14 лет (мне было примерно столько, когда я впервые прочитал "Продавца Воздуха") я прекрасно понял СМЫСЛ этого произведения. Беляев осуждал мировой капитализм (в лице м-ра Бейли), который, по его мнению, стремится создать искусственный дефицит на самые важные и жизненно необходимые человеку ресурсы, с тем, чтобы получить над миром абсолютную власть и заработать на этом огромные деньги. Увы, но даже в Ваши преклонные года (если Вам верить), Вы так и не уловили СУТИ романа, если проводите подобные аналогии (между мной и мистером Бейли). Разве я что-то скупаю и создаю искусственный дефицит, чтобы затем продавать скупленное мной втридорога?!. Вы отлично знаете, что – НЕТ! Я занимаюсь творческой и созидательной деятельностью – выпускаю мультимедийные обучающие курсы для людей, желающих освоить основы электронной коммерции. Где здесь Вы видите обман, надувательство, тунеядство и т. п.?!. Следуя Вашей ущербной логике, нужно назвать тунеядцами и обманщиками всех педагогов, которые обучают людей новым знаниям и навыкам, разве нет?!. К Вашему сведению, работать я начал с 15-и лет (если не верите, могу прислать скан моей трудовой книжки), сразу после окончания 8-го класса. Работал, а параллельно с работой заканчивал десятилетку в вечерней школе. За свою жизнь (сейчас мне 36 лет) я прошел путь от простого подсобного рабочего до преуспевающего предпринимателя и инвестора. Я на собственном опыте испытал работу строителя, подсобного рабочего, сварщика, подручного сталевара, грузчика, токаря, оператора котельной, менеджера, частного предпринимателя и мн. др. Получил ТРИ(!) высших образования. Профессионально занимаюсь литературой (как в качестве редактора, так и в качестве писателя). И после всего этого Вы смеете утверждать, что я тунеядец и ничего не делаю полезного для общества?!. Мне очень жаль, но либо Вас нагло обманули, дезинформируя обо мне и моей деятельности, либо Вам требуется срочная психиатрическая помощь – третьего не дано! Пройдя путь с самых низов, когда я был вынужден за копейки горбатиться на государство или «хозяина», я собственной шкурой выстрадал ту простую истину, что, занимаясь отупляющим физическим трудом, невозможно добиться финансового процветания и достичь достойного уровня благосостояния. Я осознал, что, если самому не взять свою судьбу в собственные руки – никто этого за тебя не сделает! (Вы, в свои преклонные годы, увы, данного факта так и не поняли). На данный момент я как раз и обучаю людей тому, как можно зарабатывать в Интернете, создавая свои собственные электронные книги и практические пособия. Говоря другими словами, я учу людей тому, как они могут зарабатывать собственным интеллектом, не "отстегивая" при этом львиную долю дохода посредникам в лице всевозможных издателей. Допустим, человек является хорошим рыболовом. Что мешает написать ему увлекательную и полезную в практическом смысле книгу на эту тему и продавать ее через Интернет, минуя издателей? Правильно – мешают ему только: – стереотипы, что без издателей это невозможно, – незнание основ того, как это можно осуществить на практике, – неверие в собственные силы. Вот именно тому, как преодолеть все эти препятствия и как начать зарабатывать своими мозгами, я и учу в своих электронных мультимедийных курсах! ВЫ СЧИТАЕТЕ ЭТО ОБМАНОМ ИЛИ НАДУВАТЕЛЬСТВОМ?! Увы, но если Вы действительно так считаете, все, что я могу для Вас сделать, это просто посочувствовать Вам как жертве "совка" (раз уж Вы сами навесили на себя этот ярлык). Получается все, как в старом анекдоте – я стремлюсь к тому, чтобы в России было как можно больше богатых людей, Вы стремитесь к тому, что бы в России было как можно больше бедных людей! Мышление люмпен-пролетариата, чего тут еще скажешь?!. Мой Вам совет – найдите в Сети книгу под названием "Омикрон" (за авторством Александра Тагеса) и внимательно прочитайте ее. Не бойтесь! Эта книга не о заработке, а о духовном развитии человека. Может быть, после прочтения "Омикрона" Вы наконец задумаетесь о смысле жизни и об истинном предназначении человека, а не будете сгорать от черной зависти по отношению к тем, кто удачливее, умнее и богаче Вас. Задумайтесь, если у Вас еще не начался старческий маразм и если совковая идеология не разрушила безвозвратно клетки серого вещества в Вашей голове! С уважением (как ни странно), Барский А. Н. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - Ответов на такие его отповеди, как правило, не следовало. Но, выговорившись, Алексею Николаевичу становилось чуточку легче. Хотя и было жаль времени, потраченного на написание текста, отправленного, по сути дела, в пустоту. В глубине души он все же надеялся, что каждым подобным письмом-ответом ему удавалось хотя бы в минимальной степени достучаться до сознания оппонентов и изменить их мнение о нем и его деятельности. Однако разум говорил обратное – нет, ничего эти злопыхатели не поймут и не перестанут его ненавидеть, так как злоба их носит глубоко иррациональный, эмоционально окрашенный характер. Так нищий, сидящий на ступенях дорого магазина, ненавидит входящих в него респектабельных посетителей. Так старухи у подъезда на лавочке осуждают и презирают промелькнувшую мимо них молодую красивую девушку в короткой юбочке. Так, наконец, оппозиционер ненавидит любую существующую власть, как бы эта власть ни пыталась угодить ему самому и его оппозиционным товарищам. И никакие аргументы, никакие увещевания и поступки не в состоянии изменить данное статус-кво. Самое смешное, что в подавляющем большинстве случаев писали подобный бред люди, которые не являлись клиентами Алексея Николаевича, никогда ничего у него не покупали и в руках не держали его компакт-дисков, но которые страшно бесились от самого факта существования Барского. Их раздражала его реклама, льющаяся, как они утверждали, «из каждого утюга». Их бесило, что такие вот киберсанты, как он, зарабатывают в месяц столько, сколько сами завистники не могли заработать и за несколько лет. Но больше всего этих токсичных людей приводил в негодование сам факт того, что кто-то осмелилсяпродавать информацию, которую, как они считали, без проблем можно (и нужно) найти на просторах Сетидаром . «Черт побери, – бесился от негодования Барский, – если вы искренне полагаете, будто все, что я даю ученикам в своих обучающих курсах, в Сети можно найти бесплатно, так идите и ищите, кто вам мешает-то?! Разве я запрещаю вам делать это? Один готов месяцами ползать в Интернете, по крупицам выискивая и собирая нужный ему материал, а другой предпочтет заплатить небольшую денежку, чтобы получить все нужное сразу, в одном пакете, не растрачивая времени и сил на поиск и сбор данной информации. Как говорится, каждому свое. Я же вам не запрещаю искать что-либо в Сети на халяву и не заставляю покупать мои курсы. Так какого лешего тогда вы лезете ко мне, называя меня мошенником, “продавцом воздуха” и требуя от меня прекратить продажу моего авторского материала?!.» И если бы выплески этого «народного недовольства» ограничивались исключительно электронными письмами и постами на его форуме, скорее всего, Алексей Николаевич постепенно успокоился бы и просто перестал бы вообще реагировать на подобных персонажей. Однако дальнейшее развитие событий не оставило ему выбора. Особо рьяные и не в меру ретивые «правдоборцы» начали кучковаться, сбиваться в стайки и решили дать полноценный бой киберсантингу в Рунете. То тут, то там начали появляться их сайты, объявлявшие киберсантинг, инфобизнес и вообще электронную коммерцию – обманом, мошенничеством и лохотроном. Киберсантингу была объявлена война, и Алексей Николаевич был вынужден принять этот вызов. Самой активной в период две тысячи шестого – две тысячи седьмого годов являлась в Рунете группировка под названием «Антилохи». Собственно, вся группировка состояла из двух анонимных подростков, скрывавшихся за никнеймами «April» и «61uk». Расположившись на сайте antilox.ru, начали эти добрые молодцы с написания статей, в которых пытались обосновать свой главный тезис, согласно которому киберсантинг – это стопроцентный обман, развод на деньги и лохотрон. Всеми силами они пытались убедить окружающих, что заработать в Интернете продажей информации невозможно в принципе. «Думаем, все понимают, что Россия по уровню экономического развития сильно отстает от Запада, – громогласно сообщали “Антилохи” и тут же делали из данного тезиса парадоксальный вывод, – поэтому наивно пользоваться западными приемами ведения бизнеса и уж тем более глупо копировать их, пытаясь в Рунете продавать какую-либо информацию за деньги. А именно этим занимаются такие “коммерсанты-киберсанты”, как Алексей Барский и его последователи…» – Постойте, но если они этим занимаются, причем занимаются далеко не первый год, значит, реально зарабатывают на продаже информации! – возражали им читатели в комментариях. – А раз так, то в чем же тут глупость? «Ну, хорошо! Пусть им удается продавать информацию и неплохо на этом зарабатывать, – нехотя соглашались “Антилохи”, – но ведь они утверждают, что могут этому научить кого угодно, что киберсантом может стать любой желающий!..» – При желании и зайчика можно научить курить, а медведя ездить на двухколесном велосипеде, – хихикали на это в комментариях. – Сами же говорите, что племя киберсантов растет и увеличивается, что «на иглу инфобизнеса» подсаживается все больше и больше людей. А значит, тема рабочая, значит, и обучение у Барского и его сотоварищей вполне приемлемое, раз дает такой осязаемый результат. «Вы не понимаете! – уже откровенно бесились “Антилохи”, даже не пытаясь скрыть своего раздражения. – В своей кричащей, обещающей золотые горы рекламе, которой эти негодяи загадили весь Рунет, они просто давят на эмоции. Содержимое их бизнес-пакетов и обучающих дисков не соответствует рекламным обещаниям. Заработку в интернете в принципе невозможно научить!..» – Ну а вы-то чего так переживаете по этому поводу? – недоумевали посетители их сайта. – Если курсы и компакт-диски не соответствуют даваемой о них рекламе, значит, очень скоро разочарованные покупатели перестанут приобретать этот товар и киберсантингу придет конец. Рынок все сам расставит по местам. Пока же возмущаетесь только вы, а покупатели киберсант-дисков более чем довольны, судя по оставляемым ими отзывам. Очень быстро поняв, что заклинания их на публику не действуют, а диски у Барского покупает все большее и большее количество людей, «Антилохи» решили сменить тактику. Приобретя через подставных лиц у Алексея Николаевича все его информационные продукты, они попытались выложить их у себя на сайте в бесплатный доступ, надеясь тем самым обвалить ему продажи. Логика была проста: кто ж после такого станет покупать все это за деньги, если сие можно скачать и так, на халяву?! А раз покупателей больше не будет, значит, Барский очень быстро обанкротится и прекратит свою коммерческую деятельность. Именно это стало последней каплей, переполнившей чашу терпения Алексея Николаевича. Красная линия врагом была пересечена, он решил нанести ответный контрудар и перейти от обороны (когда только оправдывался, пытаясь опровергать всю ту ложь, которую про него сочиняли) к атаке. Поскольку на своем сайте «Антилохи» успели выложить в бесплатный доступ не только его, Барского инфопродукты, но и обучающие курсы еще нескольких десятков инфопредпринимателей, Алексей Николаевич связался с каждым из них, объяснив суть проблемы. В адрес хостинг-провайдера сайта antilox.ru, а так же регистратору доменного имени полетели десятки жалоб на нарушение авторских прав от целой когорты предпринимателей. К концу две тысячи седьмого года сайт «Антилохов» был заблокирован. Попытки «April» и «61uk» перебраться на новый хостинг и возобновить свою деятельность ни к чему не привели. Сообщество киберсантов тут же действовало по уже отработанной схеме, заваливая хостера и регистратора жалобами. Новое место обитания «Антилохов» уничтожалось в течение двух-трех дней. В довершение всего Алексей Николаевич разразился статьей под громким названием: «Кибер-Шариковы, или Страсти по киберсантингу», в которой разнес своих оппонентов в пух и прах, выставив их тупыми, необразованными, завистливыми и корыстными мошенниками. Мерзавцами, выкладывающими в свободную скачку ворованные инфопродукты, а затем шантажирующими их авторов, обещая за денежку удалить все это халявное добро (вместе с компроматом на самих разработчиков). Он опубликовал эту заметку на всех своих сайтах, на форуме, в рассылке, а также попросил распространить ее своих коллег, учеников и друзей. Статья разлетелась по Рунету с небывалой скоростью и с очень хорошим охватом. Последний гвоздь в крышку гроба «Антилохов» был вбит. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Шаблон письма-жалобы для торрентов-трекеров.txt – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - ВНИМАНИЕ!!! Все ссылки в тексте письма – заменить на соответствующие моменту! Вложением к письму делать архив – Dogovor.zip Текст письма: – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Здравствуйте, администрация Хостинга! К Вам обращается официальный представитель ООО «Киберсант» Сарданапалов Валерьян Сигизмундович. В декабре 2007 года наша фирма заключила договор об управлении имущественными правами с автором произведений серии «Киберсант» («Киберсант-Матрица», «Киберсант-Активатор» и др.) – Барским Алексеем Николаевичем (см. вложение). Согласно этому договору, мы приобрели права на тиражирование и коммерческое распространение произведений серии «Киберсант-Матрица», представляем и защищаем имущественные и авторские права автора, а также отстаиваем его интересы в суде. Уже достаточно долго мы наблюдаем за тем безобразием, что творится на одном из аккаунтов Вашего форума. Речь идет о ветке http://torrents.ru/forum/viewtopic.php?t=735032. Нами был выявлен ряд серьезных нарушений, ущемляющих права нашего автора, Барского Алексея Николаевича, а также права непосредственно нашей фирмы. В первую очередь это: – нарушение авторского права на произведения «Киберсант-Матрица» и «Киберсант-Активатор», которые во взломанном виде контрафактно распространяются с данного аккаунта; – клевета и распространение ложных сведений, порочащих репутацию автора произведения – Барского Алексея Николаевича, равно как подрыв репутации и нашей фирмы, заключившей договор с автором; – причинение материального ущерба фирме ООО «Киберсант» контрафактным распространением наших произведений (электронных книг, компакт-дисков и пр.). Мы знаем, что сам автор неоднократно обращался к Вам с требованием принять меры по обузданию нарушителей и блокировке данной ветки форума, но его требования Вы проигнорировали. В связи с этим автор обратился к нам, и наша фирма согласно Договору (см. вложение) была вынуждена заняться этим делом лично. Наши юристы внимательно изучили материалы всего Вашего сайта (форума) http://torrents.ru , установили принадлежность данного домена, были сделаны и нотариально заверены скриншоты, а также запротоколированы все эти данные. В настоящее время готовится исковое заявление в суд по обвинению ресурса http://torrents.ru по следующим пунктам: 1. Нарушение исключительного авторского права Барского Алексея Николаевича на произведения серии «Киберсант» («Киберсант-Матрица», «Киберсант-Активатор» и др.); 2. Нарушение неисключительного авторского права и имущественных ООО «Киберсант» на произведения серии «Киберсант» («Киберсант-Матрица», «Киберсант-Активатор» и др.); 3. Клевета и оскорбление личности Барского Алексея Николаевича со страниц сайта http://torrents.ru/forum/viewtopic.php?t=735032; 4. Причинение материального ущерба ООО «Киберсант» на сумму более 1.200.000 руб. (с сайта http://torrents.ru/forum/viewtopic.php?t=735032 было скачено огромное количество пиратских копий произведений нашего автора); 5. Подрыв репутации ООО «Киберсант»; 6. Взлом и несанкционированное распространение электронных книг и компакт-дисков. И др. Поскольку организаторы ветки форума http://torrents.ru/forum/viewtopic.php?t=735032 остаются анонимными (преступники тщательно скрывают свои истинные личности), обвинение с требованием возмещения материального ущерба будет предъявлено в адрес Вашей компании. Доказательства того, что автор произведений серии «Киберсант» («Киберсант-Матрица», «Киберсант-Активатор» и др.) уже неоднократно обращался к Вам с требованием принять меры по обузданию нарушителей и блокировке их сайта, но Вы проигнорировали его требования у нас имеются. Распечатки электронных писем запротоколированы и нотариально заверены. Настоящим письмом ООО «Киберсант» официально обращается к Вам с аналогичным требованием: немедленно удалить ветку форума – http://torrents.ru/forum/viewtopic.php?t=735032 и прекратить пиратское распространение произведений серии «Киберсант» («Киберсант-Матрица», «Киберсант-Активатор» и др.), авторские права которых охраняются Законом РФ об авторском праве и смежных правах, а также IV частью ГК РФ. Основанием для обращение к Вам является Договор, находящийся во вложении в данное письмо. Если в течение десяти дней с момента отправки Вам данного письма (что будет зафиксировано нотариально) Вы не отреагируете и не примете меры к обузданию нарушителей и блокировке ветки http://torrents.ru/forum/viewtopic.php?t=735032, а также не ответите на данное письмо, мы будем считать Ваше бездействие и молчание отказом. Все документы вместе с заявлением от потерпевших сторон (коими являются автор произведений серии «Киберсант» («Киберсант-Матрица», «Киберсант-Активатор» и др.) Барский Алексей Николаевич, а также фирма ООО «Киберсант») будут переданы для возбуждения уголовного дела против Вашей хостинговой компании в суд. Также мы сделаем все от нас зависящее, чтобы связаться с как можно большим количеством других авторов, чьи права нарушает Ваш ресурс http://torrents.ru, и будем вместе с ними подавать уже коллективные иски непосредственно против всего Вашего ресурса http://torrents.ru (подумайте, что Вам проще: удалить ветку http://torrents.ru/forum/viewtopic.php?t=735032 с Вашего форума или же встретиться в суде уже не только с нами, но и с сотнями других правообладателей). С уважением, Сарданапалов Валерьян Сигизмундович, ООО «Киберсант». – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - Все последние годы Алексей Николаевич вел довольно уединенный, затворнический образ жизни. Из дому он выходил только за продуктами, вынести мусор и чтобы совершить ежедневную оздоровительную пробежку по парку вместе со Змеевым. Даже его помощники, осуществлявшие запись дисков, их отправку почтой и принимавшие оплату наложенным платежом, приходили с отчетами и деньгами к нему непосредственно на дом. Но, несмотря на это, популярность Барского выросла настолько, что вышла далеко за пределы Интернета. Его узнавали во время коротких и немногочисленных вылазок в реал, подходили к нему, заговаривали, а пару раз даже просили автограф (девушки, конечно же). Популярности этой он не стеснялся, но, как ни странно, тяготился ею, а потому старался выходить из дому все реже и реже, а когда выходил, то одевался максимально неприметно, пряча лицо за темными очками. Единственное исключение составляли его ежедневные пробежки. На них он появлялся в дорогом спортивном костюме и фирменных кроссовках, черных очков не надевал. Благо рано утром или поздно вечером, когда они со Змеевым бегали, народу в парке было немного и риск оказаться узнанным сводился к минимуму. Но, как известно, не бывает правил без исключений. Как-то ранним майским утром Алексей Николаевич был вынужден отправиться на пробежку в одиночестве, так как его друг и партнер по ЗОЖу банально свалился с простудой и составить ему компанию не мог физически. Пробежав заветные три с половиной километра, Барский перешел на шаг, а затем и вовсе остановился. В парке никого не было, громко пели птицы и, желая еще какое-то время понаслаждаться свежим воздухом и чудесной весенней природой, он присел на скамеечку недалеко от выхода из парка. Солнце уже поднялось над верхушками деревьев, небо было абсолютно чистым и поражало своей неестественной голубизной. Ни единого облачка. Похоже, предстоящий день выдастся не по-весеннему жарким. Громко щебетали птицы, дул легкий ветерок. Вокруг не было ни души. В этой аллее он находился совершенно один. Откинувшись на спинку лавочки, Алексей Николаевич полуприкрыл глаза и попытался сосредоточить внимание исключительно на окружающих звуках. Птичье пересвистывание, шорох ветвей и шелест листьев – все это погружало его сознание в состояние расслабленности, релаксировало и усыпляло. Мысли и визуальные образы, какое-то время мелькавшие перед внутренним взором, постепенно сошли на нет. Еще немного, и он просто уснул бы, когда на лицо ему вдруг упала чья-то тень и мягкий, но одновременно с этим неестественно объемный мужской голос вдруг вывел его из оцепенения: – Греетесь на весеннем солнышке, дорогой друг? Вздрогнув от неожиданности, Барский резко открыл глаза, выпрямился и сел, пытаясь разглядеть возникшего перед ним из ниоткуда незнакомца. Тот был в дорогом черном костюме, в фирменных, под цвет костюма, туфлях. По виду лет тридцати пяти – сорока. Гладко выбрит. Брюнет. Поскольку стоял он спиной к солнцу, черты лица его казались смазанными, но поражали глаза незнакомца. Они сияли, словно в затылке у мужчины были проделаны две дырочки и солнечный свет, проходя сквозь голову, лился наружу через пустые глазницы. Алексей Николаевич даже не успел испугаться. Он с усилием зажмурился, мотнул головой, а когда вновь широко распахнул глаза, странный человек уже сидел на скамейке рядом с ним, по правую руку. – Вы меня знаете? – не нашелся спросить ничего лучше Барский, инстинктивно отодвигаясь чуть в сторону. – Помилуйте, Алексей Николаевич, кто же вас не знает? – явно пародируя Булгаковского Воланда, усмехнулся странный прохожий. – Весь Рунет сейчас только и судачит о вас. Реклама ваших «киберсантов» мелькает на каждом втором баннере, все форумы и доски объявлений буквально завалены ею. Половина Сети восторгается вами, другая половина вас люто ненавидит. Но знают о вас абсолютно все. Ведь именно с вашей легкой руки вместе с вашей электронной книгой про рулетку к нам и пришло то, что на Западе принято называть «информационным бизнесом». Это объяснение несколько успокоило Барского, хотя он и продолжал воспринимать происходящее с настороженностью. «Очередной поклонник, – механически отметил он, – сейчас автограф начнет просить». Однако вместо этого его неожиданный собеседник, словно бы продолжая давно начатый разговор, изрек: – У вас очень агрессивная реклама, очевидно, именно это и настраивает многих против всего того, что вы делаете. Обывателя бесят не столько сами ваши обучающие курсы, сколько то, как именно вы их продвигаете и позиционируете. – А разве можно это делать иначе?! – горячо возразил Барский. – Цель рекламы как раз в том и состоит, чтобы эмоционально разогреть покупателя, чтобы в выгодном свете представить все достоинства товара, не акцентируя при этом внимание на его недостатках. Реклама может и должна приукрашивать, гиперболизировать, блистать аллегориями и будоражить чувства. Другое дело, что, приукрашивая и гиперболизируя, рекламный текст не должен опускаться до откровенной лжи. В противном случае это чревато самыми неприятными последствиями. Но именно лжи-то в моей рекламе и нет! – Все верно, – неожиданно легко согласился незнакомец, – хорошая реклама блокирует разум потенциального клиента, напрочь отключая в нем критическое восприятие и на полную катушку разжигая эмоции, страстное желание обладать рекламируемым объектом во что бы то ни стало. – Вот именно! – радостно воскликнул Алексей Николаевич, начиная испытывать к своему собеседнику что-то вроде симпатии. – Когда все мои конкуренты вокруг стараются максимально зомбировать своего покупателя, чтобы втюхать ему свой товар любой ценой, разумно ли будет с моей стороны не пользоваться таким же точно методом и строить из себя «белого и пушистого»? Увы, но большинство людей, ориентированных на заработок в Сети, осознанно или подсознательно ищут волшебную кнопку «бабло». Им не нужны учебники, они не желают много учиться или, тем более, работать. Все мечтают стать миллионерами по щелчку пальцев, прилагая к этому минимум усилий. Если я честно начну говорить в своей рекламе, что мало приобрести мой курс, что придется долго изучать теорию, много трудиться над созданием собственного инфопродукта, придется вкладывать в его продвижение время и деньги, а финансовая отдача на первых порах будет минимальной, никто у меня ничего не купит. Тем более когда мой конкурент обещает золотые горы, стоит лишь приобрести его чудесную «бизнес-методику». – Помилуйте, да я вовсе и не пытаюсь убедить вас в обратном, – смеясь, ответил незнакомец. – Собственно, я и заговорил-то с вами, случайно обнаружив вас в этом замечательном старинном парке только для того, чтобы поддержать вас морально. – Вот как? И откуда же вам могло стать известно о моих внутренних переживаниях, о моей морально дилемме? – Друг мой, да вы только и делаете в последнее время на множестве форумов и в чатах, что пытаетесь оправдаться перед критикующими вас оппонентами. Одно только ваше противостояние с «антилохами» чего стоит! Лично я наблюдал за этой эпической битвой с ними, словно смотрел увлекательный триллер. – И что же, по-вашему, мне не нужно было отстаивать свое честное имя?! – Вы тратите на эти баталии слишком много личной энергии. Вы внутренне очень болезненно переживаете любую критику в ваш адрес, вовлекаетесь в процесс и в итоге получаете эффект пальбы из пушки по воробьям. Поверьте, нравиться всем сразу никогда и никому не удастся. Любая более или менее известная личность всегда будет иметь как своих сторонников, поклонников и последователей, так и множество противников, хейтеров, людей, ненавидящих вас до дрожи. На мой взгляд, правильнее просто делать свое дело, не обращая внимания на тех, кто пытается отвлечь львиную долю вашей личной энергии на совершенно бессмысленные сетевые войны. Как говорится, собаки лают, а караван идет. На какое-то время Барский задумался. Было в словах говорившего что-то рациональное и правильное. В последнее время из-за всей этой критики и откровенной лжи в свой адрес, из-за постоянного противостояния то с одними, то с другими противниками он начал испытывать нечто вроде синдрома эмоционального выгорания. Его самооценка, чего уж греха таить, сильно раздутая в период первых коммерческих успехов, к настоящему моменту изрядно просела и девальвировалась именно по причине постоянного хейта в его адрес. Словно прочитав его мысли, новый знакомый тут же откликнулся: – Самооценка, а точнее, самоуважение, определяется отношением действительных достижений личности к тому, на что человек претендует, рассчитывает. Вы же, помимо чисто финансовых притязаний, начали в последнее время весьма и весьма сильно претендовать на такие аморфные вещи, как всеобщее признание, известность, славу. Согласитесь, вы ведь даже при моем появлении решили, что я ваш поклонник, примчавшийся просить автограф! Мужчина, хитро прищурившись, бросил быстрый взгляд на Барского, и тому снова показалось, что глаза его собеседника излучают какой-то неземной, потусторонний, огненный свет. Как у робота из какого-нибудь фантастического фильма. Алексей Николаевич непроизвольно поежился, а его визави как ни в чем не бывало продолжил: – Вы разучились воспринимать мир во всей его полноте, сделавшись заложником овладевшей вашим сознанием иллюзии. Теперь для вас более важным оказывается пустое бормотание вашего «ложного Эго». Именно поэтому вы так часто устремляетесь совсем не туда, куда вам действительно нужно двигаться, а покорно следуете туда, куда вас подталкивает ОНО. Куда вас толкают мнение окружающих и боязнь потерять самоуважение. Задумайтесь, что может сказать взрослый о ребенке, надевшем на голову картонный колпак и вообразившем, что он король? Правильно! Он снисходительно улыбнется: «Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало». Но ведь именно таким ребенком оказываетесь и вы, кода позволяете вашему «ложному Эго» использовать вашу энергию ради его («ложного Я») самоутверждения. Только избавившись от гордыни, только поняв, что собственная важность – иллюзия, ведущая в никуда, можно надеяться одержать победу. Когда вы испытываете страдания от того, что окружающие вас критикуют, что очень многие люди воспринимают вас не как нового мессию, не как некого интернет-гуру, несущего людям свет просвещения, а как мошенника, шарлатана и проходимца, на самом деле страдаете не вы. На самом деле страдает ваше «ложное Эго». А ценная энергия расходуется на то, чтобы доказать самому себе (на самом деле: вашему «ложному Эго»), какой вы прекрасный, какой Вы важный, какой ВЫ исключительный и особенный… – Так что же делать?!. – воскликнул Барский, до глубины души пораженный тем, как этот странный человек точно определил все то, что происходило в его душе. – Заткните вашему «ложному Эго» пасть, – совершенно неожиданно жестко и безапелляционно, но вместе с тем спокойно и без какого-либо вызова ответил тот, – и позвольте вашему рассудку говорить объективно! А когда позволите, то непременно услышите, как он (рассудок) вам скажет, что все ваши хулители не более чем обычные неудачники, сами не добившиеся в этой жизни ничего, а потому ужасно ненавидящие тех, кто, в отличие от них, преуспел. Можно просто плюнуть на них и не замечать их вовсе! А можно, если уж так вам хочется, время от времени и поиграть с ними, вступить в полемику или спор. Главное при этом – не вовлекайтесь в процесс эмоционально. Играйте! Именно играйте, а не переживайте и не подкармливайте амбиции вашего «ложного Эго». – Легко сказать, – улыбнулся в ответ Алексей Николаевич, странным образом почувствовавший вдруг сильнейшее облегчение, как будто невероятный груз свалился с его плеч, – но дело ведь далеко не только в хейтерах и самоуважении. Я никогда не думал, что бизнес – это какая-то непрестанная война, битва всех со всеми. Мне всегда казалось, что достаточно создать некий механизм, генерирующий для тебя деньги, а дальше можно расслабиться и банально ничего не делать, этот механизм все будет делать за тебя. На практике же получается так, что окружающая нас бизнес-среда непрестанно меняется. Сидеть и почивать на лаврах, увы, никак не получается. Постоянно нужно подстраиваться под изменившиеся обстоятельства и внешнюю обстановку, непрестанно приходится перестраивать всю свою бизнес-систему, подгоняя ее под новые реалии. И так – без конца! Стоит лишь ненадолго зазеваться – и всё, тебя уже обошли конкуренты, а бизнес твой вместо прибыли начинает генерировать убытки. Если честно, задолбали уже эти постоянно чередующиеся черные и белые полосы. Устал… Мужчина сверкнул в его сторону своими глазами-излучателями, на секунду задумался, после чего спокойно и вкрадчиво заговорил: – Да, очень многие говорят, что жизнь похожа на зебру, что черные полосы в ней сменяются белыми, неудачи успехами, и тот, кто умеет терпеливо идти к намеченной цели, преодолеет все препятствия. Вывод однозначно верный! Но вот сама аналогия с зеброй отдает некоторым фатализмом. Получается, что и как бы вы ни делали, вам никогда не удастся избежать злосчастных «черных полос». Но это не так! – вдруг страстно воскликнул он. – На самом деле нет никаких чередующихся полос, нет черного и белого, нет неприятностей и трудностей, через которые выобязательно должны пройти. Есть лишь одна белая полоса: тот правильный путь, идя по которому, вы добиваетесь поставленных перед собой целей и есть черные бесконечные области справа и слева от этой «белой полосы», области ошибок и заблуждений. Если ваш бизнес не приносит вам желаемых результатов, если неудачи преследуют вас снова и снова, это означает только одно: вы сошли со своей «белой полосы» и углубились в черные области ошибок. И чем глубже вы туда заходите, тем труднее и труднее вам будет. Неудачи, потери и беды станут наваливаться на вас больше и больше. Наконец, не выдержав всенарастающего давления, вы будете вынуждены повернуть в обратную сторону. Неосознанно, просто потому, что в противном случае умрете или навсегда оставите мир бизнеса. По мере выхода обратно к свету дела у вас пойдут лучше, неприятностей станет меньше, а когда вы полностью выйдете из мрака и снова окажетесь на своей «белой полосе», все окончательно встанет на свои места и придет в норму! И так будет до тех пор, пока вы снова не начнете отклоняться в сторону и, сами того не заметив, не углубитесь в другую темную область ошибок. Снова вы будете заходить все дальше и дальше, вызывая на себя «гнев судьбы», снова повернете обратно, не выдержав нарастающего прессинга, и вернетесь на «белую полосу». И так – постоянно! Вам кажется, что черное и белое в вашей жизни чередуется, что удачи сменяются неудачами и этого не избежать, что жизнь похожа на зебру. Тогда как объективно вы всего лишь идете зигзагами, то сворачивая с правильного пути вправо или влево, то возвращаясь обратно. Используйте именно эту аналогию, а не «зебру»! И при первых же симптомах, как только одна-две неудачи обрушатся на вашу голову, просто остановитесь, проанализируйте ситуацию, поймите, где именно вы просчитались, когда свернули со своей «белой полосы» в черную область заблуждений, а затем – исправьте все и сами вернитесь на правильную дорогу, не дожидаясь, пока судьба пинками выгонит вас обратно. Лично мне именно такое видение жизни помогает достигать поставленных целей самым кратчайшим путем, быстро и безболезненно. Именно эта аналогия спасает от совершения все новых и новых ошибок тогда, когда можно вовремя обнаружить свои просчеты, быстренько все исправить и, вернувшись на «белую полосу», продолжить свой путь к цели, идя по нему легко и комфортно. – Хм, весьма интересная методика психической самобалансировки, – искренне отреагировал Барский. – Скажите, вы случайно не коуч, не психолог? – Нет, – рассмеялся его новый знакомый, – не то и не другое. – Предприниматель, бизнесмен? – продолжал допытываться Алексей Николаевич. – Был когда-то. Точнее, занимался бизнесом, хотя по натуре своей очень далек от этого дела. Наверное, потому и бросил все, хотя дела шли очень даже неплохо. – Вот так взяли и закрыли процветающее, работающее в плюс предприятие?! – Нет, конечно, – мягко улыбнулся мужчина, в очередной раз сверкая своими дьявольскими глазами. – Просто переписал все на своего партнера по бизнесу, оставив себе лишь пятипроцентную долю от прибыли в виде дивидендов. – Уступили работающий, прибыльный бизнес другому человеку, себе оставив какие-то жалкие пять процентов?! – вскричал совершенно ошеломленный Барский. – Но почему? Зачем? Это же какое-то сумасшествие, мазохизм! – Говорю же вам, я не бизнесмен по своей натуре. Предпринимательство не являлось для меня средством самореализации, самовыражения, творчества. Все это очень тяготило. Мне было невероятно жалко времени, которое ведение бизнеса у меня забирало. А времени это требовало невероятно много, если не сказать, что на бизнес уходило практическивсе мое время. В бизнесе так нельзя. Бизнесом нужно жить и гореть, его необходимо любить больше жены и детей, больше себя самого. Только тогда он приносит тебе не просто деньги, но и является фактором развития твоей души. В моем случае ничего этого не было. Я начал стагнировать духовно, творчески. Потому и решил оставить все это. И поверьте, ни капли сейчас не жалею! Алексей Николаевич не нашелся что возразить. Кажется, нечто подобное он уже где-то или от кого-то слышал. Возможно, даже не раз. – Кроме того, – продолжил собеседник, – в моем случае пять процентов в виде дивидендов – это не так уж и мало. Во всяком случае, мне этих денег с лихвой хватает не только на вполне безбедную жизнь, но остается еще и для того, чтобы откладывать потихонечку себе на старость. Я получаю хорошие деньги, причем, особо это хочу подчеркнуть, без каких-либо усилий с моей стороны, в виде классического «пассивного дохода». – Шикарно, конечно, – недоверчиво прокомментировал Барский, – но не боитесь, что ваш компаньон может тупо кинуть вас в один прекрасный момент? Перепишет на себя весь бизнес полностью, и сразу же пересохнет ваш денежный ручеек. Что тогда? – Ну, во-первых, мой партнер достойный, честный человек, и поступать так мелко не в его правилах. Морально и репутационно он потеряет гораздо больше, чем приобретет в виде этих несчастных пяти процентов. Во-вторых, с юридической точки зрения договор наш составлен безупречно и изменить его в одностороннем порядке он не сможет при всем желании. Ну и, наконец, в-третьих, это же не единственный мой источник дохода. Да и уже накопленный капитал тоже не такой уж и маленький. Словом, нет, ничего подобного я не боюсь. Я вообще стараюсь не грузить свое сознание пустыми страхами и бессмысленными переживаниями. – Да вы счастливейший из людей! – воскликнул Алексей Николаевич. – И на что же вы теперь тратите свое драгоценное время, если гнуть спину ради трудовой копеечки вам больше не нужно? – На саморазвитие, творчество, духовные поиски. Раньше много путешествовал по России и по всему миру, теперь путешествую по совершенно иным местам, причем не выходя из дома. При этих словах Барский почувствовал легкий дискомфорт. Очень странным, сюрреалистичным и ирреальным показалось ему вдруг все то, о чем говорил этот необыкновенный человек. Более того, он только сейчас осознал, насколько все происходящее не похоже на повседневную, привычную реальность. Время словно остановилось, окружающий пейзаж как будто бы замер и более походил на декорацию, чем на реальный мир. Он уже минут тридцать-сорок разговаривает с этим странным мужичком, а ни солнце не сдвинулось с места, ни один человек не прошел мимо. – Прошу прощения, а как вас зовут, если не секрет? – осторожно поинтересовался он, более пристально вглядываясь в своего собеседника. – Мы с вами уже черт знает сколько здесь разговариваем, вы в курсе того, как меня зовут, кто я такой, а мне даже имени своего не назвали… – О, это я прошу у вас прощения за свою неучтивость! – с какой-то иронией или даже с сарказмом воскликнул мужчина. – Меня зовут Александр. И мы с вами не раз общались виртуально, через Интернет. Более того, в Сети мы уже давно на «ты», а вотздесь (он как-то особенно выделил это слово) встретились впервые. – Александр?.. – наморщив лоб, переспросил Барский, начиная вдруг понимать, что происходит и кто сидит рядом с ним. – Да, Александр Тагес. При этих словах Алексей Николаевич вздрогнул всем телом, словно через него пропустили электрический ток, и на несколько секунд остолбенел. Поток сознания в его голове мгновенно остановился. Мир вокруг сначала приобрел необычайную яркость, а затем вдруг заколыхался и сделался зыбким. – Вы… ты… действительно Александр Тагес?!. – услышал он собственный голос словно со стороны. «Это же его дубль, его эфирный двойник! – пронеслась в пустом сознании первая связная мысль. – Лайт говорил, что Тагес – человек с невероятно мощной энергетикой. Какой-то там продвинутый шаман, мистик или что-то еще в этом роде. “Душа, прожившая тысячи жизней в человеческой форме. Невероятно старая Душа, почти готовая к освобождению и выходу за пределы человеческой формы”. И еще он говорил, что у меня с Тагесом установлена прочная астральная связь… Получается, это даже не сам Тагес, а его астральный фантом, невероятным образом из далекой Москвы спроецировавшийся в реальность нашего провинциального городка и вступивший со мной в прямой контакт?!.» В это мгновение небо вдруг резко потемнело, по аллее пронесся мощный вихрь. Солнце исчезло, прогремел сильнейший гром, словно тысячи чугунных пушечных ядер одновременно упали на дно тысячи пустых металлических бочек. Барский резко повернулся к своему потустороннему собеседнику, но лавочка рядом была пуста. Тагес исчез. Тело Алексея Николаевича завибрировало, его закружило в налетевшем вихре, мир вокруг него изогнулся, свернулся в трубочку и… схлопнулся. Он распахнул глаза и обнаружил себя сидящим все на той же самой скамейке. Небо оставалось совершенно чистым и голубым, без единого облачка. Солнце поднялось уже достаточно высоко и жарило изо всех сил. Все так же щебетали птицы, дул все тот же теплый легкий ветерок. Мимо пробежала молодая девушка в наушниках, в дальнем конце аллеи медленно брели, опираясь друг на друга, старичок и старушка. У самого выхода из парка кучковалась шумная стайка подростков. Мир продолжал жить в своей обычной реальности. Поднявшись и оттирая со лба капельки холодного пота, Алексей Николаевич побрел домой. Что именно произошло с ним этим утром в аллее старинного парка, он так толком и не понял. Очевидно еще одно осознанное сновидение с выходом в какую-то иную реальность. В астрал ли, в какое-то параллельное измерение или еще черт знает куда, он был не в курсе. Но то, чтоэто наконец произошло, невероятно его обрадовало, так как за последние два с половиной года он не только ни разу не выходил на контакт с Лайтом, но перестал попадать даже в обычные осознанные сновидения (…ментальное моделирование… ), которые до момента «отсечки» происходили у него практически каждую неделю, а то и чаще. «Отсечкой» Барский называл событие, случившееся с ним несколько лет назад, после которого, как он считал, некие высшие силы полностью отключили его от любых проявлений потустороннего. В ту ночь он успешно преодолел «вторые врата сновидения», оказавшись перед своим компьютером, и поначалу решил, что сейчас произойдет очередной сеанс связи с Лайтом. Но вместо привычного в таких случаях видеомессенджера на мониторе неожиданно открылось окно торгового терминала. Алексей Николаевич несказанно удивился такому повороту дел. Тем более что все надписи и цифры на экране не прыгали, не представляли собой бессмысленную галиматью. Картинка перед его глазами была предельно четкой и ясной. Внимательно всмотревшись, он понял, что в терминале отображаются котировки акций «Лукойла». Никогда раньше Барский не торговал бумагами данного эмитента. Отображаемый период охватывал диапазон с двадцать третьего июня две тысячи шестого года по четвертое июля того же года. Невероятно, но все восемь торговых дней бумага только росла, причем весьма и весьма неплохо. Алексей Николаевич слегка обалдел, когда вдруг сообразил, что на календаре сегодня было лишь двадцать первое июня. Выходит, сейчас он видит котировки… из будущего?! Картинка с экрана компьютера впечаталась ему в память так, словно кто-то сделал специально для него скриншот. Проснувшись, то есть вернувшись в двадцать первое июня, «в сегодня», он бросился к рабочему столу, схватил ручку и на всякий случай перенес на бумагу все те цифры и даты, что еще стояли у него перед глазами. Впрочем, необходимости в этом не было, таблицу с цифрами открытия и закрытия торговых сессий он запомнил на всю оставшуюся жизнь. Запустив компьютер, Барский перегнал все имеющиеся у него деньги на основной брокерский счет, закрыл все открытые ранее позиции по другим бумагам (некоторые даже с небольшим убытком), после чего двадцать второго июня вложился в акции «Лукойла» не просто на все свои деньги, но еще и заняв у брокера максимально доступное ему кредитное «плечо». Сумма выходила впечатляющая, риск из-за маржи был совсем запредельным. Двинься рынок хорошенько в другую сторону, получи Барский «маржин-колл» – и внести на депозит ему будет нечего. А значит, дальше брокер просто-напросто принудительно закроет его маржинальные позиции и… можно будет пойти и повеситься! Или застрелиться. Или выпрыгнуть из окна. Это уж, как говорится, что больше нравится. Потерять одним махом несколько миллионов рублей, все его состояние на тот момент, он едва ли смог бы легко и без сожаления. Изначально, как это обычно и случается, бумага пошла в минус. Закупился Алексей Николаевич по цене в 1 945 руб., а на минимуме этого дня график опускался до 1 888. Всю торговую сессию он не отходил от компьютера, выкурил почти три пачки сигарет, и, когда вечером торги закрылись на уровне 1 927 руб., на Барского было жалко смотреть. Да, цены открытия и закрытия рынка полностью соответствовали той информации, что он принес с собой из сновидения, но… в терминале-то у него отображался минус! Всю ночь он не сомкнул глаз, и, когда на следующее утро бумага открылась с гэпом вниз, аж до 1 867 руб., Алексей Николаевич едва не поседел. Да, именно по такой цене она и должна была открыться согласно сновидению. Но одно дело смотреть на таблицу с историческими данными, и совсем другое лицезреть минус в своем торговом терминале. При этом не стоит забывать, в то время Алексей Николаевич был еще совсем зеленым, только-только начинающим осваивать искусство торговли трейдером. Он не ел, не спал и не отлипал от компьютера вплоть до окончания торгов вечером в пятницу, двадцать третьего июня. От количества выкуренных сигарет он позеленел, а в комнате можно было вешать топор. На выходные рынок замер на уровне все тех же проклятых 1 888 руб. Как Барский пережил эти два дня, одному Богу известно. Он то полностью отрубался, проваливаясь в тревожный сон без каких-либо сновидений, то вскакивал и начинал метаться по комнате. Несколько раз звонил телефон (очевидно, Змеев), но Алексей Николаевич не подходил к трубке. Возникла даже мысль: «А не сбегать ли до ближайшего гастронома и не купить ли там литр водяры?» – чтобы переждать предстоящие десять дней в состоянии полного анабиоза, но, к счастью, мысль эта так и осталась лишь мыслью. В ночь с воскресенья на понедельник, уже под утро, ему вдруг приснился Ныш в роли крупье казино, бешено раскручивающего колесо рулетки и безумно при этом хохочущего. – Кранты, папаша! – заорал он голосом попугая из фильма «Дом под звездным небом», и Барский проснулся. Окончательно успокоился он лишь к середине недели, когда котировки, следуя точно его сновидческому графику, вышли в хороший плюс. А закрыл позицию, как и планировал, четвертого июля, вблизи максимальных значений дня, заработав за прошедшие тринадцать календарных дней порядка двадцати процентов профита. В деньгах это выходило чуть более пяти миллионов рублей! Правда, и седых волос он приобрел за это время немало, но… сам ведь виноват был, что изначально запаниковал и распереживался. Рыночек-то отработал все в точности по данным из его осознанного сновидения. А вотпосле всех этих событий как раз и случилась «отсечка». И два с половиной года он находился в полнейшей изоляции. Действительно ли это сделала некая высшая сила, этакие «смотрящие» за сновидцами, в задачу которых входит пресекать вылазки в будущее с целью получения «инсайда свыше» и незаконного обогащения, или же прав был Лайт и Барский просто разрядился, как батарейка, он не знал. Как бы там ни было, ногоды(!) без выхода в ОС, без интуитивных озарений и без ощущения контакта с чем-то потусторонним, высшим, смыслообразующим были для него самыми унылыми и мрачными за всю его жизнь. Ни до, ни после произошедшего он не чувствовал себя таким одиноким, брошенным, несчастным… И потому сегодняшнюю встречу с великолепным и бесподобным Тагесом, тем более встречу не в реале, не в Интернете, а где-то в некоем подобии осознанного сновидения, он с надеждой и трепетом воспринял как знак свыше. Как индульгенцию, прощение, завершение его мистического отлучения от высшего и потустороннего. Алексей Николаевич всем сердцем и всей душой надеялся, что теперь снова возобновятся регулярные осознанные сновидения, а там, чем черт не шутит, произойдет и очередной сеанс связи с Лайтом. – И я клянусь, я слово даю, – торжественно восклицал он, сложив молитвенно руки и возводя глаза к небу, – что никогда больше в жизни не стану использовать эту магию, эти высшие силы в корыстных целях. Тем более ради банального обогащения! Этим же днем, сразу после контакта в парке, как только вернулся домой, Барский попытался связаться с Тагесом по «аське». Не вышло. Обычно мгновенно реагировавший на его вызов, ICQ 133864706 Tages молчал. Алексей Николаевич пробежался по форумам, на которых они с Александром так часто общались и спорили, отправил сообщения в «личку», но и там никто не отреагировал. Наконец, разыскав адрес электронной почты Тагеса, Барский написал ему на e-mail. Увы, но и это не принесло никакого результата. Молчание было настолько красноречивым и недвусмысленным, что становилось совершенно ясно – необходимо выждать какое-то время, сделать паузу. Неизвестно по какой причине, но сейчас Тагес общаться с ним не хотел. Или не мог. Или еще что-то… Алексею Николаевичу не оставалось ничего другого, кроме как смириться и ждать. «Придет время – Александр сам выйдет со мной на связь», – решил он и снова с головой погрузился в работу. А события на ниве киберсантинга между тем развивались весьма бурно и стремительно. Осознав, что продавать свои мультимедийные курсы на болванках CD-R не только несолидно, но и экономически невыгодно, Барский заказал на одном из московских заводов огромную партию фабричных CD с «Киберсант-Матрицей» и «Киберсант-Активатором». Сам диск, коробочка, полиграфия на диск и вкладыш – все было произведено по высшему разряду, запаковано в целлофан и снабжено наклейкой со штрихкодом. Период кустарного производства дисков остался в прошлом. В первой партии Алексей Николаевич заказал по две тысячи штук «Матрицы» и «Активатора» (всего – четыре тысячи CD). Заказ доставил ему прямо к подъезду небольшой грузовичок, и двое рабочих в синих комбинезонах перетаскали из машины в его комнату двадцать больших картонных коробок (по двести дисков в каждой). Коробки были поставлены у стены и заняли собой практически половину свободного пространства его и без того не очень большой комнаты. Нагрянувший вечером посмотреть на это диво дивное Змеев, скептически скривившись и дважды обойдя небоскреб из коробок, осторожно поинтересовался: – Ну и за скольколет ты надеешься распродать все это? – Не знаю, – задумчиво ответил Алексей Николаевич, – надеюсь, хватит на полгода. А там придется заказывать новую партию. В ответ Змеев только саркастически хмыкнул. Партия разошлась менее чем за три месяца! То ли так повлиял на продажу обновленный сайт, на котором были выложены видео и фото дисков, то ли сработал новый рекламный текст, в котором Барский не просто описывал достоинства своего обучающего курса и те выгоды, которые получит покупатель, но и использовал зрительные, слуховые, обонятельные и тактильные ощущения-образы в небольшом «поэтическом гипно-блоке», встроенном по ходу основного текста рекламы: Представьте себя стоящим в вашем почтовом отделении… В руках у Вас – ОН… Тот самый диск, на котором находится «КИБЕРСАНТ-МАТРИЦА»… Вы только что получили его… За полторы тысячи рублей Вы приобрели сейчас свое БУДУЩЕЕ… Вы только что получили надежную ВЫСОКОДОХОДНУЮ работу… Вы только что получили возможность стать финансово независимым… У Вас в руках – ВЕСЬ МИР! Поездки в жаркие страны, в Европу или Америку, да хоть в Австралию!.. Новый компьютер, автомобиль, квартира… Свобода и независимость… И ЭТО – ЧИСТЕЙШАЯ ПРАВДА! Я лично обрел все это благодаря «КИБЕРСАНТ-МАТРИЦЕ»… И теперь диск с «КИБЕРСАНТ-МАТРИЦЕЙ» у Вас в руках… Вы можете посмотреть, как он переливается на свету… Можете провести пальцами по его гладкой поверхности… Ощутить приятный запах заводской полиграфии… А затем – вставить в дисковод своего компьютера… Дисковод с характерным щелчком закрывается и… И теперь Вы можете начать зарабатывать деньги! Начать наконец НОВУЮ ЖИЗНЬ! Великолепно, не правда ли?.. В любом случае, в сутки теперь заказывали по полсотни CD, не меньше. Все чаще стали покупать сразу два диска: набор «Марица+Активатор», за это полагалась неплохая скидка. Работника, который раньше осуществлял запись кустарных CD-R, Алексей Николаевич перевел в помощь тому, который занимался отправкой бандеролей. Более того, в команду отправителей пришлось нанять третьего человека, а с почтовым отделением заключить специальный договор на обслуживание, дабы не задерживать очередь из простых посетителей, пришедших отправить посылку, бандероль или заказное письмо. В самом уголке большого зала почта выделила под работников Барского специальный столик, сидя за которым, они и занимались заполнением бланков и упаковкой дисков. – Это еще цветочки, – шутил Алексей Николаевич в разговоре с начальницей почтового отделения. – Скоро вам придется выделить для нас отдельного служащего, который весь день будет оформлять исключительно наши отправки и получение наших наложенных переводов. Пораженный таким неожиданным успехом и общим прогрессом бизнеса Барского, его друг профессор стал захаживать к нему едва ли не каждый вечер. То он увязывался за ним сразу после вечерней пробежки. То, если бегали утром, заходил в гости после работы просто так. Созерцал, как быстро тает очередная партия коробок, ходил вокруг, цокал языком, и было видно, что в голове у него зреет какой-то план. Что-то он хотел предложить своему приятелю, но то ли стеснялся, то ли не решался по какой-то иной причине. Наконец он не выдержал и во время одной из пробежек осторожно поинтересовался: – Алексей, а не тяжело тебе тянуть на себе все это в одиночку? – Что «это»? – не сразу понял Барский. – Вот смотри. Ты занимаешься трейдингом, это отнимает у тебя часов по пять-шесть в сутки. Еще столько же уходит на отработку бизнес-процессов: ответы на почту, контакты с отправщиками, размещение рекламы и т. д. и т. п. Добавь сюда время на сон, завтраки-обеды-ужины, пробежка… Получается, все двадцать четыре часа в сутках у тебя загружены по самое не хочу. Так? – Ну, так. И что? – А то, что ты же пашешь, как (…Путин… ) раб на галерах! Ты только и делаешь, что вкалываешь. Ты перестал читать, перестал писать, перестал даже банально смотреть новые фильмы и ходить в театр или на концерты. У тебя совершенно не осталось досуга, твое творческое, эстетическое и даже интеллектуальное развитие остановилось. Ты не находишь? Барский ненадолго задумался. В том, о чем говорил Змеев, была доля истины. Да что там доля, профессор был прав на все сто процентов. Он и сам не раз ловил себя на таких мыслях, просто старался поскорее отогнать их и не думать об этом. В какой-то мере жизнь его и правда обессмысливалась. Он превратился в машину по зарабатыванию денег, бездушную и тупую. Все его мысли, все его интересы и переживания сводились теперь исключительно к двум вещам: трейдингу и киберсантингу. Ни на что иное банально не оставалось времени. Для чего он изначально хотел иметь много денег? Для того чтобы быть свободным, не думать о деньгах, не гнуть спину ради денег, а заниматься только тем, что ему нравится – писать, читать, размышлять, осваивать духовные практики. А что он имеет в итоге, что с ним происходит сейчас? А сейчас он тупо тратит все свое время и все свои силы на зарабатывание этих самых денег. Да, он работает на себя, а не «на дядю». Да, его среднемесячный доход составляет зарплату обычного работяги за год, а то и два. Но ведь вся его жизнь свелась по сути дела к одному,к зарабатываю денег . Круг замкнулся… – Не знаю, Коля. В чем-то ты прав, конечно, – со вздохом ответил он. – Я всю жизнь пытался постичь тайну денег, тайну богатства и финансовой независимости. И вот мне представился шанс. Мне кажется, я нащупал свою «золотую жилу». Что ты предлагаешь? Не могу же я все бросить и снова вернуться в котельную! – Нет, конечно же! Я совсем не об этом, – засмеялся Змеев. – А о чем тогда? – О том, что, возможно, пришло время несколько пересмотреть подходы и алгоритмы к твоей занятости? Во-первых, можно заменить трейдинг долгосрочным инвестированием. Вместо того чтобы торчать по шесть часов за монитором, пытаясь поймать мелкие рыночные колебания, те же самые деньги можно делать на том же фондовом рынке, но расходуя на это всего лишь по два-три часа в месяц, а то и в год. Сформировал диверсифицированный портфель из ценных бумаг, перетряхиваешь его время от времени и просто смотришь, как твой капитал растет без твоего личного ежедневного участия в этом. А во-вторых, – он бросил быстрый взгляд на Барского, – можно же делегировать и часть твоего бизнеса какому-нибудь надежному, квалифицированному партнеру. Я имею в виду не наемных работников, а именно полноценного делового партнера, который помогал бы тебе в твоих делах на равных, имея долю в проекте, и значит, вкладывая в проект силу, время и душу, точно так же, как ты сам… От неожиданности Барский даже остановился и с удивлением посмотрел на друга. – Петрович, – захохотал он, – ты ко мне в партнеры, что ли, набиваешься?! Змеев сильно разволновался, смутился и, отводя глаза в сторону, пробормотал: – Ну почему сразу набиваюсь? Предложил просто. Мы с тобой знакомы с детства, полностью доверяем друг другу. У меня обширные теоретические знания как в сфере финансов, так и в сфере бизнеса. Есть даже некоторый опыт предпринимательства, правда, в реальном, офлайновом сегменте. Но полагаю, что и киберсантинг работает по тем же принципам, что любой другой бизнес, пусть и с некоторыми нюансами. Вот!.. Так почему бы нам не попробовать работать вместе, четко разделив обязанности и ответственность? Синергетический эффект, понимаешь ли! Эффективность нашего совместного бизнеса вырастет многократно, соответственно, увеличится и прибыль. Благодаря этому твой личный доход пусть и просядет немного в моменте, зато многократно вырастет в более долгосрочной перспективе. У тебя появится свободное время, ты сможешь снова заняться литературным творчеством и духовным саморазвитием. Подумай над этим, чем не тема?.. – В конце концов, без помощника трудно, – пошутил Барский, – а жулик он, кажется, большой. Такой может быть полезен. – И снова: пятерка тебе за хорошее знание классиков, – сдержанно отреагировал Змеев, – а по существу вопроса есть что ответить? – Коль, ну сам же понимаешь, вопрос для меня совершенно неожиданный. Совершенно! Мне нужно время на «подумать». – Ну, думай, думай… – смиренно вздохнул профессор. Думал Барский целых три дня (…и три ночи… ), так как предложение и в самом деле оказалось для него неожиданным. С одной стороны, пока он со всем справлялся неплохо и сам. Да, свободного времени у него не оставалось совершенно. Да, о том, что такое досуг, он за последние несколько лет уже успел полностью позабыть. Но с другой стороны, такой образ жизни его вроде как и не обременял, ему все нравилось. Деградация? Ну, это тоже с какой стороны посмотреть. Есть некоторый застой в культурном и духовном развитии, это верно. Зато какой мощный прогресс в плане финансов и бизнеса! А ведь это развитие интеллекта и тоже своего рода творчество. «Сам Лайт прямо и недвусмысленно говорил, что главная цель моей текущей инкарнации – это овладение секретами денег и создания капитала, – вспомнил он. – А значит, я развиваюсь! Причем развиваюсь в нужном направлении. С другой стороны, Змеев прав, жизнь моя стала монотонной и пресной, как попекушка. Так и одичать запросто можно, отрастить бороду и поехать рассудком подобно какому-нибудь Герману Стерлигову. Да и зачем мне столько денег, если тратить их банально не на что. С тем образом жизни, который я сейчас веду, мне вполне хватает и нескольких процентов от того, что зарабатываю за месяц. Остальное все равно вбухиваю в акции, облигации, рассовываю по депозитам. То есть, опять же, преумножаю. Глупо как-то получается – прожить унылую монотонную жизнь и сдохнуть на сундуке с золотом (…Где ключи? Ключи, ключи мои!.. ), которое потом вообще достанется хрен его знает кому. Не разумнее ли выделять некоторую долю тому же Коляну, но благодаря этому снова обрести свободное время, досуг, вкус жизни?» «Интересно вот только, – размышлял он, – как определить эту “некоторую долю”, чтобы и Колька был доволен, и мне не очень накладно вышло? Что именно делегировать ему, а что оставить себе? Как юридически все это грамотно оформить и стоит ли оформлять вообще? Все же мы с ним не чужие люди, со школьной парты дружим и ни разу он меня не кинул на бабки, ни разу не сподличал и не обманул. Напротив, до самого последнего времени это я у него регулярно деньги занимал, затягивая с возвратом по несколько месяцев, а то и вовсе забывая вернуть. А он, между прочим, ни разу даже не наехал на меня за это, никогда не напоминал о займах и не выклянчивал вернуть поскорее. Эх, вопросы, вопросы, вопросы…» В конце концов, Алексей Николаевич решил не корчить из себя важного босса, единолично принимающего решение в отношении ждущего у него в приемной соискателя на вакансию, а просто обсудить все с самим Змеевым и по-дружески прийти к какому-то консенсусу. Главное он для себя уже определил: вдвоем будет работать веселее, а учитывая знания профессора, еще и в разы эффективнее. Оставалось определиться в деталях и нюансах, обсудить вполне конкретные практические моменты и заключить что-то вроде джентльменского соглашения. Обращаться к юристам и составлять договор, контракт или иную официальную бумажку он не хотел. По крайней мере, на данном этапе. Змеев воспринял его ответ с нескрываемой радостью и невероятным энтузиазмом. Заглянув к Барскому, как обычно, вечером после пробежки, он проторчал у него аж до пяти часов утра (предварительно отзвонившись домой и испросив разрешение у супруги). Много дискутировали, спорили, рассуждали. Выпили два чайника крепкого индийского чая и едва не подрались с соседями, которым своим гомоном и непрестанным беганием то на общую кухню, то в общий сортир сильно мешали спать. В итоге постановили, что в обязанности Николая Петровича будет входить: ответы на электронную почту и вообще поддержка клиентов по всем информационным каналам, юридическое сопровождение бизнеса, а также маркетинг и реклама. За все это он будет получать тридцать процентов от чистой прибыли. За Алексеем Николаевичем закрепили: управление финансовыми потоками и бухгалтерию, контроль над наемными работниками и ведение переговоров с контрагентами, работу с текстами (как рекламными, так и непосредственно обучающим контентом), общее стратегическое планирование и контроль реализации этих планов. Его доля в проекте составит семьдесят процентов. Все прочие вопросы, неожиданно возникающие проблемы или открывающиеся возможности договорились решать коллегиально. Барский предложил было нанять в штат дизайнера, копирайтера и верстальщика, но Николай Петрович вполне резонно возразил, что сайтову них не так уж и много на данном этапе, а обновлять существующие и делать новые более разумно и экономически выгоднее через биржу фриланса. А вот принятие в штат на постоянной основе программиста он поддержал, так как дальнейшее развитие их совместного проекта виделось ему грандиозным и многоплановым, без программиста в штате явно не обойтись. – Нужно в срочном порядке расширять функционал по приему карточных платежей, благо кредитками в России пользуется уже достаточно много людей, – резонно заметил он. – Засадим программиста за написание нашего собственного платежного процессора, с клиентской базой данных и полноценной многофункциональной партнерской программой. Без этого в перспективе будет не выжить, а работы там для одного-единственного программиста хватит на месяцы, если не на годы вперед. Барский одобрительно кивнул, мысленно отметив, что партнерство со Змеевым с первых же часов начало давать хорошие результаты, а вслух добавил, желая подчеркнуть и свою собственную значимость: – Кстати, я очень своевременно придумал продавать информацию не скачиванием, а на дисках, через наложенный платеж. Да, это в некотором роде отступление от принципов чистого киберсантинга, но когда еще мы сделаем собственный процессор по приему оплат кредитными картами, а иметь основным способом оплаты WebMoney очень рискованно. Что-то они в последнее время чудить начали. Очень многие коллеги жалуются, что сейчас в WebMoney пошла какая-то странная волна «охоты на ведьм», то есть на интернет-предпринимателей. Какие-то твари, по всей видимости, очередная реинкарнация «Антилохов» или их собратья по разуму, пробрались в Арбитраж WebMoney и начали блокировать WM-счета киберсантов направо и налево с идиотской формулировкой «товар не имеет потребительских свойств». Благодаря продажам на дисках у меня…у нас (!) сейчас проходит до восьмидесяти процентов оплат именно почтовыми переводами. Если WebMoney и нас заблочат, уже не так страшно. Впрочем, к счастью, нас пока вроде как не трогают. Опять же, у меня там аттестат продавца оформлен, да и работаю с ними уже несколько лет, репутация. Надеюсь, обойдет нас эта беда стороной… Беда стороной, увы, не обошла. То ли сглазил Алексей Николаевич своим бахвальством, а скорее всего, разнарядка на блокировку инфобизнеса поступила с самого верха и под каток должны были угодить все причастные к этой сфере. Как бы там ни было, в самом конце две тысячи восьмого года, невзирая ни на какие аттестаты, сертификаты и «выслугу лет», WM-кипер Барского, на который принимались оплаты за обучающие курсы, был-таки заблокирован. Несколько недоброжелателей (а возможно, это был один и тот же человек, просто действовавший с нескольких фальшивых WM ID) накатали на Барского целую серию совершенно ничем не обоснованных «претензий» в Арбитражный Сервис WM. Претензии были бредовыми, лживость их лежала на поверхности, но, несмотря на это, Арбитр WM без лишних разбирательств заблокировал его WM-кипер на вывод средств. Слегка обалдев от подобного поворота событий, но все еще веря в справедливость и наивно полагая, что в Арбитраже WM сидят не дураки и что они быстро во всем разберутся, Алексей Николаевич вступил в дискуссию с так называемым «арбитром» WM. – Ну посмотрите сами, – восклицал он, обращаясь к невидимому за гладью монитора, но такому всесильному «арбитру», – эти мошенники обвиняют меня в том, что якобы оплатили мне по WM товар, но не получили его. Откройте список транзакций моего WM-кипера и убедитесь сами, что никаких денежных переводов с тех WM ID, что накатали на меня эти лживые «претензии», просто НЕ БЫЛО! – Да, действительно не было… – получил он ответ «арбитра» на следующие сутки. – Ну, вот видите! – обрадовался Барский. – Так удалите эти фальшивые претензии и разблокируйте наконец мой WM-кипер. У меня же работа стоит! – Претензии удалим, – последовал невозмутимый ответ, – но WM-кипер не разблокируем. – Вот те раз! – удивленно воскликнул Алексей Николаевич. – Это на каком же, позвольте осведомиться, основании?! – Вы продаете товары,не имеющие потребительских свойств . «Забавно, – подумалось Барскому. – То есть они в глаза не видели того, что я продаю, но твердо уверены в том, что я продаю нечто, не имеющее потребительских свойств? И как вообще можно продать нечто, “не имеющее потребительских свойств”?! Ведь если кто-то это покупает, значит, оно ему нужно! Значит – наличие “потребительских свойств” налицо!..» Впрочем, особо размышлять над этой головоломкой он не стал и, следуя рекомендациям «арбитража», гордо покинул платежную систему WebMoney. Благо, как он уже говорил Змееву, основной денежный поток шел сейчас наличными, через наложенный платеж «Почты России». Естественно, уходить поджав хвост, оплеванным и оклеветанным, было совсем неприятно. Барский привык к этой платежной системе, получать оплату за свои товары и покупать товары других людей при помощи WM-кипера было легко и удобно. Но… насильно мил, как известно, не будешь. И все же чувство явной несправедливости не давало ему покоя. Не желая оставаться с этим тревожным чувством один на один, он открыл у себя на форуме соответствующую ветку, в которой и поделился со своими форумчанами, коллегами и друзьями, историей ухода из WebMoney. А заодно высказал все то, что он думал о произволе «арбитража» и творимых «арбитром» бесчинствах. Вишенкой на торте стал придуманный им памфлет, который он вывесил на самом видном месте форума и с которого, собственно, начиналась сама ветка обсуждения, озаглавленная как: «WebMoney – коррумпированная платежная система!» Начинал Алексей Николаевич свою диатрибу следующими словами: Шел виртуальный 1937 год. Время интернет-диктатуры и культа личности «арбитража» WM. Бурный расцвет кибер-кляузников, кибер-стукачей и кибер-доносчиков, которых «арбитраж» WM активно поддерживает и всячески поощряет их гнусную деятельность. Время полного произвола и беззакония, когда кошельки пользователей блокируются исключительно по сумасбродному желанию диктатора – «арбитра» WM. Как формальный повод годится любая кляуза! Как истинная причина блокировки – любые контакты с неугодными «арбитру» WM личностями и любая поддержка кибер-диссидентов, осмелившихся критиковать действия «арбитра» WM и объявленных за это «арбитром» WM «вне закона» в их тоталитарной WM-империи. Кибер-зачистки, кибер-аресты и кибер-расстрелы… Хочешь пользоваться WM – веди себя тише воды и ниже травы! Забудь, что ты человек! Забудь о своих правах, забудь о справедливости, забудь о законах! Лижи задницу «арбитру» WM, ибо он и есть ЗАКОН в рамках данной платежной системы! Всем, кто не согласен с новым порядком вещей, – ВИРТУАЛЬНАЯ КАЗНЬ в виде отлучения от WM, блокировки WM-кипера и навешивания лживых обвинений через систему «арбитража» WM и сервис Advisor! Начало тотального виртуального WM-террора! Кибер-подонки (виртуальные отбросы киберпространства) в виде всевозможных «антилохов-веб-оборонщиков» – торжествуют и резвятся, запинывая своих жертв и наскакивая на них шакальими стайками, ощущая за собой поддержку и тихое одобрение WM-диктатора! Но где-то в тайных кибер-подпольях, а также на территориях, свободных от WM-диктатуры, уже зреет андеграунд-движение, которое не желает склонять голову перед кибер-тиранами и беспредельщиками и которое не намерено лизать виртуальную жопу WM-«арбитра»! И эта горстка СВОБОДНЫХ – готова гордо, с высоко поднятой головой противостоять лжи и самодурству WM!.. Реакция «арбитра» была незамедлительной и поразила, а затем и возмутила Алексея Николаевича до глубины души. «Арбитр» написал жалобу… хостинг-провайдеру сайта Барского, в которой обвинял его в мошенничестве и требовал заблокировать его ресурс (а вместе с ним, разумеется, и форум, на котором столь откровенно критиковались действия самого «арбитража»). К счастью, хостинг-провайдер оказался вполне вменяемым и ответил вконец обнаглевшему «арбитру», что никаких нарушений за сайтом Алексея Николаевича не находит, а потому и блокировать его не имеет права. И если «арбитру» что-то не нравится, то пусть обращается на Барского с заявлением в суд. Будет решение суда – будет блокировка сайта. Ну а так – извините, нет поводов и оснований ни для какой блокировки. Самое смешное заключалось в том, что провайдер переслал письмо-кляузу «арбитража» самому Барскому. Разумеется, сделано это было в рамках стандартного протокола: при поступлении жалобы на сайт хостер первым делом перенаправляет жалобу владельцу сайта с просьбой разъяснить ситуацию и, если описанные в жалобе нарушения действительно имеют место, устранить эти нарушения. Хостинг-провайдеру Алексей Николаевич дал исчерпывающие объяснения, после чего тот и ответил жалобщику, что заблокирует ресурс только по решению суда, и никак иначе. А вот Барский, имея на руках сей ценный артефакт (письмо от «арбиртажа» и его обратный адрес), решил оттянуться по полной. Прикинувшись «службой безопасности» хостинг-провайдера, он написал с подставного e-mail’а якобы ответ-запрос «арбитру». Далее переписка развивалась следующим образом: – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Арбитраж: Добрый день! Хотим обратить ваше внимание на ресурс www.cyberdengi.ru, который занимается мошенничеством в Сети, продавая разный хлам и обманывая покупателей. WM ID, используемый данным ресурсом, заблокирован. Просим вас принять соответствующие меры по отношению к данному ресурсу вплоть до закрытия сайта. С уважением, Арбитраж Webmoney Transfer. Барский, под видом СБ хостинг-провайдера: Здравствуйте, Арбитраж Webmoney Transfer! Вы действительно писали письмо, приведенное выше, или это подделка, отосланная злоумышленниками от Вашего имени?!?! P. S. А на Ваш собственный сервис http://www.exaccess.ru никому не хотите пожаловаться, ведь на http://www.exaccess.ru более 90 % товаров – это взломанный софт, краденые эл. книги и всевозможные лохотроны. С уважением, Служба безопасности хостинг-провайдера mtw.ru. Арбитраж: Здравствуйте! Письмо с просьбой принять меры по отношению к www.cyberdengi.ru писали мы. Речь идет не только о пиратстве, но и о продаже товаров, которые не обладают потребительскими свойствами и которые в большинстве случаев можно найти в бесплатном доступе. С уважением, Арбитраж Webmoney Transfer. Барский, под видом СБ хостинг-провайдера: Здравствуйте, Арбитраж Webmoney Transfer! А какое отношение Арбитраж WM имеет к сайту www.cyberdengi.ru?! Не кажется ли Вам, что Арбитраж WM должен заниматься исключительно делами самой системы WM и не имеет никакого права лезть куда-то еще?! Вы заблокировали WM ID, использовавшийся ресурсом www.cyberdengi.ru? Что Вам еще нужно? Сайт www.cyberdengi.ru услугами системы WM больше не пользуется, а значит, не имеет к WM и Арбитражу WM вообще никакого отношения! На каком основании Арбитраж WM пытается решать вопросы, вообще никоим образом не относящиеся к системе WM? И кто дал право Арбитражу WM решать, какие товары в Сети имеют потребительские свойства, а какие нет? А если мы, например, решим, что титульные знаки системы WM не имеют потребительских свойств, что тогда? Вы занимаетесь беспределом внутри самой WM, вот и занимайтесь. Блокируйте кого хотите, диктуйте свои предвзятые мнения до тех пор, пока у Вас вообще ни одного пользователя не останется. А вот за пределами WM не нужно указывать, какие товары имеют потребительские свойства, а какие нет. По нашему мнению, Арбитраж уже совсем зарвался и пытается совать свой нос в дела, никоим образом к WM не относящиеся. Если Арбитраж WM так радеет за «товары с потребительскими свойствами», борется с пиратством и т. д., закройте лучше Ваш собственный ресурс http://www.exaccess.ru, где 90 % товаров – это откровенный контрафакт, а оставшиеся 10 %, как раз таки не имеют потребительских свойств и найти их можно в свободном доступе. Это, кстати, в Вашей компетенции – закрыть http://www.exaccess.ru. Почему ресурс, продающий пиратские программы и товары, не имеющие потребительских свойств – http://www.exaccess.ru – до сих пор не закрыт, а WM ID его не заблокирован?! Ведь это прямая обязанность Арбитража WM. Зато к сайтам, вообще не относящимся к WM (www.cyberdengi.ru), Арбитраж почему-то так неровно дышит. Почему? И вообще, весьма и весьма интересно, а с чего это вдруг Арбитраж WM решил пожаловаться на www.cyberdengi.ru? Или Арбитраж WM сейчас в массовом порядке жалуется хостинг-провайдерам всех сайтов, WM ID которых они забанили с совершенно дикой и некорректной формулировкой: «товар не имеет потребительских свойств»? С чего вдруг такое неровное отношение именно к www.cyberdengi.ru? Поясните! А то все это сильно попахивает «заказухой» и очень-очень подозрительно выглядит! С уважением, Служба безопасности хостинг-провайдера mtw.ru. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - На этом переписка оборвалась. Никакого ответа на последнее сообщение со стороны WM не последовало. Скорее всего, «арбитраж» понял, что его просто дурачат и что под видом «службы безопасности» с ними общается сам Барский или кто-то из его друзей. Змееву все эти игрища совсем не нравились. Он считал их ребячеством и пустой тратой времени, но особо не выступал и лишь раз или два высказал свое мнение на этот счет. В какой-то степени такое отношение со стороны профессора охладило пыл и Алексея Николаевича. Махнув рукой на WebMoney, их «арбитраж», а также на молодую поросль «борцов с инфобизнесом», которые в две тысячи девятом году вновь почему-то активизировались, словно эта активность носила некий циклический характер, он сосредоточился на своих прямых обязанностях и с головой погрузился в работу. А поскольку, согласно договоренности с его новым деловым партнером, одной из основных задач Алексея Николаевича теперь было стратегическое планирование, он не на шутку задумался о будущем их совместного бизнеса. Он понимал, что, как ни крути, штамповать новые авторские курсы до бесконечности он не сможет. Ну невозможно пересказывать одно и то же, только разными словами и на разные лады, снова и снова. Более того, подобный подход полностью исключает один из основных принципов бизнеса – его масштабирование. Как и куда им расти, если он, Барский Алексей Николаевич, единственный автор их обучающих курсов, а новые темы для этих курсов вот-вот полностью закончатся? Несмотря на то, что работали компаньоны со своих персональных компьютеров, находясь каждый у себя дома, по пятницам вечером они неизменно собирались в комнатке Барского и активно общались вживую. Профессор очень много рассказывал о теории бизнеса, классическом маркетинге, бухучете и прочих академических премудростях. Алексей Николаевич делился информацией из прочитанных им недавно книг современных авторов на тему предпринимательства, пересказывал содержание пройденных им платных курсов других инфобизнесменов. Очень активно спорили, строили различные теории и выдвигали гипотезы, обменивались идеями и личными соображениями. – Бухгалтерский баланс состоит из двух разделов: активы и пассивы, и эти показатели всегда должны быть равны, потому что активы приносят прибыль, а пассивы ее финансируют, – вещал Змеев с многозначительным видом, словно читал лекцию своим студентам. – Активы – это имущество и запасы в денежном выражении, а пассивы – то, на что куплено имущество и запасы: капитал, резервы, займы. – Ну и какая нам с тобой практическая выгода от этих канцеляризмов? – с жаром возражал Барский. – Мне ближе и понятнее определение Роберта Кийосаки. Он называет «активами» то, что приносит деньги, а «пассивами» то, что отнимает эти деньги, точка! Все просто и понятно. А главное, легко применимо на практике. – Ерунда какая-то! – сердился Николай Петрович. – Вот, скажем, компьютер. Это актив или пассив, согласно господину Кийосаки? – Вся фишка в том, как и для чего этот компьютер используется, – хитро подмигивая, отвечал Алексей Николаевич. – У твоего сынули, к примеру, компьютер – это голимый пассив, так как он режется на нем день и ночь в стрелялки. Его компьютер только высасывает из вашей семьи деньги (амортизация, электричество, Интернет, платные игры). Тогда как мой или твой компьютеры являются несомненным активом, ибо именно благодаря нашим компам мы с тобой зарабатываем деньги. – И какая же практическая польза от этой терминологии, от подобной трактовки «активов» и «пассивов»? – Да самая прямая! Для бизнеса нужно стремиться приобретать как можно больше активов и стараться избавляться от максимально возможного числа пассивов. Финансовые проблемы большинства людей заключаются в том, что они покупают очень много пассивов, считая их при этом активами. Такой вот жизненный парадокс. И эти пассивы совершенно незаметно «высасывают» деньги из их кармана. Необходимо стремиться иметь столько активов, чтобы доходы от них превышали содержание пассивов, желательно в несколько раз! – А зачем тогда вообще иметь эти пассивы, если они только и делают, что высасывают из нас деньги? – Пассивы сами по себе – это не хорошо и не плохо. В конце концов, именно пассивы делают нашу жизнь приятнее, удобнее и красивее. Мы зарабатываем деньги не для того, чтобы ими любоваться, а для того, чтобы их тратить! Но если ты хочешь, чтобы деньги у тебя никогда не кончались, а, напротив, из года в год всё увеличивались и увеличивались, необходим правильный баланс активов и пассивов… Как правило, такие отвлеченные споры ни к чему конкретному не вели, но доставляли несказанное удовольствие обоим дискутантам. Однако случалось и так, что абстрактная в начале дискуссия, по мерее ее развития, приводила к вполне конкретным решениям или задавала новые направления развития всего их предприятия. – Что-то мы как-то совсем не растем, – грустно заметил однажды Барский, подводя итоги две тысячи девятого года. – Топчемся на месте, а ни роста прибыли, ни даже роста выручки, увы, нет. Если тенденция продолжится, очень скоро начнем потихонечку сдуваться, отставать от конкурентов, а там и вовсе уйдем в минус. – Что же ты хочешь, если мы продолжаем весь год продавать одни лишь «Матрицы» и «Активаторы», – развел руками Змеев. – Нужен какой-то новый курс, а желательно, две или три новинки. Я удивляюсь, что это старье вообще продолжают покупать. – Камешек в мой огород, как я понимаю? – обиженно скривился Алексей Николаевич. – Да нет же! – горячо возразил профессор. – Понятно, что ты не машина и что на одном тебе мы далеко не уедем. Тут нужно придумать что-то принципиально новое, перейти на какую-то иную, более высокую ступеньку в развитии нашей бизнес-системы. – Думал уже об этом, – попытался отмахнуться Барский. – Ничего путного пока в голову не приходит. – Бизнес-система, бизнес-система… – бормотал, размышляя вслух, Змеев. Развалившись в мягком кожаном кресле, он потягивал маленькими глотками ароматный кофе из фарфоровой чашечки. Помолчал какое-то время, затем вдруг встрепенулся: – Слушай! А ведь в этом и кроется сакральный смысл. Бизнес – это именносистема ! Система, которая работает на тебя независимо от того, присутствуешь ли ты лично в данный момент в своем бизнесе или уехал отдохнуть на Кипр. Если ты вынужден постоянно присутствовать в бизнесе, если не в состоянии ни на миг отлучиться, если все, что ты делаешь, ты делаешь самостоятельно и не можешь данную работу доверить никому другому, ты не владеешь бизнесом. У тебя всего лишь есть свое личное дело, но это не бизнес. Важно владеть не «собственным делом», важно подняться выше и владеть собственной «бизнес-системой»! Когда ты сам создаешь свои сайты, так как «никто лучше тебя этого сделать не в состоянии», когда ты вынужден сам отвечать на письма клиентов, ибо «нет никого, кому можно было бы доверить это ответственное дело», когда ты самостоятельно «ваяешь» свои инфотовары, пишешь рекламные тексты, занимаешься раскруткой и продвижением своих проектов, ты не владеешь бизнесом. Владелец именнобизнеса (он сделал ударение на этом слове) может спокойно уйти «в отпуск» хоть на месяц, хоть на три, хоть на год, как раз в силу того, что владеет системой, а не является ею. Отходя от дел лично, владелец бизнеса все равно продолжает получать деньги, генерируемые его бизнесом, так как работают в этой системе другие люди, а бизнесмен этой системойуправляет ! – Ну, на письма клиентов у нас уже ты отвечаешь, а не я, – рассмеялся Алексей Николаевич. – Да и часть рабочих процессов мы уже делегировали наемным работникам. Другую часть заказываем на фрилансе… – Именно! В верном направлении мыслишь, товарищ! – радостно откликнулся Николай Петрович. – Но того, что уже сделано, мало! Нужно расширяться и двигаться дальше. Нам нужно собрать свою собственную команду. – Что собрать? – Команду, – невозмутимо повторил Змеев. – Команда – это группа людей, каждый из которых имеет определенную функцию в общем деле, причем выполняет эту функцию максимально хорошо. Это люди, занятые каждый своей специфической деятельностью, но объединенные общей целью: генерацией денежного потока. – Звучит красиво, конечно, – засомневался Барский, – но нафига таким людям, которые «выполняют свои функции максимально хорошо», то есть профессионалам, горбатиться именно на нас? Что мешает им работать самим на себя? Ведь, постигнув суть нашей бизнес-системы, увидев и поняв все ее секреты изнутри, эти «профессионалы» наверняка захотят скопировать все это, уйти от нас в свободное плавание и построить собственную бизнес-систему, где уже они будут владеть и управлять ею, а не мы ими. – Так в том-то все и дело, что каждый из этих профессионалов является специалистом именно в своей сфере, в своей узкой нише, в своей профессии. Именно осознание того факта, что каждый из них в отдельности не в состоянии будет генерировать тот денежный поток, который генерируеткоманда , и удержит команду от распада. Именно понимание этого заставляет людей работать вместе, под единым руководством, а не разбегаться как крысы и не пускаться в «самостоятельное плавание». – То есть ты предлагаешь прямо сейчас собрать такую команду? – уточнил Алексей Николаевич. – Но из кого? Где мы найдем столько профессионалов, чем заманим ихв нашу бизнес-систему и каким образом убедим, что работать именно с нами им будет максимально выгодно? – Нет, – вздохнул Змеев, – прямо сейчас, конечно же, сделать это у нас не получится. До тех пор, пока у нас не будет достаточно опыта, нужного запаса финансов и громкой позитивной репутации, едва ли кто-то из профессионалов захочет иметь с нами дело. А сколачивать команду из кого попало, из каких-нибудь дилетантов и любителей, намного хуже, чем работать вообще без команды. – То есть пока работаем, как работали? – расхохотался Барский. – Зря смеешься, – фыркнул профессор. – Да, пока работаем, как работали. Пока! На один-двановых обучающих курса, я надеюсь, тебя еще хватит. За последние годы ты неплохо прокачался в теме трейдинга и инвестирования, можно выпустить новый диск на эту тему. Значит, год-другой в запасе у нас имеется. Я же пока начну собирать базу потенциальных претендентов на роль членов нашей будущей команды. Обрабатывая почту, оказывая клиентскую поддержку, я уже сейчас вижу, как к нам поступают разного рода предложения от web-дизайнеров, скриптовиков, программистов, копирайтеров, просто бизнесменов со стажем. До настоящего момента я писал им всем лаконичные отказы, но теперь стану собирать информацию о них и вести базу данных этих профессионалов. Буду поддерживать с ними постоянный контакт и постараюсь наладить теплые доверительные отношения. Классифицирую их по степени профессионализма, личностным характеристикам, коммуникабельности. Постепенно у нас будут собраны анкеты или даже целые досье на каждого, кто попал в нашу «базу данных профессионалов». По возможности наведу о каждом из них справки, поищу информацию в Интернете об их деятельности. Все это очень пригодится нам в дальнейшем! – В каком дальнейшем? Что значит «в дальнейшем»?! – В дальнейшем – это значит чуть позже, через год-два, когда у тебя закончатся темы для новых обучающих курсов, а мы вместе разработаем бизнес-план нашего нового, укрупненного и расширенного бизнеса. Да-да! Мы с тобой вместе составим бизнес-план по реорганизации нашего действующего бизнеса! Просчитаем, какие именно категории профессионалов нам нужны и в каком качестве. Отберем подходящие кандидатуры из той базы данных, которую я за это время сформирую, а затем сделаем яркое, обоснованное, соблазнительное предложение претендентам стать членами нашей команды! Змеев так воодушевился собственной идеей, что даже вскочил из кресла и забегал кругами по комнате. Барскому идея тоже понравилась, хотя некоторая доля скепсиса в нем все еще оставалась. – И чем же конкретно мы займемся? – робко спросил он. – Во что именно мы трансформируем наш текущий бизнес? – Пока точно не знаю. – Николай Петрович остановился посреди комнаты и обеими руками взлохматил свою шевелюру. – Но полагаю, что реорганизуя наш нынешний бизнес, лучше всего перестраивать его под тот или иной сервис. – Что значит «сервис»?!. – удивился Алексей Николаевич. – А то и значит, – ответил Змеев. – Сменим вид деятельности и из продавцов товаров, то есть дисков, переквалифицируемся в продавцов услуг. Согласись, процесс создания и торговли видеокурсами на CD довольно трудоемкий и сложный. Не спорю, начинать было нужно именно с этого, так как, не имея достаточно денег и опыта в плане ведения электронной коммерции, открыть свой собственный сервис было проблематично. Но, добравшись до самых отдаленных вершин в деле киберсантинга, став преуспевающими интернет-коммерсантами, стоит ли продолжать заниматься тем, что доставляет нам столько хлопот, если есть более легкие альтернативы? Ну сам посуди. Несколько месяцев ты тратишь на разработку и изготовление нового авторского курса. Активно продаваться он будет от силы год-другой. Далее свое дело сделают пираты и распространители халявы. Рунет пресытится этим курсом, информация в нем устареет, и продажи начнут стремительно падать. Нужно создавать новый курс, и так – без конца! Около двух третьих наших покупателей, купив у нас тот или иной диск, больше к нам никогда не обращаются. То есть, по сути, большинство продаж у нас сейчас носит разовый характер. А коли это так, помимо непрестанной «штамповки» все новых и новых дисков, видеокурсов, компьютерных программ, нам придется искать и завоевывать новые рынки, сегменты, ниши… А как хотелось бы иметь свою твердую целевую аудиторию. Людей, которые в большинстве своем будут нашимипостоянными клиентами. Людей, которые совершают у нас не разовые покупки, а платят нам денежки регулярно, с завидным постоянством и строго определенной периодичностью. Собрали вокруг себя тысяч пять человек, каждый из которых раз в месяц отдает нам всего-то по сто рублей – вот уже и полмиллиона стабильного ежемесячного дохода! А если собрать больше людей или заставить их больше платить?! Словом, вот она, мечта любого предпринимателя. Вечный хлеб! Булочнику не нужно изобретать каждый месяц что-то новое, не нужно бегать и привлекать все новых и новых покупателей. Его клиенты – это одни и те же люди, которые каждое утро приходят в его булочную, чтобы отдать ему денежку и забрать свою булку или рогалик. Каждый день! Одни и те же люди! – Бизнес-клуб, что ли, организуем? – с улыбкой спросил Барский. – Назовем его «Клуб пятьсот», по числу его членов. Привлечем туда крутых предпринимателей со среднемесячным доходом от миллиона рублей. Создадим им там все условия для обмена идеями и опытом, для заключения взаимовыгодных контрактов и тому подобной хрени. Поскольку все они будут преуспевающими миллионерами, платить членские взносы в размере от тысячи до десяти тысяч в месяц для них окажется плевым делом. А для нас это от полуляма до пяти лямов в месяц! За вычетом налогов, конечно, и некоторой суммы для содержания всего этого кагала предпринимателей. – Напрасно иронизируешь, – хмыкнул в ответ Змеев. – Идея с бизнес-клубом тоже крутая, и я голову даю на отсечение, что в ближайшие пять-семь лет кто-нибудь ее обязательно оседлает и организует нечто подобное. К гадалке не ходи, так и будет! Но, полагаю, нам это не очень подходит. – Это почему же? Рожей не вышли, провинциалы сраные? – Не-не, дело совсем не в этом, – замахал руками профессор. – Просто, чтобы собрать вокруг себя и возглавить такой контингент, нужно либо самому быть миллиардером, либо… Он замолчал. – Либо что? – с любопытством поинтересовался Алексей Николаевич. – Либо необходимо быть аферистом высочайшего уровня. Как ты сам понимаешь, мы с тобой не относимся ни к первой, ни ко второй категории. Да и риски здесь запредельные. Если не свои же толстосумы грохнут, дабы отжать такой обалденный денежный генератор, то рано или поздно ФСБ за жопу возьмет, опять же, ради все того же денежного генератора. Нет, это не наш путь. Тише едешь – дальше будешь. Денежки любят тишину. Мы создадим что-нибудь менее масштабное, но зато и гораздо более безопасное. Пока еще не представляю толком, что именно. Может быть, разновидность все того же «клуба», но попроще и поскромнее, а может быть, какой-нибудь продюсерский центр. Время подскажет и покажет. Главное, чтоб не слишком громкое и вычурное, не особо наглое. Пусть не с миллиардными оборотами, зато стабильное и безрисковое. Вечером тридцать первого декабря две тысячи девятого года Барский сидел в своей маленькой съемной комнатке совершенно один. В этом не было ничего необычного. Все последние годы он встречал новогодние праздники в гордом одиночестве, успел к этому привыкнуть и воспринимал такое положение вещей как нечто естественное, само собой разумеющееся. Даже грусть от того, что Лайт не выходил с ним на связь вот уже пять лет (а два предыдущих сеанса – оба случились именно новогодней ночью), как-то подрассосалась и притупилась. Но сегодня тоска обуяла его с новой, доселе невиданной силой. Его друг и партнер по бизнесу как добропорядочный семьянин встречал праздник в кругу семьи. Алексея Николаевича туда не приглашали никогда ранее, не пригласили и в этот раз. На Змеева он не обижался, так как в глубине души считал его подкаблучником и прекрасно понимал, что против своей властной и деспотичной супруги тот никогда не пойдет. А мадам Змеева Барского на дух не переносила, хотя отлично знала, что он и ее муж были лучшими друзьями еще со школьной скамьи. Да он и сам бы вежливо отказался, даже если б случилось чудо и его позвали бы встречать Новый год вместе с семейством Змеевых. Ну его, этот матриархат! Около десяти часов вечера он еще раз попытался связаться с Тагесом через «аську». Чем черт не шутит, ведь когда-то этот трюк срабатывал. Но, как и следовало ожидать, Александр не откликнулся, «аська» его молчала. Отойдя от компьютера, Алексей Николаевич снова улегся на диванчик и, с пульта включив на телевизоре звук, принялся щелкать по каналам. Бредовейшее «Оливье-шоу» с Ургантом и Цекало на первом, омерзительные Пугачева и Галкин в «Новогоднем параде звезд» на втором, звезда «Глухаря» Максим Аверин по НТВ… Он снова нажал «mute» на пульте и погрузился в размышления. «Вот и еще пять лет минуло, – думал он с грустью, глядя на уже не актуальный более настенный календарь с большим красным “2009”. – Пронеслись незаметно, словно их и не было, этих пяти лет. Казалось, еще позавчера я только-только начинал свой путь киберсанта, еще вчера я запустил в продажу бизнес-пакет “Fast Easy Money”, а сегодня… А сегодня можно считать устаревшими даже диски с “Матрицей” и “Активатором”. Если срочно не подсуетиться и не выпустить что-то новенькое, мы с Коляном по миру пойдем. Нет, он, конечно, оптимист, о сервисе собственном мечтает, о Клубе… Но ведь сейчас это все только мечты, без какой-либо конкретики. А пока конкретика появится, если мы в срочном порядке не выбросим на рынок новый диск, мы же загнемся. А о чем делать диск? О трейдинге, об инвестировании, о чем?!. Жизнь проносится мимо уже даже не со скоростью космической ракеты, а со скоростью фотона, мчащегося в космическом вакууме. Что там, согласно законам физики, происходит со временем при достижении скорости света? Оно останавливается. Я живу словно в остановившемся времени. Мимо пролетают события, явления, вещи и люди, а для меня как будто ничего не меняется. Вернее, я словно бы полностью выпал из этого временно́го потока. Я перестал ощущать вкус жизни, перестал воспринимать саму жизнь. Все свелось исключительно к киберсантингу, исключительно к зарабатыванию денег. Вся моя жизнь погрузилась в Интернет, затерялась в этой виртуальной паутине. Я словно бы сам стал чем-то виртуальным, ненастоящим, цифровым. А стоит ли оно того, действительно ли мне нужно все это?.. Лайт утверждает, что да, нужно! Что в этом и заключается смысл моей текущей инкарнации. Но где же ты, Лайт? Где ты, мое “высшее Я”, задающее мне смысл и направление движения, а затем ассимилирующее весь мой жизненный опыт? Почему ты молчишь, почему ты бросил меня на произвол судьбы? Да и был ли ты, Лайт, в действительности или являешься лишь плодом моего бурного воображения?..» Когда без пяти минут час по местному времени в телевизоре появился президент Дмитрий Медведев со своим новогодним обращением, Алексей Николаевич включил было звук, но, не выдержав и нескольких минут, вырубил телевизор нафиг. Встал, оделся и, потихонечку прошмыгнув через общий коридор коммуналки, выскользнул в подъезд, а оттуда на улицу. Оставаться в четырех стенах, наедине с этим ящиком-дебилизатором, было выше его сил. На улице, среди других людей, он надеялся если и не избавиться от своей хандры полностью, то хотя бы немного развеяться. Улица встретила его праздничной иллюминацией и громкими салютами. Казалось, фейерверки запускали в каждом городском дворе, снова и снова, без устали и экономии. Бахало, трещало, шипело. В черном небе распускались разноцветные огненные букеты, осыпавшиеся гаснущими по мере приближения к земле искрами, вздувались и тут же схлопывались огромные шары всех цветов радуги, чертили параболы одиночные ракеты. Несмотря на час ночи, в большинстве квартир горел свет. Вовсю сияли уличные фонари, а также развешанная на столбах праздничная иллюминация. От этого непривычного сияния у Алексея Николаевича даже немного закружилась голова. Народ гулял. Маленькие и большие компании людей, одиночные пошатывающиеся прохожие, парочки и даже дети. Казалось, этой ночью на улицу вывалили все. Совершенно незнакомые люди поздравляли друг друга, обнимались, шутили. Ребятишки играли в снежки, лепили снеговиков, катались с горок на санках, больших надувных ватрушках и просто на выдранных непонятно откуда картонках. Эта ночь была единственной ночью в году, когда суровые взрослые не загоняли детей по домам после десяти вечера и разрешали им не спать хоть до самого утра, покуда хватит сил. Барский медленно брел по главной улице в сторону центральной площади. Снег то валил сверху жирными влажными хлопьями, то вдруг перерождался в колючую поземку, а то и вовсе прекращался, ненадолго показывая усыпанное звездами небо над головой и огромный блин полной луны. Поначалу хмурый и грустный, Алексей Николаевич начинал приходить в себя. Несколько раз на него бросались с радостными воплями и обнимашками совершенно незнакомые мужики, от которых сильно пахло спиртным. Другие прохожие просто поздравляли его с Новым годом и желали всяческих благ. Но все были настроены дружелюбно, и волей-неволей Барский окончательно оттаял, начал отвечать на поздравления и объятья, а затем и вовсе поймал себя на том, что идет и улыбается во всю свою небритую рожу. Пройдясь по центральной площади из конца в конец, будучи несколько раз жестоко обстрелянным снежками со стороны резвящихся подростков, он вдруг почувствовал, что немного замерз. Хотел было купить у щекастой краснолицей тетки, облаченной в овчинный тулуп (поверх которого был накинут белый халат, напоминавший скорее простыню или саван), теплый пирожок и картонный стаканчик дымящегося горячего чая, но в самый последний момент почему-то передумал. Прошмыгнул мимо торговки с ее тележкой и вошел в здание огромного торгового центра, как ни странно, открытого и функционирующего, очевидно по случаю праздника. Сначала Алексей Николаевич сильно удивился этому. Все же ночь, пусть и новогодняя, какие могут быть работающие торговые центры? Но, ввалившись внутрь, он сразу все понял. Верхние этажи, где располагались магазины, залы фитнеса и кинотеатр, были-таки закрыты. Ведущие вверх эскалаторы оказались отключены и перегорожены, двери обычных лестниц также были заблокированы. А вот на первом этаже происходило что-то интересное. В центре огромного зала, как и положено в Новый год, возвышалась украшенная и сверкающая огнями елка, а вокруг нее толпилось множество людей. Под елочкой стоял длинный стол, за которым сидело несколько человек жюри, на самом столе возвышался большой стеклянный лототрон. – Подходим, дорогие друзья, приобретаем новогодние билетики! – густым басом вещал в микрофон колоритный Дед Мороз. – До начала розыгрыша остается всего двадцать минут. Кто не успеет купить билетик, тот не получит от Дедушки новогоднего подарка. – Напоминаю, что сегодня мы разыгрываем множество разных призов и сувениров, – тоненьким звонким голоском вторила Деду Морозу его помощница Снегурочка, – а также будут разыграны три суперприза, новенькие iPhone 3G с объемом встроенной памяти восемь и шестнадцать гигабайт! – Да-да-да, – приговаривал новогодний Дед, ударяя своим посохом об пол, – трое счастливчиков уже совсем скоро получат свои iPhone’ы, каждый стоимостью в тысячу долларов. – А для не самых везучих участников нашего розыгрыша, – пищала Снегурка, – у нас приготовлена куча подарков поменьше, но тоже очень хороших! Продравшись сквозь густую толпу, Алексей Николаевич встал в самый хвост очереди, выстроившейся в кассу. – Сколько стоит билет? – спросил он, нагнувшись в окошечко, когда настал его черед. – Тысячу рублей, – устало ответила ему женщина из-за стеклянной перегородки. – Однако! – удивленно поднял брови Барски. – А что вы хотите? – раздраженно прозвучало в ответ. – Призы очень дорогие, а народу для розыгрыша не так и много. Мы вообще не ради прибыли розыгрыш устраиваем, это рекламная акция. Себе в убыток, если хотите знать. Вздохнув, Алексей Николаевич порылся в бумажнике и просунул в окошечко две пятисотенные купюры. Принял взамен прямоугольный красочный билет, принялся его рассматривать. – Вот здесь впишите свои имя, фамилию и отчество, – ткнула пальцем кассирша, – после чего передайте заполненный бланк жюри. Взяв привязанную на веревочку авторучку, Барский быстро заполнил билетик, передал его одной из теток за столом и проследил взглядом, как тот перекочевал внутрь лототрона, где огромной кучей были навалены еще несколько сотен таких же бумажек. Тетка крутанула лототрон, и его билет утонул, затерявшись среди других. Вздохнув, Алексей Николаевич отошел в сторону, а спустя еще минут десять Дед Мороз громогласно объявил, что касса закрывается и начинается розыгрыш. Заиграла музыка, откуда-то сверху брызнули лазерные лучи. Сначала разыгрывались самые незначительные призы. Это были компакт-диски с музыкой популярных исполнителей, DVD с новыми фильмами, какие-то брелоки и прочие сувенирчики. Снегурочка крутила барабан, Дед Мороз засовывал туда свою руку, извлекал свернутый трубочкой билет, разворачивал его и зачитывал написанное на нем имя победителя. Счастливчик подходил к столу, и члены жюри торжественно вручали ему выигрыш. Понимая, что все это затянется надолго, Барский отошел в сторонку и, сев за свободный столик в маленьком кафе, находящемся в здании все того же торгового центра, заказал себе чашку кофе и круассан. С того места, куда он сел, Алексею Николаевичу открывался прекрасный вид на елку, Деда Мороза, стол с жюри и призами. Попивая кофе, он видел и слышал все, что происходило в большом зале, где проводился розыгрыш. И не было никакой необходимости толкаться в толпе. А народу, следует заметить, к началу розыгрыша набилось в здание порядочно. Разыграв всю мелочь, перешли к розыгрышу призов среднего уровня. Это были пять портативных медиапроигрывателей компании Apple, именуемых в народе ай-Подами. К этому моменту Барский уже давно съел свой рогалик, допил кофе и вернулся обратно в зал, слившись с толпой. Как и ожидал, в число счастливых обладателей новеньких Ipod'ов он не попал. Это его совершенно не расстроило, так как на выигрыш он особо и не рассчитывал, а при желании сам мог купить хоть вагон этих плееров. «Главное же не победа, не выигрыш, – думал он, усмехаясь. – Главное – это участие. Вот вырвался я из дома, развеял свою грусть-тоску, окунулся в бурлящую реку жизни. Слился в новогоднем экстазе с народом. Ведь именно этого мне и не хватало, нечто подобное я и надеялся обрести, покидая свою мрачную коморку». Начался розыгрыш главных призов. Первые два iPhone’а с памятью на восемь гигабайт достались молодой красивой девушке в красном пуховичке и какому-то пьяненькому мужичку в зимней кожаной куртке. Дед Мороз поздравил их, Снегурочка вручила им заветные коробочки, снова заиграла музыка. – А теперь разыгрываемсамый главный приз, – пророкотал новогодний Дед и снова треснул посохом об пол. – Сейчас мы узнаем, кто же из присутствующих получит замечательный iPhone 3G с объемом встроенной памяти целых шестнадцать гигабайт и стоимостью почти тридцать тысяч рублей или тысячу долларов. Снегурочка крутанула лототрон, музыка смолкла, толпа притихла. Засучив рукав шубы, Дед Мороз запустил свою большую волосатую ручищу внутрь стеклянного барабана, поворошил остававшиеся там бумажки, ухватил одну из них и вытащил ее. Медленно развернул, обвел совершенно замершую толпу хитрым взором. – Главный приз получает… – начал он, умышленно затягивая оглашение имени победителя. – Получает… Ох, как-то неразборчиво тут написано, ничего не могу понять… Он прищурился, изображая, что силится прочитать имя, написанное на билете. – Да говори уже, старый, – раздался в звенящей тишине чей-то пронзительный крик, – хватит нам душу выматывать! Дед Мороз грозно махнул в сторону кричавшего посохом. Хотел, по всей видимости, сказать ему что-то не совсем пристойное, но Снегурочка вовремя одернула его, и, выдержав для пущей важности небольшую паузу, он произнес: – Главный приз получает… Барский Алексей Николаевич! Заиграли фанфары, с потолка брызнули разноцветные лазерные лучи. Толпа выдохнула и пришла в движение. – Есть человек с таким именем в зале или мы разыгрываем главный приз заново? – осведомился Дед Мороз, так как сам Барский даже не сразу понял, что речь идет о нем, что назвали именно его имя, и продолжал стоять не двигаясь. – Да-да, – спохватился Алексей Николаевич, – я тут! И принялся продираться к елке. Снова напрягшаяся было толпа разочарованно выдохнула, так как стало понятно, что повторного розыгрыша не будет, победитель нашелся. Гомоня, люди начали медленно расходиться. Алексей Николаевич принял заветную коробочку с гаджетом из рук Снегурочки, был сфотографирован и даже сказал несколько слов на камеру, очевидно, для местных новостей. На этом мероприятие закончилось. Из торгового центра он вышел одним из последних, уже ближе к четырем часам утра. Площадь наполовину опустела. Народ массово возвращался по домам к недоеденным оливье и селедке под шубой, к недопитому шампанскому и недосмотренному телевизору. Праздник заканчивался, на душе снова становилось как-то грустно. Не радовал даже неожиданно выигранный iPhone. Точнее, сам по себе этот крутейший смартфон изначально не представлял для Барского какой-то особой ценности. Если б хотел, он давно мог бы купить такой же взамен своей старенькой «Nokia 3230». Впечатление на него произвел сам факт того, что он выиграл главный приз. И вот теперь эта эйфория от победы куда-то улетучивалась. Он медленно брел по улице, сам не задумываясь, куда и зачем идет. Просто шел. Салюты и праздничные фейерверки почти совсем сошли на нет. Изредка где-то еще бахало и сверкало, в небо взмывали одинокие ракеты, но все реже и реже. Людей на улицах тоже почти не осталось. Так, совсем редкие компании да пошатывающиеся одиночки. Наверное, именно поэтому Алексей Николаевич и заметил пристроившихся метрах в десяти сзади и сопровождавших его от самого торгового центра трех молодых людей. Поначалу он даже не придал им никакого значения, ну идут в ту же сторону и идут, что с того-то? «Странно, что выиграл главный приз именно я, – размышлял он, беззаботно бредя вниз по улице. – Там присутствовало несколько сотен человек, а приз достался мне. Почему? Нет ли в этом какого-то знака свыше? Да, я всегда был азартным человеком, всегда мечтал выиграть в лотерею, в казино, на FOREX. А сколько денег я извел, пытаясь выиграть в “Спортлото 6 из 45” при помощи “ментальной магии”?! Да что там денег, несколько лет я, как последний дурак, каждое утро и каждый вечер пытался мысленно моделировать розыгрыш тиража, в котором выпадают мои заветные числа: 3, 7, 12, 24, 33 и 38. Каждый божий день! И лишь потом сообразил, что моделирую выкатывание шаров именно в такой, возрастающей последовательности, тогда как в реальном тираже даже если и выпадут именно эти числа, то выпадут-то они в произвольном порядке, который я в принципе не могу предугадать. А значит, все мои ментальные модели яйца выеденного не стоят. С точки зрения Фортуны, я хронический неудачник. Профит на акциях “Лукойла” не в счет, там везение вообще ни при чем. Там имело место самое натуральное читерство с моей стороны, подлое и глупое. За это до сих пор и расплачиваюсь блокировкой доступа в осознанные сновидения. А тут вдруг “бац!” – и главный приз. С чего бы? Как следует толковать этот знак судьбы, если это, конечно, знак? И что такое вообще выигрыш – благословение или проклятье? Насколько помню, согласно данным специальных исследований, крупные выигрыши в лотерею увеличивают риск личного банкротства в течение трех-пяти лет. Подавляющее большинство людей, сорвавших джекпоты, очень быстро теряли все выигранные деньги и сами заканчивали достаточно плохо…» Алексей Николаевич резко остановился, так как вдруг осознал, что забрел в совершенно незнакомую ему часть города. Он давно свернул с главной улицы и минут десять-пятнадцать как брел по каким-то подворотням, мрачным дворикам, узеньким переулкам. Никогда раньше он здесь не был. Но, что самое интересное и что напрягло его больше всего, те трое, увязавшиеся за ним с самой площади, по-прежнему шли следом. Теперь ему стало совершенно ясно, что никакое это не совпадение и что парни преследуют именно его. Потоптавшись на месте, Барский решил вернуться обратно на главную улицу. Надо только сообразить, как на нее выйти. Он развернулся. В ту же минуту за спиной у него послышались приближающиеся шаги. Сначала медленные, затем все быстрее. Недолго думая, Алексей Николаевич сорвался с места и что было духу помчался вперед, сам не зная куда. Кирпичная арка, старый двор. Барский нырнул туда. Пересек детскую площадку, свернул на припорошенную снегом дорожку и только тогда сообразил, что попал в западню. Выхода не было, двор оказался глухим. Мрачная каменная мышеловка с рядами черных незрячих окон, обрушившимися карнизами, наглухо закрытыми подъездами с кодовыми замками. Прижавшись спиной к каменной стене, он оказался лицом к лицу со своими преследователями. Парни остановились, образуя полукруг и тем самым окончательно запирая его в угол, выхода из которого не было. Все трое тяжело дышали. – Ну ты, дядя, и побегать! – хмыкнул один из них, самый рослый и наглый. – Чё улепетывал-то, как заяц? – спросил его товарищ, длинный и тощий, в спортивных штанах «Adidas». – Мы спортсмены, от нас все равно не удерешь. А вот за этот кросс мы с тебя еще отдельно и дополнительно спросим. Третий, самый маленький, коренастый и плотный, молчал и только свирепо посапывал. – Парни, вам что от меня надо? – Алексей Николаевич пытался говорить спокойно и твердо, но голос его предательски дрожал, а в глазах присутствовал неподдельный ужас. – Как что надо? – захохотал первый, по всей видимости, вожак. – Ты разве не знаешь, что Христос делиться велел? Тебе Дед Мороз сегодня такой крутой подарочек подогнал под елкой, а нам с корешами – хера бо́сого. Несправедливо как-то, правда?.. – А, все дело в айфоне? – сообразил Барский. – Никаких проблем, делиться так делиться. Он достал из-за пазухи белую коробочку с гаджетом и даже с некоторым облегчением протянул ее главарю. Тот как-то механически и без особой радости принял ее, очевидно, совсем не рассчитывая на то, что жертва так быстро и безропотно сдастся. – Все? Я могу идти? – осторожно поинтересовался Алексей Николаевич. Парни заржали. – Э, нет, терпила, – прохрипел тот, что был в «Адидасах». – За то, что удирал от нас и нам пришлось за тобой гоняться по всему городу, ты нам теперь должен больше, чем просто айфон. Я же предупреждал, вдвойне спросим! Он вдруг слегка отклонился назад и совершенно неожиданно, с разворота, резко и мощно залепил Барскому с ноги прямо в голову. Удар был настолько сильным, что из глаз Алексея Николаевича брызнули искры. Голова его мотнулась в строну, и, в дополнение к удару ногой, он хорошенько приложился затылком о кирпичную стену. Искры брызнули еще раз, после чего он потерял сознание и провалился в темноту. Когда он очнулся, рядом уже никого не было. Не было и на нем шапки, дубленки и теплых зимних ботинок. Гопники растворились в зимней ночи вместе с его вещами. Полураздетый Алексей Николаевич валялся в окровавленном снегу, нос и губы у него были разбиты, голова сильно гудела. Приподнявшись на локте, он сел, ощупывая разбитое лицо. «Эти твари вместе с дубленкой еще и бумажник мой тиснули, – подумалось ему. – С другой стороны, хорошо, что совсем не убили. Могли запросто (…и глаз выколоть… ) и ножичком пырнуть». Мороз на улице стоял градусов около пятнадцати. Сколько времени Барский провалялся в отключке, он не знал (молодые подонки, естественно, сняли с него и часы тоже), но все тело его дрожало от холода, зубы стучали. Кряхтя и охая, он с большим трудом поднялся на ноги и хотел было зайти в ближайший подъезд, чтобы хоть немного отогреться, но железная дверь оказалась заперта на магнитный замок. Кое-как доковыляв до соседнего подъезда, он убедился, что и тот тоже заперт. Поняв, что еще немного, и он просто-напросто замерзнет насмерть, Алексей Николаевич решил выбираться из этого закоулка. Съежившись и дрожа всем телом, он, постанывая, брел по улице вдоль низенькой ограды какого-то скверика. Улица была совершенно пустынна, ни одной живой души. Праздник закончился, приближалось утро, и весь народ давно отсыпался в своих теплых квартирах. Когда ему сделалось совсем уже худо и он решил, что ничего другого ему не остается, кроме как свернуться калачиком и замерзнуть насмерть у этой бесконечной ограды, в глубине сквера он вдруг заметил огонек. В первое мгновение Барский решил, что его просто глючит. Он мотнул головой, которая тут же отозвалась вспышкой пронизывающей боли, протер заледеневшими руками глаза. Нет, действительно огонек! По всей видимости, внутри сквера горел костер. Откуда он там мог взяться, кем и почему был зажжен, Алексей Николаевич не знал. Но повинуясь инстинкту самосохранения, с огромным трудом перебрался через низенькую чугунную ограду и, утопая по пояс в снегу, начал продираться к огню. Это действительно был костер, который горел в центре специально оборудованной площадки, где летом отдыхающие могли собраться, чтобы пожарить шашлычки. По правую и левую стороны от костра стояли скамейки, чуть дальше – металлический столик. Скорее всего, раньше в центре располагался мангал, но сейчас там горел именно костер, прямо на бетонной плите. Вокруг сидело несколько человек довольно страной наружности. Чумазые, потрепанные, в каких-то совершенно невообразимых лохмотьях. Подковыляв ближе, Барский понял, что это бомжи. Два мужичка неопределенного возраста и женщина лет сорока. – Помогите!.. – прохрипел он. Все трое встрепенулись и уставились на неожиданного гостя. Увидеть здесь в такое время суток кого-либо, кроме них самих, они явно не ожидали. Алексей Николаевич приблизился к костру и протянул к огню трясущиеся руки. Мужчины переглянулись, но промолчали. Женщина, широко раскрыв глаза, вскрикнула, но тут же закрыла сама себе рот ладошкой. Ноги у Барского подогнулись, и он опустился на лавочку рядом с одним из мужчин. – Это кто ж тебя так? – сочувственно поинтересовался тот, снимая телогрейку и накидывая ее Алексею Николаевичу на плечи. Под телогрейкой у него оказалась еще одна куртка, так что сам он замерзнуть явно не рисковал. Женщина вскочила, засуетилась, принялась рыться в огромном тюке с разным барахлом, который был пристроен на детские саночки. Очевидно, их добыча за ночь. Достав из тюка старые, сильно поношенные и истрепанные, но еще годные валенки, бомжиха протянула их Барскому: – На-ка, надень скорее, пока совсем ноги не отморозил. – Нюська, – прохрипел второй бомж, доселе молчавший, – ты поройся получше в поклаже, там еще шапка крольчачая должна быть. Я на помойке у пятнадцатого дома подбирал. Кажись, в поклажу засунул. Нюська послушно принялась рыться, откопала-таки что-то, внешним видом больше похожее на дохлую кошку, чем на шапку, и протянула предмет гостю. – С-спасиб-бо… – простучал зубами Алексей Николаевич. Он с огромным трудом втиснул ноги в валенки, надел на голову шапку, просунул руки в рукава наброшенной на него телогрейки. Застегнулся, придвинулся еще ближе к огню. Бомж, поделившийся с ним телогрейкой, подбросил в костер несколько свежих поленьев, и спустя пару минут уже было начинавший угасать огонь разгорелся с новой силой. По лицу, рукам и ногам Барского разлилось тепло. Он даже смог выдавить из себя благодарную улыбку и пробормотать: – Благодарю вас, друзья. Вы спасли мне жизнь. Если бы не вы, не этот костер и теплые вещи, утром на улице прохожие обнаружили бы мой окоченевший труп. Женщина между тем взяла со столика металлическую закопченную кружку, плеснула в нее из стоявшей там же бутылки и протянула Алексею Николаевичу. – Не-не-не, – замотал головой тот, – я не пью, мне нельзя… – Надо! – сказал как отрезал первый бомж, бывший здесь, очевидно, за старшего. – Иначе воспаление легких получишь и помрешь. Пей, небось не отрава. Самолично с вечера в «Магните» покупал, как раз для праздника. Смирившись, Барский принял из рук Нюськи кружку, секунду помедлил и решительным залпом опрокинул ее содержимое себе в глотку. Сморщился, закашлялся, но удержал жидкость в себе, не позволив ей вырваться обратно наружу. По всему телу разлилось приятное тепло, боль в затылке и разбитых губах как будто сделалась меньше. Он снова улыбнулся, окинул взглядом своих спасителей и произнес: – Ну что, братцы, давайте знакомиться. Меня зовут Алексей. Еще раз огромное, от души, спасибо вам за тепло и одежду! – Борис, – представился тот, что отдал телогрейку. – Анна Петровна я, – хихикнула женщина, забрала у Барского пустую кружку и, наполнив, протянула Борису. Тот принял ее, пробормотал что-то за Новый год, выпил и вернул кружку Нюське. Второй мужчина молчал. Кажется, он задремал или просто делал вид, что спит. – А это Толян, – представил своего товарища Борис, пихнул его ногой, чтобы тот проснулся, и кивком велел Нюське налить и ему тоже. Выпив, Толян протянул Алексею Николаевичу руку, а после рукопожатия осторожно поинтересовался: – Ну и кто же тебя так отмудохал-то, мил человек? В Новый-то год!.. – Да хрен его знает, – пожал плечами Барский, – гопота какая-то. Три рыла. С самой площади за мной увязались. А в подворотне отобрали новый айфон, избили, раздели и бросили подыхать на морозе. – От же ж, суки! – цыкнул Борис и, повернувшись к Нюське, добавил вполголоса: – Себе-то, мать, тоже накапай малость. Праздник же. Та послушно налила и себе, выпила. Бутылка на этом закончилась, но не полетела в сугроб, как ожидал Барский, а была аккуратно упакована в привязанный к саночкам тюк с общим барахлом. Видимо, годилась на сдачу в пункт приема стеклотары. – А я догадываюсь, кто они, – подал голос Толян. – Если на площади сели на хвост, то это, скорее всего, центровые ребятки. Года два назад эти твари моего друга точно так же до смерти запинали, а тело в мусорный бак бросили. – Как запинали до смерти? – оторопел Алексей Николаевич. – За что?! – Да ни за что. Так, для потехи. Выпимшие они были, а мы, бомжи, для них и не люди вовсе, хуже бездомных собак. На какое-то время повисла тяжелая тишина. Потрескивал костер, бомжики молча смотрели на пламя, Барский внимательно рассматривал бомжиков. Он уже почти полностью отогрелся, не дрожал и не клацал зубами, как в самом начале, когда только что выполз на эту поляну из сугроба. Выпитая водка совсем не подействовала на его сознание, опьянения он не ощущал, а вот боль, кажется, отступила немного. Сидя здесь в новогоднюю ночь у костра, в каком-то неведомом парке, в компании этих отверженных обществом людей, он вдруг почувствовал себя… счастливым. Да-да, именно счастливым! Подумаешь, гопники избили и обобрали. Тоже мне беда. Не убили же и даже не сломали ничего. Небольшое сотрясение мозга, через неделю-другую все пройдет. Обморожений вроде бы нет, спасибо этим замечательным людям у костра, вовремя обогрели и одели. Главное, у меня есть крыша над головой, есть любимое дело, деньги, перспективы, будущее. А что ждет этих несчастных? Сколько они еще смогут прожить, прячась по подвалам, греясь ночью у костра, роясь в помойках? И ведь никакого просвета впереди! А они мне жизнь спасли. На глаза ему навернулись слезы. – Друзья, – растроганно заговорил он, – скажите, чем я могу отблагодарить вас? Три пары глаз удивленно на него уставились. – Не надо нам ничего, – за всех ответил Борис. – Ты не думай, мы здесь у костерка собрались, просто чтобы Новый год отметить. У нас есть свое оборудованное место в подвале, там тепло, не пропадем. И шмоток у нас много, кажную ночь чего-нибудь притаскиваем. Поесть, выпить Бог посылает, не бедствуем. Все у нас есть, ничего нам от тебя не нужно… – Вы не подумайте, – горячо возразил Алексей Николаевич, – я же от чистого сердца! Я богатый человек, у меня много денег. Давайте завтра встретимся где-нибудь, я верну вам всю эту одежду, помогу едой, деньгами. Может, еще что-то нужно, только скажите! Где вас найти завтра можно будет?! – Сказали же тебе, ничего нам не надо! – как-то неожиданно зло отреагировал Толян. Нюська пихнула его в бок, наклонилась и что-то прошипела ему на ухо. А повернувшись к Барскому, сказала: – Спасибо тебе, мил человек, добрый ты. На мужиков моих не сердись, это в них гордость сейчас играет. А если добро сделать хочешь, помоги кому-нибудь, кто действительно в этом нуждается. Раз, говоришь, богатый, ребеночку какому-нибудь операцию дорогую оплати. Или старушке-бабушке лекарства купи. Мир ведь на том и держится: мы тебя выручили в трудную минуту, ты другому кому-нибудь поможешь, а тот, в свою очередь, третьему. Так добро по миру и расходится. А нам ничего не нужно, у нас все есть. Свой век как-нибудь, Бог даст, скоротаем. Все равно недолго осталось… Дыхание у Алексея Николаевича перехватило, по щекам ручьями хлынули слезы. Какое-то время он пытался сдерживаться, но в итоге сдался и, уткнувшись лицом в ладони, громко разрыдался. – Э, мужик, ты чё?.. – перепугался Толян. – Нюська все верно сказала. – Борис положил руку Барскому на плечо, похлопал его, как бы успокаивая. – Мы ж тебе не за денежку помогли, а как человеку, от души. Зачем нам твои деньги? Все равно пропьем ведь, только хуже будет. И одежонку никакую возвращать не нужно. У нас половина подвала такими лохмотьями завалена, а надо будет, ишшо, сколь хочешь, по мусоркам насобираем. – Ты вот что, – неожиданно ровным и звучным голосом произнесла Анна Петровна, – если отогрелся уже, ступай себе с Богом до дому. Скоро утро, люди на улицах появятся. Увидит кто из твоих знакомых тебя в этих лохмотьях, за бомжа ведь примут. Сраму потом не оберешься. – Ага, за нашего брата! – заржал Толян. Женщина снова пихнула его в бок и добавила: – Иди-иди, не теряй зря времени. Дорогу-то сам сможешь найти? Или совсем заплутал? А может, тебе память отшибло?!. Барский растерянно пожал плечами. – Значит, так, – с важным видом произнес Борис. – Топай по этой аллейке, а как выйдешь из парка, поверни направо и иди по улице, никуда не сворачивая. Кварталов через пять-шесть, увидишь церквушку, дуй прямиком на нее. Возле церкви на улицу 50-летия ВЛКСМ и вырулишь. Ну, а там уже, думаю, сам сориентируешься. Ты ж из местных, не залетный какой? Вот! – Там транспорт ходит, если что, – решил помочь советом и Толян, – уже первые автобусы поехали, я думаю. Утро же… – На вот тебе на проезд. – Борис порылся в карманах, извлек горсть мелочи и, отсчитав семь пятирублевых монеток, пересыпал в ладонь Барскому. – Даже с пересадкой доехать должно хватить. Алексей Николаевич поднялся, по очереди крепко обнял всех троих своих новых друзей и, развернувшись, зашагал к выходу из сквера. Мыслей в голове не было, сознание его оставалось совершенно чистым, как при медитации. Он без труда отыскал «церквушку», которая оказалась Троицким собором, после чего Барский окончательно сориентировался и понял, где именно находится. Ехать на транспорте ему не пришлось, так как собор располагался в пятнадцати-двадцати минутах ходьбы от его дома. Выданные Борисом на проезд монетки он положил в специальную шкатулку и хранил потом долгие годы как реликвию или драгоценность. Эта новогодняя ночь каким-то образом повлияла на него. После нее он стал немного другим человеком. Что-то в нем изменилось, пусть незначительно, но на каком-то глубинном уровне. Он стал по-другому смотреть на людей, стал иначе воспринимать их. Образование, успешность, социальный статус – все это больше не играло совершенно никакой роли в формировании его оценки того или иного индивида. Единственное, что теперь он пытался уловить и почувствовать в другом человеке, – это его душу. Именно душу, чем бы эта душа ни являлась – вечной и неуничтожимой Божественной Искрой или же всего лишь продуктом деятельности нейронов головного мозга. ---------- 5 Инвестор. Бизнесмен 5 Инвестор. Бизнесмен Роса так быстро исчезла, Как будто ей делать нечего В нашем нечистом мире. Исса Большие зеленые цифры на электронном табло настенных часов показывали полдень. Алексей Николаевич проснулся, разбуженный включившейся на полную громкость плазменной панелью, занимавшей половину стены прямо напротив его кровати. Голос ведущего программы «Рынки» телеканала РБК обрушивался на него сразу из шести колонок. Едва продрав глаза, он оказался в самом эпицентре экономических событий, происходящих в мире. – Доброе утро, Россия! Я проснулся!.. – бодро крикнул Барский, сбрасывая с себя одеяло. Именно домашний кинотеатр служил теперь для него будильником. Лучше и не придумаешь: включается в точно запрограммированное время и орет человеческим голосом на всю комнату. Тут уж не проспишь, даже если очень захочешь. Нащупав на столике рядом с кроватью пульт, он немного убавил звук, но полностью выключать не стал, иначе опять провалился бы в сон и продрых до обеда. Потянувшись, Алексей Николаевич встал с кровати и, напевая, отправился в ванную комнату принимать контрастный утренний душ. Чашка горячего ароматного кофе, пончики из микроволновки. Для начала нового дня этого достаточно. Нормально позавтракать можно будет чуть позже, спустившись в небольшой, но весьма приятный ресторанчик внизу. А сейчас он прошел в кабинет и, усевшись в кресло, склонился над клавиатурой. Три мощных компьютера, интегрированных в единую локальную сеть, соединенную с высокоскоростным Интернетом, работали круглые сутки. Он уже и отвык как-то выключать их. – Так, и что же у нас тут?.. На мониторе справа отображались графики и котировки с валютной биржи FOREX. Ага! Сработали ордера, расставленные накануне вечером, зафиксировав неплохую прибыль буквально за час до того, как рынок развернулся и пошел в обратную сторону. Очень хорошо! Монитор слева показывал котировки акций начавшихся торгов на ММВБ и РТС. Индексы на фондовых рынках привычно падали. Здесь ничего интересного, это он уже и так знал, этим его разбудили сегодня «говорящие головы» из РБК. Уставившись в центральный монитор, он открыл панель управления платежным процессором их со Змеевым нового сайта, перешел в раздел «список счетов», быстро пробежал глазами свежие заказы. Тоже ничего из ряда вон выходящего. Семь уже оплаченных покупок и почти три десятка выписанных заявок на доставку дисков наложенным платежом. Что ж, неплохо… Похоже, мы с Коляном получим в этом месяце порядка трехсот тысяч рублей чистой прибыли. На двоих… Так, что там еще? Почта. Что-то около ста сорока е-мейлов… Чуть более двух десятков новых сообщений на форуме… Прочитаю и отвечу позже, не горит! Заверещал мобильник. Звонили из банка. Персональный менеджер Барского сообщил, что заказанная им вчера крупная сумма наличных уже готова и он может сегодня после обеда заехать и забрать деньги. День начинался как обычно, с хорошей порции оптимизма, без каких-либо неприятных сюрпризов и неожиданностей. Покончив со всеми рабочими мелочами, Алексей Николаевич переоделся, проверил бумажник, засунул в карман пиджака пачку «Marlboro», прихватил с собой ноутбук и, поставив квартиру на сигнализацию, отправился завтракать в ресторан, что так кстати расположился прямо напротив его дома. Именноего дома,его квартиры. Той самой квартиры, в которой он родился и вырос, которую в конце две тысячи второго года умудрился пропить и которую спустя всего семь лет, в начале две тысячи десятого, выкупил обратно. Да, пришлось переплатить почти вдвое, так как новые жильцы не желали продавать квартиру по рыночной стоимости, но для него это стало делом принципа. Сначала он хотел восстановить внутренний интерьер точно в том виде, как все было раньше, но, подумав, пришел к выводу, что делать этого явно не стоит. Сейчас у него новая, совершенно иная жизнь, а значит, по-новому нужно обустроить и свое жилище, свое «родовое гнездо». В квартире был сделан дорогой евроремонт, закуплена новая мебель, самая современная бытовая техника и мощнейшее профессиональное компьютерное оборудование. Таким образом, непосредственно от старой его квартиры теперь остались лишь воспоминания и прежний адрес. Трудно сказать, что именно послужило толчком к столь радикальным переменам в его жизни, когда, вместо того чтобы копить деньги, как «скупой рыцарь», живя при этом максимально скромно и аскетично, почти в нищете, он вдруг начал свободно тратить свои накопления. Возможно, переломным моментом стала та новогодняя ночь, когда его избили гопники, а точнее, его встреча с бомжами в парке. Именно после этого он вдруг осознал, что жить нужно на полную катушку именно здесь и сейчас, а не откладывать радости жизни на какое-то отдаленное, мифическое и иллюзорное «потом». Нет-нет, он не превратился в транжиру и мота! Он по-прежнему относился к финансовым тратам очень разумно и взвешенно. Просто решил поднять качество своей жизни на соответствующий его доходам и статусу уровень. Во всем же остальном Алексей Николаевич продолжал придерживаться принципаразумной экономии, прекрасно отдавая себе отчет в том, что миллионерами становятся не те, на кого неожиданно свалилось большое наследство или крупный выигрыш. Такие счастливчики, как правило, очень быстро теряют то, что подбросила им судьба. Миллионерами становятся те, кто умеет сохранять часть заработанных повседневным трудом денег и знает, как правильно этими деньгами распорядиться. Он прекрасно помнил то время, когда работал по найму и все, что удавалось ему заработать за месяц, умудрялся потратить за одну-две недели, а дальше начинал влезать в долги, считая дни до аванса или получки. Он помнил, как страстно мечтал о прибавке к зарплате и что пределом всех его мечтаний в то далекое время была сумма, равная сотне долларов в месяц. Тогда ему казалось, что получай он столько, и все его финансовые проблемы решатся сами собой. Однако, когда зарплата его на самом деле поднялась до указанного уровня, он с удивлением обнаружил, что не только не избавился от финансового прессинга, но, напротив, начал испытывать на себе это давление с удвоенной силой. Начав зарабатывать вдвое больше, он ровно во столько же раз больше начал и тратить. И снова вся зарплата разлеталась за первые две недели после получки, а потом приходилось занимать деньги у Змеева или коллег по работе, как избавления ожидая аванса или премии. Не изменилась ситуация и позже, когда заработок его поднялся почти до трехсот долларов. Все, что зарабатывалось, все без остатка тратилось. Росла зарплата, росли и потребности, а проблемы оставались прежними – вечная нехватка денег. Человек – это ненасытная скотина, и, сколько бы он ни получал, ему всегда будет мало. Он всегда найдет, на что потратить все заработанное им до последней копейки, да еще и кредитов понаберет, совершенно не задумываясь о том, что за кредиты придется впоследствии расплачиваться втридорога. Больше на эти грабли Барский наступать не желал и потому четко определил для себя лимиты расходов и трат, а также, установил уровень ежемесячных отчислений на формирование капитала. Словом, если изначально он придерживался одной крайности, когда все заработанное тут же полностью расходовалось, затем ударился в другую и почти всю свою прибыль прятал в кубышку, то теперь он нащупал-таки ту «золотую середину», которая позволяла ему одновременно и жить в свое удовольствие, и вместе с тем заниматься грамотным инвестированием, непрестанно увеличивая накопления. Более того, на ближайшие десять лет Алексей Николаевич разработал для себя специальную «финансовую стратегию », которой отныне старался придерживаться четко и неукоснительно. Суть ее сводилась к следующему: Для начала Барский определил свой «прожиточный минимум». Под «прожиточным минимумом» подразумевалось вовсе не то, что он должен сидеть на хлебе и воде. В данном случае «прожиточным минимумом» он называл тот уровень жизни, при котором мог чувствовать себя вполне комфортно, но куда не входили крупные покупки, выходящие за рамки обычных повседневных трат. Крупные же покупки, которые нельзя было совершить прямо сейчас, со своего дохода за месяц, он вынес в отдельную категорию расходов, обозначив ее как «список суперпотребностей». В этот список Алексей Николаевич включил: покупку автомобиля, улучшение своих жилищных условий (да-да, теперь он мечтал перебраться из скромной двушки в современную элитную квартиру квадратов на двести-триста), покупку дачи с бассейном, летние поездки на отдых в экзотические страны и т. д. и т. п. Далее он решил в обязательном порядке сформировать свой персональный «стабилизационный фонд» – на тот случай, если вдруг произойдет нечто страшное, непредвиденное и он неожиданно полностью лишится всех своих текущих источников дохода. При таком раскладе «стабилизационный фонд» должен будет позволить ему сохранять текущий уровень жизни на протяжении как минимум двух лет. Деньги, предназначенные для «стабфонда», необходимо было хорошо защитить, в то же время сохраняя за ними максимальную ликвидность. Ясно, что ничего лучше банковского депозита в надежном банке на эту роль не годилось. Вследствие наличия «стабилизационного фонда» задница Алексея Николаевича была теперь надежно прикрыта как минимум на два года вперед. А это избавляло его от самого страшного кошмара, преследовавшего Барского на протяжении всех последних лет, – страха потерять свой бизнес и оказаться без средств к существованию. Что бы с ним ни случилось, теперь он твердо был уверен в том, что пару лет сможет прожить за счет «стабфонда», а уж за два-то года можно заново поднять и раскрутить любой новый бизнес. То, что деньги лежали на срочном банковском депозите, помимо надежности хранения и ликвидности, защищало их еще и от инфляции (благодаря проценту на вклад сумма автоматически увеличивалась из года в год приблизительно на столько же, на сколько инфляция снижала реальную покупательную способность этих денег). Отныне, если его доход за прошедший месяц оказывался равным «прожиточному минимуму», он просто «проживал его», ничего никуда не откладывая. Если же этот доход оказывался больше «прожиточного минимума», часть денег он откладывал на отдельный банковский депозит, где они копились на приобретение всего того, что он включил в список своих «суперпотребностей», а другая часть шла на долгосрочное инвестирование (так называемый «пенсионный фонд»). Предполагалось, что, если доход за месяц окажется вдруг ниже «прожиточного минимума», Алексей Николаевич без проблем возьмет недостающую сумму из «стабфонда» или со счета, где копились денежки на покупку вещей из списка «суперпотребностей» (с обязательным последующим возмещением, разумеется). К счастью, ничего подобного с ним ни разу еще не случалось. В среднем раскладка выходила примерно такой: порядка двадцати процентов от среднемесячного заработка у Барского шло на покрытие «прожиточного минимума», тридцать процентов он откладывал на накопительный счет для «суперпотребностей», а оставшиеся пятьдесят процентов уходили на приобретение долгосрочных инвестиционных активов. Касаемо инвестиций. «Инвестиционный горизонт» (временной интервал, в течение которого инвестор вкладывает денежные средства в тот или иной проект) Алексей Николаевич определил для себя в десять лет. За этот период он планировал увеличить свой капитал до уровня одного миллиона американских долларов. Такова была его «инвестиционная цель» на эти десять лет. В две тысячи двадцатом году он либо достигнет этой цели и далее от агрессивной высокорискованной инвестиционной стратегии перейдет к консервативной (сберегающей, несущей минимальные риски), либо же будет вынужден проанализировать ошибки, определить новый горизонт и поставить новую цель. Сегодня его портфель включал в себя следующие активы в соответствующих пропорциях: «голубые фишки» отечественных эмитентов (30 %), акции второго и третьего эшелона (25 %), западные хедж-фонды (10 %), ЗПИФНы (10 %), ОФБУ (8 %), доверительное управление на FOREX и на рынке деривативов (7 %), «голубые фишки» иностранных эмитентов (5 %), золотые монеты и слитки (5 %). Разумеется, это не означало, что в таком виде портфель будет сохраняться без изменений все десять лет. Раз в год Барский планировал проводить ревизию всех активов и в случае необходимости производить соответствующие изменения в составе портфеля. Не упускал Алексей Николаевич из вида и еще один важный момент, который отличает инвестора-профессионала от пассивного портфельного инвестора. Это – постоянное движение капитала. «Профессионал непрестанно отслеживает всевозможные корреляции между различными типами рынков, – любил повторять Барский. – Он не только изучает и анализирует динамику отечественного фондового рынка, но следит также и за судьбой его зарубежных собратьев, отыскивая между ними тончайшие нити взаимодействия. В не меньшей мере его внимание привлекают валютный, товарно-сырьевые, срочные рынки. Рынок недвижимости, рынок золота и прочих драгоценных металлов. Банковские процентные ставки и политическая ситуация (как в нашей стране, так и за рубежом). Его интересует все, что имеет хоть какое-то отношение к деньгам и что можно использовать для увеличения собственного капитала! Профессиональный инвестор всегда стремится переместить бо́льшую часть своего капитала с того рынка, на котором намечается спад, на тот рынок, который свое уже «отпа́дал» и на котором начинается период бурного роста. Именно эта простая истина является ключом к пониманию того, как можно заставить свои капиталы если и не удваиваться каждый год, то, по крайней мере, максимально приблизиться к этой заветной мечте любого инвестора». В совершенстве владея теорией инвестирования и имея за спиной многолетний опыт практического трейдинга, Алексей Николаевич не мог оставить лежать весь этот богатейший багаж знаний и практики исключительно в его голове. Втайне от Змеева он уже несколько месяцев подряд разрабатывал новый обучающий курс, который в строгом соответствии с его содержанием назвал «Киберсант-Инвестор». К началу лета две тысячи десятого года работа над этой мультимедийной «энциклопедией инвестирования» была наконец завершена. Курс получился настолько объемным, что записывать его пришлось уже не на обычный CD-R-диск, куда он просто не помещался, а на самый модный и наиболее распространенный носитель информации того времени – DVD. И вот сегодня, солнечным июньским днем, подходя к любимому ресторанчику с ноутбуком под мышкой, Барский как раз и собирался презентовать свое новое творение Змееву, который уже поджидал его, сидя за дальним столиком на открытой летней веранде ресторана. – Ну ёшкина карусель, сколько тебя ждать-то можно? – недовольно воскликнул тот, когда Алексей Николаевич уселся в свободное кресло напротив. – Я уже третью чашку кофе допиваю, а тебя все нет и нет. Договаривались же, ровно в тринадцать ноль-ноль, а сейчас уже половина второго. Где тебя черти носят? – Спокойствие, только спокойствие! – голосом Карлсона из мультфильма изрек Барский, хитро и двусмысленно при этом улыбаясь. – У меня для тебя есть очень хорошая новость. То, ради чего ты так долго меня пилил, наконец свершилось! – Ты решил пересмотреть наши старые договоренности и увеличить мою долю в проекте до пятидесяти процентов? – пошутил Николай Петрович. – Что ж, это правильное и, главное, справедливое решение. Пашем мы уже давно на равных, а значит, и прибыль должны делить тоже поровну. – Ну блин, Коля! Что ж за меркантильный ты человечишко! – скривился Барский. – Скажем так, вот в этом ноутбуке я принес то, благодаря чему до конца текущего года наша прибыль должна будет как минимум удвоиться, а то и утроиться. И вот как только это произойдет, зуб даю, сразу же пересмотрим нашу договоренность и начнем распределять прибыль поровну. Змеев подозрительно посмотрел на ноут, затем перевел взгляд на друга и осторожно поинтересовался: – И что же там такое? Виртуальная версия философского камня? – Круче! – осклабился Барский. – В дисководе этого компьютера находится DVD-диск с прототипом нашего нового бестселлера, на продажах которого мы с тобой и будем делать основные бабки в ближайшее время. Округлив глаза, Змеев засуетился, задергался и уже протянул было руку к ноутбуку, но Барский хлопнул по ней корочкой с ресторанным меню, и профессорская рука проворно спряталась под стол. – Не торопись, – сурово сказал он, – я еще даже не завтракал, вообще-то. Давай для начала закажем какого-нибудь хавчика, и уже в процессе его поглощения я проведу презентацию с подробным рассказом о своем новом творении и с демонстрацией оного на этом вот замечательном высокотехнологичном устройстве. Подозвав официанта, Алексей Николаевич заказал себе салат с куриной печенью, мясную солянку, свиные медальоны гриль, чесночные хлебцы, а также десерт – вишневый штрудель и чайничек с травяным чаем. – Не много ли для завтрака? – иронично поинтересовался Змеев. Для себя, когда официант с блокнотиком в руках повернулся к нему, он попросил принести лишь очередную чашку кофе. На удивленный взгляд гарсона он только коротко буркнул: – Сыт я… И, повернувшись уже к своему другу, добавил: – Все нормальные люди в это время обедают, а у него только завтрак наметился. Барский на данное замечание никак не отреагировал, дождался, пока официант уйдет, и с многозначительной хитрой улыбкой обратился к Николаю Петровичу: – А известно ли вам, многоуважаемый профессор, что в сентябре одна тысяча восемьсот девяносто шестого года, когда в Америке началась калифорнийская золотая лихорадка, больше всего на этом событии заработали вовсе не старатели, а торговцы, продававшие старателям лопаты и прочий инструмент, необходимый для добычи золота? – Разумеется, мне это известно, – сдержанно ответил Змеев. – Чтобы зарабатывать на золоте, вовсе не обязательно добывать его лично. Вполне достаточно знать, как выманивать самородки из карманов старателей. – Именно так! Собственно, я предлагаю проделать все то же самое, но уже в современных реалиях и применительно к новой «золотой лихорадке», которая происходит прямо сейчас и имя которой – трейдинг и инвестирование. – Да ну?! – радостно воскликнул Змеев, понявший вдруг, что именно за новый курс сотворил Барский. – Так это диск на тему финансовой грамотности? Обучение трейдингу и инвестированию? – Именно так! – гордо ответил Алексей Николаевич, поднимая крышку ноутбука и запуская уже вставленный в привод диск. – Мультимедийный обучающий курс на DVD-носителе – «Киберсант-Инвестор»! В приводе ноутбука зажужжало, и на экран выскочила прямоугольная заставка AutoPlay Menu. Фоновой картинкой для заставки служило фото ночного Нью-Йорка со стоящими вплотную друг к другу небоскребами, внешним видом очень напоминавшими столбики «объемов» на графиках торговых терминалов. Окна в небоскребах светились таким образом, что как бы образовывали кривую цены, судорожными колебаниями сначала опускавшуюся вниз, а затем устремлявшуюся вверх. В шапке заставки красовалась яркая надпись «Cybersant-Investor», под которой располагались пункты меню: «Как пользоваться диском», «Инструкция по установке», «Бонусы и дополнения». В нижнем левом углу стоял значок копирайта с названием их сайта, а в нижнем правом углу красовалась кнопка с надписью «Выход». – Непосредственно сам курс упакован в защитную exe-оболочку, которая с DVD-диска не запускается и не открывается, – объяснял Барский. – Файл нужно скопировать на жесткий диск компьютера и запускать уже непосредственно на своем ПК. Система выдаст текстовой файлик с зашифрованным кодом, который пользователь должен будет отправить нам, а мы в свою очередь на основе этого файлика сгенерируем для клиента персональный ключ и отправим ему на e-mail. Ключ позволяет запускать курс только на том компьютере, на котором был сгенерирован код. При переносе на любой другой компьютер, даже с персональным ключом, курс банально не запустится и воспользоваться им будет нельзя. – Круто! – восторженно выдохнул Змеев. – Пираты могут сосать… лапу. По крайней мере, до тех пор, пока диск не разойдется по Сети и хакеры не взломают защиту. А это минимум полгода. То есть в первые релизные месяцы мы снимем все самые вкусные пенки большой ложкой и в полном объеме! – Помимо непосредственно моего авторского курса, – продолжал презентацию Алексей Николаевич, – в качестве бонусов на диске записана огромнейшая библиотека электронных книг, а также большая подборка обучающих видео. Все это, разумеется, на тему трейдинга и инвестирования. Не волнуйся, все это взято либо из буржуйнета, либо из открытых и бесплатных источников в Рунете. Никто из русскоязычных авторов этих материалов финансово не пострадает. Напротив, для них этого будет своего рода бесплатной и очень хорошей рекламой. Для полной юридической защиты в каждую папку с бонусами я добавил текстовой файл со специальным дисклеймером. Барский пощелкал курсором и на экране открылся текст: – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - ВНИМАНИЕ!!! ВНИМАНИЕ!!! ВНИМАНИЕ!!! – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Все текстовые и видеоматериалы, представленные в данной папке, являются свободно распространяемыми, некоммерческими, взяты из открытых источников Интернета и присутствуют на данном диске БЕЗ нарушения чьих-либо авторских прав! Собрав весь этот дополнительный материал на данном диске, мы не преследуем никакой личной коммерческой выгоды и исключительно сэкономили Ваше время, которое Вы потратили бы, отыскивая в Интернете весь этот материал самостоятельно, а также сэкономили Ваш трафик, который Вы израсходовали бы на скачивание данных материалов через Интернет. Все ссылки, авторство, имена, названия, торговые марки и источники сохранены! Внесения правок и изменений в тексты и модификаций исходных файлов не производилось! – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - ВНИМАНИЕ!!! ВНИМАНИЕ!!! ВНИМАНИЕ!!! – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Пока Змеев читал, официант принес Алексею Николаевичу салат, первое и второе. – Десерт будет готов чуть позже. Приятного аппетита! – сказал он и удалился. – Идем далее, – чавкая набитым ртом и размахивая вилкой, продолжил свою презентацию Барский. – Что представляет собой непосредственно сам авторский курс… Он пощелкал уже сохраненный и зарегистрированный на жестком диске ноутбука exe-файл, запустил его. Продемонстрировал дизайн, оформление, меню. Полистал странички с текстовыми и графическими модулями курса. Показал видеоблоки, промотал на ускоренной перемотке несколько конкретных роликов. – Здесь есть все, что касается управления финансами и инвестирования, от и до! – без ложной скромности доложил он, уплетая между делом свой завтрак. – Объясняется, что такое инвестирование, рассказывается об управлении личными финансами, бюджетом и говорится о распределении денежных потоков. Подробно описываются все основные (на текущий момент времени) финансовые инструменты, такие как: ПИФы, акции, облигации, банковские депозиты, золото и многое другое. Рассказывается про инвестирование в недвижимость, хедж-фонды и доверительное управление на FOREX. В разделе о диверсификации есть большие главы о фьючерсах и опционах. Объясняется про стратегии и тактики инвестирования. Разбирается тема мани-менеджмента. Очень подробно рассматриваются психологические аспекты трейдинга. Даются конкретные торговые системы. Очень много времени уделено практикуму. Буквально пошагово расписан план освоения теоретических материалов курса и применения теории на практике… Всего и не перечислить! Словом, мой курс – это самый подробный и полный учебник из всех, что имеются на русском языке, на тему инвестирования в самый широкий спектр активов! Принесли десерт. Официант собрал на поднос пустые тарелки и использованные приборы, оставил на столе счет, после чего удалился, унося грязную посуду на кухню. Алексей Николаевич налил себе чашечку травяного чая, отхлебнул, причмокивая от удовольствия. Достал бумажник и положил в корочку со счетом несколько крупных купюр (оплата по счету плюс пятьсот рублей чаевых сверху). Тут же, словно из-под стола, снова возник официант и, поблагодарив за щедрость, уволок денежки в темноту подсобных помещений. – Наконец-то! – радостно воскликнул Змеев. – Как же давно я этого ждал! Весь он буквально светился, глаза его излучали восторг, а пальцы отбивали на крышке стола что-то очень похожее на торжественный марш Джузеппе Верди из оперы «Аида». – Значит, с тебя до конца недели хороший рекламный текст для продающего сайта и серия писем для рассылки на всю нашу базу, а я займусь подготовкой мощнейшей рекламной кампании. Завтра же отправим мастер-диск в Москву и закажем огромную партию дисков на заводе. Надо как можно скорее делать релиз, а то, сам знаешь, продажи старых дисков упали ниже плинтуса. – Ну вот, – наигранно скуксился Барский, – я рассчитывал на похвалу и восторженное рукоплескание, а он на меня очередных заданий понавесил вместо этого. Да еще и раскомандовался, будто он директор, а я его подчиненный. – Некогда петь дифирамбы, Лёша. Трясти надо! Готовую партию отштампованных на заводе дисков они получили в конце июня. И уже первого июля Барский запустил по всей e-mail-базе, а она содержала чуть более двухсот пятидесяти тысяч подписчиков, первое письмо рассылки из специально подготовленной им серии. Всего в эту предрелизную цепочку входило пять писем, задачей которых было настроить аудиторию на новую для них тему (все же до этого они получали информацию на тему заработка, а теперь им предстояло познакомиться еще и с инвестированием), максимально заинтересовать, а еще лучше – заинтриговать подписчиков, разогреть их и возбудить в них жгучее желание самим стать инвесторами. Далее было необходимо донести до людей, что быть инвестором может каждый, что для этого не требуется какого-то огромного стартового капитала, а всего-то и нужно – просто инвестировать по пять-десять процентов от их текущего среднемесячного дохода и на отрезке в пять-семь-десять лет магия сложных процентов сделает свое дело. Затем шел перечень наиболее распространенных возражений против инвестирования и мастерское разоблачение этих возражений. Рисовались самыми яркими красками шикарные перспективы сладкой и беззаботной жизни благодаря пассивному доходу. И наконец сообщалось, что у него, Барского Алексея Николаевича, есть совершенно потрясающий инструмент для достижения всего этого чуда, что он подготовил и записал новый мультимедийный обучающий курс на тему инвестирования, аналогов которому в Рунете просто не существует. Вся эта информация преподносилась небольшими порциями, последовательно, в первых четырех письмах рассылки, отправляемых подписчикам с интервалом в один день. А когда разогретая (и даже перегретая) аудитория уже просто выпрыгивала из штанов, так всем хотелось узнать подробности о новом диске Барского и о том, где и как его можно приобрести, в пятом, финальном письме серии Алексей Николаевич милостиво давал алчущей толпе ссылку на «закрытый» сайт со всей необходимой информацией. Разослано это письмо было девятого июля, а перейдя на сайт и изучив его, подписчики с удивлением и радостью узнавали, что официально старт продаж будет начат пятнадцатого числа, но только для них, подписчиков Барского, он открывает окно предпродаж на пять дней раньше, уже с десятого июля. Причем приобрести диск подписчики смогут со скидкой в целых пятьдесят процентов! Таким образом, когда человек, сгорающий от любопытства и желания во что бы то ни стало заполучить этот чудо-диск, оказывался на сайте и, прочитав размещенный на нем шикарнейший продающий текст, совсем терял рассудок, он вдруг узнавал, что у него есть уникальная возможность купить курс «Киберсант-Инвестор» не за три тысячи рублей (такой ценник будет на сайте с пятнадцатого числа), а всего за полторы тысячи! Но сделать это ему нужно именно в интервале между десятым и пятнадцатым июля. С пятнадцатого откроются продажи для массового покупателя (то есть для всех тех, кто не входит в число подписчиков рассылки) и ценник автоматически удвоится. На все про все, таким образом, у подписчиков есть не более пяти дней, а значит, следует поспешать и не откладывать решение о покупке в долгий ящик. На само́м сайте вместо кнопки «оформить заказ» вплоть до двадцати трех часов пятидесяти девяти минут (по московскому времени) девятого июля красовался счетчик, ведущий обратный отсчет и показывающий, сколько времени осталось до старта продаж. Наблюдая за посещаемостью сайта, Барский и Змеев с ликованием видели, как на нем собирается народ. Все больше и больше. Биже к полуночи на ресурсе находилось уже несколько тысяч человек. У Змеева даже возникло опасение, а справится ли их сервер с такой нагрузкой и не обвалится ли он в самый ответственный момент. Но все прошло как по нотам. Ровно в полночь счетчик обратного отсчета обнулился и вместо него появилась столь ожидаемая клиентами кнопка заказа. Продажи диска «Киберсант-Инвестор» стартовали. Для большего эффекта одновременно с началом продаж друзья дали еще одну рассылку по всей базе, в которой напоминали самым забывчивым, что продажи уже идут. Заказы валились всю ночь. Как тропический ливень, как ниагарский водопад. Сервер едва справлялся с нагрузкой, но выстоял. Некоторое замедление этого денежного потока произошло ближе к пяти ура, а уже с восьми лавина заказов начала нарастать с новой силой. За первые сутки релиза было совершено около пятисот предоплат и оформлено почти две тысячи заказов наложенным платежом. Все пять дней, что длился релиз, оба киберсанта безвылазно находились в квартире Барского и то поочередно, а то и сразу вдвоем дежурили у компьютера. Едой и напитками они забили холодильник и кладовку заранее, так что не было необходимости даже бегать в магазин. Склад с дисками и офис для работы отправщиков они давно уже арендовали в ближайшем торговом центре, куда перенаправляли по электронной почте дважды в сутки данные для отправки дисков наложенным платежом. Работа кипела. На третий день релиза, когда волна заказов пошла на спад, они сделали еще одну рассылку по всей базе. Ну и самое последнее письмо с напоминанием о том, что лавочка закрывается и вот-вот цена на диск будет удвоена, а кто не успел, тот, как известно, опоздал, киберсанты разослали в начале пятого, финального дня релиза, подстегнув тем самым еще одну волну истерических покупок. Всего за все пять дней релиза ими было получено более двух тысяч предоплат на сумму чуть больше трех миллионов рублей, а также почти три с половиной тысячи заказов наложенным платежом, что потенциально сулило еще порядка пяти миллионов. – Итого меньше чем за неделю наторговали на восемь лямов! – сам себе не веря, произнес Змеев, когда релиз подошел к концу. – Вычтем из этой суммы налоги, зарплаты сотрудникам, стоимость производства дисков, почтовые и прочие накладные расходы… Округлим, учтем процент невыкупа наложек и получим… получим… Ну, я полагаю, не менее семи миллионов рублейчистыми ! За пять дней! Невероятное что-то!!. – Пять мне, два тебе. Нормально, чё!.. – ляпнул, не подумав, Барский, но тут же осекся и прикусил язык, сообразив, что сболтнул лишнего и совершенно не к месту. Змеев как-то сразу изменился в лице, радость его угасла, физиономия приняла недовольный и крайне раздраженный вид. – Да шучу я, Коля, шучу! – спохватился Алексей Николаевич. – Я же пообещал, что как только удвоим прибыль, сразу начнем распределять все поровну. А мы ее не просто удвоили, мы ее в разы увеличили этим релизом! Так что с этого момента и далее будем делить пятьдесят на пятьдесят. Слово! – Опять шутишь? – недоверчиво покосился на него Николай Петрович, но лицо его несколько просветлело, и он даже выдавил из себя улыбку, хотя и не очень уверенную. – Ничуть! – совершенно серьезно произнес Барский. – За этот релиз мы получаем по три с половиной миллиона на брата. – И дальше тоже будем делить поровну? – Профессор совсем оттаял и засиял прежней радостью. – Спасибо, Лёша. Вижу, что ты мой настоящий друг.Единственный настоящий и верный друг, надежный и честный. – Ой, ладно. Проехали! – засмущался Алексей Николаевич. – А теперь отсыпаться? Я лично уже просто с ног валюсь. Ты как, у меня останешься на диванчике или до дома потопаешь? – Домой, домой! – замахал руками Змеев. – А то моя Ксантиппа меня на тряпочки порвет. Шутка ли, пять дней дома не ночевал! – Так ты ж отпросился… – А ей это все равно. Был бы повод, – развел руками Николай Петрович. – Сегодня четверг, в пятницу начинать рекламную кампанию не очень разумно. Предлагаю по-человечески отдохнуть в эти выходные, а с понедельника, с восемнадцатого числа, я начну активное продвижение сайта и привлечение на него внешнего, холодного трафика. Добро? – Добро! – улыбнулся Барский. – Надеюсь, «Киберсант-Инвестор» нас и дальше будет радовать и удивлять. Этот курс должен стать бестселлером, а нас с тобой сделать долларовыми миллионерами. – Как Бог даст, – загадочно пробормотал профессор. – Как Бог даст… В первые месяцы после релиза, продажи шли настолько хорошо, что друзьям в спешном порядке пришлось заказывать еще несколько очень крупных партий DVD на московском заводе. Помимо рекламы в e’mail-рассылках и контекстной рекламы через Яндекс Директ, Змеев активно начал осваивать продвижение в ставших невероятно популярными социальных сетях Instagram1 , Facebook2 и ВКонтакте. Холодный трафик, привлекаемый откуда только было можно, направлялся на главный продающий сайт «Киберсант-Инвестора», где благодаря магическому тексту Барского весьма внушительная его часть конвертировалась либо непосредственно в клиентов (людей, оформлявших заказ сразу же после изучения сайта), либо в подписчиков (тех, кто с ходу заказать диск не решался, но подписывался на бесплатную электронную рассылку проекта). Эти последние сразу же после оформления подписки начинали получать персональную автосерию специально подготовленных писем. С интервалом два-три дня в почтовый ящик подписчика приходило новое сообщение, где подробно рассказывалось о том, что такое инвестирование, насколько это выгодно и легко, давались практические полезные советы по управлению личными финансами и многое другое. Материал был составлен так, чтобы, с одной стороны, давать подписчику действительно нужную и ценную информацию, а с другой, шаг за шагом заражать его идей инвестирования. И только ближе к концу автосерии (а вся она была рассчитана примерно на месяц) давалась прямая реклама диска. Таким образом, e’mail авто-серия конвертировала изрядное количествоподписчиков впокупателей . Сломленный рекламным талантом Барского, читатель рассылки сам не замечал, как начинал страстно желать обладания «Киберсант-Инвестором», и либо совершал предоплату, либо оформлял заказ наложенным платежом. В итоге диск покупали даже изначально весьма скептически настроенные подписчики. Приносила весьма неплохие результаты и партнерская программа. Слава «Киберсант-Инвестора» гремела на весь Рунет, похлеще даже, чем это было в свое время в отношении «Киберсант-Матрицы» и «Киберсант-Активатора». За август, сентябрь и октябрь было продано около десяти тысяч DVD, что приносило в «кассу проекта» порядка пяти миллионов рублей ежемесячно! Казалось, эта сказка будет длиться вечно. Но в ноябре совершенно неожиданно продажи вдруг резко пошли на спад, сократившись почти втрое. Поначалу Змеев решил было, что рынок уже насытился их предложением, а значит, нужно расширять рамки, вовлекая в процесс совершенно новую, принципиально иную аудиторию. Он поменял фокус рекламы, существенно увеличил рекламный бюджет, но, несмотря на все его усилия, продажи продолжали снижаться. Проведя серьезное маркетинговое исследование, Николай Петрович с прискорбием осознал, в чем же именно заключались истинные причины этого спада. Во-первых, выяснилось, что защитная exe-оболочка основного обучающего модуля была взломана хакерами еще в августе. А поскольку остальные (бонусные) материалы диска вообще не имели никакой защиты, пиратская версия «Киберсант-Инвестора» медленно, но неуклонно начала расползаться по Сети. Ее выкладывали на файлообменниках и раздавали через торренты, ее перепродавали за символическую плату или вовсе сливали бесплатно. А если учесть еще и тот фактор, что широкополосный Интернет распространился за последние годы повсеместно и даже в глубинке цены на него существенно упали, скачивать через Сеть целые DVD без каких-либо проблем мог теперь любой желающий. Медленный и дорогой модемный Интернет остался разве что в самых отдаленных деревнях и поселках. Во-вторых, среди тысяч клиентов, купивших диск, было немало тех, кто совершил эту покупку импульсивно, будучи зачарованным никого не щадящей, буквально зомбирующей рекламой Барского. И этот его экстраординарный рекламный талант снова сыграл с ним плохую шутку. Очнувшись от морока и придя в себя, очень многие вдруг осознавали, что купили курс на эмоциях, что приобрели нечто, совершенно им не нужное. Кто-то просто убирал диск на полку и забывал про него, а кто-то, движимый жаждой мести, начинал писать везде, где только было можно, самые негативные и ругательные отзывы на «Киберсант-Инвестор». И таких, к сожалению, оказалось достаточно много. В итоге имидж творения Барского сменился с положительного на ярко выраженный негативный, отрицательный. Если летом диск все хвалили и превозносили, то уже к концу осени только ленивый не крыл Барского и его «Киберсант-Инвестора» самыми последними словами. Как бы там ни было, продажи существенно просели, вернувшись примерно к тем же показателям доходности, которые наблюдались до релиза и обеспечивались продажами старых дисков. Взлет «Киберсант-Инвестора» оказался стремительным, но, увы, весьма непродолжительным. Змеев, перепугавшийся такого развития событий и опасавшийся, что теперь Барский снова вернется к распределению прибыли тридцать на семьдесят процентов, не спал ночами, ломая голову над тем, как же изменить ситуацию и вернуть продажи на приемлемый уровень. Сколько ни заверял его Алексей Николаевич, что никакого пересмотра в обратную сторону не будет, что слово свое он держит, а вины профессора в случившемся нет никакой, тревога того не покидала. Змеев судорожно искал варианты и вот однажды, кажется, нашел выход из сложившейся ситуации. – Ну что же, – сказал он холодным осенним вечером во время их стандартной пробежки в парке, – придется доставать из сундука на свет божий мою давешнюю идею. – Это которую? – не сразу понял Барский. – Займемся продюсированием! – торжественно изрек Змеев. – Мир стремительно меняется, еще более стремительно меняется его виртуальная составляющая, то есть Интернет. Все ускорилось, разогналось, время сжалось. Теперь, чтобы продавать диски и получать прибыль, как прежде, нам нужно выпускать не менее одного-двух новых проектов ежемесячно, а не ежегодно и уж тем более не раз в три-пять лет, как это было в начале и середине нулевых. Собственными силами мы таких темпов точно не потянем. Нужно привлекать авторов со стороны, расширять ассортимент и тематику выпускаемых дисков. Цель на ближайший год: как минимум один новый релиз в месяц. План профессора состоял в следующем. До конца года он намеревался сформировать команду, каждый член которой будет работать не за зарплату, а за определенный процент от продаж. Всего он планировал привлечь от трех до пяти человек, на первых порах этого будет более чем достаточно. В разговорах с Барским он называл этих людей «киберсант-менеджерами». За полтора-два месяца Николай Петрович намеревался лично обучить их всем тонкостям и премудростям продюсирования информационных курсов. Претендентов он выбирал среди тех людей, которых уже успел занести в свою «базу данных профессионалов», системно вести и пополнять которую начал еще год назад. Да-да, это были те самые «web-дизайнеры, скриптовики, программисты, копирайтеры и просто бизнесмены со стажем», которые обращались к тандему Барский – Змеев с разного рода коммерческими и деловыми предложениями, но которых Змеев, отвечающий за обработку почты и клиентскую поддержку, мягко и лаконично в свое время отфутболивал «за ненадобностью». Теперь вот они понадобились, и Николай Петрович разослал всем сорока семи персонам, что имелись в его картотеке, предложение о сотрудничестве в качестве сопродюсеров. Их прямой задачей и, по сути, единственной обязанностью должен был стать выпуск качественных инфокурсов. Поиск и отбор авторов, создание и подготовка к релизу очередного курса, взаимодействие с фрилансерами… словом, весь процесс выпуска нового DVD от и до – все это должно было лечь на их плечи. Именно наличие в команде киберсант-менеджеров могло позволить довести количество выпускаемых дисков до нескольких новых названий в месяц, а в перспективе – десятки новых наименований ежемесячно! Откликнулись на его письмо тридцать два человека. Из них после ознакомления с подробностями и деталями предложения проявили интерес, согласившись пройти собеседование, лишь девятнадцать. Восемь из них отвалились сразу же после собеседования, еще трое – после того как «всё продумали и взвесили». Оставшимся было дано несложное тестовое задание, справились с которым лишь четверо самых стойких и по-настоящему заинтересованных в получении этой необычной, но такой интересной и многообещающей вакансии (киберсант-менеджера). Вот с ними-то Змеев и начал активно работать, вводя их в курс дела, обучая, натаскивая, давая практические задания и контролируя выполнение этих заданий. Делился, так сказать, с «молодыми» своим опытом и знаниями. Барский во всем этом не участвовал, не без интереса наблюдая за происходящим процессом со стороны. Не то чтобы он не верил в затею профессора, просто в голове у него имелся собственный, альтернативный план выхода из сложившейся кризисной ситуации. Вот над его-то реализацией, втайне от своего друга и партнера по бизнесу, он и работал. В отличие от Змеева, Алексей Николаевич все еще продолжал верить в силу своего авторского бренда (…Алексей Барский – первый киберсант Рунета!.. ) и намеревался в одиночку создать совсем уже фантастический и всеобъемлющий курс – «Киберсант-Профессионал». По задумке, новое творение должно было включать в себя две бумажные книги (одна в мягкой, другая в твердой обложке), два DVD-диска с обучающими материалами в видео-формате (так, чтобы их можно было смотреть не только на ПК, но и на обычном DVD-плеере, подключенном к телевизору), а также – CD-диск с озвучкой бумажных книг, переведенных в формат аудио (чтобы книги можно было слушать хоть при поездке в машине, хоть в CD-плеере, во время пробежки или в общественном транспорте). Все это информационное богатство он собирался упаковать в картонную глянцевую коробку, стилизованную под чемоданчик из крокодиловой кожи. «И будь я проклят, если такой шедевр не станет бестселлером года, – размышлял он, работая над проектом. – И пусть меня разорвут и съедят собаки, если хоть одна гнусная сволочь осмелится заявить, что моя “коробка” говно и что я торгую воздухом!» По большому счету, «Киберсант-Профессионал» являлся («переработанной, дополненной и расширенной») обновленной версией его предыдущих творений как по электронной коммерции, так и по инвестированию. В этой «коробке» Алексей Николаевич излагал всю суть киберсантинга от а до я. Предполагалось, что решивший заняться заработками в Интернете человек, будущий киберсант, выпустит свой собственный информационный продукт и начнет зарабатывать в Сети на его продаже. Часть заработанных денег он станет инвестировать в различные активы, формируя свой базовый капитал, что позволит ему уже через десять-пятнадцать лет «выйти на пенсию» и далее безбедно существовать на прибыль от своих инвестиций в качестве рантье, получая ежемесячный пассивный доход. Впрочем, как он ни шифровался и как ни прятал свои разработки от Змеева, очень скоро тот все пронюхал, и Алексею Николаевичу пришлось-таки раскрыть ему карты. На удивление, профессор не только не стал его порицать за скрытность, но полностью поддержал и одобрил затею. – Это даже здо́рово, что параллельно с продюсированием у нас будет и запасной, альтернативный вариант, – заявил он. – Если вдруг провалится один проект, вполне может выстрелить другой. А уж если сработают сразу оба, мы вообще окажемся в шоколаде. Как там у вас, инвесторов, это называется? Диверсификация, верно? – А если оба провалятся? – пошутил Барский. – Тогда нам кранты, – пожал плечами Змеев. – Ты вернешься в котельню, я вернусь в институт. И на этом нашей сказочке придет конец. Работу над «Киберсант-Профессионалом» Алексей Николаевич завершил к середине марта две тысячи одиннадцатого года. Поскольку себестоимость одной такой «коробки» оказалась очень высокой, в первую очередь из-за наличия в ней полноценных бумажных книг, в качестве первой партии заказали всего тысячу экземпляров, а розничный ценник решили установить на уровне двенадцати тысяч рублей. Ждать пришлось целый месяц (опять же, из-за печати книг), тираж оказался на складе только двенадцатого апреля. Чтобы не терять зря времени, разогревающую e’mail-автосерию запустили заблаговременно, в первых числах месяца. Причем в финальном письме подписчиков зазывали не сразу на релиз, как это было в прошлый раз, а изначально приглашали набесплатный вебинар. То, что вебинар именно бесплатный, в рекламных материалах подчеркивалось особо. А вот про то, что это будетпродающий вебинар, напротив, скромно умалчивали. Старт продаж должен был произойти сразу же по завершении веб-трансляции, чтобы подогретая выступлением Барского аудитория не успела даже минимально остыть. Поскольку данный вебинар должен был стать первым в жизни Алексея Николаевича выступлением в прямом эфире, готовился к нему он с особой тщательностью. Много и подолгу репетировал перед зеркалом, затем тренировался уже непосредственно на камеру. Нечто вроде студии друзья оборудовали прямо у Барского дома. Выступать он собирался на фоне своего «рабочего места» – тех самых пресловутых трех мощных компьютеров с гигантскими мониторами. По мнению Змеева, это должно придать максимальную достоверность тому, о чем будет вещать Алексей Николаевич, а также добавит солидности и «понтов» самому спикеру. К середине месяца все было окончательно готово, и вот, пятнадцатого апреля, ровно в девятнадцать-тридцать по московскому времени (день недели, пятница, и вечернее время были выбраны специально, чтобы присутствовать на трансляции могло как можно больше народу) Алексей Николаевич Барский появился на экранах компьютеров многотысячной аудитории и начал презентацию проекта «Киберсант-Профессионал». …Каждый день к сети Интернет подключаются тысячи новых пользователей по всему миру. Быстро освоившись в киберпространстве, вдоволь набродившись по развлекательным и эротическим сайтам, слегка устав от болтовни в чатах и на форумах, освоив общение по электронной почте, ICQ и Skype, эти новички с интересом обнаруживают, что, помимо развлечения, Сеть изобилует самыми различными предложениями о заработке. Мысль о том, что Интернет может не только развлекать, но и приносить деньги, завладевает миллионами умов. Рано или поздно, но любой завсегдатай Сети начинает мечтать о заработке в Интернете. Это неизбежно, как был неизбежен приступ золотой лихорадки после обнаружения в августе тысяча восемьсот девяносто шестого года золотых россыпей на ручье Бонанза-Крик, в месте слияния рек Юкон и Клондайк. И точно так же, как на Клондайк ринулись толпы золотоискателей в надежде разбогатеть сказочно и быстро, миллионы современных манимейкеров бороздят просторы Сети в надежде отыскать свой собственный Клондайк, заполучить свой персональный «золотой ключик». Так может ли Интернет приносить деньги? В состоянии ли простой смертный превратить для себя Сеть в постоянный, неиссякающий источник дохода, или же все это сказки, подобные россказням сподвижников Писарро о мифической стране Эльдорадо, где сокровища так же обычны, как у нас – простой булыжник? Попытки найти Эльдорадо не прекращались более двухсот пятидесяти лет, но никто никогда так и не нашел этой сказочной страны и ее великолепной столицы – Маноа. На Клондайк к концу девятнадцатого века стеклось более ста тысяч золотоискателей, и многие из них действительно стали богатыми, а за всю историю существования данного прииска было намыто золота более чем на двести пятьдесят миллионов долларов! А что же Интернет и миллионы современных манимейкеров? Заработок в Сети – миф или реальность? Выдумка мечтателей и охотников за легкими деньгами, совершенно напрасно тратящих свое драгоценное время, или же неотъемлемая часть Интернета? Сказка об Эльдорадо или же реальная история Клондайка, где смелые, трудолюбивые и предприимчивые действительно делали целые состояния?! Лично для меня ответ на поставленные выше вопросы уже давно найден. Я одни из тех, кто, поддавшись «золотой лихорадке», отправился на поиски «Клондайка» и, отыскав свой «золотой прииск», сумел сколотить на нем состояние. В настоящее время Интернет меня кормит, поит и одевает – в прямом смысле этих слов. Я не мыслю себя бегущим рано утром на работу, делающим корпоративную карьеру или вкалывающим до изнеможения на производстве. Меня не очень волнует, какая в настоящее время в стране власть, платят ли вовремя зарплату и будут ли повышать пенсии, подорожают ли продукты и станет ли высшее образование платным. Меня мало интересует курс доллара и евро, выдаваемый Центробанком, а также понизятся или повысятся процентные ставки по банковским депозитам. Я не боюсь очередного скачка инфляции, повышения стоимости медицинских услуг и удорожания платы за проезд в общественном транспорте (которым я, разумеется, уже давно не пользуюсь). Все что меня действительно волнует, это мой ноутбук и сотовый телефон для свободного выхода в Интернет из любой точки земного шара в любое удобное для меня время. А также три моих стационарных мощных компьютера, снабженных высокоскоростной выделенной линией плюс безлимитным ADSL в качестве резервного канала доступа в Сеть. Компьютер и Интернет – вот все, что мне нужно для того, чтобы чувствовать себя безопасно, чтобы зарабатывать деньги, удваивать и утраивать заработанное, а значит – обеспечивать себе комфортное настоящее, равно как гарантировать безбедное будущее. Я не нуждаюсь в подачках государства в виде всевозможных льгот или гарантированной пенсии (которой при нашем нынешнем уровне жизни мне не хватило бы и на два дня нормального существования). Уровень и время выплаты своей «зарплаты» я устанавливаю для себя сам. У меня нет начальника и нет страха потерять работу. Я знаю: что бы ни случилось, пока у меня есть компьютер и выход в Сеть, у меня всегда будут деньги, причем в том количестве, в котором я сам пожелаю. Сказка давно стала былью, а мечты превратились в реальность. Мне незачем отправляться на поиски Эльдорадо, Святого Грааля или ловить золотую рыбку. Интернет – вот то, что позволило мне превратиться из обычного наемного работника в состоятельного, финансово независимого человека. Вот то, что может позволить добиться того же, чего добился я, любому, у кого есть голова на плечах и возможность выхода в Сеть… Почему сейчас самое время организовать свой интернет-бизнес? Времена изменились! То, что считалось прогрессивным всего двадцать-тридцать лет назад, сегодня уже безнадежно устарело. Большинство из тех, кому сейчас за тридцать, привыкли жить по следующей схеме: получить высшее образование, найти высокооплачиваемую престижную работу, сделать карьеру, обеспечить себя к старости хорошей пенсией. Так нас воспитывали, учили. Такой алгоритм действий вдалбливали нам в голову – в школе, в вузе, дома. Никаких альтернатив этой традиционной схеме достижения успеха никто и никогда нам не предлагал. Не спорю, данный подход прекрасно работал в предыдущую эпоху, в эпоху индустриальной цивилизации. Однако сегодня он не только неэффективен, но может привести придерживающегося его человека к самым катастрофическим последствиям. Диплом о высшем образовании уже не гарантирует выпускнику вуза автоматического получения хорошей работы и высокооплачиваемой должности. Так было в советские времена, когда вместе с «корочкой» о высшем образовании выпускник получал распределение, должность, а нередко и квартиру. Сегодня, получив на руки диплом, бывший студент оказывается предоставленным самому себе. Без опыта работы и связей ему практически невозможно устроиться работать по специальности (я уж не говорю о том, чтобы сразу же получить высокооплачиваемую работу). Придется долго и упорно доказывать всем, что ты что-то можешь и, выбиваясь из сил, карабкаться по карьерной лестнице. Даже имея хорошую работу сейчас, вы практически не имеете никаких гарантий того, что сможете сохранить ее за собой достаточно долго. Раньше очень многие люди, поступив сразу же после окончания института на то или иное предприятие, могли проработать на нем до самой пенсии (престижным считалось иметь лишь одну запись в трудовой книжке, а тех, кто имел их много, прыгая с места на место, презрительно называли «летунами»). Сегодня подобное встречается крайне редко. Крупные предприятия разваливаются, их работники могут месяцами не получать зарплаты или вообще отправляются в вынужденные отпуска. Частные фирмы возникают как грибы после дождя, но столь же стремительно лопаются или оказываются на грани банкротства. В современном мире никто не может гарантировать вам постоянную работу на одном месте, так как взамен присущей индустриальному веку стабильности и неизменности век информационный требует быстрых перемен и умения к этим переменам приспосабливаться. Кроме того, работать на предприятии или в фирме означает изначально ставить себя в зависимое положение от начальства, обстоятельств, законов и правил. Получая копеечную зарплату за свой труд, наемный работник оказывается в высшей степени несвободным, зависимым, ограниченным в правах и возможностях. Всю жизнь он вынужден работать за зарплату, которой с трудом хватает на поддержание жизни хотя бы на так называемом «среднем уровне». Выходя же на пенсию, человек сталкивается лицом к лицу с одиночеством, нищетой, забвением. Ни один пенсионный план не может гарантировать вам обеспеченную старость. Пенсии в пять-семь тысяч рублей едва ли будет хватать на еду, коммунальные услуги, медицинские расходы (которые в старости только возрастают). Проработав всю жизньна кого-то, получая за свой труд гроши, в то время когда тот, НА кого вы работали, зарабатывал на вас миллионы, с выходом на пенсию вы и вовсе оказываетесь у разбитого корыта. Чисто формальная учеба, нелюбимая работа с девяти утра до шести вечера пять дней в неделю, безрадостная старость – вот удел среднестатистического представителя «среднего класса», продолжающего цепляться за давно уже отживший, канувший в Лету алгоритм жизни, присущий эпохе индустриальной цивилизации. Прискорбнее всего именно то, что девяносто девять процентов людей продолжают цепляться за старые, давно отжившие стереотипы, тогда как правила игры уже изменились! Для того чтобы добиться успеха в информационную эпоху, необходимо играть по совершенно иным,новымправилам. Вместо «академического» и совершенно бессмысленного обучения в вузах (как правило, знания, полученные студентом на первых курсах, к окончанию университета уже успевают устареть и обесцениться) сегодня требуется умение заниматься самообразованием. Умение выбирать самому те сферы и области знаний, которые дадут вам ценныепрактическиенавыки. Умение вместо одного высшего образования пройти и изучить несколько десятков специализированных курсов по тем конкретным темам, которые позволят вам зарабатывать в реальной жизни быстро и много. Вместо стремления работать НА кого-то требуется умение работатьна себя, умение организовывать свое собственное дело, открывать, поддерживать и развиватьсвой собственныйбизнес. Вместо ожидания к старости подачки от государства в виде убогой пенсии нужно позаботиться о своем будущем самому, будучи еще полным сил и возможностей. Необходимо научиться грамотному инвестированию и отправляться «на пенсию» в возрасте сорока – сорока пяти лет, имея в своем распоряжении от нескольких сотен тысяч до нескольких миллионов долларов, правильно инвестированных и приносящих солидный пассивный доход независимо от того, где вы находитесь и что вы в данную минуту делаете. Стоит ли говорить, что лучше всего для осуществления этих грандиозных замыслов, для работы и жизни в эпоху информационной цивилизации подходит именно Интернет?! Именно Сеть научит вас всем необходимым знаниям и навыкам, именно Сеть обеспечит вас надежной высокодоходной работой, работойна себя, а не «на дядю». И именно благодаря Сети (и в Сети) вы сможете, как нигде больше, реализовать все свои амбиции, замыслы, сколотить состояние и разместить его так, чтобы оно само, независимо от ваших усилий, приносило вам еще более крупные деньги. Информационный век только начался. А это значит, что именно у тех, кто сможет организовать свой информационный бизнес в Интернете прямо сейчас, будут огромные преимущества по сравнению с теми, кто придет в сферу инфобизнеса позже. Построив свою бизнес-империю в Сети сегодня или в течение ближайших лет, вы сможете получить самые «лакомые кусочки» информационного рынка, сможете с непостижимой легкостью сформировать вокруг себя многотысячные и многомиллионные аудитории, которые и обеспечат вас стабильным и высоким доходом на протяжении всей оставшейся жизни. Всего через несколько лет сделать это будет намного сложнее. Для того чтобы начать работу в Сети, вам потребуется минимум средств, минимум времени, минимум сил, минимум знаний и навыков. Это правда! Как было сказано выше – всему необходимому вас научит сама Сеть. Более того, вам даже не потребуется резко и кардинальным образом изменять свою жизнь, не придется ничем рисковать, не придется сжигать за собой мосты. Вы можете начать обучение и строительство своего интернет-бизнеса без отрыва от вашей основной работы или учебы (школьники, студенты). Если сейчас вы работаете, бросить работу вы сможете тогда, когда Интернет начнет приносить вам столько же (или даже больше), сколько вы зарабатываете, трудясь по найму. Решать вам! Главное – вы абсолютно ничем не рискуете, так как оставлять нынешнюю работу ради создания своего бизнеса в Сети, нет ровным счетом никакой необходимости. Для того чтобы организовать свой бизнес в реале, нужны связи, большие первоначальные инвестиции, много времени, беготни, но самое главное – бизнес в реале сопряжен с очень большим риском. Приходится ставить на карту всё, и в девяноста шести случаях из ста это «всё» оказывается потерянным. Совсем другое дело – информационный бизнес в Сети. При полном отсутствии риска, при мизерном стартовом капитале вы можете сорвать куш, ничуть не меньший (а зачастую – намного больший!), чем в обычном, офлайновом бизнесе. Если у вас не получится с первого раза, не беда. Вы можете предпринимать всё новые и новые попытки до тех пор, пока не добьетесь желаемого. И я – живой тому пример! Это подобно азартной игре, в которой выигрыш – полностью ваш, а в случае проигрыша вам его благополучно прощают, списывая со счетов. Очень многие люди хотели бы организовать свое дело, но одна лишь мысль о том, что придется бегать по множеству всевозможных инстанций, оформлять различные документы, выпрашивать кредиты, арендовать помещения, вести переговоры с поставщиками и прочее, прочее, прочее, лишает их уверенности в себе. Первоначальный энтузиазм очень быстро гаснет, руки опускаются, и мечты о собственном бизнесе так и остаются лишь мечтами. Всех этих недостатков практически полностью лишен киберсантинг. Начать дело вы можете в любой момент, не оформляя никаких документов, не бегая по инстанциям, не ведя переговоров и не выколачивая кредитов. Начали, попробовали и только в том случае, если дело пошло и в ваши карманы потекли первые интернет-доллары, можно сходить в налоговую инспекцию, дабы оформиться индивидуальным предпринимателем и соблюсти законность. Простота, доступность, практически полное отсутствие риска, минимальные начальные вливания в бизнес – все это делает интернет-предпринимательство (или киберсантинг) самым простым и самым эффективным способом раз и навсегда выбраться из нищеты, обрести финансовую независимость, а в перспективе – сколотить благодаря Интернету кругленькое состояние (инвестирование – лучший «приумножатель» заработанного)! «Хорошо, – скажете вы, – но, если все это действительно так, почему же миллионы людей по-прежнему гнут спины на производстве, получают копеечную зарплату, ходят на опостылевшую работу “от звонка до звонка” и не предпринимают никаких усилий для того, чтобы воспользоваться этим информационным чудом двадцать первого века и в мгновение ока сказочно разбогатеть?!» Одной из основных причин этого «национального бедствия» я бы назвал нашу повсеместную безграмотность и отсталость. Подавляющее большинство населения нашей страны понятия не имеет о том, что такое Интернет и каковы его реальные возможности. Нет, люди, конечно же, слышали это слово, и многие из них время от времени даже выбираются побродить по Всемирной паутине, вот только дальше банальных игрушек, сайтов знакомств, порноресурсов, чатов и прочих развлекаловок их компьютерная грамотность не распространяется. Подобно несмышленым детям, они делают из стодолларовых купюр бумажные самолетики и выпускают их в открытое окошко, не видя никакой разницы между обычной бумагой и бумажными деньгами. Сегодня персональный компьютер, подключенный к Интернету, имеется практически в каждой семье со средним уровнем достатка, однако, вместо того чтобы приносить деньги, Интернет эти деньги выкачивает. Не грустно ли?.. Вторая по важности причина носит скорее психологический характер, нежели простое невежество. Человек знает (или, по крайней мере, догадывается), что в Сети можно зарабатывать, однако ему кажется, что сам процесс интернет-заработков является чем-то непостижимо сложным, требующим специального образования и доступен лишь редким избранным. Этаким компьютерным гениям, программистам или хакерам. Людям и в голову не приходит, что, для того чтобы научиться зарабатывать в Интернете, достаточно всего лишь овладеть навыками простого пользователя ПК, уметь ориентироваться в Сети на уровне неискушенного юзера, иметь голову на плечах и пройти необременительный курс обучения основам электронной коммерции стоимостью от нескольких десятков до нескольких сотен долларов. «Нет, если бы все было так просто, этим уже давно занимались бы все, – думает “рассудительный” обыватель. – А поскольку ничего подобного не наблюдается, значит, что-то тут не чисто и электронная коммерция либо надувательство, либо нечто невообразимо сложное». Ему и в голову не приходит, что в настоящее время в Интернете зарабатывают лишь единицы именно потому, что все остальные думают таким же точно образом! Глубокомысленно рассуждают, но даже палец о палец не ударяют для того, чтобы хотя бы выяснить – так кто же и КАК зарабатывает на самом деле в Сети?!. Третья причина возникновения интернет-аутсайдеров – это «страх прошлого». Сюда можно отнести тех неудачников, которые «что-то такое» пробовали, но, обжегшись на молоке, дуют теперь на воду. Современный Интернет во многом напоминает территорию Дикого Запада. Обманщиков, проходимцев и не чистых на руку дельцов обитает в Сети больше, чем где бы то ни было. Оборотной стороной свободы оказывается практически полная безнаказанность и анархия. Поддавшись на сладкие обещания «много денег из ничего», загоревшись желанием заработать «миллион долларов за два дня», многие доверчивые пользователи пускаются во все тяжкие. Люди начинают сутками напролет кликать по «оплачиваемым» баннерам, просматривать «оплачиваемые» письма рекламодателей, занимаются рассылкой спама с зазываниями в какую-нибудь МЛМ-компанию, вкладывают деньги в различные пирамиды в надежде получить тысячу процентов в месяц… Время, потраченное на кликанье баннеров и просмотр рекламных писем, никак не соотносится с теми копейками, которые несчастные «кликальщики» получают в качестве вознаграждения за свой бессмысленный «труд» (если получают вообще). «Инвест-проекты» лопаются через несколько недель или месяцев после открытия, унося с собой все деньги наивных вкладчиков. Разочарованные и обозленные, эти несостоявшиеся «интернет-бизнесмены» объявляют во всеуслышание, что честно зарабатывать в Сети – невозможно! Что Интернет – это территория обмана и лохотронщиков. Что все рассказы о баснословных заработках в Сети – не более чем миф. Что если кто и зарабатывает в Интернете, так это исключительно веб-дизайнеры или программисты. Да и те – две-три сотни зеленых в месяц, не больше. А между тем все намного проще и зарабатывать в Сети не сложнее, чем просиживать штаны в офисе или торговать фруктами в армянской палатке на городском рынке. Нужно лишь раз и навсегда отказаться от погони за мифической халявой, подойти к этому делу серьезно и, изучив базовые принципы, а затем, пройдя курс соответствующей теоретической подготовки, начать упорно и методично строить свой настоящий, серьезный, высокодоходный интернет-бизнес! Именно благодаря Интернету, освоив сначала основы, а затем и самые важные секреты киберсантинга всего за несколько месяцев, в крайнем случае – за пару лет, вы сможете построить свою собственную бизнес-империю в Интернете, которая станет приносить вам тысячу, пять тысяч, десять тысяч долларов и более – ЕЖЕМЕСЯЧНО! Часть этих денег вы будете инвестировать, а остальное сможете тратить на повседневные нужды, отдых или развлечения. Время летит быстро, и всего через восемь-десять лет вы обнаружите, что стали самым настоящим ДОЛЛАРОВЫМ МИЛЛИОНЕРОМ и что теперь можете безбедно существовать на одни лишь проценты от вашего миллиона! Не это ли мечта каждого из нас? И осуществить эту мечту сегодня в состоянии любой желающий, у кого есть компьютер и доступ к сети Интернет! Предвижу, что присутствующие сейчас на этом вебинаре зрители уже начинают потихонечку на меня злиться: «Столько общих фраз и никакой конкретики! А где же ссылки на те самые обучающие материалы, которые позволят быстро и с минимальными затратами обучиться премудростям заработка в Сети?! Всем уже и так понятно, что в умелых руках Интернет – это современный Клондайк! Вы нам давайте ссылки на все необходимое, для того чтобы скорее освоить искусство электронной коммерции, и хватит лить воду. Ссылки в студию!» Согласен, для имеющих глаза и уши, а также собственную голову на плечах, сказанного выше – более чем достаточно, чтобы отбросить сомнения, страхи и понять все перспективы, все выгоды, которые может дать Интернет. Настало время действовать! Различных обучающих пособий по «заработку в Сети» сегодня вы можете найти в Интернете сотни, а то и тысячи. Естественно, все такие книги, курсы и бизнес-пакеты стоят определенных денег. Как правило, от нескольких десятков долларов до нескольких сотен евро. Многое можно найти и на халяву (хотя, как правило, качество подобных материалов будет оставлять желать лучшего). Таким образом, у вас есть два варианта. Первый – вы можете самостоятельно постичь основы киберсантинга. По этой схеме вам потребуется два-три года для интенсивного поиска материалов на просторах Рунета и наработки практического опыта методом проб и ошибок, десятки тысяч рублей, потраченных на интернет-трафик, а также много бессонных ночей и испорченных нервов. Зато спустя эти два-три года вы сможете оставить тяжелый труд на заводе, в офисе или фирме (работа «на дядю») и станете зарабатывать деньги, сидя у себя дома за монитором компьютера. Но есть и другой вариант! Вместо десятков тысяч рублей вы потратите всего несколько тысяч, вместо двух-трех лет вам потребуется всего два-три месяца, а метод проб и ошибок заменит профессиональное обучение с мощной информационной и технической поддержкой. Какой вариант из этих двух вы выбираете? Если первый, то на этом наше с вами знакомство заканчивается. Я подсказал вам направление, в котором следует двигаться ради достижения финансовой свободы, все остальное вам предстоит сделать самостоятельно. Позвольте пожелать вам успехов в вашем нелегком деле и выразить надежду, что все у вас получится и через пару-тройку лет вы наконец найдете свой «золотой ключик». Если же вы выбираете второй вариант, то наше с вами общение только начинается! Мы, авторский коллектив проекта «Киберсант-Профессионал», готовы принять на себя обязательства по вашему обучению, передать весь накопленный нами багаж знаний и опыта на тему заработков при помощи Интернета и доставить вас «в пункт назначения» (коим, несомненно, является умение извлекать деньги из пребывания в сети Интернет) самым кратчайшим путем. Вместе с нами вы научитесь генерировать свои собственные денежные идеи или отыскивать такие идеи, сгенерированные другими людьми, и зарабатывать на этом! Вы сможете построить свой интернет-бизнес и стать одним из тех счастливчиков, кого Интернет обеспечивает всем необходимым для жизни. Вместе с нами вы получаете пропуск в мир БОЛЬШИХ денег, успеха и финансовой независимости! Итак, думаю, что сказанного мной более чем достаточно для размышлений и принятия вами решения: хотите ли вы научиться заработку в Сети, хотите ли сделать Интернет неиссякаемым источником своего дохода, а затем – научиться этот доход удваивать каждые год-два, став профессиональным инвестором и долларовым миллионером?!. Если нет и все рассказанное мною вам на этом вебинаре оставило вас равнодушным, прошу простить за напрасно отнятое у вас время. Не тратьте его еще больше, изучая наши материалы, это не для вас. Возвращайтесь к своим привычным делам, и да поможет вам Бог как можно легче пережить грядущий Мировой Финансовый Кризис! Если же да и вы приняли решение обучаться бизнесу и инвестированию вместе с командой проекта «Киберсант-Профессионал», а затем стать одним из нас, стать одним из преуспевающих интернет-предпринимателей – позвольте поздравить вас с самым правильным решением в вашей жизни! Мы искренне надеемся не обмануть ваших ожиданий и сделаем все от нас зависящее, чтобы вы как можно скорее ощутили вкус своих первых интернет-долларов!.. Увы, но вместо такого же успешного релиза и безудержных безумных продаж сразу на восемь миллионов рублей, как это произошло в случае с «Киберсант-Инвестором», данный запуск оказался совершенно провальным. Коробку с комплектом из книг и дисков за все время релиза заказало лишь около ста пятидесяти человек. Выручка составила жалкие миллион восемьсот тысяч, а чистая прибыль (за вычетом затрат на тираж и прочих сопутствующих расходов) и вовсе едва дотягивала до полутора миллионов рублей. Пострелизные же продажи шли еще хуже. Оставшуюся партию «коробок» они сбывали впоследствии почти два года, даже несмотря на то, что постоянно снижали ценник (последние экземпляры вообще ушли по цене лишь в полторы тысячи за штуку). Алексей Николаевич был вынужден признать полный и весьма позорный провал. Только каким-то чудом ему удалось удержаться от того, чтобы уйти в классический запой с полным отключением от реальности и погружением исключительно в процесс пития на две-три недели, а то и дольше. Он понял, что со своими авторскими курсами пришло время завязывать полностью, окончательно и бесповоротно. Барский как автор стал неинтересен. Пересказывать из года в год одно и то же, пусть и с постоянными обновлениями и дополнениями, дальше было невозможно. Осознав это, все свои силы и время теперь онрешил направить на помощь Змееву в развитии его идеи с продюсированием сторонних авторов. К счастью, на этом направлении дела продвигались весьма неплохо. Пусть все развивалось относительно медленно, пусть без фантастических суперприбылей, но зато развитие это было стабильным, устойчивым и перспективным. К концу года профессору удалось сформировать самое настоящее предприятие, с различными отделами, множеством работников и достаточно сложной структурой. Причем сделал он все это практически в одиночку. Помощь Барского заключалась лишь в том, что тот контролировал денежные потоки, отчитывался в налоговую инспекцию, а так же… придумал название для их совместной компании: «Мультимедийное издательство Info-DVD.Ru». Само издательство подразделялось на два основных отдела: «физическую часть предприятия» (то, что находится в реале) и «виртуальную часть предприятия» (то, что расположено и работает непосредственно в Интернете). По большому счету, от «физической части предприятия» можно было бы и вовсе отказаться, переложив данную работу на какой-нибудь сторонний сервис типа «КвикПост» или «Юсенд». И тогда их издательство оказалось бы на сто процентов виртуальным, не потребовались бы ни офис, ни склад, ни работающие в реале сотрудники. Однако поскольку у Змеева не было желания отдавать часть прибыли сторонним сервисам и, напротив, имелось очень горячее желание весь свой бизнес контролировать полностью, лично, «физическую часть предприятия» он предпочел строить и развивать самостоятельно. На самом верху иерархии располагался руководящий состав издательства. Разумеется, это были Барский и Змеев. «Мы с тобой – это “двуглавый орёл”, управляющий всей нашей компанией», – в шутку называл эту конструкцию Алексей Николаевич. «Двуглавый орёл» принимал стратегические решения и нес полную ответственность за последствия этих решений для всего предприятия (в том числе и материальную ответственность). Переводя на военный язык, можно было сказать, что Барский и Змеев – это те, кто всегда правы, чьи решения не обсуждались нижестоящими членами команды и подлежали немедленному исполнению. Ступенькой ниже стоялуправляющий физической частью издательства – наемный сотрудник, приглашенный специально для этой роли. На его плечи полностью ложилось управление всем физическим отделом. По степени важности и по полноте властных полномочий это был «второй человек» после непосредственно «двуглавого орла». Подчинялся управляющий напрямую Змееву, имел фактически неограниченные полномочия в рамках своего «физического отдела», но при этом – совершенно не касался работы «отдела виртуального». Основная его задача заключалась в координации обработки заказов, упаковки, отправки заказов по почте и курьерами. В его же обязанности входило получение наложенных платежей и контроль работы зарубежных представителей издательства. Примерно на этой же ступеньке иерархической пирамиды расположились и киберсант-менеджеры (те самые, с которых Змеев начал в свое время формирование всей команды). Они были ответственны за выпуск новых курсов издательства. Подчинялись киберсант-менеджеры, как и управляющий, только «двуглавому орлу». На конец две тысячи одиннадцатого года в штате оставалось лишь трое менеджеров, но Змеев находился в перманентном поиске новых кандидатур и в идеале планировал довести их количество до семи или даже десяти человек. Также он понимал, что как только эта задача будет реализована, придется выделить среди них лучшего и поставить над остальными в качестве топ-менеджера. Еще на одну ступень ниже находились наемные работники. Если управляющий и киберсант-менеджеры работали за определенный процент от проданных дисков, то «наемники» трудились за классическую зарплату. Наемные работники «виртуального отдела» набирались в штат и работали дистанционно. К ним относились: программист, дизайнер, служба поддержки, помощники, сисадмины, антипират, администратор форума. Наемные работники «физического отдела» подбирались лично управляющим в реале и работали не удаленно, а в обычном физическом офисе. Исключение составляли лишь курьеры и зарубежные представители, которых привлекали к работе и контролировали дистанционно. Помимо курьеров и зарубежных представителей, в состав сотрудников «физического отдела» входили: обработчики заказов, упаковщики, отправщики. Всех их привлекал и контролировал управляющий. В отдельную категорию выделялись партнеры издательства. Это, прежде всего, аффилаты (участники партнерской программы) и, конечно же, авторы. Аффилаты регистрировались в партнерской программе самостоятельно, а вот авторов приходилось целенаправленно искать киберсант-менеджерам. Именно авторы составляли «золотой актив» издательства и были, что говорится, «рабочими лошадками». Если бы не стало авторов, то смело можно было бы разгонять всех остальных сотрудников и закрывать издательство. Дабы переманить у конкурента перспективного автора, очень многие издатели готовы на что угодно, даже на самые грязные и нечестные трюки. Да и сами авторы нередко устраивают своеобразные «межиздательские аукционы». Поэтому Змеев решил попробовать более продуктивный путь, то есть самим «выращивать» творцов бестселлеров. Эта задача возлагалась на киберсант-менеджеров, на плечах которых лежал тяжкий груз сортировки «самотека» и активного поиска авторов своими силами. «Цель киберсант-менеджера, в случае самотека, – любил повторять им Змеев на еженедельных виртуальных планерках в Skype, – не тупо отклонить не понравившееся вам предложение или идею, но в первую очередь попытаться разглядеть в заявке от автора то ценное, вычленив и соответствующим образом доработав которое, можно получить вполне конкурентоспособный инфопродукт. Более того, авторы являются наилучшими вашими помощниками. Именно они подпитывают вас оригинальными идеями для новых обучающих курсов». Сначала робкие и единичные, очень скоро релизы были поставлены буквально на поток, когда за месяц удавалось совершить два, а то и три полноценных запуска. И если изначально в названии каждого нового диска в обязательном порядке присутствовала приставка «киберсант» (Барский так прямо и заявлял: «Зря, что ли, мы товарный знак регистрировали?»), то постепенно от этой традиции стали отходить и название могло носить вполне самостоятельный и независимый характер. Всего за две тысячи одиннадцатый год издательством было выпущено двадцать два полноценных мультимедийных курса на DVD. Это были: «Киберсант-Партнер» (диск о заработке на партнерских программах), «Киберсант-Финансист», «Киберсант-Деньги», «Киберсант-Трейдер» (диски о финансовой грамотности и трейдинге), «Киберсант-Вебмастер» и «Киберсант-Фрилансер» (диски о заработке в Интернете), «Киберсант-Стартап» (о бизнесе в реале), «Киберсант-Блогер», «Киберсант-Автор», «Киберсант-Писатель» (диски для блогеров и копирайтеров), «Киберсант-Оборона», «Киберсант-Пользователь», «Интернет-Серфер» (диски по компьютерной грамотности), «Киберсант-Полиглот» (освоение иностранных языков), «Киберсант-Менеджер» (диск для управленцев), «Киберсант-Оружие» (диск про гражданское оружие самообороны), «Покер-Старт» (система игры в покер), «Универсальный фитнес» (для занятия фитнесом в домашних условиях), «Йога для здоровья», «Йога для похудения», «Здоровая спина», «Здоровое питание» (курсы по ЗОЖ). И если поначалу Барский искренне радовался тому, какими темпами и в каком направлении развивается их издательство, то чем дальше, тем мрачнее и подозрительнее он становился. Тот факт, что сформировал их предприятие, развивал его и управлял практически всеми ключевыми процессами Змеев, самого Барского делало крайне уязвимым. Ведь если изначально их сотрудничество строилось исключительно на его авторских материалах, то теперь Алексей Николаевич оказывался как бы вообще не при делах и был для профессора скорее обузой, а не тем незаменимым и ключевым звеном, без которого весь их совместный бизнес просто рухнул бы. «В самом деле, все сосредоточено в его руках, – частенько размышлял Барский, сидя в мягком кресле-качалке и покуривая кальян, – все основное делает и контролирует именно он. А не кинет ли меня господин профессор в один прекрасный момент, не решит ли отправиться в “свободное плавание”? Если рассуждать строго логически, прагматично, исключительно в рамках коммерции, я ему по большому счету и не нужен уже. Нет сегодня ничего такого, чего Колян не смог бы сделать самостоятельно, без какого-либо моего участия и помощи. Так зачем ему делить прибыль со мной? Не проще ли и не выгодней ли просто избавиться от меня, как от пятого колеса в телеге?..» Мысли эти были навязчивыми и сильно отравляли Алексею Николаевичу жизнь. Чем больше он думал обо всем этом, тем мрачнее, подозрительнее и депрессивнее становился. И, несмотря на то, что сам Змеев вообще не давал никаких поводов подозревать его в узурпации власти над издательством (все было с точностью до наоборот: он постоянно советовался со своим партнером по любым мелочам, никогда не принимал единолично важных решений и вообще всячески подчеркивал значимость Алексея Николаевича), сам Барский продолжал бояться и подозревать его в возможном предательстве. Хотя и предательством-то, уйди Змеев в «свободное плавание», это назвать было бы сложно. Предателем, да и то с большой натяжкой, он мог бы оказаться, если бы выдавил Барского из издательства, переписав и переоформив все на себя. Но что мешает ему просто отделиться, обособиться и воссоздать точно такое же мультимедийное издательство, конкурента «Info-DVD.Ru», но уже самостоятельно и под его единоличным руководством? Да ничего не мешает! А потянет ли Барский управление всей этой махиной в одиночку? Едва ли, ведь создал все это именно профессор, пока сам Алексей Николаевич почивал на лаврах «первого в Рунете киберсанта» и считал себя крутым бизнесменом, а не мелкой предпринимательской сошкой (которой на самом деле он и являлся, если уж подходить к этому вопросу объективно). И вот, в самый разгар его параноидальной депрессии, когда психические силы Алексея Николаевича были практически на нуле, а сам он стремительными шагами приближался к самому настоящему помешательству, произошло то, на что он уже давно перестал надеяться. Нет-нет, он не проскользнул в очередной раз через вторые врата сновидения и Лайт не вышел с ним на связь. Этого не могло произойти в принципе при нынешнем-то его энергетическом потенциале. С осознанными сновидениями у него все последние годы дела вообще обстояли довольно вяло. Во-первых, случались они теперь крайне редко, два-три раза в месяц, а не в неделю, как это было (…до отсечки… ) раньше. А во-вторых, ничего особенного эти осознанные сновидения собой не представляли, являясь банальным ментальным моделированием, а не полноценными выходами в потустороннее, неизведанное, в иные измерения, тонкие миры или как там это ни назови. Вместо Лайта на связь с ним вышел… Тагес! И не через осознанное сновидение, не в виде эфирного дубля, а в самом что ни на есть прямом смысле – в нашем реальном мире. Пусть и не вживую, а через Интернет. Этим вечером Алексей Николаевич, как обычно, сидел в своем любимом кресле-качалке, посасывая кальян и гоняя в голове мысли о Змееве, предательстве, возможном крахе бизнеса и прочих ужасных вещах. В комнате царил полумрак, вместо электричества источником света служил трехсвечный канделябр. Тени метались по потолку и стенам, отчего казалось, что предметы в помещении шевелятся или дышат. Он глубоко затягивался, выпускал дымные колечки, пытаясь пропустить их одно через другое, но из-за легкого сквозняка (форточки в кабинете и зале были открыты) кольца разваливались, натыкались друг на друга, и ничего у Алексея Николаевича не получалось. Негромко играла приятная джазовая музыка, Бен Уэбстер выдавал на своем саксофоне неповторимые романтические вибрато. Словом, обстановка была приятной и расслабляющей, дискомфорт доставляли исключительно вертящиеся в голове назойливые деструктивные мысли. Ближе к полуночи из кабинета раздался негромкий, но отчетливо различимый звук входящего вызова Skype. Барский не реагировал, так как плановых созвонов на это время у него ни с кем не было назначено, а вставать из-за звонка от черт его знает кого ему было банально лень. Покурлыкав пятнадцать секунд, звонок оборвался. Алексей Николаевич глубоко затянулся и уже собирался выпустить очередное колечко, когда Skype принялся вызывать его вновь. Пятнадцать секунд переливчатых трелей, и снова пауза. «Я не отвечаю, вот Skype сам и обрывает звонок», – сообразил он. Майкрософтовский видеомессенджер стоял у него только на центральном компьютере. На два других ПК, как и на айфон с айпадом, Барский эту программулину не ставил умышленно. Небольшой перерыв, затем очередная попытка дозвона. Очевидно, на другом конце оптоволоконного кабеля сдаваться не собирались и перенабирали вызов снова и снова. Минут пять Алексей Николаевич пытался игнорировать электронные трели, но затем не выдержал, вскочил и, матерясь, кинулся в кабинет. Еще с порога он отметил, что в окне программы отображается целая колонка пропущенных звонков. Двенадцать-тринадцать как минимум. Подошел, плюхнулся в рабочее кресло и уставился на экран. В то же мгновение Skype заверещал снова. От неожиданности Барский вздрогнул. Ругнулся «бл***ю», прищурился, всматриваясь в черную полоску в верхней части мессенджера. Возле кружочка с аватаркой вызывающего его абонента, на которой были изображены какие-то фосфоресцирующие грибы, он прочитал имя: Alexander Tages. Дыхание у него перехватило, сердце на мгновение замерло, а затем учащенно заколотилось. Алексей Николаевич зажмурился, открыл глаза и помотал головой. Нет, все верно, входящий звонок от Александра Тагеса. Он быстро взглянул на свои руки, затем осмотрелся вокруг, прислушался к внутренним ощущениям. Нет, на сон не похоже. Ни на осознанный, ни на обычный. Получается, Тагес сам ему позвонил? В реале! Несколько лет полностью игнорировал его, а теперь вдруг взял и позвонилсам ?!. Очнувшись, Барский судорожно схватил мышку и буквально за секунду до очередного сброса вызова молниеносно навел курсор на зеленый кружочек с изображением видеокамеры и кликнул по нему. После короткой паузы соединение установилось, и на экране действительно возникло лицо Тагеса. Хитрое, улыбающееся, лицо то ли авантюриста, то ли охотника за сокровищами. Точно такое же, каким он запомнил его там, в парке, в далеком две тысячи восьмом году. С той лишь разницей, пожалуй, что теперь глаза его не излучали свет, как у терминатора, а были обычными глазами обычного посюстороннего человека. – Дратути, Алексей Николаевич, – донесся из компьютера насмешливый голос. – Может, камеру повернете к себе, а то глупо как-то получается, вы меня видите, а я вместо вас вижу лишь заднюю стенку вашего компьютера. Барский вскочил и принялся разворачивать установленную на самом верху монитора веб-камеру объективом к себе. Он действительно отворачивал ее после каждого сеанса видеосвязи, опасаясь, что кто-нибудь может подключиться к его системе и втихаря наблюдать за всем тем, что он тут делает. – Вот, совсем другое дело! – радостно отреагировали по ту сторону монитора. – Доброго вам вечера. Что ж это вы так упорно не желаете отвечать на мои звонки? То, помнится, всеми силами пытались до меня достучаться и через ICQ, и через почту, и даже через личные кабинеты форумов, на которых мы когда-то так жарко спорили и дискутировали, а то не реагируете, даже когда я сам объявился. – Так мы на «ты» или на «вы»?.. – спросил Барский, пытаясь собраться с мыслями. – В переписках наших через Интернет давно уже были на «ты». При встрече лицом к лицу, там, в парке, перешли почему-то на «вы». А сейчас даже и не знаю, как лучше. С одной стороны, мы снова разговариваем «face to face», но с другой, общаемся через Интернет. Предлагаю все же вернуться к нашему давнему обращению на «ты». Не люблю официоза… Каким-то шестым чувством Барский ощущал, что Тагес сейчас умышленно несет всю эту многословную чепуху, давая ему время на то, чтобы он пришел в себя, успокоился и перестал нервничать. Осознание этого подействовало успокаивающее. Он поудобнее уселся в кресле, улыбнулся и уже почти полностью спокойным, ровным голосом ответил: – Да-да, я тоже за то, чтобы общаться по-дружески. Можете…можешь начинать мне «тыкать», обещаю отплатить той же монетой. – Ну, вот и отлично, – произнес Тагес. – Вижу, друг, у тебя в очередной раз возникли проблемы. Депрессия на пустом месте, практически полная остановка работы с осознанным сновидением, энергетический потенциал на нуле… – И ты именно поэтому решил позвонить мне? – саркастично поинтересовался Алексей Николаевич. – Будешь учить жизни, делиться энергией? – Поверь, если бы все зависело только от меня, тебе пришлось бы ждать моего звонка еще несколько лет. До тех пор, пока тебя реально не прижало бы. Пока ты не лишился бы своего бизнеса, пока снова не начал бы бухать по-черному, пока (…чем чёрт не шутит, пока Бог спит… ) опять не пропил бы свою квартиру. И вот только тогда, когда ты сам был бы готов к тому, чтобы что-то менять в своей жизни, когда был бы приперт к стенке жизненными трудностями, только тогда, не раньше, я протянул бы тебе руку помощи. Но, увы, в данной ситуации за тебя попросили. – Кто попросил? Лайт?! – А «Лайт» – это у нас кто? – осторожно поинтересовался Тагес, на мгновение завис и, поняв самостоятельно, о ком идет речь, сам же себе и ответил: – А-а, речь о твоем «высшем Я», о «высшем Барском ». Нет, не он. Точнее, он, но просил не меня. Он обратился к моему собственному «высшему Я», а уже оно, в свою очередь, подтолкнуло меня к этому странному поступку. – Почему странному? – Да потому, что лично тебя пока все и так устраивает. Ты предпочитаешь жалеть себя, упиваясь этим процессом, предпочитаешь страдать от несуществующих, тобою же выдуманных «проблем». И совершенно не намерен выходить из той «зоны комфорта», в которой пребываешь все последнее время. Не стремишься двигаться дальше в своем развитии. – А почему я должен выходить из зоны комфорта? – зло и совершенно неожиданно для себя огрызнулся Алексей Николаевич. – Кто решил, что пребывать в зоне комфорта – это плохо и что нужно искусственно устраивать себе всевозможные трудности, лишь бы жизнь медом не казалась?! Он почувствовал, как в душе у него начинает закипать возмущение. Да, он помнил, что Лайт говорил, будто между ним и Тагесом установлена какая-то мистическая «астральная связь», что если бы не Тагес и его личная энергия, которой тот с ним время от времени делился, своими собственными силами Барский никогда бы не смог выйти на контакт с Лайтом. Более того, он прекрасно отдавал себе отчет и в том, что сам же в течение последних трех лет страстно желал этого нового диалога с Александром. Но вместе с тем насмешливо-ироничный тон Тагеса, его грубая прямолинейность и открытая демонстрация своего превосходства невероятно выбешивали и раздражали. – Алексей, не нужно так злиться, – уже совсем другим, более миролюбивым и не столь заносчивым тоном произнес Тагес, по всей видимости, уловивший происходящие в душе Барского процессы. – Я же не говорю тебе ничего плохого или неприятного. Полагаю, если бы мы общались текстом, как до этого почти всегда и было, а не голосом, этого недопонимания между нами в принципе не возникло бы. Дело в том, что,произнося фразу «зона комфорта», я подразумевал, что заключил ее в кавычки. Согласись, ну разве можно на полном серьезе назвать «зоной комфорта» то психическое состояние, в котором ты сейчас находишься?! Барский согласно кивнул, чувствуя, как внутренне он начинает успокаиваться и оттаивать. – Реальная зона комфорта – это состояние, в котором ты чувствуешь себя расслабленно и уверенно, – ровным голосом продолжал Тагес. – Это состояние психологического покоя и защищенности, когда тебе не нужно что-либо доказывать окружающим людям, не нужно бороться с трудностями и мучительно преодолевать непредвиденные сложности. Собственно, к такому состоянию стремится любой нормальный человек, и в этом нет совершено ничего плохого. Именно так и нужно скользить по жизни: легко, свободно, все время находясь на позитиве, с пониманием, радостью и азартом преодолевая любые возникающие на твоем пути препятствия. Алексей Николаевич принялся неистово кивать. – Под «зоной комфорта», в кавычках, я подразумевал совсем иное, а именно: застой и безысходность, – как можно мягче произнес Тагес. – По крайней мере, именно так меня проинформировали о твоем нынешнем состоянии… Он ткнул указательным пальцем вверх, показывая то ли на небо, то ли на потолок своей странной комнаты, больше похожей на кабинет Фауста или келью средневекового книжника, чем на жилище современного человека. – В таком случае, почему же ты сам «ждал бы еще несколько лет», а не протянул бы мне руку помощи немедленно, если и сам признаёшь, что я попал в полосу застоя и безысходности? – попытался поймать его на противоречии Алексей Николаевич. – Да именно потому, что это мнимая безысходность, понимаешь? Мнимая! – рассмеялся Тагес. – Объективно для твоей хандры нет ровным счетом никаких причин. Во всяком случае, я почувствовал именно это, когда ты ответил на мой звонок и я, увидев тебя, смог просканировать твое энергетическое поле. – Вот как?.. – пробормотал Барский, хотел ввернуть какую-нибудь колкость или съязвить, но вовремя сдержался. – Хорошо, не будем играть в экстрасенсов. Просто расскажи сам, что тебя сейчас так угнетает. От этого и будем плясать. Я настроен на продуктивный для нас обоих диалог, а вовсе не намерен затевать какое-либо противостояние между нами. Поверь, Алексей, моя единственная задача сейчас – это помочь тебе как можно быстрее нарастить твой энергетический потенциал, чтобы ты вновь смог самостоятельно выходить на контакт со своим «высшим Я». Кроме того, в не столь отдаленной перспективе нам с тобой предстоит объединиться длясовместной работы в осознанном сновидении, а без обретения тобой нужного энергетического потенциала это в принципе невозможно. Итак, я слушаю. Расскажи сам, что сейчас с тобой не так? Почему ты не накапливаешь, а впустую растрачиваешь свою личную энергию?.. В первое мгновение Алексей Николаевич растерялся. Он ждал от Тагеса экстрасенсорики, демонстрации силы, чтения мыслей, ясновидения или чего-то подобного, но совершенно не ожидал, что говорить придется ему самому, тем более на такую скользкую и сугубо личную тему. Тем не менее он достаточно быстро взял себя в руки и произнес: – Я боюсь потерять свой бизнес. Мне кажется, что в руках моего компаньона сейчас сосредоточено слишком много власти. Если раньше наше совместное предприятие опиралось в основном на меня, на мои идеи и разработки, на мои собственные авторские курсы, то сегодня моя роль в нашем издательстве сведена к минимуму. Всем управляет Змеев. Он в одиночку смог организовать принципиально новое направление деятельности: продюсирование сторонних авторов. Он активно развивает это направление, по сути дела оттянув на себя часть изначально принадлежащих мне функций: руководство сотрудниками, переговоры с контрагентами, стратегическое планирование. Моя роль во всех этих процессах сейчас сведена к минимуму. По сути дела, единственное, что я сам еще делаю в нашем издательстве, так это управляю денежными потоками и взаимодействую с налоговиками. Всё! Естественно, я начинаю опасаться, что очень скоро профессор либо захватит контроль еще и над денежными потоками, после чего выпнет меня из издательства, либо же что он бросит меня, открыв свое собственное новое издательство, переманив туда всех наших сотрудников и партнеров. – То есть ты самоустранился от активной деятельности, уселся своему бизнес-партнеру на шею, свесил ножки и, пока он безропотно тащит тебя на себе, ты размышляешь на тему, а не надоест ли это ему в один прекрасный момент и не сбросит ли он тебя со своих плеч на землю? – в своей прямолинейной и безапелляционной манере уточнил Тагес. – Нет!.. То есть да… в какой-то мере, так и получается, конечно… – сбивчиво залопотал Барский. – Дело не в этом. Дело в том, что все эти страхи ужасно отравляют мне жизнь, а думать ни о чем другом я уже просто не в состоянии! – Погоди, погоди… – Александр уставился на него с удивлением. – Предпринимал ли твой партнер какие-либо конкретные и целенаправленные шаги по отстранению тебя от управления вашим издательством? – Нет… – С его стороны были намеки или прямые заявления о том, что он хочет отделиться и вести этот бизнес самостоятельно, единолично? – Нет. – Выражал ли он свое недовольство сложившейся ситуацией? Предъявлял ли тебе какие-нибудь претензии, выдвигал ли обвинения в том, что ты филонишь? Жаловался ли он на то, что ему все приходится делать в одиночку, без помощи и поддержки с твоей стороны? – Нет! Пока нет, но… – Получается, что все твои страхи – не более чем фантазии и выдумки?! – перебил его Тагес. – С одной стороны, ты действительно забил на работу болт, а с другой, предвидя в более или менее отдаленной перспективе вполне логичные последствия этого разгильдяйства, принялсязаранее жалеть себя и оплакивать свою «горькую участь»? И это при том, что сам твой компаньон ни разу еще не высказал тебе слов недовольства. – Да уж. Получается, все обстоит именно так… – растерянно пробормотал Барский. – Но как бы там ни было, страх потерять бизнес у меня есть. Он полностью меня дестабилизирует, и я никак не могу от него избавиться! Что же делать?.. – Да ничего не делать, – рассмеялся Тагес. – Вернее, именноделать как раз и надо. Нужно просто успокоиться, включиться в работу и простоделать свое дело. Все, что от тебя требуется в сложившейся ситуации, это взяться за ум, перестать гонять балду и по максимуму включиться в работу. Словом, сделать все так, чтобы твой профессор действительно увидел в тебе незаменимого помощника, а в идеале – лидера и вожака. Делов-то! – Так просто? – На лице Алексея Николаевича повисла глупая улыбка. – Жизнь вообще простая штука, если только ее целенаправленно не усложнять. – Но как же сам страх потерять бизнес? Навязчивый страх, болезненный, параноидальный… – И снова ответ уже заключен в самом твоем вопросе: если этот страх болезненный, то его, как любую болезнь, нужно лечить! – рассмеялся Тагес. – Вообще, страх – это базовая человеческая эмоция, отражающая в сознании индивида конкретную угрозу для его жизни и благополучия. Страх основан на инстинкте самосохранения и имеет социально и биологически обусловленный защитный характер. Все это так! Проблема лишь в том, что у современного человека подавляющее большинство его страхов оказываются неоправданно гиперболизированными и в большинстве случаев иррациональными. В самом деле, ну вот, допустим, боишься ты сдавать экзамен по вождению для получения водительских прав. Тебя трясет, пропадают аппетит и сон, ты начинаешь терять в весе, нервничаешь, срываешься на близких и портишь отношения с друзьями. Но разве все это хоть как-то способствует успешной сдаче экзамена? Разумеется нет! Тогда для чего все это? Зачем?!. – Так в том-то и беда, что все эти психические процессы никоим образом не зависят от нас, от нашего сознания и воли, – горячо возразил Алексей Николаевич. – Мы не в силах контролировать их и не можем влиять на них! – Ничего подобного, можем! – сказал как отрезал Тагес. – Причем весьма эффективно и относительно просто. Нужно лишь для начала осознать саму проблему (наличие таких страхов) и захотеть ее решить, затем – идентифицировать эти страхи (составить «поименный список» своих фобий), после чего – приступить к планомерному всестороннему избавлению от этих ментальных паразитов. А поскольку паразиты ментальные, то и работать нужно именно с мыслью, со своим разумом, с идеями и установками в своей голове. – Как это работать? – не понял Барский. – Самое простое, попробуй порассуждать логически. Лично для меня в большинстве случаев этого оказывается более чем достаточно. Допустим, тебе предстоит поход к стоматологу, так как у тебя выпала пломба и разболелся зуб. Можешь ты избежать этого похода? Конечно же нет! Чем дольше ты будешь оттягивать поход к врачу, тем хуже будет ситуация, тем дороже и сложнее обойдется лечение. Поход в зубную клинику неизбежен, а раз так, то бессмысленно и переживать по этому поводу. Раз невозможно избежать предстоящего события, то и переживания на его счет – это абсолютная чушь. – Но в моем-то случае избежать потери бизнеса можно, – радостно возразил Алексей Николаевич. – Вот именно! – разразился хохотом Тагес. – А раз можно, то ноги в руки и вперед – исправлять ситуацию, работать. Переживать же в любом случае – это несусветная глупость! Просто построй у себя в голове простейшую логическую цепочку. «Оттого, что япереживаю о возможной потере бизнеса, ситуация может измениться к лучшему?» Ответ однозначный: «Нет!» Переживаниями делу не поможешь никак. Следующий вопрос: «А хуже мне стать от этих переживаний может?» Ответ: «Да, может». Тебе вот ужестало хуже. Из всего этого следует очевидный и единственный вывод: «Если хуже тебе от переживаний стать может, а лучше от них не будет совершенно точно и ни при каком раскладе, то и смысла в этих пустых переживаниях нет ровным счетом никакого!» На некоторое время сознание у Алексея Николаевича вдруг прояснилось. Он действительно осознал, что все это время просто накручивал себя, как говорится, на ровном месте. Никаких предпосылок для подозрений в том, что он собирается отправиться в «свободное плавание», Змеев ему не давал. Барский сам смоделировал в своей голове этот сценарий, испугался его и начал паниковать. Да, в распределении их обязанностей произошел некоторый перекос. Взяв на себя больше обязанностей, больше работая, Змеев автоматически становился лидером в их тандеме. Но ведь этому поспособствовал сам Барский. Всего-то и нужно – снова вернуться к активной работе, брать на себя больше обязанностей и вносить в общее дело столько же, сколько профессор, а желательно, даже чуть больше. Впрочем, уже в следующую минуту деструктивные чувства снова перехватили бразды правления у разума, подчиняя его себе, сознание затуманилось, и Алексей Николаевич впал в прежнее депрессивное состояние. – Ага, то есть я опять должен вкалывать как проклятый с утра до вечера, – произнес он с мрачной физиономией, – снова должен отказаться от всего в жизни, кроме этой чертовой работы, кроме бизнеса. И какой тогда был смысл принимать в компаньоны Змеева? Помнится, напрашиваясь в напарники, он апеллировал именно к тому, что благодаря нашему партнерству у меня появится свободное время, что он взвалит на себя часть моих забот и хлопот. Что я снова смогу читать книги, писать, развиваться духовно… – Ну и как, – перебил его Тагес, – много ты прочитал за последний год? Много написал? Про духовное развитие даже не спрашиваю! Я здесь, собственно, именно по этой причине. По причине твоего «духовного развития», а точнее, полной стагнации в этой сфере. «А ведь действительно, – с грустью подумал Алексей Николаевич, – за то время, что мы работаем вместе с Коляном, все возникающее у меня свободное время я трачу на что угодно, только не на творчество и саморазвитие. Я без конца смотрю какие-то идиотские сериалы по ящику, вместо того чтобы читать книги. Я часами зависаю в этом адском новом изобретении, социальных сетях, срусь там с кем-нибудь в комментариях, а вовсе не пишу новые книги. Я банальноубиваю это самое «свободное время», вместо того чтобы расходовать его с пользой. Поразительно! Тагес и это сразу же подметил и озвучил, хотя не знает обо мне почти ничего. Или знает?..» – Ты прав, – вынужден был признать он, – до донхуановской безупречности, о которой писал Кастанеда, мне как до луны пешком. Впрочем, если уж говорить совсем начистоту, я не до конца понимаю, что под этой «безупречностью» подразумевали дон Хуан и Кастанеда. – О, это очень обширная тема! – воскликнул Тагес. – Если начнем ее сейчас подробно обсуждать, боюсь, нам и суток не хватит. Но если очень коротко, то кастанедианская «безупречность» – это особое психофизическое состояние, характеризующееся отсутствием чувства собственной важности и чувства жалости к себе. В практическом плане безупречность – это всего лишь правильное перераспределение личной энергии во всех аспектах твоей повседневной жизни. Простой пример: тебя зацепил пост в социальной сети, ты пришел в ярость и начал строчить комменты. На твои комментарии начали отвечать, но, вместо слов поддержки, тебя откровенно троллят и выводят из себя. Пошел срач на сто страниц. Огромное количество времении энергии израсходованы совершенно впустую! Что значило бы поступить в этой ситуации безупречно? Вовремя отловить в себе импульс раздражения, мягко погасить его, осознав, что это проявление гордыни, и просто не писать свой первый комментарий, просто не начинать перепалку. И поступать так нужно на протяжении всего своего дня. Не только в Сети, но прежде всего в реале. Даже в мелочах. – Так просто?! – удивлено воскликнул Барский. – На словах все просто. Но вот на практике… – Александр хитро прищурился. – Дело в том, что у взрослого человека вся его личная энергия, которой он обладает, на каждый данный момент времениполностью распределена. Вся без остатка! То, на что она тратится, определяется образом жизни человека, его склонностями и привычками. И нет ничего удивительного, когда кто-то пытается реализовать себя в новом деле, овладеть новыми навыками, но у него ничего не получается. Все очень просто – энергия, необходимая для нового дела, у такого человека отсутствует. А появиться она может только за счет перераспределения энергии, расходуемой в настоящий момент на что-то другое. К сожалению, об «эфирной», энергетической стороне человеческого существа большинство людей вообще ничего не знают, а потому не могут управлять потоками своей собственной силы, львиная доля которой расходуется на вещи совершенно бесполезные, бессмысленные, а зачастую и вредные. – Помню-помню! – радостно воскликнул Алексей Николаевич. – «Не важно, с каким количеством энергии вы родились, важно то, на что ваша энергия расходуется в настоящем! » Читал это в твоем «Омикроне». И про «четыре Великие преграды», стоящие на пути к Совершенству, и про «трех врагов» помню. Очень крутая и эффективная, надо заметить, техника. – Только на практике ты ее почему-то не применяешь, – грустно усмехнулся Тагес. – Что делать, слаб человек… – Барский пожал плечами, задумался и добавил: – Вот только снова вкалывать на износ, по восемнадцать часов в сутки, без выходных и отпусков, как это было в самом начале моего предпринимательства, мне почему-то не хочется. Метание из крайности в крайность какое-то получается. То пашешь как проклятый, то ничего не делаешь и гоняешь балду. Затем снова пашешь без продыху. Ведь именно это ты мне сейчас предлагаешь, чтобы задобрить Змеева. Было видно, что Тагес едва сдерживается, чтобы не взорваться и не начать орать на своего оппонента. Однако вместо этого, он глубоко вдохнул, выдохнул («старается быть безупречным!» – с восхищением подумал Барский) и совершенно спокойным голосом произнес: – Не нужно никаких крайностей. Важно просто следовать «срединному пути», соблюдая баланс между работой и отдыхом, между аскетизмом и гедонизмом. – Срединный путь? – переспросил Алексей Николаевич. – Это же что-то из буддизма, верно? – Не только из буддизма. Этот принцип используется в большинстве философских, религиозных и эзотерических учений как Востока, так и Запада. В Древней Греции его именовали умеренностью, а умеренность (наряду с мудростью, справедливостью и мужеством) считалась у греков и римлян одной из четырех величайших добродетелей. В Древнем Китае одним из значений «Дао» была тоже умеренность. «Дао» – это гармония и совершенство. Для того чтобы человеку стать уравновешенным, ему необходимо следовать «Дао», то есть гармонично сочетать в себе как «Инь», так и «Ян». В Каббале, древнееврейском эзотерическом учении, основанном на толковании «Пятикнижия», данная идея выражается через систему, называемую «три столпа». Первый столп, «столп Милосердия», символизирует активное мужское начало. Второй, «столп Жесткости», выражает пассивное женское начало. Между ними располагается «столп Умеренности». Если при достижении какой-либо цели каббалист терпит поражение, он смотрит, где именно было утрачено равновесие. Если перевес пришелся в сторону «столпа Милосердия», для установления баланса он может добавить некоторые характеристики с противоположной стороны, то есть со стороны «столпа Жесткости». И наоборот. Таким образом, он неизменно приходит к «столпу Умеренности», то есть к равновесию, все к тому же «срединному пути»… Тагес не договорил. Совершенно неожиданно раздался нарастающий то ли рык, то ли рев, переходящий в какой-то совсем уже душераздирающий вопль. Из-за спинки кресла, в котором сидел Александр, показалась мохнатая черная морда с горящими янтарными глазами. Жуткая, нечеловеческая морда! Может быть, черта, а может быть, какого-то демона. Протянулась мохнатая черная же лапища и несколько раз, быстро-быстро, ударила Тагеса прямо по макушке. Алексей Николаевич оцепенел. Он не мог понять, что происходит. «Я все-таки в сновидении?!.» – промелькнула у него в голове мысль. – Мать твою, Кася! – недовольно поморщившись, но в целом весьма спокойно и без какого-либо испуга, воскликнул Тагес. Барский помотал головой, сильно зажмурил и снова открыл глаза. На спинке кресла его собеседника сидела огромная черная кошка и с недовольным видом смотрела на своего хозяина. – Я извиняюсь за это невоспитанное дикое существо, – виновато пробормотал Александр. – Оно хочет есть, а когда оно голодно, то начинает вести себя крайне агрессивно и нагло. И, повернувшись к своему питомцу, добавил: – Сейчас, Кася, мы уже заканчиваем. Сейчас я тебя покормлю. Иди пока к своим мискам. Я скоро… Кошка изогнула спину, недовольно мявкнула, но действительно спрыгнула с кресла и растворилась в темноте комнаты. Словно бы поняла, что ей было сказано. Не в силах более сдерживаться, Алексей Николаевич расхохотался. – Ну что же, видимо, пришло время прощаться, – улыбнулся и Тагес. – Надеюсь, я сегодня не напрасно потратил свой вечер на эту скайп-конференцию. Если что, будем, как говорят у вас в Интернете, на связи… Он хотел еще что-то добавить, но из глубины комнаты раздался еще один протяжный истошный кошачий мяв, Александр виновато развел руками и поднялся из кресла. Skype тренькнул, изображение потухло. Тагес вышел из видеочата. – И вам не хворать, – с улыбкой пробормотал Алексей Николаевич пустому экрану. – Это хорошо, что мы теперь будем на связи. Это очень, очень замечательно!.. Всю следующую после этого разговора неделю Барский испытывал невероятный душевный подъем. Он не мог понять, это происходило непосредственно из-за их беседы или же потому, что Тагес в очередной раз влил в него (…эфирный кибердонор, блин!.. ) изрядную порцию своей личной энергии. В любом случае, от его затянувшейся депрессии не осталось и следа. Бесследно исчезли и мучавшие его сомнения, страхи. Вместо всего этого теперь он испытывал невероятный оптимизм, уверенность в будущем и мощный прилив сил. Змеева он больше не подозревал в подготовке к бунту или перевороту, хотя и понимал, что сложившаяся ситуация является явно нездоровой и, если только он не хочет этого переворота в будущем, ее необходимо как можно скорее изменить. Теперь Алексей Николаевич присутствовал на всех веб-конференциях и совещаниях, которые Змеев удаленно проводил с киберсант-менеджерами и прочими сотрудниками. Причем не просто присутствовал, а старался проявлять максимальную активность: сыпал советами направо и налево, генерировал сотни новых идей, спорил, раздавал указания и даже ругался. Поначалу Николай Петрович воспринял эту неожиданную гиперактивность своего компаньона даже с радостью. Но чем дальше, тем все меньше и меньше ему это нравилось. Вместо реальной помощи в управлении коллективом Барский откровенно мешал, привнося в рутинный рабочий процесс ненужную суету и смуту. Подчиненные банально перестали понимать, кого из двух боссов им нужно слушать в первую очередь и какая из голов этого «двуглавого орла» главная. Особенно когда эти головы противоречили друг другу и начинали спорить прямо на глазах у подчиненных. К счастью, Алексей Николаевич вовремя осознал, что направляет свою энергию совсем не туда, куда следует, и что вреда от его бурной деятельности оказывается больше, чем пользы. В итоге он сам вызвал Змеева на откровенный разговор, поведав ему обо всем, что с ним творилось в последние месяцы. Прямо и без обиняков рассказал о возникших у него страхах и подозрениях, о своей депрессии, о неожиданном звонке Тагеса и их мистическом, но вместе с тем весьма продуктивном диалоге, следствием которого и явился этот его «взрыв бурной деятельности». – Ну вот, Коля, – закончил он свою исповедь, – теперь я раскрыл перед тобой все свои карты. Извини меня за эти бредовейшие подозрения, сам не знаю, что на меня накатило. Просто приступ паранойи какой-то был, не иначе. Давай вместе подумаем, что теперь делать и как выстраивать наши дальнейшие отношения, чтобы каждый из нас приносил максимальную пользу издательству, не перетягивая при этом на себя одеяло и не мешая друг другу в работе. Какое-то время Змеев молчал, ошарашенный свалившейся на него информацией. Они сидели дома у Барского, перед электрическим камином, имитирующим реальное горение. Камин был ирландским, с очень реалистичным пламенем и эффектом разлетающихся искр. Звуки «горения» ничем не отличались от настоящих звуков пылающих поленьев. В комнате царил полумрак. Оба смотрели в «огонь». – Да уж, умеешь ты удивить, – произнес наконец Николай Петрович. – И как только тебе вообще могло в голову прийти, что я сплю и вижу, как бы тебя выдавить из издательства? Или что намереваюсь отправиться в «свободное плавание», да еще и уведя с собой всю команду?! Ладно, хоть ума хватило не натворить глупостей и честно мне все сейчас рассказать. Барский только виновато развел руками. – Но поверь, – сказал он, – вклинившись в твои планерки с работниками и киберсант-менеджерами, я действительно хотел помочь тебе. Не самоутверждался и не пытался перехватить рычаги управления, а именно старался продемонстрировать свою полезность для общего дела. – Над каждым работником должен стоять только один непосредственный начальник, – назидательно изрек Змеев. – Когда их несколько, люди перестают понимать, кого из них слушаться, который из двух главнее. – Да понял я уже это, понял! Давай лучше подумаем, как теперь исправлять ситуацию. Помолчали еще немного. – Слушай! – встрепенулся вдруг профессор. – А помнишь, что ты писал в своих обучающих курсах по электронной коммерции об «императоре» и «сером кардинале»? На меня тогда твой текст произвел сильнейшее впечатление, так как это было именно твоей личной находкой. Ни в одном учебнике по бизнесу я этого никогда раньше не встречал! – Конечно помню, – ответил Барский, не совсем еще понимая, к чему тот клонит. – «Император» – это прежде всего личность публичная и яркая, лидер. Он всегда должен быть на виду, задавая собственным примером модель поведения для всех своих подчиненных. «Император» никогда не ноет и ни на что не жалуется. Он жесток не только по отношению к своим подчиненным, но в первую очередь к себе самому. В нем горит неугасимый огонь созидания, которым он зажигает других людей, увлекая их за собой. Именно эти качества наделяют такого человека той неповторимой харизмой, которая и делает его хорошим публичным руководителем. Змеев внимательно слушал, согласно при этом кивая. – «Серый кардинал», – продолжил свой спич Алексей Николаевич, – воистину знаток человеческих душ и хороший психолог. Это тонкий стратег, обладающий реальными рычагами воздействия на окружающих, но всегда остающийся в тени и не стремящийся афишировать свои возможности, достижения, успехи и победы. Такой человек не очень годится на роль публичного лидера, но из него получается великолепный советник, эксперт, дипломат. При этом он трепетно относится ко всем своим подчиненным, опекая их и заботясь о них. – Замечательно! Слов нет, как все точно подмечено! – воскликнул профессор. Выдержал небольшую паузу и спросил: – А теперь скажи, только предельно честно, какая из этих двух ролей лично тебе ближе. Кем ты являешься или кем хотел бы являться, «императором» или «серым кардиналом»? Барский задумался, возведя глаза к потолку и после недолгой заминки, уверенно и твердо сказал: – «Серым кардиналом». Не люблю я публичность, а от прямого общения с людьми у меня начинает болеть голова. Особенно когда приходится кого-то журить или кому-то в чем-то отказывать. – Супер! – Змеев хлопнул в ладоши и потер их одна о другую. – Вообще, в классическом бизнесе практически никогда не бывает двух лидеров в рамках одной фирмы. Даже если два друга начинают совместный бизнес, обязательно потом происходит разделение: либо кто-то один признает себя «первым», а другой соглашается быть «вторым», либо же друзья-партнеры ссорятся и разбегаются. И каждый становится единоличным лидером своего собственного, индивидуального бизнеса. То самое, на тему чего ты и параноил. Как видишь, вовсе не безосновательно. – А причем здесь мои «император» и «серый кардинал»? – Да при том, что очень часто совместный бизнес начинают строить два «императора», что и приводит к постоянным конфликтам и быстрому расставанию. Крайне редко совместный бизнес могут начать два «серых кардинала». Такой бизнес более устойчив, чем бизнес с двумя «императорами» во главе, но его развитие может оказаться медленным и вялотекущим. И это невероятная удача, если совместный бизнес организовывают именно «император» и «серый кардинал». В случае позитивно проработанных личностей (с психологической точки зрения) такой бизнес оказывается и очень устойчивым, и в то же время достаточно динамично развивающимся! – Ага, – начал понимать Барский, – то есть себя ты относишь к категории «императоров», верно? – Именно так! Причем, заметь, право идентифицировать себя первым я предоставил тебе. И ты сам обозначил себя как «серого кардинала». – Да я и не спорю с этим, – улыбнулся Алексей Николаевич, – и ничего не имею против. Более того, готов даже сейчас официально закрепить за тобой и за мной соответствующие роли. Напомню только, что все в том же моем учебнике по электронной коммерции я писал, что «серый кардинал» не должен пытаться занять место «императора», не должен давить на него и требовать безоговорочного подчинения себе. В свою очередь и «император» не должен забывать, что он не выше и не главнее «серого кардинала», что в фирме официально, для всех окружающих, он «главный», но при этом объективно ни на йоту не главнее своего основного стратегического партнера, «серого кардинала». – Именно так! Полное равноправие! – подтвердил Змеев и добавил: – Задача «императора» – быть активным и постараться стать явным лидером для всех членов команды (наемных сотрудников, помощников, партнеров, фрилансеров). Задача «серого кардинала» – оставаться в тени и наблюдать за совместным бизнесом как бы чуточку со стороны, видя именно стратегическую, магистральную его линию. Вовремя замечать угрозы и опасности, своевременно видеть новые перспективы и шансы, а видя и замечая все это, в аккуратной и неагрессивной манере доводить данные идеи до сознания «императора». Задача «императора» – задавать бизнесу драйв, наполнять его энергией, своей волей приводить в движение все колесики нашей бизнес-системы! Задача «серого кардинала» – следить за развитием бизнеса, вовремя замечать опасности, ловушки и обходить их. Своевременно замечать перспективные тенденции и реализовывать их раньше конкурентов! – «Император» – это воля и сила! – пафосно изрек Барский. – «Серый кардинал» – это мудрость и опыт! Когда они работают совместно, они в сотню раз сильнее, чем если бы каждый работал поодиночке. Пока каждый из двух партнеров будет понимать это и занимать именно свое место в тандеме, пока никто из этих двоих не будет пытаться подмять или подчинить себе другого, вместе они – непобедимы! – Отлично! Теперь ты понимаешь, что весь дисбаланс в управлении издательством у нас пошел именно из-за того, что мы оба напялили маски «императоров» и на коллективных созвонах, на планерках и совещаниях, оба пытались играть одну и ту же роль? Роль «императора»! В итоге в глазах наших подчиненных у нас даже не дуумвират получился, а какая-то свара, какая-то дебильная «борьба за престол». Барский согласно кивнул. – Распределив и четко закрепив за каждым из нас соответствующие роли, – продолжил Змеев, – мы прямо сейчас решим возникшую было у нас проблему. Такой управленческий тандем, который мы сегодня определили, даст нам весьма ощутимые преимущества как при взаимодействии с внешними контрагентами, так и при взаимодействии с сотрудниками и подчиненными внутри самого предприятия. Более того, при необходимости один из нас может играть роль «злого полицейского» (жесткого, волевого, резкого, деспотичного), а другой – роль «доброго полицейского» (мягкого, добродушного, сговорчивого, душевного). Если надо кого-то «отшить», уволить, поругать, если требуется надавить на кого-то, в игру вступает «император». Если же, напротив, нужно кого-то поощрить, похвалить, втереться к кому-то в доверие и вызвать на откровенность, эстафетную палочку принимает «серый кардинал». Даже гневаясь на злого «императора», уволенный сотрудник или отфутболенный внешний контрагент непременно будет оставаться настроенным лояльно ко второму человеку нашей фирмы, «серому кардиналу». А значит, даже переход на личности не повредит всему предприятию в целом. Все шишки примет на себя «император», тогда как «серый кардинал» сможет всегда утешить и успокоить оппонента, отведя негатив от фирмы. – Звучит очень даже неплохо, – засмеялся Алексей Николаевич. – Более того, нам даже необязательно на всех планерках и совещаниях присутствовать вместе. По умолчанию можно разделить полномочия так: ты будешь руководить непосредственно киберсант-менеджерами, управлять отдельными конкретными наемными сотрудниками из виртуального отдела, а я, в свою очередь, могу контролировать управляющего, отдельных сотрудников из физического отдела и по-прежнему буду отвечать за общение с налоговиками и за финансы предприятия. – В том же случае, когда нам станет необходимо озвучить коллективу то или иное не очень популярное решение, – подхватил и развил его мысль Змеев, – кого-нибудь отругать или даже уволить, будем работать в связке, разыгрывая «доброго» и «злого» полицейского. На том и порешили. Инцидент был полностью исчерпан, новые роли согласованы и утверждены. Никаких конфликтных ситуаций больше не возникало, да и весь остальной коллектив издательства оказался очень доволен сложившимся порядком. Каждый теперь четко понимал не только собственную роль в иерархии издательства, но и роли своих боссов, этого своеобразного «двуглавого орла». Две тысячи двенадцатый год пролетел подобно метеору в ночном небе, и только к самому его завершению обозначилась новая проблема. На сей раз объективного характера – несмотря на увеличение наименований выпускаемых курсов и более частые релизы (теперь издательство могло выдавать аж до пяти новых DVD-курсов в месяц!), продажи и выручка вдруг начали стремительно падать. На сезонность эту неприятность списать не получалось, так как спад в продажах пришелся на самые перспективные в этом отношении месяцы: октябрь, ноябрь и декабрь. Раньше осенью и в начале зимы продажи шли лучше всего, лучше чем в любые другие месяцы года, теперь же ситуация принимала просто катастрофический характер. Змеев видел причину снижения продаж в том, что если в первой половине нулевых самым продаваемым в Рунете форматом были так называемые «обучающие курсы», то, начиная примерно с две тысячи пятого года, на арену инфобизнеса потихонечку начал выползать принципиально новый формат – семинары (вебинары) и тренинги. Именно тогда в Рунет хлынул поток западной переводной литературы на тему инфобизнеса, а вместе с ним рынок захватили и отечественные клоны западных «гуру», быстро освоивших книги и видеокурсы своих иностранных учителей. Изначально тренинги проводились исключительно в офлайне, через Сеть же распространялись лишь записи этих мероприятий. Позже стали проводиться уже и непосредственно вебинары (когда учитель вещает, сидя за своим компьютером, а ученики наблюдают его на мониторах своих ПК). Что, впрочем, ничуть не мешало авторам продавать затем и записи своих онлайн-посиделок (чуть позже, в первой половине десятых, это мутирует в явление, получившее название «автовебинар», когда «фанера» маскируется и выдается за «живое» выступление). Как бы там ни было, но главное, можно даже сказать, фундаментальное отличие тренингов и вебинаров от обучающих курсов заключалось в том, что если курс представлял собой некий учебник, некое знание, алгоритм действий, то на тренинге каких-либо систематизированныхзнаний давался самый минимум. Как правило, более-менее подготовленной аудитории вываливали лишь несколько новых «ноу-хау», тогда как все основное время занятия производилась мощная эмоциональная накачка зрителей, осуществлялась их «мотивация к действию». – Понимаешь, нет ничего удивительного в том, что к настоящему моменту тренинги и их видеозаписи фактически вытеснили с рынка классические видеокурсы! – излагал профессор свою позицию Барскому во время их традиционной утренней пробежки. – Люди уже по самое не хочу насытились учебниками. У людей в головах скопились тонны знаний, и актуальной для них стала именно проблемамотивации . Тот самый «волшебный пинок», благодаря которому человек «обретает крылья». Если первая половина нулевых была временем, когда потребители инфобизнесовых услуг испытывали необходимость именно в знаниях и технологиях, то во второй их половине маятник качнулся в противоположную сторону, и все эти толпы знающих, но ничего не делающих людей массово устремились туда, где им обещали действие, результат! На тренинги и вебинары. Сейчас этот маятник достиг своей наивысшей точки, потому и спрос на наши обучающие курсы упал до минимума. – Кстати, о результате… – решил вставить в разговор свои три копейки Барский. – Примерно в то же время, что и тренинги, Рунет познакомился еще с одним направлением инфобизнеса, с так называемым коучингом. Причем у нас это понятие довольно сильно отличается от того, что под коучингом понимают на Западе. В Рунете коучингом стали называть очень дорогое индивидуальное обучение с доведением ученика до конкретного результата. Именно из-за дороговизны (для ученика) и очень большого расхода сил и времени в расчете на одного человека (для учителя) этот формат так и не стал массовым и по сию пору остается уделом лишь немногих «элитариев». – Еще одна причина нашего снижения продаж, – продолжал развивать тему Змеев, – это сильно выросшая конкуренция именно в нише обучения заработку в Сети. Две тысячи десятый год стал одновременно и вершиной успешности отечественного инфобизнеса, и той переломной точкой, откуда началось снижение, достигшее к настоящему моменту стадии полноценного кризиса. Поскольку доминирующей, если не сказать больше, темой информационного бизнеса в Рунете была тема обучения самому инфобизнесу, а перекос между знаниями и мотивацией к настоящему моменту, в общем-то, почти устранен, на рынок сейчас хлынули тысячи свежеиспеченных киберсантов. Следствием чего и стала весьма серьезная конкуренция в отрасли. – Коленька, но ведь мы-то сейчас выпускаем диски далеко не только на тему заработка, – резонно возразил Алексей Николаевич. – У нас есть курсы и по кулинарии, йоге, фитнесу, покеру, иностранным языкам и так далее и тому подобное. Но, что самое интересное, ощутимее всего сократилась выручка именно от продажи этих,не на тему заработка, курсов! Диски о заработке еще худо-бедно расходятся, тогда как все остальные курсы люди вообще перестали брать. Быть может, сам формат DVD безнадежно устарел, и сегодня клиенты хотят скачивать нужную им информацию через Сеть, а не получать на дисках почтой? Медленный и дорогой Интернет давно остался в прошлом. Сейчас даже в самом задрипанном российском городке есть оптоволоконный кабель по более чем умеренной цене. – Да ну, брось! – отмахнулся Змеев. – Не в этом дело, совсем не в этом. Проблема именно в конкурентах. Во всех этих проходимцах вроде Андрюшки Парабеллума и его последователей типа Осипова и Дашкиева. В той же «Бизнес-молодости» проблема! Поверь мне, эти твари еще дадут всем просраться. Ребятки совсем берегов не видят. Только взгляни на их масштабы! Они же такими темпами уже лет через пять всю отрасль интернет-образования похоронят. Из-за них скоро всех нас, всех тех, кто проводит дистанционное обучение, кто продает информацию, будут называть мошенниками и с гиканьем начнут кидать в нас калом. – Ну, справедливости ради, мошенниками нас называют с самого начала, – расхохотался Барский. – Забыл уже «Антилохов», что ли, и иже с ними? Такова человеческая природа, и ничего с этим не поделаешь. Зависть к более успешным сородичам еще никто не отменял. – Э, не-ет! – взревел профессор. – Мы выпускаем именно качественные обучающие курсы.Качественные , понимаешь?! Мы даем людям реальное знание, мы именно учим их чему-то вполне конкретному. Для создания каждого нашего курса мы привлекаем профессиональных экспертов. В этом и состоит суть киберсанитига: делитьсяполезными знаниями и опытом. Я только по этой причине и напросился в свое время к тебе в напарники. Я, профессиональный педагог, профессор! Ты думаешь, меня исключительно деньги привлекли в киберсантинге? Вовсе нет! В первую очередь меня захватила сама идея дистанционного образования. Присоединяясь к тебе, я мечтал о том, что мы будем нести людям знание, помогать им, а не наживаться на них за счет обмана. Понимаешь?!. А что делаютэти ? Они же ничему не учат людей. Они зомбируют их, разыгрывают перед толпами баранов шоу, на которых накачивают их эмоционально, при этом совершенно не давая никаких знаний. Люди подсаживаются на дофамино-эндорфиновую «иглу», после чего несут этим клоунам свои деньги снова и снова. Посетил такой тренинг, зарядился там позитивчиком и месяц-другой скачешь довольный, как горный козел. Не делаешь ничего полезного, практического, ведущего к поставленной цели, а именно пребываешь в состоянии эйфории. Затем заряд заканчивается, наступает откат, депрессия, уныние. И ты снова бежишь покупать билетик на очередное шоу от «Бизнес-молодости». Залезаешь в долги, берешь кредиты, так как никакому обещанному «супердоходному бизнесу» эти циркачи тебя не научили, и снова спешишь к ним на очередную подзарядку. – Так, может быть, и нам начать проводить тренинги? – то ли в шутку, то ли серьезно предложил Алексей Николаевич. – Раз сейчас эта тема так популярна, раз на ней другие зарабатывают даже не миллионы, а миллиарды, чем мы-то хуже? Змеев резко остановился и удивленно посмотрел на Барского. – Ты это серьезно? – спросил он с непередаваемым презрением. – Не знаю… нет, наверное… – смутился Барский. – Так, в формате мозгового штурма просто озвучил идею. Но ведь логично же копировать успешный бизнес других и самим на этом зарабатывать. – Это не бизнес, это развод лохов на бабки, – уверенно сказал Змеев, и они оба продолжили пробежку по парку. – Говорю же тебе, через какое-то время их зазомбированная паства очнется, и их либо начнут тупо отлавливать в темных подворотнях и бить, либо же, что более вероятно, завалят судебными исками. А самих этих деятелей, к гадалке не ходи, ждет либо тюрьма, либо что еще похуже. Ты того же хочешь? – Нет конечно! Говорю, просто озвучил, как вариант. – Да и опять же, при миллиардных оборотах, тем более на столь скользкой теме, я более чем уверен, что очень скоро их либо бандиты подомнут под себя, либо ФСБ ими займется. Ну не работают такие денежные генераторы в нашем мире сами по себе. Всегда найдется кто-то большой и сильный, кто непременно захочет взять столь доходный бизнес под свой собственный контроль. Со всеми вытекающими из этого последствиями… Они закончили маршрут и ненадолго остановились у выхода из парка, чтобы отдышаться. – Нет уж, – завершил свою мысль Змеев, – тише едешь – дальше будешь. Нам миллиардов и триллионов не нужно. Пусть мы будем скромно зарабатывать свои жалкие миллиончики, но зато без страха оказаться в морге или на скамье подсудимых. – Все верно, – поддакнул Барский. – Как любил повторять один мой приятель юности: бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе. – Бандит из фильма «Брат» так любил повторять, а не твой «приятель юности», – хихикнул Змеев. Барский промолчал. Пожав друг другу руки, друзья распрощались. Весь день, вечер и добрую половину ночи Алексей Николаевич размышлял над их утренним разговором в парке. Несомненно, во многом Змеев прав. И его праведный гнев, направленный в адрес продавцов «успешного успеха», был вполне справедливым и обоснованным. Но только ли в этом дело? Из-за одной ли конкуренции со стороны всевозможных тренеров и коучей так сильно упали продажи? А чем плоха его собственная гипотеза о безнадежном устаревании модели продажи информации на DVD? И нельзя ли как-то объединить его версию с предположениями Змеева, чтобы выстроить на этом принципиально новую модель киберсантинга, способную вывести их бизнес из тупика?.. «История, как известно, повторяется, – рассуждал Барский. – История циклична, миром правят циклы (маленькие, большие и очень большие). Однако, если бы история просто ходила по кругу, в мире не было бы никакого развития и мы наблюдали бы вечный “день сурка”. А потому хитрая история решила разомкнуть круг и стала двигаться по спирали: по завершении очередного цикла мы возвращаемся к тому, что уже было, но не “один в один”, а на новом, более высоком уровне. И если в середине нулевых переход инфобизнеса к продаже информации на физических носителях был шагом вперед и повышал доходы инфопредпринимателей, то в начале десятых мы сталкиваемся с диаметрально противоположной тенденцией. Благодаря повсеместному внедрению в России безлимитного высокоскоростного интернета, а также широкому распространению среди населения кредитных карт и ЭПС, дисковые продажи снова отступают на второй план, а основным способом распространения инфопродукта становится скачивание через Сеть (курсы), а также – вебинары и всевозможные онлайн-трансляции (тренинги, коучинг). Впрочем, это и не удивительно. Ведь переход на CD- и DVD-диски являлся для интернет-предпринимателей прошлого вынужденной мерой и обусловливался, с одной стороны, неразвитостью систем онлайн-оплаты, а с другой, недоверием пользователей к онлайн-формату курса (тот же курс, записанный на физический носитель, который можно “пощупать”, вызывал большее доверие). Сегодня, когда оба эти фактора, по сути, сошли на нет, полностью утрачивает смысл и увеличение себестоимости товара, а равно и усложнение его производства с логистикой, через записывание информационного курса на CD- или DVD-болванку. В итоге мы снова возвращаемся к классическому киберсантингу, когда весь производственный цикл от создания информационного товара до его получения конечным пользователем не выходит ни на одном из своих этапов за рамки виртуальной Сети. Киберсантинг в его первозданном виде!» Итак, сегодня в Рунете существует три основных формата: «обучающий курс», «тренинг», «коучинг», на основе которых и вырастает все многообразие представленных на рынке информационных «обучалок». Обучающий курс – это своего рода учебник на ту или иную тему. При этом не столь важно, классический текстовой учебник перед нами (электронная книга), аудио- или видеокурс. Главное здесь то, что любой обучающий курс представляет собой систематическое изложение знаний и опыта, дает четкий и последовательный алгоритм достижения конкретного результата. Как ясно из самого названия, цель такого курса – именно научить чему-либо, передать знания от учителя к ученику, поделиться практической информацией. Плюсы данного формата очевидны: любой желающий, приобретя обучающий курс и следуя указаниям автора, может достичь конкретного результата, заявленного автором методики. При этом личность автора, его поддержка и помощь отступают в данном случае на второй план. Важна сама методика, важны знания, алгоритм. Именно полная независимость ученика от автора является одной из основных черт данного формата. Автор может не выходить с вами на связь, игнорировать ваши вопросы, он может вообще умереть, но до тех пор, пока изложенная в обучающем курсе методика остается актуальной, любой ученик, четко следовавший указаниям учебника, должен быть в состоянии достичь заявленного автором методики результата. Аналогично выглядит ситуация и с позиции автора: если представленная им методика – рабочая, если материал автор смог изложить четко, ясно, полно и доходчиво, большего от него и не требуется. Как говорится, продал свой курс клиенту и забыл о нем (о клиенте). Далее уже исключительно от самого ученика будет зависеть, освоит ли он авторский материал, применит ли его на практике, добьется ли заявленных автором результатов или же поставит курс «на полку», так и не изучив его (либо изучив, но не применив изученное на практике). Да, разумеется, большинство авторов таких курсов гарантируют своим клиентам качественную послепродажную поддержку. Однако реально оказывать такую поддержку приходится лишь тем авторам, которые сам учебник составили путано и невнятно. Схалтурил, работая над учебником, – будешь вкалывать весь в мыле, разъясняя свои косяки в саппорте. Если же в самом обучающем курсе тема раскрыта полностью, то, как правило, и вопросов ни у кого не возникает. Минусом данного формата обучения, как это ни парадоксально звучит, оказывается все та же предоставленность ученика самому себе. Увы, но большинство людей не обладают достаточной волей для самореализации, в чем бы эта самореализация ни заключалась. Столкнувшись с первыми же трудностями (а зачастую даже просто подумав о возможных трудностях), большинство людей начинают терять мотивацию, откладывают изучение (или практическую реализацию изученного) «на потом». Не трудно догадаться, что это «потом» так никогда и не наступает. Помнится, в одной из своих книг Карлос Кастанеда озвучил по-настоящему гениальную мысль: «Учитель нужен нам лишь по одной причине – он должен безжалостно побуждать нас к действию. В противном случае мы обязательно остановимся, чтобы поздравить самих себя с тем, что продвинулись так далеко». Именно это и происходит с подавляющим большинством людей, пытающихся достичь результата только по учебникам, исключительно при помощи обучающих курсов. И можно было бы отмахнуться от этого факта, как от назойливой мухи, в конце концов, каждый сам отвечает за свою судьбу, если бы не одно «но»: не добившись обещанного результата, большинство учеников обвинят в этом именно нас, автора обучающего курса и его продюсеров. И «хорошо» еще, если такой разочаровавшийся ученик просто перестанет у нас покупать новые курсы. На деле же найдется масса таких, которые будут требовать назад деньги за якобы неработающую методику. Собственно, именно этот «минус» обучающих курсов как раз и привел к появлению и быстрому распространению в Рунете во второй половине нулевых принципиально иного формата инфопродукта, целиком и полностью направленного на устранение данного «минуса» – к тренингам. В отличие от обучающего курса, тренинг – это методактивного обучения, направленный на развитие уже имеющихся знаний, умений и навыков. В рамках непосредственно киберсантинга тренинг обычно рассматривается с точки зрения двух основных парадигм: а) тренинг как тренировка, в результате которой происходит формирование и отработка умений и навыков; б) тренинг как форма активного обучения, целью которого является передача знаний, развитие некоторых умений и навыков. По большому счету, тренинг оказывается лишь эмоционально-мотивационной накачкой обучающегося. Как сегодня утром очень верно подметил Колян, этакий «волшебный пинок, благодаря которому человек обретает крылья». Главное, что получает ученик, посетивший тот или иной тренинг, – это мощный энергетический заряд, стимул к активным действиям. Сомнения в собственных силах и в достижении успеха в процессе тренинга должны вытесняться из сознания обучающегося и заменяться на положительные долгосрочные эмоции: уверенность в себе, веру в достижение поставленной цели, жгучее желание действовать, действовать, действовать!.. Обычно в процессе прохождения тренинга человек получает четкий пошаговый план с конкретными датами и дедлайнами. В случае реализации плана, ученик обретает позитивное подкрепление, которое может выражаться в одобрении со стороны тренера, в публичной похвале ученика, которого могут поставить в пример другим, менее расторопным и успешным участникам тренинга. В случае же невыполнения плана ученика, напротив, могут публично пропесочить, отчитать перед всей группой, либо же свое неудовлетворение тренер выскажет ему в приватном порядке. Огромную роль при прохождении тренинга играет соревновательный эффект, который в принципе невозможен при индивидуальном обучении и является спецификой именно групповых занятий. Сюда же относится и общение учеников между собой в процессе прохождения тренинга, всевозможные «мозговые штурмы» и ролевые игры. Группа (другие ученики) выступает здесь в роли своего рода помощника и усилителя тренера. Таковы плюсы данного формата, главные из которых – это мотивация к действию, нацеленность на конкретный практический результат, уход от пассивного прочтения или просмотра материала. Именно по этой причине важно непосредственно участвовать в тренинге, а не смотреть его в записи. Минусов у тренингового формата обучения можно выделить лишь два, но минусы эти весьма существенны. Во-первых, для эффективного прохождения тренинга требуется обладать неким базовым набором знаний по теме, без которых тренинг окажется совершенно бессмысленной и пустой тратой времени. Понимая это, многие тренеры заранее готовят минимальный набор таких знаний, с которыми знакомят учеников либо параллельно основным занятиям тренинга, либо прямо в процессе оных. Но стоит ли говорить, что до полноценного обучающего курса такие «тренинговые методички», как правило, не дотягивают. Все же тренинг – это не полноценное обучение, а именно закрепление и перевод из теоретической плоскости в практическую уже имеющихся знаний. А во-вторых, привыкнув получать мотивацию извне, очень многие становятся заложниками тренингового формата. Окрыленный после прохождения тренинга человек начинает работать и двигаться к цели с удвоенной энергией, однако… спустя лишь несколько месяцев, а то и недель, мотивационный запал угасает, энергия, полученная на тренинге, куда-то рассасывается, и человек погружается в прежнее пассивное состояние, из которого… Правильно! Из которого его может вывести лишь новый тренинг. Затем следующий. И так до бесконечности. На этот момент Колька сегодня на пробежке тоже обращал внимание. Увы, но ни один тренинг не учит человека самомотивации. В противном случае очень скоро без работы останутся сами тренеры. Впрочем, существует третий формат обучения, в котором, помимо необходимых теоретических знаний, человека могут обучить и столь необходимым для его практической реализации методам самостоятельной мотивации. Да-да, речь идет о третьем «ките» инфобизнеса, о коучинге. Коучинг – это разновидность индивидуального тренинга, в процессе которого человек, называющийся «коуч», помогает обучающемуся достичь некой жизненной или профессиональной цели. При этом, что немаловажно, коучинг четко сфокусирован на достижении конкретных целей (вместо общего развития). Такова классическая формулировка термина. На Западе, откуда к нам и пришло это явление, под коучингом понимается что-то вроде работы психоаналитика, когда коуч не столько учит своего подопечного, сколько направляет его в нужном направлении, вытягивая из подсознания пациента уже имеющиеся у него желания, тенденции, мотивы. У нас же, в Рунете, все обстоит совсем иначе. У нас коучингом называется, по сути, очень глубокое и качественное персональное обучение с доведением ученика буквально «за руку» до конкретного, заранее оговоренного и определенного договором результата. Учитель здесь работает с учеником индивидуально, с глазу на глаз. Коуч концентрирует все свое внимание на конкретном подопечном (никаких групповых занятий!), а тот, в свою очередь, концентрируется на вполне конкретной, четко обозначенной цели. В случае киберсантинга взаимодействие ученик-учитель осуществляется через Интернет, дистанционно. Благо платформ и персональных устройств, позволяющих людям полноценно взаимодействовать через Сеть, обмениваясь текстом, графикой, файлами, слыша и видя друг друга в режиме реального времени, сейчас хоть пруд пруди. Это и всем уже хорошо известный Skype, это и «яблочный» FaceTime, и буквально на днях выпущенный Гуглом очень удобный сервис Google Hangouts. Наконец, подобное взаимодействие может осуществляться просто через электронную почту или в рамках «закрытой группы» на каком-нибудь интернет-форуме. Плюсы такого обучения со стороны ученика очевидны. Во-первых, с ним работают персонально, внимание коуча не отвлекается на других учеников, что значительно повышает эффективность всего процесса. Во-вторых, с любыми вопросами и непонятками ученик без стеснения и боязни быть посланным «в пешее эротическое путешествие» может обращаться напрямую к учителю (коучу) снова и снова до полного устранения неясности и стопроцентного усвоения материала. И, наконец, в-третьих, в случае, если заявленный в самом начале обучения результат не будет достигнут, согласно правилам, коуч обязан вернуть ученику полученные за обучение деньги. Минусы? Минус, пожалуй, только один, но весьма и весьма существенный. Это – запредельно высокая стоимость коучинга. Так, если средний обучающий курс в Рунете стоит порядка нескольких тысяч рублей, а средний тренинг обойдется его посетителю не дороже нескольких десятков тысяч рублей, то ценники на коучинг начинаются от сотни тысяч и могут доходить до миллиона рублей, а то и больше! Что автоматически ставит коучинг в разряд элитарных услуг и делает недоступным данный формат обучения для девяноста девяти процентов пользователей Сети. Очень изнурительным (энергетически и психологически) и в некоторой степени рискованным выглядит данный формат и с позиции учителя (коуча). Так, например, затратив несколько месяцев на съемку или написание обучающего курса, автор впоследствии может несколько лет получать прибыль с продажи данного курса, по сути, ничем себя более не обременяя. В случае тренинга работа автора будет ограничена лишь несколькими часами в неделю, тогда как размер группы, а значит, и прибыли, по сути, ничем не ограничены. Коуч же вынужден выкладываться по полной, уделяя все свое время лишь одному-единственному ученику. А если ученик окажется настолько туп, что так и не сможет добиться поставленного результата, невзирая на выполнение всех заданий учителя, то учитель (коуч) будет вынужден еще и деньги ему вернуть обратно, а значит, все его труды окажутся совершенно напрасны. Что и заставляет коуча компенсировать эти риски заоблачной ценой на свои услуги. – Итак, вот мы и подобрались вплотную к самому важному! – уже вслух рассуждал Барский, заложив руки за спину и расхаживая взад-вперед (…так он казался себе похожим на Кириллова из «Бесов» Достоевского… ) по кабинету. – К тому, чтобы заглянуть в будущее и понять, какими же качествами должен обладать информационный товар ближайших лет. И в этом нам поможет весьма эффективный инструмент, который называется диалектическим методом. Диалектика (…эх, жаль профессора нет рядом, он бы сейчас высоко оценил мою эрудированность!.. ) – это теория, в которой говорится, как происходит развитие всего сущего. Лично я помню три основополагающих закона диалектики, к которым относятся: «закон единства и борьбы противоположностей», «закон перехода количества в качество» и, наконец, закон, именуемый «отрицание отрицания». Вот именно он мне сейчас и нужен!.. Любое развитие в этом мире осуществляется по спирали, а не по прямой линии. То есть из раза в раз повторяется одно и то же, но на совершено разных уровнях. В случае развития мы будем иметь дело с восходящей спиралью, где каждый последующий виток окажется как бы «возвращением» к той или иной идее/модели/форме, но уже на гораздо более высоком уровне, к более совершенной, чем она была представлена на прошлом витке спирали. Именно этот закон подсказывает, что новый формат информационного продукта должен включать в себя все самое лучшее из того, что имеется в существующих ныне форматах, и одновременно – исключить все минусы, присущие им. Проще, казалось бы, просто некуда! Как учит все та же диалектика: «тезис – антитезис – синтез». Сначала одна крайность, затем другая и, наконец, как переосмысление и «примирение» обоих крайностей, рождается «золотая середина»… Барский с удвоенной энергией забегал по комнате. Он чувствовал, что ухватил самую суть, проник в самое сердце этой важной тайны. Он ощущал, что где-то в глубине его подсознания ответ на волнующий вопрос уже найден. Нужно лишь как-то выцарапать этот ответ из области бессознательного,облечь в слова и перевести в плоскость сознания, разума! В слова… – К основным плюсам учебника (или обучающего курса, не важно!) относятся: четкое систематическое изложение знаний и опыта, а также ясный последовательный алгоритм достижения конкретного результата, – громким голосом, словно он находился на сцене или за кафедрой отчеканил Алексей Николаевич. – Минусы данного формата: предоставленность ученика самому себе и, как следствие, отсутствие мотивации реализовывать изложенный в учебнике алгоритм на практике. Плюсом тренинга, в противовес учебнику (обучающему курсу), напротив, является мощная мотивация обучающегося, тогда как минусом оказывается недостаток либо полное отсутствие системных знаний предмета и алгоритма достижения поставленной цели… Для переосмысления и синтеза данных «тезиса» и «антитезиса» не хватало того, что в обязательном порядке присутствует в коучинге – живого учителя (тренера), объединяющего две крайности и готового в любой момент прийти на помощь ученику, оказать ему индивидуальную консультацию или поддержку, дать нужную рекомендацию. Цементирующим же «раствором» и одновременно «питательным бульоном», объединяющим все перечисленные элементы в единую функциональную систему, должна статьгруппа . Коллектив живых (пусть и взаимодействующих дистанционно) людей, совместно проходящих обучение у данного учителя (тренера) и помогающих друг другу лучше усвоить и понять изученное. Также именно группа, именно другие ученики, «однокашники», станут весьма эффективным дополнительным фактором мотивации!.. – Черт! Похоже, у меня есть все основания для того, чтобы заорать «эврика!», – воскликнул он, остановившись у темного окна и улыбнувшись отражению в стекле. – Коляну должно понравиться. Как профессор, которому все это близко и понятно, он не может не оценить того, что я только что придумал! Совершенно не заморачиваясь тем, что часы показывали почти три ночи, а Змеев был семейным человеком и жил не один, Алексей Николаевич схватил со стола смартфон и набрал друга. Его так распирало, что он просто не мог отложить разговор до утра. Ему нужно было поделиться своими идеями прямо сейчас, немедленно. И плевать на то, что на улице глубокая ночь. – Ты в своем уме?! – уже после второго гудка ответил ему сонный голос. – Ты на часы вообще смотришь? Что случилось-то, пожар, наводнение, ядерная война?.. – Круче! – заорал в трубку Барский. – Я только что придумал, чем мы дальше займемся, как выкарабкаемся из кризиса и кратно увеличим продажи! – Подожди секунду, – уже более миролюбиво отозвался Змеев, – сейчас возьму сигареты и выйду на лоджию. А то мы нашей ночной конференцией всех моих домочадцев перебудим… «И передай своему другу-алкашу, – услышал Алексей Николаевич в трубке злобный женский голос, – что если он еще раз позвонит нам ночью, я ему лично при первой же встрече оторву голову!» – Твоя Ксантиппа сердится? – огорчился Барский. – Ладно, слушай!.. И он принялся с жаром пересказывать своему компаньону все то, о чем он весь день сегодня думал и к каким выводам пришел. Тот слушал молча, не перебивая. На то, что он действительно слушает, а не положил телефон рядом с собой на тумбочку и не провалился обратно в сон, указывало лишь периодическое покашливание и сосредоточенное сопение на другом конце линии. – Теперь понимаешь, что именно я предлагаю? – закончил Барский свой получасовой монолог. – Мы постепенно сворачиваем торговлю дисками и возвращаемся к продажам онлайн-обучения. Сделаем большой портал, что-то вроде закрытой социальной сети, этакого клуба, в котором авторы смогут продавать свои знания, а ученики покупать их. Помнишь, ты как-то раньше сам предлагал похожую идею с клубом? Так вот, ее время пришло! С одной стороны, мы предложим Рунету принципиально новый формат обучения, вобравший в себя и объединивший все самое лучшее от учебников (обучающих курсов), тренингов и коучинга. Называться такой продукт будет «мультикурсом». С другой стороны, мы откроем собственную площадку, этакий маркетплейс, торгующий мультикурсами. Назовем этот проект «Инфоклуб». И будь я проклят, если эта задумка не выстрелит и не позволит нам обрести второе дыхание в нашем с тобой киберсантинге! ---------- 6 Кибервоин. Сибарит 6 Кибервоин. Сибарит Мельница Бога очень хороша. Мельница Бога мелет не спеша. Медленно, но верно ходит колесо. Будет перемелено абсолютно всё. Генри Уодсворт Лонгфелло Идея с «Инфоклубом» и мультикурсами понравилась Змееву настолько, что уже к шести утра он был в квартире у Барского, где они и продолжили обсуждение нового проекта. На утреннюю пробежку дружно решили забить. Вместо этого заказали пиццу с доставкой на дом и уговорили доставившего ее курьера сгонять до ближайшего ларька еще и за пивком для профессора. За отдельную плату и хорошие чаевые, разумеется. – Мультикурс – это учебник, плюс мотивация и самомотивация, плюс индивидуальная работа с преподавателем и возможность общения с другими учениками в рамках виртуальной группы, – в сотый раз повторял Алексей Николаевич, с аппетитом пожирая пиццу. – Все это, представленное как бы «в одном флаконе», и должно стать тем новым форматом инфопродукта, который будет наиболее актуальным, успешным и прибыльным в ближайшие пять, а то и десять лет. Или даже дольше! – Да понял я уже, что такое мультикурс, очень хорошо понял, – махал на него руками Змеев. – Ты мне лучше скажи,почему ты так уверен, что именно данный формат станет наиболее востребованным в ближайшие годы? Обоснуй это! – Все очень просто, – терпеливо объяснял Барский, – достаточно посмотреть на те выгоды, которые будут иметь как ученики, так и учителя (авторы), в сравнении с каждым из форматов прошлого (учебников и тренингов), взятых каждый в отдельности, чтобы у самого рьяного скептика отпали последние сомнения в том, что формат мультикурса однозначно выгоднее. – Хорошо, давай смоделируем ситуацию и представим, как будет выглядеть мультикурс глазами пользователя. С чем конкретно он столкнется и какие выгоды получит? – Первая выгода, которую получает любой человек, пожелавший приобрести мультикурс, заключается в том, что еще до оплаты мультикурса он сможет всесторонне с ним ознакомиться и принятьосмысленное решение, нужен ему данный инфотовар или же по каким-либо критериям он ему не подходит. Концепция мультикурса подразумевает наличие неких вводных (базовых) бесплатных обучающих материалов. Это и один или несколько бесплатных учебников (мини-курсов), это и открытая для всех желающих бесплатная «группа», это и серия вводных бесплатных трансляций (вебинаров), и, самое главное, это открытая информация о качестве платных услуг данного автора. Отзывы людей, уже прошедших платное обучение, соотношение учеников, достигших заявленного результата, к количеству учеников, оплативших обучение, прочая статистика. Все это будет доступно потенциальному покупателю еще до совершения им оплаты. Таким образом, человек получает возможность не только прочитать рекламный текст на продающем мини-сайте и увидеть там же заранее отфильтрованные (а нередко и вовсе постановочные) положительные отзывы о платном продукте, но еще до покупки попробовать товар, как говорится, «на вкус». Пообщаться в группе с реальными людьми, уже получавшими платные услуги данного автора, посмотреть его бесплатные обучающие курсы и посетить бесплатные трансляции (вебинары), чтобы понять, подходит ли конкретно ему стиль, манера, профессионализм автора. Покупка «кота в мешке» при таком раскладе исключается полностью! – Спорить не буду, звучит очень привлекательно, – согласился Змеев. – Далее, приняв положительное решение о покупке и оплатив мультикурс, ученик попадает в закрытую группу, в сообщество таких же учеников, проходящих в данный момент платное обучение, – продолжал с горящими глазами Алексей Николаевич. – В его распоряжении оказываются не только видеокурсы (учебники) с дополнительными обучающими материалами, но также и «личный кабинет», через который ученик сможет общаться с учителем приватно, без посторонних глаз и ушей. То есть обучающийся не брошен на произвол судьбы, не предоставлен сам себе. Учитель всегда находится рядом и готов ответить на любой индивидуальный вопрос ученика. Кроме того, система проверочных заданий позволяет переходить к следующему уроку лишь после того, как успешно сдан тест на знание материала предыдущего урока. Это стимулирует не просто пассивно смотреть видео или проматывать странички электронной книги, но вовлекает в активное обучение. Дополнительной мотивацией будут служить и регулярно проводимые тренинги, вебинары, живые трансляции, на которых автор мультикурса будет также вовлекать учеников в активную деятельность, давать им заряд энергии и уверенности в собственных силах. Таким образом, отсидеться в сторонке или «поставить на полку» купленный курс уже не получится. Хочешь не хочешь, но придется действовать, изучать теорию и оттачивать полученные знания на практических занятиях. – Черт побери, почему ты не декан нашего университета? – пошутил профессор. – То, что ты придумал, это же революция в плане дистанционного образования! Да у нас не маркетплейс получится, а самый настоящий виртуальный универ! – Помимо ученика и учителя, – продолжал Барский, весьма польщенный столь высокой оценкой его идеи, – в группе обязательно будет иметься «общий форум» (или чат), где проходящие данный мультикурс люди станут еще и активно взаимодействовать между собой. Обсуждать полученную информацию, помогать друг другу в ее освоении. «Отличники» смогут подсказывать и давать практические рекомендации отстающим. Словом, обучение будет проходить очень активно, живо, с максимальной самоотдачей и практически гарантированным доведением до заявленного в рекламе мультикурса результата. – Так, а что же сам учитель? – спросил Змеев. – Какие выгоды, по сравнению с традиционными, существующими ныне форматами обучения, он получит, решив попробовать себя в качестве автора мультикурса, а не просто «обучающего курса», «мастер-класса» или «тренинга»? – Ну, начнем с того, что концепция мультикурса допускает как индивидуальное авторство, так и авторство коллективное. Это значит, что над конкретным мультикурсом может работать целый коллектив авторов, либо же автор может облегчить свою работу, наняв себе одного или нескольких помощников: модераторов, соавторов, службу поддержки. Возможен и такой вариант, когда не автор оказывается главной движущей силой проекта, а его киберсант-продюсер. То есть человек, именующийся у нас сейчас киберсант-менеджером, берется полностью организовать техническую сторону создания мультикурса и ведение всего обучающего процесса. Автор же может сосредоточиться исключительно на творческой стороне дела. Такое вот «разделение труда» и «групповое творчество» – это скорее норма для нового обучающего формата, чем исключение. Поскольку мультикурс – конструкция достаточно сложная и многофункциональная, то и реализация мультикурса – дело скорее коллективное. Что, впрочем, не исключает и сугубо индивидуального подхода, конечно же. Алексей Николаевич вдруг закашлялся, так как кусок пиццы, который он во время разговора пытался еще и жевать, попал ему не в то горло. – Да не спеши ты, торопыга! – усмехнулся Змеев, с силой несколько раз ударив его по спине. – Мы никуда не опаздываем. У нас еще весь день впереди. – Спасибо, нагваль. Ты сдвинул мою точку сборки, – пошутил Барский. – Кажется, я благополучно перешел в режим второго внимания. Он перестал кашлять, перевел дыхание, затем продолжил: – Другой выгодой для автора и создателя мультикурса является возможность не разового, апоточного обучения. Это значит, что автору больше не нужно снова и снова изобретать «что-то новенькое». Постоянная гонка релизов и штамповка бесконечных модификаций разных «обучалок» уйдут в прошлое. Единожды создав свою обучающую программу и объявив о наборе учеников на весенний, зимний или осенний потоки, автор получает возможность более рационально распределять свои силы и время. Концентрируясь на одной-двух темах, он получает возможность фактически до бесконечности шлифовать и улучшать свой мультикурс, предъявляя публике все более и более совершенную обучающую программу. Учитывая и исправляя свои ошибки и промахи, убирая все устаревшее и заменяя это на новое, дополняя и расширяя обучение, автор получает возможность постоянно поддерживать свой мультикурс в актуальном состоянии. Каждый новый поток обучающихся при этом сможет использовать опыт и наработки всех предыдущих потоков. Таким образом, мультикурс оказывается почти живым существом, которое, родившись на свет, непрестанно совершенствуется, растет, развивается, с каждым новым потоком и с каждым прожитым годом делаясь все лучше, мощнее, качественнее! – Понятно, что и размер получаемого дохода при таком подходе будет иметь тенденцию к непрестанному росту, – подхватил и развил его идею Змеев. – Чем дольше существует конкретный мультикурс, чем выше его популярность и слава, тем больше прибыли станут получать его авторы. Работать с каждым последующим потоком становится легче и проще, тогда как прибыль оказывается все выше и выше – это ли не мечта любого инфобизнесмена?! – Именно так! – воскликнул, неистово кивая Алексей Николаевич. – Очень мощным рекламно-маркетинговым фактором в рамках мультикурса может стать так называемая «доска почета», или «портфолио». Суть данной идеи заключается в следующем: по результатам каждого потока определяются лучшие ученики, добившиеся конкретных (желательно, измеряемых в цифрах) результатов. Фото, Ф. И. О. (или ник) и достижения этих «отличников» вывешиваются на своего рода виртуальную «доску почета», которая будет доступна для публичного обозрения не только внутри платной группы, но, прежде всего, вне ее. С каждым новым потоком это «портфолио» будет расширяться и дополняться, становясь все объемнее и внушительнее. Лучшей рекламы, причем не выдуманной и лживой, а самой что ни на есть настоящей и объективной, едва ли можно придумать! Живые люди, достигшие конкретных результатов, с которыми при желании можно связаться и лично расспросить об их успехах и отношении к данному мультикурсу – вот что станет в рамках нашего «Инфоклуба» лучшей визитной карточкой для любого автора! – Кстати, – профессор хитро прищурился и поднял вверх указательный палец, – такое немаловажное преимущество, как гарантированная защита от пиратов и разного рода «складчин», – вот еще одна из сильных сторон твоего мультикурса! Что можно украсть, выложить в бесплатный доступ или приобрести «в складчину»? Электронную книгу, видеокурс, запись тренинга или вебинара… Пожалуй, это всё! Но ведь это лишьчасти , лишь отдельные элементы, винтики мультикурса. Личную поддержку, помощь и консультации автора не украдешь и в складчину не купишь. Энергетику живого общения, взаимодействия с сокурсниками (другими участниками группы), их советы и помощь тоже не стащишь и не выложишь в свободный доступ. Проводя аналогию, можно украсть лишь отдельные кусочки «тела» мультикурса, но невозможно спиратить его «дух», его «душу». Украденные же или купленные в складчину отдельные элементы мультикурса: учебники, записи вебинаров и прочее – оказавшись в «свободном доступе», станут играть не против автора данных материалов, а, скорее, на него. Это будет своего рода «вирусная реклама», бесплатно распространяемая в Сети посредством «сарафанного радио». И те, кому действительно нужен результат, а он нужен подавляющему большинству людей, использующих пиратский или свободно распространяемый контент, рано или поздно придут к автору материала в группу и купят-таки его обучение! – Да, пожалуй, все так! – согласился Алексей Николаевич. – Я об этом как-то не подумал, упустил из виду. А ты молодец, сообразил! Вот и еще один козырь для будущей рекламной кампании «Инфоклуба». Надеюсь, вопрос с названием нового проекта уже решенный и ты не возражаешь против того, чтобы назвать наш маркетплейс, нашу социальную сеть для киберсантов именно так? Змеев согласно кивнул. Возражений с его стороны не было. Допив одну бутылку пива, он тут же откупорил вторую, налил себе в кружку пенного напитка до самых краев и, меланхолично зажмурившись, сделал два больших глотка. Судя по выражению его лица, идею «Инфоклуба» он принял окончательно и бесповоротно. Глаза его светились энтузиазмом, излучая воодушевление и дикий восторг. Казалось, мысленно он уже перенесся в то будущее, когда их проект будет реализован и заработает на полную катушку, принося им известность, уважение и деньги. – Так, название есть, нужно срочно зарегистрировать подходящий домен, – воскликнул Барский, устремляясь в кабинет к компьютеру. – Полагаю, это должно быть что-то типа infoclub.ru или infoclub.com, тут без вариантов. Он открыл страничку сервиса whois.ru, выдававшего актуальную информацию по всем зарегистрированным доменным именам, быстренько вколотил в поиск infoclub.ru, нажал на Enter и… разочарованно выдохнул. Домен оказался занят. То же самое «Whois» выдал и в отношении домена infoclub.com и даже infoclub.net. – Слишком шикарные доменчики, чтобы быть свободными, – с тоской сообщил он подошедшему следом и вставшему у него за спиной Змееву. – Заняты еще в первой половине нулевых. Кто бы сомневался! Он обернулся и перевел грустный взгляд на своего друга. К его удивлению, профессор по-прежнему излучал радостный оптимизм. Барский подозрительно скосомордился. – А зачем для нашего «Инфоклуба» домены в зонах *ru, *com или *net? – словно бы издеваясь, поинтересовался Змеев. – Мы же работаем в сфере информационного бизнеса, а значит, и домен у нас должен быть соответствующий: *info. Во-первых, это красиво и стильно, во-вторых, соответствует нашему профилю деятельности, и, наконец, в-третьих, это сделает наш сайт уникальным. Просияв, Алексей Николаевич ввел в поисковую строку сервиса infoclub.info, но тут же досадливо крякнул. И этот домен тоже оказался занят. Причем зарегистрировали его совсем недавно, в середине две тысячи двенадцатого года. Он с затаенной надеждой предпринял последнюю попытку, модифицировав при помощи дефиса название в info-club.info, но и это не помогло. Как и предыдущий, этот домен тоже был забронирован кем-то, причем все в том же две тысячи двенадцатом году. – Заняты. Оба! – зло констатировал он. – Что интересно, зарегистрированы они не только в один и тот же год, месяц и день, но даже в один и тот же час, в одну и ту же минуту. С интервалом всего в десять секунд! Такое ощущение, что какая-то гнида целенаправленно увела их у нас из-под носа, чтоб ей пусто было! – Конечно заняты, – как ни в чем не бывало подтвердил Змеев, – только почему сразу(…Ах! Оскорбление является обычной наградой за хорошую работу…) гнида? Эти домены в свое время зарегистрировал я. И сейчас они по-прежнему принадлежат мне. То естьнам . Нам с тобой и нашему «Инфоклубу». – Но, чёрт возьми… Как?! – голосом доктора Ватсона пробормотал совершенно опешивший Барский, развернулся и, оттолкнувшись ногами от пола, откатился вместе с компьютерным креслом к стене. Он смотрел на своего друга одновременно и с удивлением, и с восхищением, и даже с каким-то ужасом. – Ну, не ты один можешь общаться со своей «высшей сущностью» и заглядывать в будущее, – пафосно изрек тот, не удержался и, рассмеявшись, присел на диванчик. – Да ладно тебе, шучу, конечно же. Случайно получилось. Совершенно случайно! Помнишь, ты еще лет пять назад впервые озвучил свою идею о создании некоего бизнес-клуба? Мне тогда эта мысль очень понравилась и крепко засела в голову. Я ее долго обмуслякивал на разные лады, но ни до чего конкретного додуматься так и не сумел. На какое-то время вообще забросил, а когда в середине двенадцатого года продажи дисков у нас резко упали, стал думать над идеей бизнес-клуба снова. Собственно, я уже тогда сам пришел к этому названию: «Инфоклуб». Мы же работаем в сфереинфо бизнеса, а значит, и клуб должен быть с приставкой «инфо». Все логично. Тогда же я решил зарезервировать и соответствующие домены. На всякий случай. Как оказалось, не зря. Название названием, но до идеи мультикурсов, маркетплейса и социальной сети для киберсантов я сам точно никогда не допер бы. Все это полностью твоя и только твоя заслуга! Впрочем, как оказалось, есть и от меня некоторая польза. Не зарегистрируй я тогда эти домены, к настоящему моменту и их могли у нас из-под носа увести. Разве нет? Он улыбнулся. – Руку даю на отсечение, увели бы! – искренне и с каким-то облегчением расхохотался Алексей Николаевич. – Вот что значит тандем. Вот что значит двуглавый орел. Вместе мы силища! Вместе мы горы своротим и весь Рунет еще не один раз раком поставим! Смеясь, оба вернулись в зал, к пиву, кока-коле и пицце. Остаток дня провели за обсуждением планов по переводу их бизнеса с модели мультимедийного издательства «Info-DVD.Ru» на новую модель, объединяющую маркетплейс и социальную сеть в один флакон – «Инфоклуб». Было решено, что Барский сегодня же сядет за составление подробного плана и разработку структуры их нового проекта, а Змеев займется поиском и привлечением к работе хороших, но не очень дорогих программистов. До конца года все должно быть написано, закодировано, протестировано и запущено в работу на уровне бета-версии проекта. В течение этого времени будет нужно распродать остатки дисков, скопившихся на складе, полностью ликвидировать «физический» отдел и перевести тех из его работников, кто на это годился, на удалёнку. С остальными, увы, но придется попрощаться. Помимо всего прочего, взамен ликвидируемого «физического» отдела Змеев планировал с нуля сформировать два новых «виртуальных» отдела – отдел продаж (ОП) и службу заботы о клиентах (ЗОК). В задачи первого будут входить непосредственно продажи выпускаемых мультикурсов, тогда как второй полностью сосредоточится на поддержке и всесторонней помощи купившим эти мультикурсы клиентам. И если с ЗОКом все было более-менее понятно, то для чего им понадобился целый штат продавцов, Алексей Николаевич не совсем понимал. Профессор, конечно же, пытался объяснить ему, что прежняя, пассивная модель продвижения инфотоваров уже давно себя изжила. Что сегодня нужно срочно осваивать телефонные продажи, с обзвоном потенциальных клиентов и достаточно агрессивным склонением их к покупкам. Но Барский все равно никак не мог взять все это в толк. – Это получается, что у нас будет сидеть на телефонах целый кагал сотрудников, разбросанных по всей стране? – упорствовал он. – И кому они будут звонить, по какому принципу? Да нас же возненавидят все наши клиенты за этот телефонный спам. – Никакого спама не будет! – терпеливо втолковывал ему Змеев. – Модель работает следующим образом. Под каждый новый мультикурс мы будем создавать отдельный рекламный мини-сайт. Именно на него и станем гнать трафик из поисковиков, социальных сетей, нашей партнерской программы и тому подобное. Словом, отовсюду, откуда только можно. Однако если раньше задачей таких мини-сайтов были прямые продажи, когда попавший на них клиент кликал кнопку «оплатить» и сразу же оформлял заказ, то теперь подобная схема работает все хуже и хуже, а через три-пять лет и вовсе перестанет работать. Теперь главной задачей мини-сайта будет стимулирование клиентазарегистрироваться в «Инфоклубе» (при этом сообщив нам свой телефонный номер и адрес электронной почты). Регистрируясь, клиент в обязательном порядке, через акцепт, будет давать согласие на обработку своих персональных данных, а равно и согласие на получение от нас телефонных звонков, e-mail-уведомлений и сообщений в мессенджерах. Отписаться клиент сможет в любой момент, после чего мы не будем его больше беспокоить. Как видишь, никакого спама. Все официально, в рамках закона, сугубо добровольно и к обоюдной выгоде. – Все равно не понимаю, к чему городить такой огород, – не сдавался Алексей Николаевич. – Не проще ли стимулировать клиента совершить заказ сразу на сайте, кликнув по кнопке «оплатить»? – Совсем не проще! С каждым годом это становится все сложнее и сложнее! – горячо возразил Змеев. – Конкуренция растет в геометрической прогрессии. На прямые продажи теперь реагирует все меньше народа. Сегодня для осуществления успешных продаж необходимо использовать очень хитрую, многоуровневую маркетинговую воронку (так называемую «воронку продаж»). Вот смотри, допустим, мы привлекли на наш рекламный мини-сайт сто лидов (потенциальных клиентов). В случае прямых продаж девяносто девять из них по кнопке «оплатить» не кликнут, а просто закроют страничку сайта, и мы ихнавсегда потеряем. У кого-то не окажется в данный момент нужной суммы, кто-то будет сомневаться и раздумывать. Причин не совершить покупкусразу же может найтись тысяча! Если же заинтересовавшемуся нашим предложением посетителю сайта покупать ничего будет не нужно, а все, что от него требуется, это всего лишь оставить нам свои контактные данные, зарегистрировавшись в «Инфоклубе», такое простейшее действие сделает как минимум половина, а при хорошем лендинге и все восемьдесят процентов лидов! – Ну и что? По своей сути, это же будут всего лишь «подписчики», не более того. – А то, что эти «подписчики» уже угодили в горлышко нашей маркетинговой воронки, аки чижики в клетку-ловушку, – торжественно произнес профессор, поднимая вверх указательный палец. – И далее уже только от нас, а точнее, от профессионализма нашего отдела продаж будет зависеть то, скольких из них и как быстро мы сможем довести до покупки. Одно дело, когда человек находится на продающем мини-сайте сам по себе, и совсем другое дело, когда на связь с ним выходит специально обученный и подготовленный для этого специалист, представляющийся его «персональным менеджером». В первом случае клиент просто беспрепятственно уходит с сайта и навсегда забывает о нас. Во втором, наш продавец буквально держит его за руку, говорит ему всякие приятные и ласковые слова, убеждает, обосновывает то или иное предложение. Не подходит одно, заботливый консультант предложит что-то другое, менее дорогое или более полезное, что-токонкретно для него . Предложит эксклюзивную скидку, рассрочку или кредит, а в случае упорства клиента и нежелания совершить оплату сегодня – вежливо договорится о новом звонке через день или два, давая покупателю передышку и время на размышление. Главное здесь то, что психологически соскочить клиенту будет уже совсем не так просто, как тупо уйти с сайта или отписаться от e-mail-рассылки. Продавец будет крепко держать его, вести в нужном направлении, нажимать на те или иные кнопочки его психики. Перезванивать снова и снова, чтобы в итоге, чуть раньше или чуть позже, но довести-таки его до продажи! – Ладно, ладно, уговорил! – сдался под напором столь убедительных аргументов Барский. – В конце концов, маркетинг – это твоя вотчина. Раз говоришь, что нужен отдел продаж, значит, так тому и быть. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Аналитическая записка по структурной организации отдела продаж «ИНФОКЛУБА». – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Руководителю отдела продаж (конфиденциально) – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Для полноценного функционирования проекта на высокоинтеллектуальном и сильно конкурентном рынке финансовых услуг обучения компания должна иметь в своей организации мощный отдел продаж (ОП). Ниже изложено поэтапное описание процессов, необходимых для создания, развития и поддержания в максимально рабочем состоянии этой структуры. Предлагается создать многоуровневую маркетинговую воронку работы с клиентами. – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Поэтапное описание процесса: 1-й этап: после генерации (сайт, лендинги, соцсети, рассылки) клиент попадает в «холодный» отдел. Уточнение данных, выявление первичного запроса, возможна продажа несложного продукта. Работа ведется строго по скрипту с максимальным количеством обработки контактов. Задача: быстро идентифицировать клиента на предмет заинтересованности в нашей линейке услуг. (После установления контакта лид переходит к «фермерам».) В «холодный» отдел также передаются списки на обзвон клиентов «теплой базы», которые на данный момент не проходят «живых» тренингов и не имели контактов уже более двух месяцев. Цель: поднять «спящего» клиента и сообщить, что с ним свяжется его персональный менеджер. 2-й этап: клиент переходит к «фермерам», «теплая база», где его ведут по набору услуг от простого к сложному. Цель: максимальный сбор средств. Работа ведется на высоком уровне знания продукта с применением технологий продаж «СПИН», «СОПРАНО» и т. д. Мотивация для продавцов «теплого» отдела разрабатывается с таким расчетом, чтобы даже средний сотрудник мог выполнить норму +10 % премию. Это так называемая «морковка сзади и спереди». Пример: выставляется недельная обязательная норма по звонкам и норма перевыполнения, за которую начисляется бонус (фиксированная сумма на неделю на весь отдел). Ее может получить как один продавец, так и разделить со всеми продавцами, достигшими этого показателя. Таким несложным приемом решается вопрос слабой активности в начале недели, месяца. Вторым приемом по стимуляции продавцов может служить включение в продажи обязательных продуктов (в нашем случае это «коробки») на определенную сумму для получения премии. В отдельную группу выделяются продавцы-«звезды» – это сотрудники, делающие повышенную норму прибыли (к примеру, от 500 000 руб.) К ним применяется особая мотивация (например, нет нормы по звонкам, но со снижением установленной планом выручки они опять переводятся в общий отдел «фермеров»). 3-й этап: клиенты со сложными вопросами, скандалисты, возвратники и т. п. направляются на обработку в отдел сервиса «заботы о клиентах» (ЗОК). Там достаточно 4–5 сотрудников с максимальной коммуникабельностью. Цель: вернуть лояльность клиента, уверенность в том, что о нем помнят, выслушать его жалобы. При невозможности решить сложные технические вопросы (настройка бота, терминала, выделенного сервера и т. п.) клиент направляется в службу технической поддержки, которая должна присутствовать при организации специфических курсов (например, автоматическая торговля при помощи бота и т. п.). По подготовке продавцов. Необходимо организовать постоянное обучение команды продавцов всех отделов технологиям продаж, основам психологии, специфике продаваемой услуги. Это достигается настройкой системы совещаний: – ежедневными планерками перед началом работы (мотивация, цели на день, постановка задач); – один раз в неделю – итоги, разбор ситуаций; – индивидуальная беседа-тренинг с каждым сотрудником – не реже раза в неделю; – раз в месяц – общий тренинг по технике продаж, специфике услуг. Это позволит сплотить команду, вывести продавцов на новый уровень профессионализма, создать корпоративный дух. К огромному сожалению, такая работа в данный момент не проводится, продавцы вынуждены решать эти вопросы хаотично, ситуативно. Постоянная смена мотиваций, отсутствие внятной достоверной статистики загоняют продавцов в унылое состояние, отсутствие желания выходить на новые показатели. Отдельно необходимо остановиться на моменте взаимодействия отдела продаж с киберсант-менеджерами. При запуске нового продукта или ребрендинге старого киберсант-менеджер подготавливает материал для продавцов, записывает видео по продукту с разъяснением ключевых аспектов, необходимых терминов, ключевых «фишек», подробное расписание и формат подачи информации клиентам. При необходимости проводит онлайн-встречу с продавцами. Загодя подготовленный киберсант-менеджером запуск и тесная коммуникация с ОП принесут максимальную прибыль! Профессор Змеев Н. П. 20.06.2016 – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - - Как и планировалось, первичный вариант сайта «Инфоклуба» был готов к концу года, и уже в январе две тысячи пятнадцатого, сразу после окончания новогодних праздников, компаньоны запустили его в работу. Сначала в режиме бета-тестирования, а уже в марте – в полную силу. Содержать всю группу программистов, разрабатывавших сайт, на постоянной основе оказалось очень обременительным и дорогостоящим делом. Поэтому, как только основной фронт работ был выполнен, им дали расчет, оставив в штате «на постоянке» лишь двоих, самых толковых и не особо наглевших в плане заработной платы. Им и предстояло в обозримом будущем «допиливать», непрестанно развивать и совершенствовать программную часть проекта. Изначально до размещения в «Инфоклубе» допускались курсы любой тематики, от здорового образа жизни, обучения иностранным языкам и рыбной ловле до курсов по инвестированию, трейдингу и всевозможным способам заработка. По сути, это была калька с модели, по которой они выстраивали выпуск курсов на DVD-дисках. Публиковать свои опусы также сначала разрешили кому угодно. Любой человек «с улицы» мог зарегистрироваться в качестве автора и после прохождения несложной модерации курс его поступал в продажу. Однако уже к концу первого года работы площадки этот подход пришлось кардинальным образом пересмотреть и изменить. Авторов оказалось так много, что «Инфоклуб» буквально завалили кустарными поделками на самые разные темы, качество которых оставляло желать лучшего. Площадка превратилась в некую солянку или винегрет, и привлекать на нее каких-либоцелевых покупателей стало практически невозможно. Желание охватить «всё и сразу» сыграло с друзьями плохую шутку. На практике получилось так, что фокус совершенно размывался и попавшему в «Инфоклуб» потенциальному покупателю открывалось пестрое и разношерстное (…«ничто»… ) «нечто». Посетитель оказывался полностью оглушен, запутан, дезориентирован. Среди авторов было очень много людей необязательных, поверхностных, а то и вовсе откровенных шарлатанов. Продолжать и дальше в том же духе означало бесповоротно угробить проект уже через год-два, а то и раньше. Было решено: очень жестко просеивать авторов и брать в работу только по-настоящему талантливых и грамотных профессионалов своего дела, для всех же остальных доступ к публикации материала в клубе – закрыли. А чуть позже и вовсе прекратили прием «самотека». Экспертов теперь искали целенаправленно и взвешенно, силами киберсант-менеджеров. Кроме того, сфокусировались на мультикурсах исключительно финансовой тематики – инвестирование, трейдинг, финансовая грамотность. Все же остальное решили полностью исключить из ассортимента. Сделано это было по двум основным причинам. Во-первых, такой подход позволял привлекать на сайт именно целевой трафик (людей, интересующихся заработком на фондовых и валютных биржах), что существенно повышало конверсию и делало затраты на рекламу более прогнозируемыми и просчитываемыми. А во-вторых, маржинальность мультикурсов именно финансовой тематики оказывалась в разы выше, чем у мультикурсов на любую другую тему. Если курс по финансам продавался на восемь-десять миллионов рублей, аналогичный курс любой другой тематики едва дотягивал до миллиона. И это при равных затратах на их создание и продвижение! Выбор, что говорится, был очевиден. Таким образом, только к середине две тысячи шестнадцатого года «Инфоклуб» принял свой окончательно сформировавшийся, более-менее завершенный вид. Маркетплейса, в широком значении этого термина, из него, увы, не получилось. Как не вышло и «социальной сети для киберсантов». Зато в распоряжении Барского и Змеева оказалась собственная первоклассная площадка для проведения качественного и всестороннего дистанционного обучения работе на финансовых рыках. Интернет-сервис с оборотом порядка десяти миллионов рублей в месяц, с топовыми, хорошо узнаваемыми авторами-экспертами, с мощной сплоченной командой и достаточно лояльной аудиторией. Эксперименты и поиски закончились. Далее предстояло только масштабироваться и расти, увеличивать число авторов и проводимых на площадке мультикурсов, увеличивать привлекаемый в «Инфоклуб» трафик, а в итоге – увеличивать обороты и прибыль. И пусть у детища Алексея Барского и Николая Змеева не было такого размаха и таких заоблачных миллиардных оборотов, как у гремевшей в то же самое время на всю Россию «Бизнес-молодости» Петра Осипова и Михаила Дашкиева, наши друзья совершенно не комплексовали по этому поводу. «Деньги любят тишину, – снова и снова приговаривал Змеев, – а там, где крутятся очень уж большие деньги, там рано или поздно начинаются и большие проблемы. Заработаем мы свой миллиард! Пусть не так быстро и нагло, зато незаметно для посторонних глаз, постепенно и, главное, безопасно, шаг за шагом». В том же две тысячи шестнадцатом Алексей Николаевич наконец решился осуществить то, что подспудно вынашивал в сознании последние полтора года – кардинально пересмотреть свой персональный «инвестиционный план», составленный им более шести лет назад. «Инвестиционный горизонт» в то далекое время он определил сроком в десять лет и к две тысячи двадцатому рассчитывал сформировать капитал в размере не менее миллиона долларов. Поначалу все шло точно по плану, пока в четырнадцатом году вдруг ни выпорхнул «черный лебедь» и его капитал, исчисляемый в долларовом эквиваленте, вдруг скукожился, ужавшись почти в два раза. Не секрет, что, начиная еще с девяностых годов, население России повально привыкло считать свои сбережения не в рублях, а в американской валюте. На фоне перманентно обесценивающегося рубля доллар тогда казался островком стабильности и непоколебимости. В нем всё и считали: сбережения, накопления, нефть и золото, а до середины нулевых даже ценники в магазинах и те повсеместно выставлялись в «свободно конвертируемой валюте». Все первое десятилетие двадцать первого века отечественная валюта болталась в относительно узком диапазоне, примерно в районе тридцати рублей за один доллар. Да, были периоды, когда зеленая американская бумажка обесценивалась до двадцати пяти рублей за штуку или, напротив, подскакивала до уровня в тридцать пять рублей. Но все это были именно плавные колебания в рамках достаточно четко обозначенного ценового коридора. Попался на эту удочку и Барский. Несмотря на то, что подавляющее большинство его активов были рублевыми – акции, облигации, ПИФы и пр., невзирая на то, что зарабатывал и тратил он исключительно в рублях, учет этих рублей он вел, как и большинство россиян, зачем-то в долларах. И вот летом две тысячи четырнадцатого рубль вдруг решил покинуть свой привычный «коридор» и (…стремительным домкратом… ) весьма резво устремился вниз. К концу года он обесценился уже до «полтинника», а в декабре четырнадцатого, в так называемый «черный вторник», окончательно сорвался с привязи. С одной стороны, к этому его подтолкнули наложенные на Россию коллективным Западом санкции плюс существенно подешевевшая нефть, а с другой, обвалу рубля очень даже поспособствовал и сам Центральный банк Российской Федерации. Так, если до декабря четырнадцатого он сдерживал курс, совершая так называемые «валютные интервенции», то именно в декабре с этой практикой решено было покончить и рубль был отпущен в свободное плавание. Котировки сначала поднялись к шестидесяти рублям за доллар, а в начале две тысячи шестнадцатого и вовсе подскочили до восьмидесяти! Достаточно долго Барский пытался игнорировать хулиганское поведение доллара, надеясь, что рано или поздно все устаканится и вредная зеленая бумажка снова вернется к тридцати рублям, но… время шло, а ситуация становилась только хуже. Устаканиваться доллар не собирался, а напротив, всем своим видом давал понять, что и сто, и двести рублей для него не является непреодолимой планкой. Наконец терпение у Алексея Николаевича лопнуло. Он осознал, что «инвестиционный план», исчисляемый в долларах, но по факту номинированный в рублях, становится чем-то недостижимым и иллюзорным. Цель ускользала от него точно так же, как от Ивана Бездомного ускользала дьявольская троица во время его погони по ночной Москве. Пришло время отказаться от старого плана и разработать вместо него новый, полностью рассчитанный в валюте родной страны. В валюте, в которой он зарабатывал, копил и тратил свои денежки. Кроме того, его счет для «суперпотребностей» раздулся уже совсем до неприличных размеров. А потому было решено взять да и использовать эту часть капитала по прямому назначению, оставив при этом нетронутыми «стабилизационный» и «инвестиционный» (он же – «пенсионный») фонды. Для последнего были обозначены новые цели и горизонты, а также пересмотрены структура и пропорции активов. После чего Алексей Николаевич со свободной душой и с чистой совестью принялся тратить деньги из подвергшегося ликвидации фонда «суперпотребностей». Первым делом он приобрел себе роскошную квартиру площадью двести пятьдесят квадратных метров в шикарном элитном доме. Стоит ли пояснять, что жилье там могли позволить себе только чиновники самого высочайшего уровня и крупные бизнесмены города Глахова. Именно они и были теперь соседями Барского. При въезде на огороженную еврозабором домовую территорию стояли шлагбаум и будка охраны, допуск осуществлялся строго по пропускам. В самом доме имелся подземный паркинг, на котором Алексей Николаевич также выкупил себе персональное парковочное место. А для того, чтобы место это не пустовало, пришлось приобрести и новенький «Porsche Cayenne». В квартире имелось пять просторных комнат (спальня, кабинет, гостиная, библиотека и бильярдная), большая кухня, громадная прихожая и даже нечто вроде кладовки или гардеробной размером с зал в его предыдущем жилище («шубохранилище», как он в шутку называл данное помещение). Таким же просторным оказался и санузел, в котором располагались: немецкая ванна-джакузи «Orans», тропический душ от итальянского бренда «Migliore», невообразимых размеров раковина «Jacob Delafon» (Франция), а кроме того, шведский унитаз «Gustavsberg» и даже такая экзотическая для глубинки вещь, как биде (германского производителя «Allen Brau»). Понятно, что выглядело все это несколько эклектично, но от того не менее роскошно. Закупив для нового жилища новые же мебель, бытовую технику, компьютеры и всевозможную мелочевку вроде посуды, портьер, постельного белья и тому подобного, Алексей Николаевич обнаружил, что фонд «суперпотребностей» на этом исчерпал себя полностью. Тогда, не особо колеблясь, он решил частично пустить под нож и свой «инвестиционный» фонд, одной трети которого ему вполне хватило на покупку небольшой дачи с сауной и бассейном в загородном элитном коттеджном поселке. Соседями по даче опять же оказались разного рода элитарии вроде депутатов, генералов, директоров предприятий, судей и прокуроров. «Соседство, конечно, не самое приятное, – рассуждал Барский, – но нужные знакомства среди этой публики завести не помешает. Случись что непредвиденное, будет к кому обратиться за помощью и поддержкой». Закрыв таким образом давно уже довлевший над ним гештальт «состоятельного бизнесмена», Алексей Николаевич успокоился, продолжив вести привычный и комфортный для него затворнический образ жизни. На отдых или экскурсии за границу он не рвался, по дорогим и модным клубам не ходил. Окружавшей его теперь роскошью Барский не только не кичился, но в какой-то мере даже немного тяготился ею. Возможно, именно по этой причине он не стал продавать своей предыдущей квартиры (той самой, которую сначала пропил, но затем выкупил обратно), а оставил ее в целости и неприкосновенности, со всем ее внутренним (…музей Алексея Барского, блин!.. ) интерьером и убранством. Время от времени он даже приезжал туда и проводил там от нескольких часов до нескольких суток, ностальгируя и отдыхая душой. На покрытие «прожиточного минимума» у него теперь уходило около тридцати-сорока процентов от среднемесячного заработка, а все оставшееся он тратил на приобретение долгосрочных инвестиционных активов, восстанавливая слегка потрепанный, но все еще живой «инвестиционный» («пенсионный») фонд. Змеев между тем тоже решил не отставать от друга. Он приобрел огромный загородный особняк, куда и перевез все свое семейство. Купил по новому автомобилю бизнес-класса себе и жене. Оплатил уже подросшим детям дорогостоящую учебу в Англии (все же он был профессором, а значит, «noblesse oblige»). Ну и вообще, жил, что называется, на широкую ногу, ни в чем не отказывая себе и уж тем более своей драгоценной супруге. На причуды и запросы последней уходили ну просто очень большие, воистину астрономические суммы. Наверное, именно поэтому на инвестиции и накопление у профессора практически ничего не оставалось. Разве что самая малость. «Я инвестирую в золото, бриллианты и шубы своей второй половинки», – отшучивался он, умалчивая о том, что ее частые полеты на заграничные курорты с проживанием в самых дорогих отелях едва ли можно было назвать инвестициями. Впрочем, это он воспринимал как своего рода плату за свободу. Ведь пока его ненаглядная мегера разъезжала по заграницам, сам профессор наслаждался покоем, чтением книг из своей порядком разросшейся домашней библиотеки и дегустацией разных сортов пива, коего он всегда был большим любителем и ценителем. Вживую друзья теперь виделись все реже и реже, совместные утренние и вечерние пробежки – давно забросили (в силу внешних естественных причин, разумеется). Бизнес их находился полностью в Интернете, управляли им они, не выходя из дома. Почти все деловые вопросы обсуждали тоже дистанционно. Время от времени, правда, либо Барский садился в свой «Porsche» и мчался за город к Змееву, либо же профессор усаживался в свою не менее роскошную «Бэху» и отправлялся в гости к Барскому (на дачу или в городскую квартиру, в зависимости от того, где тот в данный момент находился). Их совместный проект рос и развивался. Доходы, пусть медленно, но тоже увеличивались. Вплоть до окончания второго десятилетия двадцать первого века «Инфоклуб» вообще не доставлял им никаких проблем, медленно эволюционируя, становясь все более удобным для пользователей, более современным и продвинутым. Этакий «денежный генератор» для своих владельцев и генератор знаний, опыта, навыков – для учеников. А вот с приходом 20-х над всей сферой информационного бизнеса в России стали сгущаться тучи. И пусть непосредственно «Инфоклуб» неприятности обходилипока стороной, общее напряжение в отрасли нарастало, что не могло не сказаться на настроении Барского и Змеева. Начал раскручиваться очередной виток «охоты на ведьм», в роли которых выступали теперь все без исключения инфопредприниматели. Неизвестно откуда, словно по чьей-то команде, появились десятки видеоблогеров, кинувшихся яростно «разоблачать» сначала самых заметных и популярных инфобизнесменов, имевших многомиллионную аудиторию и миллиардные обороты, а затем и киберсантов помельче. «Антилохи», «Веб-оборонщики» и прочие «борцы за правду» прошлого не шли ни в какое сравнение с этими «акулами Ютуба». Новая атака на инфобизнес была совершенно феерических масштабов, носила явно спланированный и заказной характер, а также, вполне вероятно, координировалась и направлялась из какого-то невидимого единого центра. Через СМИ и сетевых инфлюэнсеров в общественное сознание был впрыснут, а затем очень быстро раскручен и закреплен уничижительный ярлык «инфоцыгане», который навешивался практически на любого, кто имел наглость обучать чему-либо в Интернетеза деньги . Случилось именно то, что еще много лет назад предвидел и о чем пророчествовал профессор Змеев, кляня и ненавидя «птенцов гнезда Парабеллумова» – Осипова и Дашкиева. Еще тогда профессор предупреждал, что из-за своей патологической жадности, спорных методов раскрутки, квазиобучения и совершенно невообразимых масштабов продаж эти персонажи подведут под монастырь всю сферу отечественного инфобизнеса. – Я с самого начала, еще в конце нулевых, как только проходимец Парабеллум начал свою гнусную деятельность в России, – горячо говорил Змеев, – на каком-то подсознательном уровне почувствовал, что этот американский выкормыш, по недоразумению называемый «отцом отечественного инфобизнеса», вовсе не развивать данное направление к нам из-за океана приехал, а исключительно рубить бабло. Был погожий осенний вечер. Друзья сидели в беседке на даче у Барского, ели только что снятый с мангала шашлык, разговаривали. – Да он и сам не скрывал этого, – поддержал друга Алексей Николаевич, – и прямым текстом говорил своим ученикам, что их задача не научить бизнесу или чему-либо другому, а банально выжимать из людей деньги (…наша задача, продавая со сцены, “отманипулировать” максимальное количество людей в светлое будущее, забрав у них все, что у них есть. И даже больше. Загнав их в долг, заставив продать свои и чужие квартиры. Это цинично, но это установка, которая помогает… ). Отобрать то, что есть, подсадить на кредиты, вынудить продать или заложить последнее… – Именно так! – воскликнул профессор. – Этим его ученики, организовавшие ОПГ «Бизнес-молодость», и занимались все десять лет своего существования! Ты не представляешь, насколько мне было больно смотреть на то, как медленно, но неуклонно отечественный киберсантинг под их влиянием вырождался в «бизнес по-американски», где деньги объявляются высшей (единственной!) ценностью и «заколачивать» их нужно любой ценой. Вместо реального обучения бизнесу эти хапуги, трюкачи и лгунишки проводили бесконечные шоу-семинары-тусовки, приносящие пользу исключительно им самим, то есть организаторам этих «мероприятий». Плодили таких же беспринципных хапуг, готовых идти по головам и которым всегда было мало, мало, мало… – Но мы-то не такие! – попробовал возразить Барский. – И наш «Инфоклуб» функционирует совсем по другим принципам. Мы нацелены именно на обучение, на результат для наших учеников! Сам формат мультикурса заточен под это. А наша служба заботы о клиентах? Мы же тратим на содержание этого отдела кучу бабла, лишь бы каждый наш ученик получал качественную всестороннюю поддержку и был всем доволен. Нам-то чего опасаться? – Ох, Лёшенька! Ты, похоже, просто еще не понимаешь, каких размеров маховик сейчас раскручивается. «Бизнес-молодость» – это только начало. На смену им придут еще более прожорливые, более беспринципные и алчные. Акулы порождают гораздо более хищных акул. Количество разочаровавшихся в самой идее инфобизнеса из-за этих тварей будет возрастать даже не в арифметической, а в геометрической прогрессии! На их справедливом негодовании уже начали паразитировать так называемые «обличители» и «разоблачители», ловящие на теме хайп и раздувающие тлеющие угольки в пламя пожара. Термин вон совершенно идиотский выдумали – «инфоцыгане». Скоро никто вообще разбираться не будет, хорошие мы или плохие, действительно ли чему-либо обучаем или просто «стрижем с лохов бабло». Лес рубят – щепки летят. Дойдет и до законотворческих инициатив, вяжущих инфобизнес по рукам и ногам, дойдет и до массовых гонений на всех без исключения инфобизнесменов в СМИ, а то и вовсе до многомиллионных штрафов и показательных посадок… Так оно и вышло! На смену «Бизнес-молодости» пришел еще более громкий и более спорный проект – «Like Центр» Аяза Шабутдинова (естественно, прилежного ученика все той же «Бизнес-молодости»). Как грибы после дождя начали проявляться новоявленные «миллиардеры», готовые за долю малую делиться «секретами» своего успеха со всеми желающими. Дмитрий Портнягин, Николай Мрочковский, Елена Блиновская, Валерия Чекалина, Виктория Боня, Самира Мустафаева, Надин Серовски, Гоар Аветисян, Анастасия Миронова, Екатерина Усманова, Вероника Хацкевич, Регина Тодоренко, Егор Крид… Список можно продолжать долго. Кратно увеличивалось и число «разоблачителей», пытающихся вывести всех этих «инфоцыган» на чистую воду. А точнее, таких же точно блогеров и инфлюэнсеров, только не сумевших найти себя в инфобизнесе, но тоже желавших славы и денег. Заняв окопы с противоположной стороны линии фронта, они принялись мочить своих оппонентов из всех орудий, зарабатывая на этом ажиотаже популярность, «просмотры» и, как следствие, свою копеечку в виде продажи рекламы на каналах и в блогах. Невероятно, но среди этих последних оказался даже реальный рублевый миллиардер – Андрей Кобелёв, постепенно возглавивший движение «анти-инфоцыган» и ставший их негласным лидером (главным борцом всея Руси с «инфоцыганами»). Человек, действительно богатый, бизнесмен из 90-х. Личность творческая и артистичная, но крайне несдержанная, агрессивная, себялюбивая и сумасбродная. Свое мнение он почитал за истину в последней инстанции, никаких возражений не терпел, а в споре с оппонентами грязно ругался, матерился и нередко доходил даже до рукоприкладства (если такой спор велся офлайн). Благо всегда ходил с охраной, готовой в любой момент защитить своего хозяина, а то и вовсе присоединиться к избиению жертвы по щелчку его пальцев. Вполне возможно, что свои первые баталии с «инфоцыганами» Кобелёв затевал вполне искренне, движимый чувством справедливости и желанием уберечь начинающих предпринимателей от попадания в сети мошенников. Это уже чуть позже он вошел во вкус и просто не мог остановиться из-за крайне раздутого самолюбия, а затем и вовсе начал использовать свою «борьбу с мошенниками» как средство самопиара и привлечения аудитории в свою подмосковную усадьбу, являвшуюся одним из его финансовых проектов. Во всяком случае, делал все это он совершенно точно не из-за денег, которых у него и без того имелось, как у дурака фантиков. Сам он заявлял буквально следующее: «Что такое ”Бизнес-молодость”, Шабутдинов, “Трансформатор”? Это секты! Там учат люди, которые сами никогда не занимались реальным бизнесом, ничего в нем не понимают. Люди, у которых нет чувства порядочности. Все они в “Lamborghini”, у всех офисы в “Москва-Сити”, все они такие нарядные, и у всех такие красивые фразы, как будто им один человек пишет тексты». И вот именно как защиту доверчивых людей от попадания в лапы злобных сектантов Кобелёв поначалу и декларировал свою миссию. Однако чем дальше, тем все больше и больше этот пламенный борец с мошенниками начинал уходить в сторону, все сильнее перегибал палку, а в итоге начал кидаться с проклятиями и злобным рычанием на любого, кто имел наглость продавать свои знания и «ноу-хау» за деньги. Сам Кобелёв тоже регулярно проводил в своей роскошной подмосковной усадьбе всевозможные бизнес-встречи и лекции для начинающих предпринимателей, но делал это демонстративно бесплатно. Правда, и ценности такие выступления не имели практически никакой. Дальше банальностей и общих фраз его педагогический талант, увы, не простирался. Помимо разоблачительных роликов на своем ютуб-канале с провокационным названием «Заклинатель говна», господин Кобелев приглашал оппонентов и на живые публичные баталии в свою усадьбу. Разумеется, ни Аяз Шабутдинов, ни Дмитрий Портнягин, ни кто-либо еще из «главарей» и основных идеологических оппонентов Кобелёва приезжать на эти встречи, проводимые на территории врага, не желали. Но зато, как он отрывался на их учениках, совсем еще молодых юношах и девушках, рискнувших приехать и вступить в дискуссию, дабы отстоять честь своих учителей. Ох как отрывался! Публично оскорблял, унижал, матерился прямо на сцене зала, где проводились такие встречи. И все это из самых лучших побуждений, совершенно искренне, полагая, что открывает людям глаза на некую истину. Мало-помалу, однако, все эти шоу ему стали наскучивать. А поскольку энергичная творческая натура требовала самовыражения и самоутверждения, господин Кобелёв решил перейти от простых слов к вполне конкретным, осязаемым действиям. Имея огромные деньги и старые связи во власти, он решил запретить «инфоцыганство» на самом высоком – государственном уровне. К счастью, пойти на столь радикальные меры никто из обхаживаемых им законодателей, депутатов и чиновников так и не решился. Но лед, что называется, тронулся. С подачи Кобелёва и не без щедрого (хотя и, разумеется, тайного) финансового стимулирования с его стороны депутаты Госдумы в феврале две тысячи двадцать второго года начали обсуждать идею если не полного запрета, то, как минимум, возможности регулирования так называемых «инфоцыган». На закрытом совещании в Госдуме было предложено создать единый реестр онлайн-коучей и ввести обязательное лицензирование их деятельности. Собственно, это событие и стало последней каплей, переполнившей чашу терпения Алексея Николаевича Барского. Доселе наблюдавший за всей этой вакханалией как бы со стороны, он не выдержал и решил тоже сказать свое «веское» слово в защиту российского инфобизнеса. И пусть доступная ему аудитория измеряется всего лишь несколькими сотнями тысяч человек, а не миллионами, как у Кобелёва, пусть его мнение окажется гласом вопиющего в пустыне, молчать более он не мог. Впрочем, не мог он и рисковать их совместным со Змеевым бизнесом, в открытую выступая против страшного и ужасного «Заклинателя говна». Ведь до настоящего момента их «Инфоклуб» ни Кобелёв, ни кто-либо еще из топовых «разоблачителей» – не трогали. Было ли это следствием безупречной работы их обучающей платформы, службы заботы о клиентах и фактически полным отсутствием недовольных клиентов (учеников, чувствующих себя обманутыми «Инфоклубом» и из-за этого спешащих придать публичной огласке свои обиды, а то и вовсе обратиться в полицию или суд, просто не существовало), или же причина заключалась в их «маленькости» и незаметности, как любил выражаться и чем очень гордился Змеев, не столь важно. Важно то, что подставлять «Инфоклуб» под удар и рисковать всем их бизнесом Алексей Николаевич не имел права. А потому он решил написать и запустить в Сеть статью не под своим настоящим именем, а под псевдонимом. И пусть подобные методы конспирации были явно избыточными (он уже давно не являлся известной всему Рунету личностью, как это имело место в нулевых и первой половине десятых, прекрасно чувствовал себя в роли «серого кардинала», а значит, едва ли Кобелёв или кто-либо из его сотоварищей сопоставили бы имя Алексея Барского с учредителями и владельцами проекта «Инфоклуб»), береженого, как известно, Бог бережет. Написанная им статья с едким названием «Конец инфобизнеса, или “Новые хунвейбины” на марше?!. » была опубликована за авторством писателя… Александра Тагеса! Да-да, именно его. Сам Тагес, разумеется, был в курсе всего происходящего и после того, как лично ознакомился с текстом статьи, пусть и неохотно (он считал это бессмысленным проявлением чувства собственной важности Алексея Николаевича), но дал-таки Барскому разрешение на ее публикацию под его, Тагеса, именем. Материал распространили через социальные сети, мессенджеры и блог-платформы. …Я долго терпел и старался просто игнорировать эту тему. Но сегодня, когда вдруг увидел, насколько далеко зашел процесс и чем все это может в итоге закончиться, терпение мое лопнуло. Я понял, что хватит отмалчиваться, пора открыто и прямо высказать свое мнение на весь творящийся беспредел и попытаться консолидировать всех неравнодушных, разумных людей, пока еще ситуация не зашла непоправимо далеко, а сюжеты «1984» Оруэлла и «451 градуса по Фаренгейту» Брэдбери не стали нашей новой реальностью. Когда несколько лет назад по Сети начал гулять странный термин «инфоцыгане», я просто пожал плечами. Ну, мало ли кто чего выдумает. Я сам в нулевых придумал и ввел в широкий оборот новый термин – «киберсантинг», ничего необычного. Затем, когда пошел хайп на всевозможных интернет-разоблачениях и в топы Ютуба массово полезли видеоблогеры, якобы разоблачающие этих загадочных «инфоцыган», я тоже просто отмахнулся от этого явления. Ну, подумаешь, люди пиарятся на том, что льют потоки помоев на других людей. С самого начала было ясно, что все эти «разоблачения» яйца выеденного не стоят и штампуются их авторами как под копирку, исключительно на потеху публике и ради собственного пиара. Когда несколько месяцев назад «инфоцыганами» вдруг озаботились журнашлюшки типа Ксюшки Собчак, а на федеральных каналах вдруг пошли передачки, уже на профессиональном уровне перепевающие весь тот шлак, что несколько лет назад несли «блогеры-разоблачители», я уже серьезно призадумался. Становилось понятно, что это «ж-ж-ж» – явно неспроста! Что кто-то лоббирует данную тему уже в самых верхах, и сейчас начата лишь информационная «арт-подготовка» к чему-то более серьезному и масштабному. К какой-то очередной волне запрещений, ужесточений, новых поборов, закручивания гаек и т. п. И вот несколько дней назад читаю в «Ведомостях», что депутаты Госдумы (это не фейк и не прикол! это на самом деле!) начали обсуждать возможность регулирования «так называемых инфоцыган». Народные избранники и законотворцы (конечно же – кристально чистые и честные перед законом и народом люди, не берущие взяток, не лгущие и не ворующие) вдруг осознали, что все прочие проблемы многострадальной России они уже давно решили. Теперь пришла пора заняться Интернетом – создать реестры онлайн-коучей и ввести их лицензирование. Не вру! Я дважды перечитал эту заметку в газете и понял, что терпение мое лопнуло, что предел достигнут и я не могу дольше оставаться безучастным молчаливым наблюдателем. Для начала я просто углубился в фактаж, прошерстил вдоль и поперек Интернет, детально изучив всю эту подозрительную «движуху» вокруг так называемых «инфоцыган». И только после этого сел, собственно, за написание данной статьи. Вы снова можете смеяться, но, как выяснилось, основным заводилой, лоббистом и главным проталкивателем темы «изничтожения инфоцыганства» как явления, а самих «инфоцыган» как класса является российский миллиардер(!) – Андрей Кобелёв. Еще раз – миллиардер! Человек, сколотивший свое первое состояние еще в конце 80-х (у кого-то есть сомнения, – КАК и за счет чего, если «честного бизнеса» в тот период времени не было и быть не могло по определению?!). Бывший в 90-х заместителем министра лесной промышленности, а в нулевых – нехило повеселившийся в роли депутата Московской гордумы. Человек, открыто рассказывающий, как в лихие 90-е он затаривался «калашами» и гранатометами, дабы было с чем ездить на «разборки и стрелки». Великий махинатор, который, пользуясь связями, во всё те же нулевые брал огромные даже по тем временам кредиты, скупал разоренные и умышленно обанкроченные заводы за бесценок, а на их месте выстраивал крупные бизнес-центры, на чем, собственно, вырастил свое нынешнее многомиллиардное состояние. И многое, многое другое… Словом, натура очень деятельная и экспрессивная. Человек – запредельно богатый и мегасостоятельный! Настоящая акула капитализма! И вдруг… Озаботился темой «инфоцыганства»?!. С головой окунулся в «разоблачение» разной мелкой шушеры вроде каких-то ставочников, каперов, брачных аферистов и т. п.? Но главное – решивший полностью, под корень уничтожить в России такое перспективное направление в современном предпринимательстве, как «инфобизнес»?!. Да с чего бы это было нужно миллиардеру, у которого и серьезных дел должно быть по горло?.. Ладно, решил я, пусть все это выглядит странным, но ведь, казалось бы, человек занят хорошим делом – борется с мошенниками. Ведь кто такие эти пресловутые «инфоцыгане»? Люди, которые кичатся своим богатством, выставляют его напоказ, обещая всех желающих научить (за денежку, разумеется) тому, как добиться такого же уровня материального благосостояния. Пройдохи, сами не имеющие никакого бизнеса, но обещающие научить бизнесу других (опять же, за денежку). Шоумены, устраивающие массовые тренинги и семинары, на которых людей ничему не учат, а только накачивают эмоционально (за денежку!). Да я сам всегда горячо выступал против такого рода мошенников! А значит, должен радоваться приходу в эту сферу деятельности г-на Кобелёва?.. Увы, на деле все оказалось совсем не так. Оказывается, «инфоцыганами» г-н Кобелёв считает не только откровенных мошенников, по которым плачет 159-я статья УК РФ. К мошенникам и «инфоцыганам» он относитабсолютно всех, кто за деньги продает информацию. Абсолютно весь инфобизнес, без разбора и исключений! Написал человек свой обучающий курс на ту или иную тему и смеет продавать его – по Кобелёву он «инфоцыган» и должен сидеть в тюрьме. Является человек профессиональным трейдером или инвестором, решившим вдруг поделиться своим опытом и знаниями с другими через проведение платного мастер-класса или вебинара – он тоже «инфоцыган», и место его на нарах. Любая попытка продажи информации, по Кобелёву, есть злостное мошенничество, обман, преступление и должно караться по всей строгости закона. – Позвольте, – пытался я робко возразить в комментариях на его Телеграм-каналах, – но ведь под Ваше определение «инфоцыганства» подходят даже гуманитарные ВУЗы, обучающие таким специальностям, как маркетинг, менеджмент, юриспруденция и т. п. Во-первых, большинство преподавателей там являются чистейшими теоретиками («девственниками, обучающими сексу», в терминологии Кобелёва), а во-вторых, подавляющее большинство выпускников ВУЗов не идут затем работать по специальности, а их дипломы просто пылятся дома на полочке или на стене в рамке. Чистейшая «инфоцыганщина» получается, разве нет? Что, запретим теперь все ВУЗы, кроме технических?! Увы, внятного ответа на свой вопрос я так и не получил, а сначала был закидан тухлыми помидорами со стороны весьма агрессивных последователей секты Кобелёва, а затем и вовсе получил бан от самого́ основателя секты по борьбе с «инфоцыганами». Признаюсь, тогда (в тот момент времени) я просто плюнул на этих невменяемых и занялся своими обычными делами. Ну, нравится людям бороться с ветряными мельницами, Бог им судья! Хотят они ретранслировать на весь Интернет свою точку зрения о том, что продавать информацию за денежки – это страшный грех, пусть. В конце концов, имеют на это полное право. У нас свобода слова, а каждый человек имеет право на личное мнение, каким бы абсурдным и нелепым оно ни было. Однако сегодня, читая в «Ведомостях» заметку о новой депутатской инициативе, я уже не на шутку расстроился и взволновался. Нет, то, что злейшим личным врагам г-на Кобелёва – предпринимателям Аязу Шабутдинову и Дмитрию Портнягину, на которых он почему-то имеет личный и весьма острый зуб, – все эти законодательные инициативы что слону дробина, это и ежу ясно. Налоги они и так платят, ибо при их уровне доходов проще заплатить небольшой процент ФНС, чем рисковать ВСЕМ, бегая и скрываясь от налоговиков. То, что в случае введения обязательного лицензирования уж они-то получат лицензии на «раз-два», это тоже ясно каждому. Скорее всего, тот же Шабутдинов и так имеет лицензию для своего «Like Центра», потому как при подобном размахе работать без лицензии было бы весьма проблематично. Так по кому же ударит в первую очередь пролоббированная Кобелёвым инициатива, в случае, если наши народные избранники решат-таки воплотить все это в рамки правового поля? Во-первых, это ударит по самозанятым репетиторам – простым учителям, подрабатывающим в свободное от основной работы время. Именно им придется получать эти бессмысленные «лицензии» и платить за них дополнительные деньги. Во-вторых, это ударит по блогерам, ведущим свои кулинарные, спортивные, ЗОЖ-овские и прочие общеобразовательные блоги, а также, продающим через эти блоги свои авторские курсы. Им тоже придется изрядно потрепать нервы в кабинетах чиновников, доказывая, что «ты не верблюд», дабы получить разрешение на право делиться с другими людьми собственными знаниями и опытом. Имеешь монетизацию со своих статей на Яндекс-Дзен или на «Пульсе» mail.ru? – а где лицензия?! Наконец, в-третьих, это ударит по всем честным предпринимателям, занятым сейчас в сфере инфобизнеса. Выпускает какой-нибудь бухгалтер свой авторский вебинар через портал «Клерк» – извольте купить лицензию! Пробует частный юрист продать свой онлайн-курс через собственный канал в Телеграме – а лицензия у вас есть на это, мил человек?!. А вот именно мошенникам, махинаторам и пройдохам на все это будет глубоко начхать. Регистрироваться они нигде не станут, получать лицензии – тоже. Как лохотронили «в серую», так и будут продолжать заниматься ровно тем же, меняя сайты как перчатки и прыгая из одного Телеграм-канала в другой. Так, спрашивается, ради чего тогда весь этот сыр-бор? Разве не достаточно для борьбы именно с мошенниками уже действующих норм Уголовного кодекса? Достаточно. Более чем! Но г-ну Кобелёву и его сектантам на это плевать. Уверовавшие в собственную исключительность и непогрешимость, они продолжают и дальше с упорством оголтелых фанатиков продвигать свои безумные идеи аж на уровень правительства. И слышать не желают о том, что от их безумных инициатив пострадают именно добропорядочные люди, именно честные инфобизнесмены и предприниматели, блогеры и репетиторы. А там, глядишь, и до нас – писателей, дело дойдет (мы же тоже, по сути, «инфобизнесмены» – продаем информацию за денежки). Казалось бы, Кобелёв – сам предприниматель, капиталист, акула бизнеса. И должен понимать элементарную истину, что рынок – сам все порешает и урегулирует. Если кто-то продает не полезную информацию и не действительно нужный людям обучающий курс, а откровенную «воду», то очень скоро молва о нем разлетится по всей Сети и никто у него ничего больше не купит. Я сам неоднократно наблюдал с начала нулевых и по настоящее время взлеты и гибель таких пройдох и пустомель. Если у г-на Кобелёва действительно так болит душа за «наивных овечек», лезущих обучаться бизнесу или чему-либо другому, так пусть организует сам по-настоящему полезные курсы (неважно даже – платные или бесплатные), а не несет со сцены и через свой Ютуб-канал банальщину в стиле: «бизнесу обучить невозможно, вы либо бизнесмен с рождения, либо нет», «не берите кредит на свой первый бизнес, открывайте его только на свои собственные сбережения» и прочие наивности, очевидные даже для школьников. Наконец, если люди почему-то сами лезут во всевозможные «тренинги личностного роста», финансовые пирамиды, «марафоны исполнения желаний» и прочую бредятину, несмотря на массу публикаций и разоблачений всего этого в СМИ, может быть им зачем-то это все-таки нужно? Раз обжегшись и получив по лбу, человек усвоит урок, если уж не смог допереть до нужно вывода интеллектуальным путем. Может быть, все эти пирамиды и марафоны есть лишь реакция ушлых дельцов на вполне реальный спрос со стороны определенной части населения и бороться надо не со следствием, а с первопричиной? Вводить в школах уроки финансовой грамотности, объяснять людям еще со школьной скамьи, что волшебной кнопки «бабло» не существует в природе, что для достижения любого результата нужно много учиться и изрядно потрудиться. И почему это Кобелёв и его сектанты берут на себя право решать за кого-то, что для людей хорошо, а что плохо? По какому праву кобелёвцы возомнили себя монополистами на Истину и вершителями людских судеб? С какой это стати они навязывают всем свои убогие, ущербные взгляды на жизнь и бизнес? Взгляды совершенно пещерные, отсталые, относящиеся к прошлому, а не к настоящему и уж тем более не к будущему. Ведь инфобизнес – это мировой тренд. Это будущее всего XXI века (не верите, спросите об этом у Германа Грефа, уж он-то вхож в мировую закулису и знает, что к чему). Сегодня, прямо на наших глазах, совершается четвертая промышленная революция – массовое внедрение роботизированных средств в производственный процесс. Иначе говоря, это замена традиционного производства с участием ручной силы полной роботизацией процесса создания продуктов. Повсеместно разрабатываются и внедряются системы искусственного интеллекта. А это означает, что необходимость в ручном физическом и в неквалифицированном человеческом труде будет сведена к минимуму. Уже в ближайшие 20–30 лет исчезнет огромное количество распространенных ныне профессий – от дворника, кассира и шофера до бухгалтера, клерка и диктора. Миллионы людей по всему миру останутся не у дел, без работы и средств к существованию. Если только… Правильно! Если только не занять их в виртуальной реальности, в сфере интернет-деятельности, в том числе и в сфере ИНФОБИЗНЕСА. Кобелёв что, хочет, чтобы у России образовалось отставание именно в этом направлении? Такие как Кобелёв и его сектанты в прошлом веке уже угробили в нашей стране самые перспективные и революционные направления: кибернетику и генетику, объявив их лженаукой. Запад – ушел в отрыв в этих сферах, а мы – безнадежно отстали, негативные плоды чего пожинаем и посей день. Сегодня кобелёвцы продолжают дело своих идейных предшественников – лысенковцев, снова пытаясь отбросить нашу страну на десятилетия назад, сворачивая ее с общемирового тренда на виртуализацию и инфобизнес на обочину прогресса. И наконец, если сегодня Кобелёв и сотоварищи добиваются на законодательном уровне запрета инфобизнеса, где гарантия, что войдя во вкус, они не начнут лоббировать запрет блогинга (а то, виш ты, пишут, что вздумается!), не потребуют массовой цензуры для нас, писателей, запретив писать и издавать книги на «сомнительные» с их точки зрения темы (эзотерику, например, философию, прочий нон-фикшен – голимая же «инфоцыганщина»)?! Вот тогда-то те самые сюжеты «1984» Оруэлла и «451 градуса по Фаренгейту» Брэдбери, о которых я упомянул в самом начале своей заметки, станут нашей новой реальностью. А новые хунвейбины-кобелёвцы, станут массово отлавливать неугодных им блогеров и писателей, сажать их в тюрьмы, а то и расстреливать, точно так же как сейчас (пока еще достаточно робко и не очень уверенно) они травят всех без разбору инфобизнесменов и не понравившихся им предпринимателей. Думаете, это невозможно? Тогда вернитесь в начало данной заметки и перечитайте еще раз эволюцию моих взглядов и моего отношения к данной проблеме. Я тоже отмахивался от гнусного явления «кобелёвщины» до тех пор, пока в один прекрасный день не прочел о новой инициативе нашего правительства в газете. И если вы не хотите дальнейшей эскалации всего этого безумия, давайте противостоять новой хунвейбинщине вместе! Максимально распространяйте эту статью в Интернете. Пишите собственные статьи и заметки на данную тему. Дискутируйте в комментариях на каналах Кобелёва с его полоумными сектантами. Пусть они видят, что нормальных и вменяемых людей – большинство. Не дадим задушить свободу слова, самовыражения и похоронить честный инфобизнес в Рунете! Не дадим погрузить нашу страну в новое средневековье и отбросить ее в развитии по сравнению со странами Запада!.. Александр Тагес, писатель. 20.02.2022 К огромному разочарованию Барского, какого-либо заметного резонанса статья эта в Рунете не вызвала. Спустя трое суток после публикации ее перепостило от силы несколько десятков человек, да и те, похоже, «чисто по приколу», а не из чувства солидарности. Однако Кобелёву статейку кто-то из его подписчиков или поклонников все-таки переслал. К удивлению Алексея Николаевича, тот не только не отреагировал на нее негодующе или гневно, но взял и выложил эту заметку у себя в Телеграм-канале! Просто так, без каких-либо пояснений или иной реакции со своей стороны. Собственно, ничего необычного в этом не было. Он часто тащил к себе на канал все, что, так или иначе, касалось темы инфобизнеса и «инфоцыганства». Видимо, и в этот раз, зацепившись взглядом за заголовок и бегло пробежав текст заметки по диагонали, он решил, что материал посвящен очередному разоблачению инфобизнесменов, а вовсе не наоборот. Скорее всего, этим бы все и закончилось, если бы один из подписчиков канала не выразил в комментариях свое недоумение: – Андрей Арнольдович, со всем уважением, но не врубаюсь, а зачем выэто сюда притащили? – с удивлением вопрошал комментатор. – Вы не видите и не понимаете, что вас в этой статье зачетно так чморят и пидорасят? Очевидно, перечитав после этого статью Барского уже более внимательно, Кобелёв разразился в комментариях таким забористым матом, что у неподготовленного человека кровь брызнула бы из глаз. Впрочем, подписчики его канала были людьми закаленными и привычными к подобного рода выходкам админа, а во владении «великим и могучим» ничуть не уступали ему самому. На некоторое время в комментариях разверзся самый настоящий портал в ад. Не стесняясь в выражениях, автору статьи напихали, как говорится, полную панамку, не забывая при этом делать реверансы в адрес самого Кобелёва. Его промашку верные поклонники обратили в достоинство, представив все так, словно перепостил он заметку Барского на свой канал не по невнимательности, а умышленно, демонстрируя всем вокруг, что не страшится критики в свой адрес и готов предоставить место для дискуссии даже своим идеологическим оппонентам и врагам. Выждав, пока вал оскорблений и ругательств уляжется, Барский не удержался и решил тоже вступить в дискуссию, прикинувшись рядовым подписчиком канала. – Господин Кобелёв, – осторожно обратился он, – а в чем, собственно, автор данной статьи неправ? – О! Смотрите-ка, защитничек инфоцыганский к нам на огонек залетел! – тут же отреагировал Кобелёв в своей обычной манере. – Ты каналом случайно не ошибся, а? Мразь гнойная! Несколько опешив от такого приема, но быстро взяв себя в руки, Алексей Николаевич ответил сдержанно и культурно, хотя манера общения администратора канала прямо-таки подталкивала его к тому, чтобы начать общаться так же по-хамски: – Я не являюсь ничьим защитником, а просто задал вопрос. Причем, заметьте, сделал это без оскорблений в ваш адрес. Мне показалось, что автор статьи изложил свои взгляды последовательно и аргументированно. Хотелось бы услышать и ваши контраргументы, если они у вас, конечно, имеются. – Ты не ох*ел ли в конец, мразота, бл*дь? – продолжал быковать Кобелёв. – Мне с этим х**сосом еще и дебаты проводить?! С ним на зоне, бл*дь, дебаты проведут! Другие люди. Исчезни отсюда, тварь! – Понятно. Значит, возразить вам по существу вопроса просто нечего, – не поддаваясь на провокацию, все так же спокойно и без агрессии отреагировал Барский. – Что ж, очень жаль. Извините, но я был о вас лучшего мнения. Его невозмутимость в какой-то мере подействовала на разъяренного оппонента, и уже более спокойно, но все еще со скрытой агрессией, тот ответил: – Вся статейка – голимый бред! От первого до последнего слова. Причем здесь генетика с кибернетикой? Какая, на хрен, четвертая промышленная революция? Я борюсь с мошенниками, а не с генетиками. И не с писателями. Чего непонятного-то?! Все инфоцыгане – это мошенники и разводилы людей на бабки. Их место на нарах. О чем тут вообще дискутировать? – Ну, для начала объясните мне, кого вы называете уничижительным словом «инфоцыгане»? – изображая искреннее недоумение, уточнил Алексей Николаевич. – Я действительно не до конца понимаю значение этого термина. Это любой человек, который продает обучение чему-либо за деньги, так, что ли? – Нет! Если хороший повар продает курсы по кулинарии, он не инфоцыган. И если репетитор учит английскому языку, пусть за деньги, он тоже не инфоцыган. Инфоцыгане – это мрази, которые обещают научить бизнесу, но сами никогда никакого бизнеса не имели. Обманщики, дерущие с доверчивых людей нехилые бабки, а вместо обучения бизнесу рассказывающие им всякие сказки и вешающие лапшу про мотивацию, херацию, выход из операционки и прочую х*ету! – То есть «инфоцыган» – это человек, берущийся учить предпринимательству, но сам при этом не являющийся успешным предпринимателем? – Типа того. Чтоб тебе совсем понятно стало, скажу так: инфоцыган – это девственник, учащий тому, как надо *баться! – Хороший образ, – согласился Барский, – яркий! Но вот взять, например, Игоря Рыбакова. Это же реальный предприниматель, участник списка богатейших людей России с состоянием в почти полтора миллиарда долларов, совладелец огромной корпорации «Технониколь». Используя вашу же аллегорию, это матерый ловелас, плейбой, крутейший *барь, который с полным знанием дела, с опытом и реальным кейсом за плечами учит других еб… трахаться. Однако вы причисляете его к самым матерым «инфоцыганам» и материте на чем свет стоит. Как так-то? Почему? – Ах ты, гандонище поганое! – мгновенно взбеленился Кобелёв. – Все-таки, ты инфоцыганский прихвостень, защитничек этих мразей. Сдристни отсюда, сука бл*дь! Попался б ты мне в жизни, я бы тебе нос сломал, сука, тварюге! Как вы за*бали, гондоны штопаные!.. – Господин Кобелёв, держите себя в руках! Я же не защищаю Рыбакова. Я просто хочу понять вашу логику. То вы говорите, что «инфоцыгане» – это бизнес-тренеры, сами не имеющие и никогда раньше не имевшие бизнеса. А то причисляете к «инфоцыганам» вполне себе успешного бизнесмена, владельца реального и достаточно крупного бизнеса. Получается все же, что, по-вашему, «инфоцыган» – это тот, кто обучает бизнесу за деньги? И совсем не важно, есть у него знания и опыт в этой сфере или нет? Если учишь заработку и берешь за это плату, ты «инфоцыган»? – Бизнесу невозможно научить! – огрызнулся Кобелёв. – Бизнесменами либо рождаются… либо нет! – А как же ваши собственные лекции по бизнесу, которые вы читаете у себя в усадьбе? Как же организуемые там у вас всевозможные бизнес-встречи? – Я делаю это бесплатно! Ни копейки не беру! – Но все же выобучаете бизнесу, пусть и даром. А говорите, что научить бизнесу невозможно в принципе. Как так-то? Кобелёв промолчал, ничего не написав в ответ. Выждав несколько минут для приличия, но, так и не дождавшись ответной реакции оппонента, Алексей Николаевич осторожно поинтересовался: – «Инфоцыгане», они связаны только со сферой бизнеса и заработка? Или любое обучение чему-либоза деньги – это, по-вашему, уже «инфоцыганщина»? – Слушай, ты мудак или дятел? – мгновенно отреагировал Кобелёв. – Я тебе русским языком сказал: я не имею ничего против обучения, если человек обучает каким-то реальным вещам и имеет опыт. – Обучение инвестированию и трейдингу, – в лоб спросил Барский, – это обучение «реальным вещам» или «инфоцыганство»? При условии, что учит этому не абы кто, апрофессиональный инвестор или трейдер. Человек, стабильно зарабатывающий себе этим на жизнь. – Стопроцентное сраное инфоцыганство! – ни секунды не колеблясь, отреагировал Кобелёв. – Всех этих мошенников надо ставить к стенке! Алексей Николаевич знал, что однажды Кобелёв закупил акций Газпрома на весьма приличную сумму. Купил их на хаях, разумеется! Без какой-либо системы и понимания. А когда цена на акции слегка просела, он их, испугавшись, немедленно продал «по рынку», получив весьма ощутимый убыток. Он сам про все это рассказывал в одном из своих роликов на Ютубе. С тех пор Кобелёв принялся проповедовать, что любые инвестиции – это мошенничество. А вместо покупки акций, облигаций и прочих ценных бумаг призывал свою паству класть деньги исключительно на депозиты Сбера и ВТБ. – Это вы говорите потому, что круто пролетели однажды с акциями Газпрома? – не удержался Барский. – Так вы именно потому и пролетели, что никогда не изучали инвестирование и покупали/продавали акции наобум. Без элементарного анализа точек входа и выхода. Без понимания того, как правильно формируется инвестиционный портфель, не зная базовых принципов диверсификации и хеджирования, не используя принципа усреднения и многого другого. А если бы прошли курсы обучения у нормального инвестора, то знали бы, что вкладываться всем капиталом в одну-единственную бумагу, да еще на стадии завершения бурного роста этой бумаги, а затем все сразу же продать на вполне закономерной коррекции после столь быстрого роста – это полнейшее безумие! – Ты, бл*дь, жену щи поучи варить, х**сос! – мгновенно встал на дыбы Кобелёв. – Инвестор, понимаешь, тут выискался. Такой же точно инфоцыган, как и все остальные! – Еще раз повторю: если бы вы прошли хотя бы базовый курс инвестирования, то, как минимум, не понесли бы убытков на фондовом рынке, а скорее всего, при вашем-то капитале, весьма неплохо заработали бы на тех же бумагах Газпрома! – уже умышленно пошел на обострение Барский. – Сами совершили ошибку, причем именно из-за того, что не желали учиться, а теперь все те, кто обучает инвестированию и трейдингу, у вас стали мошенниками и «инфоцыганами». Это инфантилизм и снобизм, это поведение подростка, а не взрослого умного человека… – Ты, сученок, исчезни отсюда, я тебе сказал, тварь! – снова перешел на свойственную ему лексику и манеру общения Кобелёв. – Вонючий скунс, вылез тут. Пошел на х**! Животное, сука, всех бы вас перевешал! Сначала бы ты у меня на зоне, падла, варежки шил бы, а потом, когда срок отмотаешь, я бы тебя за яйца повесил, суку, нах*р! – Помнится, вы как-то выступали в одном колхозе, весьма активно топили там за предпринимательство и очень обиделись, когда колхозники, со свойственной простым людям прямотой, назвали всех предпринимателей кровопийцами, мироедами, буржуями и мошенниками, – продолжил нагнетать Алексей Николаевич. – О, как вы тогда удивились этому, как в своем очередном ролике, чуть ли ни со слезами на глазах, говорили, что предприниматели – это соль земли русской. Что их любить и лелеять нужно. Что те дремучие колхозники в корне неправы, давая такую оценку бизнесу. А ведь сами вы, Андрей Арнольдович, занимаетесь ровно тем же! На основании того, что среди инфобизнесменов действительно имеется некоторое количество обманщиков, мошенников или просто людей некомпетентных, но стремящихся срубить легких денег на модном тренде, вы объявляете мошенничествомвсю(!) сферу инфобизнеса! Следуя вашей «логике», если я пришел в ресторан и мне там подсунули тухлую еду, я должен назватьвсех рестораторов мошенниками и объявитьвсю сферу общепита мошеннической, так, что ли? Кинул один застройщик своих дольщиков на бабки, давайте всю строительную индустрию объявим вне закона, а то и вовсе начнем вешать всех девелоперов на фонарных столбах. Ну бред же! – Слушай ты, инфоцыганенок мерзкий! Ты мне предлагаешь перестать бороться с мошенниками? Пусть и дальше дурят людей на своих сборищах? Да вот хрен тебе в ж*пу, по самые гланды! Все мерзкие инфоцыгане должны сидеть на зоне. Все поголовно! И закон должен быть такой принят, чтобы запретить инфоцыганство как явление и уничтожить всех инфоцыган, как класс! Необходимо полностью законодательно запретить все инфоцыганские курсы без разбора и ввести серьезный срок, ну, например, двадцать пять лет, за занятие вот этим вот инфоцыганством! – Господин Кобелёв, вы меня совсем не слышите, – терпеливо продолжал Барский, впрочем, уже понимая, что разговаривает со стенкой. – Бороться с мошенниками важно и нужно! Но, во-первых, заниматься этим должны компетентные органы, а не все, кому это заблагорассудится. В своем рвении вы так до судов Линча скоро дойдете. Начнете с инфобизнесменов, затем перекинетесь на каких-нибудь тарологов, родологов, гадалок и астрологов, а закончите и вовсе запретомлюбого(!) инакомыслия. Здравствуй, Советский Союз, в его худшем проявлении. А во-вторых, действующего законодательства более чем достаточно для борьбы как с мошенниками в сфере инфобизнеса, так и с любыми другими мошенниками, в любых других сферах. Обман остается обманом, независимо от того, где и кто тебя обманул. Если тебя пообещали научить работать в «Фотошопе», но вместо изучения этой программы рассказывали сказки какие-нибудь на отвлеченные темы, нет ничего проще: подаете в суд, следствие проводит экспертизу на предмет соответствия контента курса заявленному в рекламе и договоре содержанию этого курса. Если обещали дать одну информацию, а дали другую, это мошенничество и любой суд встанет на сторону потребителя. А вот если давали именно ту информацию, которая была заявлена в рекламе и договоре, но сам ученик ничего не сделал (не изучил ее, не прошел практические занятия, не выполнил тестовые задания, и так далее, и тому подобное), тогда это уже не обман и не мошенничество. Тогда это, уж извините, раздолбайство со стороны самого ученика, и здесь любой суд встанет на сторону продавца информационной услуги. – Эх, жаль я не президент, – как-то грустно выдавил из себя Кобелёв. – Будь я президентом, в двадцать четыре часа пересажал бы всех вас до единого, мерзкие инфоцыгане. Без суда и следствия. Продаешь инфоцыганские курсы – сразу за решетку, хавать баланду и шить рукавицы! Барский слегка опешил. – Андрей Арнольдович, а вы точно когда-то были во власти? Замминистра там кого-то, депутатом каким-то, – с нескрываемой издевкой написал он. – Вы действительно полагаете, что президент – это абсолютный монарх, что он может сажать и расстреливать кого угодно по собственному хотению, в силу личных антипатий? Вы хоть что-нибудь слышали о правовом государстве, о принципе разделения властей? Да будь вы даже прокурором, и то никого не смогли бы посадить по личному желанию, просто так. Осудить и приговорить человека к отбыванию срока в исправительной колонии может только суд! Да и тот руководствуется исключительно Законом, а не своими хотелками, симпатиями или антипатиями. Да уж, то, что вас давно отодвинули от власти, – это огромное счастье для России. Вас даже до самой низовой чиновничьей должности допускать нельзя, с такими-то представлениями о праве, государстве и при такой психической неуравновешенности. Отрыжка девяностых – вот вы кто. Фу быть таким! Кобелёв никак не отреагировал. Может быть, просто отошел куда-то от компьютера, а может быть, действительно задумался над словами Алексея Николаевича. Обнадеженный этой последней версией, Барский продолжил: – Поверьте, я совсем не хочу с вами ругаться. Я лишь пытаюсь донести до вас, что «инфоцыганство» – это совершенно глупый, пропагандистский термин, предназначенный исключительно для дискредитации всей сферы инфобизнеса. Мошенник остается мошенником, в какой бы сфере бизнеса он ни работал, в инфо- или реале. А заявлять, что любые обучальщики – это некомпетентные мошенники, полнейший бред! Тогда придется признать, что и вся наша система профессионального и высшего образования, самый что ни на есть «инфоцыгнаский» бизнес, ибо подавляющее большинство профессоров в ВУЗах голимые теоретики, которые учат тому, что сами знают исключительно в теории, а восемьдесят процентов выпускников ВУЗов, увы, после получения диплома работают совсем по иным специальностям. Так что теперь, объявим «инфоцыганством» всю сферу высшего образования? Кобелёв продолжал молчать. И вдруг кто-то из подписчиков его канала (а все присутствующие, похоже, очень внимательно, затаив дыхание следили за неожиданно возникшими дебатами между их гуру и не пойми откуда взявшимся залетным «инфоцыганом») выложил в чат свежую новость: – Как сообщает Газета.Ru: «в Госдуме заявили о подготовке законопроекта по запрету тарологов, которых начнут сажать в тюрьму. Все потому, что они, как и нумерологи, – это мошенники, заявили в комитете Госдумы по информационным технологиям и связи. Таких “специалистов” пока что не запретили из-за негатива в новостях, россиянам это помогает, заявил депутат. Но в ближайшее время все это будет признано экстремизмом. Тарологи и нумерологи – на 99 % это шарлатаны, мошенники, которых надо всех посадить. Это откровенный развод. Еще пока не запретили, потому что негативная повестка сегодня. Людям это помогает, потому что доброе слово и кошке приятно. Но мы в ближайшее время все это запретим. Все это будет признано экстремизмом, дикие штрафы. Хотите людям помогать? Идите учиться медицине или в церковь идите. Широкую аудиторию собирать – это мошенничество. Массово мы это запретим в течение года ». Алексей Николаевич дважды перечитал этот бред. Помотал головой. Проверил реальность на то, не в сновидении ли он находится. Нет, все происходило наяву. Он выделил курсором первое предложение из данной цитаты, скопировал его в буфер обмена, а затем вогнал в поисковую строку Яндекса. Кликнул «Enter». Действительно, это оказалось не фейком, не шуткой и не вбросом. Поисковик выдал несколько десятков страниц, от новостных порталов до блогов и форумов, на разные лады смакующих и обсуждающих эту новость. Дыхание у него перехватило, перед глазами поплыли пятна. Словно во сне (дурном и совершенно неосознанном сне!) он придвинул к себе клавиатуру и начал набивать ответ в чат Кобелёва: – Достойные продолжатели дела «заклинателя говна», «великого инквизитора» и охотника на ведьм (в прямом смысле этого слова!) Андрейки Кобелёва! Сейчас наши депутатики запретят тарологов, нумерологов, алхимиков и всяких там родологов. Затем – гадалок, гороскопы, астрологов, экстрасенсов, шаманов и прочих «эзотериков». Кришнаитов, «свидетелей Иеговы» и… Стоп! Этих, свидетелей, кажется, уже давно запретили! Попам и муллам – не радоваться, что поляну им зачистили! Следом дойдет очередь и до них. Далее начнут запрещать и сажать трейдеров (валютчики же, сволочи! При Хрущеве таких вообще расстреливали). Наконец, очередь дойдет и просто до предпринимателей и бизнесменов (коммерсы – они же кровопийцы и мошенники, обманывают народ, набивая за счет простых работяг карманы, эксплуатируют трудовой люд). Так что, Кобелёв, не радуйся, тебя тоже посадят или даже расстреляют (революция любит пожирать своих же детей-зачинателей). И здравствуй, «Совок 2.0», где все снова будут ходить строем, думать только так, как велит Партия, делать только то, что разрешат толстые дядьки сверху. Но зато будет порядок, единый порыв, никакого альтернативного мнения и вольнодумства! А ведь как здорово все начиналось: с хайпящихся на Ютубчике разных «разоблачальщиков» и «правдолюбцев», с «праведного» гнева миллиардера Кобелёва, жаждущего посадить и расстрелять всех неугодных лично ему, с народных избранников, видящих свою деятельность исключительно в том, чтобы всё вокруг (и всех подряд) контролировать, ограничивать, «запрещать и не пущать»! Браво! Что тут еще скажешь? Слава Богу, что я к тому «благословенному» времени, скорее всего, помру. Мне уже за полтинник, ну, лет десять еще протяну, максимум двадцать. Я прожил счастливую, всестороннюю, разнообразную жизнь: и «Совка» хапнул, и перестройку, и лихие 90-е полной ложкой черпанул. Пожил и в свободные сытые путинские двадцать лет (нулевые-десятые). Сейчас вот (20-е гг. XXI века) наблюдаю закат этой самой свободы и первые признаки возврата к темным временам. А детей наших очень жалко, конечно же. Очень страшит будущее, которое им сейчас пытаются формировать безмозглые, но с зашкаливающим чувством собственной значимости личности типа Кобелёва. Увидим еще и костры из книжек Кастанеды, Глобы, Зеланда, Ксендзюка, Тагеса, Бхагавад-гиты… И много еще чего интересного. Начало уже положено! События развиваются просто ооочень стремительно… Отправив в чат набранный текст, Алексей Николаевич попытался собраться с мыслями, чтобы добавить еще что-нибудь к уже сказанному. Но в этот момент вдруг появился сам администратор канала. – Ну всё, говна кусок, – коротко, но злобно написал Кобелёв, – считай, что ты допи**елся, ушлепок. Лови бан, тварь мерзкая, инфоцыганская! После чего Барского выкинуло из чата. Этот бессмысленный и совершенно никому не нужный срач в комментариях на канале Кобелёва произошел вечером двадцать третьего февраля. Поступок не просто небезупречный, как сказал бы Александр Тагес, а скорее даже антибезупречный. Алексей Николаевич по собственной воле, слабости и глупости слил в никуда невероятное количество личной энергии, столь необходимой ему для вхождения в осознанные сновидения. Энергии, которую он накапливал перед этим, наверное, год или полтора. Сразу после того, как Кобелёв вышвырнул его из чата и заблокировал доступ, Барский рухнул в кровать и заснул глубоким сном (без каких-либо сновидений вообще). А между тем именно в ночь на двадцать четвертое произошли события, которые самым серьезным образом повлияли на весь дальнейший бизнес Барского и Змеева, а также стали принципиально новым этапом в истории России, а то и всего мира! Разбуженный на следующий день в двенадцать ноль-ноль включившейся на полную громкость плазменной панелью, занимавшей половину стены прямо напротив его кровати, Алексей Николаевич с удивлением обнаружил, что началась война. «Специальная военная операция», как деликатно называли это событие дикторы в телевизоре. «Ее цель – защита людей, которые на протяжении восьми лет подвергаются издевательствам, геноциду со стороны киевского режима. И для этого мы будем стремиться к демилитаризации и денацификации Украины», – сообщил (уже в записи, живое обращение было сделано в районе шести утра) президент Российской Федерации. Продрав глаза, Барский вскочил с постели и, не умываясь, кинулся к компьютеру читать новостные ленты. СМИ Украины сообщали о взрывах в Краматорске, Одессе, Харькове, Бердянске. Западные корреспонденты бились в истерике, рассказывая о прилетах рядом с Киевом. Украина ввела военное положение. Стоимость европейской валюты достигла запредельных ста тридцати рублей, и Центробанк всеми силами пытался удержать рубль от дальнейшего падения. Стало понятно, что Россия перешла Рубикон и обратного хода уже не будет. Россия четко и недвусмысленно дала понять Западу, что больше не отступит ни на шаг, не сдастся и не покорится ему. Именно в этот день снова возродилась великая Российская империя, суверенная и независимая. Так понимал все произошедшее Алексей Николаевич, и ощущение жути от начавшейся войны с Западом полыхало в нем одновременно с чувством восторга и радости за свою Родину, решившуюся-таки наконец выйти из-под колониального ига Вашингтона, в которое она добровольно влезла одновременно с распадом Советского Союза. – Да что ж ты такой вялый-то? – орал он в «FaceTime» Змееву, которого сразу же набрал по видеосвязи, едва сам разобрался в происходящем и уяснил всю хронологию событий этой ночи и первой половины дня. – Колян, это же новый этап в развитии России! Судьбоносное событие для всей нашей дальнейшей жизни: экономики, политики и всего остального. Это означает, что Россия пошла «ва-банк», а при нынешнем раскладе сил это практически гарантированный наш выигрыш в данном геополитическом противостоянии! Еще один шаг по отвязке от Запада. А Запад сейчас переживает начало кризиса эпических масштабов. И кризис две тысячи восьмого года, и даже Великая депрессия начала двадцатого века по сравнению с тем кризисом, который сейчас на них надвигается, просто цветочки. Чем меньше у нас будет связей с Западом в этот момент, тем меньше мы пострадаем, когда их «Титаник» пойдет на дно. Так что все будет хорошо! Двадцать первый век – это век восхождения Росси и Китая и одновременно с этим время заката и нисхождения Запада. Голову даю на отсечение, что к пятидесятым годам мы и они полностью поменяемся местами! – Всё так. Наверное, всё именно так, – с какой-то кислой миной на лице кивал в камеру смартфона Змеев. – Вот только б твои слова да в уши бы нашим элитам, которые полностью завязаны на этот самый Запад и вовсе не намереваются разрывать с ним связи. Даже сейчас. Боюсь, как бы они переворот какой-нибудь государственный не организовали и не задушили бы нашего гаранта шарфиком или не проломили бы ему голову золотой табакеркой. – Ерунда! Чушь! Неужели ты думаешь, что Владимир Владимирович не держит все под полным контролем? Это же не истеричный и безвольный Павел I, на которого ты так «тонко» намекаешь, – взволнованно говорил Алексей Николаевич. – Тем из наших элит, кто все еще надеялся на сближение с Западом, после сегодняшнего события предстоит либо окончательно сжигать мосты и драпать за границу, либо начать-таки полностью жить и работать только в интересах России, а не на «два фронта». Не сидеть одной задницей сразу на двух стульях, и вашим и нашим. Да, Запад будет в ярости. Но ничего по-настоящему серьезного он уже нам сделать просто не в состоянии. Любые серьезные санкции будут бить по самому Западу гораздо сильнее, чем по нам. Так что поорут-поорут, примут некие «симулякры санкций» и прижмут хвосты. А вот для нас их санкции, поверь мне, пойдут только во благо: наконец-то по-настоящему заработают процессы импортозамещения и подъема собственной экономики. А если от «свифта» отключат, то, во-первых, у нас уже готова замена ему, во-вторых, это убьет их же доллар, а в-третьих, начнут покупать наши газ и нефть за рубли, никуда не денутся. Словом, прорвемся! – Я бы на твоем месте не был столь восторженным оптимистом, – покачал головой профессор. – Да, Запад находится в нисходящем политико-экономическом тренде, но он все еще силен и так просто от гегемонии не откажется. И война эта, поверь мне, не на месяцы, а на годы! Я не сомневаюсь, в итоге мы, конечно же, победим, тут без вариантов. Но вот до этой победы нервы они нам еще изрядно помотают. Да и лично нам с тобой, нашему «Инфоклубу», на время военных действий ох как трудно придется. Спроси себя, ты готов мириться с социальными трудностями и личными финансовыми потерями во имя будущих гипотетических приобретений и выигрышей страны? Что для тебя ближе и важнее, собственная рубашка, твои сугубо личные материальные выгоды или некое абстрактное будущее России? Только ответь сам себе на все эти вопросы честно! Увы, но за любую победу государства всегда платят его собственные граждане, иначе никак… Находясь в состоянии эйфории, Барский в тот момент не придал особого значения словам друга. Отмахнулся и забыл о них. А между тем слова эти во многом оказались пророческими. Уже в начале марта Роскомнадзор ограничил доступ к соцсети Facebook3 на территории России, а в середине месяца был заблокирован доступ россиян и в Instagram4 . Ближе к концу марта Тверской суд Москвы официально запретил деятельность американской компании «Meta»5 в стране, в связи с признанием организации экстремистской на всей территории Российской Федерации. А ведь именно через инсту и мордокнигу «Инфоклуб» привлекал новых подписчиков. Именно из этих соцсетей поступало порядка девяноста процентов целевого трафика на их площадку. Все крупные рекламные партнеры работали именно там. Все рекламные стратегии были заточены на продвижение «Инфоклуба» в Instagram и Facebook. И все это рухнуло в один момент. На месяц-полтора компаньоны вообще остались без свежего трафика, а когда в экстренном порядке переориентировались-таки на рекламу в отечественном ВКонтакте и на продвижение в мессенджере Telegram, то обнаружили, что практически все другие рекламодатели поступили ровно так же. В итоге конкуренция на новых рекламных площадках оказалась запредельной, стоимость одного лида (подписчика) выросла в разы, а клиента (покупателя) и вовсе на порядок. Не спасало даже возобновление рекламы через Яндекс Директ, там цены подскочили почти в такой же пропорции. (От рекламы через Ютуб Змеев решил отказаться превентивно, предполагая, что скоро и этот видеохостинг постигнет судьба его западных собратьев – Instagram и Facebook, а значит, нет никакого смысла вкладывать деньги в освоение заведомо бесперспективного рекламного инструмента.) Но падение трафика и проблемы с рекламой были лишь цветочками. Ягодки начались, когда Запад своими санкциями перекрыл движение валютных потоков из России и в Россию, а также сильно осложнил россиянам возможность торговать иностранными ценными бумагами на западных биржах. А ведь именно на торговлютам были ориентированы основные, самые прибыльные и востребованные клиентами обучающие курсы «Инфоклуба», торговые роботы и советники, разработанные и продаваемые их авторами-экспертами. Все это полетело коту под хвост. Доходность «Инфоклуба» очень существенно просела, ушли как некоторые авторы, так и часть клиентуры (учеников). Несколько месяцев пришлось работать вообще в минус, бешеными темпами расходуя средства клубного «стабилизационного фонда», сформированного Барским еще в стародавние времена и бережно хранимого по сей день. Только к концу года нечеловеческими усилиями удалось переориентироваться на полулегальное обучение криптовалютному трейдингу, а также запустить несколько курсов по торговле на отечественном фондовом рынке. Но и тут они столкнулись с новой проблемой – под давлением ЦБ частные банки очень негативно стали относиться к теме криптовалют, перестраховывались и не желали предоставлять услуги эквайринга тем, кто хоть как-то был связан с криптовалютой (пусть даже исключительно в плане обучения работе с «криптой»). Алексею Николаевичу кое-как удалось-таки переподключить прием оплат с банков на несколько сервисов-посредников по приему онлайн-платежей, но комиссия за транзакции в итоге выросла до трех-четырех, а в случае приема платежей из-за границы и вовсе до астрономических десяти процентов. Так что доходность от «Инфоклуба» хоть и вышла в плюс, по-прежнему оставалась катастрофически низкой. Барскому все чаще приходилось по итогам очередного месяца извлекать деньги на жизнь и повседневные расходы из кубышки (своего индивидуального «стабфонда»). И все же, невзирая на все постигшие их трудности, Алексей Николаевич продолжал сохранять патриотический настрой и поддерживать СВО. Он даже регулярно что-то жертвовал из личных сбережений парням, воюющим на фронте за будущее России. «У нас не было и нет иного выхода, – говорил он сам себе. – Не ударь мы первыми, сейчас боевые действия шли бы целиком и полностью на нашей территории, а Россия так и продолжала бы пресмыкаться перед Западом. До тех пор, пока этот геополитический хищник окончательно бы нас не уничтожил, не раздробил бы на несколько мелких, грызущихся между собой государств и не сожрал бы в итоге полностью. Сейчас же мы все делаем правильно! Нужно просто затянуть пояса, стиснуть зубы и продолжать бороться. Как наши предки, как наши деды и прадеды!» Однако его общий психический настрой, в первую очередь из-за сложностей в бизнесе, уходил все глубже и глубже в отрицательную зону. Сильно усугубляла ситуацию и продолжающаяся в Рунете вакханалия в отношении приравнивания инфобизнеса к мошенникам и «инфоцыганам». Не желая того и всячески пытаясь этому противостоять, Барский стал погружаться в депрессию. Как он ни старался, но интерес к работе, «Инфоклубу» и бизнесу в целом, начал стремительно угасать. Он даже стал подумывать, а не записаться ли ему добровольцем на СВО? В голову опять полезли вопросы о «смысле жизни» и сомнения в том, что в этом мире есть хоть что-то, кроме вечно движущейся материи. В самом деле, ну зачем что-то делать и куда-либо карабкаться, если итогом все равно будет всеобъемлющее ничто?! «Сколько мне еще осталось жить? Лет десять-пятнадцать, максимум двадцать, – с тоской размышлял он. – Так не лучше ли посвятить это время развлечениям и удовольствиям, а не впахивать в поте лица, пытаясь заработать все деньги мира? У Змеева хоть дети есть, которым можно оставить свои капиталы в наследство, а у меня кто или что? Сдохну – и отойдет все в пользу того самого государства, которое меня сейчас так гнобит, обкладывая все больше и больше налогами, запретами, ограничениями и идиотскими законами. Ну какой, в самом деле, смысл во всей этой мышиной возне? А может, и вовсе, как говаривал булгаковский Воланд, устроить прямо сейчас на все свои сбережения пир и, приняв яд, переселиться “в другой мир” под звуки струн, окруженным хмельными красавицами и лихими друзьями? А что если и нет вовсе никакого “другого мира”, а есть только вечно движущаяся материя и ничего более?.. Но ведь тогда все, в принципе, бессмысленно. Вообще все!..» Алексей Николаевич сам не заметил, как начал невольно саботировать работу по «Инфоклубу» и забивать на свои прямые обязанности. Быстренько выполнив то, что просто нельзя было не выполнить, не парализовав при этом работу всей организации, он отключал компьютер и либо ехал за город на дачу, либо катался по городу и его окрестностям на машине, слушая музыку и ни о чем стараясь не думать вообще, либо просто бродил по городу в гордом одиночестве. Он даже от Змеева стал дистанцироваться, которому теперь волей-неволей приходилось работать за двоих. Но хуже и опаснее всего было то, что Барский снова, впервые за двадцать лет, начал выпивать и покуривать марихуану, с каждым днем деградируя все стремительнее. Нет-нет, в запои, как раньше, он теперь не уходил! Вспомнив свою давешнюю теорию про «алкогольного демона» (ту самую, которую он много лет назад с пафосом и со знанием дела излагал в ресторане казино Нышу), Алексей Николаевич не позволял этому «демону» перехватить рычаги управления своим телом (что обычно и приводило к запою). Он даже специальную методику пития разработал, гарантированно защищавшую его от срывания в штопор. Так, для начала, он вспомнил про свой рассчитанный им еще в юности «допустимый уровень алкоголя» – то количество выпитого, при котором сознание отдавало себе отчет в происходящем и могло контролировать процесс пития. В водочном сорокаградусном эквиваленте это составляло порядка трехсот-четырехсот грамм. Выпив столько, он без проблем мог остановиться и больше уже сегодня не пить. Пятьсот грамм определяло красную черту неопределенности, на которой Барский начинал балансировать, с риском не удержаться-таки и сорваться в запой. А семьсот было тем уровнем, при котором «алкогольный демон» гарантированно, с вероятностью сто процентов, вышвыривал его Душу из тела и уводил это несчастное тело в жуткую бесконтрольную пьянку, длящуюся до нескольких недель. Суть методики сводилась к следующему. Во-первых, пить можно было только самую качественную и дорогую водку премиум-класса, изготовленную на спиртах сорта «Люкс» или «Альфа». Во-вторых, за вечер он себе разрешал выпить не более тех самых трехсот-четырехсот грамм, которые с гарантией в сто процентов позволяли избежать прихода «алкогольного демона». В-третьих, именно для железобетонного соблюдения пункта номер два категорически запрещалось пить в компании, так как в коллективе очень легко теряется контроль над количеством выпитого, да и сам коллектив всегда предрасположен к склонению пьющего перейти запретную красную черту. В-четвертых, употребив свои триста-четыреста грамм, категорически нельзя было сразу же ложиться спать. Между последней рюмкой и отходом ко сну пройти должно было никак не менее трех-четырех часов. И, наконец, в-пятых, в течение этих нескольких часов после завершения возлияния, очень рекомендовалось выкурить пару-тройку косячков марихуаны, что позволяло избежать даже мимолетного желания «махнуть еще рюмочку», плавно и постепенно подводило его к крепкому здоровому сну (без сновидений), да и, если верить слухам, помогало печени активнее перерабатывать и выводить из организма влитый в него алкоголь. Теперь среднестатистический день Алексея Николаевича выглядел следующим образом. Просыпался он, как и прежде, в полдень. Умывался, принимал душ. Если находился за городом на даче, двадцать-тридцать минут плавал в бассейне. Выпивал чашку цикория с булочкой (пить кофе ему давно запретили врачи). После чего, собственно, уделял около часа, не более, непосредственно работе: разгребал те неотложные дела по «Инфоклубу», которые скопились за прошедшие сутки и которые никто, кроме него, не мог выполнить. Все же то, что хотя бы теоретически можно было делегировать, он с легким сердцем перебрасывал соответствующим работникам или без зазрения совести перенаправлял Змееву. После чего вырубал рабочий компьютер (или ноутбук, если находился на даче) и отправлялся обедать в самый дорогой ресторан Глахова. Свой «рабочий день» на этом он считал законченным. После ресторана, дабы помочь пищеварению, Барский отправлялся в центральный парк или загородный лес на прогулку. Прогуливался он в одиночестве, размышляя о геополитике, литературе, искусстве, либо отвлеченно философствовал на самые абстрактные и всеобъемлющие темы. Что-то записывал в блокнотик, что-то наговаривал на диктофон. Словом, думал о чем угодно, кроме «Инфоклуба», киберсантинга и бизнеса. «Об этом пусть думает Змеев, раз ему это так интересно, раз для него именно бизнес является смыслом существования и способом самореализации», – искренне и совершенно без какой-либо задней мысли полагал Барский. Время от времени на него, правда, что-то накатывало, одиночество становилось невыносимым, и тогда он мог подсесть на лавочку к тому или иному одиноко сидящему человеку, чтобы затеять с ним разговор, как правило, очень быстро перетекающий в спор, ибо именно с целью (…посраться… ) подискутировать Алексей Николаевич и искал себе (…жертву… ) оппонента. Завершив прогулку, он садился в свой шикарный автомобиль и отправлялся гонять по городским улицам или пригороду. Просто так, именно ради получения удовольствия от самого процесса быстрой езды. В машине он обязательно ставил флешку с музыкой и на полную громкость слушал музыкальные группы второй половины двадцатого века. Это мог быть рок-н-ролл, блюз, панк, гранж, металл, хард энд хэви, диско, брит-поп, регги… Все что угодно (кроме попсы и рэпа!), но вышедшее в свет не позднее середины нулевых. Музыку двух последних десятилетий он почему-то воспринимал с трудом, не любил, не слушал, да и не особо интересовался ею. Раз-другой в месяц после «покатушек» он мог сходить в театр на спектакль или посетить концерт. С удовольствием делал бы это почаще, но в их провинциальный городок иногородние, столичные, и уж тем более зарубежные исполнители чаще просто не приезжали, а репертуар местных театров и музыкальных групп он давно уже выучил наизусть и интереса к ним больше не испытывал. Поэтому, как правило, нагулявшись и накатавшись вдоволь, Алексей Николаевич заваливался в тот или иной крупный торговый центр, где, не считая денег и не глядя на ценники, затаривался разнообразной жратвой, напитками, деликатесами и, конечно же, водочкой! Самой дорогой, не паленой, с кучей степеней очистки, обязательно и всенепременно сделанной на спирту «Люкс» или «Альфа». Домой (в какую-либо из двух своих городских квартир или в дачный загородный особнячок, как уж настроение подскажет) он возвращался часам к семи-восьми вечера. О компьютерах, работе, Змееве и «Инфоклубе» старался (…боже упаси!.. ) вообще не вспоминать. Переодевался в роскошный домашний халат. Накрывал шикарнейший стол, ломящийся от разнообразных яств и закусок, с обилием мяса, овощей и зелени. Доставал из холодильника запотевший хрустальный графинчик с водочкой. Включал на большом домашнем кинотеатре какой-нибудь из своих любимых сериалов (благо таких в его домашней видеотеке были десятки, если не сотни), после чего начинал свой ежевечерний пир. Все это стало для Алексея Николаевича чем-то вроде ритуала – традиционного, обязательного, сакрального. Заветные четыреста грамм Барский употреблял не спеша, запивая минеральной водой и обильно заедая, растягивая это удовольствие как можно дольше. Одновременно с просмотром сериала он мог играть в шахматы, домино или карты на планшете, разгадывать сканворды, еще и посасывая при этом кальян. Как ни крути, но ближе к полуночи графинчик все же заканчивался. Алексей Николаевич выкуривал первый косяк марихуаны и, если был на «большой» квартире, отправлялся в бильярдную комнату покатать шары, а если находился на даче, брал арбалет или пневматическую винтовку и шел во двор пострелять по расставленным возле бани мишеням. Затем снова возвращался к домашнему кинотеатру, менял сериал на какой-нибудь полнометражный фильм и приступал к его просмотру, расслабленно покачиваясь в кресле-качалке. Пока шло кино, он успевал выкурить еще парочку косяков, так что к самому концу фильма, его уже основательно прибивало, глаза начинали слипаться, и в районе двух-трех часов ночи Барский перебирался в постель, где туже отрубался, едва его лицо касалось подушки. И то ли травка действительно каким-то образом помогала печени переработать выпитый алкоголь, то ли все дело было в высочайшем качестве водки, сравнительно небольшом количестве выпитого, и в том, что закончив пить, он еще несколько часов колобродил, позволяя алкоголю выветриться. Как бы там ни было и в чем бы ни состоял секрет эффективности алкогольной методики Алексея Николаевича, на следующий день он просыпался без малейших следов похмелья, хорошо выспавшийся, бодрый и полный сил. А дальше… он совершал водные процедуры, завтракал, на полчаса-час погружался в столь ненавистную ему работу, после чего отключал компьютер и забывал об этой опостылевшей работе до следующего полудня. И так – по кругу, каждый день, из месяца в месяц, почти полтора года. Ровно до тех пор, пока у Змеева окончательно не лопнуло терпение и он (пусть не в жесткой форме, а в своей достаточно интеллигентной манере) не высказал компаньону и другу все накопившиеся у него за эти полтора года претензии (впрочем, об этом – чуть позже). Понимал ли Алексей Николаевич, что, погрузившись в сладкую иллюзию, что ведя столь праздный и по сути своей паразитический образ жизни, он просто сливает в никуда самый ценный человеческий ресурс – время? Осознавал ли он всю пагубность и бессмысленность этого приятного, но, увы, полуживотного, разлагающего и убивающего его Душу времяпрепровождения? Едва ли. Он просто старался убежать от навалившихся на него проблем, просто пытался избавиться таким странным и неконструктивным образом от нависавшей над ним депрессии. «Да, – признавался он сам себе, – я поступаю в корне небезупречно, от слова совсем. Да, я подобно глупому страусу прячу голову в песок, надеясь, что спрятался от опасности целиком. Ну а что я еще могу поделать? Я снова потерял ориентиры, снова утратил веру в вечность и неуничтожимость своей бессмертной Души. Ведь именно так и должен жить любой, кто осмысленно принял за истину материалистически-атеистическую концепцию устройства мироздания. Жри, сри, трахайся, развлекайся, бухай. Получай как можно больше удовольствий от жизни, ибо так или иначе итогом ее все равно будет глобальное ничто! Какой тогда смысл корячиться, преодолевать какие-то там трудности, делать через “не хочу” то, что тебе совсем не нравится делать, что тебе противно и неинтересно?..» – Но ведь ты не принял позицию материализма полностью и безоговорочно. Ты всего лишьусомнился в идеалистических взглядах на природу бытия! – сказал ему Тагес во время одного из созвонов в Skype, которые они время от времени устраивали, даже несмотря на затворничество и праздный образ жизни Барского. – В данной ситуации это одно и то же, – грустно ответил Алексей Николаевич. – Доказательства материальной стороны мира – вот они, везде и повсюду. А где доказательства реального существования мира духовного, потустороннего? Их нет! Хуже того, вся современная наука из шкуры вон лезет, лишь бы обосновать и вбить нам в головы исключительно материалистическую парадигму. Любая альтернативная точка зрения наукой опровергается и высмеивается. А ведь именно научный взгляд на мир является в современном обществе доминирующим, именно наука сейчас главный авторитет, мнение которого следует принимать безоговорочно и безапелляционно. И получается, что наука-то и обессмысливает нашу жизнь! – Дружище, но ведь это в корне не так. Тебе великое множество раз было продемонстрировано реальное существование «тонкого» (духовного, нематериального, потустороннего) мира! – горячо возразил Тагес. – И явлено все это было тебе не только на уровне теоретических обоснований, не только умозрительно, но и эмпирически, на практике, на твоем личном опыте! – Осознанные сновидения? – скосомордился Барский. – Так вполне возможно, что это не более чем то самое «ментальное моделирование», о котором мы с тобой говорили еще двадцать лет назад. Что все события ОС происходят исключительно в моем мозгу. Так… просто очень реалистичные фантазии, внутренняя виртуальная реальность, не более. Пока я жив, все это возможно, а как умру, так и она уйдет в небытие вместе со мной. – У-у… Если так рассуждать, можно «доказать» или «опровергнуть» все что угодно. Абсолютно все! – рассмеялся Тагес. – При таком подходе ты в два счета и до солипсизма договоришься, и тогда доказать тебе, что мир не есть лишь плод твоего воображения, будет в принципе невозможно. На любой аргумент или факт, предъявленный тебе, всегда будет наготове рабочая отговорка: так смоделировал внешнюю реальность мой ум. И все! Но даже самому рьяному скептику ясно, что солипсизм есть ложное представление о мире, неконструктивное и бессмысленное, бесперспективное во всех отношениях. Вместо ответа Барский только осклабился, широким жестом разведя руки в стороны. – Ну, хорошо, – Тагес хитро прищурился. – А чем не доказательство твое неоднократное общение с Лайтом, с твоим «высшим Я»? Ты ведь получал в процессе этого общения информацию, которую до этого не знал ине мог знать! – Работа подсознания, не более того, – отмахнулся Алексей Николаевич. – Да ну? И когда ты заглянул в будущее и спер оттуда котировки акций, благодаря чему весьма неплохо заработал в моменте, тоже работа подсознания? Барский не нашелся, что возразить на это, и Тагес продолжил: – А наша с тобой встреча в реальности осознанного сновидения? Наше с тобой первое и пока единственноесовместное сновидение! Не это ли лучшее эмпирическое доказательство наличия некой «параллельной реальности», некоего «тонкого мира», в который при определенных условиях могут проникнуть люди, находящиеся на расстоянии сотен километров друг от друга? Согласен, любые индивидуальные сновидения, даже осознанные, вполне можно трактовать как «ментальное моделирование», фантазии и тому подобное. Но если два человека видят один и тот же сон, осмысленно взаимодействуют в нем друг с другом, как ни крути, это самое что ни на есть неопровержимое доказательство объективного существования мира сновидений, духовного мира или как ты еще ни назови данную нематериальную (надматериальную) реальность! – Возможно… – Алексей Николаевич заколебался. – Возможно, в этом действительно что-то есть… Что-то было! И предвидение будущего, в виде котировок акций, и особенно совместное осознанное сновидение… Некоторое время он молчал, пытаясь максимально четко восстановить в памяти оба этих события, а затем вдруг с какой-то горечью и даже обидой воскликнул: – Но ведь то было всего один раз! Лишь единожды мы с тобой входили в совместный сон. – Ну еще бы! – расхохотался Тагес. – А чего же ты хочешь, если ведешь столь недисциплинированный, расхолаживающий и совершеннонебезупречный образ жизни?! Ты непрестанно жалеешь себя, изо дня в день тешишь чувство собственной важности. Потакаешь своим слабостям, вместо того чтобы отслеживать их и искоренять в себе. В комментариях постоянно с кем-нибудь срешься, а в последнее время и вовсе повадился делать это уже в реале, отлавливая и доводя до истерики несчастных отдыхающих в парке. А эта твоя перманентная пьянка, длящаяся последние полтора года! Да, нужно отдать тебе должное, ты научился делать это без погружения в жуткие запои, как оно имело место быть в твоей юности, но все же!.. Тагес посмотрел на него пристально, но с какой-то теплотой и двусмысленностью во взоре. Даже через монитор Алексей Николаевич ощущал идущую от него волну поддержки и понимания, а не осуждение или презрение. Но именно от этого ему почему-то сделалось очень грустно и невыносимо тоскливо. Совсем как в детстве, когда он в отсутствии отца решил достать со шкафа большую модель самолета Ту-144, что ему было строго-настрого запрещено делать. Модель выскользнула из его рук, упала на пол и разбилась. Он пришел в ужас и ожидал, что вернувшийся с работы отец выдерет его как сидорову козу, но, вопреки ожиданию, отец лишь покачал головой, посмотрел на него точно так же, как сейчас это сделал Тагес, и тихо, с грустью в голосе сказал: «Эх, Лёша, Лёша. Я же просил не трогать самолет без меня. А теперь его обломки только и остается что выбросить на помойку». И всё! Не выпорол, не отодрал за ухо и даже не наорал на него. И именно от этого маленькому Барскому стало тогда так стыдно и больно, что он разревелся в голос, уткнувшись головой папе в живот. – Все настолько плохо? – еле сдерживая подкативший к горлу ком и навернувшиеся на глаза слезы, спросил он. – Я совсем безнадежен, да? – Ну, не совсем… – ласково ответил Тагес. – В противном случае твой Лайт давно устроил бы тебе ДТП или что посерьезнее. Но непременно с таким исходом, чтобы ты гарантированно попал в реанимацию. – В смысле?! – совершенно опешил Барский. Слезы, уже почти навернувшиеся ему на глаза, вдруг мгновенно высохли, стоявший в горле ком тоже куда-то исчез. По спине пробежал холодок жути. – В том смысле, чтобы ввести тебя в состояние клинической смерти. Доказательства ему подавай. Вот бы тебе и было продемонстрировано самое железобетонное доказательство (…я забыл вам сказать, что есть еще шестое доказательство, и оно сейчас будет вам предъявлено!.. ) из всех возможных. Не достаточно осознанных сновидений высочайшего уровня? Лови тогда околосмертный опыт! И поверь мне,оттуда ты вернулся бы совсем другим человеком. Я удивляюсь даже, почему это Лайт до сих пор не запустил в дело именно такой вариант развития событий. А может, он уже готов к этому и сейчас выбирает лишь подходящее внешнее стечение обстоятельств?.. Тагес рассмеялся, а у Барского по спине снова пробежал холодок. – Не надо! – совершенно непроизвольно воскликнул он. – Ладно, ладно, расслабься! – Тагес хитро подмигнул ему. – Если бы такой вариант был в числе вероятных, то уже давным-давно реализовался. А раз ничего подобного не случилось, значит, не все еще потеряно для тебя. Будешь смеяться, Алексей, но твоя полуторагодичная умеренная пьянка сработала как «метод от противного». От всего отрешившись, пусть и таким наивреднейшим для тела способом, ты включил в себе внутренний механизм перестройки твоих психических энергопотоков. Эх, если бы ты еще и к прохожим не цеплялся и иными способами не тешил бы свою гордыню все это время, совсем получился бы потрясающий результат! – В каком смысле? – совсем потерялся Барский. – Я думал, что все это время не накапливаю, а впустую растрачиваю свою эфирную энергию… – Ты неверно понимаешь сам принцип. Говоря про то, что энергию нужно накапливать, я вовсе не имею в виду, что ты должен собирать ее, как воду или иную жидкость, в некий резервуар. Все это работает совсем иначе. Это больше похоже на перераспределение напряжения в электрической сети. Представь себе свой дачный домик. К нему подведена электрическая сеть определенной мощности. В доме у тебя работает холодильник, электрообогреватель, домашний кинотеатр, микроволновка, чайник, утюг. Чем больше приборов ты подключаешь к сети, тем быстрее подбираешься к пределу ее мощности. И вот, в один прекрасный момент, ты приволок в дом, скажем, сварочный аппарат. Подцепляешь его к розетке и бац! У тебя просто вышибло пробки. Не произойди этого, и на самом слабом участке цепи произошло бы короткое замыкание. Но как же быть, если этот сварочный аппарат тебе необходимо подключить к сети именно сегодня во что бы то ни стало? Все очень просто. Отключи телевизор, чайник, микроволновку, обогреватель и ряд других приборов, без которых в данный момент можно обойтись. И вуаля! Сварочный аппарат заработал, не вышибая пробок и не вызывая короткого замыкания! Алексей Николаевич слушал, открыв рот. Он вдруг совершенно по-новому начал воспринимать термин «накопление личной энергии», нежели делал это все время раньше. Он осознал, что правильнее будет назвать данное явление не накоплением, а «перераспределением личной энергии». Изменилось одно лишь слово, но как кардинально при этом изменилось понимание всего процесса! – Я знаю, – продолжил Тагес, – данная аналогия тоже не идеальна. Но теперь ты, по крайней мере, более адекватно и точно понимаешь суть того, что нужно делать и как именно это работает. – Необходимо отключить все ненужные «электроприборы», впустую жрущие твое электричество, – рассмеялся Барский, – и тогда в нужный для тебя момент ты сможешь включить любое, даже самое энергоемкое оборудование без риска того, что обесточен будет весь дом! – Именно так! Разница лишь в том, что в случае с электричеством ты без особого труда можешь пробежаться по дому и за пару минут повыдергивать из розеток все ненужное. А вот в случае с твоим энергетическим телом необходимо долго и целенаправленно учиться тому, как это сделать. Словно каждый подключенный к сети прибор намертво присоединен к своей розетке и для того чтобы выдернуть из нее вилку, придется набрать на ней некий секретный код, без которого сделать это просто не получится. Вот ты и учишься этому – не спеша подбирая коды и запоминая их, чтобы иметь возможность в нужный момент воспользоваться ими и отключить все ненужное, впустую расходующее твою личную энергию. – Так, значит, не все потеряно? – с надеждой в голосе повторил Алексей Николаевич. – Значит, ты не отбросил идею еще одного нашего совместного сновидения? – О нет! Ни в коем случае. И поверь мне, это событие станет самым важным в твоей текущей жизни. Событием, которое сможет кардинально изменить в лучшую сторону и все твои последующие жизни, а не только остаток нынешней! При этом, заметь, без реанимации и переживания околосмертного опыта. – Когда же это произойдет? – Уже совсем скоро, – таинственно прищурившись, сообщил Тагес. – Гораздо скорее, чем ты думаешь. Он вдруг замолчал, словно прислушиваясь к чему-то. Затем быстро сказал: – Но бухать, Алексей Николаевич, все же завязывай! Ни к чему хорошему этобольше не приведет. А хуже сделать реально сделает. Вон уже и друган твой, компаньон и соратник, приехал к тебе с очень серьезным разговором… В домофон кто-то действительно позвонил снизу. Барский открыл на смартфоне приложение «Умный дом» и увидел топчущегося возле подъезда Змеева. Лицо у того было хмурым и озлобленным, волосы взъерошены, галстук сбился и находился где-то под ухом. Алексей Николаевич нажал в приложении кнопку, отпирая дверь подъезда. – Ну, сейчас он все тебе выскажет, – сочувственно гримасничал в Skype Тагес. – Держись и, главное, не наломай дров. Помни о безупречности! На этом сеанс связи был разорван, лицо Тагеса исчезло с экрана. А профессор, очевидно, успевший подняться на лифте, уже названивал в дверь квартиры. – Привет, проходи! – сказал, открыв входную дверь, Алексей Николаевич спокойным, ровным голосом, хотя внутри его слегка потряхивало от волнения. – Что-то случилось? Даже не вспомню, когда ты в последний раз врывался ко мне так неожиданно. Он попытался преподнести это как шутку и даже выдавил из себя некое подобие улыбки, правда, больше похожую на гримасу маски Хання. – Привет, – тихо ответил Змеев, старательно отводя взгляд в строну. – Да проезжал вот мимо. Дай, думаю, навещу нашего затворника. Проверю, жив ли еще, здоров ли. Не ушел ли полностью в «третье внимание». Профессор тоже старался держаться непринужденно, хотя получалось у него это очень плохо. Актер из него был никудышный, лицедействовать и притворяться он не умел вообще. Во всем его теле чувствовалось напряжение. Оба стояли в коридоре друг напротив друга, переминаясь с ноги на ногу и разглядывая кто потолок, кто пол и стены. Когда неловкая пауза затянулась совсем уж долго, Барский наконец очнулся и широким жестом пригласил гостя пройти вглубь квартиры. – Так почему без звонка-то? – спросил он. – Меня же могло и не оказаться дома. Зря только прокатился бы туда-сюда. – Говорю же, я в город по делу приехал, – снова повторил Змеев. – Нужно было у нотариуса кое-какие бумаги заверить. А это как раз в одном шаге от твоего жилого комплекса. Смотрю, тачка твоя на парковке стоит. Значит, ты дома. Вот и решил заглянуть, коли уж оказался рядом. «О черт! – мысленно воскликнул Барский. – Я ведь действительно бросил машину снаружи. Надо было на подземный паркинг загнать, чтобы не отсвечивала. Получается, сам спалился. Но что же ему от меня надо-то? Вот ни в жизнь не поверю, что он просто поболтать заскочил!» А вслух произнес: – А я только что из супермаркета. Хотел забросить пакеты и дальше сразу двинуть на дачу. Вот и не стал загонять машину в гараж… Ляпнул и сам же оборвал себя на полуслове, так как сообразил, что встретил Змеева в домашнем халате на голое тело и в шлепанцах. Как говорится, на полном расслабоне, а вовсе не в процессе транзитного заноса в квартиру каких-то там вещей. Судя по его кривой усмешке, понял это и профессор, неловко примостившийся на краешке дивана в гостиной. – А-а, я так и подумал… – бессмысленно пробормотал Змеев, и снова между ними повисла напряженная пауза. Алексей Николаевич встал у окна, опершись задницей о подоконник, сложив руки на груди, и бесцеремонно таращился на своего нежданного визитера. Заходящее солнце светило профессору прямо в глаза, и потому Барский не опасался, что тот заметит, насколько пристально он его разглядывает. «Что же ему от меня все-таки нужно? – судорожно соображал он. – Неспроста он ко мне заявился, ох, неспроста! Может быть, по работе какая-нибудь хрень случилась? Начальник отдела продаж, помнится, в последнее время вел себя как-то неадекватно, то ли уходить собирался, то ли грозился в трудовую инспекцию нажаловаться, что у нас половина сотрудников работает не по трудовому договору, а как самозанятые. Хотя нет. Ничего особо страшного в этом случае все равно не произошло бы. Но тогда что?!.» В конце концов, Алексей Николаевич решил не мудрить, а спросить друга о цели его визита прямо, без обиняков и всех этих экивоков. – Коля, дружище, я же вижу, что ты зашел ко мне совсем не мимоходом, а вполне преднамеренно и с какой-то конкретной целью, – начал он осторожно. – Ну к чему разводить этот детский сад? Пришел по делу, говори прямо, что случилось и почему у тебя такой обеспокоенный вид. Тебя же колбасит, словно ты пришел меня застрелить или сообщить о том, что увел у меня любимую девушку и уже даже женился на ней. Последняя фраза была сказана со смехом, хотя и не без некоторой доли сарказма. Так Барский намеревался растопить возникший между ними лед и в какой-то степени успокоить чрезмерно разволновавшегося друга. Отчасти это подействовало. Змеев улыбнулся и, казалось, действительно немного расслабился. Откинулся на спинку дивана, заложил ногу на ногу. Волнение теперь выдавали лишь его пальцы, судорожно барабанящие по мягкому диванному покрытию, будто бы он играет одной рукой на невидимом пианино. Второй рукой он держался за подбородок, как бы собираясь с духом, прежде чем начать важную речь. – Алексей, мы с тобой бок о бок работаем уже больше пятнадцати лет, – все еще слегка взволнованным голосом начал он. – Вместе прошли, как говорится, огонь воду и медные трубы, занимаясь «киберсантингом». Именно ты все это придумал, ты открыл и начал развивать это необычное для Рунета начала нулевых направление. В одиночку, рискуя абсолютно всем, ты проделал первые, самые сложные шаги в освоении электронной коммерции. Я бы, например, никогда в жизни не рискнул бросить все и начать продавать в Сети какие-то странные «информационные продукты»! И лишь увидев твои успехи на этом поприще, лишь тогда, когда ты был на взлете и чуть ли ни ежемесячно удваивал продажи в своем бизнесе, я рискнул тоже вклиниться в это дело. Я предложил тебе стать твоим бизнес-партнером, придя на все готовенькое, и ты без колебаний принял меня. По сути, именно ты открыл для меня двери в совершенно новую, невероятно интересную и безбедную жизнь! Особняк, машины, счета в банке и все остальное материальное богатство я имею сейчас исключительно благодаря тебе. Поверь, я все это помню, осознаю и ценю! Выдав эту высокопарную преамбулу, Змеев окончательно успокоился, встал с дивана и неспешно начал расхаживать по гостиной, заложив руки за спину. Взгляд его уже не бегал из стороны в сторону, голос окреп, и вообще теперь он выглядел вполне уверенно, почти как обычно. – Большое спасибо тебе за этот панегирик, – осторожно проговорил Барский, – но давай уже ближе к делу. Переходи к амбуле, как сказал бы один из героев ранних Стругацких, не тяни. – Ну, к амбуле, так к амбуле, – оценил шутку Змеев и даже слегка улыбнулся, – перехожу. Так вот, вместе мы работаем аж с две тысячи восьмого года. Ты только вспомни, как все это происходилораньше . Мы вместе решали проблемы, встающие перед нашим бизнесом. Мы всегда отбивались от внешних врагов, стоя спина к спине. Совместно переносили трудности и совместно же встречали победы. Даже когда разъехались, когда я переселился за город, мы всегда поддерживали связь друг с другом, всегда оставались командой, «двуглавым орлом», единым целым. Каждый из нас выкладывался на полную катушку, каждый отдавал нашему общему проекту всего себя без остатка. Естественно, что и все заработанное мы делили по-братски, пятьдесят на пятьдесят, поровну. Ты мог позвонить мне посреди ночи только для того, чтобы изложить возникшую вдруг у тебя в голове новую идею. Точно так же поступал и я. В особо сложные моменты нашего бизнеса мы вообще собирались вдвоем, у тебя или у меня дома, не важно. Важно, что вместе, как одна команда, как братья! Мы сутками могли висеть за твоим или моим компьютером, сменяя друг друга, чтобы по очереди поспать… По мере развития своего пламенного спича, Змеев распалялся все сильнее и сильнее. Он уже не просто ходил по комнате, с заложенными за спину руками. Он яростно жестикулировал, сверкал глазами, то вплотную приближаясь к Барскому, а то убегая от него в самый дальний угол комнаты. От прежнего скромного и смущенного профессора, каким он появился в этой квартире, не осталось и следа. Теперь перед Барским находился жесткий, расчетливый и знающий себе цену бизнесмен, явно имеющий в своей голове какую-то вполне определенную цель, ради реализации которой он и совершил этот визит. – Коля, не тяни кота за яйца, – уже потихонечку начиная злиться, воскликнул Алексей Николаевич. – К чему этот вечер воспоминаний, для чего все эти туманные ретроспекции? Я прекрасно помню все то, о чем ты мне тут сейчас заливаешь. Давай ближе к делу. Вываливай, зачем приехал?! Змеев резко остановился посреди комнаты, посмотрел в упор, прямо в глаза своему другу, и, уже не скрывая и не сдерживая раздражения, непроизвольно повысив голос, со стальными, несвойственными ему нотками вдруг отчеканил: – Ретроспекции, говоришь? Да, теперь это все превратилось именно в ретроспекции! Теперь все это осталось в прошлом! Последние полтора-два года я вкалываю как проклятый, совершенно один! Ты полностью самоустранился от дел, ты практически перестал работать. Я понятия не имею, чем ты таким важным занимаешься, где пропадаешь и что с тобой вообще происходит! Извини меня, конечно, но я вконец задолбался один тянуть эту лямку. Тянуть за двоих! Я и раньше, если уж говорить начистоту, объективно, работал больше, чем ты. Хрен с этим! Но в последнее время ты перестал выполнять даже свои прямые обязанности, коих и так-то за тобой осталось с гулькин нос. Ты в курсе, например, что сейчас в самом разгаре налоговая реформа и что, учитывая наши обороты, мы попадаем как минимум на пятипроцентный НДС со следующего года? – Чего?! – искренне удивился Барский. – Какой еще НДС, мы же на упрощенке! УСН и НДС – две вещи в принципе несовместимые! – Так было раньше, – кривляясь и жестикулируя, сообщил Змеев, – а с нового года упрощенщики с годовым оборотом более шестидесяти миллионов рублей в обязательном порядке становятся плательщиками этого гребаного НДСа. А у нас, даже несмотря на все сложности, кризис и серьезный спад в продажах, оборотка за текущий год будет сильно больше шестидесяти лямов! А мы хоть как-то подготовились к новым реалиям? Это же твоя сфера ответственности, твоя прямая обязанность. А между тем ты, как выясняется, вообще ни сном ни духом. Даже о самой реформе ничего не слышал, верно? Барский растерянно кивнул. Он настолько отошел от дел, что совершенно перестал следить за новостями, изменениями в законодательстве и бухгалтерии. Если раньше он ежедневно в обязательном порядке уделял час-другой мониторингу юридических и бухгалтерских форумов, отлавливал и изучал новые законопроекты, которые могут хоть краешком коснуться их бизнеса, был завсегдатаем порталов «Клерк.Ру», «Главбух Ассстент», «Мое дело», «Гарант.Ру» и многих им подобных, то последние пару лет полностью все это забросил. – Замечательно! Просто охренеть, какая прелесть! – уже окончательно переходя на крик, истерил Змеев. – Вообще-то, именно ты должен был прибежать ко мне с этой новостью еще в начале года или хотя бы позвонить. Больше того, не просто прибежать и сообщить, но и готовые варианты решения проблемы озвучить. Как минимум успокоить меня, заверив, что все у тебя под контролем и к переходу на НДС мы готовы. Ты же, судя по твоей реакции, вообще не в курсе происходящего. А когда налоговая вдруг выкатила бы нам огромные штрафы и доначисления, что практически полностью и одномоментно убило бы весь наш и без того шатающийся бизнес, ты виновато развел бы руками и сказал бы: «Ну не шмогла я, не шмогла!» Так, что ли?!. Алексей Николаевич стоял совершенно раздавленный и тупо хлопал глазами. Он ожидал какого-нибудь подвоха, каких-либо неприятностей от визита профессора, но даже близко не мог представить, что все произойдет именно так. Что все настолько плохо и что причина этого «плохо» именно он, Барский. – Да черт с ним, с этим НДСом, – несколько сбавив тон, махнул рукой Змеев, – это лишь один из примеров. Если бы дело было исключительно в этом, я не пришел бы к тебе сегодня с таким неприятным визитом. Поверь, я долго не мог решиться и до самого последнего откладывал этот разговор. Налоговая реформа, которую ты полностью прошляпил и о которой я узнал от совершенно посторонних людей, лишь частность. Лишь последняя капля, переполнившая чашу моего терпения. Решим мы эту налоговую проблему, и не такое решали. Но я больше не могутак ! Я деморализован твоим наплевательским отношением, демотивирован и просто не потянутак дальше. Работы выше крыше, сплошные сложности и проблемы вокруг, а он умыл руки и никак не помогает мне. Вообще никак! Абсолютно не участвует в жизни и работе «Инфоклуба». Только деньги получает, и всё! Выдержав короткую паузу, он произнес уже совершенно спокойным, тихим голосом: – Лёша, дружище, пожалуйста, не обижайся на меня, но я так больше, правда, не могу. Нервы на пределе уже. Вспомни, как раньше мы все вместе делали, постоянно на связи, каждый выкладывался по максимуму, а теперь что?.. Барский был настолько подавлен и ошарашен, что совсем не понимал, как себя вести и что следует сейчас ответить товарищу. Единственное, что он смог, это выдавить из себя еле слышно: – Да, наверное, ты прав. Все так и есть, как ты говоришь. Наверное. Но что ты предлагаешь? Ты пришел только с претензиями или у тебя есть и вполне конкретные предложения? Теперь уже растерялся Змеев. – Я не знаю. – Он виновато развел руками. – Я просто пришел сказать, что дальше так продолжаться не может. Еще месяц, два, полгода или даже год я, возможно, выдержал бы, продолжая работать и делая вид, как будто ничего не происходит. Но рано или поздно я сорвался бы и… просто ушел бы, оставив тебя наедине со всеми этими проблемами. Оставил бы тебе «Инфоклуб», это твое детище, мне чужого не надо, а сам или вернулся бы в институт, или попробовал бы открыть какое-нибудь собственное дело. – Я услышал тебя, – механическим голосом отчеканил Барский, – но я все еще не понимаю, суть твоих требований. В чем смысл этой эскапады? – Не эскапада это, а крик души, – буркнул профессор обиженно и даже сердито. – И еще раз повторюсь, я не знаю, что делать. Конкретных предложений у меня нет. Но и дальше так продолжать не может! Либо ты начинай работать, как прежде, либо… Он не окончил свою мысль и просто развел руками. «Неужели это конец?.. – с какой-то невероятно глубокой тоской подумал Алексей Николаевич. Он стоял столбом, глядя перед собой пустым взором, внутри у него все похолодело. – Неужели это конец (…моего… ) нашего бизнеса?..» – Я тебя понял, – тихо произнес он. – Дай мне какое-то время на раздумья. Несколько дней, неделю-другую. Я все серьезно обдумаю, приму решение и дам тебе четкий исчерпывающий ответ. – Да-да, конечно, – так же тихо ответил Змеев. – Думай хоть месяц, я тебя не тороплю. Просто… не знаю, сколько еще выдержу и что могу отчубучить в итоге. Уходил профессор, совсем понурившись, словно чувствовал себя в чем-то виноватым. Во всяком случае, оставлял своего друга он с очень тяжелым сердцем, будучи совершенно расстроенным тем, что все произошло именно так. Барский молча запер за ним дверь и на негнущихся ногах, как сомнамбула, вернулся обратно в гостиную. Совершенно механически плюхнулся в любимое кресло-качалку, включил с пультика электрический камин и несколько раз качнулся. Солнце уже полностью ушло за горизонт, в комнате повис полумрак. В тишине раздавался только треск искусственного пламени да с улицы через полуоткрытое окно доносились крики детей с игровой площадки. «Так вот на какой разговор намекал Тагес, – хмыкнув, подумал Алексей Николаевич. – И все-то он обо всем знает, все-то всегда предвидит и предвосхищает! Прямо не человек, а пророк или некая потусторонняя всеведущая сущность. Двадцать лет или около того мы с ним контактируем в той или иной форме, но ни разу за все эти долгие годы не встречались в реале. То через форумы, электронную почту или «аську» общались, то в осознанном сновидении пересеклись странным образом, а теперь переписываемся в Telegram или жужжим по видеосвязи в Skype. Как угодно, только не в реале! А ведь я несколько раз приглашал его погостить к нам в Глахов, обещал и баньку с бильярдом, и прочие развлечения. Отказался без объяснения причин. Пару раз я порывался самолично приехать к нему в Москву, чтобы встретиться вживую, но и на это получил твердый отлуп. Интересно, почему?..» Резко встав, Алексей Николаевич прошлепал на кухню, извлек из морозилки заветный графинчик с водкой, посмотрел на кухонные настенные часы. Время традиционной попойки уже давно наступило, а у него еще ни в одном глазу! Не порядок. Впрочем, сегодня ему совсем не хотелось заморачиваться с сервировкой стола, и он просто достал из холодильника бутылку минеральной воды, блюдо с оставшимися еще со вчерашнего вечера бутербродами с красной и черной икрой. Вместе с ледяным графином притащил все это в зал, поставил на небольшой журнальный столик, который придвинул к креслу-качалке. Сбегал за рюмкой и стаканом, после чего снова уселся в кресло. Налил пятьдесят грамм, залпом выпил и даже не стал запивать, как это делал обычно. Качнулся в кресле, снова погружаясь в размышления. «Нет, все-таки что ни говори, а Колька абсолютно прав и все его претензии ко мне на сто процентов справедливы и обоснованы, – с тоской и отчаянием вынужден был он признаться сам себе. – А чего я, собственно, еще мог ожидать, на что рассчитывал? Свалил все дела на друга, сел ему на шею, ножки свесил и еду. Да еще и как та муха из басни, что на рогах у вола сидела, мысленно похваляюсь: “Мы пахали!” Я что думал, это будет вечно продолжаться, что Колян скотина бессловесная или мой раб?..» Он налил и замахнул еще одну стопку. Густая, как глицерин, замороженная водка прошла в пищевод, словно маленький ледяной шарик. Барский даже не поморщился. Следом за ней отправился бутерброд с черной икрой. «Ладно, всё так! Но что же мне теперь делать-то? Честно признаться Змееву, что мне этот бизнес уже осточертел хуже горькой редьки, что не тяну я больше? Отказаться от своей доли, уйти на покой, полностью передав «Инфоклуб» профессору? – Он поморщился, так как идея эта ему совсем не понравилась. – Или найти себе на замену какого-нибудь наемного работника, юриста и финансиста в одном флаконе? Посадить его на небольшую часть от моего личного дохода, а Николаю ничего не говорить об этом, будто все делаю я сам, как и прежде? Нет, не прокатит. Да и нельзя доверять посторонним самую важную и уязвимую, стратегическую часть нашего бизнеса. Финансы, бухгалтерия, юридическое сопровождение, на этом все и держится! Ладно, непосредственно ведение бухгалтерии еще можно делегировать, а если на нас НДС вешают, это по-любому придется сделать. Но контроль над финансовыми потоками, стратегическое управление и некоторая особо секретная документация – уж это-то должно всегда оставаться под полным моим или Коляна присмотром. Так как же быть?..» Алексей Николаевич размышлял и выпивал. Опрокидывал в себя рюмочку за рюмочкой и думал, думал, думал. Но чем усерднее он думал и чем больше вливал в себя алкоголя, тем агрессивнее становились эти думы. От первоначального признания своей вины он постепенно перешел к поиску аргументов для самооправдания. А когда графинчик был фактически пуст (оставалось там максимум на одну-две рюмки, не больше), его и вовсе охватила самая настоящая ярость. Вскочив из кресла, он принялся расхаживать по комнате туда-сюда, сам не заметив, что уже не просто думает, а проговаривает все свои мысли вслух, выкрикивая и декламируя, потрясая кулаками и угрожающе хмуря брови: – Да с какого хера я вообще должен отчитываться и оправдываться перед ним? Это мой бизнес, мой «Инфоклуб»! Я его придумал, и создателем его являюсь тоже я! Не нравится что-то Змееву – пусть катится колбаской на все четыре стороны, я и без него прекрасно обойдусь и сам со всем справлюсь. Это мой бизнес, и хрен я его кому-либо отдам! В общем, как бы там ни было, при любом раскладе я сидел на своих пятидесяти процентах прибыли и буду сидеть! Он подбежал к столику, налил в стакан из-под минералки все, что оставалось в графинчике, и залпом выпил. Ярость в нем клокотала и отдавалась в висках вместе с ударами сердца. Оттого, что обычно растягиваемые на несколько часов четыреста миллилитров водки он употребил в течение всего лишь часа, Барский сильно захмелел. Так сильно, как никогда не хмелел за все полтора года своего «умеренного пития». – Всё, сука, пора на хрен проветриться!.. – прорычал он. Сильно пошатываясь, выскочил в коридор, схватил с полочки ключи от машины и прямо как был, в шлепанцах и домашнем халате, рванул на улицу, к стоявшей на внешней парковке машине. Рывком распахнул дверь, едва не выворотив ее с корнем, плюхнулся на водительское сиденье, воткнул ключ в замок зажигания. Мощный мотор «Porsche» взревел. Барский сдал немного назад, только чудом не врезавшись в припаркованный рядом «Мерс». Затем дернул селектор АКПП на себя до упора, переведя его в положение «D», убрал ногу с педали тормоза, резко вдавил газ, и автомобиль с визгом вылетел со двора на улицу. Он несся по центральному городскому проспекту, вцепившись в руль, словно гонщик болида. Несся, игнорируя сигналы светофоров и камеры фотовидеофиксации. Из динамиков на весь салон орал Rob Zombie (звучал любимый альбом Алексея Николаевича – «Hellbilly Deluxe»). Тяжелый музыкальный ритм гремел так, что у него сработали часы «Apple Watch» на запястье, сообщая о совершенно недопустимом уровне шума. К счастью, движение в это позднее время было уже не столь интенсивным, и он без каких-либо происшествий добрался-таки до городских окраин. Не сбавляя скорости, покинул Глахов и устремился по темному ночному шоссе в никуда. С обеих сторон дороги неприступной стеной возвышались вековые сосны. Они были настолько высокими и древними, что свет фар выхватывал из темноты только потемневшие от времени стволы и нижние ветви деревьев. Своими верхушками сосны полностью закрывали небо, из-за чего создавалось впечатление, словно машина несется в узком подземном туннеле. Это ощущение усиливалось еще и тем, что после того, как он покинул город, ему до сих пор не попалось ни одного автомобиля. Ни встречного, ни едущего в том же направлении, что и он. Стрелка спидометра перевалила за отметку 200 км/ч. Машина неслась в неизвестность, пролетая за минуту более трех с половиной километров. Алексей Николаевич с огромным удовольствием добавил бы газу, но педаль уже и так упиралась в пол. Совершенно неожиданно впереди, в свете фар, мелькнула какая-то густая серая тень. Что-то бесформенное, очень похожее на набитый соломой приплюснутый грязный мешок. Это едва уловимое нечто словно бы материализовалось из пустоты прямо перед автомобилем. Алексей Николаевич, инстинктивно зажмурив глаза, ударил по тормозам, и почти одновременно с этим последовал невероятной силы глухой удар. Завизжали покрышки, трущиеся об асфальт, машина пошла юзом, несколько раз крутанулась, вылетела на обочину, развернулась и встала. Когда Барский очнулся, шел дождь. Крупные капли ритмично барабанили по металлической обшивке. Первой эмоцией, которая его посетила, было удивление. Как ни странно, но он оказался пристегнутым ремнем безопасности. Это было невероятно, если вспомнить, в каком состоянии он садился за руль. Кроме того, сработала передняя подушка безопасности. Она и ремень – очевидно, именно это спасло ему жизнь. Оторвав взгляд от своих все еще трясущихся рук, Алексей Николаевич примял уже порядком подсдувшийся белый баллон и посмотрел вперед. На лобовом стекле красовался густой паутинообразный узор, капот машины оказался помят и сильно приподнят. Барский вспомнил тень, бросившуюся ему под колеса, и сообразил, что, скорее всего, это был заяц, волк или какое-то другое не очень крупное животное, выскочившее из темноты леса перед его машиной. Окажись это лось или даже кабан – и последствия были бы совершенно другими. Отстегнув ремень, он вышел наружу. Машина стояла на самом краю насыпи. Еще немного, и она неминуемо слетела бы в кювет. К счастью, этого не произошло. Передок автомобиля был сильно помят и искорежен, но ни следов крови, ни клочков шерсти или чего-то подобного Барский на нем не заметил. Осмотревшись вокруг, он нигде не увидел и сбитого тела животного. Все это показалось ему очень странным. Дождь усиливался. Наверху глухо бу́хнуло и эхом прокатилось по верхушкам деревьев. Алексей Николаевич еще немного постоял возле машины (в шлепанцах на босу ногу и в распахнувшемся на ветру домашнем халате, под которым ничего не было, это любому показалось бы эпическим зрелищем, окажись кто-нибудь рядом), затем вернулся обратно в салон, запахнул мокрый халат и захлопнул дверцу. Только теперь до него начал в полной мере доходить ужас случившегося. – Господи, да ведь меня уже могло бы не быть! – пробормотал он слипшимися пересохшими губами. – Еще немного, и мое изуродованное тело валялось бы сейчас где-нибудь сбоку от дороги, среди искореженного железа и осколков стекла… От таких мыслей по спине пробежал холодок. Достав из бардачка пачку «Marlboro», Барский долго не мог выковырять из нее сигарету. Наконец это ему удалось, он щелкнул зажигалкой, сделал несколько глубоких затяжек. – Большое спасибо, Лайт, что ограничился толькоэтим и не стал доводить дело до реанимации и клинической смерти, – сказал он, устремляя взгляд вверх. – Околосмертный опыт (…имейте в виду, что на это существует седьмое доказательство, и уж самое надежное! И вам оно сейчас будет предъявлено… ), действительно, самое надежное доказательство твоего объективного существования и существования иного мира. Но я уже и так все понял и принял. Урок усвоен, спасибо!.. ---------- 7 Мистик. Просветленный 7 Мистик. Просветленный Осень, опавшая листва. Ступаю смиренный и тихий К просветленью. Иида Дакоцу Автобус выехал со станции в половине седьмого утра. Народу было немного, и Алексей Николаевич по старой, укоренившейся еще с детства привычке занял свободное место возле кабины водителя. Во время поездки он любил смотреть на дорогу и встречный поток машин. Было в этом что-то завораживающее, гипнотизирующее, погружающее в легкий транс. Впрочем, на этот раз дорога очень скоро ему наскучила, а в голову полезли разные мысли, большей частью о том, что с ним приключилось позавчера ночью на этом вот самом шоссе, по которому сейчас медленно полз его автобус. Собственно, сам он хотел поехать на такси, но Тагес настоял, чтобы до указанного места он добирался только автобусом и никак иначе. Раньше Барский непременно бы взбунтовался, потребовал бы внятных объяснений, почему должен ехать именно на общественном транспорте, но в этот раз принял все молча и беспрекословно, как данность или распоряжение свыше. Свою собственную тачку он уже успел пристроить в автосервис для капитального ремонта, но готова она будет не раньше чем через месяц-полтора. И это еще в лучшем случае, несмотря на совершенно сумасшедшие деньги, которые пришлось заплатить не только за ремонт и дорогие запчасти, но и за конспирацию. Заявлять об аварии в ГИБДД он, понятное дело, не стал, так как скрылся с места ДТП. Саму машину доставил в город его приятель лишь наутро при помощи эвакуатора. Как он той ночью добрался до города сам, Алексей Николаевич помнил весьма туманно. И дело было даже не в опьянении, которое прошло у него практически сразу же после аварии. Все-таки не так много он и употребил в тот вечер. Дело было в чем-то другом, в том необычном ментальном состоянии, в которое он погрузился, едва осознал, что же именно произошло. Он помнил, как уже через несколько минут после столкновения то ли с каким-то зверем, то ли вообще с чем-то потусторонним рядом с ним остановился черный джип. Ребята, возвращавшиеся на нем после пикника в город, сами затормозили, увидев стоявший на обочине разбитый «Porsche». По внешнему виду Барского и характерному перегару они сразу все поняли (тем более что и сами источали куда более сильное алкогольное амбре). Именно они, убедившись, что сам он не пострадал, посоветовали закрыть машину и, не вызывая полицию, ехать вместе с ними до города, а уже только на утро, полностью протрезвев, вернуться сюда и по-тихому погрузить тачку на эвакуатор. Он помнил, что едва поднялся в квартиру, как ему тут же позвонил на мобилу Тагес, который, разумеется, уже был полностью в курсе всего произошедшего (а иначе и быть не могло). В совершенно непривычной, жесткой и безапелляционной манере Тагес быстро продиктовал ему инструкции на ближайшие два дня, после чего, не прощаясь, отключился. Никогда раньше он не говорил с ним таким тоном, никогда! По-быстрому приняв душ, Алексей Николаевич рухнул в постель, на несколько часов провалившись в глубокий сон. И только проснувшись, он обрел наконец ясность и связность сознания. Четко следуя данным ему распоряжениям, Барский заказал в местном магазине электроники семь мощных аудиоколонок, музыкальный центр и оформил срочную доставку всего этого добра себе на дом. К вечеру заказ был выполнен. Перетащив бильярдный стол в гостиную, Алексей Николаевич расставил колонки в бильярдной по кругу, в центр которого поместил небольшой мягкий матрасик. Так велел сделать Тагес. А еще он велел подготовить рюкзак, термос, бутерброды и прочий перекус, чтобы хватило примерно на день. Скинул ему координаты для навигатора и велел утром следующего дня отправляться в указанное место. Что, собственно, Барский беспрекословно и выполнил. А точнее, находился в процессе выполнения этого необычного квеста прямо сейчас, добираясь до перевалочного пункта на пригородном автобусе. Вышел он на конечной остановке. Достал из рюкзака туристический навигатор и вбил в него присланные вчера Тагесом координаты. Система быстренько просчитала самый короткий маршрут, нарисовав на карте извилистую линию. Путь лежал на юго-восток, к подножью Восточного холма (который Тагес почему-то называл «гора Мо́риа»). Обогнув садовый массив, он углубился в лес. Гору, прекрасно видимую с шоссе, теперь закрывали сосны. Лес оказался темным и мрачным. Толстые, поросшие мхом стволы деревьев, мягкий ковер из прошлогодней хвои. Ни один луч света не пробивался сюда. Очень часто дорогу преграждали полусгнившие стволы поваленных то ли ветром, то ли временем сосен, а иногда и целые завалы. Никогда раньше Алексею Николаевичу не приходилось пользоваться навигатором в походе по пересеченной местности, поэтому, раз выбрав направление, он неукоснительно старался его придерживаться и все попадавшиеся на пути преграды не обходил, а перелезал. Понятно, что это было неудобно и утомительно. Отойдя от шоссе километров на пять, Алексей Николаевич выбился из сил и присел отдохнуть. Здесь, «вдали от цивилизации», он чувствовал себя слабым и беспомощным. Лес давил его своей массой, угнетал мрачной величественностью и, если говорить начистоту, даже немного пугал. Своими кронами гигантские деревья полностью закрывали солнце, создавая мистический полумрак. Покинув привычный город и оказавшись глубоко в лесу, он попал в совершенно иной мир. Несмотря на близость дачного поселка, здесь не было заметно никаких следов пребывания человека. Даже тропинка, по которой он начинал свой путь, и та растворилась, плавно перейдя в ровный ковер из старой хвои и сухих веток. Где-то вверху, прямо над его головой, застучал дятел. Короткая дробь, пауза, снова дробь. Барский улыбнулся. В последний раз он выбирался на природу лет двадцать назад, не меньше. Да и не на природу даже, а так… Во всяком случае, в такой глухомани, как эта, он оказался впервые. От запаха сосен и прелой хвои с непривычки начала кружиться голова. Затянутые мхом толстые стволы деревьев будили в сознании причудливые сказочные образы. «Для полного колорита, – подумал он с иронией, – не хватает только озера с русалками, лешего в дупле или чего-нибудь в этом роде». По мере продвижения вперед он все отчетливее начинал ощущать присутствие в этом лесу чего-то (…или кого-то?.. ) необычного, древнего и невероятно сильного. Выкурив сигарету и тщательно затушив окурок, Алексей Николаевич двинулся дальше. Еще через полтора часа ходьбы, ближе к полудню, лес неожиданно расступился, и он очутился у подножья горы. (…Мо́риа!.. ) Градусов на сорок к востоку от того места, где он стоял, на поросшем кустарником и чахлыми елочками склоне возвышалась громадная каменная глыба, формой и очертаниями напоминающая перевернутый тетраэдр. Все в точности, как описывал Тагес. Сердце у него учащенно забилось. Камень выглядел настолько странно и необычно и так явно выделялся на фоне окружающего пейзажа, что не заметить его или спутать с каким-либо другим камнем было невозможно. Несомненно, этот камень и есть тот самый знак, о котором говорил Александр. Он убрал в рюкзак ненужный более навигатор и начал карабкаться по крутому склону вверх. Туда, к камню. С трудом продираясь через цепкий колючий кустарник и каждую минуту рискуя сорваться вниз. Когда он подобрался к камню, пот градом катился по его лицу и шее. Время едва перевалило за полдень, солнце стояло в зените и жарило нещадно. Словно не осень сейчас была, а самый разгар июля. Смахнув с лица рукавом куртки капельки противной влаги, Алексей Николаевич перевел дух и осмотрелся. Он стоял на небольшой, метров пять в диаметре, площадке прямо у основания гигантского каменного тетраэдра. Точно перед ним черной дырой зиял вход в пещеру. Внизу позади него зелено-желтым ковром простирался бескрайний осенний лес. Если повернуться к входу в пещеру спиной, создавалось ощущение, что он парит над этим лесным массивом. В чистом безоблачном небе над ним кружила большая черная птица. Может быть, орёл, а может, коршун или сокол, в орнитологии Барский разбирался неважно. Когда дыхание окончательно восстановилось, Алексей Николаевич приблизился к входу в пещеру и осторожно заглянул внутрь. Из пещеры веяло приятной прохладой, доносился запах прелой листвы. С площадки, на которой он стоял, совершенно невозможно было рассмотреть, что там находится внутри. Контраст между солнечным осенним днемздесь и полной темнотойтам оказался настолько разительным, что по спине даже пробежал какой-то мистический холодок. От одной мысли, что ему придется сейчас войти в эту липкую холодную тьму, погрузиться в этот склеп, Алексею Николаевичу сделалось совсем не по себе. – Етишкины макарошки, – пробормотал он, в очередной раз вытирая рукавом куртки с лица пот, – я что, должен там впотьмах на ощупь идти? Ну, блин, Александр ибн Гениевич, мог хотя бы фонарик посоветовать захватить с собой. Да и веревка для страховки тоже не помешала б… В этот момент заверещал телефон. Барский подпрыгнул от неожиданности и принялся хлопать себя по многочисленным карманам в поисках трубки. Нашел. Звонил (…да кто бы сомневался!.. ) Тагес. Потным пальцем с третьей попытки он смахнул виртуальный бегунок сенсорного экрана слева направо, нажал кнопку громкой связи. – Не заходи и не спускайся в пещеру! – без предисловий и приветствия отчеканила трубка. – Ни в коем случае! Даже на шаг не пересекай ее порог! – П-понял… – растерянно и с чувством накатывающего леденящего ужаса ответил Алексей Николаевич. – Не буду… – Найди удобное место метрах в трех от входа, сядь лицом к пещере и останови внутренний диалог. Просто смотри на сам вход и окружающее его пространство, стараясь как можно четче запечатлеть в памяти все, что видишь, даже самые мельчайшие детали. Устраивайся покомфортнее, так как сидеть придется долго. Ни о чем не думай, очисть сознание, медитируй на темноту пещеры, на вход в нее. – Понял. Сделаю! А что значит… Но в трубке уже пошли короткие гудки. Барский пожал плечами, одними губами беззвучно произнес в адрес звонившего нехорошее слово, засунул iPhone обратно в карман, после чего принялся устраиваться (…покомфортнее… ) для этой загадочной, но явно необходимой медитации. Он специально выбрал небольшой пятачок земли, на который падала тень от торчавшего рядом тетраэдрообразного мегалита, потому как сидеть под лучами находившегося в зените (пусть и осеннем) солнца было бы весьма проблематично: на небе ни облачка, можно и солнечный удар схватить. Расстелил предусмотрительно захваченный с собой этиленвинилацетатный коврик, пристроил в качестве спинки рюкзак и осторожно опустился, сев, по-турецки сложив ноги. Поначалу мысли никак не хотели успокаиваться. Он вдруг сообразил, что сегодня двадцать первое сентября, а значит, завтра будет день осеннего солнцестояния. Случайно ли Тагес погнал его на эту гору именно к этой дате, а если не случайно, то почему на день раньше, а не точно двадцать второго? Что означает и кем был воздвигнут этот странный камень-тетраэдр? Пещера, на вход в которую он сейчас так сосредоточенно таращится, она природного или искусственного происхождения? А что находится внутри и почему Тагес в столь категоричной форме запретил даже порог этой пещеры переступать?.. Мало-помалу мысли становились все более бессвязными и дискретными, а затем и вовсе погасли, прорываясь в сознание лишь изредка, отдельными репликами или даже словами. Какое-то время очень обостренно воспринимались внешние звуки – крик парящей над ним птицы, шум леса внизу, шуршание мелких камешков, вдруг скатывавшихся с вершины горы вниз, но затем он сумел отключиться и от этого. Последним погасло чувство легкого ветерка на лице и кинестетические ощущения. Взгляд из-под полуприкрытых век расфокусировался, Барский воспринимал черное зияющее отверстие перед собой, огромный мегалит и каменистый склон горы панорамно. В таком состоянии он провел чуть более двух часов, пока тело совсем не затекло, а желудок вдруг начал подавать сигналы о том, что в нем стало совсем пусто. Алексей Николаевич вернулся в себя, встал, попрыгал и сделал несколько гимнастических упражнений, разминая мышцы. Достал из рюкзака термос с горячим чаем, бутерброды и кусок копченой курицы. С наслаждением перекусил, глядя на лежавший внизу лес, сливавшийся вдали с горизонтом. Хотел было выкурить сигаретку, но почему-то передумал и засунул пачку обратно во внутренний карман. Солнце уже клонилось к закату, перебравшись на противоположный склон горы, и теперь в тени находился практически весь склон, на котором Барский расположился. Он немного передвинул свой коврик в сторону, чтобы слегка изменился ракурс, с которого он обозревал вход в пещеру, после чего уселся в прежнюю позу и погрузился в медитативное созерцание пещеры еще на несколько часов. Время летело незаметно, интенсивность освещения становилась все ниже, хотя до сумерек было еще далеко. Сколько ему придется просидеть, впечатывая себе в память эту пещеру, тетраэдр и горный склон, он не знал, но почему-то совершенно не беспокоился на этот счет. Часов в пять пополудни Алексей Николаевич сделал еще один перекус, размялся и передвинул свое «медитативное гнездо», снова меняя ракурс. На этот раз не удержался, выкурил-таки сигарету, после чего опять погрузился в созерцание. Когда на землю опустились сумерки (…трещина между мирами… ), раздался звонок от Тагеса. Подсознательно Алексей Николаевич ожидал его уже достаточно давно, поэтому не только не удивился, но даже обрадовался. – Слушаю, – произнес он расслабленным голосом, все еще находясь в состоянии медитативного транса. – Вечереет, скоро станет совсем темно, – услышал он ласковый и явно очень довольный всем происходящим голос Тагеса. – Пора сниматься с места и выдвигаться обратно в город. – Прекрасно, конечно, – с какой-то отстраненной иронией ответил Барский, – но как я буду продираться обратно сквозь этот лес в темноте? Я и по свету-то сюда брел несколько часов, а уж ночью… – Тебе не нужно возвращаться на автобусную остановку у дачного поселка, – перебил его голос в трубке. – Всего в километре севернее от того места, где ты сейчас находишься, делает петлю автомобильное шоссе. Тебе нужно выйти именно к нему, поймать попутку и на ней доехать до города. Готовый маршрут для навигатора я сейчас скину. Если двинешься в путь немедленно, успеешь выйти на шоссе до того, как полностью стемнеет. – О, значит, обратно можно и не на общественном транспорте ехать?! – съязвил Алексей Николаевич. – Что ж, спасибо, спасибо… Трубка дала отбой, а через несколько секунд в Viber упал файл с готовым маршрутом для навигатора. Быстро собравшись, Барский еще раз окинул прощальным взглядом пещеру, камень, склон горы и начал спускаться вниз к обозначенному на карте шоссе. Построенный Тагесом маршрут пролегал через березовую рощу, совсем не такую темную, дремучую и мрачную, как тот сосновый лес, сквозь который Алексей Николаевич продирался утром, следуя к пещере. Обратный путь оказался быстрым и легким. На шоссе он вышел в тот самый момент, когда сумерки окончательно сменились ночью. Минут двадцать Барский простоял на одном месте, вытянув в сторону правую руку, надеясь поймать попутку, но все было тщетно. Машины пролетали мимо, словно бы не замечая его. Тогда он закинул рюкзак за спину, проверил по навигатору, в какой стороне находится город, и двинулся в его направлении своим ходом. Он не отдавал себе отчета, почему решил идти пешком. Судя по показаниям все того же навигатора, до города таким способом он доберется только к утру, да и то если хватит на это сил. Просто взял и пошел, повинуясь какому-то внутреннему бессознательному импульсу. Идя по широкой песчаной обочине, Алексей Николаевич старался шагать размеренно, подстраивая ритм ходьбы под ритм дыхания, и не без интереса отметил, что поток мыслей, обычно лившийся в голове непрерывной лентой, вдруг начал рассыпаться на отдельные компоненты. Громоздкие мыслеформы распадались на составные части, отчего каждая отдельная мысль не только не утрачивала своего смысла, но, напротив, обретала какую-то необыкновенную ясность. Стало ли это следствием целого дня медитации или же данный феномен обуславливался именно его «походкой силы», Барскому было все равно. Он так увлекся своим открытием, что, когда рядом с ним притормозила машина и водитель потрепанного синего «Форда», приспустив стекло переднего правого окна, о чем-то его спросил, Алексей Николаевич совершенно растерялся, уставившись на него с таким выражением лица, словно был глухим или умственно отсталым. – Далеко собрались? – терпеливо повторил свой вопрос мужчина. На нем была надета балахонистая куртка оранжевого цвета, шею украшала кантхимала из туласи, а до блеска выбритый лоб – тилака. Словом, выглядел он типичным кришнаитом. Как ни странно, Барского это совсем не удивило. Ну, кришнаит и кришнаит, что с того? Разве кришнаит не может ехать на машине вечером по загородной дороге? – Что?.. – переспросил Алексей Николаевич, продолжая идти. Автомобиль, сбавив скорость до минимума, медленно ехал рядом. – Я спрашиваю, куда вы путь держите? Может быть, вас подбросить? – А-а… – Барский расплылся в улыбке. – Я иду в Глахов, тут ведь только одна дорога, верно? Или нет? – Садитесь, нам по пути. До города, действительно, только одна дорога. Автомобиль чуть обогнал его и остановился. Перегнувшись через пассажирское кресло, водитель сам приоткрыл дверцу. Алексей Николаевич забросил рюкзак на заднее сиденье, а сам уселся на свободное место рядом с шофером. Машина, плавно набирая скорость, двинулась вперед по ночному шоссе. – Спасибо, что остановились. А то голосую, голосую, и все впустую. Никто не останавливается. Вот и решил, что лучше уж идти пешком. Пусть медленно, но приближаясь к цели, чем тупо просидеть всю ночь на обочине. – Да, в эпоху Кали-юги люди становятся злыми и эгоистичными, – с некоторым сожалением в голосе произнес водитель. – Железный век, железные сердца… Алексею Николаевичу очень хотелось поддержать разговор, но он не нашелся, что ответить. Повисла неловкая пауза. В салоне тихо играла музыка, что-то индийское, традиционное. Какое-то время ехали молча. – Ситар? – наконец спросил Барский, так как просто молчать больше не мог, чувство благодарности к этому странному, но доброму человеку его распирало. – Рави Шанкар? – Да, верно. Вы разбираетесь? – Немного, – ответил Алексей Николаевич, тут же смутился и добавил: – Хотя, если честно, не очень. Из всех игроков на ситаре только Рави Шанкара и знаю. Ну, еще Джорджа Харрисона, конечно. Оба рассмеялись. – Кришна, говоря о добродетелях, необходимых для достижения истинного знания о реальности, – произнес водитель, – среди прочего, выделял прямоту, честность и искренность. У вас присутствуют все эти качества. – А вы, как я понимаю, принадлежите к Движению сознания Кришны? – Удивительно, как вы догадались? – пошутил новый знакомый. И снова оба засмеялись. На душе у Барского стало совсем легко и радостно. – Алексей, – представился он, протягивая руку. – Василий. – Мужчина, не отрывая взгляда от дороги, протянул Алексею Николаевичу широченную ладонь. «Однако! – подумал Барский, с некоторой опаской пожимая ее. – Ему бы не в кришнаиты идти с такими лапищами, а в бандиты или вышибалы». И тут же смутился собственным вульгарным мыслям. Человек, можно сказать, спас его, а он о нем так думает. Топал бы сейчас по холодному шоссе, уставший и задубевший, а не ехал бы в тепле и с комфортом. – Когда-то в юности я тоже увлекался кришнаизмом, – доверительно сообщил он своему новому знакомому. – И «Бхагавадгиту» с комментариями Шрила Прабхупады читал, и его же «Науку самоосознания», и «Шримад-Бхагаватам», и «Учение Шри Чайтаньи», и много еще чего. Постился в дни экадаши, ничего не ел, а пил только воду. Маха-мантру читал по четыре-пять часов в сутки. Ежедневно! Месяца три или четыре подряд, наверное. Пока не забросил все это… Он смущенно замолчал. – Вот как?! – удивился Василий. – Что изучали и даже практиковали Учение, это очень хорошо! Но почему забросили? Неужели не нашли ответов на свои вопросы? Или по какой-то иной причине разочаровались? – Не сказать чтобы прямо-таки разочаровался. Очень многое из кришнаизма я взял на вооружение, со многим согласен и использую в собственной мировоззренческо-философской системе по сей день. – Так в чем же тогда дело? – В осознании и понимании, наверное, – немного поколебавшись, очень осторожно ответил Алексей Николаевич. – В осознании относительности любых знаний и верований, в понимании того, что Бог и религия – это совершенно разные вещи. Что религия – это то, что паразитирует на идее Бога. Я ведь, помимо кришнаизма, очень глубоко и подробно много еще чего изучал. Библию и Коран от корки до корки. Даосизм и буддизм. Разные оккультные и эзотерические учения. Теософию и каббалу, суфизм и масонство, кастанедианство и нагвализм… Не поверите, даже трансерфинг Зеланда весьма усердно штудировал! Всего и не перечислить. – А что же в итоге? – с неподдельным интересом поинтересовался Василий. – К чему вы пришли сейчас? Ведь не к полному же отрицанию всего духовного, не к атеизму и материализму, верно? – Нет! Конечно же нет! – рассмеялся Барский. – В итоге у меня сложилась своя собственная философская система. Сформировалось мое субъективное мировоззрение, выработались определенные практики. – Хм, и на что же это похоже? – с каким-то даже удивлением спросил Василий. – Вы не могли бы озвучить хотя бы базовые постулаты и принципы вашей религии? – Это не религия! – горячо отреагировал Алексей Николаевич. – Это именно философская система! В том, что касается теории. И духовные практики, в том, что касается применения этой теории в реальности жизни. – Но суть-то, хотя бы самую суть изложить вы можете? – Могу, конечно, но займет это очень много времени. Здесь и вера в Бога как Абсолют-универсум, здесь принятие теории реинкарнации и кармы, хотя и с весьма существенным их переосмыслением, в отличие от того же индуизма или буддизма. Принципы бхакти-йоги, взятые из вашего вайшнавизма, кстати. Медитация и работа с осознанным сновидением, проработка чакр и разнообразные энергетические практики… Много, очень много всего! Словом, если хотите получить лишь самое общее представление об этом, рекомендую найти и прочитать книгу Александра Тагеса «Омикрон». Она есть в Интернете, даже в бесплатном доступе. Я с полным на то основанием вполне мог бы назвать себя его учеником и последователем. – Тагес? – как бы вспоминая что-то, перепросил Василий. – Это же из этрусской религии! Юноша с умом старца, возникший из комка земли. Прорицатель, раскрывший космический взгляд на божественность и давший людям методику выяснения божественной воли. А главным учеником Тагеса был Бакхес, которому тот передал ахерузийские книги с записанным в них учением Тагеса. Вы, получается, Бакхес? Последнюю фразу Василий произнес с явной иронией, усмехаясь и как бы подначивая своего пассажира. – Э-э, нет конечно же! – пробормотал совершенно сбитый с толку Алексей Николаевич. – Я про нашего современника из Москвы, Александра Тагеса. Хотя, если честно, не знаю, это его настоящая фамилия или просто псевдоним. Он растерялся и даже слегка испугался, пораженный неожиданно прорезавшейся эрудицией нового знакомого. Узколобый и ограниченный исключительно рамками своей секты кришнаит, пусть и добродушный, каким он его воспринял изначально, вдруг предстал перед ним неким мудрецом и мыслителем, неплохо разбирающимся даже в таких дебрях, как этрусская мифология и знающим о существовании некоего Бакхеса, о котором сам Барский вообще не имел ни малейшего представления. Столь неожиданная метаморфоза не просто пугала, но и настораживала. Алексей Николаевич посмотрел на свои растопыренные пальцы рук. – Нет-нет, вы не спите, – заверил его Василий, прекрасно понявший смысл данного жеста и перепугавший тем самым Барского еще сильнее. – Все дело в том, что я тоже не сразу стал кришнаитом. И очень многое из того, что вы перечислили чуть раньше, я также изучал и пробовал на практике. И Кастанеду, и Блаватскую, Рерихов, Гурджиева… Коран, Библию, Зоар, Трипитаку… Больше того, по своему первому образованию я вообще религиовед, профессор. Только пройдя свой собственный круг поисков и мытарств, я остановился именно на вайшнавизме, который мне оказался эмоционально ближе и приятнее всего остального. – Приятнее? Эмоционально ближе?.. – удивленно воскликнул Алексей Николаевич (…вот, блин! Везет же мне на профессоров… ), уже совсем другими глазами глядя на своего нового, столь непредсказуемого и таинственного знакомого. – А как же Истина? Разве можно подменять Истину чем-то, что тебе просто «приятнее»?!. – А где она, Истина? – хитро прищурившись, спросил Василий. – У каждого человека, увы, она своя собственная. Иначе не было бы в мире столько религий, учений, философских и иных мировоззренческих систем. Даже в науке, претендующей на объективность и почитающей себя за неоспоримый авторитет в области знаний, нет никакого единства и постоянства. На самом деле история науки является своего рода «собранием заблуждений» (и их «разоблачений»), сменявших одно другое и относящихся к Истине с высочайшей долей условности. – Да, человеку доступна лишь относительная истина, – согласился Барский, – но это же не повод низводить ее до уровня «нравится, не нравится» (…терпи, моя красавица… ), подменяя знание какими-то странными и приспособленческими эмоциями. – Алексей, а знаете ли вы, какое самое трудное в освоении, но при этом самое благословенное достижение в нашем материальном мире? – вдруг спросил у него Василий и тут же сам ответил: – Это быть удовлетворенным жизнью и всем происходящим при любых обстоятельствах и всегда пребывать в ровном и спокойном состоянии духа. Быть счастливым, несмотря ни на что! И поверьте, эту сиддху развить сложнее, чем научиться, к примеру, летать. – Ну, это всего лишь ваш взгляд на вещи, – пробормотал совсем уже сбитый с толку Барский, – всего лишь ваша субъективная точка зрения… – Это слова моего американского духовного брата, Ричарда Славина, – усмехнулся Василий. – Но я с ним в этом вопросе полностью и безраздельно солидарен! Невероятно и странно, конечно же, но получается, что тем, с чего вы начали свои духовные поиски, я свои поиски закончил. А тем, с чего начинал духовные поиски я, заканчиваете вы. Забавно, но в жизни так очень часто случается. У каждого человека свой Путь. И он не хуже и не лучше любого другого. Он именно свой… – «Если сравниваешь свой Путь с другими, значит, еще не на Пути», – буркнул Барский. – Вэй Дэ-Хань. – Никакой он не Вэй Дэ-Хань, – вдруг в голос рассмеялся Василий. – Бронислав Виногродский, вот кто он, автор приведенной вами цитаты. Так же, как и мой американский друг Ричард Славин именно Ричард Славин, а вовсе не Радханатх Свами, как он требует себя называть. Уверен, что и ваш московский гуру Александр Тагес вовсе не Тагес на самом-то деле, а какой-нибудь Белоусов, Хлюпов или, того смешнее, Ба-рский. Алексей Николаевич вздрогнул и снова уставился на своего попутчика с непередаваемым ужасом. – Что? – не поворачивая головы, спросил тот, очевидно почувствовав пронзительный взгляд пассажира. – Ничего, – ответил негромко Алексей Николаевич. – Вообще-то, Барский – этомоя фамилия… – Бывает, – как ни в чем не бывало отмахнулся Василий. Однако, почувствовав, что ввел собеседника в ступор, нагнав на него мистического ужаса, как бы оправдываясь, улыбнулся и добавил: – Я хотел сказать Ба-кхес. Пошутить пытался. Оговорился. Случается… Остаток пути до города проделали в полном молчании. Без каких-либо проблем миновали пост ДПС при въезде в Глахов, и около десяти вечера машина подкатила к элитному жилому комплексу, в котором обитал Барский. Впрочем, в этом никакой мистики уже не было. Василий вызвался подвести своего пассажира непосредственно до пункта назначения, пришлось назвать ему адрес. К дому подъехали со стороны черного хода. Алексей Николаевич поблагодарил нового знакомого, хотел расплатиться, но тот наотрез отказался принимать деньги. Барский пожал плечами, пробормотал на прощание «Харе Кришна!», вылез из машины и захлопнул дверцу. На душе у него оставался какой-то неприятный осадок. – Удачи тебе, браток, – донеслось ему вслед, когда он уже поднимался по ступеням крыльца подъезда. Алексей Николаевич резко обернулся. Вместо «Форда», на котором он приехал сюда, возле подъезда стоял потрепанный синий «Жигуль». Василий, высунувшийся в открытое окно, махал ему своей огромной лапой, но вместо оранжевой кришнаитской одежды облачен он теперь был в брезентовую строительную куртку цвета хаки. Лицо его выглядело не одухотворенным челом божьего человека, а нагло улыбающейся красной, небритой мордой бандита из девяностых. Оскалившись, Василий сверкнул в его сторону золотой коронкой. Барский с силой зажмурился, мотнул головой и широко распахнул глаза. Видение исчезло. Перед ним стоял все тот же «Форд», на Василии была все та же оранжевая балахонистая куртка, шею его украшала кришнаитская кантхимала, а лоб – тилака. Словом, все было ровно так, как и должно быть. Завизжав колесами по асфальту, автомобиль скрылся за поворотом, оставив после себя только легкое облачко пыли. Несколько секунд Алексей Николаевич стоял не двигаясь, затем мотнул головой, как бы пытаясь отогнать остатки галлюцинации, поднес к замку подъезда электронный ключ, отпер дверь и вошел внутрь. Когда он выкатился из ванной комнаты, чистый и немного взбодрившийся, то услышал, что в кабинете вовсю надрывается Skype. Пока Алексей Николаевич пересекал свою громадную квартиру, а кабинет располагался в противоположном ее конце, вызов оборвался. «Ничего, перенаберет еще раз», – с каким-то злорадством подумал он, не спеша подходя к компьютеру, запахивая халат и усаживаясь в рабочее кресло. Так и вышло. Skype заверещал снова, в верхней части окна программы обозначился черный кружок с изображением голубоватых фосфоресцирующих грибов. «Alexander Tages. Входящий звонок…» – информировала надпись возле грибной аватарки. Придав своей физиономии серьезный вид и нахмурив для пущей важности лоб, Барский кликнул курсором мышки, принимая входящий видеовызов. – С легким паром, – поприветствовало его ухмыляющееся и чем-то очень довольное лицо Тагеса. – Контрастный душ после тяжелого дня и изматывающего похода – лучший способ смыть с себя усталость, верно? Как обычно, Александр сидел в громадном кожаном кресле, больше похожем на трон. Правда, облачен он сегодня был в какую-то странную не то мантию, не то рясу или сутану. Никогда раньше Барский не видел его в столь причудливом одеянии. Позади него на спинке кресла, с левой стороны, деловито пристроилась большая черная кошка, которая таращилась на Алексея Николаевича круглыми янтарными глазищами с презрением и чувством собственного превосходства. – Привет, Кася, – усмехнулся Барский. Кошка тут же вздыбилась, изогнула спину и, мявкнув ему в ответ явно что-то нецензурное на своем кошачьем языке, спрыгнула прочь, растворившись в темноте алхимической лаборатории «доктора Фауста». Тагес расплылся в улыбке. – Не любит меня твоя сухопутная сова, – вздохнул Алексей Николаевич. – Вовсе нет. Просто ревнует. Ну и переживает за меня немножко. Нам с тобой предстоит сегодня ночью свершить очень увлекательное, но вместе с тем и чертовски опасное дело. Кася боится, что я могу не вернуться. Я ведь не первый ее владелец. Потерю своего предыдущего хозяина Кася переживала очень тяжело, вот и сердится на тебя, опасаясь, что из-за нашего сегодняшнего путешествия может еще и без меня остаться. – Путешествие? Сегодня ночью?! – удивленно воскликнул Алексей Николаевич. – Ну да. Ты разве еще не понял, зачем ездил к горе и для чего целый день медитировал, глядя на вход в пещеру? До сих пор не сообразил, зачем я велел тебе купить колонки и акустическую систему, для чегомы с тобой оборудовали лежанку у тебя в бильярдной? – А кстати, да, почему именно в бильярдной?.. – пробормотал совсем сбитый с толку Барский. – Мнев одиночку вытащить оттуда огромный стол было совсем непросто. Словно других комнат у меня в квартире мало… – В бильярдной, так как только эта комната у тебя имеет хорошую звукоизоляцию. Нам же совсем не нужно, чтобы соседи вызвали к тебе полицию посреди ночи. – Полицию?.. – Так, похоже, ты оказался гораздо тупее, чем я предполагал, – уже с некоторым раздражением ответил Тагес. – Ты забыл, что я говорил тебе о нашем совместном осознанном сновидении? – Нет, но при чем здесь гора, пещера? Причем здесь бильярдная и акустическая система? Какое это имеет отношение к… – Самое прямое! – перебил его Тагес. – У вас уже за полночь, наступило двадцать второе сентября. Чуть менее чем через час день осеннего солнцестояния наступит и в Москве. Это один из тех благоприятных моментов в году, когда можно войти в совместное осознанное сновидение и далее проникнуть прямиком на тонкоматериальные уровни нашей планеты. – Ты собираешься вытащить меня в астрал?!. – вытаращился Алексей Николаевич. – Да! – хищно осклабился Тагес, сверкая глазами. – Можно это назвать и так. Хотя, если уж использовать эзотерическую терминологию, я очень надеюсь, что нам с тобой удастся прорваться гораздо выше астрального плана. Сердце у Барского учащенно заколотилось, на лбу и шее выступила испарина. Ужас и восторг охватили все его существо одновременно. Он совершенно не представлял, что намеревается проделать с ним этот странный, загадочный, мистический человек, с хищной улыбкой взирающий на него с монитора, но предчувствие чего-то грандиозного уже накрыло его. Этой ночью должно будет свершиться самое важное, самое необыкновенное и судьбоносное событие в его жизни! В этом сомнений не оставалось. – Как мы это осуществим? – пробормотал он неожиданно пересохшими губами. – Что мне нужно делать?.. – Сейчас я тебе скину специально приготовленный для этого случая mp3-файл. Тебе будет нужно записать его на флешку, вставить ее в музыкальный центр и включить воспроизведение ровно в час по вашему местному времени. В Москве в этот момент наступит полночь, и я тоже проделаю все то, что должен будешь сделать ты. – Что именно… сделать?.. – Ты включишь запись и отрегулируешь звук на уровень примерно семьдесят пять децибел. Громче не нужно. Ляжешь в центр круга, образованного колонками, и закроешь глаза. Головой на запад, ногами на восток. – Что записано на флешке? – Это специальная музыка для вхождения в глубокий транс. Преимущественно шаманский бубен. Итак, ты ложишься на спину, расслабляешься, отключаешь внутренний диалог и начинаешь максимально четко и живо представлять ту поляну, на которой сегодня проторчал весь день. Вечер, сумерки, ты сидишь перед входом в пещеру и смотришь перед собой. Вспомни все те ощущения, что ты испытывал, когда сидел там в физической реальности. Восстанови в памяти всю окружающую обстановку до мельчайших деталей. Твоя задача максимально погрузиться в транс и перенести свое сознание на поляну возле перевернутого камня-тетраэдра. Тагес замолчал, пристально вперившись взглядом в Барского. Зрачки его вспыхнули ярким оранжевым огнем, буквально прожигая Алексея Николаевича. Кася вдруг снова оказалась на спинке кресла, слева от своего хозяина. Глаза ее излучали точно такой же свет и так же испепеляли Барского. – Что будет нужно делать дальше? – изо всех сил пытаясь сохранять хладнокровие, спросил тот. – Дальше я встречу тебя уже там, «на той стороне», и мы вместе спустимся в пещеру, – глаза Тагеса потухли. – Ну, или ничего у нас не получится, ты через какое-то время просто придешь в себя, словно бы ничего и не случилось. Проснешься, вернешься к своей обычной жизни, и на этом наше с тобой общение прекратится навсегда. Кошка проорала дурным голосом «мяяяау!». Развернулась и, сверкнув задом, спрыгнула с кресла. – Лови файл. – Тагес улыбнулся. – Запомни, включить его нужно ровно в час по глаховскому времени. Как говорится, ни пуха ни пера. И до встречи на поляне возле пещеры… Скачав файл на жесткий диск и перелив его затем на совершенно новую, ни разу ранее не использовавшуюся флешку, Алексей Николаевич выключил компьютер, полностью отрубил телефон и даже убрал его в ящик стола. Прошелся по квартире, везде плотно задергивая шторы и обесточивая все электроприборы, лишив питания даже холодильник. В итоге подключенным к электричеству остался лишь музыкальный центр в бильярдной. Он не знал, почему и для чего это делает, но чувствовал, что именно так должен поступить. Вставил флешку в USB-разъем музыкального центра, настроил звук. Потушив свет и в бильярдной, он лег на пол, точно так, как велел ему Тагес (головой на запад, ногами на восток), расслабился, закрыл глаза. Секунду поколебавшись, нажал «Play» на пультике дистанционного управления и отложил сам пульт в сторону. Какое-то время ничего не происходило. Вообще. Барский даже успел подумать, что произошел какой-то сбой и запись не работает, но вдруг в колонках бумкнуло. Раз, другой, третий. Затем удары начали учащаться, и наконец бой шаманского бубна обрел достаточно четкий, устойчивый ритм. «Бум-бум-бум… Бум!!. Бум-бум-бум… Бум!!. Бум-бум-бум… Бум!!.» Как ему показалось, частота этого боя составляла порядка пяти-шести ударов в секунду или что-то около того. Звук был монотонным и гулким, а благодаря расставленным в форме круга колонкам звучал он словно бы со всех сторон одновременно. Глубоко вдохнув и выдохнув, Алексей Николаевич полностью расслабился. Казалось, он воспринимал это «Бум-бум-бум… Бум!!.» не только ушами, но и всем телом сразу, отчего очень скоро само ощущение тела словно бы пропало, отключилось. Тело растворилось, исчезло, сделалось невесомым. Через какое-то время Барский вдруг осознал, что к бою бубна примешивается еще и звук змеиной трещотки или какой-то очень похожей на то перкуссии, словно бы трясли баночкой с насыпанным в нее сухим горохом. А еще через несколько минут ко всему этому «шаманскому оркестру» добавилось низкое горловое гудение в стиле каргыраа. На этом метаморфозы закончились, далее музыка потекла без каких-либо изменений или перепадов – равномерно, величественно, однотонно. Погружая в транс… Поток мыслей в голове прекратился, сознание было наполнено исключительно звуком. Алексею Николаевичу казалось, что он лежит на дне индейского каноэ и плывет по течению широкой, бескрайней реки. Вовремя осознав это и поняв, что река совсем не то, что ему нужно, Барский попытался представить гору Мо́риа, каменный тетраэдр, темный вход в пещеру. Все точно так, как было тогда, когда он действительно находился на склоне и медитировал, панорамно воспринимая окрестности. И вдруг в одно мгновение все исчезло, а его поглотила глухая бездонная тьма. …он долго находился в темноте, безмолвии и невесомости. Он сознавал свое «Я», сознавал, что существует, но ничего не мог предпринять… …непроявленность … …он одновременно и был, и не был. Вернее, он – был, а ни вокруг него, ни внутри ничего не было.Вообще ничего! Время сделалось холодным и неподвижным… …первым начал возвращаться слух. Негромкое жужжание, странный шелест и то ли завывание ветра, то ли плеск волн. Нет, все-таки звук ветра и отдаленный шепот леса. Потом он почувствовал, как ноги его коснулись чего-то твердого. Возвратилась привычная тяжесть, однако теперь она оказалась меньше обычного. В голове засуетились мысли, а перед глазами замелькали разноцветные огоньки. Темнота немного рассеялась, и он обнаружил, что находится на склоне горы, где провел вчера практически целый день. Он стоял на небольшой, метров пять в диаметре, площадке прямо у основания гигантского каменного тетраэдра. Точно перед ним черной дырой зиял вход в пещеру. В безоблачном звездном небе, примерно там же, где днем висел солнечный диск, сейчас располагалось белое деформированное яйцо убывающей луны. Алексей Николаевич сделал два неуверенных шага вперед и оказался в пятне тени, отбрасываемой каменной глыбой и образованной благодаря лунному свету. «Неужели сработала-таки (…дудочка… ) шаманская запись и я действительно оказалсяздесь ?!. – возникла в голове первая связная, четко оформленная и осмысленная фраза. – Черт побери, я действительно стою у входа в пещеру! Ночью. И все это реально». Он помотал головой, взглянул на растопыренные пальцы рук. Если это и осознанное сновидение, то самое реалистичное и необыкновенное из всех, что он когда-либо переживал в жизни. Все воспринималось так четко и явственно, а сознание и память оказались настолько рациональны, насколько это было возможно исключительно в фазе нормального бодрствования. Ощущение ночного ветерка, шум лесного массива внизу, шепот кустарников, росших на склоне. Разрезая яркой вспышкой темноту ночи, по небу пронесся метеор. В тот же момент от каменного тетраэдра отделалась густая серая тень, уплотнилась и превратилась в фигуру человека, облаченного в черную мантию. Это был Александр Тагес собственной персоной. – Ну вот, – произнес он, подходя к Барскому и хлопая его по плечу, – половина дела сделана. Самая трудная половина. Дальше все пойдет легче. Ты молодец. Ты все сделал правильно. Пойдем… – Куда? – каким-то чужим, сухим и скрипучим голосом спросил Алексей Николаевич. – Эх, стоило его похвалить, как он снова начал тупить! – рассмеялся Тагес. – В пещеру, куда же еще? Не обратно же в Глахов? – Зачем? Ты же сам запретил мне даже переступать порог этой пещеры! – В голосе Барского отчетливо улавливался ужас. – Да что же это такое? Ты еще не в себе, что ли? Я тебе днем запрещал это делать, в одиночку. А сейчас мы вдвоем. Именно для того, чтобы вместе «переступить порог этой пещеры», мы с тобой и прибыли сюда. Давай-давай, не тупи! Потопали. У нас не так много времени на самом-то деле. Пошли-пошли… Он взял Барского за руку и, несмотря на то, что тот все еще упирался, мягко, но настойчиво повлек его за собой, сам пересекая порог пещеры первым. Барский повиновался. К огромнейшему его удивлению, невзирая на ночь и темень, он прекрасно видел все вокруг себя. Пройдя несколько метров, Алексей Николаевич сообразил, что они находятся в самой настоящей, выполненной по всем правилам архитектурного искусства галерее. Высокий сводчатый потолок, украшенный замысловатым орнаментом, строгие колонны из красного гранита, совершенно ровный, выложенный неизвестным черным камнем пол. Все это было видно вполне отчетливо. Поначалу Барский подумал, что свет проникает в туннель снаружи и это свет луны, однако вскоре выяснилось, что все совсем не так. Свет струился из глубины пещеры. Метров через десять туннель круто сворачивал в сторону, а затем резко уходил вниз. Они сошли по широким каменным ступеням и оказались в огромном зале. Все здесь было залито совсем уже ярким светом, от которого у Алексея Николаевича тут же заболели глаза, и он непроизвольно зажмурился. Свет излучали огромные хрустальные люстры, висевшие под самым потолком. Свет лился из каких-то скрытых вверху потолка ниш. Светом сияли висевшие на стенах дорогие позолоченные светильники. Помимо светильников, стены украшали огромных размеров картины в позолоченных рамах, а местами вместо картин висели гигантские зеркала, создававшие ощущение пространства и объема. Пол был покрыт красным и, по всей видимости, очень дорогим ковролином. У стен стояли обтянутые кожей банкетки, а в центре холла расположился белого мрамора фонтан. – Муха бл***кая! – непроизвольно вырвалось у Барского. – Да это же наше казино «Пирамида». Его закрыли летом две тысячи девятого, когда вышел какой-то новый закон и все игорные заведения… – Казино, казино, что же еще, – отмахнулся Тагес. – Одна из самых важных вех в твоей текущей жизни, благодаря чему ты и занялся в итоге бизнесом. Пойдем, нам туда. Он кивнул в сторону узкой витиеватой лестницы, ведущий куда-то (…на второй этаж?.. ) вверх. – Ну да! – твердым уверенным голосом произнес Алексей Николаевич. – Там, наверху, находится (…колесо, колесо, колесо… ) рулетка и карточные столы… – Да пошли ты уже скорее! – нервно отреагировал Тагес, хватая его за руку и увлекая вверх по лесенке. Пока они поднимались, Барский обратил внимание на то, что в воздухе разливаются звуки музыки. Что-то легкое и ритмичное, в стиле чилл-хаус. Также он механически отметил, что ни в холле, ни в соседних комнатах, ни даже на верхней площадке, куда они сейчас карабкались, совершенно не было людей. Ни посетителей внизу, ни кого-либо из персонала – ни души. Не было консьержа за стойкой наверху справа, отсутствовал охранник, обычно преграждавший вход в игровой зал, расположенный слева. Никем, таким образом, не остановленные, они пересекли порог игрового помещения и вошли внутрь. В тот же момент раздался громкий хлопок, словно лопнул большой воздушный шарик, и освещение погасло. Алексей Николаевич машинально шарахнулся, изогнувшись всем телом, метнулся было обратно в холл, но налетел на стену. На месте дверного проема, через который они вошли в игровой зал, теперь была грязная бетонная стена. Когда глаза немного адаптировались к неожиданно возникшему полумраку, он осмотрелся. Никакой это был не игровой зал. И свет никто не тушил. Барский понял, что они, подобно персонажам компьютерной игры, вдруг оказались в совершенно новой виртуальной локации. Огромного размера помещение с высоченными потолками, очень похожее на заброшенный цех какого-то крупного завода. Повсюду стояли полуразобранные и разбитые станки, валялись обломки оборудования, ржавые железяки, детали. Все это покрывал толстый слой пыли. Высоченные окна у противоположной стены оказались частично разбиты, а уцелевшие стекла также покрывала пыль. Откуда-то сверху на длинном шнуре спускался светящийся матовый шар, дающий тусклое освещение. Только поэтому оказалось возможным разглядеть хоть что-то вокруг, тогда как все остальное пространство было поглощено непроницаемой тьмой. – Черт возьми, – услышал он раздосадованный голос Тагеса, – не туда попали. Ошиблись дверью, и нас перекинуло совсем в другое место. Даже не знаю, куда именно. Только тогда Барский вспомнил, что находится здесь не один. – Как это в другое место? – поинтересовался он шепотом. – Если вошли не туда, давай вернемся обратно и поищем правильную дверь. – Нет здесь никакого «обратно». И дверей как таковых нет, это же я образно выразился, метафорически. Мы находимся в Небесном Лабиринте, и, если хотим добраться до цели, а затем вернуться в физический мир, придется теперь искать другой путь. – А какая у нас цель? – осторожно поинтересовался Алексей Николаевич. Тагес ничего не ответил, махнул рукой и молча устремился в сумрак. Боясь отстать и остаться в этом жутком и непонятном месте в одиночестве, Барский кинулся следом. Наткнулся впотьмах на какую-то железную болванку, едва не сломал себе ногу, выругался вполголоса и дальше уже старался не отставать от своего спутника, который, казалось, видел в темноте не хуже кота. Поначалу непроницаемая, тьма мало-помалу рассеивалась. Стали различимы контуры чего-то, напоминавшего длинный коридор. Затем из мрака отчетливо выступили колонны, симметрично расположенные по обе стороны прохода, и, наконец, Алексей Николаевич обнаружил, что они находятся посреди просторного зала, окруженного величественной колоннадой. Долго петляли среди этой колоннады, потом поднимались по каким-то ступеням. Затем снова блуждали среди колонн и снова поднимались по лестнице. – Я веду тебя кратчайшим путем, – пояснил Тагес. – Куда ведешь? – в очередной раз попытался уточнить Барский. – К озеру. Для начала нам нужно выйти к озеру. – Что еще за озеро? – Моэрис. Посвященные называют его Моэрис. Это своеобразный «центр Лабиринта», основная точка отсчета. Если выйти к этому озеру, тогда можно все начать заново и попытаться найти новую тропу. Ничего не поняв, но осознав бессмысленность дальнейших расспросов, Алексей Николаевич смирился и замолчал. Минут через пять они действительно вышли к большому подземному водоему. В темноте вода излучала нежный голубоватый свет. Очертаниями озеро напоминало отпечаток гигантской стопы, носок её был обращен к выходу из пещеры, в центре которой оно находилось. Слышалось мелодичное журчание, со сводов капало. Миновав узкую гранитную арку, они выбрались из подземелья наружу и оказались перед величественным архитектурным сооружением, судя по всему – древним городом, который был обнесен высоченной стеной, сложенной из каменных булыжников. Городская Стена протянулась до самого горизонта. От пещеры к ней вела узенькая тропинка. Вечерело. В сумерках и без того унылый пейзаж казался еще скучнее и однообразнее. Ни одной живой души, ни зеленого островка, ни даже просто деревца. Всюду песок, песок, песок… Только у самого выхода из пещеры торчал полузасохший кактус размером в человеческий рост. Барский, словно бы желая удостовериться в реальности происходящего, дотронулся до него рукой. От легкого прикосновения кактус рассыпался в пыль. Алексей Николаевич вздрогнул и отдернул руку. – Так, Стена есть, – удовлетворенно констатировал Тагес, – теперь нам нужно отыскать городские ворота. – Да куда мы идем-то? Зачем?! – не в силах более сдерживаться, заорал Алексей Николаевич, резко остановившись и всем своим видом давая понять, что дальше он и с места не сдвинется, пока ему все по-человечески не объяснят. Тагес вздохнул, но видя непоколебимость своего попутчика, сдался и, повернувшись к нему, произнес: – Мы идем на встречу с нашими «высшими Я». Ты уже пару раз общался со своим «высшим Лёхой» опосредованно; сегодня, если повезет, сможешь встретиться и поговорить с ним лицом к лицу, так сказать, вживую. От неожиданности у Барского округлились глаза и приоткрылся рот. – Я надеялся проскочить прямиком на эту встречу, – как ни в чем не бывало продолжал Тагес, – но почему-то не вышло. Мы угодили-таки в ловушку Небесного Лабиринта, и теперь придется искать правильный путь. Дорога существенно удлиняется, но еще не все потеряно. Сейчас нам нужно как-то попасть за эту Стену, в Город. Полагаю, что разумнее всего и проще это будет сделать через городские ворота. Осталось только найти их. Пойдем вдоль Стены, рано или поздно наткнемся и на вход. Если, конечно, правильно сейчас определимся с направлением. Я полагаю, что нужно идти на восток. Александр махнул рукой, указывая направление, и, замолчав, двинулся вперед. Почему он решил, что восток находится именно там и как он вообще мог ориентироватьсяздесь по сторонам света, Барский не знал. Впрочем, уже полученной информации ему хватило с избытком. Вздохнув, он покорно поплелся за Тагесом. То, что он сейчас встретится с Лайтом, наполняло его душу одновременно и восторгом, и ужасом. Восторгом, так как с момента последнего их общения прошло достаточно много лет, никаких предпосылок для возобновления контакта он не наблюдал и мысленно уже смирился с тем, что встретятся снова они лишь непосредственно в момент его, Барского, смерти. Ужасом, потому, что смерти он по-прежнему очень боялся, а в голове его достаточно прочно закрепился шаблон, что сам факт их новой встречи, да еще и лицом к лицу, как раз и будет фактом его, Алексея Николаевича Барского, смерти. Мало-помалу волнение улеглось. «Собственно, а почему я так боюсь смерти? – размышлял он, бредя за Тагесом вдоль высокой каменной Стены. – Прежде всего, смерть страшит погружением в полное ничто. Гаснут чувства, гаснет разум, все это исчезает, и ты сам как личность исчезаешь навсегда. “Вот я был, и вот меня не стало”. Но ведь сейчас я нахожусь в полном сознании! В полном сознании я встречусь и с Лайтом. А значит, сохранятся чувства, разум, ощущение собственного “я”. Сам Лайт, правда, говорил о каком-то там слиянии и поглощении. Типа, он меня поглотит, а я растворюсь в нем. Но ведь он точно так же пояснял, что при этом слиянии я не только не утрачу индивидуальности, а напротив, обрету свою истинную индивидуальность. Я как бы очнусь после сна или обрету память после длительной амнезии. Так чего бояться?..» Эти размышления совсем успокоили его, и тогда мысли потекли в ином, более конструктивном русле. «Итак, если состоится наша встреча и будет разговор, о чем следует расспросить Лайта в самую первую очередь? Как извлечь максимум пользы из этой встречи? Ранее Лайт неоднократно утверждал, что цель моей данной инкарнации состоит в том, чтобы постичь секреты материального благосостояния, богатства и денег. Обрести опыт построения бизнеса, формирования капитала и по максимуму проработать все, что с этим связано. Двадцать последних лет своей жизни я именно этим и занимаюсь. Фактически только и исключительно этим! Наработал уже и опыта предостаточно, да и результаты какие-никакие тоже имеются. Единственный минус: я до сих пор не испытываю от самого процесса зарабатывания денег ни грамма удовольствия. Все это для меня является самой настоящей каторгой. Но почему? Не потому ли, что мой нынешний бизнес оказался мне не совсем по душе и совсем не является реализацией моих глубинных интересов, склонностей, предпочтений? Быть может, построй я бизнес на чем-то по-настоящему мне близком и интересном (например, на выпуске художественных книг или на обучении людей философии, эзотерике, методам самосовершенствования), и тогда этот последний пробел был бы устранен? Вот о чем надо расспросить Лайта!» – подумал Барский. Он быстрым шагом догнал Тагеса, поравнялся с ним и осторожно завел разговор: – Александр, помнится, ты как-то говорил, что занимался в свое время неким бизнесом и даже сформировал солидный капитал, с которого теперь имеешь пассивный доход и неплохо за счет этого существуешь? – Говорил, – кивнул Тагес, не поворачивая головы, – все так и есть. – И что же? Тебя больше совсем не тянет к какой-либо активной деятельности, нет желания создать что-либо этакое, грандиозное, замутить новый бизнес? – Вообще не думал на эту тему. – На этот раз Александр повернул к нему голову и даже с некоторым любопытством присмотрелся к Барскому. – Средств для существования мне и так хватает, даже, пожалуй, с избытком, так зачем мутить новый бизнес? Слово «мутить» было произнесено каким-то саркастичным, издевательским тоном. – Ну, Лайт, вот, мне упорно вдалбливал мысль, что бизнесмен должен получать удовольствие от самого процесса бизнеса, – проигнорировав подколку, пояснил Алексей Николаевич, – иначе он вовсе не бизнесмен и каких-либо серьезных успехов на данном поприще никогда не добьется. – Что, правда? Впрочем, ко мне-то это все рано не относится. Я же не бизнесмен. И снова Барскому почудилась в его словах какая-то едва уловимая ирония. – Ну хорошо. – Он решил перестать ходить вокруг да около. – Выскажу свое предложение напрямую. Как ты смотришь на то, чтобы после нашего возвращения из Лабиринта в физическую реальность, замутить…организовать (!) совместное дело? Ты ведь являешься эзотериком-практиком высочайшего разряда. Твоя книга, я имею в виду «Омикрон», – это просто кладезь ценнейшей информации и практических рекомендаций. Говорю это без какого-либо подхалимажа или лести, так и есть! Ну так вот, «Омикрону» уже скоро стукнет четверть века, не пора ли порадовать мир чем-нибудь новеньким? Сделать что-то вроде продолжения или даже создать нечто принципиально новое на данную тему. Но уже не в формате книги, а в более современном исполнении. Можно выпустить на нашей площадке «Инфоклуба» офигительный мультикурс, вести мастер-классы или даже организовать коучинг! Тема эзотерики в Рунете сейчас очень востребована и прекрасно монетизируется. Я мог бы тебя продюсировать, ты занимался бы только творческой частью дела. И людям была бы польза, да и мы сами с тобой неплохо заработали бы. Ы?.. Алексей Николаевич посмотрел на Тагеса с затаенной надеждой, но едва уловил его ответный взгляд, как сразу понял, что все – мимо. – Нет, дружище, – с усмешкой ответил тот, – для меня это уже пройденный этап. Когда-то очень давно, в тысяча девятьсот девяносто девятом, я пробовал…замутить нечто подобное. Интернета тогда в России, правда, почти не было, и я решил просто арендовать помещение, где за определенную плату намеревался читать лекции по эзотерике. Причем вовсе не из корысти и желания заработать, но из самых искренних побуждений. – Аренда зала, живой тренинг? Хм, совсем как наши современные «инфоцыгане», – невольно вырвалось у Барского, но он туже спохватился и исправился. – Я имел в виду, что формат мультикурса и наша «Инфоклубная» площадка – это гораздо более удобный, современный и продуктивный вариант. И таки да, чем тогда все закончилось? – Да ничем. Пустой тратой времени и сил, – с какой-то горечью в голосе отозвался Тагес. – Собственно, после этого я и решил написать книгу. Результатом того моего поражения как раз и стал «Омикрон». – Значит, дело исключительно в прошлом негативном опыте? – как бы исподволь поинтересовался Барский. – Не только. Я искренне убежден, что на теме эзотерики нельзя строить бизнес. Эта тема, она не для заработка, не для материального обогащения. – Фу, – брезгливо скривился Алексей Николаевич, – я-то думал, а оно оказалось! Получается, все сводится к каким-то квазиморальным принципам? Тагес остановился и посмотрел на него сверху вниз. Лицо его при этом выражало то ли усмешку, то ли презрительное снисхождение, а возможно, все это одновременно и сразу. – Да, тот, кто строит бизнес на эзотерической тематике, по моему глубокому убеждению, является либо дилетантом и шарлатаном, либо откровенным и вполне сознательным мошенником, – спокойно ответил он, возобновляя движение. – То есть писать и продавать книги по эзотерике – это нормально, – буквально взвился Барский, – а вот выпускать на данную тему онлайн-курсы – это аморально?! – Все не так! Ты снова неверно меня понял. – Александр обреченно вздохнул. – Книги, курсы, даже, наверное, тренинги – все это нормально. Но ты же изначально завел речь о бизнесе. Он хитро прищурился и подмигнул. – Ну да, – растерялся Алексей Николаевич, – а в чем разница? Разве ты не заработал на публикации «Омикрона»? – Если честно, то серьезным заработком это назвать нельзя, – искренне признался Тагес. – Во всяком случае, объем общего тиража был такой, что прожить на эти деньги я смог бы от силы пару месяцев, не более. – А что бы изменилось, если бы «Омикрон» разошелся, скажем, миллионным тиражом? Даже если бы авторские отчисления составили при таком раскладе лишь жалкие сто рублей с книги, ты получил бы целых сто миллионов! Согласись, прожить на такую сумму можно гораздо больше, чем «пару месяцев». – Да, было бы круто! – рассмеялся Тагес. – Ну дык?.. – хитро прищурился Барский. – Получается,можно (!) зарабатывать на эзотерической тематике, а при грамотном маркетинге еще и весьма неплохо?! – Ох, какой же ты занудливый тип. Ладно, попробую объяснить иначе. Значение в данном случае имеет то, что первично: желание заработать или же стремление поделиться с людьми своими знаниями, своим творчеством. Бизнес или искусство. – Я всегда мечтал, чтобы именно мое творчество приносило мне большие деньги, – со вздохом разочарования признался Алексей Николаевич. – Но в итоге столкнулся ровно с тем же, с чем и ты в отношении гонорара со своего «Омикрона». Писателей сейчас развелось столько, что порой начинает казаться, будто их больше, чем читателей. Скоро не читатели будут платить деньги авторам, чтобы прочесть их произведение, а наоборот, авторы станут приплачивать читателям за то, чтобы они соизволили прочесть их новый шедевр. Конкуренция просто фантастическая, запредельная. А Интернет лишь усугубил это дело. Казалось бы, все должно быть ровно наоборот: публикуйся в Сети, не завися ни от каких издателей, и, если твои произведения нравятся читателям, зарабатывай на этом, живя себе припеваючи. На деле же публикаций стало так много, конкуренция выросла до таких космических масштабов, что начинающий или малоизвестный автор просто не в состоянии пробиться к своему потенциальному читателю. Его книга тонет в миллионах (если не в десятках миллионов!) книг других авторов. Потенциальный читатель просто никогда не узнает о твоем произведении, если в его целенаправленное продвижение и раскрутку не вложить изначально достаточно солидных денег, которые при этом еще не факт что вообще потом отобьются. В выигрыше оказываются исключительно крупные издательства-монополисты и организованные ими же цифровые интернет-сервисы электронных книг. А подавляющее большинство авторов, особенно не массовых и не мусорных жанров типа фэнтези, детективов и любовных романчиков, а интеллектуальной и сложной прозы, оказываются в пролете. Все это превращается для автора, таким образом, в лотерею, в рулетку. Повезло поймать волну, которая вынесет тебя на пик популярности, – сможешь жить писательством, не повезло – ищи себе другое занятие для поддержания штанов. А везет, как ты сам понимаешь, лишь единицам… Тагес терпеливо выслушал этот «крик души» (…несостоявшегося?.. ) писателя Алексея Барского, после чего как ни в чем не бывало продолжилсвою речь: – Так вот, значение в данном случае имеет именно то, что первично: бизнес как желание заработать или же творчество, стремление донести свои идеи до как можно большего круга людей, – повторил он свой основополагающий тезис. – Считай, что тебе очень сильно повезло. Когда творчество ставится на коммерческие рельсы, в большинстве случаев оно, увы, автоматически превращается в ремесленничество. Посмотри даже на такого интеллектуального гиганта и литературного мэтра, как Пелевин. Последним по-настоящему ценным в творческом отношении его произведением я бы без колебаний назвал роман «Generation “П”». Каждая последующая его книга становилась, на мой взгляд, все хуже, бессодержательнее и конъюнктурнее, а последний десяток романов Виктора Олеговича я даже прочитать до сих пор не смог. Так и пылятся на полке. А все почему? Поймал волну, как ты выражаешься, выбился в топы продаж, заключил долгосрочные контракты с крутыми издателями. И теперь вынужден строчить по одной новой книжке в год, хочет он сам того или не хочет, есть у него вдохновение или же необходимо высасывать идеи для нового романа, что называется, из пальца. – Вообще-то, Пелевин не заключал никаких «долгосрочных контрактов» ни с какими «крутыми издателями», – вставил свои пять копеек Барский. – Он умудрился так все организовать, что каждый его новый роман издатели выкупают на аукционе. Издательства вынуждены участвовать в тендере на приобретение прав на выпуск каждой его новой книги! – Это совершенно не важно, суть в другом. Важно то, что сам он поставил свое творчество в зависимость от действия закона спроса и предложения. Важно то, что свое литературное творчество этот автор превратил именно в бизнес. Аналогично обстоит дело и с эзотериками. Если я соглашусь делать с тобой этот «бизнес», я автоматически попаду в кабалу. Ты начнешь изучать спрос, ловить модные на данный момент эзотерические тренды, будешь давить на меня и требовать, чтобы мы с тобой освещали в наших курсах и коучингах исключительно те или иные темы. А что окажется в тренде? Правильно! «Марафоны желаний» а-ля Блиновская, всевозможные любовные привороты, гадания и прочая мерзопакость и чушь, к реальной эзотерике не имеющая вообще никакого отношения! Поиск и обретение смысла жизни, работа с осознанным сновидением, внутренняя трансформация и прочие серьезные вещи тебя ведь как продюсера не устроят. Минимален спрос на все это со стороны широкой публики, серьезных бабок на этом не поднять. Ну и зачем, скажи мне, я должен прогибаться под толпу? Чего ради мне впаривать людям откровенную чушь, пусть она и пользуется спросом, при этом избегая серьезных эзотерических тем и практик, искренне и по-настоящему волнующих меня? При том, что денег на жизнь мне и так хватает… Тагес вдруг остановился и настороженно потянул воздух ноздрями. Повертел головой в разные стороны, подошел к городской Стене, постучал по ней и приложил ухо. – Ничего не понимаю, – расстроенно пробормотал он, – где же эти чертовы ворота? Уже давно должны были появиться, а их и в помине нет. Неужели я снова ошибся, и мы пошли не в ту сторону? – И чего делать тогда? – испугано пискнул Барский. – Ничего, – спокойно пожал плечами Тагес. – Если в ближайшие пятнадцать-двадцать минут не увидим ворота, можно считать, что мы провалили нашу миссию. Придется тогда возвращаться по домам ни с чем. Они побрели дальше. – Ну хорошо, – продолжил прерванный разговор Алексей Николаевич, – кажется, я понял, что именно ты имеешь в виду и почему не хочешь делать «эзотерический бизнес». Но по-твоему получается, что если тот же писатель хочет заниматься именно чистым творчеством, если его первоочередная цель – самореализация, а не заработок на написании книг, он должен смириться с бедностью и искать для себя иной источник дохода, чтобы сводить концы с концами? – Не знаю, как писатель, – ответил Тагес, – честное слово, никогда раньше не размышлял на эту тему именно под таким углом зрения, но что касается философа или эзотерика, здесь могу сказать однозначное и безапелляционное: «да»! Если эзотерик торгует своими услугами, скорее всего перед нами просто мошенник либо дилетант. Настоящий духовный искатель, истинный эзотерик, маг или как там еще это ни назови должен создать для себя прочный финансовый фундамент чисто материальными способами и средствами, не привлекая к этому ни магию, ни торговлю своими «эзотерическими услугами». Сам вспомни, что приключилось с тобой в плане осознанного сновидения после того, как ты всего лишь подсмотрел будущие котировки акций, причем совершенно случайно и вовсе не злонамеренно. А вот за счет денег от своей светской, материальной деятельности вполне можно продвигать и собственные эзотерические, философские и любые иные идеи, сколько тебе влезет. – А как же Карлос Кастанеда, как же Дон Хуан? – язвительно поинтересовался Барский. – Что ж, отличный пример, – ни капельки не смутился Тагес, – давай начнем с Дона Хуана. Не важно, вымышленный это персонаж или прототип реального человека, из произведений и интервью самого Кастанеды, а также из материалов многочисленных исследователей феномена его популярности вполне недвусмысленно и однозначно следует, что Дон Хуан, помимо прочего, был еще и хорошим бизнесменом. – Как это?! – совершенно опешил Барский. – А вот так. Ты разве сам никогда не задумывался над тем, а за счет чего Дон Хуан жил? Причем небедно так, судя по последним книгам Кастанеды. Алексей Николаевич помотал головой. – Дон Хуан Матус, нагваль, маг, бенефактор Карлоса Кастанеды, – как ни в чем не бывало продолжал Тагес, – был владельцем мануфактуры тканей. Вместе с воинами своей магической группы он жил в роскошной асьенде, умел носить дорогие костюмы, а в хибарку, где непосредственно встречался с Карлосом в первые годы его ученичества, наведывался лишь изредка, исключительно для работы со своим непутевым недонагвалем. Дона Хуана с юности обучали бухгалтерии и управлению большим хозяйством. И делали это его бенефактор Дон Хулиан и бенефактор Дона Хулиана Дон Элиас. Так что Дон Хуан был не только магом. В миру он занимался бизнесом и являлся самым настоящим капиталистом, эксплуататором. Имел достаточно солидный капитал и умел прекрасно обращаться с деньгами. Иначе и быть не могло! Как бы он в противном случае содержал весь кагал своих учеников? На какие шиши? – Поразительно! Почему-то никогда раньше не задумывался над этим, а сейчас вот действительно начинаю припоминать, что в своих последних книгах Кастанеда чего-то такое, кажется, упоминал. Правда, как-то обрывочно и бессистемно, в своей обычной путаной манере, – согласился Барский. – Вернемся, надо будет обязательно перечитать все одиннадцать книг еще раз, более внимательно и придирчиво. – Перечитай, перечитай… – Ну хорошо, – встрепенулся Алексей Николаевич, – а что насчет самого Кастанеды? Он-то никакими мануфактурами не владел. Зато неплохо обогатился за счет своих книжек. Более того, создал, по сути, самую настоящую секту, за деньги читал лекции, проводил семинары и, если так можно выразиться, был одним из первых в мире коучей. То есть в полный рост зарабатывал именно на «эзотерическом бизнесе», ничуточки не стыдясь этого! Его компания «Cleargreen Incorporated», как и компания его последователей «Being Energy» – разве это не бизнес на эзотерике в чистом виде?! – Все именно так, – согласно кивнул Тагес, хмыкнул и добавил: – Вот именно потому он так хреново и кончил, просрав под конец жизни все свои духовные наработки, ударившись в распутство и вообще черт знает во что. Очень «достойный» путь. И, как вишенка на торте, загнулся от рака печени. – В семьдесят два года, всем бы доживать до таких лет, – буркнул себе под нос Барский, а вслух добавил: – Ладно, уболтал, черт языкастый. Кстати! А чем ты сам, в таком случае, планируешь заниматься остаток своей жизни? – Я? Планирую написать большую, по-настоящему полезную и качественную книгу на эзотерическую тематику. Фундаментальный труд, в котором обобщу и подытожу свои знания и опыт за всю прожитую жизнь. Если, конечно, у меня он останется, этот «остаток жизни», чего мне, конечно же, не очень хотелось бы. – Продолжение «Омикрона»? – уточнил Алексей Николаевич, пропустив мимо ушей последнее предложение, сказанное Тагесом. – Не совсем. Нечто гораздо большее как по объему, так и по содержанию. Это будет своего рода «учебник жизни», охватывающий все основные сферы человеческого бытия, начиная с чисто бытовых вопросов, личных финансов, философии успеха и счастья и заканчивая такими высокими материями, как смысл жизни, реинкарнация, карма. Ну и, конечно же, подробно коснусь темы осознанного сновидения и проникновения через ОС высшего порядка сюда, на тонкоматериальные уровни нашей планеты. – Однако! – почтительно закивал Барский. – Самое интересное заключается не в этом, – хитро подмигнул ему Тагес. – Эта книга будет адресована мне же самому, но в следующей жизни! Именно как инструкция к действию, как жизненный мануал. – Как это?! – А вот так. Помимо общей теории и практики, я вкратце опишу историю всей своей текущей, нынешней жизни. Основные вехи. Укажу на самые фатальные ошибки и объясню, как их избежать. Подскажу «новому себе», как организовать и прожить новую жизнь максимально эффективно, успешно и счастливо. Говорю же, я планирую написать самый настоящий «учебник жизни». В нем будет квинтэссенция моего опыта и моих знаний, накопленных за эту жизнь. Этакая попытка обмануть «реинкарнационную амнезию». – Звучит невероятно круто, но я вот чего не понимаю, – продолжал недоумевать Барский. – И как же ты сможешь передать эту книгу «новому себе», если понятия не имеешь, где, когда и кем родишься в новом теле? У тебя же не будет тибетских монахов, которые после смерти своего ламы, учителя и настоятеля, отправляются на поиски ребенка, в которого душа ламы могла воплотиться! – А этого и не потребуется, – искренне рассмеялся Тагес. – Если книга будет написана по-настоящему качественно (а я приложу к этому все свои силы!), если она окажется объективно интересной и полезной для многих других искателей истины, для людей, занятых духовным саморазвитием, книгу издадут и даже переиздадут огромными тиражами. Она будет популярной как минимум несколько десятков лет после смерти моего нынешнего тела. А значит, повинуясь внутренней интуиции, «я новый» рано или поздно наткнусь на нее, куплю и прочитаю. Конечно, я не пойму, что это я сам отправил себе же послание из прошлой жизни. Но текст книги непременно срезонирует в моей душе. Я восприму все написанное всерьез и стану воплощать данные самому же себе рекомендации на практике. Вот, как-то так… – О-фи-геть!!. – только и смог выдавить из себя Алексей Николаевич. Он посмотрел на своего спутника с непередаваемым восхищением, уважением и чуть ли не преклонением. Никогда раньше ничего подобного он не слышал. Ни разу не сталкивался с подобными «схемами» и даже вообразить не мог, что можно, оказывается, вот так вот, сквозь время, смерти и жизни, стать самому же себе наставником и учителем. Он уже открыл было рот, чтобы расспросить о подробностях этой гениальной авантюры, как вдруг Тагес неожиданно хлопнул его по плечу и заорал: – Наконец-то! Вот он, вход, нашли!!. За увлекательным разговором оба не заметили, как подошли к городским воротам. Это были две высокие башни, очень похожие на шахматные ладьи, соединенные между собой каменной перегородкой. Сам вход оказался не таким уж и внушительным, метров пять в ширину и столько же или чуть больше в высоту. Массивные двери стояли широко распахнутыми, металлическая решетка была поднята. Перегородку между башнями украшала древняя лепнина, изображавшая колесницу, запряженную двумя крылатыми сфинксами и управляемую юношей в шлеме с крылышками, чем-то смахивающим на Гермеса или Меркурия. – Это случайно не твой дядя, а, Александр Гениевич? – хихикнул Барский, указывая на изображение возничего. – Он самый, – невозмутимо отреагировал Тагес, – папин брательник. Мамаши у них разные, а батя, мой дед, один. Поскольку стражников или какой-либо иной охраны у ворот не было, они беспрепятственно прошли в Город и оказались по ту строну гигантской Стены. Постояли немного, осматриваясь, после чего устремились вперед. Улица, по которой они шли, была узкой и мрачной. По обе ее стороны возвышались серые, унылые громадины домов, маленькие оконца которых располагались на высоте нескольких метров, асимметрично и довольно далеко одно от другого. Мостовая была вымощена крупным черным булыжником. Ни людей, ни какой другой живности не наблюдалось. Город молчал. Этот Город вообще производил впечатление чего-то архаичного, давно покинутого и продолжавшего существовать лишь по недоразумению. Дойдя до первого перекрестка, они на мгновение задержались, затем, ведомые Тагесом, свернули налево. Разнообразием Город не баловал. Высокие серые дома, упиравшиеся крышами в кирпичного цвета небо, стояли впритык один к другому, не оставляя между собой никаких проемов. Поначалу безлюдная, по мере их продвижения вперед, вглубь Города, улица оживала. Навстречу стали попадаться отдельные прохожие, из узких окон доносилась визгливая музыка, слышалась перебранка, сыпался мусор. Они забежали в какой-то подъезд, пронеслись по темному коридору и выскочили на улицу. Затем свернули в другой подъезд, пронеслись по другому коридору и вновь очутились на улице. Возле небольшой будочки с вывеской «Гуталин», расположившейся на одном из перекрестков, остановились передохнуть. Вернее, остановился Барский, тогда как Тагесу, по всей видимости, никаких передышек не требовалось. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, словно ретивый конь, то и дело дергая Алексея Николаевича за рукав. – Да куда мы так несемся-то? – не выдержал тот, сердито отдергивая руку. – Дай хоть дух перевести. С километр уже отмахали, наверное. Куда ты так гонишь? – Время, время нас поджимает, – воскликнул Тагес, – не хотелось бы все прогадить, когда уже почти достигли цели. Ячувствую , мы уже почти дошли, это находится где-то рядом. Совсем близко! – Что «это»? – Не знаю пока, что именно, но, как толькоувижу , сразу пойму, оно или не оно… По мере того как они удалялись от городской Стены, окружающий пейзаж менялся. Исчезли унылые, серые дома, улица ожила и сделалась шире. Теперь по обе ее стороны стояли небольшие особнячки с красивыми палисадниками и сочными зелеными газонами. Неестественно коричневое небо (словно выложенное кирпичом и обмазанное глиной) незаметно превратилось в обычное серое. Особняки постепенно сменились многоэтажной застройкой, так, что Барскому даже показалось, будто они идут по улицам его родного Глахова, правда, эпохи конца девяностых – начала нулевых. Ощущение это усилилось, когда они приблизились к забору, окружавшему некое промышленное предприятие, до невозможности напоминавшее ему родную базу, на которой он проработал столько лет и откуда уволился, только когда начал зарабатывать киберсантингом. Из-за коробки трехэтажного административного здания торчала высокая труба (очевидно котельной), что вызвало в сознании Алексея Николаевича чувство совсем уже явного дежавю. – Слушай, что-то мне это место кажется очень похожим на мою котельную, – тихонечко сказал Барский, несильно пихнув своего спутника в бок. – Точно! Котельная!! – заорал Тагес так громко, что Алексей Николаевич даже отшатнулся от него. – Ну как же, как я сразу не догадался?! Не казино, а именно котельная! Место, откуда ты и начал свой путь в бизнес. Именно в котельной ты состряпал свой первый бизнес-пакет! – В котельной я написал свою первую электроннуюкнигу , – с достоинством возразил Барский. – Бизнес-пакеты появились гораздо позже. И вообще, это дурацкое название придумал не я, а Змеев. – Не важно, – Тагес схватил его за плечи и с совершено безумными от дикой радости глазами несколько раз хорошенько встряхнул. – Важно то, что начало твоей карьеры киберсанта состоялось именно в котельной. Вот туда-то нам и надо попасть! Они приблизились к проходной. Тагес попытался было открыть дверь, чтобы войти внутрь, но не тут-то было. Дверь не поддавалась. – Отойди в сторону, – попросил Барский. Ухватившись за грязную металлическую скобу обеими руками, он несколько раз хорошенько рванул ее на себя, но и ради него дверь не пожелала открываться. Похоже, она все-таки была заперта изнутри на щеколду. В ярости Алексей Николаевич забарабанил по металлической обшивке кулаками, несколько раз с силой пнул ногой. – Звонок же есть, – резонно одернул его Тагес. Но и на звонок не последовало никакой реакции. Либо охрана их видела и слышала, но по каким-то соображениям не желала пропускать на предприятие, либо, что скорее всего, проходная была пуста. – Ну, Свистунов, ну г-гнида сторожевая! – загадочно проскрипел зубами Алексей Николаевич, затем вдруг, словно бы что-то вспомнив, схватил Тагеса за рукав его мантии и потащил куда-то в сторону. – Там сбоку, в заборе, должна быть замаскированная лазейка, дыра. Проникнем на территорию в обход охраны! – Дыра? – одновременно удивился и обрадовался Тагес. – Ну да. Мы через нее ворованный металл с предприятия в пункт приемки цветмета таскали. Ну и так, по ночам за водкой бегали, когда очень уж было нужно. Алексей Николаевич, казалось, позабыл, где и в каком качестве он сейчас находится. База, котельная, проходная… Заика Свистунов на охране и дырка в заборе. Две тысячи второй год. Барский словно вернулся в ту далекую эпоху, словно бы полностью перенесся туда. Большой мохнатый «паук» из колючей проволоки на воротах для въезда автомобилей… – Лёша, Лёша, не спим! – принялся тормошить его Тагес. – Не скатывайся в неконтролируемое сновидение. Срочно просыпаемся, иначе тебя сейчас засосет в обычный сон, и тогда всему конец! Он вдруг размахнулся и залепил Барскому хорошую пощечину. Тот на мгновение удивился, оторопел, но вовремя сообразил, что к чему, и помотал головой. – Смотри на руки, – продолжал контролировать его Тагес. – Не теряй фокус осознания… – Бр-р, действительно, чуть не поплыл, – отреагировал Алексей Николаевич, приходя в себя. – Спасибо, спасибо, я в порядке… Они нашли лазейку в заборе, без каких-либо проблем проникли на территорию базы, пересекли широкий заасфальтированный двор, осторожно приблизились к дверям котельной и, распахнув незапертую решетку, вошли внутрь. Сидя на операторском диванчике (на том самом, который более семи лет служил его официальным рабочим местом), Алексей Николаевич впервые почувствовалздесь себя не в своей тарелке. На душе у него было неспокойно, тело слегка потряхивала нервная дрожь. «Лайты» еще не явились, но произойти это могло в любое мгновение, и затянувшееся ожидание только усиливало его волнение. Тагес в своей траурной черной мантии сидел рядом, но, в отличие от Барского, был абсолютно спокоен. Оба они смотрели на то, как в гигантской прозрачной сфере, заполненной темной сероватой субстанцией, медленно вращается большой каменный тетраэдр, обращенный острой вершиной вниз. Сфера располагалась точно на том месте, где в нормальной, физической котельной стоял паровой котел ДКВР-10. И, судя по всему, именно в этой сфере рядом с неотделимым от них по непонятной причине тетраэдром должны будут появиться их «высшие Я». В какой-то момент наполнявшая сферу субстанция загустела, сделалась мутной и непроницаемой, а затем вдруг полностью растворилась, исчезла, и Барский увидел две совершенно одинаковые на вид человеческие фигуры в темных балахонах, с низко надвинутыми капюшонами. Он вздрогнул, дыхание у него перехватило. Теперь границы сферы стали совершенно неразличимы, словно и не было этого гигантского пузыря, а тетраэдр и две темные фигуры, левитировавшие в полуметре над поверхностью пола, находились посреди котельной сами по себе, а не подобно фигуркам внутри хрустального рождественского шара. Скрестив на манер индийских йогов ноги, «Лайты» едва заметно покачивались из стороны в сторону, причем делали это синхронно, в унисон. «Высший Тагес» располагался в аккурат напротив обычного Тагеса (если, конечно, «обычным» можно назвать дубль человека, находящегося даже не в осознанном сновидении, а где-то гораздо «выше и глубже», в каком-то ином измерении), а «высший Лёха» висел точно перед Алексеем Николаевичем. Барский хотел было обратиться к своему «высшему Я», к Лайту, но тот поднял руку с вытянутым вверх указательным пальцем и приблизил ее к невидимым за спущенным капюшоном губам. Барский понял, что лучше всего ему сейчас заткнуться и помолчать. Заговорил «высший двойник» Тагеса. – Приветствую тебя, Живая Искра, – насмешливо произнес он, обращаясь непосредственно к Александру. – Вот видишь, как я и предполагал, твой протеже тебя не подвел. Все получилось. Вы оба здесь, все готово к репликации. Осталось только выдержать чисто формальный экзамен, и можно будет запускать процесс. – А без этого глупого формализма обойтись, конечно, никак нельзя?! – то ли спросил, то ли с сожалением констатировал Александр. – Увы, не я придумал эти правила, – всплеснул руками «высший Тагес». – Хотя ты и прав, никакой объективной необходимости в этом экзамене нет. Ты прекрасно знаешь все то, о чем я тебя сейчас спрошу, я знаю дословно то, что ты мне на эти вопросы ответишь. Но деваться некуда, таков Ритуал. Поэтому давай как можно скорее пройдем этот чисто формальный тест и перейдем уже к нашему с тобой освобождению от человеческой формы и к редупликации твоей ментальной базы в этого милого и очень перспективного молодого человека. Он кивнул в сторону Барского. Тот вздрогнул, хотя и совершенно не понял, о чем говорили между собой эти двое. А может быть, именно потому и вздрогнул, что не понял. – Итак, начнем с азов, с самого простого, но фундаментального вопроса. В чем заключается смысл жизни человека и всего сущего? – Смысл жизни, – заунывным монотонным голосом начал Тагес, возведя глаза к потолку и скривив губы, – заключается в развитии и самосовершенствовании. Жизнь есть непрестанное развитие и совершенствование. Везде и во всем идет непрерывный процесс усложнения. Любая система развивается от простого к сложному. Развивается и усложняется вещество во Вселенной: кварк-глюонная плазма эволюционирует в протоны и нейтроны, затем возникают элементарные частицы и образуются физические силы, появляются первые простейшие атомы. Эволюционируют космические объекты: образуются звезды, которые, рождаясь и умирая, все более усложняются и генерируют в своих недрах новые тяжелые химические элементы. Сливаются протогалактики, образуются современные галактики и звездные системы с планетами, приспособленными для зарождения биологической жизни. В своем биологическом развитии жизнь на Земле также проходит ряд стадий, развиваясь от простейших одноклеточных, через растения и животных, вплоть до высших млекопитающих и человека разумного. Разум – вот то, что на данном этапе отличает человека от всех прочих, менее совершенных форм жизни. И именно из разума далее должно развиться нечто более совершенное, чем он сам. Развитие разума, развитие высших чувств, развитие Души – вот то направление, в котором человеку предстоит двигаться. А значит, помимо биологического прогресса, являющегося первоочередным «смыслом» растительных и животных форм, человеку предстоит прогресс духовный. Именно он доминирует в программе нашего развития, и именно он является для человека смыслом и целью… – Принято! – оборвал его экзаменатор. – В чем состоит дальнейшая задача для человека, прошедшего три первые ступени своей человеческой формы («производитель», «созерцатель», «познаватель») и находящегося на последней стадии – «творец»? – Задача «человека-творца» – в полной мере научиться управлять своей судьбой, самостоятельно формировать ход своей жизни, планировать и реализовывать собственное будущее. Ведь даже на физическом уровне, тогда как животные лишь приспосабливаются к окружающей среде, люди меняют эту среду, этот мир под себя… Барский прекрасно слышал вопросы и ответы, но чем дальше, тем все более сумбурным и отрывочным начал казаться ему этот чужой диалог. Словно бы для него и для парыТагес —«высший Тагес» время вдруг начало течь по-разному. Из очень длинных и обстоятельных ответов Александра он улавливал лишь какие-то обрывки, отчего общий смысл всего сказанного ускользал от его сознания. До него как будто доходили лишь отдельные фрагменты этого эпического «экзамена». Причем чем дальше, тем все меньшие и меньшие кусочки. – Каким должно быть идеальное внутреннее состояние «человека-творца»? – Оптимизм и удовлетворение. Он должен получать перманентное удовлетворение и радость от всего, происходящего с ним. Жизнь прекрасна во всех ее проявлениях… – Что является самым ценным духовным человеческим ресурсом? – Личная энергия. Ее гармоничное использование, экономия и перераспределение… – Способы правильного использования личной энергии? – Осознанность и безупречность… Убрать из жизни все лишнее и ненужное, не ведущее к цели – самосовершенствованию… Сконцентрироваться на полезном и созидательном… – Что такое «безупречность»? – Отказ от механистического реагирования на события жизни… внутренняя ревизия и осознанное перепрограммирование эмоциональных и поведенческих стереотипов, клише, заложенных социумом в сознание индивида… – За счет чего достигается «безупречность»? – За счет преодоления страха смерти и проистекающих из этого фундаментального страха всех остальных разновидностей страха… За счет избавления от чувства собственной важности и следующего из него чувства жалости к себе… Дальше Алексей Николаевич вообще перестал что-либо понимать, хотя, казалось бы, слышал слова и фразы, пусть и отрывочно, фрагментарно. Длилось все это действо невероятно долго. Наконец прозвучало финальное «принято!» (смысл которого Барский уловил и осознал очень даже хорошо), а вот затем произошло нечто, к чему Алексей Николаевич был совершенно не готов, чего он совсем не ожидал и от чего, происходи оно нездесь , а где-нибудь в реальности физического мира, запросто можно было бы поехать «кукухой». Поднявшись с диванчика, Тагес раскинул руки широко в стороны. В своей траурной черной мантии он походил на священника или жреца, приветствующего восход солнца. Или на раскольника, идущего на самосожжение. Тело его сделалось зыбким и полупрозрачным, словно лазерная голограмма. Приняв форму овоида, направленного острым концом вниз, голограмма засияла ярким оранжевым светом. Светящееся яйцо трансформировалось в нечто шурупообразное, словно невидимые руки принялись выкручивать его, как будто выжимали мокрую тряпку. И вдруг оно лопнуло, разделившись надвое. Одна часть светящегося потока устремилась в сторону «высшего Тагеса», пробила невидимую сферу, сопроводив это яркой голубоватой вспышкой, и была полностью поглощена черной покачивающейся в воздухе фигурой, словно бы «высший Тагес» всосал в себя, поглотил Тагеса обыкновенного (а точнее, то, во что он превратился). В то же самое время другая часть светового потока устремилась прямиком к нему, Барскому, с жутким шипением и треском вливаясь в его собственное тело. На несколько секунд он даже потерял сознание, испытав нечто вроде сильнейшего удара током, как будто в него врезалась шаровая молния. А когда пришел в себя, все уже кончилось. Исчез Тагес. Пропал его высший двойник. В помещении котельной остался только он сам, Лайт, как ни в чем не бывало покачивающийся в воздухе, да неотделимый от него каменный тетраэдр, возвышавшийся сзади и достававший своим основанием почти до потолка котельной. – Что это было? – с трудом выдавил из себя Алексей Николаевич. – Ничего особенного, – смеясь, отозвался Лайт. – Твой друг и учитель Александр Тагес получил «освобождение» и перешел на следующую ступеньку духовной эволюционной лестницы. Больше ему не придется перерождаться в форме человека и нисходить в физический мир. Он вышелза пределы человеческой формы и теперь будет ожидать завершения текущего макроцикла на высших Планах Мировой субстанции. Может быть, он там дождется нашей, человеческой Эволюционной Волны и перейдет в следующую, «сверхчеловеческую» форму вместе со всеми нами. А может быть, выберет путь «опережающей Души» и попробует отправиться туда индивидуально, чтобы влиться в «сверхчеловеческую» Эволюционную Волну как можно быстрее. – «Высший Тагес» что, сожрал… поглотил его?!. – Нет конечно! – расхохотался Лайт. – Неужели ты до сих пор не понял?Тагес и «высший Тагес» – это одно целое . А теперь они в полной мере стали«одним и тем же» . И они… оно…он! .. получил освобождение от человеческой формы. – А что за херня влилась в меня? – Барский принялся оглядывать себя со всех сторон, брезгливо отряхиваясь. – Что такое он в меня вдул?! Казалось, Лайт сейчас лопнет от смеха. – Это называется «редупликацией ментальной базы», – сквозь смех пояснил он. – Тагес великодушно поделился с тобой копией всех своих духовных наработок, что приобрел, находясь в человеческой форме. Квинтэссенция опыта сотен его жизней в виде человека. Все то, что он сам обрел и что унес с собой дальше, вверх по духовной эволюционной лестнице, теперь находится и в тебе тоже. Весьма щедрый, небывалый подарок! На моей памяти никто никогда ничего подобного еще не делал. – Я что, стану теперь таким же крутым, как Тагес?! – начал наконец понимать Алексей Николаевич. – Я буду знать и уметь все, что знал и умел он?!. – Не совсем. Тебе еще будет нужно суметь грамотно распорядиться этим подарком. Ментальные наработки Тагеса проявятся в тебе не сразу. Возможно, даже не в этой жизни и не в следующей. Но твоя личная духовная эволюция пойдет теперь в разы, если не на порядки быстрее, чем если бы ты двигался своим естественным ходом. По большому счету это был подарок «высшего Тагеса» мне, – признался Лайт. – Но можешь не сомневаться, это скажется самым позитивным образом и на тебе, уже в твоей текущей инкарнации. Вернее, в том небольшом ее отрезке, который остался от нее у тебя в распоряжении. – Это что же получается, – начало вдруг доходить до Барского, – значит, прямо сейчас где-то в Москве (…так и знал! Я уверяю вас, Прасковья Федоровна, что сейчас в городе скончался еще один человек. Я даже знаю, кто… ) в закрытой квартире лежит мертвоетело Тагеса? Ему стало невыносимо тоскливо и даже немножечко страшно. – Да, именно так и получается, – без каких-либо эмоций отреагировал Лайт. – Понятно теперь, почему он вырядился в эту дурацкую мантию. Он бы еще в саван завернулся, перед тем как перемещаться сюда, – пробормотал Алексей Николаевич, вздохнул и добавил, – Касю вот только жалко. Что с ней теперь будет? – За нее не переживай. Тагес был умным и добрым человеком. Перед началом ритуала он передал кошку своим друзьям. С ней все будет в порядке. Некоторое время оба молчали. Барский пытался осмыслить и хорошенько запомнить, буквально впечатать в свою память, все то, что произошло с ним в Лабиринте. Больше всего он боялся, что эти впечатления перемешаются, исказятся или вовсе сотрутся и, очнувшись у себя в бильярдной, он не сможет вспомнить и третьей части того, что пережил. С ним довольно часто случалось нечто подобное в отношении снов, даже осознанных. Если сразу после пробуждения не сосредоточиться на событиях сновидения, не пересмотреть весь сон как бы заново, в ускоренной перемотке, запросто можно потерять не только второстепенные моменты, но и нечто важное. В этот раз он решил действовать на опережение и постараться запомнить все, что было, находясь еще здесь. – Не волнуйся, – успокоил его Лайт, – из этого необыкновенного путешествия ты ничего не забудешь, ни единого эпизода. Ты же теперь наполовину Тагес, так что можешь расслабиться и не переживать на этот счет. – Да, наверное, так и есть, – грустно ухмыльнулся Барский. – Тогда, не тяни время. В Глахове уже утро, скоро тебя отсюда выкинет, и бог его знает, когда мы еще с тобой встретимся в двустороннем формате снова. Хоть Тагес и реплицировался в тебя, ты по-прежнему остаешься тупым и непробиваемым, а значит, непредсказуемым. И зачем только аватарам дается относительная свобода воли? Как было бы хорошо, если бы я мог управлять тобой в полной мере, на все сто процентов, будто персонажем в компьютерной игре. Лайт рассмеялся, но смех этот был добрым, словно отец посмеивается над непутевым сыном, тепло и с любовью, без намерения обидеть. Впрочем, Алексей Николаевич и не думал обижаться. Слова Лайта о том, что в Глахове уже наступило утро, подействовали на него отрезвляюще. – Скажи, почему я за прошедшие двадцать лет так и не научился получать удовольствие от занятия бизнесом? – спросил он. – Пахал первые пятнадцать лет или даже чуть больше, как проклятый. На износ! Вроде бы и продвинулся существенно. Начал неплохо зарабатывать, выкарабкался с самого дна, пройдя путь от бомжа-алкоголика до вполне себе преуспевающего предпринимателя. Построил в итоге прибыльный интернет-сервис, помогающий людям дистанционно обучаться. Научился работать с капиталом, с инвестиционными активами и финансами. Все поставленные цели вроде бы кое-как достигаются, но при этом у меня полное выгорание. Я буквально ненавижу то, чем сейчас занимаюсь! Почему? – Потому, что ты все ещене бизнесмен. Ты лишь пытаешься стать им. Я ведь уже объяснял тебе раньше, это твоя первая жизнь, целью которой я определил постижение секретов денег, бизнеса и формирования прочного финансового фундамента. До этого ты проходил другие уроки и несколько жизней подряд осваивал писательское мастерство. В своей предыдущей жизни ты стал настоящим мастером этого дела, не удивительно, что тебя тянет сейчас именно к литературному творчеству. Но ты же видишь, на данную линию жизни я поставил тебе жесткий блок. Ты написал несколько великолепных произведений, по-настоящему гениальных, но окружающие люди их не воспринимают всерьез. И не воспримут, пока ты жив. Вот после твоей смерти, да, эти книги заметят, начнут переиздавать и хвалить. Но не раньше. – Хм, получается, что миллиардер Кобелёв, – вдруг вспомнил Барский, – доживает сейчас свою последнюю жизнь в качестве бизнесмена-миллиардера? – Да, все так! А знатно ты его потрепал в вашем недавнем с ним интернет-споре, – рассмеялся Лайт. – Правда, для него это – что божья роса. Он забыл о тебе, твоем существовании и вашей перепалке на другой же день. Мощный дядька, что ни говори. Хотя и скотина редкостная, этого у него тоже не отнять. – И кем же он станет в следующей жизни? – Не знаю. Это определит для него его «высшее Я». Но совершенно точно, что это занятие не будет связано ни с бизнесом, ни с музыкой, ни с поэзией. Музыкант и поэт из него никакой уже в этой жизни, так как все это в нем лишь эхо прошлых достижений. Своего пика он достиг и на поприще бизнеса. Значит, будет задано какое-то новое направление. Возможно, ему определят занятие тем, что сейчас он больше всего ненавидит. Ты вот, к примеру, в прошлой жизни презирал богатство, очень негативно относился к деньгам, считая предпринимательство грязным и бесчестным занятием. Что ж, вуаля! В этой жизни ты начал работу именно по постижению секретов денег и заработка. Я не «высший Кобелёв», но на его месте определил бы для своего аватара целью следующей жизни нечто, что в этой жизни он презирает и ненавидит больше всего. – Неужели Кобелёв в следующем воплощении станет «инфоцыганом»?!. – Алексей Николаевич покатился со смеху, едва не разбив себе лоб о столешницу. – Или нет, это же, пусть и косвенно, но связано с бизнесом. Значит, быть ему откровенным мошенником, кидалой, аферистом или ворюгой. Вот умора! – Не исключено, – хмыкнул Лайт, – но тебе-то какое до этого дело? Оставь других создавать и отрабатывать их собственную карму, а сам сосредоточься на своих личных достижениях и промахах. Тот же Кобелёв в этом отношении оказался продвинутее. Он тебя давным-давно уже выкинул из головы и не вспоминает, а ты все еще точишь на него зуб и держишь обиду. – Зато на Шабутдинове, Портнягине и Рыбакове его переклинило капитально, – попытался было огрызнуться Алексей Николаевич, но тут же опомнился и сам же себя поправил, – впрочем, это меня не касается, конечно же. Черт с ним, с Кобелёвым… Лайт удовлетворенно кивнул: – И правильно. Полный одобрямс! В этот момент где-то в отдалении пробил колокол. Гулкий звук донесся до ушей Барского, постепенно затухая. Затем последовал еще один удар, и еще. С каждым новым ударом звук становился мощнее и ниже. – Что это? – встрепенулся Алексей Николаевич. – Сигнал к возвращению, – пояснил Лайт. – Тагес позаботился о тебе и подготовил очень хорошее акустическое сопровождение. Полтора часа барабанного боя для качественного погружения в транс, четыре часа тишины и тридцать минут мощного долбежа – вот что было в том файле, который ты перелил на флешку и вставил в музыкальный центр. Все для того, чтобы вам хватило времени отыскать здесь нас, провести ритуалы репликации и освобождения, да еще и нам с тобой на «поболтать» немного осталось. Но теперь все, тебе пора возвращаться… Звук трансформировался, превратившись из колокольного гула в очень ритмичный бой шаманского бубна. – Последний вопрос! – воскликнул Барский. – Что же мне теперь делать дальше? – По максимуму помогать твоему другу и бизнес-партнеру Змееву, – ответил Лайт. – Стать его правой рукой в бизнесе и учиться у него. Да-да, ты не ослышался. Именно он должен возглавить ваш тандем, а ты будешь ему помогать и учиться. Он бизнесмен от природы. Он уже третью жизнь в этом качестве проживает. Чем активнее ты сейчас станешь ему помогать и чем усерднее учиться, тем более эффективным бизнесменом станешь… в следующей жизни. Вот тогда-то ты и удовольствие сможешь получать именно от бизнеса. Отлюбых бизнес-процессов, а это главное качество бизнесмена! Именно тогда и добьешься… Лайт не договорил. Сфера, в которой он левитировал, вдруг помутнела, тетраэдр и сам Лайт исчезли, растворившись в серой мгле, а сразу вслед за этим исчезла и сфера. Котельная приняла свой обычный вид. На месте стоял паровой котел ДКВР-10, на месте стояли операторский стол, диванчик и пара кресел. Сам Алексей Николаевич стал легким и невесомым. Его подняло куда-то к потолку, и, бросив взгляд вниз, он увидел там… самого себя! Совсем еще молодого человека, каким он был двадцать два года назад. Шаманский бубен грохотал уже на всю котельную, вызывая у зависшего под потолком Барского сильную боль в области солнечного сплетения. Странно, но «он молодой» внизу словно бы и не слышал ничего. Встал, подошел к щиту управления, запустил циркуляционный насос, подпитал котел до верхнего уровня и включил тягодутьевой агрегат. Долго искал по карманам зажигалку, наконец извлек ее и щелкнул колесиком. Подпалил скомканную газету, предусмотрительно положенную на металлический совок, точно под зияющим отверстием гляделки. Пламя начало быстро пожирать бумагу. Опасаясь, как бы газета не прогорела раньше времени, двойник Алексея Николаевича торопливо снял с крюка запальник и, воспламенив его от газеты, ловко ввел через крошечное отверстие в топку. Осторожно начал открывать газовые задвижки, сначала контрольную, затем основную. Один оборот, два, три… Грохот бубна разрывал барабанные перепонки Барского, парящего наверху. Молодой Барский как ни в чем не бывало продолжал колдовать над розжигом котла внизу. Уровень воды в жидкостном манометре дернулся, но в тот же самый момент неустойчивый огненный язычок на конце запальника фыркнул и погас, оторванный мощным воздушным потоком. Газета на полу, превратившаяся в черный комок, догорала. «Молодой» Алексей Николаевич проворно выдернул запальник из топки, быстро поднес его к потухающей бумаге и, воспламенив-таки, с той же стремительностью вогнал запальник обратно в топку. Сразу вслед за этим прогремел мощный взрыв. Очнулся он на полу своей бильярдной комнаты точно в той же позе, в которой начинал путешествие. Бой бубна продолжался еще какое-то время, затем резко оборвался, и наступила полная тишина. Комната была погружена в непроницаемую тьму, плотно опущенные на окне жалюзи не позволяли проникнуть с улицы ни единому фотону света. В ушах гудело, голова раскалывалась, а во рту пересохло. Слегка пошевелив затекшими конечностями, Барский убедился, что все они по крайней мере на месте. Он осторожно приподнялся, сел. Тело ощущало себя так, словно его поколотили палками или пропустили через молотилку. Встав на ноги, Алексей Николаевич, пошатываясь, на ощупь доковылял до спальни, где рухнул на широченную кровать с мягкой периной и пуховыми подушками. Падая, он зацепил рукой часы, валявшиеся на тумбочке возле кровати, циферблат зажегся, высвечивая 6:46. Это было последнее, что он запомнил, так как сразу же вслед за этим провалился в глубокий сон без каких-либо сновидений. Когда он проснулся и окончательно пришел в себя, то с удивлением обнаружил, что продрых все утро, весь день и вечер, а сейчас время приближается к полуночи. Слава богу, разбитость и ломота в теле прошли, голова тоже чувствовала себя вполне сносно. На мгновение он даже подумал, а не банальным ли сном было все его путешествие, но тут же рассмеялся и отбросил данное предположение как заведомо ложное и нелепое. Нет, это был точно не сон! Алексей Николаевич ярко и четко помнил события предыдущей ночи. Помнил абсолютно все, начиная с того момента, как они с Тагесом встретились у входа в пещеру, и заканчивая взрывом в котельной, после которого его и выкинуло обратно в физическую реальность. Воспоминания отличались не только последовательностью и связностью, но и той реалистичностью, которая недвусмысленно отделяет воспоминания именно «дневные» от любых сновидческих воспоминаний, даже из осознанных снов. Но главным было не это. Куда важнее оказались его внутренние ощущения, а ощущал себя Барский сейчас совершенно другим человеком. Бесследно исчезли те тоска и апатия, которые отравляли ему существование на протяжении нескольких последних лет жизни, с которыми он уже настолько свыкся, что начал считать их неотъемлемой частью своей личности. Ушло ощущение бессмысленности и бесперспективности всего происходящего с ним и вокруг него. А червячок чувства жалости к себе, изо дня в день подтачивавший его, лишавший сил и вгонявший в состояние перманентной депрессии, словно бы сдох или покинул его душу, отправившись на поиски новой жертвы. Вместо всего перечисленного он ощущал в себе небывалый прилив сил, оптимизма и радости. Да-да, той самой простой, наивной радости, которую могут испытывать, наверное, только дети, радующиеся всему происходящему вокруг, самому факту бытия. Но больше всего его поразило то, что вспомнив об «Инфоклубе», он вновь испытал гордость за свое детище, неподдельный, живой интерес к данному проекту и чувство глубочайшей позитивной сопричастности. Испытал все то, что в свете массовых гонений последних лет на инфобизнес, обвинений в «инфоцыганстве» и алчности, как бы потухло в нем, растворилось, умерло. И вот теперь все эти мотивирующие эмоции словно бы воскресли, вновь наполняя душу Алексея Николаевича силой и мощью, уверенностью в собственной правоте. Проблемы «Инфоклуба» вновь стали его личными проблемами. Давно обозначенные, но все еще не достигнутые и не реализованные в полной мере задачи и цели по развитию «Инфоклуба» снова сделались для него важными, актуальными и животрепещущими. У него словно бы открылось второе дыхание по отношению к бизнесу. Собственная жизнь, казавшаяся Барскому почти закончившейся, причем бесславно, вдруг опять обрела перспективы и смысл. Всего лишь сутки назад он искренне воспринимал себя лузером и неудачником, не сумевшим довести до победного конца ни одного начинания в своей жизни. Популярным, издаваемым миллионными тиражами писателем так и не стал, хотя и имел в своем интеллектуальном багаже несколько весьма неплохих (с его точки зрения) романов. Крутого бизнесмена, создавшего многомиллиардное состояние, из него также не вышло, пусть он сейчас и не бедствовал, а достаток и накопления имел намного выше среднего уровня. Семьи нет, друзей, за исключением одного лишь Змеева, тоже (да и с этим, последним, разосраться умудрился в дым). Здоровье вообще ни к черту, того и гляди загнешься не сегодня завтра от инсульта, инфаркта или оторвавшегося тромба… И вот сейчас, развалившись на мягкой пуховой перине под нежные звуки саксофона Бена Уэбстера, лившиеся из маленькой магнитолы, стоявшей на тумбочке возле кровати, он испытывал непередаваемое блаженство. Теперь он четко видел перед собой две основные линии развития своей дальнейшей жизни, два магистральных ее направления. Во-первых, ему предстоит реализовать то, что замышлял Тагес, но, так как получил «освобождение» и больше не вернется в наш бренный мир в человеческом теле, сделать уже не сможет. Теперь именно он, Барский Алексей Николаевич, напишет ту самую, невероятно интересную и полезную книгу, адресованную ему же самому, но в следующей жизни. Суперкнигу, книгу всей своей жизни! А во-вторых, они со Змеевым просто обязаны вывести совместный проект из той кризисной ситуации, в которой он находился последние несколько лет, пусть и по вполне объективным причинам. «Мы усилим и расширим наш отдел “заботы о клиентах” так, чтобы ни одна сволочь типа Кобелёва и слова дурного в адрес “Инфоклуба” не смогла бы кинуть именно в силу полного отсутствия у нас “недовольных клиентов”, – с воодушевлением размышлял он. – Далее, мы обязательно решим проблему эффективности рекламы и привлечения новых клиентов, увеличив поток подписчиков и покупателей в разы! Это самое важное сейчас, хотя и самое сложное. Но вполне решаемое. Как именно мы это сделаем, я пока не знаю, но верю и чувствую, что сделаем непременно! Змеев придумает как, а я всеми силами буду ему помогать и учиться у него…» Воспоминания о Змееве пробудили в сознании Барского и воспоминание об их недавней ссоре. Правда, сейчас это вызвало у него не обиду, грусть или раздражение, а, напротив, некий азарт, желание придумать стратегию, как помириться с другом максимально эффектно, красиво и изящно: «Можно, конечно, прямо сейчас взять телефон и набрать его, но… разве ж это красиво? Нет, это лишь новый шаг к усугублению конфликта. Колян, наверняка, весь день пахал как вол, сейчас только решил отключиться от дел и расслабиться после трудов праведных, а тут вдруг “праздный” я нарисуюсь. Не годится! Можно приехать к нему в особняк завтра утром, но и это довольно тривиальный ход. Скорее всего, наш дорогой профессор именно этого от меня и дожидается, – усмехнулся Алексей Николаевич. – А значит, не получится “сюрприза”, диалог начнет развиваться в том русле, как все задумывал именно он, что автоматически поставит меня в положение оправдывающегося, извиняющегося…» Он покумекал еще немного, но так ничего вразумительного и не придумал. И в этот самый момент в нем вдруг… проснулся Тагес! Точнее, пришло четкое понимание того, что и как нужно делать. А поскольку сам Барский никогда раньше решение проблем подобным образом не практиковал, он и рассудил, что это «подарок Тагеса» как-то активизировался в нем, давая новое, совершенно нетрадиционное решение. А всего-то и нужно было, что расслабиться, отпустить ситуацию и выбрать из миллиона различных вариантов развития дальнейших событий именно ту линию, в которой он быстро и красиво мирится со Змеевым. Не зацикливаться на том, как именно это произойдет, а всего лишь знать, что в будущем это «уже произошло»! Принять это как уже свершившийся факт. Там, на тонких уровнях, они давно помирились, осталось лишь дождаться, пока эти события воплотятся в физическую реальность. Только и всего-то!.. Всю ночь Алексей Николаевич разгребал накопившиеся за несколько дней его выкрутасов дела. Оплатил все счета «Инфоклуба», которые ему сбросили за это время киберсант-менеджеры, руководитель отдела продаж и сам Змеев. Изучил и подписал электронной цифровой подписью несколько десятков документов, упавших к нему через систему электронного документооборота. Начал было даже погружаться в изучение темы вменяемого с нового года НДС для упрощенцев с оборотом более шестидесяти миллионов рублей, но к этому моменту наступило утро. Тема налоговой реформы была явно не на несколько часов изучения, а на несколько недель, это уж точно. А потому Алексей Николаевич решил выключить компьютер и отправиться спать, невзирая на то, что выспался за предыдущий день и так более чем достаточно, а сейчас спать ему, в общем-то, и не особо хотелось. – Надо, господин предприниматель, – шутливо проговорил он вслух, обращаясь к самому себе, – надо ложиться баиньки, даже через не хочу. Нам еще на концерт идти к шести вечера, а как мы туда потопаем, господин предприниматель, ежели будем совсем, совсем не выспавшиеся? Предстоящий концерт он и в самом деле не мог пропустить. В кои-то веки в их дыру приезжал московский джаз, а до джаза Барский был большим любителем. Билет он купил еще три месяца назад, можно сказать, по большому блату. Будут выступать Варвара Убель и трио Олега Бутмана, что уже само по себе гарантирует высочайший уровень. Кроме того, каким-то новым, появившимся у него после посещения Небесного Лабиринта чувством Алексей Николаевич улавливал, что не пропустить этот концерт для него чрезвычайно важно и еще по одной причине. Какой именно? Конкретики он не знал. Но важность посещения им данного мероприятия осознавал совершенно четко и однозначно. Выступление началось точно в назначенное время. Весь зал маленького местного ДК был забит под завязку, не осталось ни одного свободного места. Люди сидели даже в проходах на принесенных непонятно откуда стульях. В полном соответствии с намеченной программой стартовали музыканты с легкой атмосферной композиции «Настроение», которой трио с ходу задало соответствующее настроение всему залу. Отгремели аплодисменты, и вот на сцену выпорхнула бесподобная Варвара Убель. Разразился настоящий джаз, в который Алексей Николаевич погрузился полностью и без остатка на все сорок пять минут, которые длилась первая часть выступления. В антракте он вывалился в фойе вместе с пританцовывающей от восторга толпой зрителей, какое-то время побродил туда-сюда, все еще находясь под впечатлением от музыки и вокала. Решил было выйти покурить, но вместо этого ноги его почему-то понесли прямиком в буфет, расположенный на втором этаже здания. Здесь уже выстроилась очередь к витрине с закусками и напитками, а все столики оказались заняты. Зачем он сюда поднялся, хотя и был совершенно не голоден (тогда как курить ему хотелось по-настоящему сильно), Барский не знал. Понял он это «зачем» только тогда, когда, пристроившись в самый хвост очереди, мягко тронул за плечо стоявшего перед ним мужчину в дорогом черном костюме, негромко произнеся при этом банальное: – Извините, вы крайний? – Вообще-то, у очереди есть два края, ее начало и ее конец, – напыщенно отреагировал мужчина, – поэтому правильнее было бы спросить меня, последний ли я в этой очереди… Выдав эту высокопарную тираду, зануда обернулся, чтобы бросить уничижительный взгляд через плечо на вопрошавшего. Удивительно, но это был профессор Змеев собственной персоной! – Николай?! – вытаращился на него обалдевший Барский. – Это точно ты? А что ты здесь делаешь? Вопрос был более чем резонным, так как Змеев терпеть не мог джаз. Буквально презирал его, если не ненавидел. Из музыки он признавал только классику и рок. Все остальные жанры и направления называл не музыкой, а ее суррогатом. Встретить его здесь, на джазовом концерте, было если и не чудом, то как минимум экстраординарным событием. «Статистической флуктуацией», как непременно выразился бы сам профессор. – Алексей?! – не менее удивленно уставился на него Змеев. – Это действительно ты? Вот так «пересеклись в реале», а! Казалось, он искренне обрадовался неожиданной встрече с другом. Ни злобы, ни затаенной обиды в его порыве совершенно не наблюдалось. – Ну, я-то понятное дело, – улыбнулся Алексей Николаевич. – Я от хорошего джаза испытываю практически катарсис. Но как тебя сюда занесло, особенно если учесть, что на данное выступление и ценители-то заказывали билеты заранее, переплачивая за них втридорога? – А, – отмахнулся Змеев, – старшему сыну начальство презентовало билет, а он эти ваши джазы не воспринимает еще похлеще, чем я. Хотел просто выбросить, но тут мы с моей мегерой закусились, как обычно, я немножечко психанул и, чтобы развеяться, решил использовать билет по назначению. Впрочем, если честно, уже пожалел сто раз и едва дождался антракта. Еще бы минут десять-пятнадцать этого бабского завывания, и я тупо отключился бы и заснул. А ты как здесь?.. Ах, да, ты же ценитель, о чем я спрашиваю?! В этот момент освободился один из столиков и Барский, проворно метнувшись, поспешил его занять. – Возьми мне то же самое, что и себе, – крикнул он другу, – я пока место застолблю, чтобы не стоя перекусывать. Через несколько минут Змеев подошел к столику, таща две огромные тарелки с закусками. Поставил их, после чего быстро сбегал обратно к стойке, воротившись с двумя маленькими пластиковыми стаканчиками и маленькой же бутылочкой армянского коньяка. – Тебе ж уже можно, – лукаво подмигнул он, – ты же давно уже развязался, я знаю. – Ну да, в принципе по сто капель не возбраняется, – согласился Барский и, хмыкнув, добавил: – Тем более что я на своих двоих сегодня, а не на колесах. Машина в ремонте, раздолбал я ее капитально на днях. – Ух ты! – удивился профессор. – Как так? Давай рассказывай… Он ловко отвинтил крышечку на чекушке и плеснул по стаканчикам. Быстро поднял свой и мгновенно опрокинул его себе в пасть. По всему было видно, как сильно ему это хотелось сделать, как ему этого сейчас требовалось. Дотронувшись до своего стаканчика большим и указательным пальцами, Алексей Николаевич отодвинул его немного в строну, извлек из тарелки бутерброд с красной икрой и откусил половинку. Змеев, казалось, не заметил этой манипуляции. Или сделал вид, что не замечает. Быстро налил себе «по второй» и, сверкнув глазами в сторону Барского, повторил: – Так что там с твоим «Поршиком» приключилось? Говори, не тяни уже. Судя по тому, что на тебе нет ни бинтов, ни гипса, ни даже синяков или царапин, отделался ты легким испугом, верно? – он опрокинул второй стаканчик и только после этого принялся зажевывать бутерброд. Прозвенел первый звонок, сообщая посетителям концерта, что особо ретивые могут уже начинать потихонечку подтягиваться к зрительному залу. – Ну, помнишь тот вечер, когда ты вломился ко мне и устроил дикую эскападу? – осторожно начал Барский. – Я тогда, после твоего ухода, хорошенько нарезался, сел за руль и помчался за город. – Зачем? – Да черт его знает зачем. Бухой был, расстроился сильно, вот и понесся по трассе на максимуме. Стресс так, наверное, снять хотел. Он немного помолчал, потянулся было к своему стаканчику, но, едва коснувшись, тут же отдернул руку. Реакция Змеева на все происходящее несколько удивляла его. Он ожидал совсем иного, но, по всей видимости, сам профессор не придавал тому их разговору такого глубокого значения, которое придавал этому событию сам Барский. Словно и не предъявлял ему профессор никакого ультиматума в тот роковой вечер. Словно не было между ними никакой размолвки или ссоры. – Ну так вот, – продолжил Алексей Николаевич, – лечу я, значит, по шоссе, музыка орет на полную громкость, и вдруг мне прямо под колеса метнулась какая-то хрень… – Лось? – попытался уточнить Змеев. – У них сейчас как раз гон. Бросаются под машины только так, сволочи сохатые. – Нет, что-то гораздо мельче. Может, волк или собака, а может, и крупный заяц, – отмахнулся Барский. Немного подумал, говорить или нет, решился-таки и добавил: – А возможно, и вовсе что-то потустороннее, совсем не из нашего мира… – Это как это?!. В каком смысле? – Ну, помнишь, у того же Кастанеды есть описание неких потусторонних сгустков энергии, «союзников» или «неорганических существ», не помню уже точно, надо бы перечитать все заново. Поскольку передок мне эта хрень разнесла весьма сильно, а ни крови, ни кусков шерсти, ни тем более трупа животного я так и не обнаружил, вот и возникло такое предположение. Не важно! Важно то, что я был на волосок от смерти. Как тачка не перекувыркнулась и не слетела в кювет или, того хуже, не вылетела прямо в стену сосен, ума не приложу. Бог, видимо, помиловал. А может, это Лайт сделал мне последнее предостережение, хрен его знает. В общем, стою я ночью за городом, в одном домашнем халате на голое тело, дождь ледяной с неба льет и совершенно не понятно, что дальше делать. Хорошо парни какие-то веселые возвращались с пикника на джипе. Подбросили до дома. А тачку утром Михеич на эвакуаторе довез до города и сразу в свою мастерскую забрал, реставрировать. Так что теперь я безлошадный на какое-то время. – Ну ничего себе ты оттягиваешься! – хохотнул Змеев, наливая себе «третью». – Конкретно так, со вкусом, на полную катушку. Он потянулся было налить и товарищу, увидел его наполненную до краев посудину и только хмыкнул, ставя чекушку обратно на стол. Прозвенел второй звонок, сигнализируя, что антракт закончится через пять минут и призывая зрителей занять свои места в зале. – Ты зачем столько бутеров-то набрал? – озабоченно спросил Алексей Николаевич. – Мы же за оставшиеся пять минут не успеем все это сожрать! Он суетливо принялся озираться, активно уминая второй бутерброд. Народу в буфете сильно поубавилось. Многие столики уже стояли пустыми, и никто не спешил их занимать. Люди торопились закончить перекус, чтобы поскорее вернуться в зрительный зал. Барский потянулся за третьим бутербродом, хотя все еще продолжал пережевывать остатки предыдущего. – Ну не торопись ты, пожалуйста, – с мольбой в голосе проскрипел Змеев. – Давай немного опоздаем на эту квазимузыкальную какофонию. Хорошо же сидим! Он хлобыстнул «третью» и сразу же перелил остатки коньяка из так стремительно опустевшей чекушки в освободившийся стаканчик. Обернулся на стойку, явно намереваясь метнуться еще за одним фунфыриком. «А ничего себе профессор разошелся, – с какой-то даже опаской мысленно отметил Алексей Николаевич, – никогда раньше не замечал за ним, чтобы он так целенаправленно стремился нарезаться в хлам. Видимо, на этот раз реально с женой поругался, всерьез, раз поперся на джаз, который ненавидит, да еще и пьет здесь как не в себя». – Коля, Коля, притормози немного, – осторожно попросил он товарища. Змеев нехотя поставил уже поднятый (…четвертый, всего получается двести грамм… ) стаканчик обратно на стол и с крайне недовольной гримасой принялся его гипнотизировать. Со стороны могло показаться, будто он пытается силой взгляда оторвать стаканчик от поверхности стола, чтобы тот подлетел к его рту и сам выплеснул туда свое содержимое. «Ни дать ни взять гоголевский Пацюк и вареники со сметаной», – подумалось Барскому. – Что, не получается? – хихикнул он вслух. – Чего не получается? – Уже порядком захмелевший Змеев перевел осоловелый взгляд на товарища. – Поднять стакан со стола силой мысли, – продолжил троллинг Барский. Оба засмеялись. Прозвенел третий звонок, после которого двери в зал обычно закрываются. В помещении буфета, кроме них, оставалось лишь трое или четверо посетителей. Но и они, услышав звонок, тут же поспешно побросали недопитое и недоеденное, боясь опоздать на начало второй части. Люди бегом устремились к лестнице. Змеев тоже поспешно поднялся, но вместо зрительного зала он подошел к стойке буфета и купил там еще одну чекушку коньяка. – А то антракт закончился, никого нет, – попытался он как бы извиниться перед совершенно трезвым другом. – Выгнать нас отсюда никто не выгонит, разумеется, а вот сама буфетчица может закрыть свое заведение на клюшку, и ищи-свищи ее потом по всему театру… Снизу донеслись приглушенные звуки музыки, вторая часть концерта началась. – Ну, за искусство! – голосом генерала Иволгина из культового фильма Александра Рогожкина провозгласил Змеев, вливая в себя очередной стаканчик. Барский отодвинул подальше принесенную профессором и еще непочатую вторую четвертинку, вместо нее придвинув к нему свой нетронутый стаканчик. – Попридержи лошадок, попридержи немного, – снова попросил он ласково. – Я тебе еще самого интересного не рассказал. Нажраться всегда успеешь. – А? Чего не рассказал?.. – встрепенулся уже изрядно захмелевший профессор. Мгновение поколебавшись, Алексей Николаевич решился-таки и принялся последовательно излагать другу всю цепочку событий, приключившихся с ним после аварии. Он рассказал ему про вдруг вышедшего с ним на связь Тагеса, рассказал, как тот отправил его весь день медитировать за город, к Восточному холму. Рассказал про шаманскую флешку и погружение в транс. Очень подробно поведал обо всем, что приключилось с ними в Небесном Лабиринте, и, как вишенку на торте, с каким-то особенным смаком описал сцену «освобождения» Тагеса. Поначалу слушавший вполуха и осоловело косившийся на бутылочку с коньяком Змеев по мере развития сюжета заинтересовывался все больше и больше. Глаза его загорелись, оживились, а затем буквально впились в Барского. Казалось, он даже забыл о выпивке, так как на протяжении всего повествования не только больше не лез к бутылочке, но не притронулся даже к уже налитому стаканчику, который Алексей Николаевич уступил ему, сам решив сегодня не пить вообще ни капли. К моменту окончания этой мистической истории Змеев практически полностью протрезвел. – А затем прогремел взрыв, – завершил рассказ Барский, – я очнулся от транса и обнаружил себя лежащим на полу все в той же бильярдной комнате. Во-от… Такое вот путешествие в Черный или Белый, фиг его знает, Вигвам… Какое-то время профессор продолжал смотреть на него остекленевшим взглядом, словно завис, как компьютер, затем мотнул головой, взял со стола стаканчик с коньяком и залпом его выпил. Вытер губы тыльной стороной ладони, даже не взглянув в сторону блюда с наваленными в нем икорными бутербродами. – Это самая невероятная история, которую я когда-либо в своей жизни слышал, – изрек он наконец. – Даже от тебя! – Это, – эхом откликнулся Барский, – самое невероятное переживание, которое я когда-либо испытывал за всю мою более чем полувековую жизнь в этом теле. – Ты не пытался после всего произошедшего связаться с Тагесом? – Нет, мне даже в голову такая мысль не приходила. Я на сто процентов уверен, что в ночь моего трансцендентного путешествия человек, известный мне под именем (или псевдонимом) «Александр Тагес» умер в своей квартире где-то в Москве. Да можно хоть прямо сейчас проверить… Алексей Николаевич выхватил из внутреннего кармана пиджака iPhone, запустил Skype и нажал на черный кружочек с фосфоресцирующими грибами. «Вызываемый абонент сейчас не может подойти, – сразу же прозвучал в ответ механический женский голос, – оставьте сообщение после сигнала. Когда закончите, повесьте трубку». Раздался гудок автоответчика. – Александр, это Алексей Барский. Я звоню по невероятно срочному и жизненно важному вопросу. Пожалуйста, как только получишь это сообщение, немедленно свяжись со мной. Это очень важно! Вопрос жизни и смерти!.. Нажав красную кнопочку с надписью «Завершить звонок», он посмотрел на Змеева и с грустной улыбкой пожал плечами: – Уверен, ответа не будет. Ни сейчас, ни завтра, ни когда-либо вообще. Помолчали. Алексей Николаевич прислушивался к приглушенным звукам джаза, пробивавшимся сквозь пол и стены концертного зала даже сюда, в буфет. Ему было немного жаль, что он пропустил и не услышал второй части этой потрясающей программы. Змеев размышлял о чем-то своем, изредка бросая косые взгляды на все еще непочатую чекушку коньяка и стоявшую рядом уже пустую ее подружку. Вдруг он встрепенулся: – Слушай, а что если его вообще никогда не существовало в реальности? – Кого? – не сразу понял Барский. – Тагеса! Ты ведь сам говорил, что за все двадцать с лишним лет вашего знакомства вы общались исключительно через Интернет или в осознанном сновидении. К последнему можно отнести и этот последний транс с путешествием. – Ну да. Я даже предлагал ему приехать к нам в Глахов, обещал радушный прием с банькой, шашлычками и прочими ништяками. Он отказался. Тогда я сам решил было наведаться к нему в Москву, но он решительно отверг и это мое предложение. – Вот видишь! – профессор даже подскочил от радости. – А что если все это время Тагес жил исключительно в твоей голове? Как твоя вторая личность, как некое «альтер эго»?! – Как это? – продолжал тупить Алексей Николаевич, затем вдруг понял, что подразумевал Змеев, и страшно разозлился. – Ты хочешь сказать, что я шизофреник, что ли?! – Не-ет… Вернее, не совсем… Я имел в виду, а что, если твой Тагес примерно то же самое, что Тайлер Дёрден из фильма Финчера «Бойцовский клуб»? В фильме главный герой, желая избавиться от Тайлера, стреляет себе в рот. Для него пуля проходит через щеку, а вот Тайлеру эта пуля пробивает затылок. «Альтер эго» в лице Тайлера погибает, а сам главный герой таким образом восстанавливает целостное единство своей личности. Что, если нечто подобное произошло и с тобой?! Только ты провернул все это, избавляясь от своего «альтер эго», пусть и не деструктивного, а мегапозитивного, через осознанное сновидение и шаманский транс? – Да ну, быть такого не может! – отмахнулся Барский. – Почему? – продолжал упорствовать профессор. – По-моему, вполне себе рабочая гипотеза. Все более чем сходится… – Да ни хрена не сходится! – бурно отреагировал Алексей Николаевич, совсем уже выходя из себя и теряя самообладание. – Это только в кино или книжке сумасшедший чувак может на протяжении бог его знает какого периода времени морочить голову себе и окружающим. В реальности его упекли бы в психушку сразу после первого же самоизбиения во дворе вонючей ночной забегаловки. Змеев потянулся к бутылочке. – Дома допьем, – сказал как отрезал Барский, первым перехватив фунфырик и спрятав его себе в карман. – Я надеюсь, ты не собираешься пьяным садиться за руль? Перекантуешься ночь у меня, а завтра, как выветрится алкоголь, поедешь домой. Лады? – Лады! – на удивление легко и даже с какой-то радостью согласился Змеев. – Я еще и телефон отключу, пусть эта сука помучается ночку в неведении, куда я так бесследно пропал. Может, меня уже и в живых-то нету… «Ага, значит, дело действительно в очередной семейной ссоре, – утвердился в правоте своей изначальной догадки Алексей Николаевич. – Что ж, все, что ни происходит с нами, все всегда к лучшему. Проспится и наутро будет как огурчик. А может быть, и вообще разведется со своей стервозиной, не до смерти же ему ходить в подкаблучниках…» Выпросив у буфетчицы одноразовый пластиковый пищевой контейнер, они сложили в него недоеденные бутерброды (так как их оставалось реально много, а бросать столько еды, причем недешевой, было бы самым настоящим пижонством) и направились к выходу. Концерт еще гремел вовсю. Раздавались восторженные аплодисменты, и снова звучала музыка. По всей видимости, артисты выступали уже на бис, а значит, с минуты на минуту откроются двери и народ ломанется к выходу. – Быстрее, быстрее, – торопил друга Алексей Николаевич. – Надо успеть получить одежду в гардеробе, пока толпа в фойе не вывалила. Иначе затопчут. Эх, прогадил из-за тебя такой концерт!.. Без какой-либо толкотни обменяв номерки на куртки, они оделись и вышли на улицу. Барский забрал у Змеева ключи от его машины, нажал кнопочку, чтобы определить, где именно на парковке прячется змеевская «Бэха». К счастью, водительские права у него всегда лежали в паспорте, а паспорт, выходя из дома, он неизменно клал во внутренний карман. Садясь за руль, таким образом, он мог не опасаться, что будут проблемы с ДПС. Все было строго по закону – трезвый, как стеклышко, водитель с правами, подвозит своего пьяного друга на его авто. Для пущей убедительности (а скорее, ради собственного удобства) профессор завалился на заднее сиденье. Теперь за тонированными задними окнами его вообще не было видно. Тронулись. – Ладно, если б ты назвал Лайта моим «альтер эго». Если честно, я сам одно время пытался натягивать эту сову на глобус, – продолжил Алексей Николаевич прерванный разговор. – Но Тагес!.. Есть же переписка с ним на форумах, сохранились логи наших переписок в «аське» и других мессенджерах. Я что, в каком-то помутненном состоянии рассудка сам регался везде под разными никнеймами и сам же с собой вел диалоги? А разговоры по телефону и Skype, там же вообще московский номер! Про пещеру и Лабиринт я вообще ничего не знал, как и про туеву хучу других очень серьезных и глубоких идей, принципов, философских и эзотерических концепций! Может, и книгу «Омикрон» я сам написал и издал?!. Нет, дружище, самое простое и приземленное объяснение далеко не всегда истинно. «Бритва Оккама» и базирующийся на этом принципе редукционизм давно уже развенчаны… – Как-то ученики Платона попросили своего учителя дать определение человека. Недолго думая, философ изрек: «Человек есть животное на двух ногах, лишенное перьев». Услышавший это другой философ, Диоген, поймал петуха, ощипал несчастную птичку и, принеся в Академию, объявил: «Вот платоновский человек!» После этого Платон добавил к своему определению: «И с плоскими ногтями», – сонным голосом пробормотал с заднего сиденья профессор, очевидно, уже находящийся в состоянии полудремы и рефлекторно отреагировавший лишь на последнюю фразу Барского. – Вот именно, хороший пример, – кивнул тот, не отрывая взгляда от дороги. – Общаясь и с Лайтом, и с Тагесом, я получал информацию, которую до того момента не знал и не мог знать! – Работа подсознания,– сонно пошевелил губами Змеев, – не более того. – Эй, ты меня вообще слышишь, пьяная сонная профессорская морда? – улыбнулся Алексей Николаевич, взглядом пытаясь поймать в зеркало заднего вида вольготно развалившегося на заднем сиденье друга. – Как в подсознание могло проникнуть то, о чем я раньше вообще не знал? В принципе не мог знать! Может, и когда я заглянул в будущее и спер оттуда котировки акций, благодаря чему весьма неплохо заработал, это тоже шизофрения или работа подсознания? Сзади донеслось что-то совсем уже нечленораздельное, мычащее и булькающее. – В конце концов, – как бы резюмируя и подводя черту, сказал Барский, – лично мне вообще пофиг на то, как именно все это интерпретировать, трактовать или описывать. Я имею четкий, конкретный практический результат. Эмпирический результат, если уж использовать ваши философские термины. И класть я хотел (…с прибором… ) на весь твой скептицизм, вместе с рационализмом и редукционизмом. – И пси… психиат-ризьмом?.. – пробулькали сзади совсем уже пьяным голосом. – С чего ж тебя так развезло-то?.. – удивленно произнес Барский. Впрочем, когда он припарковал машину в подземном гараже и принялся будить Змеева, причина столь странного и быстрого опьянения того обнаружилась сама собой. Пустая посудина из-под коньяка валялась тут же, на полу машины. Хлопнув себя по пиджаку, Алексей Николаевич понял, что, пока он вел друга от буфета к машине, профессор умудрился незаметно вытащить у него из кармана чертов фунфырик, а пока они ехали, быстро высосать все двести пятьдесят грамм прямо из горла́. – И кто из нас двоих алкоголик? – ворчал он, приводя профессора в чувство. – Мало того что алкаш, так еще и ловкий карманник! Кое-как они дошли до лифта и поднялись на нужный этаж. Змеев вел себя спокойно, не бузил и не требовал добавки, однако ноги у него заплетались, а глаза так и оставались полузакрытыми. Уже внутри квартиры Барский помог другу разуться, снять верхнюю одежду и, решив слегка приколоться, а заодно и проучить хитрого воришку, отвел его не в спальню или гостиную, а прямиком в бильярдную. Там все оставалось ровно так, как было во время проведения шаманского ритуала. Уложив пьяное тело на матрасик в центре круга, образованного колонками, он тихонечко вышел из комнаты, притворив за собой дверь. Змеев тут же захрапел, даже не приходя в сознание. – Ну ладно, – голосом доктора Борменталя прошипел Алексей Николаевич, – подождем до утра. Я устрою ему бенефис, когда он протрезвится. Сам он отправился в кабинет и сел за компьютер. Спать ему все равно не хотелось, да и по работе нужно было наверстывать упущенное. Прежде всего он решил изучить тему налоговой реформы и разобраться с ненавистным НДС, который им, судя по всему, с января следующего года по-любому придется платить. Вопрос – по какой ставке? Двадцать процентов, но с возможностью применять вычеты, или же перейти на спецрежим с пониженными ставками, но без права на вычеты?.. Хорошо, конечно, что оборотную планку подняли до четырехсот пятидесяти миллионов рублей в год, а значит, с упрощенки они гарантированно не слетят в ближайшие годы. И к достаточно рискованным махинациям с дроблением бизнеса прибегать не придется. Но вот дополнительные пять или семь процентов вдобавок к уже имеющимся шести – это, конечно же, удар под дых. И как их исчислять? Тут ведь не сложишь тупо шесть и пять (или шесть и семь) процентов. Нужно, наверное, сначала выделить сам НДС из оборотных средств, определить доход, затем выделить из дохода налог УСН (шесть процентов) и только после этого суммировать оба налога?.. Алексей Николаевич погрузился в работу. Будить профессора и устраивать ему обещанный «бенефис» Барский отправился в семь часов утра. За прошедший период времени тот должен был уже и выспаться как следует, да и протрезветь полностью. Все же пол-литра коньяка в одну будку – не так уж и много для здорового мужика, пусть и очень умеренно пьющего. Войдя в бильярдную, Алексей Николаевич обнаружил своего друга лежащим в той же самой позе, в которой он вчера его здесь оставил. Свернувшись калачиком, поджав колени и подложив руку под щеку, Николай Петрович мирно похрапывал. Взяв пульт управления от музыкального центра и установив звук на максимум, Барский перемотал запись вперед, минут на пятнадцать от начала, после чего с иезуитским выражением лица нажал «Play». С уровнем громкости, надо признаться, он явно перестарался. Колонки оказались настолько мощными, что от грохота бубна, треска трещотки и шаманского воя едва не оглох он сам. Что уж говорить про несчастного, мирно посапывающего и ничего не подозревавшего профессора, который вдруг оказался в самом эпицентре взрыва этой акустической бомбы. Он не просто подскочил, его словно бы вздернул за шиворот кто-то большой и сильный. Вытаращенные глаза выражали безумный ужас, полуоткрытый рот перекосился. Сам испугавшись, Алексей Николаевич тут же вырубил эту адскую машину, но профессору потребовалось еще какое-то время, прежде чем он окончательно пришел в себя, сообразил, где находится, и понял, что нет никакой угрозы для его жизни. – Ты что, совсем озверел? – пробормотал он, дико оглядываясь вокруг. – Что это за кромлех? – Он кивнул на выстроенные в кольцо вокруг него колонки. – Ты меня в жертву, что ли, принести собрался?.. Барский покатился со смеху. – Еще и ржет, скотина! – продолжал возмущаться Змеев, кряхтя вставая сначала на четвереньки и лишь затем поднимаясь на ноги. – А если б я от разрыва сердца сдох прямо здесь, у тебя на полу? Идиотина! Что это вообще такое? Как я сюда попал? – Ты совсем ничего не помнишь? – все еще борясь со смехом, поинтересовался Алексей Николаевич. – Кафе помню. Гардероб помню. Как загрузились в машину, тоже помню. Должны были ехать к тебе… и, кажется, ехали… А вот доехали или нет и что было потом, ни хрена не помню! – Может, не помнишь и то, как бутылку коньяка у меня из кармана вытащил, а потом в одну харю всосал ее, пока я подвозил ваше величество сюда? – Это помню, – виновато потупив глаза, согласился Змеев, – а вот дальше как отрезало! Святые угодники, да я со студенчества так не надирался… Пошатываясь, он отправился в ванную комнату – умываться, чистить зубы и вообще приводить себя в порядок. Долго плескался, фыркал, что-то ронял на пол. Барский все это время приплясывал под закрытой на защелку дверью, глумливо и достаточно цинично приговаривая в щелочку: – Что, дружок, выгорание? С чего бы это, на старости-то лет? Или свою недавнюю угрозу решил привести в исполнение и чудить начинаешь? Так не сто́ит, я же тебе тогда сразу сказал, что услышал твои претензии. Все будет отлично, друже, прорвемся! Считай, что я вернулся в строй, причем совершенно другим, обновленным человеком. И снова готов рубиться, стоя вместе с тобой, плечом к плечу, спина к спине. На равных! Все точно, как было раньше… – Какую еще угрозу? – спросил Змеев, распахивая дверь и выходя из ванной. – О каком, на хрен, выгорании ты говоришь? Он был обнажен по пояс, с мокрой головы стекала вода, которую профессор пытался купировать махровым розовым полотенцем. – Да я про недавний твой визит сюда, ко мне, – пояснил Барский. – Хочешь сказать, что уже и не помнишь? Что это никакой не ультиматум был, а шутка юмора? – Ну почему же, помню. Только это не юмор был и уж тем более не ультиматум. Скорее крик души. В последнее время, Лёша, ты действительно вел себя очень странно. Так, словно выгорание именно у тебя было, отчего ты тупо и тотально забил на работу, буквально все скинув на меня одного. – Да, виноват, каюсь! – Алексей Николаевич прижал руки к груди и опустил голову. – Ты прости меня, если я не оправдал твоих ожиданий. Возможно, ты мечтал о миллиардах, дворцах, «Ferrari Purosangue» и списке «Форбс», как Дима Портнягин или Аяз Шабутдинов. Но мои цели изначально были иными: обрести финансовый фундамент и просто больше не думать о деньгах, не вкалывать ради выживания и не бояться остаться без средств к существованию. Именно к этому я и шел! Именно этого и достиг сейчас. Дворцы, «Форбсы» и тому подобное мне не нужны были с самого начала. – Лёха, вот скажи мне, ты совсем дурак? – Змеев перестал обтираться, повесил мокрое полотенце на сушилку и с укоризной или даже сочувствием посмотрел другу в глаза. – С чего ты взял, что все это мне было нужно? Вообще-то, это именно я с самого начала нашего сотрудничества притормаживал тебя и не позволял идти дорожкой Портнягина, Шабутдинова и прочих товарищей, которые сейчас кто под домашним арестом, а кто в СИЗО загорает. Разве не так? – Ну, так… наверное… – нехотя согласился Барский. – Не «наверное», аименно так ! А приходил я к тебе… ладно уж, скажу все как есть, прямо и без обиняков! Приходил с этим неприятным разговором только потому, что трудно и крайне неприятно ощущать себя лохом, на которого сели верхом, свесили ножки да еще и погоняют при этом. – Но я же совсем не… – Погоди! Дай я договорю, – достаточно резко перебил его Змеев, – а то мысль потеряю… Понимаешь ли, в бизнесе – это как на войне. Если работаешь с партнером в одной связке, крайне важно при этом осознавать, что все делается по справедливости, честно. Что и усилия распределяются поровну, и получаемое вознаграждение – тоже. Ну или пропорционально затрачиваемым партнерами усилиям. В наших же деловых взаимоотношениях наметился явный и все нарастающий перекос. И тут либо надо разбегаться и каждому заниматься своим индивидуальным бизнесом, чтобы сохранить хотя бы дружбу, либо как-то выравнивать вклад каждого из партеров в общее дело (о чем я тебе тогда, собственно, и намекал). Либо же… я не знаю, что еще придумать, но это что-то точно должно базироваться именно на справедливости! – Я знаю, что еще можно сделать! – с таинственной улыбкой изрек Алексей Николаевич, делая ударение на местоимение «я». – Пойдем лучше перекусим чего-нибудь, за завтраком и поговорим. Оба прошли на кухню. Пока Алексей Николаевич разогревал полуфабрикаты, делал овощную нарезку и колдовал над созданием прочих вкусностей, Змеев сидел в дальнем углу и с неподдельным интересом к нему присматривался. Что-то в поведении друга показалось ему странным и не совсем обычным. Его интонации и манеры были совершенно иными, не такими, как прежде. Словно совсем не он это был, а кто-то другой. Кто-то (…Тагес?.. ) совершенно незнакомый, похожий на «старого» Барского только внешне. Змеев почти физически ощущал таинственную перемену, произошедшую с его товарищем. Что именно произошло, он не до конца понимал (хотя и связывал это с рассказом о путешествии в Небесный Лабиринт), а потому и сидел в своем углу нахохлившись, в ожидании чего-то совершенно неожиданного, непредсказуемого. А Барский как ни в чем не бывало колдовал над дымящейся сковородкой с чем-то ароматным и, должно быть, очень вкусным. Насвистывая себе под нос веселую мелодию, беззаботно орудовал кухонной лопаточкой и выглядел как человек, которого совершенно не трогают жизненные неурядицы. Наконец он достал из холодильника и выложил на стол их вчерашние бутерброды с икрой. Хлопнул в ладоши и, потерев их одна о другую, изрек: – Ну-с, приступим! – Так что ты хотел предложить-то? – осторожно закинул удочку Змеев, видя, что сам хозяин квартиры совсем не спешит делиться своей идей, а только знай себе уписывает за обе щеки дымящееся жаркое. – Как я уже говорил ранее, на путь бизнесмена я встал исключительно ради того, чтобы избавиться от денежной зависимости. От постоянных мыслей о том, где и как заработать, от страха скатиться в нищету и стать бомжом, что, в принципе, на определенном жизненном этапе я себе этими страхами и накликал. Я мечтал, что, сделав финансовый фундамент, смогу на нем впоследствии возвести здание беззаботной творческой жизни, – начал издалека Алексей Николаевич. – Увы, но в нынешней жизни я смастерил себе этот фундамент слишком поздно. Очень долго вообще не понимал, в каком направлении двигаться и что делать. Начав же движение, совершал одну ошибку за другой, набивая шишки и получая горький, болезненный опыт. Профессор очень внимательно все это выслушал, в упор глядя на Барского, но так пока и не мог понять, к чему же тот клонит. – Сам посуди, – продолжал Алексей Николаевич, – сейчас мне далеко за полтинник. Жить мне осталось лет десять, максимум пятнадцать, не больше. Беру эти цифры не с потолка, а опираясь на свою наследственность и текущее состояние физического здоровья. Что ж, за это время я постараюсь написать книгу, адресованную себе же самому, но в будущей жизни, как хотел сделать Тагес. И если в следующей жизни она действительно попадет мне в руки лет в четырнадцать-пятнадцать, и я начну житьпо ней , то уже к тридцати годам буду обладать в материальном и финансовом плане всем тем, что в этой жизни обрел лишь к закату своих дней. Ну а остаток текущей жизни, помимо написания своей суперкниги, я буду продолжать учиться бизнесу… у тебя! Да-да, и не перебивай даже! Именно у тебя, так как ты – прирожденный бизнесмен, а я – лишь ученик на этом поприще, твой подмастерье, не более того. Ну и, конечно же, буду помогать тебе по мере сил, выполняя свои основные функции: финансы, юридическое сопровождение, бухгалтерию… – И?.. – очень осторожно поинтересовался Змеев. – Много лет назад, когда ты только-только присоединился кмоему бизнесу, мы договорились о распределении прибыли семьдесят на тридцать процентов, помнишь? – Конечно, – профессор кивнул, – мне тридцать, тебе семьдесят. – Именно так! И на тот момент это было справедливо. Ведь это я открыл и начал использовать на практике киберсантинг как таковой. Это был мой личный, уже сформировавшийся бизнес. Выстраданный, построенный кровью и потом! По сути, ты входил в него всего лишь как помощник, не более того. Однако дальше, по мере развития и усложнения всех рабочих процессов, да и самой структуры нашего предприятия, твой вклад в наше общее дело сравнялся с моим. Тогда мы и начали распределять «дивиденды» пятьдесят на пятьдесят. – Все верно. Но к чему эта ретроспектива? Я еще не впал в маразм, и память у меня по-прежнему хорошая. – Да-да, разумеется, – мягко кивнул Барский, – и в мыслях не было сомневаться в твоей памяти. Вся эта ретроспекция нужна лишь для того, чтобы четко и наглядно проиллюстрировать, как изменялся со временем «баланс сил», а точнее, вклад каждого из нас в общее дело. Ну так вот. В последние годы, и это невозможно отрицать, именно ты стал основной движущей силой нашего предприятия. Твои идеи, твои знания, твоя хватка и целеустремленность – все это и позволило нам преодолеть множество кризисных ситуаций, не развалиться, не кануть в небытие. На данный момент ты «де факто» руководишь практически всеми процессами, всем нашим бизнесом. Ты живешь этим, двадцать четыре часа в сутки посвящаешь себя развитию и совершенствованию «Инфоклуба». Стало быть, именно с точки зрения справедливости будет более чем правильным еще раз пересмотреть наши договоренности о распределении прибыли, но теперь уже в твою пользу. – То есть? – совершенно оторопел Змеев. – Теперь именно ты должен получать жирные семьдесят процентов, а я скромные тридцать. И не нужно так таращить глаза (…йыво́нерх заг омиди́в, я́бет у и́но ястяра́в ен… ), делая вид, что не понимаешь меня или очень удивлен. Да, именно такая пропорция в распределении прибыли на данный момент является справедливой, честной, объективной. И да, я добровольно, по собственной инициативе предлагаю тебе такой расклад. В этом и заключается моя идея. Это тот самый третий вариант выхода из нашего с тобой «дуумвиратного кризиса». Вариант, опирающийся на справедливость, как ты того и желал. Разве нет?.. Повисла долгая, напряженная пауза. Было видно, что для Змеева столь радикальное предложение со стороны его бизнес-партнера оказалось полнейшей неожиданностью. Он мог предположить все что угодно, но только не это. Собственно, все, на что он рассчитывал, еще в самый первый раз затевая данный разговор, так это исключительно на то, что Барский перестанет валять дурака и просто вернется в работу. В работу он, судя по всему, и так готов вернуться. Даже первые шаги сделал в этом направлении. Так к чему тогда этот перекос в распределении «дивидендов»? С чего вдруг он предложил столь невыгодный для себя в финансовом плане вариант?.. – Блин… Теперь уже мне нужна пауза на то, чтобы обдумать твое предложение, прежде чем дать ответ, – растерянно пробормотал Змеев. – Я должен сам для себя понять, насколько это будет действительно справедливо и правильно… – Да-да, конечно, – смеясь, согласился Алексей Николаевич. – Думай хоть месяц, я тебя не тороплю! Главное, сохранить и развивать далее наш проект. Если мы разбежимся или кто-то из нас будет чувствовать себя дискомфортно, «Инфоклубу» придет конец. А ведь у нас с тобой обязательства перед тысячами людей, поверившими нам и пользующимися сейчас нашей площадкой. Перед клиентами, авторами, членами нашей команды… – Хорошо, я согласен! – неожиданно твердым голосом решительно произнес Змеев. Завтрак они закончили в несколько приподнятом настроении. Много шутили, смеялись. Профессор снова принялся расспрашивать Барского о его необычном «астральном» путешествии. Сыпал комментариями и интерпретациями, выдвигал одну гипотезу за другой. Алексей Николаевич охотно поддерживал диалог, но мысли его сейчас были не о прошлом, а о будущем. О будущем их бизнеса, об «Инфоклубе» и о том, как в ближайшие годы они выведут их совместный проект на совершенно иной, невероятно высокий уровень. Несмотря на повышение налоговой нагрузки, невзирая на внешние негативные факторы в виде западных санкций и войны с НАТО. Пока они работают вместе, они преодолеют любые сложности и преграды! Уходя, профессор ненадолго задержался на пороге, обернулся и крепко обнял друга. – Вот, понимаешь ли, Лёша, – искренне сказал он, – сколько тебя знаю, а знаю я тебя с самого детства, не перестаю удивляться оригинальности твоего мышления и умению находить нестандартные решения в самых сложных ситуациях. Возможно, в бизнесе тебе и есть чему у меня поучиться, но без твоей особенной энергетики один я никогда не смог бы добиться тех результатов, которых мы уже добились с тобой, действуя сообща. И которых добьемся (я уверен в этом!) в не столь отдаленном будущем. Спасибо тебе! Я очень горжусь нашей дружбой и ценю ее превыше всего остального! – Иди уже, ценитель, – смущенно отмахнулся Алексей Николаевич. – Телефон-то так и не включил. Тебя там твоя мегера уже с собаками ищет, наверное. Эх и задаст она тебе трепку, когда вернешься. – Пусть только попробует рот открыть, – боевито отреагировал Змеев, – я теперь тоже стал другим человеком. Никакого больше матриархата. Я сказал! Оба рассмеялись. Закрыв дверь, Барский отправился на балкон подышать перед сном воздухом и немного упорядочить свои мысли. «Да, в том, чтовместе мы сила, в этом Колян, несомненно, прав, – рассуждал он, глядя на осенний город, лежавший внизу, у его ног. – У него есть то, чего пока не хватает мне, – знания и железная воля к бизнесу, у меня есть то, чего пока не хватает ему, – связь с Лайтом и феноменальный духовный багаж Тагеса. Мы гармонично дополняем друг друга и сообща достигнем гораздо большего, чем смог бы достичь каждый из нас в отдельности. Синергетический эффект, понимаешь ли…» Алексей Николаевич улыбнулся, и тут же в его сознании прорезался чей-то голосок. Чужой, но вроде как и его собственный, прагматичный и рациональный: «Это был правильный ход. Уж в деньгах-то ты точно ничего не потеряешь. Теперь профессор будет работать с максимальной самоотдачей, а вместе вы в ближайшие годы настолько сможете увеличить ваш доход, что сам ты в чистом денежном выражении будешь получать гораздо больше, чем получал до этого при делении прибыли пятьдесят на пятьдесят. И главное, все по справедливости». – Верно, Александр ибн Гениевич, – вслух произнес Барский, – все абсолютно верно. Честно и по справедливости. А по-другому и нельзя, ведь так?.. Россия, 2024 г. ---------- ДРУГИЕ КНИГИ АНАТОЛИЯ БЕЛОУСОВА ДРУГИЕ КНИГИ АНАТОЛИЯ БЕЛОУСОВА Книга 1. «Лабиринт» «Лабиринт» – авторский сборник, включающий в себя шесть рассказов и две повести. Сюрреалистичные и странные на первый взгляд рассказы при внимательном их прочтении оказываются многослойными и многогранными калейдоскопами, в которых интеллектуальный читатель сможет увидеть великое множество самых разнообразных толкований и смыслов (подсказкой или ключиком к таким толкованиям являются эпиграфы каждого из рассказов). Повесть «Уроборос» является «закольцованным» произведением (в теории символов Уроборос – это змея, кусающая себя за собственный хвост). Центральной темой повести оказывается тема Добра и Зла. Отвечая призыву одной религиозной общины разделить народ на праведников и грешников, Бог производит некое «Разделение» (аналог Конца Света), перемещая грешников в Ад, а праведников – в Рай. Результат этого эксперимента оказывается совершенно неожиданным. Непосредственно повесть «Лабиринт», давшая название и всему сборнику в целом, – это предыстория романа «Евангелие от Морфея». Главный герой повести приезжает к своему старому другу в небольшой провинциальный городок, а затем попадает в мистическое место (некий потусторонний мир, «Небесный Лабиринт»), где и разворачиваются основные события повести. Книга 2. «Евангелие от Морфея» Лейтмотивом книги «Евангелие от Морфея» является тема любви. Путешествуя, главный герой романа попадает в странный, не нанесенный ни на одну географическую карту Город, где с ним происходит целая чреда странных приключений и где он испытывает личную любовную драму. Роман является попыткой осмысления сущности любви. Именно осмысления, а не переживания, так как главный герой анализирует и препарирует свои чувства, пытаясь перенести их из сферы эмоций в сферу интеллекта. Вместе с тем все происходящее очень похоже на сновидение или даже целую череду сновидений (осознанных и не очень, мистических и реалистичных). Жизнь, похожая на сон, сон как средство преодоления смерти и выхода к иным сторонам жизни, смерть как один из аспектов любви – все это переплетено воедино. Книга 3. «Плерома» По жанру роман «Плерома» можно охарактеризовать как «эзотерический боевик» или «мистический триллер». Захватывающий сюжет, интеллектуальные диалоги, тонкий юмор. Книга имеет структуру знаменитого «Криминального чтива» Квентина Тарантино, события в ней развиваются не линейно, а словно в калейдоскопе. Однако, заглянув в «содержание», пытливый читатель без труда может раскрыть истинную структуру повествования и перечитать все произведение заново, уже расставляя главы в совершенно ином,правильном порядке! В центре повествования оказываются два бандита из 90-х, которые выполняют некое задание своего босса, непрестанно при этом философствуя и дискутируя на самые разные темы (от бытовых до возвышенных и метафизических). Перед нами разворачивается внутренняя драма противопоставления индивидуального и социального. Главный герой пытается разобраться в себе, кто же он – винтик в огромном механизме социума или же, напротив, яркая и неповторимая личность, божественная индивидуальность, противостоящая тоталитарному общественному организму? Книга 4. «Омикрон» (издана под псевдонимом Александр Тагес) Как часто жизнь загоняет нас в угол. Как часто мы испытываем страдания и терпим лишения, которых вполне можно было бы избежать. И как редко мы находим в себе силы, чтобы противостоять превратностям судьбы и добиваться поставленной цели. Почему такое происходит и как, наконец, стать полноправным хозяином своей судьбы?.. Ответ на эти вопросы и пытается дать автор. Помимо обширного теоретического материала, в книгу включено множество практических рекомендаций и упражнений. Жанр, в котором она написана, – «практическая эзотерика». Книга «Омикрон» рассчитана на массового читателя. Она окажется полезной и интересной для всех, кто интересуется вопросами самосовершенствования, поиском смысла жизни и кто желает улучшить свое материальное положение, а также обрести гармонию с Духом. Книга 5. «Соло на Витгенштейне» (издана под псевдонимом Иван Хлюпов) Данная книга является сборником (поэтических и прозаических) юмористических миниатюр. Само название – «Соло на Витгенштейне» – является аллюзией знаменитых довлатовских «Соло на ундервуде» и «Соло на IBM». Но при чем здесь немецкий философ Людвиг Витгенштейн? Ответ дается в эпиграфе к произведению, где герой фильма Дерека Джармена сожалеет о том, что не имеет достаточного чувства юмора, чтобы воплотить в жизнь свою самую заветную мечту – сочинить философский труд, который целиком состоял бы из одних лишь шуток. Похоже, Ивану Хлюпову, в отличие от Людвига Витгенштейна, это все-таки удалось. Также книга дополнена рассказами («притчами») и повестью «Уроборос» из самого первого авторского сборника Анатолия Белоусова – «Лабиринт». Все эти книги (а также их аудиоверсии) можно найти на портале «» по адресу:https://www. /author/anatoliy-belousov-32716609/(либо через поиск «»). ----------