Капсула встала на грунт, и Ржавый взошёл на борт «Беглеца», едва сдерживая бег. Дрищ встретил его у шлюзовой камеры с новостью: маячок почти обезврежен; осталось только вынести его наружу. Ремонтный робот уже тащил толстый лист переборки с прилепленной пакостью. Но как только робот вышел на грунт, маячок ожил — залпил во все диапазоны, давая целеуказание. Ржавый загнал Дрища в спасательную капсулу, пристегнулся сам — и Доминатор начал отсчёт: сто десять секунд до ракетного залпа вражеского корабля.
Ржавый выкручивался из переделок уже столько раз, что сам сбился со счёта. Он привык считать минуты, взвешивать риски, торговать жизнями экипажа за секунды передышки, но привычка выживать обратилась против него: каждый спасённый сейчас требует новых жертв, каждый однажды встречённый враг помнит его лицо. Он ведёт чужих людей сквозь войну, которую сам начал, и уже не уверен, кто из них следует за ним по вере, а кто — потому что иного пути нет.
Враг увернулся от их ракетного залпа тем, что казалось невозможным, и теперь два вражеских корабля несутся к «Беглецу» с ускорением, не поддающимся расчёту. Ржавый потерял преимущество внезапности, потерял время, почти потерял корабль. Экипаж, что шёл с ним, начинает понимать цену его планов, и не все готовы платить дальше.
Глава 1
Полёт в капсуле показался мне мгновенным. Наверное потому, что я был глубоко погружён в мысли о том, как бы нам избегнуть маячащей перед нами задницы. И сделать это с минимальными потерями или, что было бы вообще замечательно, и вовсе без них…
И глазом моргнуть не успел, как капсула прекратила движение и встала на грунт.
Мне пришлось даже напрячься, чтобы взойти на борт «Беглеца», не срываясь на бег. Дрищ встретил меня сразу у выхода из шлюзовой камеры:
— С маячком почти разобрался, — с ходу объявил он.
— Почти? — не понравилось мне это слово, «почти»… Была в нём какая-то недосказанность.
— Теперь осталось только вынести его наружу, — пояснил Дрищ.
— А как ты умудрился его зацепить, чтобы он не взорвался? — неподдельно удивился я.
— Ремонтный робот аккуратно вырезал большой кусок внутренней переборки, к которому его прилепили, — охотно пояснил Дрищ, теперь там дыра такая, что гравиплатформа без труда пролезет.
Как раз в этот момент из коридора, что вёл к реакторному отсеку показалась тележка среднего ремонтного робота, который нёс в вытянутых вперёд манипуляторах толстенный лист этой самой внутренней переборки. Я даже разглядывать не стал этот маячок. Ну его. Побыстрее избавиться от этой пакости, и ладно…
— Ржавый! — о, а вот и Гвидо объявился… И года, хочу сказать, не прошло.
— Привет, что там у тебя? — мне было интересно, добрались ребята до него или ещё нет.
— Да нормально все, — ответил он, — ну, насколько это возможно сейчас. Я что тебя беспокою-то… Капсула прибыла.
— Отлично! — ребята уже рядом с эсминцем, а значит всё пока идёт по плану. — Как поднимутся на борт, сразу извести меня об этом. Хорошо?
— Так они уже в шлюзовой. — ответил здоровяк — Так что не волнуйся, все уже, считай, на борту, живы и даже пока здоровы.
Тут поступило сообщение от Доминатора:
… Маячок начал непрерывно излучать сразу в нескольких радиодиапазонах. Очевидно, теперь работает в режиме целеуказания…
— Всех срочно в антигравитационные капсулы укладывай! — в связи с услышанным я сразу озадачил Гвидо, — Ну сам тоже туда пакуйся поскорее. Сейчас, похоже самое веселье и начнётся.
— Так мы завсегда…
— Хватит болтать, счёт уже на минуты пошёл, если не на секунды. Гони всех в капсулы, и пусть пристёгиваются.
— Понял.
Робот, тем временем, заполз в шлюз, и диафрагма за ним закрылась. Как только он оказался на грунте, аппарель поползла вверх. Придётся робота оставлять тут, хоть жаба и против. Ждать его обратно — это сейчас для нас непозволительная роскошь.
— Можно считать, что всё? — поинтересовался я.
— Так можно будет считать, когда взлетим, — хмыкнул Дрищ. — пойдём в рубку. Искин капсулу твою в трюм уже затащил…
И тут интуиция моя взвыла не по-детски.
… Рекомендую немедленно лечь в антигравитационные ложа, пристегнуться, и замкнуть всё управление на меня…
— Ага, похоже, кульминация скоро — подумал я, — и как в воду глядел:
… Вражеский корабль произвёл
ракетный залп…
… Подлётное время……110секунд … 109…
— Дрищ, бегом за мной, — скомандовал я и припустил, что было сил, к антигравитационным капсулам. — прямо сейчас передай управление Доминатору.
Джимми глупых вопросов задавать не стал, а последовал за мной.
… 82…81…
Мы с Дрищём лихорадочно пристёгивались, а Доминатор с каким-то садистским удовольствием, продолжал отсчёт:
… 55…54…
— Гвидо! — завопил я по мыслесвязи.
— Слушаю! — ага, голос напряжённый, значит готов к восприятию информации. — Началось, похоже. Враг начал обстрел! К бою!
— Есть к бою! — я почувствовал его злость и радостное предвкушение битвы.
Ну, значит мало этим козлам показаться не должно.
Сникл, гыгыкнув про себя, перекинул несколько тумблеров и тронул сенсор.
Эсминец едва заметно содрогнулся, когда с направляющих одна за другой сорвались ракеты и устремились к цели.
И пилот, и его начальник впились глазами в монитор, на который транслировалась картинка с астероида. На расстоянии двух тысяч километров при почти нулевой освещённости оптика была бесполезна, какой бы зум не использовался. А дроны уже попрятались в складках рельефа.
Потому вся информация поступала только в инфракрасном спектре. Там были свои ограничения, но большую часть происходящего можно было, если и не увидеть, то с большой вероятностью угадать, интерпретируя то, что отображалось на мониторах. Тут, само собой, без многократного зума тоже обойтись было нельзя, хотя и приходилось мириться с довольно низким разрешением и серьёзными искажениями.
Пока ракеты двигались по направлению к цели, можно было наблюдать, как двигательный отсек фрегата нагревался всё больше, что говорило о том, что бандиты готовятся к рывку. Это могло бы быть серьёзным источником беспокойства, если бы не знание того, что маяк, дающий сейчас целеуказание для ракет, находится внутри обречённого корабля. Извлечь его, не разрушив фрегат, невозможно. Так что для тревоги поводов, вроде как и не было. Но Сникла грызло странное, иррациональное беспокойство, хоть он и прилагал титанические усилия, чтобы от этого чувства абстрагироваться.
Первая из ракет долетела до корабля бандитов, который, как показалось Сниклу, в последний момент как-то вздрогнул. Пятно засветки на мониторе разлилось уродливой кляксой неправильной формы. Пилоту, который до рези в глазах всматривался в происходящее даже показалось, что вражеский корабль на мгновение перед прилётом выбросил из дюз потоки плазмы. Вероятно пилот пытался в последний момент вывести фрегат из-под удара.
Когда же ракета взорвалась, пятно засветки поглотило изображение корабля целиком.
Следом прилетела следующая ракета. Она, ожидаемо, взорвалась там же, добавив к той пыли, что уже расползалась
над астероидом, новую щедрую порцию.
На месте взрыва тут же вспух огненный шар, опять значительно увеличив пятно засветки, а в то же время…
Новая порция перемолотой взрывом в пыль породы снова взлетела вверх. Ракеты взрывались одна за одной. Пылевое облако распространялось во все стороны с умопомрачительной скоростью.
В общем, на поверхности астероида разворачивался локальный армагеддон и в глубине огромного пылевого облака продолжали вспыхивать ракетные разрывы.
— Ты смотри, что творится, — возбужденно вскрикнул пилот, тыча пальцем в монитор, куда транслировалась внешняя картина.
— Что ты имеешь ввиду? — спросил лысый, не понявший причин этого эмоционального всплеска у своего товарища.
— Ракеты продолжают лететь в ту же точку, — пояснил пилот, — туда, где эти черти стояли с самого начала. А с краю пылевого облака я вижу какое-то пятно…
— Подожди, подожди, — озаботился командир, — мы же в инфракрасном спектре всё это наблюдаем?
— Да, и ты знаешь, — пилот с трудом подбирал слова, ибо то, что он сейчас собирался сказать никак не согласовывалось с тем, что он знал о целеуказании, ракетах, мощности взрывчатки, да и вообще, со здравым смыслом… — похоже, — тут он нервно сглотнул, — их корабль как-то увернулся от нашей атаки и ушёл в сторону. А ракеты летят по прежней траектории, насколько я могу видеть.
— Ну сейчас я, например, уже совсем нихрена не вижу, — нервно заявил лысый, — эта чёртова пыль уже закрыла весь астероид…
— Тепловое пятно с краю показывает нам, скорее всего, именно то, что фрегат этих бандитов уходит в сторону, а ракеты…
— Что ракеты? — в голосе Питера разочарование боролось с иррациональной надеждой на то, что всё, всё-таки, получилось. Но Сникл его жестоко обломал:
— Весь пакет ушёл вслед за первой ракетой, — мрачно сказал он. — вон, пылища какая поднялась…
— И как они смогли увернуться-то? — продолжил недоумевать Питер. — это же невозможно…
— А не всё ли теперь равно? — спросил Сникл, — гораздо более продуктивным будет сейчас быстро обдумать наши последующие действия.
Лысый недоуменно уставился на пилота.
— Что делать-то сейчас? — пилот повторил вопрос в более простой и доходчивой форме.
Питер тряхнул головой и попытался сосредоточиться.
— Сникл, прятки кончились, включай радары и выводи картинку на главный монитор! — скомандовал он, лихорадочно прикидывая, сколько прошло времени с момента отправки вызова подкрепления.
Результат его не очень обрадовал. По всему выходило, что до прибытия остальных кораблей их эскадрильи остаётся ещё минуты три, как минимум.
Изображение на экране монитора говорило ему о том, что за это время случиться может много чего. В том числе и такие события могут произойти, о которых ему было страшно подумать. Он и не представлял, что оно всё так обернётся.
А все дело было в том, что на показаниях радаров теперь было чётко видно, что этот чёртов фрегат уцелел. Он под покровом пылевого облака сместился в сторону, удалившись более, чем на семьдесят километров от места, куда угодил весь ракетный залп.
И, что самое неприятное, вместо того, чтобы становиться в разгон для ухода в варп, эта козявка легла на курс по направлению к кораблю Питера. Но самым поразительным было то, как быстро она набирала скорость. Если судить по мелькавшим на экране цифрам, их ускорение в данный момент соответствовало тридцатипятикратным перегрузкам. В голову это не помещалось.
Мало того, эсминец бандитов тоже не сидел на месте. Сейчас было видно, что он обходит астероид и тоже направляется сюда. И, что самое кошмарное, скорость он набирал тем же неимоверным темпом, что и фрегат.
— Сникл! — нервно крикнул лысый, — срочно встаём в разгон!
Ну да, он совершенно правильно интерпретировал все поступившие данные и пришёл к очень невесёлому выводу. Пока те, кто находился в резерве сюда подтянутся, с его эсминцем уже может быть покончено.
— Не раньше, чем через минуту, — не менее нервно откликнулся пилот. Он тоже дураком не был и тоже оценил риски для своего корабля в свете изменившейся ситуации.
Только что он был охотником, видевшим перед собой совершенно беспомощную и обречённую на гибель жертву.
А несколько мгновений спустя к нему пришло осознание того, что жертва теперь — именно он.
— Отставить варп! — заорал вдруг лысый, вызвав оторопь у своего подчинённого.
— Не понял, — нервно сглотнул тот и упёрся взглядом в начальника.
— Мы не успеваем. Нас на молекулы разнесут, прежде чем мы разгонимся, — пояснил он своё решение. По глазам пилота было видно, что он с этим выводом согласен.
— А что тогда делать? — откровенно тоскливо спросил он.
Тут лысый показал, почему его поставили начальником. Он мгновенно взвесил все шансы и пришёл к выводу, что если не приготовиться к бегству сейчас, то потом просто времени не хватит на все необходимые для спасения жизни действия:
— Скоммутируй управление кораблём, орудийными и защитными комплексами на свою нейронку по мыслесвязи.
— И чем это нам поможет? — всё так же тоскливо спросил Сникл, который уже мысленно распрощался с жизнью и сейчас живо себе представлял свои обгорелые останки, медленно плывущие в вакууме.
— Увидишь! — довольно бодро провозгласил начальник, одновременно продвигаясь к выходу из рубки, — а сейчас делай, что я тебе сказал. Только быстро.
Услышав слова Питера, а главное, оценив их эмоциональную окраску, Сникл немного приободрился. У начальства, похоже возник план по выходу из задницы. Он быстро тронул на пульте пару сенсоров и непроизвольно скривился от того, что одномоментно на его мозг выплеснулась вся информация, необходимая для управления всеми системами.
Но нейронка, хоть и старенькая, всё-таки быстро упорядочила потоки данных, и всё стало почти нормально.
Теперь ему транслировалась картинка с изображением приближающихся вражеских кораблей. И он знал, что через полторы минуты они выйдут на дистанцию поражения.
Сникл бежал по коридору, в боку вдруг закололо, хоть он пробежал-то всего ничего. Впереди маячила спина начальника.
— Куда бежим-то? — спросил он сам себя. Что характерно, что вопроса, «почему так торопимся?» обычно неторопливый пилот себе даже не задавал. Он чётко понимал, что сейчас они с Питером состязаются в быстроте со смертью.
Сориентировавшись, он понял, что бегут они к спасательной капсуле. Это дало ему возможность понять замысел Питера. Тут все было просто.
Они забираются в капсулу, и оттуда он будет управлять батареями корабля, его щитами и двигателями.
То, что в бою против двух очень непростых противников шансов не было, он прекрасно осознавал.
Но, если они будут находиться в капсуле, которой для старта нужны секунды, то появлялась надежда выжить.
— Так, Сникл, — обратился к нему на бегу Питер, сейчас шмыгаем в капсулу, пристёгиваемся, а ты одновременно выводи щиты на максимум, понял?
— Так точно, — эта короткая мысль пилота говорила о том, что он готов к действиям.
— Отлично, — подумал начальник, трогая сенсор, который открывал отделение, где на направляющих стояло несколько капсул, — на каком расстоянии ты сможешь по мыслесвязи управлять нашим корытом?
— Это не корыто! — возмутился Сникл.
— Корыто, корыто, — начальственная мысль была глумлива, но в данном случае лысый был, как это ни обидно, прав, — а через пять минут это будет очень мятое и дырявое корыто. Теперь, всё-таки, ответь на мой вопрос, а?
— Километров, эдак, от пятидесяти до семидесяти — как гласит техдокументация. На деле гораздо хуже, — ответил Сникл, и тут же поинтересовался, — ты что, хочешь отойти на спасательной капсуле, и оттуда управлять боем?
— Так и есть, — ответил Питер, — ну так что, сможешь?
— Смочь-то смогу, — невесело ухмыльнулся Сникл, забираясь в капсулу, — только вот фигня получится.
— Это почему это? — неприятно удивился его шеф, — должно же работать? — он с натужным кряхтением улёгся в ложемент капсулы и начал лихорадочно щёлкать замками пристяжных ремней.
— Ты теоретик, — мрачно сказал пилот, — а на практике тут у нас без ретрансляторов и усилителей сигнала нормальное управление возможно только километров с десяти. А потом помехи… ну и прочие радости.
— Ладно, — сказал лысый, задраивая люк, — тогда отойдём не дальше десяти… — и нажал сенсор запуска капсулы.
Пусковой механизм зашипел, гидравлика натужно хлюпнула и капсула легла в жерло пусковой шахты.
— Ну, поехали, — мрачно хмыкнул лысый.
СЛЕДУЮЩАЯ ГЛАВА БУДЕТ 13-ГО АВГУСТА (ЧЕТВЕРГ) В 00:00
Далее график выкладки будет Вторник-Четверг-Суббота-Воскресение
Глава 2
Казалось, что окутавшийся щитами эсминец Братства неподвижно висел в пространстве. А до выхода на дистанцию уверенного поражения обоим оппонентам оставалось не более тридцати секунд.
От этого корабля отделился совсем маленький, по сравнению с его тушей, бочоночек, и, прячась за корпусом эсминца и помаргивая маломощными маневровыми двигателями, начал от него отползать.
К моменту выхода противников на дистанцию уверенного поражения расстояние между обречённым кораблём и спасательной капсулой составляло немногим более восьми километров.
— Тормозим, — выдавил из себя Сникл, — мы почти на предельном для уверенной мыслесвязи расстоянии.
Ему очень хотелось продолжать движение, лечь в разгон и, задействовав слабосильный варп-привод, отойти подальше от того места, где очень скоро произойдёт катастрофа.
Но, для того, чтобы уйти, следовало отвлечь внимание нападающих. Надо было, чтобы они поверили в то, что и корабль и те, кто им управляют, уничтожены.
А потом, после того, как эсминец будет разорван взрывом, поди ты отличи капсулу от многочисленных обломков, которыми будет заполнена эта область пространства.
Вроде как всё было продумано. Оставалось отыграть последний акт трагедии.
— Ну, открывай огонь, — возбудился лысый.
— Нет, огонь откроем, — процедил сквозь зубы пилот, — когда ближе подойдут… — Он уже ввёл целеуказание, и теперь пусковые ракетных установок были готовы атаковать обе цели, как только они войдут в радиус уверенного поражения…
— Пора! — сказал Сникл сам себе и отправил управляющий импульс.
Два пакета ракет покинули направляющие и устремились к целям. Но…
Тут Сникл, хоть и не рассчитывал на успех, но надеялся всё-таки на то, что ракеты смогут немного просадить щиты нападавших. Если бы это получилось, то тогда бластерные установки эсминца могли хотя бы попытаться повредить корабли оппонентов.
Но, стоило только ракетам покинуть пусковые шахты, как эсминец бандитов распустился плотным веером лучей тяжелых лазерных установок, которые без труда уничтожили все ракеты в течение нескольких секунд, не позволив им даже толком разогнаться.
— А, была ни была, — Сникл отправил ещё один сигнал на боевой вычислитель эсминца, и все орудия борта плюнули плазмой в приближающегося врага…
Это было последнее, что успел сделать эсминец.
Плазма предсказуемо не смогла преодолеть энергощиты противника. А потом времени уже ни на что не оставалось.
Вражеский эсминец выпустил несколько лазерных импульсов по кораблю Братства. Щиты вспыхнули и погасли. Залп тяжёлых лазерных установок моментально лишил их энергии.
А к тому моменту ракета, одна единственная ракета, запущенная с фрегата, беспрепятственно влепилась в область реакторного отсека.
И в космосе расцвёл огненный цветок…
Всё пока шло по плану, за одним досадным исключением. Один из крупных обломков, что во множестве разлетелись от эпицентра взрыва, по касательной задел капсулу.
— Кранты… — мрачно выдохнул Сникл, ощутив сильный удар, от которого капсула болезненно содрогнулась.
— Отставить панику, — рыкнул лысый, — что там за беда?
— Варп-двигатель всё, — похоронным голосом доложил Сникл.
— Ничего, — произнёс его начальник, — сейчас наши появятся, раздолбают эти калоши… А потом мы включим аварийный маяк, и нас подберут…
— Хочется в это верить, — пробормотал Сникл, только вот оптимизма в его словах Питер не ощутил.
Следя за разлетающимися обломками я подумал, что этот боевой эпизод уже позади. Но вот интуиция моя поддерживала уровень тревоги практически на прежнем уровне.
— Гвидо, — я решил проявить осторожность, — к этому месту не приближайся. — имелось ввиду то самое место, где несколько минут назад находился вражеский эсминец, а теперь болтались разнокалиберные обломки. И давай-ка стелс включим на всякий… и радары отключи, чтобы не светиться.
— Так я и не собирался туда лезть, — ответил здоровяк, — а ты что, думаешь там может быть опасно, после того, как твоя ракета разнесла всё вдребезги и пополам?
— Интуиция моя что-то не хочет успокаиваться, — пожаловался я, — вроде бой позади, а это чувство не утихает и сигнализирует, что ничего ещё не кончилось.
…Зафиксировано несколько возмущений в непосредственной близости. Это может быть признаком выхода космических кораблей из варпа…
…Сканирую пространство…
…Подтверждение получено…
Доминатор продолжал осуществлять управление «Беглецом». А я, лёжа в ложементе противоперегрузочной капсулы, оставался пассивным зрителем. Ну, разве что обменивался репликами с Дрищём, который находился рядом, ну и с Гвидо общался по радио, покуда Доминатор о новых гостях не сообщил.
Даже не взирая на то, что в управлении кораблём я участия не принимал, Доминатор продолжал снабжать меня свежей информацией.
Вот и сейчас перед моим взглядом возникла схематичная карта, на которой можно было в центре наблюдать астероид, неподалёку от которого и развернулись недавние события.
А вот в пространстве вокруг этой каменюки стало вдруг необычно людно. Этот камушек, наверное, с момента зарождения нашей Вселенной ещё не был так популярен.
Практически одновременно вышли из варпа три корабля, окружив астероид с трех сторон, образуя при этом правильный треугольник, в центре которого астероид и оказался. Каждый из кораблей находился на расстоянии примерно двадцати тысяч километров от каменюки. Соответственно, мы так же оказались близко к центру этого треугольника. На карте Доминатор промаркировал эти корабли, как фрегаты.
…Я исходил из их физических размеров и энергетических сигнатур…
Это Доминатор тут же пояснил мне, какие критерии использовал. И это хорошо. Так мы можем иметь не только информацию о наличии вражеских кораблей, но и примерно представлять себе, чего от них можно ожидать.
Но этими тремя фрегатами наши недруги решили не ограничиваться.
Через пару секунд появились ещё два корабля. Если появившаяся в начале «тройка» окружила нас с трёх сторон, то эти двое оказались в аккурат над и под нами, на расстоянии тех же примерно двадцати тысяч километров. И были эти корабли посерьёзнее. Эсминцы. Хорошо, хоть не крейсера. Тогда совсем грустно бы стало…
Но, хвала Ушедшим, наш эсминец, который сейчас под Гвидо, их явно превосходит, если по одиночке брать.
Кстати, все эти фрегаты и эсминцы вышли из варпа на довольно-таки значительном удалении от астероида. И сразу после этого включили стеллс. Мы не смогли бы понять, где они находятся, и даже не имели бы никаких шансов их обнаружить, если бы не та хитрая аппаратура, что мы приобрели у Аргуссоса. Сейчас она отслеживает их по косвенным признакам, а они думают, что мы их вовсе не видим, и даже не подозреваем об их присутствии.
Тогда нам надо этим воспользоваться и действовать быстро, насколько это возможно. Как гласит древняя поговорка — надо ковать железо, не отходя от кассы.
Правда, я вот никак не могу понять, какую функцию может выполнять касса в технологической цепочке по обработке металла…
Хотя ладно, сейчас это не более, чем забавная фраза.
Да, у нас теперь есть один единственный выход. Это разгромить превосходящие силы противника по одиночке, покуда они не собрались в кучу. Если мы дадим им объединиться, расклад сил будет уже совершенно иным и, что характерно, уже совсем не в нашу пользу.
Сейчас то, что мы разделались с разведчиком до момента прибытия основных сил, сыграет нам на руку.
Судя по тому, что корабли противника находятся на значительном удалении друг от друга и равномерно распределены вокруг астероида, они планировали, что прибыв на место не спеша посовещаются, решат как лучше разбомбить наши суда, которые, как они ожидали, стоят на грунте и ни о чём не подозревают.
Они собирались незаметно приблизиться, и разделаться с нами и нашими кораблями. Или повредить их и взять нас тёпленькими. В любом случае нам не приходилось ожидать от них ничего хорошего.
Наверняка они сейчас безуспешно пытаются связаться с теми, кто управлял уничтоженным нами только что эсминцем.
Но, вот беда, пока они сюда добирались, случилось то, что перевернуло доску, если выражаться образно.
По состоянию на сейчас 'Беглец остаётся в строю, а их разведчик уничтожен.
Так что инициатива за нами. Противник рассредоточен, слегка дезорганизован, так как его планы рассыпались. И, вследствие этого, уязвим. Но пока о своей уязвимости он не подозревает и никаких гадостей не ожидает. А зря.
Ибо у нас с Гвидо нет никаких повреждений. Зато имеется почти нетронутый боекомплект.И мы превосходим их по скорости и маневренности.
— Доминатор! — теперь необходимо обеспечить тесное взаимодействие «Беглеца» и эсминца под управлением здоровяка, — у нас есть возможность обеспечить защищённый канал для связи с Гвидо?
…Такая возможность есть. Но стопроцентную защиту можно обеспечить только при использовании каналов мыслесвязи, что сейчас представляется нереальным ввиду необходимости маневрирования. Большие расстояния между нашими кораблями просто не позволят нам поддерживать устойчивую мыслесвязь…
— Ну, давай использовать защищённые каналы гиперсвязи, — предложил я, — чтобы их взломать, нужно время. Которого мы этим поросятам, разумеется, не дадим.
…Принял. Устанавливаю связь с эсминцем…
Гвидо с Доминатором быстро договорились и о стратегии, и о тактике. А я позволил себе расслабиться ненадолго.
Правда, решил, что это исключительно моя привилегия — нихрена не делать на этом корабле. Для Дрища я работу таки придумал. Причём такую, которая безусловно нужна, и при этом выполнять её он сможет по-прежнему лёжа в противопергрузочном ложементе.
Поясню. У нас в спецотсеке корабля оставалось шесть дронов «Хобгоблин». Они хоть и лёгкие дроны, но кусачие. И в предстоящем столкновении смогут оказать немалую помощь нашим основным силам.
Дрищ, надо сказать, отнёсся к этому моему предложения даже с некоторым энтузиазмом. Видать ему самому надоело лежать как бревно и смотреть в потолок.
Так что уже через десять минуту вышли в открытый космос. Доминатор учёл и это усиление в своих тактических планах.
Тем временем на карте произошли некоторые, пока не очень заметные, но довольно важные изменения. Все корабли противника пришли в движение.
Доминатор построил на карте вектора их движения, и стало понятно, что эти ребята не нашли нечего лучшего, как направиться к тому месту, где совсем недавно был эсминец. Наверное, они хотели полюбоваться на обломки и сказать последнее «прости» своим безвременно усопшим подельникам.
Нас они, скорее всего не видели. Ибо, как только появились первые признаки того, что к нам стучатся очередные гости, были задействованы стеллс-модули.
Корабли противника двигались не спеша, оставаясь под покровом невидимости, как и мы.
Но, в отличие от нас, у них аппаратуры от Аргуссоса не было.
То есть они нас не видели и даже вряд ли подозревали о том, настолько близко мы к ним находимся. Но то, что они нас вообще не видят, должно было их обеспокоить.
Хотя вполне возможно, что они думали, что их общее численное преимущество даёт им возможность вести себя беспечно.Ну, или, в конце концов, они могли решить, что мы просто сбежали. Если так, то это опасное заблуждение.
Но, возможно я ошибаюсь. Хотя значения это не имеет.
«Беглец» и эсминец, которым управлял Гвидо тоже начали в темпе выдвигаться навстречу «нижнему» эсминцу.
Мы решили выбить сначала наиболее мощные корабли оппонента, а с фрегатами потом уж как-нибудь справимся.
Причём первая намеченная нами жертва вообще шансов не имела, так как пока о нашем присутствии никто не догадывался. Наше нападение будет неожиданным, внезапным и неотразимым.
Единственное, что мы чуть не упустили, это то, что наши дроны модулей невидимости не имели.
Хорошо, что как только мы начали разворот в строну очередного противника, Дрищ временно посадил их на корпус фрегата. Так они оказались тоже прикрыты полем, которое генерировалось стеллс-модулями.
Экипаж эсминца, которого мы избрали своей первой жертвой, внезапного нападения не ожидал совсем.
Они даже не потрудились поднять энергетические щиты. За это и поплатились.
Ракеты мы использовать не стали. Да и без помощи дронов Дрища нам пока удалось обойтись. Они нам потом наверняка понадобятся, а сейчас…
А сейчас Гвидо подобрался на минимальную дистанцию, после сокращения которой никакой стеллс-модуль уже не сможет сохранить полную невидимость корабля.
Потом дал резкий форсаж и ворвался в ту зону, где его лазеры могли наверняка поразить вражеский эсминец. Всё произошло настолько неожиданно, что пилот эсминца среагировать вовремя не успел.
Гвидо с короткой дистанции ударил всеми своими тяжёлыми излучателями и, поскольку щиты отсутствовали, сразу пробил броню вражеского корабля во многих местах. В том числе, разрушил некоторые энерговоды и, судя по тому, что через некоторое время взорвалась силовая установка, фатально повредил систему её охлаждения.
В общем. Эта победа была чистой. Враг даже «мама» сказать не успел.
А вот дальше будет сложнее, ибо теперь все знают, что мы тут и никуда не делись.
Но, знать, это одно, а вот достать, это совсем другое.
Мы, убедившись в том, что от противника остался только оплавленный корпус, резко сменили курс, и устремились ко второму эсминцу.
Но строя свой маршрут мы решили несколько отклониться от прямой и проложить его через то место, где болтался один из фрегатов противника.
И тут сказалось наше превосходство в скорости. Мы успевали к своей цели раньше, чем могло подойти подкрепление.
Фрегат пытался маневрировать, но встречи с нами ему избежать никак не удавалось.
Остальные фрегаты, кстати, поняли смысл нашего маневра и очень быстро сообразили, чем это грозит и им самим. Они поняли, что разделавшись с этим фрегатом, а потом и с эсминцем, мы займёмся уже непосредственно ими. И, если они останутся вдвоём, то вряд ли у них будет шанс устоять против нашей огневой мощи.
А потому они тоже изо всех сил ломанулись к своему эсминцу, бросив своего третьего товарища на произвол судьбы.
Гвидо, обменявшись с Доминатором несколькими фразами, резко ускорился. И его эсминец, и наш «Беглец», заложив крутой вираж устремились к фрегату на предельной скорости.
Ну нет, ускорение поначалу хоть и было довольно ощутимым, но ни я, ни даже Дрищ, который у нас, что ни говори, а послабее будет, не блевали.
А потом ускорение стало снижаться потихоньку, и всё стало совсем хорошо.
Приблизившись к своей тихоходной, по сравнению с нами, жертве оба наших корабля провели комплексную атаку. Незатейливую, но до предела убойную.
Под этими словами я подразумеваю то, что был открыт огонь из всех орудий и лазерных установок. Кроме того, был произведён ракетный залп из всех без исключения пусковых на обоих кораблях.
И результат нас порадовал. Фрегат прекратил своё существование, став на мгновение яркой вспышкой.
Теперь второй эсминец. Мы мчались к нему во весь опор. И не просто так. Торопились мы вполне сознательно.
Время, которое мы можем уделить уничтожению второго эсминца не должно сильно превышать то, за которое мы с первым управились. Ибо если к нему успеют подойти фрегаты, то задача наша серьёзно усложнится. А этого хотелось бы избежать.
Вот тут и пригодились «Хобгоблины». Они стали нашим авангардом. И, будучи более лёгкими, перемещались с гораздо более высокой скоростью.
Дрищ, виртуозно управляя всеми этими машинками, подвёл их почти вплотную к атакуемому кораблю. Естественно, нанести противнику серьёзный ущерб они не могли. Но этого от них и не требовалось.
Они атаковали сенсорные башенки, вели огонь по кожухам, прикрывавшим нежные антенные решётки, ну и вообще, устроили знатную неразбериху. И, судя по всему, не давали экипажу сосредоточиться на том, чтобы подготовиться к нашей главной атаке.
Они думали, что мы не будем менять тактику, и приготовились к лазерному залпу.
Но Доминатор на этот раз рассудил по другому.
Вражеский эсминец не только до предела усилил энергощиты с той стороны, откуда надвигался Гвидо, но даже распылил в пространстве металлическую пыль. Это серебристое облако, которое клубилось над щитами, должно было рассеять импульс лазеров нашего эсминца.
То есть атака лазерами, пусть и тяжёлыми, быстрого успеха не гарантировала. И экипаж эсминца именно на это и надеялся. Он надеялся выиграть время и дождаться спешащих к нему фрегатов. И, воссоединившись с ними попытаться переломить ситуацию в свою пользу.
На «Беглеца» эсминец, кстати, внимания практически не обращал.
Да и вообще, мне показалось, что к нашему фрегату эти ребята относились с явным пренебрежением. А вот зря.
Мы с Гвидо заходили с разных сторон, стараясь взять противника в клещи. И нам это удалось.
Атаку начал «Беглец» выпустив серию средних ракет. Это тоже было несколько неожиданно для наших оппонентов. Ибо фрегаты, как правило несут только пусковые для лёгких ракет. Это понятно, так как далеко не каждый фрегат может пройти углублённую модернизацию в ангарах фирмы Бобера.
Так вот, все выпущенные ракеты благополучно достигли цели и разорвались на щитах противника, резко снизив их энергетическую насыщенность.
В этот же момент Гвидо дал залп из всех своих излучателей. Зрелище было просто феерическое. Огненные спицы вонзились в синеватый пузырь энергетического щита, отчего по его поверхности побежали радужные разводы.
Но вот лазеры перестали жечь почти исчезнувшие щиты и наступила кульминация. То есть Гвидо выпустил все ракеты, что стояли на направляющих эсминца.
А их было много, ракет этих.
На секунду эсминец исчез за вспышками разрывов. Некоторое время ракеты взрывались, а щиты эсминца сдерживали это буйство энергий. А потом они, щиты эти, истощились. И в какой-то момент их не стало.
И теперь ракеты рвали и плавили броню эсминца.
А к тому времени перезарядились и установки «Беглеца». И он, соответственно, продолжил обстрел эсминца.
И, наконец, произошло, то, чего мы добивались. Эсминец вышел из строя. Сразу во множестве мест на его корпусе броня вывернулась наизнанку, выпуская в космос пламя, какие-то мелкие обломки и облачка дыхательной смеси, которые быстро растворились в вакууме.
Перед нами в пространстве кувыркался мёртвый остов. С этим всё.
Nota bene
Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Звезды, пламя и сталь. Книга 9