Глава 1

Полдень двадцать второго дня последнего месяца года.

— Кирка, где ты, дрянная девчонка?

От пронзительного женского вопля во всем доме дрожали стекла, а тончайший фужер из гномьего хрусталя, случайно забытый на столе, разлетелся вдребезги, не выдержав подобных вокальных экзерсисов.

— Ой-ей, мачеха опять не в духе, — пронеслось в моей голове, — ну а мне-то что с того? Мне вон практическую по травоведению надо доделать, — я снова уставилась в конспект, — так, берем корень первоцвета, три листика спорыша, пять цветков капризки…

— Кирьяна, выходи немедленно!

— Вот ещё! — хмыкнула, старательно загораживаясь учебником от зеркала, внутри которого устроила себе комнатку, где могу спокойно заниматься магией.

В доме мне не разрешают. Видите ли от моей магии у мачехи сыпь по телу и прыщи на носу. Аллергия у нее, короче, на меня и мой дар. Нет, я, конечно, понимаю, что сейчас каникулы, но повторение материала никто не отменял.

— Кирьяна, если ты немедленно не выйдешь, я разобью его, — мачеха схватила кочергу и замахнулась на ни в чем неповинное стекло.

— Ну попробуй, — мысленно усмехнулась, откладывая книгу и вызывающе глядя на нее из-за зеркала.

Стекло зачарованное. По нему из пушки стрелять можно, и то не пробьёшь. Сомневаюсь, что у вас, дорогая мачеха, сил на это хватит.

— Что здесь происходит? — в комнату вошёл отец, — Марьяна, дорогая, опусти это, испачкаешься еще.

— Милый, Кира меня совсем не слушается, — мачеха состроила расстроенную физиономию. Отец вздохнул.

Марьяна была всего лет на десять постарше меня, но при этом требовала, чтобы я называла ее «матушка», и вела себя так, словно она здесь хозяйка. А она здесь никто! Это мой дом! Я терплю это недоразумение только из-за отца, потому что он меня об этом попросил. Поэтому стараюсь не спорить с ней и даже, по возможности, не пересекаться, раз уж мы вынуждены пока жить под одной крышей. Однако, Мари возомнила о себе, бог знает что, и считает, что может мною командовать.

— Марьяна, Кира — взрослая девушка, не надо обращаться с ней, как с ребёнком, — отец обнял жену за плечи и поцеловал в щёчку, — что ты от нее хотела?

— Вот, — мачеха помахала перед его носом подозрительно знакомым конвертом, — с королевским вензелем. На имя Кирьяны. Я его из корзины с бумагами достала. Представляешь?

Отец взял конверт, посмотрел, кому он адресован, а затем проверил на охранные заклинания.

— Да, действительно. Кира, — он строго посмотрел на меня, — выйди, пожалуйста, к нам. Это необходимо обсудить, а разговаривать через зеркало не очень удобно.

Тяжелый вздох вырвался из моей груди. Спорить с отцом бесполезно, да и себе дороже. Это с мачехой, которая была человеком, я одним щелчком справлюсь. А вот папенька, который, между прочим, в статусе магистра, мне не по силам. К тому же, пока не окончила академию, я завишу от него. Я вышла из-за стола и шагнула через зеркальную преграду.

— Пойдем, дочь, — отец взял мачеху под руку и кивнул мне, чтобы шла вперёд. Предусмотрительный. Знает, что стоит им отвернуться, и я снова спрячусь в зазеркалье.

Честно говоря, я уже пожалела, что приехала домой. Вот не было меня тут три года, и все жили тихо и мирно. Папенька обихаживал свою новую возлюбленную. Она вила из него веревки. А я преспокойно жила в академии. И жила бы там дальше. Ещё полгода учебы, окончание общего курса и звание бакалавра, потом магистратура и пост преподавателя по общемагической практике. И, да здравствует самостоятельная жизнь!

Но в этом году случилось ЧП. Незадолго до зимних каникул рухнула восточная башня центрального замка. Аккурат та, в которой располагалось общежитие. И все студенты в одночасье стали бездомными. Поэтому нас и отпустили на две недели раньше, к большому неудовольствию моей мачехи. И пока в академии идет разбор завалов, а гномы восстанавливают нашу Alma mater, мне приходится ютиться в мезонине моего собственного особняка, и даже там мне нет покоя от вездесущей Марьяны и ее навязчивых идей по устроению моего будущего.

Зачем ей это? Очень просто. Если я выйду замуж, то этот дом, принадлежащий роду моей бабушки по отцу и все ее состояние, а это немало, достанется ей, как жене моего папеньки. Так вот, спешу тебя огорчить, дорогая мачеха, замуж я не собираюсь в ближайшее лет пятьдесят, а лучше сто. Ты состариться и помереть успеешь, так и оставшись бедной родственницей.

Одного не могу понять. У отца есть прекрасное имение на побережье, состояние тоже немаленькое. Да и климат там поприятнее. Чего она до этого особняка докопалась? Ну да, это же столица! Тут весь высший свет, балы, магазины и прочие развлечения!

Я уже даже начала подумывать о том, чтобы отказаться от наследства бабки, лишь бы Марьяна оставила меня в покое. Но этот старинный особняк был дорог мне. Я тут выросла, и потом он хранил память о моем счастливом детстве и юности. И с какой стати я должна отдавать его Мари? Она даже не ведьма! Да, у меня есть жильё. От матери, погибшей пять лет назад, мне досталось небольшое родовое имение недалеко от столицы. Сейчас им управлял отец, а доходы шли на оплату моего обучения и моё содержание. Но тут дело принципа!

Пока мы спускались по винтовой лестнице вниз, в гостиную, Мари без остановки трещала, что скоро Зимний бал, а она так мечтает побывать там, и поэтому отец просто обязан добыть им приглашения. В гостиной мой родитель со своей жёнушкой уселись на диване, а я, надувшись, устроилась в кресле.

— Кира, я жду объяснений, — отец внимательно посмотрел на меня.

— Каких?

И хотя я прекрасно понимала, о чем он, мне совсем не хотелось обсуждать эту тему.

— Не прикидывайся, Кира, — влезла мачеха, — насчёт письма, ты даже не открыла его. Не открыть конверт с королевским вензелем! Уму непостижимо!

— Нечего тут объяснять и открывать его незачем. Это проделки Алана, — буркнула себе под нос.

Алан, между прочим, это наш младший принц и мой однокурсник. Я знала, что в том конверте, поэтому даже не распечатав его, выбросила в мусорку. Там приглашение на Зимний бал, от его высочества. И обрушение башни — это его рук дело. Просто он всем девушкам в академии пообещал, что пригласит их в этом году на самый главный праздник — Последнюю ночь года. А когда ему напомнили, что каникулы у нас начинаются только с первым рассветом нового года, он лишь хитро улыбнулся и сказал, что уже работает над этим. Ну вот и сработал.

Башня рухнула ровно за две недели до Последней ночи и Зимнего бала, сразу после того, как Алан выскочил оттуда с компанией друзей. Все еще поражались необыкновенному везению, что в общежитии никого не оказалось. Конечно, там никого не оказалось! Все были на общем собрании, в главном зале академии, а эти прохвосты заперли двери. И пока учителя пытались разобраться с криво наложенным, а потому не желавшим сниматься заклинанием, обрушили наше общежитие.

Откуда я это знаю? Ну, у ведьм много способов получить информацию: хрустальный шар, магические карты, волшебный маятник и доска духов… Шучу, это все шарлатанские штучки, чтобы произвести впечатление на обывателя. На самом деле один из сообщников принца проболтался. Так что никакого секрета тут уже нет. Вся академия в курсе. Сам король приезжал осматривать руины и убедиться, что никто не пострадал. А Алан схлопотал наказание — собственноручно, без помощи магии заполнить сотню приглашений, раз уж он так хотел порадовать своих сокурсниц. Да, да, это слова короля.

— Открой, пожалуйста, — отец переместил мне конверт мини-порталом.

Круто, ничего не скажешь. Вот я так не умею. Я вообще по меркам магов мало что умею. Ведьма, что с меня взять. Я пожала плечами и вскрыла конверт.

Охранное заклинание было настроено на меня, поэтому кроме меня его никто бы не смог открыть. Внутри оказалось три приглашения: одно — на мое имя и два пустых. А также записка, в которой говорилось, что меня и еще двух человек, которых я могу выбрать сама, приглашают на праздник Последней ночи и Зимний бал, который начнется двадцать пятого дня текущего месяца и продлится ровно пять дней.

— Ты хотела приглашения на бал? — посмотрела на Мари, — держи. Два приглашения. Можешь отца с собой прихватить или подругу.

Я опустила пустые приглашения в портал, созданный отцом, и через секунду Мари, радостно визжа, налетела на меня с поцелуями.

— Кирьяночка, девочка моя, ты не представляешь, как я рада. Это лучший подарок к Последней ночи года.

— Ты меня сейчас задушишь своей любовью и благодарностью, Мари, — проворчала, пытаясь увернуться от нее.

Против мачехи я ничего не имею. Напротив, я счастлива, что отец нашел себе хоть кого-то после гибели моей матери. Вот только не была бы Марьянка такой назойливой.

— Нам надо срочно отправляться в магазин. Тебе и мне нужны новые платья…

— Я никуда не пойду, ни в магазин, ни на бал. Нечего мне там делать, — я отрицательно покачала головой.

— Но как же так? — растерялась Мари, — ведь без тебя нас не пустят. Кира, так не честно!

Я жалобно посмотрела на отца. Тот лишь усмехнулся и развел руками:

— Такие правила, дочка. Или идем все, или никто.

Черт, вот это я как-то не учла. Марьяна умоляюще смотрела на меня. А я делала вид, что сосредоточено размышляю, стоит ли мне согласиться.

— Ну ладно, — смилостивилась, наконец, над мачехой, — я пойду, но только ради вас. И это в последний раз, когда я делаю такое одолжение.

— Ииии!!! — снова завизжала Мари, хватая меня за руки и сдергивая с кресла, — поехали скорее! Нам завтра вечером надо быть во дворце, а у нас еще ничего не готово!

Она бодро потащила меня к дверям, а мне ничего не оставалось делать, как плестись за ней.

Вечер того же дня.

Ну что сказать? Марьянка меня укатала. Ощущение, будто смену в шахте у гномов отпахала. Водили нас туда на экскурсию на первом курсе. Пещеры показывали, в забой спускали и даже киркой дали помахать. Так вот, я ту кирку только приподнять смогла.

Целый день хождения по магазинам не прошел даром: ноги гудели от постоянной беготни, руки не подымались от множества примерок, а спина ныла от тугого корсета, в который пришлось себя заключить, чтобы перемерить все эти наряды. В довершении ко всему голова раскалывалась от непрекращающихся восторгов и щебета мачехи.

Я приползла домой и, отказавшись от ужина, сразу пошла к себе. Упав на кровать, наконец, решила прочесть свое приглашение. Днем я не успела его посмотреть из-за восторгов Марьяны. На белоснежном листе плотной тисненой бумаги четким незнакомым почерком было выведено следующее:

Дорогая Кирьяна О’Салем. Вы приглашены на Праздник Последней ночи и Зимний бал. Вам и сопровождающим вас лицам надлежит прибыть ко двору не позднее двадцать третьего дня текущего месяца, чтобы принять участие в торжествах.

С уважением, принц Эран.

p.s. с нетерпением жду встречи с вами.

— Что? — глаза полезли на лоб, — Эран? Там будет Эран? Этого еще не хватало! Черт, черт, черт! Нет, ну как можно было так вляпаться? Вот чувствовала же, что не надо открывать этот конверт!

Эран — старший брат Алана, наследный принц нашего королевства и пренеприятнейший тип. Отношения у нас с ним не заладились с самого начала. Вот прямо с нашего знакомства, которого вообще не должно было быть. Но по неудачному стечению обстоятельств и благодаря все тому же Алану, оно состоялось.

Три года назад. Кирьяна.

— Алан, куда мы идем? — я попыталась вырвать руку, но принц лишь сильнее сжал мое запястье.

Я только два дня, как приехала в академию, еще не успела осмотреться и ничего тут не знала. Занятия пока не начались, и первокурсники коротали время, исследуя обширную территорию академии. В тот вечер Алан, с которым я только вчера познакомилась, точнее это он познакомился со мной, предложил сходить на прогулку и в итоге завел меня в какие-то дебри. Надеюсь, у него нет в отношении меня никаких поползновений.

— Скоро узнаешь, почти пришли, — ответил он.

Мы продрались через заросли каких-то кустов. В потемках не успела разобрать, что за вид. А потом он вытащил меня на берег местного пруда. Там, в ярком сиянии луны я увидела Его. Принца Эрана. Парень был лет на шесть-семь старше меня.

(Мне тогда было всего девятнадцать.)

Высокий. Подтянутый. С кудрями цвета воронова крыла. Он, задумчиво опустив голову, стоял на берегу, спиной к пруду, прислонившись к перилам мостка и сложив руки на груди. Услышав нас, Эран поднял голову и пристально посмотрел на меня. В полумраке лунной ночи я больше почувствовала, нежели увидела его взгляд, но сердечко в моей груди ёкнуло. Этот взгляд и выражение лица принца не обещали мне ничего хорошего.

— Вот, я ее привел, — Алан подтащил меня ближе и подтолкнул к нему, — это Кира, — представил он меня, — а это мой брат, Эран. Ну, вы знакомьтесь. А я пошел, — и он тут же исчез, скрывшись в прибрежных зарослях.

Ночь. Луна. Берег пруда, заросший кустарником и старыми ивами, целомудренно скрывающими нас от случайных взглядов таких же любителей поздних прогулок. Серебрящаяся в лунном свете гладь воды, на которой покачиваются огромные белые кувшинки. Хор лягушек на заднем фоне. И Он — сказочный принц, один из лучших магов королевства, красавец, в военном мундире, здесь, прямо передо мной. Романтика да и только! Как в сказке! Ага! В той, где чем дальше, тем страшнее!

По спине пробежали толпы мурашек. Голова закружилась, и мне пришлось воспользоваться магией, чтобы сбросить с себя воздействие. Принц удивлённо вскинул брови, но не произнес ни слова. Стоим, молчим, смотрим друг на друга. Ситуация двусмысленная и уже начала действовать мне на нервы, поэтому осмеливаюсь заговорить первой.

— Добрый вечер, ваше высочество.

Я присела в приветственном реверансе. Принц продолжал молчать, внимательно разглядывая меня.

— Может быть вы объясните мне, что происходит?

— Помолвка, — равнодушно произнёс Эран, и в его руках опасно сверкнуло обручальное кольцо, — тебе выпала честь стать моей невестой, а впоследствии и женой,.

Он выпрямился и, шагнув ко мне, попытался взять меня за руку, но я шустро отступила назад, спрятав руки за спиной.

— А если я не хочу? — вопросительно посмотрела на него, стараясь дать понять, что подобные предложения меня не интересуют.

— Что значит «не хочу»? — удивился принц, — все девочки хотят стать принцессами, а у тебя появился реальный шанс, — усмехнулся он, — иди сюда, — он снова сделал шаг ко мне.

Кажется, намеков он не понимает, ладно, значит скажу, как есть.

— Я — не все. И я — против. Поищите себе другую невесту!

Я быстро отступала под защиту кустов, росших недалеко от берега, через которые мы только что пробирались с Аланом. Нужно убираться отсюда! В голове поднялась непонятная паника. Но как? Бежать-то некуда! В темноте я не смогла быстро отыскать ту тропинку.

— Ты не сможешь отказаться. Магия выбрала тебя, — он продолжал приближаться ко мне, медленно сокращая расстояние между нами.

Настырный! Еще и магию приплел! Всем известно, что магические союзы по договору уже лет сто как не заключают.

— Это какая-то ошибка, ваше высочество, — пискнула с перепугу, — я всего лишь обычная ведьма, не из сопутствующего рода, моя сила не может подходить вам.

— А вот представь себе, подошла, — огрызнулся принц, — знаешь, я тоже не в восторге, поэтому не зли меня, а немедленно подойди сюда…

Ой, это он зря! Пытаться приказывать ведьме может только дурак или самоубийца. На дурака Эран не похож, значит суицидник. Ну что ж, придется его проучить.

Я резко вскинула руки, призывая силу стихий, всех разом.

Таков дар. Владение четырьмя стихиями. Почему тогда ведьмы — слабые? Да потому что мы не можем трансформировать эту силу в заклинания, как это делают маги. Резерва у нас нет, ну, точнее, есть, только очень маленький. Ведьма может вызвать дождь и град, поднять ураган и метель, может обрушить на вас молнию или разжечь огонь, может даже небольшое землетрясение устроить или ускорить рост растений, но выставить прочный щит или вдарить боевым заклинанием не способна. Потому что у нас не сила. У нас дар. Мы — ведающие. И ведаем мы многое, поэтому стихии, как силы природы, нам подчиняются. А еще некоторые из нас видят прошлое и будущее. И самое необычное — мы умеем ходить сквозь зеркала. Вот такой странный набор способностей.

— Кира, давай без глупостей!

Принц, увидев мой жест, тут же попятился от меня.

Поздно, дорогой! Мои глаза начали светиться белым светом. Вокруг уже свистел ветер, раздувая полы моего плаща, словно крылья. Небо уже заволакивали черные тучи. Над нами сверкнула молния, с треском и грохотом обрушившись на кусты позади меня, которые тут же вспыхнули. Теперь уже я, на фоне бушующего пламени, с развевающимися волосами и плащом, и светящимися глазами медленно наступала на принца. Эран сделал еще шаг назад, оступился на скользком мостке и полетел в воду, благо там было не глубоко.

Короче, он сидит на мелководье, набежавшая по моей воле волна еще раз окатила его, оставив у него на голове кувшинку, и пораженно смотрит на меня. А я помираю со смеху, держась за живот.

— Доброй ночи, ваше высочество!

Отсмеявшись, сделала книксен. Все-таки я воспитанная ведьма!

— Поищите себе невесту среди прудовых лягушек! Вдруг одна из них окажется принцессой! Только поцелуйте ее сначала!

Развернулась и пошла прочь. Вслед мне летело:

— Погоди, ведьма, я доберусь до тебя!

А дальше непередаваемая игра слов, от которых у меня уши завернулись, а щеки покраснели.

Эран.

Я с трудом выбрался на берег. Признаться честно, ноги еще тряслись от увиденного. В какой-то момент мне показалось, что она меня сейчас в порошок сотрет. Правильно говорят, не злите ведьму!

А я и не собирался ее злить. Я вообще-то жениться на ней хотел. И чего она так завелась? Другая бы прыгала от радости. Сам наследный принц предложение сделал. Я вылил воду из сапог, прошелся по одежде и волосам заклинанием очистки и сушки. Не надо, чтобы меня в таком виде видели. Позора не оберешься! Сильнейший боевой маг королевства не справился с какой-то необученой ведьмочкой! Да уж, не зря отец их при дворе держит. Говорят, если их вместе тринадцать соберется, то они способны на все. Тут и одной-то много оказалось. Я покачал головой.

В кустах раздалось слабое похрюкивание, похожее на с трудом сдерживаемый смех. Алан, поганец! Так тебя раз эдак!

— Алан, выходи! — рявкнул я, и этот недоросль тут же явился пред мои светлы очи, стараясь не ржать в голос.

— Ты почему меня не предупредил?

— О чем? — веселился мой братец.

— Вот об этом, — обвел рукой раскуроченую поляну.

Передо мной догорали кусты. Вокруг были разбросаны ветки и листья, как после урагана. Черные тучи пока не спешили покидать небо, кучно держась над моей головой. А подломившаяся доска, ставшая причиной моего позорного падения, жалобно поскрипывала, покачиваясь на одном гвоздике.

— Прости, — развел руками этот негодник, — я не думал, что ты ей командовать решишь. Это же девушка, а не твои солдаты.

— Это не девушка, а стихийное бедствие! Нет! Природная катастрофа!

Я не знал, как лучше выразить свое негодование, поэтому дальше было много непечатных слов.

— Короче, ты меня понял.

— Я-то понял, — усмехнулся Алан, — а вот она, похоже, нет. И что ты будешь делать?

— С ней? С ней я вообще больше дел иметь не хочу. Ненормальная! Что у нас ведьм в стране мало?

— Ведьм-то у нас много, — почесал в затылке брат, — О’Салем вот только одна.

— Да и черт с ней! — разозлился я, — больно надо! Женюсь на нормальной ведьме!

— Твое право, я хотел как лучше, — пожал плечами Алан, — пойдём. Поздно уже.

Мы вернулись к зданию академии. В башне общежития светилось одно окно.

— Это ее комната.

Алан указал мне на него, я поднял глаза и увидел, как качнулась занавеска. Окно погасло.

Особняк О’Салем. Спальня Киры. Настоящее время.

И как мне теперь быть? После той истории мы с ним не виделись. Ну, в смысле, лично. Принц провел в академии пару дней, а потом снова уехал в свой гарнизон. Эран — сильнейший боевой маг. Не то, что я. Если бы он тогда не поскользнулся, думаю, плохо бы мне пришлось. Это же только на первый взгляд страшно, а по факту — пшик. Любой справится. Только на испуг и берем.

Мы вообще по другой части. Вылечить там кого или проклясть, любовная магия опять же. Будущее или прошлое посмотреть. Правда, есть в королевской армии отдельное подразделение боевых ведьм. Но даже они в настоящих боях не участвуют. Больше как шпионы или диверсанты. Моя мать служила в таком. И погибла при выполнении задания пять лет назад. Мне восемнадцать было.

Так, не о том думаю. Надо подумать, как себя от Эрана обезопасить. Похоже, кто-то очень хочет поквитаться со мной за тот пруд.

Придумать я ничего не смогла, потому как усталость навалилась неимоверно, рот не закрывался от зевоты, а глаза слипались.

— Ладно, буду импровизировать, — решила я, — это у меня получается лучше всего. И потом может быть он изменился. Три года всё-таки прошло.

— Давай, Кирьяна, раздевайся и ложись спать. Утро вечера мудренее, — сказала сама себе.

С трудом заставив себя встать, освободилась от платья, приняла душ, снова улеглась в кровать и тут же уснула.

Глава 2

— Кирочка, просыпайся, — Марьяна трясла меня за плечо, — нам пора собираться. Мадам Лавю и месье Орле прибудут через час.

Я приоткрыла глаза и потянулась.

— Встаю, Мари.

— Точно? — подозрительно посмотрела на меня мачеха.

Ну да, я люблю поспать, и если надо мной не стоять, могу снова уснуть. Но когда требуется, я вполне способна встать с первого раза.

— Точно, — я села на кровати и взъерошила волосы, — иди, я только умоюсь и спущусь.

— Мы ждем тебя в столовой, милая, — радостно пропела Мари и выпорхнула из комнаты.

Как же я все это не люблю! Балы, приемы, этикет, танцы и реверансы. Фу! Ладно. Обещала, значит, надо делать. Ведьмы держат свое слово. Всегда.

В голове почему-то снова всплыл Эран. А вот интересно, с чего это вдруг он тогда решил мне предложение сделать? «Магия тебя выбрала» — его слова. Хмм! Не понятно. Ну и ладно. Черт с ним, с Эраном. Ну что он мне сделает? Главное, наедине с ним не оставаться. Постаравшись выкинуть принца из головы и быстро приведя себя в порядок, накинула халат и пошла вниз.

Отец с Марьяной уже сидели за столом. Марьяна светилась, как медный таз, и даже отец улыбался чему-то, листая свежую газету.

— Доброе утро, папочка, — подошла к нему и чмокнула в щеку.

— Доброе утро, дорогая.

Тут мой взгляд упал на открытую на дворцовой хронике страницу. Большая такая, красочная заметка:

«Принц Эран наконец-то определился с выбором будущей супруги. Его избранницей стала Кирьяна О’Салем, дочь придворной ведьмы Лорьяны О’Салем, погибшей при исполнении долга…»

Дальше я уже не видела, в глазах потемнело, и меня повело. Отец, быстро подхватив меня, усадил на стул. Резкий запах нюхательной соли, флакончик с которой Марьяна заботливо сунула мне под нос, привел меня в чувство.

— Что, что все это значит? — спросила, заикаясь на каждом слове, и посмотрела на отца.

— Это значит, что ты теперь невеста наследного принца, Кирочка, — Мари обняла меня за плечи и рассмеялась, — потрясающие новости! Я так за тебя рада! Почему ты нам ничего не рассказала?

— Да потому что между нами ничего нет! — вспыхнула я, — мы виделись всего один раз, в академии, три года назад, когда он на поступление Алана приезжал. И все!

— Успокойся, дочь. Это обычная практика, когда маг женится на ведьме. Такой союз усиливает кровь. А поскольку род О’Салем — один из сильнейших в нашей стране, не удивительно, что Эран выбрал тебя, — отец ласково смотрел на меня.

— А если я не хочу? Если у меня другие планы? Может я вообще замуж не собираюсь? — со всей силы ударила по столу так, что тарелки подпрыгнули, а бокалы звякнули.

— Кирьяна, возьми себя в руки, — голос отца стал жестче, но за рамки он не выходил. Еще бы, он с моей матерью двадцать лет прожил, знает, как общаться с ведьмой.

Я всхлипнула.

— Кира, послушай, я не говорил тебе, надеялся, что король передумает, или Эран не согласится, — отец медленно и тщательно подбирал слова, но я почему-то уже знала, что он сейчас скажет, — когда ты родилась, у одной из придворных ведьм было видение. Она рассказала об этом королю. И на следующий день, его величество и принц приехали к нам. Король просил провести проверку на совместимость магии Эрана с твоей.

— Она совместима, — сказала я упавшим голосом.

— Она не просто совместима, она идеально подходит. Вы усиливаете друг друга, — поспешно добавил отец. Я хотела что-то сказать, но он остановил меня, — выслушай меня, Кира, это важно.

Я молча кивнула.

— Твоя мать, Лорьяна, и его величество, Талан Третий, отец Эрана, заключили договор, по которому ты должна стать женой принца, когда тебе исполнится двадцать три года, возраст вступления в силу.

— Почему ты мне об этом не сказал? — выкрикнула я.

На глазах блестели слёзы, а кулаки непроизвольно сжались.

— Потому что Лора просила не говорить об этом, — тихо сказал отец.

— Почему? Зачем это надо было скрывать? — снова сорвалась на крик.

— Так было нужно, милая, и я обещал ей, что не стану рассказывать тебе про договор, пока Эран сам не заявит об этом.

— А он заявил! Три года назад! Тогда, в академии! Он пытался сделать мне предложение!

— Кира! — всплеснула руками Мари.

— Что, Кира⁈ Я уже почти двадцать три года Кира!

Из моих глаз лились слезы. Все мои планы, все стремления рухнули и развеялись. Я не смогу отменить данное матерью слово — слово ведьмы. Оно нерушимо. Я спрятала лицо в ладонях и разрыдалась.

— Успокойся, милая, — рука отца коснулась моих рыжих кудрей, — не надо плакать.

Он обнял меня, и теплая волна его силы укутала меня, даря поддержку. Тихо всхлипывая, прижалась к нему.

— Успокойся, — он продолжал утешать меня, — объясни, почему тебя это так расстроило? Эран — сильнейший маг королевства, принц, красивый и умный молодой человек. Он — достойный жених…

— Я не собиралась замуж, — снова всхлипнула, — я хотела остаться в академии, преподавать, изучать магию, а теперь что? Стать красивой куклой при его высочестве?

— Ты не права, — отец ласково посмотрел на меня, — он не станет тебя ограничивать. Ты вполне сможешь реализовать…

— Да он сходу попытался мной покомандовать! За что и поплатился! — выпалила, перебив его. Вот не смогла промолчать!

— И что же произошло? — улыбнулся отец.

— В пруду его искупала, — хлюпнула носом, — а нечего было давить на меня!

— Ну что ж, бывает, — рассмеялся он, — у нас с твоей мамой тоже не сразу сложилось. Ведьмы О’Салем, все — с характером. Меня она тогда на дерево ураганом закинула, так что принц еще легко отделался. Твоя мать тоже не хотела замуж выходить и тоже до последнего не знала про договор. И мне пришлось приложить немало усилий, чтобы она смогла полюбить меня. Жаль, что ее сейчас нет с нами. Она бы порадовалась за тебя.

— Я могу отказаться? — подняла глаза на отца.

— Нет, дочь, ты не можешь. Магия не позволит. Только если Эран сам решит отказаться от тебя. Тогда договор будет считаться исполненным.

Он вытер мои слезы и поцеловал меня в лоб:

— Вам надо собираться. Не хорошо опаздывать.

Я тяжело вздохнула. Да, опаздывать не хорошо.

— Кира, запомни, я на твоей стороне, — подмигнул мне отец, — всегда был, и всегда буду. Что бы ты не решила.

Я улыбнулась и обняла его:

— Спасибо, папочка.

В голове уже зрел коварный план, как избавиться от нежеланного замужества. Принц должен отказаться от меня сам. Отлично. Спасибо за подсказку, папа.

— Кирочка, мадам Лавю и месье Орле уже приехали, — голос Мари звучал настороженно и немного заискивающе.

Во время всей этой сцены, она благоразумно ретировалась из столовой в гостиную, и теперь нерешительно заглядывала в дверь.

— Иду, Мари, — поднялась и подошла к ней.

Магистр Ричард Фолден, отец Кирьяны.

Я задумчиво посмотрел вслед дочери. Его высочество нужно предупредить. Кирьяна абсолютно точно будет пытаться избавиться от навязанного ей договора.

Я усмехнулся. Сам через это прошел. На какие только ухищрения не шла Лора, чтобы избавиться от меня. Но мне удалось справиться с непокорной ведьмой. И не просто подчинить ее, а завоевать ее любовь.

Испокон веков маги женятся на ведьмах, чтобы усилить свои рода и свою магию. Слабые в магическом плане, ведьмы обладают несравнимо большим в плане знаний и ведания. К тому же их связь со стихиями, передаваемая мужу, гармонизирует и усиливает силы самого мага, позволяя родить одарённых детей. Наш сын, Герхард, старший брат Киры — наследник моего рода, — один из лучших алхимиков королевства. Хорошо, что он сейчас в отъезде и не знает обо всем этом. Иначе бы Эрану было вдвойне тяжелее. Герхард нежно любит сестру и однозначно бы встал на ее сторону.

Лора строго-настрого запретила мне говорить Кире про договор. Моя жена тоже была не в восторге от всего произошедшего. Она мечтала, чтобы дочь была свободной от договоров, и сделала все, чтобы избежать этого.

За месяц до родов, мы в тайне уехали на побережье, в мое имение, где и родилась наша дочь. Однако магию нельзя обмануть. И в ночь, когда Кира родилась, магия назначила ей пару, а у подруги Лоры, придворной ведьмы, случилось видение, о чем она тут же доложила его величеству. И уже на следующий день король вместе с сыном явились к нам с требованием о проверке, которая подтвердила, что Эран и Кира идеально подходят друг другу. Договор был заключён.

Такова судьба всех О’Салем. По законам магии Кира унаследовала род и фамилию матери, а вместе с ними и нелёгкую судьбу стать невестой по договору. Ей выпала честь стать невестой принца. Ведьмы никогда не нарушают свое слово, но на то они и ведьмы, чтобы мастерски находить лазейки даже в самых сложных магических договорах. И О’Салем нашли такую.

Если маг, заключивший договор с ведьмой, сам отказывается от нее, договор считается исполненным, что позволяет избежать отката и наказания со стороны самой магии. Поэтому девочке и не сообщают об этом до тех пор, пока жених сам не сделает первый шаг. А зная характер и свободолюбие ведьм, реакция не заставляет себя ждать. Такая своеобразная ведьмовская проверка на силу намерений мага.

Я не собираюсь мешать дочери, но принцу все же стоит узнать об этом. Возможно, поразмыслив хорошенько, он сам снимет с нее договор. Тем более что Эран уже имеет представление о том, на что способна Кира. Видимо, поэтому за все три года ее учёбы в академии он так и не попытался сблизиться с ней, несмотря на то, что они были знакомы.

Тремя часами позже. Кирьяна.

Спустя два часа мучений, в течение которых меня нарядили в праздничное платье, сделали причёску и легкий макияж, и час сборов, во время которого я маялась в гостиной в компании Мари, мы тряслись в карете, направляясь к загородному дворцу его величества, где обычно и проходили все большие праздники и балы. Я задумчиво смотрела в окно, размышляя, как лучше отвадить от себя принца, который, оказывается, крепкий орешек, и одного раза ему показалось мало.

А что если он просто не знает, что проблему можно решить самым банальным способом? Наверное, не надо сразу пороть горячку, а стоит сначала поговорить с ним. Вдруг он, узнав об этом, сам откажется от меня. С другой стороны, сообщив ему про этот способ, я дам ему подсказку, как действовать в случае, если он и впрямь намерен жениться на мне. Но он же говорил, что ему это тоже не нравится. Думаю, стоит попытаться. Так будет честнее. По сути, Эран не виноват. Он тоже заложник договора. И как знать, вдруг нам удастся стать союзниками и выйти из этой неприятной ситуации без потерь.

Но если он не прислушается к голосу разума, тогда извините. В таком случае он увидит дочь рода О’Салем во всей красе.

— Кирочка, ты уже подумала насчет свадебного платья? — голосок Мари вторгся в мои мысли.

Вот кто о чем, а мачеха про свадьбу!

— Мадам Лавю дала визитку одного потрясающего портного…

— Свадьбы не будет, — спокойно ответила ей, — так что оставь себе. Закажешь потом что-нибудь.

— Как это не будет? Так ведь в газете уже написали…

— Да мало ли что там написали! Не будет и все!

— Но Кира, как можно отказывать его высочеству? — в голове мачехи данная мысль никак не хотела укладываться, — это же…

— А что в этом такого? — насмешливо взглянула на нее, — у нас прогрессивное королевство. Не в темные века живём. Любая женщина вправе выбирать свое будущее…

— Так тебе и выбирать не надо. Само в руки плывет. Кира, одумайся! Если ты станешь принцессой, у тебя будет все, что ты только можешь пожелать!

— Все, что я могу пожелать, — задумчиво повторила я, — да, Мари, у меня будет все, кроме самого главного — свободы и права выбора. А ведьма не может быть несвободной. Ведьма всегда сама выбирает свой путь и свою судьбу. Так учила меня мать.

— Она заключила договор с королем от твоего имени и сама обрекла тебя на это, — ядовито напомнила Мари.

— У Лоры не было возможности отказаться. Таковы законы магии, Мари, — молчавший все это время отец вмешался в наш разговор, — но выбора свою дочь она не лишила. Напротив, она дала ей его. Так что давайте оставим эту тему, тем более что мы уже приехали, — он отодвинул шторку и выглянул в окно.

Действительно, карета уже подъехала ко дворцу и остановилась напротив высокой мраморной лестницы, ведущей к парадному входу. Лакей уже распахнул дверцу и, склонившись в почтительном поклоне, ожидал, пока мы выберемся из экипажа. Отец вышел первым и помог Мари спуститься с подножки. Я замешкалась, поправляя юбки, и не глядя, приняла протянутую мне руку, чтобы выйти из кареты и не навернуться при этом на узких ступеньках.

— Приветствую вас, Кирьяна, — услышав голос, я замерла и медленно подняла глаза.

Эран в парадном мундире, во всем блеске своего королевского величия стоял рядом со мной, крепко сжимая мою ладонь в своей руке. Воспользовавшись моим замешательством и не дав мне опомнится, он быстро надел мне на палец обручальное кольцо. Вспышка магии. Договор вступил в силу. Назад пути нет. Теперь нам не удастся замять это недоразумение и по тихому расторгнуть этот нелепый договор. Теперь только официальный отказ принца снимет с нас обязательства, наложенные договором.

— Зачем ты это сделал! — тихо прошипела, пытаясь высвободиться, — мы могли бы избавиться от договора, не афишируя это.

— А я не хочу избавляться от него, — ухмыльнулся принц, подтягивая меня к себе и в нарушении всех правил этикета обнимая за талию, но при этом не выпуская мою руку, — я хочу, чтобы ты стала моей женой, Кирьяна. И ты ей станешь!

Ого! А вот это объявление войны! Все, мирных переговоров не будет! Ну что ж, твое высочество, ты сам напросился!

— Ведьму нельзя заставить!

Пытаюсь вырваться из его рук. Куда там! Хватка, как у медведя, а по нему и не скажешь.

— Это мы еще посмотрим!

Он прижимает меня к себе, и не давая ни единого шанса увернуться, целует в губы прямо на глазах у всех. В тот же момент со мной начинает твориться что-то странное. В голове — туман, ноги едва держат меня, и если бы не крепкие руки Эрана, которые обнимают мою талию, я бы уже рухнула на землю.

— Вот так, ведьмочка, а ты говоришь, нельзя заставить, — улыбается он, — теперь идём, а то праздник скоро начнется.

Он не спеша ведёт меня к лестнице, помогает подняться по высоким ступеням, осторожно поддерживая, и заводит в гигантские двери дворца. Яркий свет ослепляет меня. Эран помогает мне снять меховую пелерину, ни на секунду не выпуская меня из виду, а затем, все также крепко сжимая мой локоть, ведет в бальный зал.

Гости еще только собираются. Народу пока немного. Сегодня будет лишь офицальный прием, знакомство так сказать, пока без танцев и развлечений, но с фуршетом. Я вообще бы пропустила это мероприятие, но учитывая мое состояние и то, как он в меня вцепился, улизнуть мне вряд ли удастся. И все-таки что со мной происходит? Мне никак не удавалось скинуть оцепенение, охватившее меня после его поцелуя.

Целуется он, конечно, здорово! Внутри аж все перевернулось, и теперь я сама не понимаю, где верх, а где низ. Когда его губы коснулись моих, все тело наполнила какая-то невообразимая лёгкость, а сознание затуманилось. Так, так, так, кажется кто-то нечестно играет, похоже на действие приворотного зелья. С другой стороны, почему нечестно? На войне все средства хороши, а принц у нас военный, и в тактике, и в стратегии разбирается! Вот и устроил мне блиц-криг! Вот только я же еще ничего ни ела и не пила.

— Как он это провернул? — размышляла я.

Мы медленно шли по залу. Эран вежливо отвечал на приветствия, а я тщетно пыталась сосредоточиться. Голова слегка кружилась. Ну и ладно! Зелье имеет ограниченное действие. Прямо сейчас он меня к алтарю не потащит, в постель — тоже, а к завтрашнему утру оно уже выветрится. И я смогу придумать, как мне противостоять этому коварному соблазнителю. А пока можно немного расслабиться. Сейчас я все равно не смогу ничего сделать. У меня до сих пор в голове — легкий звон, а в животе — бабочки.

Что ж, этот раунд за тобой, мой милый принц. Попробуем усыпить твою бдительность, а когда ты уже будешь праздновать победу, нанесем ответный удар! Я покачнулась. Ой, что-то меня совсем повело! Надо бы присесть.

— Эран, — незаметно тяну его за рукав, привлекая к себе внимание, — мы можем отойти куда-нибудь в сторонку? А то будет неловко, если я упаду в обморок у всех на виду.

— Не надо пудрить мне мозги, дорогая, — тихо шепчет мне на ухо мой нежеланный будущий супруг.

— Я серьёзно, мне надо присесть хоть на пару минут, — хнычу я.

Он внимательно смотрит на меня и, кивнув, отводит к одному из столов. Рядом со столами — широкие лавки, на которых можно посидеть, чтобы отдохнуть или перекусить. Эран усаживает меня на одну из них, а сам садится рядом, не отпуская моей руки и не спуская с меня глаз.

— Так и будешь весь вечер смотреть? — пытаюсь смутить его, — ты во мне дыру протрёшь.

— Так и буду, дорогая Кира, — он насмешливо кривит губы в ухмылке, но глаза не отводит, — я готов любоваться на тебя вечно.

Вот сейчас кого-то знатно занесло! Вот ни грамма ни поверю, что он тут воспылал ко мне чувствами! Хотя, я же не знаю, что за зелье ему там намешала придворная ведьма. Может оно в обе стороны действует. Как же оно в меня попало?

— Да через поцелуй! — наконец-то дошло до меня, — это и ежу понятно!

Я сидела, уютно устроившись в объятиях Эрана: на душе было спокойно, по телу разливалась непонятная нега, мысли лениво плыли легкими облачками, а сопротивляться совершенно не хотелось. Но мозг упорно продолжал работать:

— Если это зелье, почему меня тогда так разморило-то? А что, если это не зелье? Надо бы проверить.

— Можно мне воды, — прошу его, — здесь очень душно.

Принц улыбается мне, но даже и не думает подниматься, а лишь знаком подзывает слугу.

— Налей мадмуазель О’Салем стакан воды, — приказывает он.

Нет, ну твоё высочество! Я, конечно, понимаю, что ты — принц, но стол-то, он вот же, рядом. А что это значит? Правильно, это не зелье. Это заклинание подчинения. Нам в академии про такое рассказывали.

Простенькое заклинание, завязанное на действие, с небольшим побочным эффектом. Контролирующий должен постоянно сохранять контакт с жертвой, физический или зрительный. Стоит ему отпустить меня или отвернуться, и все, воздействие пропадёт. Придется снова меня целовать, чтобы восстановить контроль. А вот это вообще запрещенный прием! Хотя ладно, так и быть. Позволю тебе сегодня выиграть.

От нечего делать рассматриваю зал. Я ведь ещё ни разу не бывала во дворце. Жаль, снаружи разглядеть его не удалось. Эран так стремительно взял меня в оборот, что почти весь путь до этой лавки я проделала в состоянии легкого транса.

Огромный бальный зал сверкал отполированным паркетом, искрился светом хрустальных люстр, в которых мерцали десятки магических свечей, таинственно поблескивал мириадами огоньков на огромной ели и переливался бликами в зеркалах, отражавших огромные до пола окна, расписанные морозными узорами, отчего казался еще больше и просторнее. Гости чинно прогуливались, демонстрируя наряды и драгоценности. Мои однокурсницы, сбившись в разноцветную стайку, стреляли глазками, готовясь к своей первой охоте на кавалеров. Я сейчас должна быть среди них, но нет, меня еще на подходе захватил его высочество, воспользовавшись наивностью и неопытностью дебютантки.

Знай я, что такое вообще возможно, я бы уделила больше внимания своей безопасности. Вот почему я не послушала интуицию? Ведь она шептала мне, что с принцем надо держать ухо востро!

— И кто тебя надоумил это заклинание использовать?

Сидеть молча было скучно. До начала еще полчаса, а рассматривать гостей мне надоело.

— Какое заклинание, милая? — Эран оглядывал зал, словно кого-то искал.

— Подчинения, мой принц. Думал, не догадаюсь?

— Нет никакого заклинания, Кира, — усмехнулся он.

Врет, я чувствую, а Эран продолжал:

— Хотя это мысль. Учту на будущее.

Это он сейчас о чем? Да почему же у меня такая вата в голове? Объятия принца определенно плохо на меня влияют. Настолько в них хорошо!

— Тогда может быть ты уже отпустишь меня?

Собрав волю в кулак, снова вяло попыталась выбраться из кольца его рук.

— Ни за что! — победно рассмеялся Эран, — на сегодня ты — моя пленница.

— А как же приветственное слово? Неужели решишь пренебречь своими обязанностями?

— Сегодня очередь Алана. Вот пусть и отдувается. Ты пришла в себя?

— Вполне.

Мысленно пробежалась по телу: дрожь улеглась, голова вроде бы не кружится.

— Тогда пойдём, представлю тебя родителям, — он встал и помог мне подняться.

— Ты, правда, решил жениться на мне?

Разведка боем. Пытаюсь убедиться в его намерениях, а то вдруг это лишь маленькая месть за тот инцидент. А завтра он все отменит.

— Правда, Кира, — ответил принц.

И ведь не обманывает. Что же делать? Напомнить, что с ним будет в таком случае? Попробуем.

— Слушай, я что-то не пойму, тебе одного раза мало было? Или лягушки подходящей не нашлось?

— Угомонись, ведьмочка!

Он провел меня в дальний конец зала, где был расположен выход и лестница, ведущие на балкон. Мы поднялись на второй этаж и оказались в роскошной ложе.

Строгая деревянная отделка из темного дерева эффектно гармонировала с тяжелыми шторами из бордового бархата. Массивные кресла и небольшой диванчик тоже были отделаны бархатом, но чуть более светлого оттенка. Мягкий свет магических ламп теплыми бликами играл на лакированных деревянных завитушках кресел и гнутых ножках кофейного столика, на котором в хрустальных фужерах пенилось игристое, выпуская тонкие струйки пузырьков, а рядом на фарфоровых тарелках лежали разнообразные закуски.

— Ваши величества.

Присела в реверансе, приветствуя монаршую чету. Эран наконец-то отпустил меня, но глаз по-прежнему не отводил. Значит, я права насчет заклинания.

— Здравствуй, Кирьяна, — кивнул мне король, а королева радостно улыбнулась, — смотрю, вы поладили. А ты волновалась, дорогая, — он подмигнул королеве.

Я молча пожала плечами. Ну не ябедничать же! Хотя… Нет, это вообще детский сад. И потом, какая я тогда ведьма, если от простейшего заклинания не смогла защититься. Мне бы вот теперь избавиться от него, а там уж я смогу за себя постоять.

Пока Эран беседует с родителями, стоя у меня за спиной, смотрю вниз. Гости все прибывают, до начала праздника еще десять минут, а в зале уже яблоку упасть негде. Меня привлекает странное движение около дверей. Словно какая-то тень прошмыгнула вдоль стены и скрылась в зеркале. Следом крадётся еще одна. Все внутри обдало холодом. Тени зазеркалья!

— Эр, смотри! Там, в зеркале!

Указываю принцу рукой. Чувствую, как он напрягается.

— Вижу, — цедит сквозь зубы, — присмотрите за ней!

Он толкает меня к королю и тут же порталом перемещается к тому самому зеркалу.

Талан ловко перехватывает меня за запястье, вглядываясь в зал. Пытаюсь осторожно освободиться, в надежде, что король занят мыслями о сыне и не обратит на это внимания, но он крепко держит меня за руку.

Яркая вспышка магии. В зале крики и шум. Визг дам, лязг оружия. Всматриваюсь в общую мешанину, и волосы на голове встают дыбом, несмотря на то, что намертво закреплены в причёску. Тень, воспользовавшись толчеей, затащила Эрана в зеркало. Человек бы погиб сразу, мага хватит минут на пять, а затем он бесследно растворится.

— О Боже, Эран!

Громкий крик королевы, и звук падения тела. Его величество на секунду отвлекается на жену и ослабляет хватку. Этого достаточно, чтобы я смогла вырвать руку. Выскакиваю из ложи, несусь к лестнице и, подобрав юбки, бегу вниз. Порталы — это не моё! А жаль, сейчас бы пригодилось. Мысленно веду обратный отсчёт, продираясь сквозь толпу. Приходится поработать локтями.

Вот это зеркало. Люди толпятся рядом, не зная, как помочь. Принц уже без сознания, у меня осталось не больше минуты.

— Расступитесь!

Мой голос, внезапно обретший силу, заставляет всех отпрянуть. Влетаю в зазеркалье и бросаюсь к нему. Ну что ж ты такой тяжёлый! Бесчувственное тело принца буквально неподъёмное. Волоком, дюйм за дюймом тащу его к стеклу. Там снаружи нас уже ждут целители, чтобы оказать ему помощь. Ну еще чуть-чуть, еще немного! Собрав остаток сил, последним рывком преодолеваю стеклянную преграду, вырывая Эрана из зеркального плена. По инерции валюсь на пол.

Принц лежит неподвижно. Возле него уже хлопочут целители. Я — рядом, в двух шагах от него. Дальше отползти не получилось. Страх за него и напряжение дали о себе знать. Сижу на полу, реву в три ручья, размазывая макияж по щекам. Чьи-то руки подхватывают меня, ставя на ноги. Поднимаю глаза. Отец. За его плечом маячит перепуганная Мари. Утыкаюсь в его грудь, он прячет меня в своих объятиях.

— Тише, тише, Кира, все хорошо. Ты успела. С ним все будет в порядке.

В общем у меня истерика, принц — в отключке, гости — в шоке, а праздник безнадёжно испорчен.

Глава 3

Королевский дворец. Покои наследного принца. Эран.

Открыл глаза. Я в своей спальне. И как я здесь очутился? Последнее, что помню — как проваливаюсь в зазеркалье и мысль: «Мне — конец». Тихий всхлип рядом. Поворачиваю голову. Мать стоит у окна, вытирая слезы.

— Мама…

— Сынок! Очнулся!

Она бросается ко мне и припадает к моей груди, заливаясь слезами.

— Ну что ты, мам. — обнимаю ее, — ну успокойся, все хорошо. Я жив…

— Жив, — всхлипывает мать, — если бы не та девушка, Кира, ты бы умер… Ну зачем, зачем ты туда полез? Ты же принц! Для этого стража есть!

— Что? — от удивления мне кажется, что я ослышался, — что ты сейчас сказала? — переспрашиваю и резко сажусь, заставляя ее отстраниться, — Кира спасла меня?

— А что вас так удивляет, ваше высочество?

Как раз в этот момент в спальню вошел придворный целитель, благообразный пожилой мужчина. Это Жан. Я узнаю его. Хорошо, значит, разум не пострадал от соприкосновения с зеркальной реальностью. Признаться, я впервые слышу, что человека, пусть и мага, можно вытащить из зазеркалья живым. Кира — первая, кто вообще попытался это сделать.

Но целителя эта странность, похоже, не беспокоит. Он подходит ближе и продолжает:

— Она — ваша невеста, и вы ей, судя по всему, очень дороги, и потом она же ведьма, а они могут без вреда для себя посещать зазеркалье. Позвольте, ваше величество, мне надо осмотреть принца.

— Конечно, конечно, — вздыхает мать, утирая теперь уже слезы радости и уступая место целителю, — я пойду, скажу твоему отцу, что ты очнулся.

Я улыбаюсь ей, провожая ее взглядом. Мне уже тридцать, а она печется обо мне как о маленьком мальчике. Хотя в данной ситуации ее волнения были вполне обоснованы. Если бы не помощь Киры, я бы умер.

Лекарь тем временем берет мою руку за запястье, проверяя стабильность работы источника и каналов. Терпеливо жду, пока он закончит осмотр.

— Все в порядке, ваше высочество. Мадмуазель О’Салем действительно успела вовремя. Энергии зазеркалья не смогли захватить ваш источник и повредить ваши каналы. Вы что-нибудь помните?

— Я все помню, Жан, — отмахнулся от него, — и как тень увидел, и как она меня в зеркало затащила, и как сознание потерял. Долго я в отключке провалялся?

— Два часа, милорд, — ответил целитель, — учитывая обстоятельства, вы легко отделались.

— Что с праздником?

— Отменили. Торжественную часть перенесли на завтрашнее утро. Сейчас стража и придворные ведьмы обследуют дворец, запечатывая зеркала.

— Как Кира?

— Она спит. У девочки случилась истерика. Никак не могли ее успокоить. Очень испугалась за вас. Хорошо, что она оказалась рядом.

— Хорошо, — кивнул я, — спасибо, Жан. Ступай, успокой мою мать. А мне надо отдохнуть и прийти в себя после всего этого.

— Доброй ночи, ваше высочество.

Целитель с поклоном удалился, а я сидел на кровати и глупо улыбался своим мыслям.

Кира меня спасла. Эта вредная ведьмочка рискнула своей жизнью, чтобы вытащить меня оттуда. А если бы тень напала на нее и попыталась ее убить? Она же не справилась бы. Ведьмы — очень слабые боевики. Даже самые опытные из них обычно берут не силой, а четким расчётом и хитростью. Сомневаюсь, что Кира вообще что-то просчитывала. Скорее действовала на эмоциях. Увидела человека в беде и ломанулась спасать, не подумав о последствиях.

Вообще удивительно, что она решила помочь, — размышлял я, — после того, как я с ней обошелся. Может и правда — судьба? В любом случае договор вступил в силу, а это значит, что через месяц, когда девушке исполнится двадцать три года, она станет моей женой. И я теперь от нее точно не откажусь.

Фолден, отец Киры, связался со мной сегодня утром за несколько часов до начала приема, пока его дамы прихорашивались, и откровенно вывалил на меня все, что Кирьяна думает по поводу этого договора. Предупредил, что девчонка готова пойти на крайние меры, лишь бы я отказался от нее сам. Просил хорошенько подумать прежде чем активировать договор. По всему выходило, что отец на стороне дочери и не будет помогать мне повлиять на эту упрямицу.

А я что? Я обещал подумать. Думал я долго, минут десять, соображая, как мне теперь лучше все это устроить.

На самом деле я все три года думал об этом. С того самого момента, как она меня в пруд уронила. И так и эдак прикидывал, и понял, что другой жены мне не надо. До сих пор в памяти стояла та картина: Кира со вздетыми к небу руками и светящимися глазами на фоне бушующего пламени. А потом я сижу в пруду, снимая с ушей стебли кувшинок, а она звонко хохочет, хватаясь за бока. Тот смех все ещё звенит в моих ушах.

— Вредная ведьмочка! — улыбка сама собой расползлась по лицу, — Моя! Только моя!

Но проучить ее за то унижение хотелось. Алан надо мной еще год подтрунивал, называя королем лягушек и повелителем луж.

И я не придумал ничего лучше, чем использовать заклинание подчинения. На виду у всех. Отец Киры заметил, но вмешиваться не стал. Только головой покачал и усмехнулся. Весь вид магистра говорил: я слежу за вами, но вмешаюсь в крайнем случае. А пока играйтесь, детки. И лукавая такая усмешка.

Кира тоже догадалась, но не стала сопротивляться, честно признав поражение. Даже с родителями ее познакомил. И все шло хорошо. Если бы не эта тень. Она тоже видела ее…

Я нахмурился. Это плохо. Очень плохо. Вся моя суть вопила, что это только начало. Эх, надо бы свернуть все эти гуляния, и как следует перетряхнуть всю столицу, чтобы найти Призывателя — колдуна, который управляет тенями. Но нельзя. Народ переполошим, а в суете и суматохе он скроется. Опять.

Так уже было. Пять лет назад. Тогда мы его упустили. И Лорьяна, мать Киры, погибла. Тени ее в зеркальный коридор утащили. Так она и не вернулась. А мы сделать ничего не смогли. Никто, кроме ведьм, там ходить не умеет. Лорьяна лучшей была. Ее тело потом нашли, в моем кабинете, а что с душой стало, не знает никто. Хорошо хоть дочь по ее стопам в военные не пошла. Преподавателем хочет быть. И правильно. Лучше она в академии сидеть будет, чем, как ее мать, по зеркалам бегать.

Я встал с кровати и прошёлся по комнате. Вроде все в порядке. Тело слушается, голова соображает. Надо одеться и навестить Киру, да и отцу показаться не мешает, он тоже, наверное, переживает.

Апартаменты Фолденов. Ричард, отец Киры.

Я сидел в кресле и смотрел на огонь в камине, пытаясь отогнать мрачные мысли. В голове все еще мелькали воспоминания сегодняшнего вечера: прокравшаяся в бальный зал тень, Эран, провалившийся в зазеркалье в запале схватки, и Кира, сломя голову, влетающая в зеркало… В тот момент внутри все оборвалось.

Моя жена погибла также. Вошла в зеркало и не вышла из него. Я был там. Помню, как бросился к проклятому стеклу, а в ушах стоял ее истошный крик, когда десяток теней утягивали ее в зеркальный коридор. И я ничего не мог сделать, ничем не мог ей помочь.

А сегодня Кира… Надо же! Бросилась спасать Эрана. А ведь могла бы просто подождать. Разом бы решила все свои проблемы с замужеством. И ей бы слова никто не сказал, тем более что она — не боевик, присягу не принимала и не обязана рисковать собой. Но она об этом даже не подумала! Я ощущал гордость за дочь и леденящий страх, что она закончит также, как и ее мать. А ведь Кирьяна — последняя из О’Салем. Таких больше нет.

Дверь тихо приоткрылась, и в гостиную заглянул Эран.

— Здравствуйте, месье Фолден.

— Добрый вечер, ваше высочество, — я поднялся, приветствуя принца, — как ваше самочувствие?

— Все отлично, благодаря вашей дочери. Я хотел узнать, как она?

— Она спит. Пришлось дать ей успокоительное. У Киры случилась истерика. Она очень испугалась и перенервничала.

— Я очень ей признателен, — Эран вынул из кармана небольшой футляр, — передайте ей, когда она проснётся.

— Хорошо.

Я взял футляр и открыл его. Там лежала изящная бриллиантовая подвеска на тонкой золотой цепочке.

— Я передам, ей понравится, — усмехнулся я, разглядывая подарок и проверяя его на магию.

Подвеска была зачарована на поиск. С ее помощью Эран сможет следить за Кирой.

— Ваше высочество, — я серьёзно посмотрел на него, — будьте в следующий раз осторожнее. Я не хочу, чтобы моя дочь погибла, как ее мать.

— Я тоже не хочу этого, Ричард, — нахмурился Эран, — а для этого нам придётся найти Призывателя как можно скорее. Не волнуйтесь, все зеркала во дворце запечатаны. Теням не пробраться сюда.

— Хорошо, рассчитываю на вас, — я снова опустился в кресло.

Двадцать четвёртый день текущего месяца. Утро. Апартаменты Фолденов. Кирьяна.

Я проснулась и долго пыталась понять, где я. Это не моя комната в общежитии и не мой особняк. Роскошное убранство. Золоченая, обтянутая бархатом мебель, тяжелые портьеры на окнах. Постепенно в голове прояснилось: я во дворце, вместе с отцом и Мари. Нас пригласили на Зимний бал. А это, похоже, моя спальня.

Села на кровати и посмотрела в окно. Там едва начинался рассвет.

— В принципе можно еще поваляться, — решила я и снова откинулась на подушки.

Сегодня мне снова предстоит встреча с Эраном. Воспоминания о вчерашнем происшествии накатили на меня, по спине прошел холодок, а сердечко сжалось. Надеюсь, он в порядке. Вчера меня к нему не пустили, отговариваясь тем, что он под присмотром целителей. А когда я снова начала истерить, требуя, чтобы мне предъявили моего будущего мужа, и вовсе напоили снотворным, после чего я отключилась. Какой-то странный эффект у этого заклинания. С чего бы вдруг мне беспокоиться о нем? Он из меня марионетку сделал, а я за него волнуюсь. Не понятно.

Я села на кровати.

И как мне теперь быть? Да, вчера я спасла его. А что мне оставалось делать? Смотреть, как он там умирает? Я бы для любого это сделала. Главное, чтобы теперь принц не принял мой благородный порыв за капитуляцию. Замуж за него я по-прежнему не собираюсь. Надо подумать, как себя с ним вести. После всего произошедшего, игнорировать его будет глупо. Вот угораздило же его так вляпаться, и меня вместе с ним. Ладно, попробую изобразить что-то вроде холодного равнодушия. Для меня это будет сложно, я же ведьма, вспыхиваю как лесной пожар.

Но прежде всего надо оградить себя от его попыток воздействовать на меня. Оградить… И вот как это осуществить? Одно дело — сказать, другое — сделать. Ну не можем мы противостоять магам. Наша магия не для сражений, она — для другого. Мы учим, лечим, поддерживаем. Да, и мы можем сражаться. Моя мама — яркий тому пример, но таких среди ведьм — единицы, и потом это тоже особый дар.

А ведь когда-то ведьмы и маги являлись двумя половинками одного целого, идеально дополняя друг друга. Ведьмы хранили знания, учили людей, а маги защищали и нас, и их, оберегая и помогая. И все были счастливы. Но потом… Потом произошел великий раскол, перевернувший все, а затем и это забылось и кануло в прошлое, и теперь ведьмы, маги, люди — вообще каждый сам по себе. И все бы ничего, но без союзов с магами, ведьм становится все меньше. С каждым десятилетием род за родом приходит в упадок и исчезает. Вот и от О’Салем осталась только я.

Вздохнув, встала и начала одеваться. Как же поступить? Не хочу я быть безвольной куклой в его руках, а любое защитное заклинание требует расхода сил, которых у меня и так немного. Взгляд упал на мамино кольцо, которое после ее смерти я носила, не снимая. Отец отдал мне его в день ее похорон. Придется использовать его.

Кольцо являлось накопителем и позволяло не задействовать свой резерв на поддержание охранных заклинаний или щитов. Я сформировала универсальный щит. Не самый мощный, но от подлянок принца меня убережёт. Отлично. Теперь можно и позавтракать, особенно учитывая, что поужинать мне вчера не удалось. Для общего завтрака еще рано, поэтому пойду прогуляюсь до кухни. Повара уже должны были приступить к работе, так что надеюсь, хоть чаю с бутербродами удастся урвать. Крадучись, проскользнула через гостиную и тихо вышла из апартаментов.

Я шла по еще пустым коридорам дворца, в полумраке которых взгляд выхватывал то какой-то портрет на стене, то стоящие в нише доспехи, и честно пыталась не трусить и не срываться на бег. Было явственное ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Я вздрагивала при каждом шорохе, а стук сердца вторил моим шагам. Откровенно говоря, было жутковато, поэтому ничего удивительного, что внезапно столкнувшись с Эраном в полутемном проходе, я завизжала так, как будто увидела восставшее умертвие.

— Тише ты, полоумная, чего орешь?

Принц грубо припечатал меня к стене, зажав мне рот, и зажег светляк.

— Кира? — он аж оторопел от удивления, разглядев, кто перед ним, — что ты здесь делаешь? — он разжал руки, отпуская меня.

— На кухню шла, хотела перекусить что-нибудь, а тут ты, пугаешь меня, — обиженно произнесла я, потирая ушибленный локоть.

— Ну прости, — он как-то странно посмотрел на меня, — это еще кто кого напугал. Я тоже не ожидал встретить тебя тут в столь ранний час. Сильно ушиблась?

Он протянул ко мне руку, а я, помятуя, чем для меня это вчера закончилось, шарахнулась от него. Правда, деваться мне было особо некуда. Принц зажал меня в углу, поэтому я снова налетела на стену, но уже другим локтем. Из глаз брызнули слезы. Руку прострелило от плеча до кончиков пальцев.

— Ну вот чего ты дёргаешься, — он покачал головой, — не съем я тебя!

Его руки сжали мои плечи, прогоняя по мне тёплую волну энергии и успокаивая боль.

— Опять заклинание подчинения хочешь наложить? — я вскинула голову.

— Не буду я на тебя заклинание накладывать, и потом на тебе щит, через него не подействует, — он усмехнулся, — пойдём, ведьмочка моя неуклюжая, покормлю тебя.

Он взял меня под руку и потащил по темному коридору.

Какой глазастый! Хотя чего я удивляюсь! Любой, имеющий силу или дар, видит магические проявления. А принц не просто обладает силой, а очень даже хорошо ей владеет. Да и физически он сильнее, так что мне ничего не оставалось, как подчиниться и следовать за ним.

Вскоре мы добрались до дворцовой кухни, которая оказалась на первом этаже в дальней части дворца, и без помощи Эрана я бы ее ни за что не нашла, даже если бы бродила тут целый день.

На кухне уже кипела работа. Повара гремели посудой, поварята радостно перекрикивались, а посудомойки от нечего делать пока заигрывали с дворовыми, которые приносили дрова, разжигали плиты и убирали мусор.

По приказу Эрана, нам накрыли легкий завтрак в небольшом закутке, который по всей видимости, использовался прислугой как своеобразная комнатка для отдыха.

Там было относительно тихо. Толстые, где-то в фут, каменные беленые стены приглушали доносящийся с кухни шум. Большой деревянный стол, крашенный белой краской, такие же стулья, настенный светильник в стеклянном абажуре, отбрасывающий на стены радужные блики, создавали теплую атмосферу прованса, которую дополняли светлые деревянные полки с расставленной на них керамической посудой и ситцевые оконные занавески в мелкий цветочек.

И пока я ела блинчики с черничным джемом, запивая их морсом, принц с аппетитом поглощал глазунью с беконом и пил чай, периодически поглядывая на меня.

— Наелась? — насмешливо спросил Эран, когда я отодвинула пустую тарелку и откинулась на спинку стула.

— Да, спасибо, — я промокнула губы салфеткой, стараясь не обращать внимания на его тон, — все было очень вкусно.

В желудке была приятная сытость, от наполняющегося энергией резерва шло мягкое тепло, разливаясь по телу, а настроение стремительно ползло вверх и вредничать мне пока не хотелось. Я улыбнулась:

— Просветите меня, что запланировано на сегодня, ваше высочество? — пытаюсь создать видимость светской беседы.

Молчать не вежливо, тем более он сам начал разговор. Надо перевести наше теперь уже неизбежное общение в официальные рамки. Пусть не думает, что от одного неформального завтрака с ним я тут же растаю и, преисполнившись благодарности, сдамся на милость победителя. Ничего подобного! Переходим в глухую оборону этикета!

— Сначала завтрак и торжественный прием, —начал Эран.

Он тоже решил пока сменить свой командирский тон на более дружелюбный. Видимо, и его еда настроила на благодушный лад.

— Затем у гостей будет свободное время. Можно побродить по дворцу, сходить в картинную галерею или в оранжерею, можно прогуляться по парку. Ты что предпочитаешь? — внезапно поинтересовался он.

— Ну, картины я не люблю, к цветам равнодушна, — тут я ни разу не лукавила и была совершенно искренна, — а вот погулять по парку можно.

— Прекрасно, значит, я зайду за тобой после официального завтрака, и мы сходим с тобой на прогулку, — совершенно серьёзно заявил он, вогнав меня в состояние легкого недоумения.

Он, что, пытается ухаживать за мной?

— Потом будет обед, а вечером состоится первый бал в преддверии праздника Последней ночи. А поскольку ты — моя невеста, то танцуешь ты сегодня только со мной, — безапелляционно подытожил принц.

— А нет, показалось! — с облегчением выдохнула я про себя и добавила вслух:

— Вот еще! Встаньте в очередь, ваше высочество. Моя бальная книжка расписана на месяц вперёд. Невеста — еще не жена, на нее это правило не распространяется.

— Можешь выкинуть свою книжку, — насмешливо произнёс он, — будет, как я сказал. А что до свадьбы, так это я могу быстро устроить.

— Не можешь, мне еще не исполнилось двадцать три, — от возмущения снова сбилась на фамильярный тон, — ни один служитель нас не обвенчает, — я торжествующе посмотрела на него,

— Да, действительно, я и забыл, что ты еще маленькая, — рассмеялся Эран.

Вот и зачем он так! А я-то уже начала подозревать в нем нормального парня.

— И ничего не маленькая, — обиженным тоном сказала я, вставая из-за стола и давая понять, что не намерена выслушивать его шуточки, — осталось всего пять дней.

Ой, кажется, это было лишнее. Глаза Эрана злорадно сверкнули.

— Так ты родилась в последнюю ночь года? — уточнил он.

— А ты не знал?

Мне стало не по себе. От его пристального взгляда хотелось спрятаться и одновременно продолжать смотреть в эти темные завораживающие глаза.

— В твоей метрике указано, что твой день рождения в последний день первого месяца года. Я читал твое личное дело в академии.

— Да, это мама так меня записала, — я окончательно смутилась и потупила глаза.

— И зачем? — совершенно искренне удивился принц.

Ведьмы хорошо ощущают эмоции и легко могут отличить, искренен человек или нет.

— Не знаю, — я пожала плечами, — я родилась ровно в полночь. Аккурат между старым годом и новым.

— Собственно, это не так уж и важно.

Он тоже поднялся и подошел ко мне. Взяв меня за руку, Эран взглянул на обручальное кольцо на моем пальце.

— Мы вполне можем подождать лишний месяц. Пойдем, — примирительно произнес он, — провожу тебя до ваших апартаментов.

— Эран, и все-таки, почему ты решил подтвердить договор?

Я шла рядом с ним, окончательно потерявшись и запутавшись в своих чувствах к нему. Принц, оказывается, умеет быть милым и заботливым.

— Потому что твоя магия мне подходит, — подчёркнуто равнодушно ответил он.

Но тонкое чутье ведьмы подсказало мне, что это всего лишь маска, за которой он пытается скрыть что-то еще.

— Только из-за этого?

Мне нужно было услышать от него правду, чтобы понять, что же мне делать дальше.

— А разве этого мало? — он пожал плечами, не позволяя мне проникнуть за это показное равнодушие.

— То есть все остальное для тебя не важно? — я чувствовала, как меня охватывает гнев, и я начинаю закипать, — а меня спросить, хочу ли я этого?

— Не хочешь, — утвердительно ответил он мне, чем опять выбил из колеи, — это я еще три года назад понял. Только знаешь что…

Тут он замолчал и остановился, развернув меня к себе лицом. В его взгляде промелькнуло что-то, чего я не успела осознать.

— Что? — я посмотрела на него снизу вверх, — договаривай.

— Решил, что ты еще не доросла до отношений, поэтому так среагировала, — усмехнулся он, — а теперь… теперь я просто не могу от тебя отказаться. Прости, — он наклонился ко мне и быстро чмокнул меня в щеку, вогнав почему-то в краску, — спасибо, что спасла меня. Идем!

И вот сейчас он был искренен.

Весь дальнейший путь до моих комнат мы проделали молча. Я пыталась осознать и переварить сегодняшнее утро, Эран же просто ничего не говорил, погруженный в свои мысли. Подведя меня к дверям, он кивнул мне и удалился. А я еще минуты две стояла на пороге, глядя ему вслед.

Глава 4

Отец и Мари уже встали, и когда я, наконец, вошла в комнату, мачеха, как обычно, набросилась на меня с упреками:

— Кира, где ты была⁈ Я чуть с ума не сошла! Захожу будить тебя, а нашей девочки и след простыл!

Она стояла посреди комнаты, уперев руки в бока. Вот такая у нее странная манера беспокоиться за меня.

— Доброе утро, дочь, — сидевший на диване отец отвлекся от газеты и строго посмотрел на меня, — ты расскажешь, где пропадала все утро? Мари очень волновалась.

— Зря.

Я кинула взгляд на мачеху, которая еще не вышла из образа заботливой мамаши и теперь нервно заламывала руки, пытаясь донести до неблагодарной меня всю глубину своих переживаний.

— Мы просто завтракали с Эраном.

Прошла через гостиную и плюхнулась на диван рядом с отцом.

— О, это замечательно! Я рада, что ты решила образумиться! — мачеха тут же сменила гнев на милость, — как здоровье его высочества?

— Насколько я могу судить, он — в полном порядке и пригласил меня на прогулку по парку после утреннего торжественного приема, а еще заявил, что я могу выбросить свою бальную книжку, так как все мои танцы принадлежат ему.

Я взглянула на Марьяну, которая строго придерживалась всех этих правил, и каждый раз негодовала, если я по забывчивости или невниманию нарушала их. На ее лице появилась расстеряная улыбка.

— Но это же противоречит этикету! Он, верно, пошутил, — неловко рассмеялась она.

— Отнюдь, — я поджала губы, не увидев в этом ничего смешного, — он сказал, что ему наплевать на этикет и правила приличия, и что он не может от меня отказаться, — я перевела взгляд на отца.

— Я думаю, тебе стоит дать ему шанс проявить себя, — мягко улыбнулся отец, — и познакомиться с ним поближе.

— Почему мама изменила дату моего рождения? — тихо, чтобы Мари не услышала, спросила я у него.

— Сейчас не самый подходящий момент.

Отец посмотрел на Марьяну, дающую в этот момент указания горничной, которая пришла помочь нам собраться на завтрак.

— Я все объясню тебе попозже.

— Так, Кира, — Марьяна резко повернулась к нам, — давай бегом в душ, у тебя есть минут двадцать, пока Дора приготовит наши наряды. Давай, давай, поживее, — поторопила она меня.

Я поднялась с дивана и тяжело вздохнув, поплелась в свою спальню.

— И нечего вздыхать, — донеслось до меня из гостиной, — это для твоего же блага.

И снова мне пришлось терпеть эту пытку, пока горничная затягивала мой корсет, помогала надеть наряд и укладывала мои волосы. Хорошо хоть макияж на завтраке не требуется, хотя ресницы по распоряжению мачехи она мне подкрасила.

— Чтоб глаза были выразительнее, — заявила Мари.

Сидя перед зеркалом в своей спальне, я мечтала сейчас просто шагнуть в это дрожащее, словно водная гладь, стекло, и оказаться в зазеркалье, где меня никто не достанет и не потревожит. Однако это было невозможно. На зеркале красовалась магическая печать, которая просто не позволит мне пересечь границу между двумя мирами.

— Вот к чему это все, раз он и так решил на мне жениться? — раздраженно спросила я.

— Мы же при дворе, дорогая, ты должна выглядеть соответствующе, — ответила мачеха, которая руководила моими сборами, стараясь придать мне презентабельный вид.

Ну да, железный довод: «Ты должна!» Никому я ничего не должна! Особенно Эрану! Это он мне должен! Я снова завелась. Спасибо, Мари! Ты неплохо разозлила меня своими ухищрениями. Теперь Эрану будет крайне сложно очаровывать меня.

— Эран заходил вчера вечером к нам, узнать, как ты. И хотел увидеться с тобой. Но ты спала, и я не разрешил беспокоить тебя. Он просил передать тебе это. В качестве благодарности за его спасение.

Отец вошел в мою спальню и положил передо мной раскрытый футляр, в котором на бархатной подложке переливалась всеми цветами радуги бриллиантовая бусинка на тоненькой цепочке.

— Наденешь на завтрак?

Эран заходил вчера? То есть он волновался обо мне? Почему? Я рассматривала украшение. Красивое, неброское, как мне нравится. Принять или нет? Хотя почему нет? Оно вполне заслуженно. Я едва не надорвалась, пока тащила его.

— Хорошо, — улыбнулась я.

Отец, взяв подвеску, надел ее на меня. Бусинка очень органично вписалась в образ.

— Какая прелесть! — восхитилась мачеха, — Кира, я прям тебе завидую! По хорошему, конечно, — она ласково посмотрела на отца, — и очень за тебя рада.

Ну вот, весь боевой настрой как ветром сдуло, и я опять в сомнениях. Мы шли втроем к банкетному залу, где должен был состояться завтрак. По дороге к нам присоединялись другие приглашенные. Приходилось ежеминутно раскланиваться и приветствовать кого-нибудь. В зале уже было шумно и многолюдно. Лакеи помогали гостям рассесться по местам.

— Мадмуазель О’Салем, — ко мне с поклоном подошел слуга, — ваше место за королевским столом. Позвольте проводить вас.

Я испуганно оглянулась на отца. Остаться один на один с королём и королевой, а также двумя принцами было страшно! Он ободряюще кивнул в знак поддержки. Мари, как обычно, тоже внесла свою лепту!

— Спину выпрями и плечи расправь, — прошипела она прямо мне в ухо, — помни о манерах и смотри, не опозорь нас!

Вот, то что нужно! Заряд здоровой злости! Все-таки умеет мачеха создать нужный настрой! Особенно негативный. В этом деле она — мастер.

Вскинув голову, я шла за слугой. Правда, чем ближе мы подходили к королевскому столу, тем шире становилась улыбка Эрана, а вот моя решимость стремительно угасала. Он явно срисовал меня еще на входе в зал, и теперь поджидал, чтобы сцапать, как кот мышонка. Вот ей богу, чуть ли не облизывается, глядя на меня!

Приветствую короля и королеву, склоняясь в реверансе и получив позволение, усаживаюсь за стол. Мое место рядом с принцем. Напротив меня сидит Алан, ухмыляясь во все тридцать два зуба. Вот он, истиный виновник моих мучений! Ему-то хоть бы хны, сидит вон, наслаждается праздником и в ус не дует! А мне страдай! Несправедливо!

— Кира, как здорово, что ты ответила на приглашение брата! — зубоскалит младший принц.

Вот ты не мог помолчать! Я и так еле сдерживаюсь, чтобы немедленно не сбежать куда подальше!

Рука Эрана ложится мне на колено. Это возвращает меня в реальность. Паники больше нет, зато вновь появляется гнев. Да, под столом не видно, но это же не значит, что меня можно лапать!

— Успокойся, — тихо шепчет принц.

Его пальцы впиваются в мою ногу. Едва не вскрикиваю от боли.

— Не надо сейчас демонстрировать свой ведьминский норов. Это все равно не поможет. У тебя еще будет время потрепать мне нервы, Кира, — он наклонился ко мне, почти касаясь губами моего уха, — и улыбайся.

Я расцветаю в улыбке. Со стороны может показаться, что Эран нашёптывает мне что-то очень приятное. Краем глаза вижу радостный блеск в глазах королевы и одобрительный кивок короля.

Мы тут, что, изображаем счастливых влюбленных? Чувствую, как в груди закипает негодование. Мог бы и предупредить, раз уж ему так важно, чтобы родители считали, что между нами что-то есть! Зачем кидать неподготовленную меня грудью на амбразуру!

— Если попытаешься что-нибудь выкинуть, наложу заклинание подчинения, при всех, и твой жалкий щит мне не помешает, — шепот становится угрожающим.

Медленно выдыхаю, и продолжая лучезарно улыбаться, киваю ему, словно соглашаясь на что-то. Тем временем мои пальцы уже нащупали его руку, и острые ноготки впились в его запястье. Эран не подает виду. Тянусь к нему, чтобы ответить.

— Уберите руку, ваше высочество, иначе я за себя не ручаюсь, — мило хлопаю глазками.

— О чем же это воркуют наши голубки? — интересуется младший принц.

Бросаю на него гневный взгляд, чем вызываю лишь очередную усмешку. Алан! Чтоб тебя! Противный мальчишка!

— Его высочество предложил прогуляться по парку после завтрака, — выдавливаю из себя. Надо же как-то выходить из ситуации, — я согласилась.

— О, это просто замечательно, что вы так быстро нашли общий язык с моим сыном, дорогая! — одобрительно кивает королева.

Ну ваше величество! И вы туда же!

— Да, матушка, на самом деле мы знакомы уже три года, — Эран перехватывает инициативу, видя моё заведенное состояние, — и за все это время мы не разу не поссорились, ведь так, дорогая?

Конечно! Мы и виделись за это время всего один раз. Ведь после того поистине потрясающего знакомства с моими способностями, ты так и не решился приблизиться ко мне. Хотя два вечера кряду я наблюдала тебя под своими окнами. Что ты там высматривал, для меня так и осталось загадкой. Однако потом ты уехал, чтобы спустя три года вновь возникнуть на моем безоблачном горизонте.

— Совершенно верно, ваше высочество. У нас так и не возникло поводов для недопонимания и ссор, — отвечаю с очаровательной улыбкой.

— А как же ваше первое свидание? — влезает в разговор Алан, — помнится, Эран тогда знатно вымок!

Ну все, ты сам напросился! Алан, ты разбудил во мне настоящую ведьму, которая сейчас как раз замышляет одну весьма детскую, но обидную пакость. Ну должна же я хоть как-то удовлетворить уязвлённое самолюбие и гордость. И раз уж я не могу потягаться с твоим братом, то ты, Алан, мне вполне подойдешь.

Незаметно кастую заклинание. Огромная коричневая жаба с противным шлепком падает на его тарелку.

— Ква-а-а! — она смотрит на Алана выпученными жёлтыми глазами, — ква-а-а!

Алан подпрыгивает на стуле, пытается встать, но наступает на внезапно развязавшийся шнурок своего ботинка и, запутавшись в ногах, плюхается на пол, едва не снеся стол.

— Ква-а-а, — раскатисто произносит жаба и прыгает лежащему на полу принцу на грудь, после чего складывает губы трубочкой и, звонко чмокнув его в нос, исчезает.

— Мальчики, что вы устроили! — возмущённо вскрикивает королева, — что за ребячество! Вы же взрослые! Немедленно прекратите!

Я сижу, изо всех сил делая невинное лицо. Король прячет улыбку. Алан уже встал и вернулся на свое место. Гневно смотрит на брата, который добродушно улыбаясь, качает головой, но в глазах мстительный блеск. Гости, к счастью, ничего не заметили. Эран заранее прикрыл наш стол иллюзией.

— Так что случилось на вашем первом свидании, Кирьяна? — королева хочет подробностей.

— Ничего особенного, ваше величество. Нелепая случайность и досадное недоразумение. Просто доска на мостике подломилась, и Эран, поскользнувшись, упал в пруд. А Алану, который подсматривал за нами, показалось, — бросаю на него предостерегающий взгляд, чтобы не смел спорить, — что мы повздорили, и я толкнула Эрана.

— Да уж, это было забавно, — подхватывает старший принц, — мы тогда долго смеялись над этим происшествием.

Королева удовлетворилась нашими объяснениями, и мы наконец-то смогли перейти к завтраку. Когда с ним было покончено, его величество сказал приветственную речь, объявил начало Зимнего бала, и на этом торжественная часть завершилась.

После завтрака гости разошлись кто куда, а мы с Эраном направились в мои апартаменты. Хотя в этом и не было надобности, поскольку этикет этого не предписывает, Эран решил проводить меня до комнат, чтобы я могла переодеться на прогулку.

Я бы вполне дошла самостоятельно. Боится, что сбегу, что ли?

Под конвоем принца, а по другому это не назовёшь, я шла по коридору. Внезапно нас нагнал Алан.

— Ты зачем это сделал? — голос парня звенел от гнева.

— А нечего лезть, куда не просят, — с ехидной улыбкой ответил Эран, — скажи спасибо, что легко отделался. Будешь в следующий раз думать кому и о чем рассказывать.

Я молчу. Эран тут не при чем. Это я. Он, напротив, заметив, что я колдую, иллюзию создал, чтобы подданные не увидели позорного падения младшего принца и его поцелуя с жабой.

— Я тебе это припомню, — зло проворчал Алан и скрылся в каком-то проходе.

— Спасибо, что не выдал меня, — я, правда, благодарна ему за молчание.

— Ерунда, — улыбается Эран.

Сейчас его улыбка теплая и совсем не похожа на его привычную ухмылку.

— Алан давно напрашивался. Сам виноват. Жаба-то, надеюсь, не пострадала? — он рассмеялся.

— Нет, — смеюсь вместе с ним, — мой фамильяр вполне способен о себе позаботиться.

— Твой фамильяр — жаба? — удивлению Эрана нет предела, — я думал, девчонки боятся подобных тварей.

— Вита — не тварь, в смысле не животное, это магическое создание, рождающееся вместе с ведьмой и умирающее вместе с ней. Она может принимать любой облик. Просто ей тоже хотелось проучить Алана за его проделки, — поясняю я, — вот она и подыграла.

— Спасибо ей, — улыбнулся Эран, — брат после того случая все никак не мог успокоиться. Надеюсь, теперь перестанет.

Мы подошли к апартаментам. Эран открыл дверь и, пропустив меня, зашел следом. В покоях было пусто. Видимо, отец и мачеха тоже решили воспользоваться моментом и прогуляться.

— Иди, одевайся. Я подожду тебя здесь, — он присел в кресло.

— Боишься, что сбегу? — усмехнулась я.

— От меня не сбежишь, — самодовольно хмыкнул Эран, — кроме теней это пока никому не удавалось.

— Кто это, ну, эти тени? — от их упоминания по спине пробежал табун мурашек, а волосы на затылке неприятно зашевелились.

— Существа с обратной стороны мира, — хмуро ответил принц, — они — безобидные, пока сидят у себя, но попав к нам, звереют и становятся опасными.

— А как они попадают сюда?

Я поёжилась и обхватила себя руками. Противный липкий страх прокрался в самое нутро, выстужая все внутри.

— Они сами не могут попасть. Их призывают. Есть маги с такой способностью, их называют Призывателями. Они повелевают тенями и способны выдернуть их в наш мир.

— Зачем? — почти шепотом спросила я.

— Чтобы использовать их в своих темных делишках, — покачал головой Эран и взглянул на меня, — не бойся.

Он, быстро поднявшись, подошел ко мне и обнял, прижав к себе. Сразу стало так легко и спокойно, как будто тебя укутали в мягкое теплое одеяло.

— Сами по себе они ничего тебе не сделают, главное, держись подальше от зеркал в их присутствии. В зазеркалье их силы возрастают многократно.

— Откуда ты знаешь? — я подняла на него глаза.

— Твоя мать, Лорьяна, рассказывала. Она служила в спецотряде. Сначала мы служили вместе, она многому научила меня, а потом уже Лора служила под моим началом. Я хорошо ее знал. Она была одной из лучших. Ей часто приходилось сталкиваться с ними. Они ее и убили, а мы ничем не смогли помочь.

В голосе Эрана звучала горечь и досада, он все ещё считал себя виновным в ее смерти, как и мой отец. Тот тоже долго не мог смириться с тем, что ее больше нет.

— Ты ни в чем не виноват, — я зачем-то обняла его в ответ.

Воспоминания о Лорьяне О’Салем как-то странно сближали нас, будучи чем-то, что нас объединяло.

— Спасибо, — он крепче прижал меня, — спасибо, что не винишь в ее смерти.

Мы стояли, замерев, какое-то время. Скрип двери нарушил момент нашего единения, и мы непроизвольно отшатнулись друг от друга.

— Кира? Ваше высочество? — за спиной прозвучал удивленный голос Марьяны, — что вы здесь делаете? Это же против правил приличия!

— Прошу прощения, мадам Фолден, — быстро сориентировался принц, — я только что вошёл. Хотел пригласить Киру на прогулку.

— Кира, — мачеха недовольно посмотрела на меня, — нельзя заставлять ждать его высочество. Ты почему еще не готова⁈ А ну марш, одеваться! Живо! — она повысила голос.

Эран сочувствующе взглянул на меня. Я махнула рукой и улыбнулась:

— Не обращай внимания, — прошептала одними губами, — она всегда такая, — и быстро направилась в спальню, чтобы переодеться.

— Ваше высочество, — из гостиной доносился голос Марьяны, — простите мою падчерицу. Кира — хорошая девочка, но почему-то совершенно игнорирует этикет. Мне, право, так неловко!

— Все в порядке, мадам Фолден, — успокаивал ее Эран, — я сам вошел. Кира тут не виновата.

Я усмехнулась. Вот за что я «люблю» Марьяну, так это за ее способность разрушать все, к чему она прикасается. И умение появляться в самый неподходящий момент. Хотя сегодня вышло очень даже удачно. Я почти поддалась обаянию принца, а его теплые воспоминания о моей маме только больше способствовали нашему сближению.

Кира, возьми себя в руки, у тебя есть цель. Ты не должна увлекаться принцем. Он должен сам отказаться от тебя.

— А зачем? — легкая мысль коснулась моего сознания. Не моя.

— Как зачем, Вита? — я уже натягивала на себя толстый свитер. На улице сегодня мороз, — чтобы быть свободной.

— Что-то я не вижу, чтобы он ограничивал тебя, — проворчал мой дух-хранитель.

— Просто ты невнимательно смотришь, — парировала я.

Однако неприятный червячок сомнения уже проник в мой разум. А действительно, зачем? Зачем пытаться избежать неизбежного? Тем более если его мне предназначила сама судьба?

— Нет!

Я решительно тряхнула кудрями, которыми рассыпалась моя причёска, стоило лишь вынуть пару шпилек.

— Я не создана для золотой клетки!

— Да что ты заладила, клетка да клетка? — фыркнула Вита, — посмотри на это с другой стороны. Он же маг, сильный. Он сможет защитить тебя. Любой ведьме нужна защита мага.

Наши фамильяры все еще живут прошлым и все ещё помнят старый мир, до раскола, где все жили вместе и помогали друг другу. Уж такими они созданы, и спорить с ними насчет этого бессмысленно.

— Он тебе нравится? — мысленно спросила я Виту.

— Еще бы, — сыто облизнулся мой фамильяр, — у него столько сил.

Ну конечно, как я могла забыть! Это еще одна причина, почему ведьмы предпочитают магов. Те способны подкармливать фамильяров своей силой. Даже просто находясь рядом с Эраном, Вита получает подпитку от его энергий. Тут я нахмурилась. Тогда она мне не союзник. Да, неприятненько, остаться совсем без поддержки. Вита не будет вредить Эрану. Напротив, распробовав его силу, она всячески начнет склонять меня к союзу с ним. А ссориться со своим фамильяром мне не хочется.

Я надела брюки и теплые сапоги. Все, я готова. Осталось взять шубу. Я подошла к шкафу и распахнула его. Зеркало. Без печати. Команда зачистки пропустила его. Стекло мерцало и манило меня, а я стояла, как заворожённая, глядя в его глубину.

Мне сейчас ничего не мешает шагнуть в него и выйти в своем особняке. Вот такой ведьмовской аналог порталов. Мы можем не только находиться в зазеркалье, но и перемещаться по нему, от зеркала к зеркалу, причем очень быстро. Нужно лишь мысленно указать конечную точку, чтобы не блуждать в зеркальных лабиринтах.

Желание оказаться сейчас дома было настолько непреодолимым, что я уже протянула руку, собираясь коснуться стекла, как вдруг кто-то схватил меня за шиворот. Резкий рывок! Я отлетела в другой конец комнаты и, не устояв на ногах, шлепнулась на пятую точку. Разгневанный Эран стоял между мной и зеркалом.

— Не смей даже думать об этом, — прорычал он, а я, сидя на полу, в ужасе смотрела ему за спину. Там, в зеркале, протягивая ко мне руки и завывая мое имя, метались тени. Их было так много, что казалось, будто за стеклянной преградой клубится черный туман.

Эран заметил мой перепуганный взгляд и оглянулся. Непроизвольно озвучив свое изумление парочкой нецензурных выражений, он, недолго думая, выхватил из ножен кинжал и со всей силы ударил рукояткой по зеркалу, вкладывая в удар магию.

С жутким грохотом и звоном стекло пошло мелкими трещинами и рассыпалось на сотню осколков под нестройный, пронзительный и леденящий кровь вой теней. Каждый из осколков был запечатан магией, не позволявшей застрявшей в нем тени вырваться в наш мир. На шум прибежали отец и Марьяна.

— Мари, уведи Киру, быстро!

Отцу хватило одного взгляда, чтобы понять, что произошло.

— Пойдем, милая, пойдём отсюда.

Мачеха помогла мне встать на ноги и вытолкала из спальни. Пока отец с Эраном избавлялись от последствий нападения теней на меня, я, тихо всхлипывая, сидела в гостиной под ее присмотром.

Я едва не погибла. Еще немного и я бы сама шагнула в то зеркало прямо в объятия десятков теней, которые поджидали меня там. Принц появился очень вовремя. Что со мной было? Я как будто поддалась какому-то очарованию.

— Ты как? — Эран присел рядом со мной, а я даже не заметила, как он вошел в гостиную, — ты не ранена?

Вопрос был не праздный. Когда зеркало рассыпалось от его удара, некоторые из осколков долетели даже до меня. Но меня, к счастью, не задело.

— Все в порядке, — я виновато посмотрела на него, — как ты узнал?

— Лягушка твоя проквакала!

Он, улыбаясь, прижал меня к груди, совершенно не обращая внимания на ахи и охи мачехи по поводу норм морали.

— Боже, как ты меня напугала! Кира, пожалуйста, я умоляю, не приближайся к незащищённым магией зеркалам.

— Да поняла я уже.

Мне было неловко и стыдно за все произошедшее, и я отстранилась от него, спрятав глаза.

— Я не знаю, что на меня нашло. Со мной такое впервые. Я хорошо себя контролирую, а тут… Как наваждение какое-то!

— Это и было наваждение, — к нам подошел отец, в руках у него была моя шубка, — ваше высочество, вы, кажется, хотели пригласить Киру на прогулку?

— Хотел, месье Фолден, — подтвердил принц.

— Тогда, думаю, вам самое время пойти прогуляться. А я пока разберусь с тем, что произошло. Кира, — он взглянул на меня, и в его глазах читался прямой приказ, — ступай с Эраном. Тебе не нужно сейчас здесь находиться. Милая, — отец повернулся к мачехе, — ты тоже ступай, навести мадам Нобье.

— Хорошо, дорогой, — как-то бесцветно ответила Мари и молча вышла из гостиной. Ей богу, как зачарованная!

Мне стало страшно. Отец никогда не применял к ней воздействие, всегда объяснял, уговаривал, а сейчас… Сейчас он был настолько взволнован случившимся, что просто выставил нас обеих вон, без всяких объяснений.

— Идем, — Эран поднял меня на ноги, забрал у отца шубу и помог мне одеться, — я покажу тебе парк. Там очень красиво зимой.

Он настойчиво подтолкнул меня к двери. Я была так сбита с толку и подавлена всем происходящим, что даже не подумала возмутиться подобным отношением отца и Эрана. Мне было ясно одно — сейчас они оба пытаются защитить меня. Поэтому просто позволила Эрану увести себя.

Глава 5

Королевский парк. Эран.

Мы медленно шли по присыпанной снегом мощеной дорожке. Справа и слева от нас возвышались стены вечно-зеленого кустарника, заботливо подстриженные нашим садовником, и сейчас мы находились в своеобразном лабиринте, скрытые от посторонних любопытных взглядов.

Кира молчала, погруженная вглубь себя. Лишь иногда она судорожно вздыхала, и в такие моменты я крепче сжимал ее руку, напоминая ей, что она не одна. Тогда девушка поднимала голову, слабо улыбалась, глядя на меня, и вновь погружалась в свои размышления. Я не пытался ее расшевелить. Пусть подумает и осознает, что с ней произошло. И сделает правильные выводы.

Я сам, честно признаться, еще не до конца отошел от всего случившегося. Ничто не предвещало беды. Сидел в гостиной, болтал ни о чем с мадам Фолден, мачехой Киры. Своеобразная женщина, не ведьма, чуть старше меня, с огромным самомнением и пунктиком на этикете. Как Кира ее терпит! Мне вот пяти минут хватило, чтобы начать поглядывать на дверь Кириной спальни и мысленно умолять свою невесту поторопиться, поскольку мое терпение и красноречие уже были на исходе.

Внезапно на ковре материализовалась та самая жаба, которая целовала Алана, и принялась громко квакать. Мадам Фолден, как и положено леди, завизжала и, подобрав юбки, с ногами забралась на диван, а я, вскочив, бросился к двери спальни. Слава богу, она оказалась не заперта. Влетев в комнату, я увидел Киру, которая уже протянула руку к зеркалу, явно намереваясь ускользнуть от меня. В одно движение оказался рядом с ней и отшвырнул ее в сторону.

— Даже не смей думать об этом!

От мысли, что она могла сбежать, меня моментально охватил гнев. Стою напротив нее и вижу, как глаза девушки округлились, а в них застыл ужас.

— Ну вот, опять все испортил, — мысленно отвесил себе подзатыльник, — только удалось немного наладить контакт с ней, и она перестала волком смотреть на меня, а теперь все начинать сначала. Странно, что она еще свою магию не призвала. Действовал я в отношении нее весьма грубо.

Вот только смотрела она не на меня, а куда-то мне за спину. Резко развернулся. Зеркало было черным от теней. Среди их шипения я четко различил ее имя. Она не пыталась сбежать. Они звали ее. А она неосознанно поддалась их зову и едва не попалась. Спасибо, фамильяр вовремя предупредил. Кастую заклинание и, наложив его на рукоять кинжала, разбиваю это зеркало к чертовой матери. Было ощущение, что от удара оно взорвалось изнутри. Осколки брызгами разлетелись по всей комнате. Надеюсь, Киру не задело.

— Мари, уведи Киру, быстро!

Слышу за спиной голос. А вот и магистр Фолден подоспел. Выпроводив жену и дочь, Ричард запер дверь и подошел ко мне.

— Эран, надо собрать осколки и отправить их в мой кабинет, чтобы исторгнуть из них тени.

Молча киваю и создаю заклинание вихря. Крошечная воронка проходится по комнате, всасывая в себя даже самые мельчайшие частички зеркала. В каких-то из них заключены тени. И магистру теперь предстоит много работы по извлечению их оттуда и возвращению в их мир.

Уничтожить тень нельзя. Они бессмертны в нашем мире. Можно лишь заключить в объект, например в осколок зеркала, или вернуть назад, в их мир. Лорьяна всегда настаивала на том, чтобы Ричард возвращал тени домой. Говорила, что они ни в чем не виноваты и не могут противостоять Призывателю. Жаль, что ее доброта в отношении этих существ ей не помогла.

Вихрь собрал последние крошки и, зависнув над заранее приготовленным ящиком, развеялся.

— Идите к ней, — Ричард кивнул в сторону двери, — главное убедитесь, что ее не зацепило. Я сам закончу.

Я вышел из спальни. Кира в какой-то прострации сидела на диване, глядя в одну точку. Притихшая мадам Фолден ерзала на кресле, нервно стискивая руки. Присел рядом с девушкой и поинтересовался, все ли с ней хорошо и не задело ли ее осколками. Кира виновато смотрит на меня и отрицательно качает головой.

— Все в порядке. Как ты узнал?

— Лягушка твоя проквакала.

Прижимаю ее к себе. Марьяна что-то бубнит про правила приличия.

Да к черту эти правила! Я чуть вдовцом не остался, не успев даже жениться.

Прошу Киру не подходить к зеркалам. Она сама удивляется, что это на нее нашло. В итоге Ричард выставил всех нас из апартаментов. Нам велел идти на прогулку, а жену отправил к подруге, слегка подчистив ей память. Это было понятно по отсутствующему взгляду женщины. Кира же настолько шокирована случившимся, что молча подчиняется ему. Помогаю ей с шубой и быстро веду ее в парк. Свежий воздух и тишина зимнего пейзажа должны привести ее в чувство.

— Что они хотели от меня?

Кира внезапно остановилась и подняла голову. Так, голос не дрожит, руки не трясутся, в глазах нет страха. Удовлетворенно отмечаю, что моя ведьмочка пришла в себя и готова воспринимать информацию. Надо как можно быстрее ей все объяснить. Возможно, тогда она сама будет осторожнее.

— Это неправильный вопрос, Кира, — серьёзно смотрю на нее, — правильный вопрос: что хочет от тебя Призыватель? Тени — лишь его рабы и делают, что он им прикажет.

— Он приказал заманить меня в зеркало? Да?

— Скорее всего. Вряд ли они собрались там, чтобы устроить вечеринку, и потом зеркало в шкафу — не самое лучшее место, для этого больше подходит зеркало в бальном зале или гостиной. На худой конец в холле.

Я нес эту чепуху с очень серьёзным видом. Кира улыбнулась и рассмеялась своим звонким хрустальным смехом. Так могут смеяться только ведьмы. У Лорьяны был такой же смех. Кира вообще очень похожа на мать. Так может в этом все дело? Может быть Призывателю показалось мало смерти одной О’Салем, и он решил избавиться еще и от Киры?

— Ответь мне, ты часто ходишь в зазеркалье? — спрашиваю у нее.

— Да постоянно. Так быстрее. А в моем особняке у меня даже комната есть…

— И зачем она тебе, если в твоем распоряжении целый особняк? — удивленно уточняю этот загадочный факт.

— Мой особняк сейчас в распоряжении Марьяны, — скривилась Кира, — отец попросил пожить там с ней, пока я учусь в академии. Ну я и разрешила, мне-то что, пусть живут. Я за три года первый раз домой приехала, и то, только из-за выходки Алана. И как ему такое вообще пришло в голову? — искренне возмущалась моя невеста.

Я молча покивал в знак осуждения поступка брата. Ну не рассказывать же ей, что идея была моя, а Алан лишь помог воплотить ее в жизнь, чтобы помочь мне встретиться с Кирой на Зимнем балу. Я надеялся в романтической обстановке праздника начать наше знакомство сначала и как-то сгладить то первое неудачное впечатление. Именно поэтому я не решался налаживать с ней отношения в академии, дабы избежать ненужных воспоминаний.

Изначально никто не собирался разрушать общежитие. Просто было решено пригласить всех девушек на бал. Зачем всех? Чтоб подозрений у нее не вызвать. Да и приглашение по задумке должно было исходить от Алана, с которым у нее были хорошие отношения. А на балу мы должны были как бы случайно встретиться.

Мы даже с ректором договорились, что в этом году всех отпустят на каникулы на две недели раньше. И объявил Алан про бал и приглашения заранее, чтобы девушки могли подготовиться, а заодно и мы могли выяснить, сколько из них соберутся на бал.

Однако вскоре стало известно, что Кира ни на какой бал не собиралась. Она даже домой не собиралась уезжать. И вот тогда в моей голове родилась эта «гениальная» идея, как вытурить свою невесту из академии. А Алан, со свойственной ему энергией, взялся мне помогать.

Мы разработали план. Чтобы никто не пострадал, выбрали день, на который было назначено общее собрание. Убедившись, что все студенты в зале, мой братец заколдовал дверь с помощью составленного мною заклинания. Заклинание было слегка исправлено, чтобы преподаватели не сразу догадались, как его снять. Пока Алан занимался студентами, я и парочка его друзей еще раз проверили общежитие, и когда он подал нам знак, взорвали его. Делать это нужно было аккуратно, чтобы не разрушить остальное здание академии. Мне пришлось потратить несколько часов на расчёты, чтобы все прошло гладко.

Итог моих усилий сейчас идет рядом со мной и костерит Алана на чем свет стоит. Я любовался ей. В лучах зимнего солнца ее рыжие волосы, завивающиеся крупными кудрями, искрились и сияли словно пламя. Огромные зеленые глаза, тонкие черты лица, пухлые губки, на белой коже едва заметная россыпь веснушек, которые обязательно проявятся весной, нежный румянец на щеках. Кира была маленького роста, едва доставала мне до плеча. Стройная фигурка с приятными женственными формами.

— А почему ты спрашиваешь?

Ее вопрос вернул меня к началу нашего разговора.

— Ты давно ходишь в зазеркалье?

— Лет с трех, как и все ведьмы. Поначалу мама следила за мной, а потом я уже и сама научилась.

— Ты хоть раз встречала в зазеркалье тени?

— Нет, никогда, — она помотала головой, — мама говорила, что такие существа есть, но я сама их ни разу не видела. Незадолго до смерти она предупреждала, что если увижу тень, то лучше сразу покидать зазеркалье или перемещаться от нее подальше, но не объясняла про них ничего.

— За полгода до своей гибели Лорьяна сама только начала заниматься исследованиями теней и их мира. Она частенько бродила по зазеркалью, разыскивая заблудившихся или попавших в ловушку ведьм. И однажды наткнулась на тень. Лорьяна начала выслеживать их, она говорила, что это поможет нам больше узнать про них…

— Она вела записи? — поинтересовалась Кира.

— Да, только ее дневник остался в моем кабинете, в зазеркалье. Сама понимаешь, никто из нас добраться до него не смог. После гибели Лорьяны прочие придворные ведьмы наотрез отказались помогать нам. Я думаю, она что-то раскопала, что-то очень ценное и важное. Возможно, ей даже удалось узнать, кто такой Призыватель. Твоя мама была сильной и опытной ведьмой. Таких больше нет.

— Хочешь, я помогу его оттуда достать? — прозвучало неожиданно.

— Кир, вот скажи мне, ты — беспечная или бестолковая?

Я просто не смог сдержаться. Нет, ну в самом деле! Полчаса назад ее едва тени не утащили, а она снова готова ринуться в зазеркалье.

Кира нахмурилась.

— Не обижайся, — поспешно произнёс я, — но в зазеркалье я тебя не пущу.

— А кто сказал, что я туда полезу? — в голосе девушки звучал вызов.

— И как ты тогда хочешь это сделать? — я не мог понять ее задумку.

— Я сделаю зеркальную преграду проницаемой для твоей магии. А ты, ну не знаю, — Кира с надеждой посмотрела на меня, — простроишь портал к дневнику, он туда свалится или какое-нибудь заклинание перемещения. Придумаем что-нибудь, — пояснила она.

Я задумался. Заманчивое предложение. Достать дневник Лорьяны и прочесть его. Вдруг там и правда есть нужная нам информация.

— Пойдем!

Я схватил ее за руку, и мы почти бегом направились ко дворцу.

Кира.

Мне, как ведьме, наверное нужно было обидеться на Эрана за его нелестные высказывания о моих умственных способностях. Но мои мысли сейчас были заняты другим. Мама вела записи своих исследований, и у нас есть шанс добраться до них и, возможно, выяснить причину ее гибели. Пять лет я оплакиваю ее. Пять лет меня мучает неизвестность. А он говорит, что ее дневник лежит у него в кабинете. Я просто обязана попытаться достать его! И ни принц, ни тени меня не остановят!

Минут через десять мы уже стояли перед кабинетом.

— Заходи.

Эран открыл дверь и пропустил меня вперёд. Я вошла и с интересом огляделась. В кабинете принца не было ничего необычного: массивный письменный стол, шкаф для бумаг, книжные полки вдоль стен, пара кресел, небольшой диванчик. Единственное, что выбивалось из привычной обстановки мужского убежища, — это большое зеркало напротив стола, которое почти полностью отражало комнату. На зеркале светилась защитная печать.

— Это нужно убрать, — я ткнула в узор печати, — иначе никакая магия не пройдёт.

— А если там тени?

— Придётся рискнуть. У тебя есть другие варианты?

— Кира, я не собираюсь тобой рисковать.

Он положил руки мне на плечи и посмотрел на наше отражение в зеркале. Между прочим, хорошо смотримся!

— Да нет тут никакого риска, — я вырвалась из его рук и повернулась к нему, — сними печать. Если тени там, они среагируют. Тогда вернешь защиту на место, и будем думать дальше. Я не полезу туда.

— Обещаешь? — он лукаво смотрел на меня.

— Нет, обещать не буду, — усмехнулась я, — слово ведьмы нерушимо, поэтому мы просто так не даем обещаний.

— Ладно, ведьмочка, — проворчал принц, — и что дальше?

Эран снял защитные чары. Вот прям завидно стало. Ну почему мы так не можем? Так, не отвлекайся, Кира.

— Где дневник?

— На столе, видишь вон ту черную книгу? — принц указал на лежащий на столе гримуар, — это он.

Я сосредоточено всматривалась в зеркало, ища хоть какие-то признаки теней. Все было спокойно. Стол стоял напротив зеркала у дальней стены. До него шагов пять. Как же нам добраться до него, не входя в зеркало? Вдруг меня осенило.

— Если мы подвинем твой стол к зеркалу, то и зазеркальный стол станет ближе. Только руку протянуть, он же прям на краю лежит.

Зеркало пошло рябью, хотя я пока не касалась его.

— Эран, печать!

Я отшатнулась назад, принц уже собирался накинуть защиту, как из зеркала высунулся знакомый любопытный нос.

— Стой, Эран, это не тень! — заорала я и бросилась к стеклу, — Тина, выходи немедленно!

Стекло зарябило сильнее, но фамильяру мамы явно не хватало сил. Я коснулась зеркала, и через секунду дух-хранитель ввиде черной кошки вывалился в реальный мир.

— Эран, — я схватила ее, — ей нужны силы!

Принц подошёл и взял ее из моих рук. Буквально спустя минуту Тина открыла глаза и огляделась мутным взглядом.

Я смотрела на фамильяр матери и не могла поверить глазам. Фамильяры умирают вместе с ведьмой, но если Тина жива, значит и мама тоже жива! Но как это возможно? Я же видела ее тело. Все видели. И заключение целителя читала. В голове не укладывалось! Но единственное существо, которое могло все объяснить, сейчас было не в состоянии этого сделать. У Тины было сильное магическое истощение. Она пока не понимала, где находится, и что происходит.

— Ее нужно отнести отцу. Она запечатлена на него, — размышляла я вслух. Взгляд упал на отражение стола и лежащий там гримуар, — но сначала достанем дневник мамы. Давай, Эран, нужно пододвинуть стол.

Принц хмыкнул, и не выпуская Тину из рук, наложил на стол заклинание. Тот слегка приподнялся и плавно переехал вплотную к зеркалу.

— Заклинание левитации?

Я изумлённо смотрела на него. Не самое простое и очень энергозатратное.

— А ты хотела, чтобы я его вручную двигал? — усмехнулся он, — что дальше?

— Ничего.

Я подошла к зеркалу, пришлось встать сбоку и, запустив в него руку, нащупала дневник. Раздалось мерзкое шипение. Прямо на столе начала подниматься тень. Не выпуская дневник, выдергиваю руку и отскакиваю в сторону, в этот момент Эран, который уже был наготове, снова запечатывает зеркало. Тень визжит, скалится и скребётся с другой стороны стекла, но выбраться не может. Ноги отказывают мне, и я сажусь прямо на пол, прижимая к груди мамин дневник.

— Держи!

Эран сунул мне в руки полуживого фамильяра и, легко подняв меня на руки, перенес на диван. Затем вернул стол на место. Достал из шкафа открытую бутылку вина, плеснул немного в бокал и, подойдя ближе, протянул мне. Я отрицательно покачала головой:

— Я не пью спиртное.

— Я тоже, — улыбнулся Эран, — считай, что это лекарство, успокоительное. От пары глотков ничего не будет. Давай, Кира, тебя всю трясет.

Я взяла бокал, рука действительно сильно дрожала, и сделала пару глотков. Напиток оказался крепким. Приятное тепло разлилось по телу, и дрожь отступила.

— Эльфийское.

Эран забрал у меня бокал с остатками вина и залпом опрокинул в себя.

— Оно не опьяняет. Просто согревает и успокаивает. Давай рассказывай, что это за зверюшка?

— Это Тина, — я погладила кошку, которая уютно свернулась на моих коленях и крепко спала, — дух-хранитель моей мамы. Знаешь, что это значит?

Эран отрицательно покачал головой.

— Это значит, что мама жива! Понимаешь? Она не умерла! Иначе Тины бы тоже не стало. Фамильяр рождается и умирает вместе с ведьмой. Как это возможно? — у меня полились слёзы, — я же… Я была на похоронах, я видела ее, лежащей в гробу…

— Тише, тише, — Эран обнял меня, — мы во всем разберёмся. Я обещаю тебе. Успокойся. Мы разгадаем эту загадку. Вместе.

Он прижал меня к себе, а я продолжала всхлипывать, уткнувшись в его грудь.

Глава 6

Середина дня. Королевский дворец. Ричард Фолден, отец Киры.

Я быстро шел по коридору к кабинету Эрана. От принца только что пришел вызов с требованием немедленно зайти к нему. Странно. Они же пошли с Кирой в парк. И она еще не вернулась. Где же тогда моя дочь? Меня одолевали тягостные мысли. Неужели с ней что-то случилось?

— Вызывали?

Я вошел в кабинет принца. И первое, что я увидел, это была Кира, сидевшая на диване в обнимку с Тиной. Я замер в изумлении. Ошибиться я не мог. Дочь держала на коленях черную кошку — фамильяра моей жены.

— Отец, Тине нужна помощь!

Кира подняла голову и посмотрела на меня. Да, фамильяры ведьм запечатляются на мага, который является суженым ведьмы. Это у них происходит неосознанно. Например, Вита изначально запечатлелась на Эрана, ещё при самой первой встрече, когда ему было семь. Именно этот факт убедил мою жену разрешить провести проверку на совместимость Эрана и Киры, иначе она бы не позволила.

Я присел на диван рядом с дочерью, и она передала мне Тину. Кошка тихо мурлыкала под моими руками, а я осторожно гладил ее, проверяя, в каком она состоянии. Состояние было плачевным. Фамильяр был истощен до предела. Странно, что она вообще жива. Без связи с ведьмой и подпитки мага они не живут. Значит, Лорьяна жива! Это единственное объяснение, почему Тина сейчас здесь. И это абсолютно невозможно. Я снова посмотрел на Тину. Понадобится время, чтобы она восстановилась и объяснила, что же произошло. Сейчас она даже говорить не сможет. Прошло почти пять лет с момента гибели Лоры.

— Откуда она взялась?

Я перебирал пальцами свалявшуюся и потускневшую шерстку Тины. Сейчас она была размером с исхудавшую маленькую кошку, а когда-то при жизни Лоры, достигала размеров такой упитанной пантеры.

— Она все время была здесь, в зеркальном кабинете Лорьяны, рядом с ее дневником, — ответил мне принц.

Он кивнул на гримуар моей жены, лежащий перед ним на столе. А рядом сидела Вита, достигшая размером большого блюда, и млела в лучах исходящей от Эрана силы.

Так вот зачем они полезли в зеркало, хотели достать дневник, а заодно освободили и Тину.

— Возможно остаточные эманации Лоры привлекли ее, а накопленный запас сил позволил продержаться так долго, — я бросил взгляд на Киру.

От моих слов дочь сникла и опустила голову. Да, я понимаю, что отнял у неё надежду. Но я сам, лично, нашел остывшее тело Лоры в кабинете принца, вот здесь, в этом самом месте, сам отнес его к целителям в надежде, что шанс есть, и душа Лоры просто где-то блуждает.

Но нет, все было безнадёжно. Жан, осмотрев ее, указал мне на начинающееся тление и посоветовал похоронить ее как можно быстрее. По всем признакам выходило, что она умерла в тот самый день, когда тени напали на нее, а тело мы нашли лишь через несколько дней.

— Но я никогда не слышала, чтобы фамильяр существовал после смерти ведьмы, — воскликнула Кира.

Дочь явно не собиралась сдаваться.

— Что ж, — мысленно усмехнулся я, — это вполне в ее характере. Тем больнее будет прозрение, но от этого мне ее никак не уберечь.

— Я тоже, дорогая. Давай наберемся терпения и дождёмся, пока Тина восстановится и все нам расскажет. Понадобиться время, прежде чем она сможет самостоятельно впитывать силу.

— Фамильяры могут использовать силы любого мага, но только энергия того, на ком они запечатлелись, питает их полноценно, — пояснил я принцу, который недоуменно поглядывал на фамильяр моей дочери.

— А как же Мари? — вдруг вспомнила про мою жену Кира, — она же будет ревновать, если увидит Тину.

— Тина может остаться у меня, — подал голос Эран, — а вы, Ричард, будете приходить к ней и подпитывать ее.

— Да, так наверное будет лучше. Не стоит расстраивать Марьяну, пока мы во всем не разберёмся и не узнаем, что же произошло. Вы уже читали гримуар?

— Еще нет.

Кира поднялась и подошла к столу, на котором лежала книга. Она задумчиво посмотрела на небольшой дневник в тонком кожаном переплете и ласково провела по ней рукой. Гримуар внезапно засветился и раскрылся на последней исписанной странице. Дочь от неожиданности вскрикнула, а я улыбнулся.

— Твоя мама завязала книгу на тебя, Кира. Видимо, она хотела, чтобы ты первая открыла ее, поэтому и оставила ее в зазеркалье. Что там написано?

Взгляд дочери скользил по строчкам, а по щекам текли слезы. Всхлипнув, она прошептала:

— Я тоже люблю тебя, мама.

А затем подвинула книгу Эрану со словами:

— Читай, я не могу.

Принц развернул к себе гримуар и начал читать вслух:

Моя дорогая Кира! Ты уже совсем взрослая, и скоро тебе придёт время выбирать свою судьбу. Помни, ведьма всегда выбирает сама. И только ты ответственна за этот выбор. Слушай свое сердце. Только оно способно выбрать правильно. Сегодня мне предстоит сделать одно очень важное дело, чтобы обезопасить всех нас, всех ведьм от притязаний Призывателя.

Надеюсь, это не прощальное письмо. Но если вдруг я не вернусь, знай, что я очень люблю тебя, дорогая.

— Она знала! Знала, что может не вернуться! — всхлипнула Кира, — знала и все равно пошла. Бросила меня, отца ради своих идей! Чего она пыталась добиться? Что хотела доказать?

Эран вскочил и, обойдя стол, положил руки ей на плечи:

— Ты не права, Кира. Она сделала это ради тебя. Мы долго работали над этим делом. Призыватель и до этого убивал ведьм. Об этом не говорили. Каждый случай старались замять, чтобы не создавать панику. Лора хотела положить этому конец. Больше всего она волновалась за тебя, понимаешь?

Она прильнула к нему, а он гладил ее по растрёпанными кудрям и шептал ей слова утешения.

Хорошо, что он сейчас с ней. Я бы не смог. Не смог бы найти нужных слов, чтобы успокоить ее. Я до сих пор и сам был зол на Лору за то, что она не отказалась от той затеи, и винил себя в ее смерти. Мне было стыдно перед дочерью, что не смог удержать ее мать от безрассудного поступка, в одиночку попытаться проникнуть в убежище Призывателя через зазеркалье, и за то, что не уберёг ее от гибели.

В дверь постучали:

— Ваше высочество, — за дверью раздался голос слуги, это камердинер принца, — ваше высочество, обед через час.

— Спасибо, Бен, — отозвался Эран, — можешь быть свободен.

Тихие шаги подтвердили, что слуга ушел.

— Тебе нужно переодеться, — принц приподнял лицо Киры, заставляя посмотреть ему в глаза, — встретимся за обедом…

— А как же дневник? — встрепенулась моя дочь, — мы же так и не посмотрели его.

— Дневник отложим до завтра. Сегодня еще бал, и тебе нужно будет подготовиться, — он ласково улыбнулся, выпуская ее из объятий, — а завтра, сразу после завтрака, займёмся дневником.

— Что скажете, магистр Фолден? — он повернулся ко мне.

— Завтра мне надо освободить тени, не стоит долго держать их в осколках. Думаю, с гримуаром вы вполне справитесь без меня, но я постараюсь освободиться побыстрее. Тем более что нужно будет снова подпитать Тину магией, — аккуратно переложил фамильяра на диван и поднялся, — идем, дочь, заберем Мари от мадам Нобье.

— Иди, отец. Я не выдержу сейчас ее болтовню.

Кира взглянула на меня, и в ее взгляде я почел просьбу оставить их наедине.

— Я приду через четверть часа.

— Хорошо, не задерживайся.

Я кивнул Эрану и вышел из кабинета.

Кира.

Отец ушёл, а я пристально посмотрела на Эрана, который сейчас стоял, прислонившись к столу и сложив руки на груди, ожидая, что я скажу.

— Я хочу выяснить, что стало с моей матерью. И ты не будешь мне мешать.

— А я хочу, чтобы моя невеста не делала глупостей, — в глазах Эрана сверкнул опасный огонек, — я не позволю тебе рисковать собой.

— Как ты не понимаешь, — воскликнула я, — она все ещё может быть там, — я покосилась на зеркало, — ее душа не покинула этот мир! Да, тело мертво, но она еще здесь. Я должна найти ее.

— Это ты не понимаешь, Кира, — в голосе принца проступили металлические нотки, — все это может быть ловушкой. Призыватель просто заманивает тебя туда, где ты будешь беззащитна, где ему будет легче избавиться от тебя.

— Но зачем⁈

Это был крик отчаяния, но я больше не могла сдерживаться.

— Зачем ему я⁈ Зачем все усложнять⁈ Почему он раньше не давал о себе знать⁈ Я часами могла сидеть в своей зеркальной комнате, и в академии я много раз ходила через зеркала! Почему именно сейчас⁈

— Вот это нам и нужно понять в первую очередь, — успокаивающим тоном произнес Эран.

— Если разгадаем намерения Призывателя, тогда поймём, как помочь Лоре, — он снова подошел ко мне и обнял.

— Я тоже хочу спасти ее, но я не готов терять тебя. И если встанет выбор между тобой и ей, я выберу тебя, и сделаю все, чтобы ты была в безопасности, даже если придется уничтожить все зеркала в стране…

— Ты веришь… Веришь, что она жива?

Я уткнулась в него, прячась в его руках и позволяя себе насладиться этим ощущением безопасности, которое сейчас дарили его объятия.

— Верю, — тихо произнес он, — и я готов многим пожертвовать ради ее спасения, но только не тобой, потому что…

Он не стал продолжать, но я и без слов поняла, что он хотел сказать, потому что внезапно ощутила то же самое. Это осознание повергало в шок. Так не бывает, не должно быть, мы — чужие! Но в глубине души я уже понимала, чувствовала, хоть и не желала признавать этого, что мы неразрывно связаны, и ни один из нас не способен разрушить эту связь. И отныне нас будет тянуть друг к другу.

— Мне надо идти, — я отстранилась от него.

— Я провожу.

— Не надо, я дойду сама, — я покачала головой.

Мне нужно время. Нужно побыть одной. И наедине с собой разобраться во всей этой мешанине эмоций, которые сейчас одолевали меня. Нужно отрешится от Эрана, от его завораживающих глаз, его теплых успокаивающих объятий, его ласковой улыбки. Боже, да я уже по уши увязла в нём! Нет, нет, я так не хочу! Не хочу пасть жертвой его обаяния, его внимания и заботы. Я должна сама принять это решение — быть с ним.

— Пожалуйста, Эран, — я выставила вперёд руку, останавливая его, — прошу, дай мне время. Обещаю, я не сбегу.

— Обещаешь?

Он взглянул на меня, и в темных глазах принца вспыхнули задорные огоньки.

— Обещаю, — вздохнула я, — слово ведьмы.

— Хорошо, увидимся за обедом.

Он открыл дверь и выпустил меня в коридор.

Апартаменты семейства Фолден. Кира.

Стоило мне войти в гостиную, как мачеха, словно коршун, налетела на меня:

— Кира! Ну где ты ходишь! Обед через сорок минут, а ты еще не готова! Ты должна…

— Я ничего тебе не должна! Отстань от меня, Мари! — рявкнула я на нее, — чтобы надеть платье нужно пять минут!

— Кирочка, что случилось? — в голосе мачехи послышалось беспокойство, — на тебе лица нет! Вы поругались с принцем? Ты сама не своя!

Она подошла ближе и взяла меня за руки. Ее искренний взволнованный взгляд и обеспокоенный тон абсолютно обезоруживали, напрочь отбивая желание грубить ей.

— Все в порядке, Мари, — вздохнула я, — мне нужно переодеться.

Я высвободилась из ее рук и быстро скрылась за дверью спальни.

— Дорогой, Кира чем-то расстроена, но мне не сказала, может быть тебе поговорить с ней? — послышался голос мачехи.

— Успокойся, милая. Кира сама разберётся со своими переживаниями. Просто дай ей время, и она сама все расскажет, — ответил ей отец.

— Как же, расскажет, — фыркнула я, — да ты же первый просил не говорить ей про маму.

— Даже если нам удастся найти и освободить душу моей матери из плена зазеркалья, то мы все равно не вернём ее к жизни, — эта горькая мысль прокралась в мою голову.

— Максимум что мы можем, это позволить ей уйти с миром. Лорьяна О’Салем умерла для этого мира. Навсегда. И я ее больше никогда не увижу.

На глаза навернулись слезы. Я стиснула зубы и сжала кулаки. Я все равно должна помочь ей! И я сделаю это! Обещаю!

А сейчас нужно взять себя в руки и успокоиться. Остальным ни к чему знать о моих душевных терзаниях. И надо что-то решить с Эраном.

Мысль о принце отозвалась в груди каким-то странным трепетом и теплотой. Он обещал помочь освободить душу мамы. Я улыбнулась. А он не такой уж и противный, как показался на первый взгляд. И временами вполне адекватный, если с ним не спорить. Правда вот не спорить я не могу!

Ладно, поглядим. У меня есть еще несколько дней, прежде чем он поведет меня к алтарю. Сейчас мысль о замужестве уже не отзывалась таким яростным протестом как прежде. В принципе, Эран — разумный мужчина и даже способен слушать. Да, властный и требует подчинения, но думаю, я смогу быстро выбить из него эти командирские замашки в отношении меня. Пусть, вон, своими солдатами командует!

Я усмехнулась. Что-то очень легко ему удалось влезть в мою голову. Двух дней не прошло, а все мысли только о принце. Вот уже минут десять о нем размышляю!

— Кира, ты готова? — раздался из гостиной недовольный голос Марьяны, возвращая мне привычный боевой настрой.

Да готова я, готова!

Я вышла из комнаты. Мачеха при полном параде сидела на диване.

— Кира! — она всплеснула руками, — ну что это за вид? А где причёска, где макияж? Я уже молчу про корсет!

— Корсет подождёт до вечера, сейчас просто обед, а не торжественный прием, так что прическа и макияж не нужны, — отрезала я.

— И потом, если ты помнишь, я уже помолвлена с ним, — ткнула ей в лицо руку, на которой было кольцо, — так что если он намерен жениться на мне, пускай учится принимать меня такой, какая есть. Я не собираюсь ради него менять свои привычки.

Мари возмущённо хлопала на меня глазами, сверля меня негодующим взглядом, но видимо, мой разъярённый тон произвел на нее впечатление, и противоречить, по крайней мере вслух, она не решилась.

Зашедший в этот момент отец моментально оценил ситуацию и поспешил разрядить обстановку.

— Дорогие мои, вы обе совершенно очаровательны! Идемте, гости уже начали собираться!

Он подошел к жене и протянул ей руку. Мари с удовлетворением улыбнулась и поднялась, а я только пожала плечами, но спорить дальше не стала. Покинув апартаменты, мы дружно направились в столовую, где нас ожидал обед.

Короля и королевы сегодня не было. За королевским столом сидели только Эран, Алан и я.

— Все еще дуешься?

Эран покосился на брата, который с показным равнодушием взирал на нас.

— Отстань, Эран, — фыркнул младший принц.

— Да ладно тебе, — старший брат примирительно улыбнулся, — предлагаю считать, что мы — квиты.

— Серьёзно? — Алан подозрительно посмотрел на него.

— Конечно, — усмехнулся Эран, — не хочу с тобой ссориться. В конце концов мать права, мы уже взрослые, по крайней мере я, и можем решать вопросы мирно. Извини за то недоразумение за завтраком.

— Ну ладно, — протянул Алан и взглянул на меня.

Я молча смотрела в тарелку, делая вид, что меня это совершенно не касается. Какое-то время все молчали. Я успела доесть первое и приступить ко второму, когда Алан внезапно решил задать вопрос.

— И как тебе во дворце, Кира?

— Все отлично, Алан.

Я подняла на него глаза. Ведьмовское чутье призывало быть осторожнее, поскольку в словах младшего принца я ощутила подвох.

— Ты уже была в картинной галерее? — не унимался он.

— Нет, я — не ценитель живописи, и меня не интересуют старые полотна.

— Жаль, а то я хотел поинтересоваться у тебя, как у ведьмы, — тут он сделал драматическую паузу, ожидая моего внимания, но не дождавшись никакой реакции, продолжил, — правда, что в картинах могут жить призраки?

— Это вопрос не ко мне, Алан, а к магистру Вернеру. Это он спец по призракам. С точки зрения ведьм никаких призраков не существует. Есть неупокоенные души, но их видят лишь те, к кому они явились, и к картинам они не имеют никакого отношения. А с чего такой интерес?

— Да так, — пожал плечами Алан, — вчера ночью столкнулся с одним таким несуществующим и не имеющим отношения к картинам призраком аккурат в картинной галерее.

— И что ты там ночью делал? — хмуро спросил Эран.

— Гулял.

Алан сделал большие глаза и многозначительно посмотрел на брата.

— Если нужны подробности, расскажу после обеда, наедине.

Он бросил на меня взгляд. Ну понятно, скорее всего он шел от подружки и, проходя по галерее, наткнулся на фантом. Фантом — не призрак и не душа. Это как бы отпечаток энергий человека, в частности художника или того, кто изображён на портрете. По сути энергетический слепок. Силами не обладает, да и сознанием тоже. Их на самом деле можно встретить в подобных местах.

— Я думаю, ты видел фантом, — сказала я.

— Я тоже сначала так подумал! Вот только этот фантом оказался крайне общительным и преследовал меня вплоть до комнаты, явно пытаясь что-то сказать.

— Но ведь призраки не разговаривают, — удивилась я.

— Да, в прямом смысле слова они не говорят, но могут пытаться передать информацию, — поправил меня Алан, — я планирую сегодня ночью выяснить, чего он хотел.

— И зачем? — недоверчиво спросил Эран.

— Просто любопытно, — пожал плечами Алан, — вдруг он укажет на сокровища или скрытый в стенах труп.

— Сомневаюсь, что отец позволит разобрать стену, только чтобы проверить информацию от неизвестного духа, — усмехнулся Эран.

— Кто знает, — снова пожал плечами младший принц, — хотите сходим вместе?

— Алан явно перечитал старинных легенд.

Я улыбнулась, но увидев разочарование на лице друга, а я все ещё считала его другом, несмотря на все его пакости, поспешно добавила:

— Я бы сходила, но лишь для того, чтобы убедиться, что призраков не существует.

— Тебе, правда, это интересно? — Эран посмотрел на меня.

Я кивнула:

— Ну уж точно гораздо интереснее, чем всю ночь торчать на балу.

— Кира не любит танцевать, — хихикнул Алан, — потому что не умеет.

— Я не люблю тратить время впустую. А танцевать я люблю и умею, — обиженно сказала я.

Алан был недалек от истины. Танцую я, действительно, плохо. Поэтому и балы не люблю. Весь смысл бала — в танцах, а стоять несколько часов у стенки — скучно. Но не признавать же это во всеуслышание.

— Тогда предлагаю сделать так, — снова заговорил мой жених, — на балу нам все равно надо показаться. Но не обязательно находиться там до утра. Побудем до полуночи, а затем можем пойти исследовать ваших призраков.

— Так и быть, присмотрю за вами, — добавил Эран.

— Ты так говоришь, как будто мы — маленькие дети, — недовольно произнёс Алан.

— Конечно, дети. Ни один из вас еще не вошел в силу, а до этого момента, что маг, — он посмотрел на брата, — что ведьма, — перевел взгляд на меня, — считаются детьми, и пожалуйста не надо со мной спорить, — он тут же пресек нашу совместную с Аланом попытку ему возразить.

— Я тебе искренне сочувствую, — Алан посмотрел на меня, — мой брат — тот еще тиран и деспот.

— Лучше посочувствуй брату, — криво ухмыльнулась я, — взять в жены ведьму ещё то удовольствие!

— Вы закончили? — Эран недовольно смотрел на нас.

«Мы еще и не начинали,» — хотелось ответить ему, но вся эта игра словами не для меня. Я не умею красиво и двусмысленно изъясняться, чем очень расстраиваю нашего преподавателя по риторике, по которой у меня, кстати, трояк, поэтому молчу и лукаво улыбаюсь. Алан, тоже видимо, решил не испытывать терпение брата и, с трудом пряча улыбку, кивнул.

— Тогда марш оба готовиться к балу. И не опаздывать! Тебя особенно касается, — принц зыркнул на Алана и, поднявшись, протянул мне руку:

— Идём, провожу тебя до апартаментов.

Ну вот, опять он пытается мною командовать!

Я со вздохом приняла его руку, и мы направились к выходу из столовой. Взгляд зацепился за зеркало, висевшее рядом с дверью. Внутри него бесновались тени.

«Слава Богу, запечатано!» — мелькнула мысль, но руки уже вцепились в Эрана. Он тоже заметил нежданных гостей и нахмурившись, покачал головой.

— В этот раз он настроен серьёзно, — тихо, чтобы слышала только я, заметил Эран, — такого нашествия давно не было.

— А когда было? — спросила я с дрожью в голосе.

— Пять лет назад. Это и вынудило твою мать выступить против него. После ее смерти все прекратилось. Тени перестали появляться, про Призывателя не было слышно. Ведьмы больше не исчезали. А месяц назад он снова объявился. За это время уже двое погибли, — принц снова покачал головой, — а мы так и не выяснили, кто он и где его искать.

— А что это за магия такая?

Признаться честно, я до этих событий не знала, что такое вообще существует. Даже когда мать погибла, отец не сказал мне, что стало причиной смерти. «Погибла при исполнении,» — это все, что я смогла от него добиться.

— Магия призыва — один из видов способностей, позволяющий управлять всевозможными духами. Маг, владеющий ей, способен вызвать любой требуемый дух или сущь и подчинить его себе с помощью воли. Эта способность опасна тем, что если воля мага недостаточно сильна, то дух выйдет из-под контроля, и тогда призвавшему его не поздоровится. Поэтому ее и запретили сто лет назад. Сейчас призывателей осталось немного, всего человек десять на все королевство.

— Так может тогда проверить каждого? — предложила я.

— Проверяли, и не раз. Проблема в том, что призыв воли это тебе не ритуал, следов не оставляет. Доказательств никаких. А находиться он может в любой точке страны. Так что тут у нас ничего не вышло, — развел руками принц.

— Магия призыва…— задумалась я, — это как у ведьм. Мы ведь тоже только призываем силы, не владея ими, так?

— Так, — кивнул Эран.

— Значит, искать нужно не только среди магов, но и среди ведьм.

— Но ведьмы не призывают духов.

— Не скажи, в принципе любая ведьма способна на это. Другой вопрос, что эти знания запрещены и никем не используются. Но что мешает какой-нибудь ведьме, раскопавшей древний гримуар среди каких-нибудь замшелых книг у себя на чердаке, попытаться?

— Я думал, ведьмы не пытаются уничтожить друг друга.

— Ведьмы — нет, но среди нас иногда рождаются мальчики.

— Да ну, — удивленно протянул Эран.

— Ну да, такая вот аномалия! Мальчик с силами ведьмы — ведьмак. Раньше таких не принимали ни ведьмы, ни маги. Не знаю, почему. Ходили поверья, что такой ребенок проклят самой магией. Это стало происходить после раскола.

— Раскола? — переспросил Эран.

Точно, он же не знает. В академии это не преподают. Это наши ведьмовские сказания.

Когда-то, давным-давно, на заре времен, когда магия правила миром, существовало два клана — ведьмы и маги, которые жили вполне себе дружно. И те, и другие, являясь проводниками сил, обеспечивали баланс и равновесие между людьми и самим миром. И те и другие рождались обоих полов. Были ведьмы и ведьмаки, маги и магессы.

Шли века, и однажды наши кланы поссорились. Произошёл Великий Раскол. В чем была причина, уже никто не помнит, но бойня была страшная. И сильнее всего в этой бойне пострадали люди, которым доставалось ото всех.

И тогда магия мира сотворила Великое Смешение. Среди ведьм почти перестали рождаться мальчики, а если у ведьмы рождался сын, то он непременно был магом, а у магов прекратили рождаться дочери. Нам снова пришлось объединиться, чтобы не исчезнуть совсем. Так появилась традиция, что маг женится на ведьме. Подобный шаг был выгоден обоим сторонам, и такие союзы стали нормой. Но иногда, очень редко, но все же случалось, что среди ведьм, нет-нет, а рождался ведьмак, а среди магов — магесса.

По идее в этом не было ничего противоестественного, но, опять же по неустановленной причине, таких стали опасаться. Их убивали, преследовали, изгоняли. Они были вынуждены всю жизнь скрываться и прятаться.

— А что если этот Призыватель, это один из потомков вот таких отвергнутых? — я посмотрела на Эрана, — говорят, когда-то далеко на севере, один из них основал свое собственное государство и собирал туда всех непринятых обществом, как магов и ведьм, так и людей.

— Честно говоря, я впервые об этом слышу, — признался Эран.

— Знаю, — я улыбнулась, — это легенды ведьм. Современная магическая наука считает, что все это глупые сказки, что ведьмы и маги — это, по сути, одно и тоже, только уровень и качество сил да размер резерва разные. Но даже здесь, в столице и в крупных городах, мы все равно продолжаем называть себя ведьмами и магами, подчёркивая разницу между нами. А стоит отъехать подальше, особенно вглубь страны, и там все эти суеверия встанут в полный рост.

— Логично, — задумался принц, — получается, что Призыватель — это, по сути, ведьмак, а значит, он обладает всеми способностями ведьм, в том числе способен ходить в зазеркалье.

— Скорее всего, — я остановилась перед своей дверью.

— Надо подумать, — Эран положил руки мне на плечи, — спасибо за подсказку. Лорьяна об этом не рассказывала.

— Мама была из просвещенных ведьм и всегда ратовала за объединение и равенство. Эти истории мне рассказывала бабушка, мать моего отца, когда я была совсем маленькой. Она рано умерла. Мне было лет пять.

— Не помнишь из какого она была рода? — спросил вдруг Эран.

— Мак’Ален — один из старейших ведьмовских родов, но на ней он закончился. Она так и не родила дочь, и ее род оборвался.

— Очень жаль, — грустно улыбнулся Эран, — ступай, — он подтолкнул меня к двери, — увидимся вечером на балу.

— Хорошо, — я тоже улыбнулась ему, — помни, ты обещал нам с Аланом экскурсию в галерею.

— Если будете себя хорошо вести, — рассмеялся принц.

Глава 7

Эран.

То, что сейчас рассказала Кира, не укладывалось в голове. Как мы могли забыть такой пласт истории? Я быстро шел по коридору. Больше всего меня почему-то зацепила фамилия Мак’Ален. Было в ней что-то знакомое. В библиотеке должна была быть генеалогия всех ведьмовских родов. С тех пор, как сотню лет назад стало понятно, что ведьмы вымирают, был составлен свод всех имевшихся на то время ведьм. И если мать Ричарда была ведьмой, то и ее фамилия должна быть в этом перечне.

Зачем мне это было нужно, я не понимал. Но что-то упорно толкало меня выяснить данную информацию. До бала еще несколько часов, так что у меня есть время. Добравшись до библиотеки, я зашел внутрь и вот уже полчаса бродил между стеллажами, выискивая нужную мне книгу.

— Здесь ты ничего не найдёшь, — чья-то мысль коснулась сознания, и в тот же момент жаба размером с поднос плюхнулась мне под ноги.

— Вита! Твою ж…— я от неожиданности выругался, — ну разве можно так пугать!

— А что это мы такие пугливые? — ехидно проквакала она.

— Да вот, какой есть, — я, прищурившись, посмотрел на фамильяра моей ведьмочки, — что ты вообще здесь делаешь? Разве ты не должна быть с Кирой?

— Кире сейчас не до меня, она там с мачехой ругается, — жаба махнула лапкой, — и потом я еще не обедала.

— Да ты скоро размером с табуретку станешь, — усмехнулся я.

— Нечего указывать даме на ее недостатки, — обиженно проквакала Вита, — я же не виновата, что твоя сила такая питательная и вкусная, ну просто оторваться невозможно, — она как-то хищно облизнулась, глядя на меня.

Мне, признаться, стало не по себе. Нет, я, конечно, понимаю, что в буквальном смысле она меня не съест, но осознавать, что кто-то рассматривает тебя, как свой обед, не очень приятно.

— Слушай, а ты другой облик можешь принять?

— А чем тебя этот не устраивает?

— Устраивает, мне вообще все равно, просто интересно.

— Могу.

Вита тут же превратилась в огромную саламандру, затем подумала и стала не менее гигантской змеёй, а затем снова вернулась в свое жабье обличие.

— Просто эта форма — самая компактная, — добавила она.

Это точно! Саламандра у нее получилась ярда два длиной, а змея ярда четыре, если не пять. И не тоненькая, а вполне себе нормальная, в полобхвата толщиной.

— А почему земноводные и пресмыкающиеся? — поинтересовался я, продолжая высматривать книгу.

— Потому что, — чисто по ведьмовски ответила Вита, решив этим ограничиться, — любопытный больно. А любопытство, как известно, сгубило кошку. Так что меньше знаешь, крепче спишь.

— Ты хотела помочь.

— Разве? — удивленно спросила жаба, — что-то не припомню.

— Вита! — прикрикнул я на нее, отгораживаясь барьером и лишая доступа к силе.

— Противный! Ну дай еще, — она неуклюже ковыляла за мной.

— Помоги книгу найти.

— Да зачем она тебе? Если надо, я и так расскажу, — жаба подкралась ко мне и обняла лапами мою ногу.

Я наклонился и подхватил ее на руки. Тяжеленькая. Усевшись на диван, я устроил фамильяра рядом. Жаба тут же забралась на меня.

Просто потрясающе! Сижу в библиотеке и беседую с жабой, мирно сидящей у меня на коленях.

Вита не вызывала отвращения. Напротив, ее мягкая, словно сафьяновая, шкурка в коричневато-золотистых разводах манила прикоснуться к ней. А от ласки она начинала тихо вибрировать.

— Я тебя слушаю.

— Спрашивай, — проквакала Вита.

— Расскажи про род Мак’Ален.

— Мак’Ален — один из старейших родов ведьм со времен раскола. Долгое время являлся сопутствующим родом королевской семьи, пока не стал угасать, — лекторским тоном начала Вита.

Точно, теперь я вспомнил. Моя прапрабабка была из Мак’Аленов. Кажется, в галерее даже ее портрет есть…

— Ты слушаешь? — недовольно спросил фамильяр.

— Да, прости, я задумался. Продолжай.

— Причиной угасания рода стал отказ одной из ведьм от своего сына, родившегося ведьмаком…

— Что ты сказала? Среди Мак’Аленов был ведьмак?

Я аж подпрыгнул, случайно сбросив жабу на пол. Вита недовольно квакнула и снова запрыгнула на диван.

— Да.

Вита опять устроилась у меня на коленях.

— Это случилось три поколения назад, в твоем, между прочим, роду. У твоей прапрабабки, Абигайль Мак’Ален, родились близнецы: два мальчика. Явление у ведьм крайне редкое. Так вот, второй был ведьмаком. Это выяснили не сразу, но когда узнали, юного принца изгнали из рода, лишив всех титулов и регалий, и сослали в отдаленное имение. А через год ребенок пропал. Что с ним стало, никому не известно, — жаба развела лапками, — конец. Ты ведь это хотел узнать?

— Да, Вита, ты — чудо! Похоже, теперь я знаю, кого мы ищем. Ответь еще на один вопрос, сколько лет было мальчику, когда он пропал?

— Пятнадцать.

Вита послала мне воздушный поцелуй и исчезла.

Просто замечательно. Один из принцев был ведьмаком, и с ним очень плохо обошлись. Возможно, парень затаил обиду и теперь мстит. А учитывая, что это было не так уж давно, то он вполне может быть жив. Ведьмы и маги могут жить очень долго. Ему сейчас что-то около ста. Не мальчик, конечно, но и не старик.

Теперь вопрос, чего он хочет? Отомстить, это понятно. Следующий вопрос — кому? Королевскому роду? Конкретно Мак’Аленам и их потомкам? Всем ведьмам? А может им движет жажда власти? Вполне возможно, этот ведьмак королевских кровей претендует на престол. А значит является угрозой и мне. И третий вопрос, где он раздобыл знания о призыве духов. В академии призывателей не обучали. Эти знания считались опасными. Давалась лишь общая информация без всякой практики. Следовательно, тут либо передача знаний от учителя к ученику, либо самоучка. Надо хорошенько поразмыслить над этим.

Бой настенных часов прервал мои рассуждения. Пять часов. Пора идти. Бал скоро начнётся. Я покинул библиотеку и направился в свои покои.

Кира.

Сегодняшний обед прошёл сносно. Алан перестал дуться на Эрана, и братья помирились. Но вот идея прогуляться после полуночи в картинную галерею отзывалась неприятным холодком по спине. Нет, отказываться я не собираюсь! Дух авантюризма присутствует во мне, как и в любой ведьме. К тому же я буду не одна. Оба принца обладают весьма значительными силами, в этом я уже неоднократно убедилась. Так что все должно пройти хорошо.

Вернувшись к себе, я тут же попала в цепкие пальчики Марьяны и пары горничных, которых моя деятельная мачеха вызвала заранее.

— Кирочка, — щебетала она, — сегодня твой дебют, да еще и в качестве невесты принца. Ты просто обязана выглядеть как принцесса! Давайте, девочки, нужно привести Киру в порядок! — скомандовала она горничным, которые, подхватив меня под белы ручки, повели в сторону спальни.

В тот момент моя голова была занята размышлениями о предстоящем вечере, и я особо не сопротивлялась. Однако хватило меня всего часа на два. К началу третьего часа этого «салона красоты», так Мари называла издевательства надо мной, я была готова рвать и метать и едва сдерживалась, чтобы не призвать стихии и не вышвырнуть прочь надоедливых служанок вместе с мачехой. Часы пробили пять, до бала — час, а к одеванию и прическе мы еще даже не приступали.

— Девочки, нам надо поторопиться, — мачеха расхаживала по моей спальне в кружевных чулках на подвязках, изящных панталонах и корсете, который на ней затянула одна из горничных. Вторая в этот момент как раз закончила делать мне макияж.

Вот что за дурацкая мода, выбелить лицо, а потом просто нарисовать на нём новое! Нет, вот в таком виде я точно не пойду! Я — не комедиантка из бродячего балагана!

— Смывай! — рявкнула я на служанку, взглянув на себя в зеркало, — это никуда не годиться! Я на привидение похожа!

— Но госпожа Кирьяна, так сейчас принято при дворе, — попыталась оправдаться та.

— Да мне плевать, что тут принято! Макияж должен украшать, а не уродовать! Смывай, говорю, а то прокляну!

— Кира! Что ты творишь! — завизжала Мари, увидев, как я, не дожидаясь служанки, стираю с лица ненавистную краску.

— Мари, это мне не идет, ты же говорила, что я должна выглядеть хорошо.

— Ты должна выглядеть как принцесса! А по правилам двора на знатной особе должен быть соответствующий макияж! Пойми ты, белила скроют, если ты вдруг некстати покраснеешь, и придают лицу свежий вид. А румяна можно сделать поярче, как и губы.

Было ощущение, что у меня из ушей сейчас пойдёт пар. Я ей про одно, она мне про другое.

— Вот сама так и иди! А меня нечего уродовать! Мне своей свежести хватает, не то, что некоторым!

Тут я от души проехалась по самому главному страху моей мачехи — потерять красоту и молодость. На самом деле Мари выглядела прекрасно, но при этом несколько часов в день посвящала уходу за лицом и кожей. И ей, при ее типаже голубоглазой белокурой блондинки, подобная фарфоровая бледность, достигаемая с помощью белил очень даже шла. Мое же лицо от всех этих ухищрений превращалось в маску.

— Да что ты такое говоришь! — разозлилась мачеха, — неблагодарная девчонка! Я тут стараюсь, изо всех сил делаю из простушки светскую даму, а она…

Договорить Мари не успела. В комнате раздался раскат грома, сверкнула молния, а в воздухе запахло озоном. Служанки с визгом бросились вон, а над моей головой уже сгущалась небольшая черная тучка. Марьяна подавилась словами и начала медленно отступать к двери, которая в этот момент распахнулась, и в комнату вошёл отец. Картина маслом! Я в халате с наполовину стертым макияжем, разлетающимися волосами и с черной тучей над головой, мачеха — в одном нижнем белье, но с прической и накрашенная.

— Хватит! — голос отца прогремел не хуже грома, — Марьяна, иди одевайся! Кира, заканчивай представление! Бал через час! Живо смывай с лица этот ужас. Ты — молодая девушка, и тебе это ни к чему! Ресницы подкрась и губы, этого довольно!

— Хорошо, папочка.

Я бросила торжествующий взгляд на опешившую Мари, улыбнулась отцу, и туча над моей головой развеялась. В комнату опасливо заглянула моя горничная.

— Фира, ты слышала, что сказал магистр Фолден? Помоги мне! — я поманила к себе служанку.

Марьяна, фыркнув, в гневе вылетела из моей спальни. Еще бы, я ее сейчас в лучших чувствах оскорбила. Не оценила ее усилий! Сейчас будет мозг отцу выносить. Все-таки папа у меня замечательный! Если бы не он, Марьяна бы на бал не пошла. Сомневаюсь, что оставшись лысой, она рискнула бы туда появиться.

В отсутствии Марьяны мы справились за полчаса. Фира помогла мне смыть краску с лица, быстро подкрасила ресницы и немного выделила губы, а затем уложила волосы в простую, но изящную причёску. Затем последовала упаковка в корсет, который сейчас был затянут так, как мне было удобно и, наконец, платье. Тут пришлось повозиться. Но в конечном итоге ровно через тридцать минут я вышла из дверей спальни во всей красе своих двадцати трех лет.

— Ты потрясающе выглядишь, дорогая моя! — отец, ожидавший нас в гостиной, с удовлетворением оглядел меня, — Эран будет сражен наповал.

— Конечно, — сбоку раздался недовольный голос мачехи, — принц просто рухнет, когда увидит, что его невеста ни во что не ставит дворцовые традиции! А мне теперь краснеть за нее!

— Перестань, Мари, — отец подошел к своей жене и приложился к ее руке, — на ведьм эти традиции не распространяются, а Кира — настоящая ведьма!

— Ты великолепна, милая! — смягчил он свои слова комплиментом.

Мачеха заулыбалась и махнула на меня рукой со словами, что взять с бедной девочки, так рано потерявшей мать.

Вот сейчас очень хотелось подпалить ей платье, но предупреждающий взгляд отца охладил мой пыл. Я вздохнула. Тяжело ему. Марьяна со своими капризами требует много внимания, да и я не лучше. Ладно, пора идти. До начала бала — четверть часа.

Отец под ручку с Марьяной чинно шествовали по коридору, а я семенила сзади, размышляя, чем бы досадить мачехе. На самом деле запал уже потух, и размышляла я больше по инерции, потому что думать про бал не хотелось. От одной мысли о королевском бале меня бросало в холодный пот, а внутри все сжималось.

— Сегодня твой дебют, — звучал в голове пронзительный голосок Мари, — в качестве невесты принца!

Бррр! Да у меня уже поджилки трясутся! Этикет, танцы, — я настолько далека от этого, насколько маленькая ящерка далека от дракона! Готовясь стать преподавателем, я совершенно не уделяла внимание всем этим дисциплинам и вот теперь пожинаю плоды своей недальновидности! Позорится перед всеми мне совершенно не хотелось.

— На ведьм эти правила не распространяются, — вспомнились мне слова отца.

Надеюсь, что это правда, а не очередная ложь во спасение меня от докучливых требований Мари.

Так, Кира, выше нос! В конце концов это все придумка Алана. Ты на этот бал не просилась! А кому что не нравится, могут тихо порыдать где-нибудь в уголке! И не тебе краснеть за это!

Я мысленно улыбнулась и расправила плечи. В конце концов я — О’Салем и должна гордо нести себя!

Глава 8

Широкие двери бального зала были распахнуты. В дверях гостей встречал распорядитель, парочка стражников и, как ни странно, Эран.

Вот уж кому точно наплевать на этикет! Он стоял в дверях, в нарушении всех протоколов и регламентов, явно высматривая меня. Нет, ну что же это такое! Я же обещала, что не сбегу от него. Неужели для него слово ведьмы — пустой звук?

Заметив нас, Эран поприветствовал отца и мачеху, а затем, подхватив меня под руку, утащил с собой, к тому месту, где располагались троны короля и королевы.

— Сегодня отец объявит о нашей помолвке, — прошептал мне на ухо Эран.

— Может не надо? — я испуганно посмотрела на него.

Ведь если помолвка будет объявлена официально и публично, то и отказываться от меня ему придется также публично, а это позор, для него в первую очередь. Мне-то что? Хотя и для меня ничего хорошего. Всю жизнь потом жить с клеймом брошенки, такое себе удовольствие. Нет, надо как-то это остановить! Все зашло слишком далеко!

— Эран, послушай, я еще не…

— Это ты послушай, — он перебил меня и, подтянув поближе, продолжил, — тебе угрожает опасность. Вита рассказала мне, что в моем роду был ведьмак. Его изгнали, когда он был еще мальчишкой, и случилось это всего три поколения назад. Моя прапрабабка была из Мак’Аленов.

Я замерла. Род отца связан с королевской семьёй? Как это возможно? Почему же бабушка никогда об этом не рассказывала?

— Я узнал у отца, — продолжал шептать мне на ухо Эран, — когда в королевской семье родился ведьмак, было решено отказаться от сопутствующего рода, чтобы избежать в дальнейшем такого.

— Но ведьмак может родиться в любом роду!

— Да, но решение было принято. И моя прапрабабка была последней из Мак’Ален, ставшей королевой. С тех пор их род начал угасать.

— Они лишились поддержки вашей магии, так что неудивительно, — я пожала плечами.

— С того момента маги начали сами выбирать себе жён, не советуясь с магией, — добавил Эран.

— Как? — моему изумлению не было предела, — но это же ведет к закрытию ведьмовских родов!

— И не только ведьмовских, — кивнул принц, — магические рода тоже слабеют. Поэтому мой отец и заключил договор с твоей матерью, как только стало понятно, что мы предназначены друг другу. Он не отступится, Кира, и я тоже. Ты станешь моей женой несмотря ни на что! Так что можешь прекратить свои попытки. Я не откажусь от тебя.

Я было дернулась, чтобы высвободиться из его рук, но он лишь крепче стиснул меня, лишая последней возможности для побега.

— Если он сейчас попытается подчинить меня, это будет последняя капля, — промелькнула мысль, но Эран просто продолжал обнимать меня, приветливо кивая гостям, которые подходили поприветствовать нас.

В просторном зале сразу стало как-то тесно и душно. Лица людей мелькали как в калейдоскопе, голоса сливались в монотонный гул. Корсет болезненно сдавливал грудь, а дышать стало невыносимо тяжело. Ощущение неотвратимого финала, в котором мне не место, давило на плечи, заставляя ссутулиться, а руки Эрана, крепко держащие мою талию сейчас воспринимались как железный обруч. Комок подкатил к горлу, а глаза защипало от навернувшихся слез.

— Держись! — мысленно уговаривала я себя, — еще ничего не решено. Помолвка, пусть и прилюдная, еще не свадьба. Да и вынужденное замужество это не конец! Ты справишься! Он еще пожалеет об этом! — мысли о будущей мести, которая заставит Эрана молить о пощаде и просить меня разорвать договор, придавали мне сил, не позволяя позорно разрыдаться на виду у всех.

Постепенно буря внутри меня, поднятая его словами, стихла, и способность мыслить трезво возвращалась в мою голову, раскалывавшуюся от напряжения и попыток сдержать рвущийся наружу протест.

А так ли все плохо с этой свадьбой? Мы идеально подходим друг другу в плане магии, а значит, мой род не прервётся, что непременно бы случилось, выйди я замуж за другого. Мое положение принцессы позволит мне заниматься чем угодно, совершенно не заботясь о хлебе насущном.

На жалование преподавателя особенно не пошикуешь. Да, есть еще наследство матери, но и его надолго не хватит, а во всех этих банковских делах я — полный ноль. В любом случае я бы попала в зависимость от отца. Вот он в этом разбирается.

А тут я даже могу не работать и полностью посвятить себя исследованию, которое начала моя мать. Проблемы существования обратной стороны и ее жителей заинтересовали меня и хотелось в этом разобраться. Нужно лишь устранить угрозу в лице неизвестного призывателя, и тогда путешествовать по зазеркалью вновь станет безопасно. К тому же Эран обещал помочь освободить душу мамы из зеркального плена.

С какой стороны не посмотри, это выгодный союз для нас обоих, и для меня в первую очередь. И все, что я должна сделать — просто согласиться. Дать себе возможность выбрать Эрана, и тогда даже ведьмовская гордость и самолюбие окажутся не задетыми.

Выбрать самой… Вот что беспокоило меня. Здесь нет выбора. По крайней мере для меня это выглядело как факт принуждения. Ведь я не выбираю его, а он не выбирает меня… Хотя он-то как раз выбрал. Выбрал подчиниться договору и жениться на мне, пошел на сделку с совестью и наплевал на свои чувства.

— О чем думаешь?

Дыхание Эрана ласковым ветерком прошлось по шее, а его губы почти коснулись моего уха, порождая внутри необъяснимое ожидание и предвкушение чего-то, что я пока не могла себе представить.

— Что ты ко мне чувствуешь, — машинально произнесла я, отвечая на его вопрос.

— Что я к тебе чувствую? — задумчиво переспросил он меня, — это сложно объяснить в двух словах…

— Можно в трех, а если совсем невмоготу, меня и развернутое сложноподчинённое предложение устроит.

— Не язви, ведьмочка, — он ткнулся подбородком мне в макушку, — для тебя так важно, чтобы я что-то к тебе чувствовал?

— Мне важно понимать, на чем основаны наши отношения, чтобы как-то выстраивать их в дальнейшем.

Я смотрела в зал, прижавшись к нему спиной. Несмотря на весь мой протест и негодование, когда он вот так обнимал меня, внутри, где-то в груди, появлялось ощущение покоя, а по телу растекалось приятное тепло.

Бал уже давно шел полным ходом. В свете свечей по отполированному до блеска паркету скользили пары. Рядом тихо беседовали родители Эрана, а Алан громко смеялся, стоя неподалёку в кругу однокурсниц. Я подняла голову и посмотрела в глаза принца.

— Ты дорога мне, Кира, — в его глазах горел огонь, которого я никогда не видела прежде, — дороже всего, что у меня есть. Я не знаю, как это объяснить, но чувствую, что это так, поэтому не могу отпустить тебя. Ты запала мне в душу сразу, после нашей первой встречи. Я тогда долго злился на тебя за твою выходку, но так и не смог выкинуть тебя из головы. Три года я пытался найти тебе замену, но никто не был способен избавить меня от мыслей о тебе. И я буду счастлив, если ты выберешь меня по доброй воле. В противном случае я сделаю все, чтобы приручить тебя, чего бы мне это не стоило.

— Серьёзное заявление, — помолчав, сказала я, — могу я попросить об одном одолжении?

— Попросить можешь, — усмехнулся Эран.

Я улыбнулась. И кто из нас язва?

— Отложи объявление помолвки до конца празднований. Пусть это пока останется интригой. А в последний день уходящего года мы объявим об этом. Пожалуйста, Эран, это важно для меня.

— Хорошо, — медленно произнёс он, подумав какое-то время, — только учти, в первый же день Нового года нас обвенчают в королевской часовне, а сама свадьба состоится через месяц.

— Согласна, — кивнула я.

Эран отпустил меня и подошёл к отцу. Я стояла на месте, наблюдая, как он что-то тихо объясняет родителям. Нахмурившийся в начале король, спустя пару мгновений улыбнулся и кивнул, а королева бросила на меня полный благодарности взгляд. Я ответила ей улыбкой.

Зачем я попросила принца об этом? Просто хотела проверить, согласится или нет. В его словах и действиях я чувствовала искренность и настоящие чувства. Это подкупало и сбивало с толку. Хотелось увидеть их проявления в виде реальных действий, а не только красивых фраз и обещаний. В моей же голове и душе был совершеннейший хаос. Я сама не могла объяснить себе, что чувствую к этому человеку, и это непонимание рождало сопротивление, словно я пыталась выиграть себе немного времени, чтобы разобраться в этом клубке противоречий, охвативших меня.

— Отец согласился отложить сообщение о нашей помолвке и одобрил наше венчание, — Эран вернулся ко мне, — ты довольна?

— Спасибо, — у меня вырвался вздох облегчения, а мой жених подозрительно посмотрел на меня.

— Что ты задумала, ведьмочка?

Он снова взял меня в плен своих объятий, а я, как-то расслабившись, прильнула к нему.

— Ничего, Эран, я сейчас не в состоянии думать. Пойдем лучше потанцуем! — внезапно предложила я.

— Ну пойдём, — улыбнулся он и повел меня в центр зала. Едва мы вышли, как заиграла музыка, и Эран повел меня в танце. Партнером он был великолепным. Даже учитывая мои жалкие навыки, получалось у нас весьма слажено и гармонично. Эран сам контролировал все мои движения, тихо подсказывая нужные фигуры, а я просто плыла где-то в своих мыслях, доверившись его мастерству. Не знаю, получал ли он удовольствие, но я определенно наслаждалась нашим танцем. Мы станцевали еще несколько мелодий, и я попросила Эрана отвести меня к столам, чтобы немного промочить горло. В зале, действительно, было душно от жарко горящего камина, сотен свечей и десятков людей.

Едва мы подошли к столу, как к нам подскочил Алан.

— Эй, влюблённые, вы не забыли, что у нас запланировано на сегодня?

Если он сейчас пытался задеть нас, то у него не получилось, мы лишь молча переглянулись.

— Не забыли, — лениво произнес Эран, потягивая морс, — еще только десять часов.

— А я уже устал от все этой толчеи и суеты — пожаловался Алан.

— Ты сам этого хотел, — напомнила я ему. Он открыл рот, но видимо, передумав спорить со мной, тут же закрыл его.

— Хотел, — проворчал он спустя несколько мгновений, — только не этого.

Тут он взглянул на брата и снова вздохнул.

— Алан, пойдём танцевать, — Агнешка Стамер, первокурсница и совсем еще юная ведьмочка, схватила его за руку и потащила за собой.

— Я не вынесу этого, — простонал Алан, но все же пошел вслед за девушкой.

Я рассмеялась:

— Поделом! В следующий раз будет думать, что вместе с дамами нужно еще и кавалеров приглашать, чтобы не только одному отдуваться.

— Не будь такой врединой, Алан старался для всех вас, — Эран с укором посмотрел на меня.

— Тогда предлагаю тебе составить ему компанию, а я посижу, отдохну.

Я демонстративно уселась на стул и сложила руки на груди. Эран пожал плечами, и через минуту он уже кружился в танце с одной из признанных красоток нашего курса, Эмили Вер’Дален, представительницей весьма известного, хоть и не очень сильного, но многочисленного ведьмовского рода, специализирующегося на любовной магии.

Вид смеющейся и сияющей от счастья Эмили в объятиях Эрана вызвал во мне такую волну гнева, что я аж опешила от удивления. Что это со мной? С чего вдруг? Надо отдать принцу должное, вел он себя более чем прилично: никаких лишних обнимашек и, упаси боже, поцелуев. Равнодушный взгляд, ровный тон. А вот Эмили всячески пыталась провоцировать его на лишние прикосновения к ее весьма выдающимся формам.

Я смотрела на них, пытаясь понять, что меня разозлило. Осознание, что в данный момент она пытается соблазнить Эрана, медленно затапливало все мое существо, заставляя сердце гореть от неизвестной мне прежде, обжигающей, словно кипящая смола, ревности.

— Перестань, Кира, ты же не собираешься устраивать тут скандал! И потом ты сама ему разрешила, — увещевала я свою разбушевавшуюся ведьмовскую натуру, которая требовала немедленно наказать Эмили за то, что она позарилась на мое.

Но когда я заметила блеск острия булавки, зачарованной на приворот, занесенной над шеей принца, а ведьмино чутье завопило об опасности, я не выдержала.

Коварный блеск в глазах Эмили, уже празднующей свою победу, сменился изумлением. Ураганный порыв ветра, ворвавшись через внезапно распахнувшееся окно, взметнул ее пышные юбки из тончайшего муслина (между прочим последний писк моды), демонстрируя всем милейшие панталоны в розовый горошек. Подол зацепился за вычурное украшение, вплетенное в золотистые волосы Эмили, а девушка от неожиданности уронила булавку, по которой тут же прошлось несколько пар тяжелых башмаков, разрушая хрупкое заклинание приворота.

Стоящие рядом дамы бросились ей на помощь, а Эран, выпустив из рук неудачницу, благоразумно ретировался в сторону, дабы не быть обвинённым в домогательствах. Компания мужчин, с интересом разглядывающих исподнее мадемуазель Вер’Дален, отпускала сочные комментарии, а девушки злорадно перешёптывались, пока, наконец, одной из дам не удалось отцепить подол, оборвав его.

Эмили торопливо одернула юбки и обвела зал гневным взглядом, ища возможного недоброжелателя. Так и не определив виновника своего позора, она с виноватой улыбкой повернулась к посмеивающемуся Эрану, который искоса поглядывал на меня. И уже собиралась сделать шаг навстречу своей мечте, как ее ножка в изящной туфельке на слишком высоком, на мой взгляд, каблуке наступила на совершенно непонятно откуда взявшийся посреди зала ледок. Эмили поскользнулась, каблук подломился, а она со всего размаху приземлилась на место пониже спины. Коварная охотница на чужих женихов, сидела посреди зала, всхлипывая от боли в ушибленной пятой точке и размазывая по щекам макияж. Ее лицо сейчас напоминало палитру художника, на которой нежно-розовые тона румян смешивались с легкими черными штрихами краски для ресниц.

Эран бросил на меня укоризненный взгляд, быстро подошёл к Эмили, поставил ее на ноги и помог добраться до ближайшей лавки, где к ней тут же подлетели маменька и сестры. Убедившись, что девушка цела, а повреждения минимальны, Эран оставил ее на попечение родни и тут же направился ко мне с весьма строгим видом.

— Ну и зачем ты это устроила? — тихо поинтересовался он, беря меня за руки, — к чему эта сцена ревности?

В глазах принца прыгали чертики.

— Ты же сама разрешила мне потанцевать с другими.

— Я разрешила ТЕБЕ потанцевать с другими, но я никому не позволю раскатывать губки на моего парня, — насупилась я, — между прочим она пыталась повесить на тебя приворот.

Недоверчивый взгляд принца говорил, что он сомневается в моих словах.

— Я ничего такого не заметил, — пожал он плечами.

— Когда бы ты это заметил, было бы уже поздно, — отрезала я.

Любовный приворот — не приговор, он развеивается всего лишь через сутки, но за эти сутки можно успеть многое, в том числе и затащить мужика в постель, а затем обвинить его в том, что он обесчестил невинную девушку. Невинной Эмили не была, об этом болтали злые языки в академии, но я свечку не держала и проверять не собиралась. А просто смотреть, как эта вертихвостка пытается заграбастать себе моего, подчеркиваю, моего мужчину, было выше моих сил.

А вот и ответ на мой вопрос по поводу чувств к принцу! Осознание, что я ревную Эрана и считаю его своим, четко дало мне понять, что я, сама того не желая, уже сделала выбор, и сопротивляться теперь нет смысла. Странное ощущение свободы накрыло меня, словно за спиной развернулись невидимые крылья.

— Ревнивица, — улыбнулся теперь уже точно мой жених и поцеловал мне тыльную сторону ладони, — после такого представления ни одна девушка не решится принять мое приглашение. Придется провести остаток вечера в твоей компании.

— Ты против? — настороженно посмотрела на него.

Кто знает этих мужчин! Вдруг это все его так впечатлило и испугало, что он сейчас пойдёт на попятную, и вместо свадьбы я получу расторжение договора.

— Ну, тоже неплохо, — попыталась ободрить себя, глядя на улыбающегося Эрана.

— Я не против, — рассмеялся он, — я только за, моя маленькая вредная ведьмочка!

Он, как обычно, обнял меня, а я расплылась лужицей, греясь в идущих от него лучах силы.

— Он — мой! Только мой! — гулко отдавалось в голове с каждым ударом сердца.

Глава 9

Бальный зал. Эран.

Да уж, с Кирой не соскучишься! То просит отложить помолвку. То тащит танцевать, хотя и не любит этого. Алан мне врать не будет. А потом вообще устроила сцену ревности, хотя сама же и разрешила потанцевать с другой. Ну вот как это понимать! Одним словом — ведьма! Размышлял я, искоса поглядывая на свое ненаглядное сокровище.

Говорит, что это была попытка защитить меня от приворота. Вот уж не знаю! Я ничего не заметил, но ту девушку жаль. Никогда бы не подумал, что моя ведьмочка может быть настолько безжалостна к сопернице. Хорошо, она хоть убить ее не пыталась. Я даже не успел узнать имя, знаю только, что кто-то из студенток. Ладно, Кире виднее.

Я покрепче обнял ее. Моя вредина сидела, угнездившись в моих руках, и наблюдала за происходящим в зале.

— Может всё-таки стоит объявить о помолвке, — спросил спустя какое-то время, — во избежании подобных недоразумений?

Кира напряглась, но затем откинувшись мне на грудь, промурлыкала:

— Нет, давай пока не будем. Вдруг ты еще передумаешь.

— Вот ведь… — я молча улыбнулся, — ну, не будем, так не будем. Пусть почувствует себя хозяйкой положения.

Вечер шел своим чередом. Той, на ком Кира демонстрировала свои ведьмовские приемы, пришлось покинуть зал по причине порванного платья, сломанного каблука (хорошо, что только его), ушибленной пятой точки и совершенно испорченного настроения. Я видел, как мать уводила ее, что-то шепча на ухо.

Моя ведьмочка успокоилась и перестала бросать подозрительные взгляды на остальных девушек. Мы потанцевали еще немного, после чего Кира заявила, что сил ее больше нет, и что она до конца бала с места не сдвинется, и уселась на лавку рядом с одним из столов. Мне ничего не оставалось, как сидеть рядом с ней, чтобы она снова меня не приревновала. Вскоре к нам присоединился Алан, которому уже окончательно надоело внимание дам, и он отговаривался от танцев тем, что жутко натер ноги новыми туфлями и больше не в силах сделать ни шага.

Часы показывали половину двенадцатого, когда я решил сжалиться над этими двумя и, тихо шепнув брату, чтобы он выбирался из зала, повел Киру попрощаться с родителями. Исчезнуть без позволения короля мы не могли, поэтому срочно требовалось придумать какой-то благовидный предлог, о чем я и сообщил Кире, пока мы пробирались через толпу гостей. Моя невеста быстро сориентировалась и, сославшись на некстати появившуюся головную боль, попросила разрешения покинуть праздник, а я, как верный рыцарь, вызвался проводить ее до комнат. На что отец лишь посмотрел на нас с понимающей улыбкой и дал свое позволение, попросив завтра появится на завтрак. После этого мы с Кирой, целомудренно держась за руки, покинули бальный зал. За дверью нас уже поджидал мой братец.

— Ну наконец-то, — с облегчением выдохнул Алан, — я думал, это никогда не закончится.

— А это не конец, это только начало, — напомнил я ему, — еще четыре дня осталось.

— Завтра будет легче, — беспечно отозвался брат, — отец разрешил мне позвать друзей. Пойдёмте, скоро полночь.

Мы не спеша шли по ярко освещенному коридору дворца. За окнами мело, и снег тихо шуршал по заиндевевшим стеклам. Алан травил анекдоты, Кира заливисто смеялась, а я просто наслаждалась этой семейной идилией.

— Нам туда, — Алан остановился и указал на темный проход, ведущий в картинную галерею.

Кира как-то напряглась и прижалась ко мне. Не скажу, что испугался, но и самому мне было не по себе от мысли, что нам предстоит сейчас войти в эту молчаливую темноту, которая после блеска и шума бального зала казалась особенно зловещей.

— Ну что, идем дальше? Или возвращаемся? — я вопросительно посмотрел на замершую ведьмочку.

Алан, в отличие от нас, был настроен более решительно. Он уже подошел ко входу, и нетерпеливо поглядывал в нашу сторону, ожидая Кириного ответа.

— Идём, только светляк зажги. Не хочу споткнуться, — с дрожью в голосе попросила Кира.

— Тогда вперёд, — я создал парочку светляков и пустил их перед собой, чтобы мы могли видеть, куда идем.

Галерея была расположена в одном из двух залов перехода, ведущего в другое крыло дворца, пристроенное позже. Окон в нем не было. Поэтому галерея даже днем освещалась при помощи магических светильников, которые создавали в ней таинственную атмосферу. Из-за этого у посетителей складывалось ощущение, что портреты следят за ними. Кто-то объяснял это мастерством художников, кто-то — специально наложенными чарами. А вот Алан — наличием призрака.

Я усмехнулся. Призрак картинной галереи — звучит как название детективного романа. Отец давно подумывал о том, чтобы перенести все портреты в один из многочисленных залов основной части дворца, более просторный и светлый.

Оказавшись внутри, мои подопечные притихли, а Кира вцепилась в мою руку. От девушки исходили эманации страха.

Согласен, бродить по полутемному помещению, постоянно ощущая на себе чей-то взгляд, не самое большое удовольствие, а сейчас мы и вовсе пробирались в кромешной темноте, разгоняемой лишь слабым светом летящих впереди светляков.

Верхний свет не стали зажигать специально. Алан объяснил, что призрак является только в темноте. Оказывается, вчера он встретил его не в первый раз, а нас позвал, потому что одному общаться с призраком ему было боязно.

Дойдя до середины зала, мы остановились, чтобы оглядеться. Я зажёг еще несколько огоньков, поярче. Их колышащийся белый свет выхватывал из темноты висящие на стенах произведения искусства, порождая причудливую игру теней. Мы медленно перемещались от одной картины к другой. Я то и дело поглядывал на подписи. Раз уж мы здесь, очень хотелось найти портрет прапрабабки Абигайль Мак’Ален.

— Это она, — внезапно Алан указал на один из портретов, коих в галерее было немало.

В частности на этом, явно старинной работы, судя по стилю написания и одежде, была изображена черноволосая женщина с поразительными светло-карими глазами, настолько мастерски прописанными, что они казались совершенно живыми.

— Это ее призрак я видел накануне! — воскликнул брат.

Я приблизил один из светляков. Внизу на раме была табличка с надписью:

Королева Абигайль, урожденная Мак’Ален.

— Эта наша прапрабабка, Алан, — сообщил я ему, внимательно разглядывая портрет, — последняя ведьма из рода Мак’Ален, ставшая королевой. Она родила двоих сыновей, один из которых оказался ведьмаком и был изгнан. После чего короли отказались от сопутствующего рода и он угас. Бабушка Киры, Миринесс Мак’Ален была последней ведьмой в этом роду.

— Смотрите, что это? — прошептала моя ведьмочка, сжав мою руку, — она плачет.

Действительно, по нарисованному лицу медленно сползла слеза. Абигайль смотрела на нас грустными глазами.

— Давайте уйдём отсюда, мне тут не нравится, — попросила Кира, уткнувшись в мое плечо, словно пыталась спрятаться от этого жалобного, но пронзительного взгляда.

Тяжелый вздох разнесся по галерее. Алан вздрогнул и оглянулся. Кира тихо ойкнула и, выпустив мою руку, попятилась назад. Дальше последовал громкий возглас и звук падения. Я тут же обернулся и направил к ней светляки. Громкий визг моей ведьмочки наполнил галерею, а следом раздалось знакомое шипение. Кира сидела на полу, споткнувшись о лежащее тело, а рядом с ней поднималась тень зазеркалья.

Внезапно призрачный свет залил все вокруг. Призрак Абигайль стоял, повернувшись к тени и загораживая собой отползающую в сторону Киру. Прекрасное лицо бывшей королевы было искажено гневом. Тень, злобно шипя, отступила в темноту и растворилась в ней. Отогнав тень, призрак повернулся к Кире и с тревогой посмотрел на нее, словно спрашивая, все ли хорошо с ней.

— Я в порядке, прабабушка, — с трудом прошептала моя невеста, испуганно глядя на лежащее посреди галереи тело девушки.

Алан бросился к Кире, помогая ей встать. Я же быстро приблизился к телу и присел рядом, проверяя пульс. Светляк озарил лицо девушки. Это была одна из приглашённых ведьм, и она была мертва. Тело уже начало коченеть, а значит, смерть наступила около пяти-шести часов назад, как раз перед началом бала. На ней было бальное платье, а волосы были уложены в причёску. Она явно собиралась на праздник, но не дошла до бального зала.

— Абигайль, если я сейчас зажгу верхний свет, вам это не помешает? — я обратился к призраку.

Прабабка покачала головой, давая понять, что подобное ее не смущает. Громким хлопком я зажёг магическое освещение и огляделся. Как труп мог попасть сюда? В галерее не было зеркал. И даже если предположить, что девушку утащили из ее комнаты, пока она прихорашивалась к балу, то и найти ее должны были бы там же, как это случилось с Лорой.

— Абигайль пытается что-то сказать, — голос Киры еще дрожал, но она уже взяла себя в руки.

Я снова посмотрел на призрака, который сейчас стоял около вытянутой вперёд руки мертвой девушки, указывая на нее. Подойдя поближе, я разглядел зажатое у нее в кулаке маленькое зеркальце.

Мне с трудом удалось разжать закоченевшие пальцы и вынуть его. Внутри зеркальца металась небольшая сова. Увидев открытое стекло, она вынырнула из него, и с жалобным уханьем опустилась на тело своей хозяйки.

— Это Дарьяна О’Шанен, — медленно проговорила Кира, — она из моей группы, последняя ведьма в своем роду, сирота. Ее родители погибли год назад, и мать, и отец. Эран! Она еще жива! Ее дух-хранитель еще здесь! Значит, Дару можно вернуть! Ей нужен целитель, чтобы оживить тело!

— Не думаю, что целитель тут поможет, — с сомнением произнес брат, он тоже уже осмотрел лежащую на полу Дарьяну, — тело уже остыло и почти окоченело.

— Но мы должны ей помочь! — всхлипнула моя невеста, — мы не можем бросить ее так!

Призрак Абигайл исчез и появился рядом с Кирой. Она пристально посмотрела на нее и затем таким же образом переместилась к своему портрету.

— Что ты хочешь мне сказать? — девушка непонимающе смотрела на нее, а призрак продолжал указывать на картину.

Кира быстро подошла к портрету. Абигайл коснулась рамы, словно призывая повторить ее жест. Моя ведьмочка прерывисто вздохнула и дотронулась до нее ладонью. Рама ярко осветилась, и картина отошла от стены на манер дверцы.

— Там тайник! — завопил Алан.

Кира уже и сама сообразила это. За этой импровизированной дверью скрывалась ниша, в которой лежала какая-то книга. Кира поспешно вынула ее из тайника, и книга, засветившись, сама собой раскрылась на какой-то странице.

— Чтобы вернуть похищенную душу в тело…— бормотала она себе под нос быстро пробегая глазами по строчкам, — Эран, я знаю, что делать! Алан, беги за целителем! Скажешь, что Даре плохо! Быстрее!

Брат кивнул и выбежал из галереи. В глазах моей ненаглядной светилась отчаяная решимость, и сейчас пытаться остановить ее — занятие неблагодарное и опасное. Ну что ж, пусть попробует.

Держа в руке книгу, она встала над мертвым телом, вытянула вперед руку, и фамильяр Дары тут же уселся ей на ладонь.

— Эран, направь на Дару зеркало! — командовала она.

— Фифи, будешь моим проводником! Мы должны найти ее!

Я встал в голове умершей, держа зеркальце так, чтобы она отражалась в нем. Кира медленно читала что-то на непонятном мне языке, а Фифи с громким уханьем сорвалась с ее руки и нырнула в зеркало. Глаза Киры засветились, локоны, которые она успела перед этим распустить, взметнулись вверх, а вокруг нее разлилось золотистое сияние. Спустя некоторое время, на протяжении которого она снова и снова читала слова призыва, совенок с пронзительным победным криком выскочил из зеркала, держа в лапах золотую искру ведьмовской души.

— Разбей его, быстрее! — закричала Кира.

Я швырнул зеркальце об пол, но оно подпрыгнуло и легло стеклом вверх. Внутри была чернота!

— Скорее, они сейчас прорвутся!

Я, не долго думая, со всей силы ударил по нему каблуком. Раздался жуткий вой теней, зеркальце раскололось, брызнув во все стороны осколками. А искра души легла Кире в раскрытую ладонь. Она с каким-то благоговейным трепетом посмотрела на этот крохотный огонек, дрожащий у нее на руке, затем опустилась на колени рядом с телом.

— Переверни ее на спину, — попросила она.

Я осторожно приподнял мертвое тело и уложил его лицом вверх. Искра колебалась, грозя вот-вот потухнуть. Кира дыхнула на ладонь, словно раздувая угасающее пламя души. Совенок сидел у нее на плече и, не моргая, смотрел на происходящее. Огонек разгорелся сильнее, а Кира осторожно поднесла его к посиневшим губам Дары. Он колыхнулся и нырнул в приоткрытый рот мертвой ведьмы. Фифи сорвалась с плеча Киры и, сделав круг, опустилась на грудь хозяйки.

Несколько мгновений ничего не происходило, но затем неестественная бледность начала уходить, на шее запульсировала венка, а грудная клетка девушки дрогнула, обозначая вдох.

В глазах Киры стояли слезы, но она улыбалась, глядя на лежащую, все ещё без сознания, но уже вполне живую Дару. Улыбалась и Абигайль. Она посмотрела на меня и кивнула на тайник за портретом.

— Вы хотите, чтобы я закрыл его?

Призрак кивком подтвердила мою догадку. Затем переместилась к Кире и, положив руку ей на плечо, ласково улыбнулась. Девушка подняла голову. Фигура призрака начала размываться.

— Не уходи, прабабушка, я не справлюсь сама!

Кира попыталась схватить ее за призрачную руку, забыв, что призраки не имеют тела. Абигайль грустно улыбнулась, отрицательно покачала головой, затем посмотрела на меня и кивнула Кире.

— Благословляю вас, дети! — едва слышный шепот коснулся моего слуха, а призрак развеялся белым туманом.

— Она освободилась и ушла, — Кира поднялась с колен и закрыла книгу, а я захлопнул тайник.

В этот момент в зал вбежал Алан, за ним следом уже спешили Жан и его ученик и помощник Рональд. Кира отступила назад, уступая им место и подойдя ко мне, уткнулась в мою грудь лицом.

— Мне срочно нужно выпить, — она подняла на меня глаза.

— Согласен, — кивнул я.

— Ваше высочество, — целитель привлек мое внимание, — что с ней произошло? Поднимай ее, Рональд, мадмуазель О’Шанен нужно отнести в лазарет. У нее сильное магическое истощение и нарушена работа потоков. Такое бывает, только если душа была насильственно выдернута из тела.

— Она выживет? — со страхом спросила Кира.

— Да, мадмуазель О’Салем. Жизни Дарьяны сейчас ничего не угрожает. Я восстановил ее тело, а ее магическая сущность сама придет в норму через несколько дней. И все-таки что случилось?

— Душа Дарьяны была похищена тенями зазеркалья, мы случайно нашли ее здесь и, благодаря Кире, смогли вернуть, — ответил я целителю.

— Отойдите, Жан, мне нужно собрать осколки зеркала, — попросил я его.

Рональд уже держал Дару на руках. Жан отошел на несколько шагов от места происшествия, а я создал вихрь, который тотчас всосал в себя все кусочки зеркала. Алан тем временем уже материализовал небольшой ящичек и через пару мгновений осколки с заключенными в них тенями уже лежали в нем.

— Утром отнесем это магистру Фолдену. Он знает, что нужно делать, — сказал я брату, — а вы, Жан, идёмте с нами, осмотрите Киру, кажется ей нехорошо, а мы расскажем вам о случившемся.

Я держал Киру под руку. Мою невесту бил озноб, она была бледна и мелко вздрагивала. Целитель кивнул и, дав указания помощнику, жестом пригласил нас идти вперёд. Добравшись до моего кабинета, мы вчетвером, Алан увязался с нами, вошли в него. Устроив Киру на диване, я забрал у нее книгу. Рядом с ней тут же материализовалась Вита. Алан, поставив ящик с осколками мне на стол, уселся в кресло. Пока я доставал из шкафа вино и разливал его по бокалам, Жан успел осмотреть Киру.

— Ничего страшного. Небольшое переутомление. Нужно перестать нервничать и хорошенько выспаться, и завтра утром вы будете в полном порядке, мадмуазель О’Салем, — целитель взглянул на бокал вина в моих руках.

— Кире можно? — уточнил я.

— Да, пара глотков эльфийского неплохая замена успокоительному, но не больше, — кивнул Жан.

Я протянул бокал Кире. Она осторожно взяла его двумя руками и сделала два глотка, а затем вернула мне.

— Вы будете? — я посмотрел на Жана, а затем на Алана.

— Я не откажусь от бокальчика, — улыбнулся целитель, — а вот его высочеству, так же как и Кире, хватит двух глотков.

— Да я вообще не пью, — насупился брат.

— Я вас ни в чем не подозреваю, мой принц, просто в вашем возрасте даже этого будет достаточно. У эльфийского вина своеобразное действие. Оно не опьяняет, если не пить много, но если выпить больше бокала, то может спровоцировать видения или кошмары, так что не советую. А для успокоения нервов хватит и небольшого количества.

Я подал целителю бокал, а Алану плеснул на донышке. Брат тоже переволновался и был слегка бледноват.

Глава 10

Кира .

Пока принцы рассказывали целителю, что случилось, и как мы нашли Дару, умолчав при этом про призрака и тайник с книгой, которую он, по всей видимости, то ли не заметил, то ли сделал вид, что не обратил внимания, я пыталась осознать, что же с нами произошло.

Вита сидела, тесно прижавшись к моему боку, и всячески выражала мне поддержку. Сейчас мой фамильяр был размером с небольшой пуфик для ног и занимал почти половину небольшого диванчика.

— Неплохо Эран раскормил тебя, — мысленно усмехнулась я, поглаживая ее по мягкой золотистой шкурке.

— Так для тебя же стараюсь, — проворчала Вита, делясь со мной энергией, — чем больше у меня сил, тем сильнее ты. Вон, Фифи еще слабенькая совсем, а потому и не смогла свою хозяйку уберечь.

— Тина, вон, не слабая была, а маму все равно не спасла, — вздохнула я, гладя фамильяра матери, которого устроила у себя на коленях.

— Лорьяна в теле в зазеркалье пошла, конечно Тина ничего не могла сделать. Хорошо, хоть сама выбралась, — квакнула Вита, — вы ж, ведьмы, беспечные. Нет бы тело снаружи оставить, а душой пойти. Тогда бы ее спасти можно было, — вздохнула она, — так нет же. Сама полезла. Вот где ее теперь искать! Без Тины не найдёшь.

— Зачем он похищает их души? — спросила я у фамильяра.

— Чтобы накопитель зарядить, — мрачно произнесла Вита, — душа ведьмы большой запас энергии имеет, и если ее в накопитель поместить, то и он эту энергию использовать сможет, пока всю не израсходует. Тогда душа исчезнет и никогда больше не возродиться. Он же не маг, реальных сил не имеет.

— Тогда как он смог душу Дарьяны похитить?

— С помощью теней. Они могут дух забрать.

— В галерее рядом с Дарой тень была. Меня напугала. Ее призрак Абигайль отогнал. Что она хотела?

— Да кто ж ее знает. Может в тело вселиться, а может караулила, пока ее найдёт кто-нибудь, чтобы тоже утащить. Мне их мотивы не ведомы. Они ведь не из нашего мира, — с сожалением квакнула Вита, — а ты не дури! Не вздумай сама туда соваться! Я же вижу, что ты задумала! Эрану лучше расскажи, а то сгинешь, как твоя мать, и ее не спасёшь.

Фамильяр исчез, а я задумалась. Прочитав тот призыв, я получила отклик от души Дары, а Фифи, в качестве проводника, отнесла меня к месту ее нахождения. Ну, не меня, конечно, часть моего сознания. Заклинание, написанное в книге, разделило мое сознание, позволив вложить небольшую его часть в фамильяр Дары, а затем через зеркало переместиться к тому месту, где находилась ее душа.

Мы оказались в просторном помещении без окон, освещенном десятками магических сосудов, расставленных по стеллажам, которые тянулись вдоль стены. В каждом из них была заключена чья-то душа. В центре лаборатории стоял стол. Нам повезло. Душа девушки еще не была запечатана в фиал, а искоркой лежала на рабочем столе среди множества различных кристаллов и склянок, способных удерживать энергии.

Особо осматриваться я не стала. Несмотря на то, что в комнате никого не было, я не знала, сколько у нас времени, поэтому дав команду Фифи хватать огонек, быстро направила ее обратно в зеркало. Кстати, очень вовремя, потому что именно в тот момент, когда совенок схватил искорку, дверь в лабораторию отворилась, и вошедший, которого я не успела толком разглядеть, швырнул в Фифи заклинание.

Фамильяр ловко увернулся и с победным уханьем нырнул в огромное зеркало, через которое мы и пришли. Дальше была погоня. Неизвестный отправил за нами тени. Но Фифи, ведомая моей волей, ловко маневрируя и уворачиваясь, смогла прорваться через зеркальный лабиринт и в последний момент выскочила из ручного зеркальца, которое держал Эран. У нас все получилось. Теперь душа возвращена Даре. Вот только пока она без сознания и ничего не может нам рассказать.

Плохое предчувствие неприятно скреблось где-то внутри. Призыватель видел Фифи. Сам по себе фамильяр на такое не способен. Следовательно, он догадался, что кто-то управлял совёнком. Вопрос, способен ли он отследить меня. К тому же было непонятно, по какому принципу он похищает души ведьм. А еще Вита сказала, что тень могла вселиться в тело Дары, но почему-то решила этого не делать.

Перед глазами стояла картина поднимающейся от пола тени. В ее шипении мне послышалось что-то, похожее на слова, но призрак Абигайль, встав между нами, не позволил ей приблизиться ко мне. Интересно, тень еще в галерее или уже сбежала в свой мир?

— Эран, — обратила на себя внимание принца, — мы можем еще раз сходить в галерею и попробовать найти ту тень? Она пыталась мне что-то сказать. Я должна с ней поговорить.

— Тебе показалось. Тени не разговаривают, Кира, — он быстро повернулся ко мне, — и в галерее тебе сейчас делать нечего.

— Но мы должны понять, как он похищает души.

— Очень просто, мадмуазель О’Салем, — ответил мне вместо Эрана месье Жан, — вы смотритесь в зеркало, и если в нем есть тени, они вынуждают вас шагнуть туда, после чего вы оказываетесь в их власти, и они отводят вас к тому, кто их подчинил, к Призывателю. А он, используя темную магию, исторгает душу, а затем через пару дней выбрасывает тело обратно в наш мир, когда его уже нельзя оживить и поддерживать магически до возвращения души. Вернуть похищенную душу в тело без поддержки магией можно лишь в течение двенадцати часов. Дарьяне повезло, что именно сегодня вы решили прогуляться в галерею, иначе к утру любые усилия были бы бесполезны.

— Откуда вы все это знаете? — я подозрительно смотрела на целителя.

— Жан помогает нам в этом деле, — ответил мне Эран, — уже несколько лет. Он осматривал тела всех погибших ведьм. И всегда результат один и тот же — смерть наступила в результате похищения души.

— Об этом однажды мне рассказал фамильяр одной из первых похищенных ведьм, — добавил Жан, — он пытался спасти свою хозяйку, ушел и больше не вернулся, — целитель вздохнул.

— В его лаборатории — десятки склянок с душами, там вся стена ими уставлена! — воскликнула я.

— Ты знаешь, где находится эта лаборатория? — спросил Эран, напряженно глядя на меня, словно я могла точно указать место.

— Нет, — я отрицательно покачала головой, — я была только внутри, а окон там нет. Только зеркало. Но я смогу попасть туда снова, если это нужно. Я запомнила путь через зазеркалье, — произнесла с надеждой, что могу быть полезна.

— Вам туда точно не нужно, мадмуазель О’Салем, — голос целителя прозвучал внезапно жестко и холодно, — ни одна ведьма не справится с магом.

— Он — не маг, — меня начало раздражать присутствие Жана, — он — ведьмак. Его силы равны моим.

— И тем не менее он явно сильнее, чем ведьма, — заметил целитель.

— Отлично, месье Жан, тогда объясните мне, как душа Дары попала в плен? Зеркала в галерее нет.

— Душу Дары похитили через карманное зеркальце. Сейчас все зеркала во дворце запечатаны магией, и теням, чтобы выполнить приказ хозяина, пришлось пойти на риск и принести ему только душу, а тело осталось здесь.

— Он к чему-то готовится, — задумчиво произнес Эран, — Жан, для чего можно использовать энергию души?

— Душа — это универсальный источник силы, ваше высочество.

— Тогда зачем ему столько? — изумилась я.

— Не знаю, — покачал головой Жан, — но теперь он станет осторожнее и будет пристально следить за своей лабораторией. Так что не советую вам рисковать, — он бросил на меня предупреждающий взгляд.

— Я не настолько безрассудна, месье целитель, — вскинув голову, посмотрела на него, — скажите лучше, а магическая печать защищает от похищения души?

— Увы, нет, моя дорогая. Вашего отражения достаточно, чтобы извлечь ее из вас, из меня, да из любого, — развел руками он.

— Это значит…— я испугано посмотрела на Эрана.

— Мы все в опасности, — подытожил принц и поднялся, — я должен сообщить отцу. Необходимо закрыть и убрать все зеркала во дворце, иначе могут быть еще жертвы. Жан, идём, мне понадобится твоя помощь. Алан проводи Киру в ее апартаменты.

— Не думаю, что он будет похищать человеческие души, — покачал головой целитель.

— У нас тут полный дворец ведьм. Вся академия, — бросил ему Эран и подошел ко мне.

— Иди с Аланом, Кира, — мой жених серьезно смотрел на меня, — и постарайся не делать глупостей.

— Ничего обещать не буду, — я улыбнулась и посмотрела на него, — не волнуйся, я — взрослая девочка и не собираюсь лезть на рожон.

— Хорошо, — он наклонился и чмокнул меня в лоб, — до завтра, ведьмочка.

— До завтра, мой принц, — я проводила Эрана и Жана взглядом и, когда дверь за ними закрылась, хитро посмотрела на Алана.

— Что ты задумала, Кира? Брат же сказал без глупостей! — тот сразу догадался, что я это так не оставлю.

— Мы должны поговорить с тенью. Идем, нам нужно ее найти, — я поднялась с диванчика и подошла к столу моего жениха.

— И как ты собираешься это сделать? — в глазах Алана светился огонёк любопытства. Младший принц был склонен к различным авантюрам и точно не откажется поучаствовать в охоте на тень.

— С помощью этого, — я взяла в руки гримуар Абигайль, и книга раскрылась на нужной странице, — Заклинание призыва теней — то, что нам нужно.

Мы, крадучись, вышли в коридор и убедившись, что рядом никого нет, быстрым шагом направились в сторону галереи. Сейчас была глухая ночь. Все гости еще были на балу, а слуги сидели на кухне или отдыхали, ожидая, пока господа устанут веселиться, поэтому за все время нашего пути нам не повстречался ни единый человек.

Галерея по-прежнему была освещена, под потолком светили маглампы. Никто и не подумал потушить их. И даже несмотря на отсутствие мебели, всевозможных теней тут было предостаточно, и у нашего оппонента было предостаточно возможностей спрятаться. Именно поэтому я прихватила с собой гримуар Абигайль.

Как я успела заметить, в нем содержались различные призывы для всевозможных сущностей. Вообще-то недоступная ныне информация! Магию призыва запретили практиковать лет сто назад. Сейчас таких гримуаров днем с огнем не сыскать! Все они пылятся в спецхране академии. Но благодаря предусмотрительности Абигайль, я сейчас держала в руках бесценный сборник запретных знаний. А работал он как обычный гримуар ведьмы: подчиняясь мыслям и желаниям, книга открывалась на нужной странице. И поскольку мой отец являлся потомком рода Абигайль, то благодаря силе крови я могла управлять им.

— Ну что, — я встала посреди комнаты, держа в одной руке книгу, а другую подняв вверх, — раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать, — в шутку произнесла слова детской считалки, — выходи сам, или я воспользуюсь магией. Ты слышишь? Мы знаем, что ты еще здесь. Выходи, и я отведу тебя домой.

Я подождала немного, в надежде, что тень послушается меня, но вокруг была тишина. Ни звука, ни малейшего движения.

— Ну что ж, значит, попробуем по-другому, — я уже приготовилась читать, как вдруг небольшая клякса отползла от стены и, замерев в нескольких шагах от меня, превратилась в темный силуэт. Тень оскалилась, что вероятно означало улыбку и попытку проявить дружелюбие. Это было весьма жутко. Хотелось завизжать и броситься вон, но я усилием воли заставила себя стоять на месте.

Магистр Вернер, наш преподаватель теории призыва и гуру по всяким неопознанным явлениям, всегда говорил, что потусторонние существа подчиняются воле мага, ну или ведьмы, и чем сильнее твоя воля, тем меньше шансов, что неведомое нечто, случайно призванное тобой, набросится на тебя. К тому же тень явно не выказывала агрессии. Поэтому собрав в кулак все, что у меня было, я заставила себя улыбнуться и медленно, чтобы не спугнуть ее, опустила руку.

— Ну здравствуй, давай знакомиться. Я — Кира, а ты?

— Ш-шу-уни, — тихо прошипело оно.

— И что ты здесь делаешь, Шуни? — я замерла, не веря своему счастью, тени, оказывается, умеют говорить.

— Прячу-ус-сь, — снова просвистела тень.

— От кого?

— От-с хо-с-сяина, — продолжала тень, старательно выговаривая слова.

— А кто твой хозяин?

— При-с-сы-ва-тель, — тень испугано оглянулась.

— Здесь нет зеркал, не бойся. Он нас не увидит, — я поняла, но больше почувствовала его страх.

— Х-хо-ро-ш-шо, — выдохнул он.

Почему-то мне показалось, что Шуни — мальчик. Хотя никаких признаков этого не было.

— Х-хо-с-сяин на-ка-ш-шет, ес-сли ус-снает.

— Не узнает. Скажи, а ты сам согласился служить ему?

— Не-ет-с, — тень отрицательно покачала головой, — он-с с-сас-ставил.

— Он использовал призыв?

— Да-с, нас-с мнох-хо попалос-сь.

— А зачем вы ему?

— Душ-ши.

— Вы можете похищать души?

Шуни утвердительно кивнул.

— Любые?

Снова кивок.

— И зачем ему это?

Тень выразительно пожала плечами, мол, откуда мне знать.

— Ты ведь мог занять тело Дары, почему не сделал этого?

— Она-с крас-сивая, нравитс-ся.

Оригинально, а тень у нас еще и влюбчивая, оказывается.

— Х-хотел помочь-с-с.

— И как ты мог ей помочь?

— Принес-сти душ-шу. Ш-шдал, пока вс-се уйдут-с.

— Призыватель живет в нашем мире?

Тень кивнула.

— Ты знаешь где?

— Мох-ху покас-сать. С-серкало нуш-шно.

— А не сбежишь?

Шуни активно замотал головой:

— Нельс-ся, хос-сяин найдёт-с. Опять-с с-саставит-с делать-с с-сло. Ш-шуни не с-слой.

— Хорошо. Алан, — я оглянулась на младшего принца, который вытаращив глаза, смотрел, как я беседую с тенью, и кажется, старался даже не дышать, — тут есть где-нибудь поблизости зеркало?

— Есть, дальше по коридору, там много зеркал.

— Тогда пойдем, — я кивнула тени и взглядом указала Алану, чтобы он шел вперёд.

Выйдя с другой стороны зала, мы оказались рядом с большим зеркалом. На нем горела защитная печать. Встав так, чтобы не отражаться в нем, но чтобы нам все было видно, я вопросительно посмотрела на своего собеседника.

— Пещ-щать надо-с с-снять-с. С ней-с не с-смох-ху, — прошептал Шуни.

Мы с Аланом переглянулись. Заманчиво было увидеть, где прячется наш враг, но здоровое чувство самосохранения вопило, что это может быть ловушка.

— Ага, я сейчас ее сниму, а ты нас в зеркало утащишь, — недоверчиво хмыкнул Алан.

— С-сащ-щем? Ты-с там с-сдох-хнеш-шь, — ощерился Шуни, — я не убийс-са.

— Перестаньте, — я осадила их, — Алан, сними печать. Если мы в зеркале отражаться не будем, он нам ничего не сделает. Давай.

Принц, проворчав что-то про неугомонную ведьму, хрустнул пальцами и смахнул печать. Шуни встал напротив зеркала и прикоснулся к стеклу, которое тут же подернулось черной дымкой, через которую начали проступать мрачные силуэты горных вершин. Там мела пурга. Сквозь снежную мглу с трудом просматривался замок, возвышающийся на краю скалы.

— Убеш-ши-щ-ще, — прошелестел наш собеседник, — для ис-сх-хоеф-ф.

Каменные стены огромного замка были наполовину заметены снегом, а в одном из окошек тускло мерцал огонек. Картинка приблизилась, и уже можно было различить комнату, вероятнее всего это была спальня, судя по кровати.

За письменным столом, склонившись над записями, сидел человек. Его черные волосы загораживали лицо. По виду ему было лет сорок-сорок пять, но определить его настоящий возраст было невозможно. Мы рассматривали его, ожидая момента, когда человек подымет голову, как вдруг все пропало, а Шуни зашипел и отпрянул от зеркала, из которого тут же вынырнула еще одна тень.

— Алан! Печать! — крикнула я, отпрыгивая в сторону от визжащего и шипящего клубка, в который сплелись дерущиеся тени. Пока Алан накладывал печать, я пыталась сообразить, как их разнять. Приближаться было страшно. Да и потом я даже не могла различить, кто есть кто. Шуни вроде бы поменьше. Ой, мамочки!

Глава 11

Кира

Яркий свет озарил зал, а вспышка боевого заклинания раскидала тени в разные стороны. Шуни метнулся ко мне и притаился в тени моей юбки. У входа стоял Эран и гневно смотрел на всех нас. Вторая тень попыталась ускользнуть, метнувшись к стене, но ее накрыло сковывающим заклинанием принца.

— Алан, я что велел делать? — мой жених грозно смотрел на брата.

— Отвести Киру в апартаменты. Так мы и шли туда, а по дороге решили заглянуть в галерею, — принялся оправдываться Алан.

— А здесь вы как оказались? И где второй? — Эран взглянул на меня.

Я стояла к нему лицом, старательно загораживая от него Шуни.

— Не знаю, — я пожала плечами, — сбежал, наверное.

— Подойди ко мне, Кира!

По тону было понятно, что он едва сдерживается, чтобы не наорать на нас. Волна его беспокойства захлестнула меня, и мне даже на мгновение стало стыдно за свои опрометчивые действия, но поступить по другому я не могла. Я должна была выяснить, где нам искать таинственного призывателя. А он бы мне это не позволил.

— Успокойся, Эран, — я примирительно подняла руки, — с нами все в порядке. Мы только хотели поговорить с тенью и не собирались никуда лезть.

— И как, поговорили? — прорычал мой жених.

Принца никак не отпускало, напротив его гнев усиливался.

— Поговорили.

Я сделала пару шагов по направлению к нему, краем глаза следя, как Шуни, слившись с моей тенью, следует за мной.

— Он рассказал много интересного. Успокойся, пожалуйста. Все ведь хорошо.

— Зачем печать снимали? — принц сурово смотрел на меня.

— Чтобы тень показал нам место, где прячется Призыватель. Мы были осторожны, никто из нас не отражался в зеркале.

Я подошла к нему вплотную и осторожно взяла его за руку:

— Не сердись, — я улыбнулась.

Эран покачал головой, сжал мою ладонь и потащил меня прочь оттуда.

— Кира, так нельзя! Ты могла пострадать! Неужели ты не понимаешь? — в сердцах выговаривал он мне.

Понимаю, почему не понимаю. Но я не могу сидеть и ждать. Особенно если у меня есть средство все разузнать и сообщник. Алан плелся следом, опустив голову. Ему теперь попадёт. Я оглянулась, а младший принц подмигнул мне, давая понять, что не в обиде.

— Эран, прости, — я пыталась хоть как-то сгладить ситуацию, — но мы, правда, смогли поговорить с тенью. Не все из них на стороне призывателя. Некоторые не хотят служить ему. Может быть они смогут помочь.

— Не будь наивной, ведьмочка, тени не смогут пойти против воли призывателя. А все, что они могут рассказать, я и так знаю.

— А я нет! — резко затормозила, вырывая свою ладонь из его руки, и пряча руки за спину:

— А ты мне ничего не хочешь объяснять, а потом злишься, что я пытаюсь выяснить все сама, — я попятилась от него.

— Я думаю о твоей безопасности! И хватит со мной спорить! Иди немедленно сюда! Будешь сидеть в своей комнате под домашним арестом до конца месяца, а может и дольше! Пока не повзрослеешь!

Похоже, Эран разозлился не на шутку.

— Не дождёшься! Не смей орать на меня! Забыл с кем имеешь дело?

Ой, что-то меня занесло. В глазах моего суженого зажегся опасный огонек, по губам проскользнула усмешка, а на кончиках пальцев вспыхнуло парализующее заклинание.

— С маленькой непоседливой ведьмочкой, которую я сейчас собираюсь наказать за то, что она не слушается, — произнес он совершенно серьёзным тоном, и в этот момент я как будто провалилась сквозь пол.

Вокруг меня струился черный туман, комната утратила краски и четкость. Рядом со мной стоял вполне осязаемый юноша с озорными глазами и длинными заострёнными ушками, держа меня за руку.

— Шуни? — я удивлённо прошептала, глядя на него. Он кивнул и приложил палец к губам, указав мне на мечущуюся по коридору фигуру.

— Он — твой хозяин? — тихо спросил меня неожиданный защитник совершенно четким без всякого шипения голосом.

— Он — мой будущий муж, — усмехнулась я, показав кольцо на своём пальце, — где мы?

— В подкладке, между твоим миром и моим. Как зазеркалье, только для нас.

— Мы в тенях, — догадалась я, удивлённо посмотрев на него.

— Ну да, — усмехнулся Шуни, — он точно тебя не обидит?

— Нет, он просто волнуется за меня, вот и злится. Мою мать тени утащили, и она умерла. Он боится за меня.

— Тогда нам стоит вернуться. Надеюсь, он меня не развеет, — пробормотал Шуни.

— Пусть только попробует, — я крепче сжала его руку.

Тени вокруг нас стали светлее, и через мгновение мы снова стояли посреди коридора. Причем сейчас юноша выглядел вполне по-человечески. Эран замер, глядя на нас. Я отпустила руку парня и быстро подошла к нему. Он порывисто обнял меня и прижал к себе.

— Никогда больше так не делай! — тихо прошептал он мне в ухо, обхватив мои плечи, — я чуть с ума не сошёл!

— А нечего мне угрожать! — я сама обняла его и теснее прижалась к нему, — ну зачем ты со мной так? Я же не дурочка!

— Прости! Прости меня!

— Все хорошо.

Я слушала, как учащенно бьется его сердце, и млела от осознания, что он, правда, беспокоится обо мне. Затем отстранившись, оглянулась. Шуни стоял, сложив руки на груди и насмешливо взирая на нас.

— Знакомьтесь, это Шуни, он с обратной стороны, а это Эран — наследный принц и мой жених.

— Очень приятно, ваше высочество, — этот бесенок склонился в церемоном поклоне.

— Ничего себе, — Алан удивлённо смотрел на него.

Парень на вид был чуть младше нас.

— А почему ты сразу такой облик не принял? Зачем нужно было пугать?

— Да потому что сам боялся, — весело отозвался Шуни, — у нас про ваш мир такие страшилки рассказывают, что мороз по коже.

— У нас про ваш тоже, — кивнул ему младший принц, — я — Алан, — он протянул тени руку.

— Шуни, — ответил тот на рукопожатие, — будем знакомы. Вы — братья?

— Да, — кивнул Эран, — ты можешь рассказать нам про Призывателя?

— Могу, но сначала мне нужно поговорить с тем, кто напал на меня. Спасибо, что остановили его, — серьёзно сказал парень.

Мы вернулись в коридор с зеркалами, где на полу все еще лежала скованная заклинанием тень. Шуни подошел к ней и, присев на корточки, прикоснулся ладонью. В тот же момент тень приняла человеческий облик и превратилась в средних лет мужчину, который удивленно озирался по сторонам.

— Мой принц, где мы? — мужчина попытался сесть, и юноша помог ему.

— Освободите его, Эран, — парень оглянулся на нас, — он не причинит вам вреда. Это Шен, один из моих стражников.

— Так ты тоже принц? — не удержался от вопроса Алан.

— Да, только не наследный. Мой брат попал в плен к Призывателю, как и многие из наших людей. Я хотел помочь им, да только сам угодил в ловушку.

— А почему ты не поддался воздействию? — поинтересовалась я, пока Эран снимал заклинание с Шена, и помогал мужчине подняться.

— Поддался поначалу, но потом та девушка, Дара, она встретила меня в зазеркалье и помогла мне освободиться от заклинания хозяина. И я стал присматривать за ней. Как я понял, он охотится не только на нас.

— Нет, еще и на ведьм, — я прислушалась к ощущениям. Парень не врал.

— Мой принц, какое счастье, что вы живы! Вы должны немедленно вернуться! Ваша мать в отчаянии, она приказала найти вас, — воскликнул наконец-то пришедший в себя стражник и поклонился принцу теней.

— Не сейчас, Шен, сначала я должен отыскать Неша, — покачал головой юноша, — вы поможете мне? — он обернулся и умоляюще посмотрел на братьев.

— Как мы можем помочь, Шуни? — Эран недоумевающе смотрел на него.

— Действительно, — подумала я, — маги ведь не ходят в зазеркалье, и он это знает. Неужели пытается заманить нас в ловушку?

— Я чувствую, он где-то здесь, во дворце. В вашем мире, не в зазеркалье. Когда Дара освободила меня, мне удалось разыскать брата. Он, под властью Призывателя, охотился на души в зазеркалье.Я ждал удачного момента, чтобы вытолкнуть его сюда, освободить от чар и отвести домой, но по какой-то причине все зеркала в этом дворце оказались запечатанными, — начал рассказывать принц теней.

— А день назад мой брат и еще множество теней пропали. Я предположил, что вы пленили их. Поделился своими предположениями с Дарой, и она подсказала, как мне проникнуть во дворец…

— И каким образом ты тут оказался? — нахмурился Эран.

— Дара рассказала, что в городе тоже есть зеркала, и объяснила, как добраться до дворца. Я прошел через зеркало в каком-то доме, а затем пробрался во дворец в виде тени. Но так и не смог отыскать своего брата и подданных. Если они у вас, то я покорно прошу отпустить их.

— День назад тени пытались заманить Киру в зазеркалье. Часть из них заперты в осколках зеркала, возможно, твой брат среди них, — задумчиво произнёс Эран, — но стоит ли их сейчас освобождать? Ведь, как я понял, они под властью Призывателя и примутся за старое.

— Могу я взглянуть на эти осколки, — взмолился Шуни, — если брат там, я смогу найти его и снять чары.

— Если магистр Фолден позволит. Сейчас два часа ночи, — Эран взглянул на часы, — он был на балу с женой. Алан, сходи в бальный зал, узнай, Ричард еще там? Скажи, что это срочно. Мы будем ждать у меня в кабинете.

— Я с вами, — естественно, я не могла пропустить подобное.

— Мне кажется, тебе лучше пойти спать, неугомонная ты моя, — Эран ласково посмотрел на меня.

— Ну пожалуйста, я не усну, если не увижу это, — я смотрела на него щенячьими глазами, — ну, ведь тут нет никакой опасности. Все равно завтра у нас нет планов на утро, я успею выспаться.

— Хорошо, — он улыбнулся, — идем. Лучше ты будешь с нами, чем опять пустишься в какие-то авантюры.

— Если бы не моя авантюра, ты бы не познакомился с Шуни и не приобрел союзника, — проворчала я.

— Если бы не твоя авантюра, Шуни и сам бы нашел способ выйти с нами на связь.

— И все же я благодарен госпоже Кире за помощь. Она, как и Дара, не испугалась, а попыталась поговорить. — поддержал меня принц теней.

— Спасибо, Шуни, — я признательно посмотрела на него.

Он такой милый! И симпатичный! Особенно ушки!

— Это твое полное имя?

— Нет, мое полное имя вам не выговорить, — улыбнулся он, — это детское. Меня мама так называет.

Пока мы шли к кабинету, нас нагнали Алан и мой отец.

— Кира, я думал ты давно уже спишь! — папенька негодующе посмотрел на меня, — ты же два часа назад ушла.

— Да вот как-то не сложилось, — я развела руками, — папа, знакомься, его высочество ненаследный принц теней Шуни, и его охранник Шен, — представила ему парня и его подчиненного, — а это мой отец, магистр Ричард Фолден.

— Рад познакомиться с вами, магистр Фолден, — Шуни поклонился ему.

Отец изумленно взирал на склонившегося в поклоне юношу. Затем отмер и в свою очередь приветствовал его.

— Простите мне мое удивление, ваше высочество. Просто это так неожиданно видеть своими глазами то, о чем Лора рассказывала мне. Теперь я понимаю, что она имела ввиду, говоря, что тени — такие же, как мы.

— Ваша дочь убедила меня, что с людьми можно иметь дело, я рискнул предстать в этом облике и не прогадал, — кивнул ему тень, — Кира сказала, что у вас есть осколки с запечатанными в них моими собратьями, могу я увидеть их?

— Шуни ищет брата, отец, — я подошла к родителю и коснулась его руки, — позволь ему посмотреть, вдруг старший принц там. Он попал под воздействие Призывателя и томился в плену, а Шуни искал его.

— Да, конечно, — было видно, что отец в замешательстве, — я хотел утром освободить их, но если угодно, мы можем посмотреть и сейчас. Идёмте со мной.

Через десять минут мы всей толпой уже входили в рабочий кабинет отца, расположенный в наших апартаментах. На его столе лежало штук десять осколков, в которых можно было различить тени. Остальные были ссыпаны в коробку.

— Вот, осколки с тенями. Остальные пусты, я проверил. Прошу вас, ваше высочество.

Шуни приблизился к столу и начал аккуратно перебирать осколки, что-то бормоча себе под нос.

— Вот он, — вне себя от радости закричал парень, — он здесь, я чувствую его. Вы можете освободить Неша? Обещаю, он ничего вам не сделает.

Отец молча забрал из рук принца осколок зеркала, положил на пол и распечатал его. С пола тут же взметнулась огромная тень с хищным оскалом. Она гневно обвела нас всех взглядом и уставилась на меня. Я стояла впереди, рядом с принцем теней.

— Нет, Нешь, не смей, это друзья. Посмотри на меня, — Шуни загородил меня собой, раскинув руки.

Тень перевела взгляд на парня, и хищно облизнулась, а стражник Шен сжал кулаки, явно готовясь защищать своего принца от обезумевшего родственника. В этот момент глаза юноши вспыхнули жутковатым синим огнем, а гигантская тень, резко сжавшись, рухнула на колени, схватившись за голову. Шуни бросился к нему и обнял. От его прикосновения тень обрела человеческий облик, и перед нами предстал молодой мужчина, ровесник Эрана, с чертами лица, похожими на Шуни.

— Шуни? — он поднял на него глаза, — Шуни! Малыш! — братья обнялись.

У меня даже слезы навернулись на глаза от такого.

— Нешь, я так долго искал тебя, я так боялся, что ты погиб, — парнишка едва не плакал, стоя на коленях рядом с братом.

— Тише, тише, — успокаивал его тот, — будь мужчиной. Давай поднимайся!

Он встал и поставил его на ноги:

— Представишь меня своим друзьям?

— Да, да, конечно!

Шуни совсем по-детски утер нос тыльной стороной ладони и, покраснев от смущения, быстро спрятал руки за спину.

— Это наследный принц теней — Нешь, а это Эран и Алан, они — принцы здешнего мира, невеста Эрана — Кира, она помогла мне, и отец Киры, магистр Ричард Фолден.

— Рад приветствовать всех вас!

Нешь отвесил поклон и посмотрел на меня:

— Я должен принести вам свои извинения, госпожа Кира, за то нападение, вследствие которого я оказался в плену осколка. Мой разум был подчинен Призывателю, и я не до конца понимал, что творю. Но ваш образ очень врезался мне в память. Вы очень похожи на другую ведьму…

— Вы видели мою маму? Что с ней? — конечно, я не сдержалась.

— Вашу мать? Да, наверное. Вы очень похожи. Это было давно. Она — очень сильная ведьма. Ему даже не сразу удалось справиться с ней. Ее душа в плену у Призывателя. А тело погибло, и я лично отнес его в ваш мир. Что с ним стало дальше, я не знаю.

— Лорьяна была моей женой, — тихо произнёс отец, — я нашел ее, и мы похоронили тело.

— Мои искренние сожаления, магистр Фолден, я понимаю, что простить такое нельзя, но всё-таки прошу прощения, что я и мой народ стали причиной ее гибели, — со скорбью в голосе произнес Нешь.

— Ее убил Призыватель, — прошипела я, — ее душа, она еще цела?

— Да, госпожа Кира, насколько мне известно, она хранится у него, как и прочие души таких же ведьм…

— Мы должны избавиться от него и вернуть все души до единой! — с жаром воскликнул Шуни.

— Их тела уже мертвы, им некуда возвращаться, — покачал головой Нешь, — но мы могли бы забрать их на обратную сторону, и в качестве компенсации предложить новую жизнь в замен утраченой. Наша магия позволяет подобное. Или же они смогут уйти, чтобы затем переродиться, если захотят.

— А тебе, малыш, надо возвращаться домой, — он посмотрел на него.

— Ни за что! Я тебя три года искал, а теперь ты хочешь просто выпроводить меня! — вскипел парень, — я уже давно не ребенок! И если бы не я…

— Веди себя достойно, неребёнок! — прикрикнул на него Нешь и снова покачал головой, — мать там, наверное, с ума сходит.

— Так точно, ваше высочество, — подтвердил стражник, — ее величество в отчаянии, и лишь необходимость кому-то управлять страной удерживает ее от того, чтобы отправиться на ваши поиски.

— Ну вот это совсем ни к чему, — нахмурился Нешь.

— Ваше высочество, — вмешался отец, — что будем делать с остальными? Я могу их освободить прямо сейчас, если вы гарантируете, что они не причинят вреда людям.

— Я гарантирую, магистр Фолден, — ответил Нешь, — прошу вас, освободите моих людей, и мы постараемся помочь вам избавиться от этого колдуна. Для нас он представляет не меньшую угрозу. За эти годы множество моих подданных попали в его сети, и никто пока не вернулся. Я специально отправился в ваш мир, чтобы освободить их, но был схвачен и пленен.

— Неужели он настолько силен? — я всплеснула руками, — что даже два таких сильных мага, как вы и ваш брат, потерпели поражение. Он же простой ведьмак!

— Не спешите с выводами, госпожа Кира. Колдун очень силен. Он использует накопители и артефакты, чтобы иметь возможность задействовать все виды магии, не только ведьмовскую.

— Значит, нужно лишить его их! Это же очевидно! Если он не сможет пользовать ими, вы легко с ним справитесь!

— Если бы все было так просто, Кира, — Эран, до этого молчавший, посмотрел на меня, — мы бы давно уже его поймали и обезвредили. Поэтому давай пока не будем спешить. Сначала нужно освободить поданных Неша, затем поговорить с отцом и собрать королевский совет.

Разошлись мы только через час. Сначала Шуни и Нешь возвращали облик освобожденным теням, потом Эран пригласил отца, чтобы представить внезапных гостей и решить, что делать дальше.

Я сидела, нахохлившись, в кресле. Всем сейчас было не до меня, спать хотелось неимоверно, но на все предложения отправиться отдыхать я отвечала категорическим отказом.

Наконец, все разрешилось. Теней, коих набралось около пятнадцати, разместили в отдельном крыле, подальше от остальных, усилив надзор и стражу. Ни король, ни Эран не доверяли им, но представители теневого государства и не думали протестовать. Напротив, Нешь рассыпался в благодарностях за то, что их приняли и выслушали.

На завтрашний день был назначен военный совет, чтобы решить, как быть с Призывателем. Тени знали, где он скрывается, и могли незаметно провести туда команду магов. Но для начала требовалось спланировать операцию. Никто не хотел жертв.

Глава 12

— Иди спать, Кира, — в сотый раз повторил мне Эран, — мы закончили, я тебе все рассказал, и ты можешь пойти отдохнуть. До завтра ситуация никак не изменится.

Он зашел после совещания с королем и уже минут десять уговаривал меня лечь спать.

— Ты не сказал, что возьмёшь меня с собой в замок Призывателя, — дулась я на него.

— Потому что я тебя с собой не возьму, — отрезал он, — это военная операция, и будущему преподавателю там делать нечего.

— Вы без меня не справитесь. Вам может понадобиться моя помощь.

— Милая моя, — он уткнулся лбом мне в плечо, пряча зевок, — давай оставим это разговор до завтра. Сегодня был чертовски напряжённый день, столько всего случилось, что я уже ничего не соображаю. Я обещаю, что завтра выслушаю все твои претензии, отвечу на все вопросы и даже потанцую с тобой на балу, а сегодня, пожалуйста, иди спать.

— Хорошо, — я провела рукой по его волосам, пропуская темные шелковистые локоны сквозь пальцы, — но завтра…

— Завтра — все, что хочешь, — устало улыбнулся он и поцеловал мою ладонь, от чего у меня по спине прошлись мурашки, а внутри все как-то сладко сжалось. В каком-то внезапном порыве я потянулась к нему, и наши губы встретились. Мощный разряд силы пронзил меня, рука принца легла мне на затылок, фиксируя его и не позволяя отстраниться, не давая передумать или начать сомневаться. Поцелуй стал глубже и настойчивее. А я отвечала ему, вцепившись в его плечи.

— Доброй ночи, Кира, — разорвав поцелуй, он какое-то время смотрел на меня, а затем поднявшись, направился к двери.

Я смотрела ему вслед с каким-то затаенным сожалением. Мне не хотелось, чтобы он уходил. Теперь я четко осознавала это. Весь вечер я, как могла, оттягивала момент его ухода.

— Не будь эгоисткой, Кира, — пробормотала себе под нос, — он устал, и ему надо отдохнуть. Никуда твой принц не денется, — широко зевнула.

Пора спать. Четвертый час. Завтра еще столько всего предстоит сделать, но самое главное убедить Эрана, что я должна участвовать в операции по захвату Призывателя и освобождении ведьм. Почему-то это было важно.

— Надо будет навестить Тину. Вдруг она уже пришла в себя и расскажет про призывателя что-то новое. Эта информация нам очень пригодится, — уже засыпая, размышляла я.

Двадцать пятый день текущего месяца. Утро. Кира.

Когда открыла глаза, за окном во всю светило солнце. Я потянулась и улыбнулась, затем взгляд упал на часы, которые показывали полдень. Аж подпрыгнула на кровати. Обед через пару часов, а меня даже никто не разбудил. Неужели что-то случилось? Торопливо приведя себя в порядок, наспех умывшись и кое-как расчесав волосы, я натянула домашнее платье и, сунув босые ноги в туфли, поспешила в гостиную. Как ни странно, Мари была там и в удивительно приподнятом настроении.

— Доброе утро, спящая красавица, — пропела мачеха, даже не обратив внимания на мой внешний вид, — а я уж думала, ты и обед проспишь.

— А почему ты меня не разбудила? — я насторожилась.

Это примета такая: Мари в хорошем настроении — быть беде.

— Ах, детка, я хотела, но твой отец строго-настрого запретил. Сказал, что это рекомендация целителя и приказ принца. Так что, — она улыбнулась и развела руками, — с добрым утром! Думаю, в завтраке уже нет смысла, обед скоро, но если хочешь, велю Доре принести тебе чаю со сдобой. Я же знаю, как ты любишь сладкое!

А вот это совсем подозрительно! Ни упреков про поздний подъём, ни нотаций по поводу одежды, даже о здоровом питании и важности завтрака ни слова!

— Мари, что случилось?

Я поспешно подошла к мачехе и, присев рядом с ней, взяла ее за руки, чего отродясь не делала. Но она вела себя настолько непривычно и странно, что я, на всякий случай, решила проверить, здорова ли она.

— Ах, Кирьяночка, ты знала, что во дворце гости? — воскликнула Марьяна, стиснув мои пальцы, — король пригласил на зимний праздник иномирную делегацию. С обратной стороны! Представляешь? — она радостно рассмеялась.

— Представляю. Всю ночь с ними провозились: встретить, все показать, устроить поудобнее, — я хмуро посмотрела на нее, — я спать только в четвёртом часу пошла.

— Так вот куда вы с принцами исчезли! — на лице Мари проступило понимание, — а я-то все гадала, куда это вы подевались!

— Ну да, — кивнула я.

Мое фантастическое объяснение устроило Мари, и в ее голове все отлично сложилось.

— Ну и пусть, — мысленно улыбнулась я, — это даже к лучшему.

— И это тебя так обрадовало? — осторожно спросила я, глядя на нее.

— Они сегодня были на завтраке. Представляешь? Двое принцев, совсем как у нас, и человек тринадцать с ними, все такие симпатичные, высокие, но его старшее высочество… — она закатила глаза, мечтательно улыбнувшись.

«Да, тени — симпатичные, есть на что посмотреть, одни ушки чего стоят,» — я улыбнулась, вспоминая, как выглядят представители обратной стороны. Мне они тоже понравились, хоть я и видела их не в самом презентабельном виде. А еще я знаю, как они могут выглядеть в теневом обличии, бррр! Мурашки по коже.

Внезапно Мари сжала мои руки, отвлекая от воспоминаний, и испуганно посмотрела на меня.

— Ты только ничего не подумай. Я люблю Ричарда. Он мне дорог. Но между нами, девочками, — она виновато улыбнулась, — Нешь хорош, глаз не отвести.

— О, да, — кивнула я, — он — красавчик, младший тоже ничего. Прям затискала бы, — я рассмеялась, а Мари облегчённо выдохнула.

— Не говори ничего отцу, — зашептала она, поглядывая на дверь, словно опасалась, что отец сейчас войдёт, — Нешь пригласил меня на прогулку. Ничего такого. Просто пройдёмся. Попросил показать ему зимний парк. У них, оказывается, зимы не бывает, — она как-то нервно хихикнула и заискивающе посмотрела на меня.

Признаться честно, первым желанием было залепить ей пощёчину. Отец для нее все, что она ни пожелает, делает, а она хвостом перед иномирным принцем крутит. Видимо, в тот момент это читалось у меня на лице, и взгляд Мари стал жалобным и виноватым. И нечего на меня так смотреть!

Я уже собиралась высказать ей все, что думаю по поводу нее, но тут меня озарило. Ведь если нам удастся спасти маму, то можно уговорить теней подарить ей новое тело, Нешь сказал, что они так могут. Мама вернется, и тогда Мари станет помехой. Отец все ещё любит мать, но будет чувствовать себя виноватым перед ними обеими. А так все может даже очень удачно сложиться. Вдруг она настолько влюбится в тень, что сама решит уйти от отца. Тогда он будет счастлив с мамой, Мари с Нешем, и всем будет хорошо. Я улыбнулась.

— Не волнуйся, Мари, я все понимаю, это просто прогулка, ничего такого. А принц и в самом деле хорош, — я слегка сжала ее ладони в знак поддержки, — я не буду говорить папе. Сама потом ему расскажешь. Это же просто наш долг гостеприимства перед иномирцем. Мы же должны им помогать, — я лукаво улыбнулась.

— Да, да, именно так, — согласно закивала мачеха, — спасибо, Кирочка. Я — твоя должница.

«Не стоило тебе это говорить, — продолжая мило улыбаться, подумала я, — быть должницей ведьмы — это тебе не просто слова.»

— Конечно, Мари, сочтемся, — ответила я, поймав на себе ее теперь уже недоуменный взгляд.

И как раз в этот момент дверь открылась, а на пороге возник Нешь. Сегодня наследник теней выглядел потрясающе. Новый с иголочки костюм местного кроя удивительно шел ему и разительно отличался от того потрепанного и изорванного, который был на нем вчера. Чистые волосы струились темными волнами, а прозрачные глаза принца сверкали, как драгоценные камни. Он, улыбнувшись, поклоном приветствовал нас.

— Добрый день, мадмуазель Кира, мадам Мари, рад вас видеть.

— Здравствуйте, ваше высочество, — Мари вскочила с дивана и присела в реверансе.

— О, не надо этих формальностей, мне их хватает при дворе моей матери, позвольте мне почувствовать себя нормальным человеком, — он рассмеялся.

— Да сколько угодно, Нешь, — я усмехнулась, даже не подумав подняться и как-то выказать ему уважение. Он виновен в бедственном положении моей матери. А обстоятельства нашего знакомства и вовсе позволяли мне вести себя по-панибратски. К тому же на ведьм правила не распространяются, могу вести себя, как хочу.

— Как там Шуни? — пытаюсь поддержать беседу.

— Они с Аланом куда-то исчезли после завтрака. Надеюсь, к обеду появятся. Дорогая Мари, вы готовы? — взгляд принца оценивающе прошелся по фигуре мачехи, — помнится, вы обещали показать мне зиму. Никогда такого не видел.

— Конечно, ваше высочество, только возьму манто, — Мари исчезла в спальне.

— Нешь, я надеюсь, ты в курсе, что Мари — это жена моего отца и моя мачеха? — я вопросительно взглянула на него.

Мало ли что ему Мари наплела. Подставлять иномирца не хотелось, даже ради возможности сбагрить мачеху из нашего мира.

— Конечно, в курсе. Магистр Фолден сам нас представил друг другу, — кивнул Нешь, — это просто прогулка, Кира. Я не замыслил ничего плохого или задевающего честь твоей семьи.

— Я знаю, — поспешила успокоить его, — я не против. Просто хотела уточнить. С нее станется, — расстроено вздохнула я.

Ну вот! Теперь мои надежды вряд ли сбудутся. Тени, оказывается, какие-то очень правильные.

— Вы с ней не ладите? — Нешь понимающе посмотрел на меня.

— Да нет, все нормально. Она — мачеха, я — падчерица. Просто Мари слишком молода и не годится на роль моей матери, больше похожа на вредную старшую сестру, которая слишком много на себя берет.

— Вот зачем я ему это рассказываю? — досадовала сама на себя, — ему мои проблемы совершенно не интересны. У него своих хватает.

— Иногда бывает нужно с кем-то поделиться, с кем-то, кто не заинтересован во всем этом, возможно, тебе станет легче, — подмигнул мне тень, угадав мои мысли.

— Я готова, — Мари выпорхнула из спальни и подлетела к нему, — можем идти.

— Да, ступайте, — я махнула рукой в сторону двери, — увидимся за обедом.

Они вышли, а я задумалась. Да, было бы неплохо озвучить кому-нибудь те мысли и чувства, которые одолевали меня. Раньше я всегда могла поделиться с мамой, но с тех пор как ее не стало, я предпочитала все держать в себе. Отец для этих целей не годился, Мари тем более. Единственная попытка рассказать ей что-то закончилась для меня нравоучениями, а для нее — испорченным платьем. Тогда Мари познала простую истину — не злите ведьму. Правда, до сих пор так и не усвоила ее.

— Пойду в кабинет к Эрану, — решила я, — там Тина, мамин фамильяр, ее частичка. Она точно может меня выслушать. Даже если и не скажет ничего. Главное, чтобы моего жениха там не было.

Объясняться с Эраном, а уж тем более делиться с ним всем этим мне не хотелось. И пусть мы без пяти минут муж и жена, я еще не настолько ему доверяю, чтобы посвящать в подобное. Слишком лично. И больно. И тяжело…

Выйдя из комнаты, я быстрым шагом направилась в кабинет принца. Тихо приоткрыв дверь, я заглянула внутрь. К счастью, там никого не было. Тина спала на диванчике. Сейчас она выглядела намного лучше. Бока округлились, да и размером она теперь была с весьма крупную кошку. Лоснящаяся шелковистая шерсть переливалась в отсветах камина. Я присела рядом с ней на диван. Рука прошлась по голове и спине кошки. Тина распахнула свои изумрудные глаза с узкими обсидиановыми зрачками, обдав волной силы, но тут же прикрыла их, увидев меня, и тихо замурлыкала.

Я устроила ее у себя на коленях, и лаская, принялась изливать ей душу. Все, что накопилось во мне за эти пять лет, все свои обиды, страхи и сомнения. Все, о чем я не могла рассказать больше никому, кроме мамы. Но мамы нет. На глаза навернулись слёзы, а из груди вырвались рыдания. Поминутно всхлипывая, я пересказывала Тине все, что произошло за время ее отсутствия в нашем мире, потому что она — частичка мамы и говоря с ней, мне и вправду становилось легче. Шершавый язычок фамильяра прошелся по моим щекам, собирая мои слезы.

— Спасибо, — прошептала я.

— Обращайся, — муркнула она.

— Тина, ты снова говоришь! — радостно воскликнула я.

— Да, моя энергия, наконец, восстановилась, — кошка вальяжно растянулась на моих коленях.

— Тогда расскажи, что случилось с мамой.

— Ты и так уже все знаешь, — Тина состроила недовольную мордочку, — тень же тебе рассказал. Причем именно тот, который и сотворил это все.

— Нешь?

— Он самый, правда, в тот момент он совершенно неадекватный был. Но это ничего не меняет, — глаза Тины сверкнули гневом, — он все равно виновен в ее смерти.

— Не говори так! — я встряхнула вредное животное, — мама жива. Иначе тебя бы тут не было.

— Твоя правда, — согласилась Тина, — душа Лорьяны и ее сознание живы, только чем ей это поможет? Тело-то уже мертво. А сама она заперта в магическом фиале, который находится в лаборатории призывателя, в его неприступном замке на краю света. И туда никак не добраться, если ты, конечно, летать не умеешь. Но даже если и умеешь, то стихии, призванные им, надежно охраняют все подходы к нему, — Тину как всегда понесло. Мамин фамильяр был склонен к преувеличениям и пафосу.

— Ой, ладно тебе, не нагнетай, — одернула я ее, — порталы, зеркала и подкладку никто не отменял. У нас множество вариантов незаметно пробраться туда. Тем более тени обещали помочь. Главное, вытащить всех ведьм оттуда. А там видно будет.

Фамильяр замолчал, нервно виляя хвостом. Было видно, что ей это все не нравится.

— Скажи, Тина, почему мама пошла на это? Почему бросила нас с отцом?

— Она не бросала. Она хотела обмануть Призывателя. Хотела незаметно выяснить, где его логово, а потом скрыться. Но он ее перехитрил. Тени уже ждали ее и схватили, как только она вошла в зеркало. Их было много. А в его замке печати на зеркалах особые. Войти можно, а выйти нет. Она в последний момент успела понять это и отдала мне приказ, чтобы я туда не совалась.

— Странно, но Фифи вылетела оттуда через зеркало, когда душу Дары спасала. И ей ничего не помешало.

— Ты была с ней? — Тина пристально рассматривала меня, словно проверяя какую-то догадку.

— Да, и что?

— А то, что вы с ним из одного ведьмовского рода. Твоя кровь, от отца, кровь рода Мак’Ален. Только поэтому вы прошли. Никому другому это не по силам.

— Так и Эран из этого же рода, — я пожала плечами.

— Да, но он не ведьмак, — фыркнула Тина.

— Они все равно скорее всего с тенями через подкладку пойдут. В Зазеркалье им нет доступа. Человек не может находится там, не важно, маг он или нет.

— Может, есть способ. И Лора нашла его, вот только испытать не успела, — грустно произнесла кошка.

— Подожди, ты знаешь, как провести человека по зазеркалью? — я определённо не понимала, о чем пытается сказать фамильяр.

— Дневник матери у тебя?

Почувствовав мое недоверие, она спрыгнула с моих колен и потянулась, проверяя свои коготки на ковре кабинета.

— Он здесь.

Я поднялась и подошла к столу. Оба гримуара: мамин и Абигайль, лежали там.

— Вот, — я взяла в руки мамин дневник.

— Заклинание «Путь через зазеркалье», — четко продекламировала Тина.

Книга вздрогнув в моих руках, словно вздохнула, и открылась на середине. Я принялась читать. Не может быть! Это же разом решает массу проблем!

— Потрясающе, откуда она его узнала? — я была поражена.

Передо мной действительно было заклинание, позволяющее магу пройти через зеркальный лабиринт без вреда для себя.

— Она не узнала, она создала его, — пояснил фамильяр.

— Но ведь мама — не маг. Она — ведьма.

— Именно, этот заговор (Тина как и все фамильяры использовала старые понятия) был составлен твоей матерью специально, чтобы когда она разведает путь, отряд магов мог пройти туда и застать призывателя врасплох.

— Но маги владеют порталами, зачем все усложнять?

— Портал можно отследить, а перемещение по зазеркалью нет, — терпеливо объясняла кошка, — они смогли бы нагрянуть внезапно, — тут она замолчала

— И? — я посмотрела на нее.

— И ничего не вышло, — мрачно подытожила она, — потому что он знал. Откуда-то все знал и подготовился. Лора сражалась на пределе возможностей, даже накопитель исчерпала до капли, но он все равно оказался сильнее. Его накопитель был неиссякаем, я никогда такого не видела.

— Наверное, он использовал энергию плененных душ, чтобы противостоять ей.

— Тогда понятно, — кивнула Тина, — в любом случае им придется очень нелегко. У него есть какой-то способ узнавать обо всем.

— Все, что нужно, чтобы победить его — это лишить его доступа к накопителям и артефактам, тогда они запросто с ним справятся.

— Ха, — Тина ухмыльнулась во всю свою морду, — и как ты собираешься это сделать, глупая ведьмочка? Твоя мать, лучший боец в подразделении, и то не справилась. Обстоятельства были против нее.

— Ведьмы не сражаются с обстоятельствами, — мне вспомнились слова бабушки, — они подстраивают реальность под себя. Надо только понять, как это сделать.

— Правильно мыслишь, ведьмочка, — одобрительно мурлыкнула Тина.

После, запрыгнув на стол, тронула лапкой гримуар Абигайль. Книга зашелестела страницами и раскрылась. Тихо скрипнула дверь. Я отвлеклась от книги и оглянулась. В кабинет вошел Эран.

— Кира? Что ты здесь делаешь? — его высочество был очень удивлён увидеть меня в своем холостятском логове.

Знаю, знаю, территория мужчины — неприкосновенна! Так я ничего и не трогала! И нечего прожигать меня взглядом. Мне и так бросает в жар от одного твоего вида!

— Пришла проведать Тину, — ответила ему, пытаясь скрыть смущение и некстати проявившийся румянец. Ну ей-богу, как девчонка!

— Смотрю, она уже хорошо себя чувствует, — принц вежливо сделал вид, что не заметил моего душевного волнения.

Он подошёл к столу и погладил фамильяра, который сейчас сидел на краю, изображая статую. От прикосновения Эрана, Тина выгнулась, и замурчав, потерлась об его руку, впитывая поток силы. Принц улыбнулся. Вдруг его взгляд упал на раскрытый гримуар.

— Что это? — он быстро просмотрел открытую страницу и поменялся в лице.

— Не знаю, — я опустила взгляд, собираясь посмотреть, что же могло так его взволновать, но мой будущий муж уже захлопнул его.

— Думаю, тебе это ни к чему!

Он взял книгу и явно вознамерился куда-то ее утащить. А я? Я, что, так и не узнаю? Не честно!

— Эран, что там? Я имею право знать. Это гримуар представительницы моего рода, — я уперла руки в бока, не давая ему пройти.

С каких это пор маг распоряжается ведьминским достоянием!

— Прости, дорогая, — Эран наклонился ко мне и смешно чмокнул меня в нос, выбив из колеи, — но это послание больше для меня. Не забывай, что я — тоже потомок Абигайль, причем прямой. Спасибо, что показала,это важно!

Улыбнувшись и буквально отодвинув меня в сторону, он подошёл к шкафу и, открыв его, спрятал книгу.

— Нам надо идти, обед скоро, а ты еще не одета. К тому же во дворце иномирные гости. Не хочу, чтобы моя невеста прослыла неряхой. Давай, живо, — он подтолкнул меня к выходу, — тебе нужно переодеться.

— Но Эран…

— После обеда, — Эран вывел меня из кабинета и запер дверь на ключ, — все после обеда. Вместе посмотрим.

Он взял меня за локоть и повел к моим апартаментам. Вот сейчас я даже как-то растерялась. Моя ведьмовская часть требовала немедленно обидиться и показать ему все, на что способна. А вот часть разумная говорила, что с принцем лучше сейчас не спорить, а сделать, как он просит, и тогда скорее всего удастся добиться от него объяснений.

Пара часов роли не сыграют, а нервов будет сэкономлено — будь здоров. И потом во дворце, действительно, гости, время и вправду обеденное, а я и в самом деле в домашнем платье. Так что мой жених прав, и сначала лучше разобраться с этим, а потом уже буду думать, как мне добраться до гримуара Абигайль.

Глава 13

— Иди, переодевайся, я подожду в гостиной, — скомандовал принц, как только я открыла дверь моих комнат. Похоже, моя мнимая покладистость кого-то очень воодушевила и этот кто-то забывает, что имеет дело с ведьмой.

— Дворцовый этикет запрещает незамужней девушке оставаться наедине с неженатым мужчиной, — я развернулась к нему, не позволяя войти, — если хочешь, подожди меня здесь, но чтоб ты знал, до столовой я и сама дойду.

— Кира, перестань. Что на тебя нашло? — с досадой произнёс Эран.

Я пожала плечами и, быстро влетев в комнату, захлопнула дверь прямо перед его носом. Ничего на меня не находило! Просто нечего мною командовать!

Эран .

Кира убежала в комнату и захлопнула дверь, не позволив мне войти. Вот же вредина! Наверняка обиделась из-за того, что я ей гримуар не дал прочесть. Я оперся на стену, сложив руки на груди, и задумался. Тех нескольких строк, которые успел выхватить мой взгляд, было достаточно, чтобы не раздумывая сжечь эту книгу.

«Заклинание исторжения души», а дальше подробное описание. Зачем оно ей? Хотя мысль-то правильная. Зачем пытаться победить Призывателя с помощью магии, если можно просто исторгнуть душу и, вуаля, победа. Вот только он-то точно его знает, и где гарантия, что он не продумал защиту. Хотя такому сейчас не учат. Наверняка об этом он тоже знает. Скольких ведьм он уже пленил. Ни одна не смогла ему противостоять, потому что сто лет назад ведьм лишили их самого главного оружия — магии призыва.

Это сейчас мы привыкли считать ведьм слабыми и неспособными ни на что серьезное, а вот криминальная хроника столетней давности говорит об обратном. Ведьмы, владеющие этими знаниями, были куда более могущественные и опасные, чем принято думать.

А все дело в природных способностях подчинять себе эманации силы. Не преобразовывать их, как это делают маги, а именно подчинять. И вот обученной должным образом ведьме ничего не стоит обрушить на мага его же собственное заклинание, просто перехватив управление. И ей для этого не нужны ни огромный резерв, ни раскаченный источник, достаточно железной воли, чёткого намерения и стопроцентной уверенности в том, что она делает. И если Призыватель вкупе с этим владеет еще и знаниями, наподобие тех, что содержатся в гримуаре Абигайл, то мы для него не страшнее котят. Он нас одним щелчком пальцев разделает под орех. Да уж, невесело, от слова совсем.

А то, что Призыватель такими знаниями владеет, сомнений не оставалось. Он же сын ведьмы. Я поднял старые документы и среди них нашел дневник Абигайль, в котором она признавалась, что пыталась скрыть способности младшего сына, обучая его маскировать свои силы под привычную магию. Но в один из дней принц сорвался и выдал себя. Его способности признали опасными и сослали мальчика подальше, запретив практиковать. А после его исчезновения запретили магию призыва. И тогда начались гонения на ведьм и вымарывание любой информации о запретных знаниях из книг. Через двадцать лет молодое поколение ведьм уже и не помнило что к чему, и все постепенно затихло.

Но он нас перехитрил. Сыграл вдолгую. Уехал подальше, нашёл старинный замок и привечал там всех, кто не хотел отказываться от своей силы и знаний. Так что кроме него нас может встретить армия изгоев, обиженных на магов, озлобленных на весь белый свет и обученных магии призыва, которые наверняка спят и видят, как бы поквитаться с нами.

Перспективы хуже некуда! При таком раскладе соваться к нему в замок это чистое самоубийство! А самое неприятное, что даже посоветоваться не с кем. Если только поискать ведьму лет ста пятидесяти, которая ещё помнит, как было раньше.

Да, можно было бы. И сейчас в деревнях остались знахарки, исцеляющие одним словом или прикосновением, вот только такие нам не помогут решить проблему с Призывателем. Потому как их знания и умения чисто интуитивные. От учителя к ученику они передают древние заговоры. А вот сильные ведьмовские рода, которые вели исследования в этой сфере, составляли гримуары и занимались изучением ведьмовства, с началом гонений спешно эмигрировали, увезя с собой не только своих отпрысков, но и обширные магические библиотеки. То, что осталось в хранилище академии, это жалкие крупицы, отнятые у более слабых родов, либо же найденные в разоренных поместьях тех, чей род навсегда оборвался.

А таких было немало. Кстати, Призыватель этому тоже поспособствовал. Среди его жертв было множество тех, кто волей судьбы оказался последней ведьмой из рода. Взять ту же Миринесс Мак’Ален, мать Ричарда. Она погибла при невыясненных обстоятельствах. Тогда мы еще не знали про Призывателя, но детали указывают именно на его почерк. Или та же Дара, да хоть Кира.

Стоп! Меня аж пот прошиб от осознания — он уничтожает сильные ведьмовские рода, медленно и методично. Род за родом, ведьму за ведьмой. Уничтожает тех, кто мог бы ему противостоять, и когда он их всех уничтожит, то примется за нас. И дело тут не в его желании власти, а в смертельной обиде, нанесенной ему в детстве. Изгнанный и отвергнутый всеми только за то, что обладал не тем даром, юный принц не придумал ничего лучше, чем изощренно отомстить всем нам, — и магам, и ведьмам, и людям.

Что же делать? Этого нельзя допустить!

— Добрый день, ваше высочество, — голос мадам Фолден, внезапно раздавшийся рядом, заставил меня вздрогнуть. Задумавшись, я и не заметил, как она подошла ко мне. Рядом с ней был Нешь. Они, видимо, только что вернулись с прогулки.

Нешь! Точно! Он же тень, а тени владеют совершенно другой магией. Может быть он сможет помочь разобраться в магии призыва? В противном случае нам придется посылать гонцов в другую страну, которая лежит как раз за теми горами, где засел этот чертов колдун, и попытаться там найти ведьму, которая сможет помочь. А отношения у нас с ними так себе. Никакие, если честно. Там у власти ведьмовской род. Да, да, один из тех, что сбежали отсюда. И что-то я сомневаюсь, что они кинутся нам помогать. Скорее наоборот. А в соседнем королевстве по эту сторону гор вообще ведьм не осталось, они их еще лет пятьсот как извели подчистую. Была там какая-то темная история. Так что надеятся нам особо не на кого.

— Добрый день, мадам Фолден, рад вас видеть, — кивнул жене Ричарда, — Нешь, ты сейчас не занят? Мне срочно нужен твой совет, насчет Призывателя, — я выразительно посмотрел на тень.

— Ну, я думал сопроводить Мари на обед, она сказала, что месье Фолден будет отсутствовать до вечера, — пожал плечами принц, — но если это что-то срочное…

— Очень срочное, просто вопрос жизни и смерти, — я посмотрел на Марьяну, — мадам Фолден, извинитесь за меня перед Кирой и проследите, чтобы она дошла до столовой. Увидимся там. Идем, Нешь, — я кивнул тени и пошел вперёд.

Тот быстро, но как-то очень тепло попрощавшись с Мари, догнал меня через несколько мгновений. В молчании мы дошли до моего кабинета. Оказавшись внутри, я предложил Нешу присесть, а сам достал из тайника в шкафу гримуар, бутылку и пару бокалов.

— И о чем ты хотел со мной поговорить? — насмешливо спросил он, глядя на мои приготовления.

— Вот об этом, — я открыл гримуар на нужной странице.

Пришлось поискать вручную. Это только ведьмы умеют управлять ими. Спасибо, что книга вообще открылась, но тут мне помогала кровь Мак’Ален, так или иначе текущая в моих жилах.

Пока Нешь читал заклинание и описание его действия, я налил по бокалу вина и присел на край стола.

— И в чем проблема? — удивлённо спросил он, — обычное заклинание призыва, одно из самых простых, доступно почти всем, даже тебе, по праву крови. Я с десяток подобных знаю.

— А я нет, держи, — протянул ему бокал, — у нас магия призыва давно под запретом.

— Спасибо, — кивнул Нешь, беря бокал и делая глоток, — хорошее вино.

— Эльфийское, — я вопросительно посмотрел на него.

— Так чего ты от меня-то хочешь? — снова спросил Нешь.

— Если ты в этом понимаешь, скажи, есть ли защита от подобного? Потому что колдун это заклинание точно знает.

— Защита есть, — кивнул Нешь, — и научить могу, если проблема в этом.

— Проблема не только в этом. Расскажи мне, какие слабости могут быть у Призывателя, и в чем его основная сила?

— Ну слабостей немного: первая — против стандартных заклинаний устоять не может. Как я понял, он свое ведьмовское обучение не закончил, самоучка. Для защиты использует накопитель или артефакты, но и этого достаточно, пробить не выходит. Вторая слабость — уверенности ему не хватает иногда. Я наблюдал, как Лора с ним сражалась. Она бы одолела его, если бы он тени в нужный момент не призвал.

— А вот это может быть третья слабость. Если сможем оставить его без поддержки теней, то сильно пошатнем его уверенность. Ты в замке часто бывал? Много там людей?

— Нет там никого, он один живет.

— Как нет? А как же все изгои, которых он под свое крыло собирал все эти годы?

— Не знаю, — пожал плечами Нешь, — я там ни одной живой души не видел, да и не похоже, что замок жилой. Основная масса комнат пустые, ни мебели, ни стекл в окнах, по коридорам ветер гуляет, в гостиных сосульки висят. Там жилых-то его спальня, да лаборатория.

— Уже легче, — обрадовался я, — я боялся, что нам еще и с его приспешниками сражаться придется.

— Нет, — улыбнулся Нешь, — отшельник он.

— Тогда наипервейшая задача — оставить его без поддержки теней, — я задумался, — а как он смог тебя и твоего брата подчинить, если вы магией призыва владеете?

— Владеем, — согласился Нешь, — вот только проблема в том, что мы, ну как это объяснить, не совсем люди. Тени — они всё-таки менее материальны, и с волей человека совладать не могут, особенно сильной и целенаправленной. А он, скажу я тебе, очень целеустремлённый. Чем вы ему так досадили?

— Изгнали, почти сто лет назад. Он, как бы мой родственник. Сын моей прапрабабки. Она ведьмой была.

— Тогда ты должен с ним справиться, — убежденно произнёс Нешь.

— Нет, — я покачал головой, — я маг, а не ведьма. У меня другие способности.

— И с чего ты это взял? — Нешь хитро посмотрел на меня, — ты ж потомок ведьмы, как и он.

— Так у них — дар, а у нас способности, — растерянно повторил фразу из учебника по теории магии.

— А давай проверим, есть в тебе дар или нет?

— И как?

— Да легко!

Он взглянул на окно, и оно распахнулось. В комнату ворвался ледяной ветер, а занавески затрепыхались под его порывами.

— Поговори с ним.

— С кем? — не понял я.

— Да с ветром, Эран. Стихия же. Услышь его, и пусть он тебе ответит, — загадочно произнёс тень.

Я, недоумевая, смотрел, как ветер расшвыривает листы бумаги, сдувая их с моего стола. Один из них влетел в камин и ярко вспыхнул, сгорая.

— Что он хочет, чтобы я сделал? — крутилась мысль в голове.

Да, я могу закрыть окно, не прикасаясь к нему, могу усилить или погасит огонь, могу поставить щит вокруг стола, чтобы ветер не разбрасывал листы… Внезапно я услышал тихий смех. От неожиданности я оглянулся, но Нешь, даже не улыбался, сосредоточенно глядя на меня. И снова тот же смех, чуть громче.

— Кто здесь? — я не удержался и спросил вслух.

— Ты — забавный, — услышал ответ, — помнишь, как мы играли раньше?

Лист бумаги взмыл в воздух и завис над столом. Я вспомнил, как будучи мальчишкой, развлекался, управляя листком бумаги, висящим в воздухе.

— Налево!

Лист плавно сместился, не теряя высоты, но я точно не прилагал сейчас усилий, чтобы поддерживать его.

— Направо!

Лист поплыл к другому краю.

— Опустить.

Лист лег на стол, а моей щеки словно коснулся лёгкий поцелуй.

— Ты вспомнил, — прозвенел в голове тихий смех.

Я вспомнил. Вспомнил, как переживала мать, застав меня за этой игрой, а я никак не мог понять, почему. Вспомнил, как обещал ей никогда и никому не показывать этого. Вспомнил, с каким трудом просыпались способности и сколько сил и времени, я потратил на то, чтобы раскачать источник, а нужно было лишь слушать…

Я подошел к камину и протянул руку к огню. Пламя доверчиво ластилось к пальцам, не обжигая их и мурча, как огромный огненный кот. Мои способности позволяют телу противостоять огню, но сейчас я не сражаюсь с ним, а он не воюет со мной.

Я посмотрел на лежащий на полу листок, и он плавно взмыл в воздух, словно кто-то нес его на раскрытых ладонях, и затем опустился в самый центр камина, где еще секунду назад горело пламя, а теперь огонь жался к краям, боясь зацепить листок.

— Этого не может быть, — я сел прямо на пол и провел рукой по лицу.

В тот же миг огонь взревел, и от листка ничего не осталось кроме искр, взметнувшихся в каминную трубу.

— Может, Эран, — услышал я голос Неша, тень улыбался и смотрел на меня, — в тебе есть дар ведьм, но в тебе есть и сила мага. Как и во всех нас. Просто у кого-то что-то получается лучше, а что-то хуже. По вашим меркам я — маг, а вот Шуни — ведьма, ну то есть ведьмак, — рассмеялся тень, — тебе нужно просто поверить и принять себя таким, какой ты есть, и тогда ни один призыватель тебе не будет страшен.

Принять себя, легко ему говорить, мне с детства внушали, что мои способности — это способности мага. А теперь что? Что мне теперь с этим делать?

— Значит, заклинания из гримуара Абигайль мне тоже доступны? — я поднялся на ноги.

— Конечно, — тень протянул мне гримуар, — держи, теперь он будет тебя слушаться. Просто подумай, какое заклинание тебе нужно.

Я взял гримуар в руки, и он тут же раскрылся на нужной странице. Да, дела!

— Ты обедать идёшь? — поинтересовался Нешь.

— Да, — отозвался я, пряча книгу в тайнике, — а то Кира и так будет беситься.

— Хорошая у тебя ведьмочка, потенциал есть, учиться ей надо.

— Она учится, — как-то рассеянно произнес, все ещё пребывая в своих мыслях, — третий курс маг-академии.

— Я не об этом. Ей своим даром до конца овладеть надо, а потом уже магию изучать, — усмехнулся Нешь.

— С этим пока сложно, — вздохнул я, — для этого придется законы пересмотреть… Да и кто ее учить-то будет? Не осталось никого.

— Что совсем? — удивился Нешь.

— Ну если только в соседнем государстве, но тут другая сложность, мы с ними не дружим, — развел я руками.

— Ты подумай об этом, — тень поднялся и подошел к двери.

— Подумаю, — мы вышли в коридор и направились в столовую.

Апартаменты Фолденов. Кира.

Оставив Эрана за дверью, я побежала в спальню. Нужно было побыстрее переодеться, чтобы ожидание не утомило принца, а то обидится ещё. Я улыбнулась. Не обидится! Раз три года ждал нашей встречи, то и пятнадцать минут подождёт!

Мурлыкая себе под нос, я выбрала платье, и переодевшись, начала заплетать волосы. Взгляд упал на его подарок — бриллиантовую бусинку, которая таинственно поблескивала у меня на шее. Тогда я не обратила внимания, но сейчас отчетливо различала наложенное на нее заклинание поиска.

— Вот значит как, — усмехнулась я, — шпионишь за мной.

Приятное ощущение его заботы и беспокойства обо мне удивительным образом возникло внутри вместо привычного гнева и сопротивления. Я улыбнулась. Пусть останется, как есть. Не буду ему говорить. Уложив волосы и подкрасив губы, в весьма приподнятом настроении вышла в гостиную, где обнаружила растерянную и чем-то явно расстроенную Марьяну.

— Вы уже вернулись? — я взглянула на нее, — что-то случилось?

— Нет, нет, все в порядке, только, — она подошла ко мне, — мы встретили принца у дверей апартаментов, он был чем-то взволнован и попросил Неша помочь. Они спешно ушли… Кира, ты меня слышишь? — Мари встряхнула меня за плечи.

От ее слов у меня внутри все сжалось. Ушли? Спешно? Что-то случилось! Иначе бы он меня дождался! Что-то произошло! По телу прошелся озноб.

— Да успокойся ты, — испуганно произнесла мачеха, глядя на меня, — ты белее мела! Кира, он сказал, что будет ждать нас в столовой! С ним все в порядке!

Я заморгала, приходя в себя и пытаясь собраться с мыслями. Да, да, с ним все в порядке. Я чувствую. Он здесь, во дворце. Так, стоп, а откуда я знаю? В моей голове была четкая убежденность, что с принцем все хорошо. Я сделала медленный вдох и выдох, а затем подошла к висящему на стене зеркалу, чтобы убедиться, что краска для ресниц не размазалась, но больше для того, чтобы окончательно успокоиться.

Внезапно мое отражение в зеркале размылось, и я увидела мужчину, удивительно похожего на Абигайль, с такими же светло-карими глазами. На вид ему было около сорока. Еще не старый, но через лоб пролегали глубокие морщины, а глаза смотрели с ненавистью. Губы мужчины что-то шептали. Я увидела, как он схватил мое отражение, и почувствовала, как невидимая рука стиснула мое горло. Заклинание сковало меня, не давая пошевелиться. В этот момент зеркало со звоном расколось, а Мари, выронив кочергу, бросилась ко мне.

— Кира, Кира, детка, ты слышишь меня? — перепуганное лицо мачехи плыло перед моими глазами, а ее руки тормошили меня за плечи.

Я попыталась сосредоточить взгляд:

— Я — в порядке, — заклинание развеялось, и дар речи вернулся ко мне.

— Боже мой, я так испугалась…— начала она, как вдруг ее глаза закатились, и она повалилась на меня.

Я подхватила ее безжизненное тело и опустилась вместе с ней на пол. В оставшемся в раме крупном осколке зеркала я увидела, как тот мужчина держит в руках вырывающуюся Марьяну, а затем все исчезло.

Он похитил ее! Забрал ее душу! Вместо моей! Она пыталась спасти меня!

Все это сумасшедшим вихрем пронеслось в моей голове. Первым желанием было броситься за ним. Я уже знала, кто это, и где его искать. Но осознание, что мне в одиночку с ним не справиться, и я лишь облегчу ему задачу, если сейчас поддамся эмоциям, уберегло меня от неразумных действий.

Я смотрела на лежащее рядом со мной тело мачехи, а в груди поднималась ярость! Он снова посмел напасть на мою семью! Снова лишил меня близкого человека! Это не сойдет ему с рук! Но мне нужны были сила и знания, чтобы противостоять ему. И я знаю, к кому мне идти!

Воздух вокруг меня уплотнился, и в комнате потемнело. Я стремительно проваливалась куда-то внутрь себя, ведомая одним-единственным страстным желанием — обрести настоящую силу ведьм, ту самую, про которую мне рассказывала бабушка Миринесс, ту, которая была заключена в гримуаре Абигайль, ту, что мы утратили сто лет назад, — силу магии призыва. Чтобы найти и покарать того, кто посмел причинить мне боль! Никогда не злите ведьму! Ведь вы не знаете, кого она может попросить о помощи! И сейчас я взывала к магии самого мира, к той силе, что когда-то породила всех нас, наделив знаниями и одарив каждого своей частицей, через которую, как гласили легенды ведьм, любой мог обратиться к ней.

Я стояла посреди широкой лесной поляны. Могучее дерево в самом ее центре, чей ствол не смогли бы обхватить и пять человек, взявшись за руки, величественно несло свою гигантскую крону к самому небу. Невообразимой красоты цветы клонили свои головки под легкими порывами ветра, а прозрачные капли росы крохотными брилиантиками сверкали на изумрудной траве.

— Добро пожаловать, дитя, — звонкий голос наполнил все пространство вокруг меня. Сама магия мира, воплощенная в виде пожилой женщины в светлых одеждах, с седыми волосами цвета потускневшего серебра, стояла передо мной. Она приблизилась ко мне и ласково коснулась моей руки.

— Я знаю, чего ты хочешь, милая, — улыбнулась она, — но гнев и боль терзают твое сердце, и оно не способно сейчас отличить добро от зла. И я не могу вернуть тебе силы и знания ваших родов, ибо это принесет тебе еще большую боль.

— И что мне делать? — я растерянно смотрела на нее, — ведь если я не обрету силы, я не смогу помочь им. Он держит их в плену, десятки моих сестёр-ведьм. Он хочет использовать их души как источник силы. Я должна помочь им!

— Вот теперь твое намерение правильное, — улыбнулась женщина, — дар ведьмы — не для мести, не для сражений, он — для помощи!

Она коснулась рукой моего лба, и мое сознание затопило яркой вспышкой света.

Я открыла глаза. Мари по-прежнему неподвижно лежала рядом. Я быстро наложила на тело оживляющее и поддерживающее заклинание. Оно позволит ей не умереть, пока мы будем искать ее душу. Мы! Я должна рассказать Эрану и отцу! Больше ждать нельзя! Мари — не ведьма, она долго не протянет, да и меня он уже видел, а значит попытается снова.

— Вита! — мой фамильяр появился рядом, — присмотри за ней!

— Как прикажете, госпожа, — обычно вредная Вита даже и не думала спорить.

Я поднялась на ноги. Сейчас внутри меня бушевали потоки силы, укладываясь и структурируясь. Все знания, весь опыт поколений ведьм сейчас был во мне. И я совершенно точно знала, что смогу одолеть его, если удержу равновесие! Надо найти моего суженого! Без него мне не справиться! Он, как якорь, как противовес, удерживал мои эмоции и в тоже время давал мне силы.

Я выскочила из комнаты и, подобрав юбки, побежала в столовую.

Глава 14

Эран .

Мы с Нешем вошли в столовую и едва успели поприветствовать братьев и усесться за стол, как дверь с грохотом распахнулась, словно ее вынесло ураганным порывом ветра, и моя благоверная с развевающимися волосами и горящими глазами влетела в зал. Не обращая внимания на ошарашенные взгляды гостей, Кира быстрым шагом приближалась к нам.

В этот момент, честно говоря, хотелось забраться под стол и затаиться, в надежде, что взбешенная ведьма не заметит тебя, когда начнёт сейчас крушить все вокруг. А то, что Кира была в бешенстве, сомнений не было ни у кого.

— И что ты ей сделал на этот раз? — тихо прошептал Алан.

Мой брат не сводил глаз с приближающейся Киры, перед которой расступались не только люди, но и мебель, казалось, стремилась убраться с ее пути, шустро отползая в сторону.

— Пока не знаю, — ответил ему и поднялся с места, готовясь принять удар на себя.

— Призыватель только что напал на меня и похитил душу Марьяны, — голос Киры разлетелся по залу, — мы должны срочно найти ее и вернуть назад!

— Кира, успокойся, давай без скоропалительных решений! — мысленно выдохнул, что не я являюсь причиной ее гнева, а затем внимательно посмотрел на нее, — расскажи толком, что случилось.

Девушка судорожно вздохнула, сияние, исходящее от ее глаз, поугасло, и она медленно опустилась на стул. По залу прокатился невольный вздох облегчения в перемешку с тревожным шепотом. Эффектное появление Киры и ее громкое заявление явно напугало присутствующих.

— Уважаемые гости, прошу вас, не волнуйтесь! Мы сейчас во всем разберёмся!

Я подошёл к своей ведьмочке и присел рядом с ней, взяв ее ладони в свои. Руки девушки дрожали. Нет, это был не страх. По ее каналам сейчас разливался такой поток энергии, что тело просто еще не успело привыкнуть.

— Милая, с тобой все хорошо?

— Да, Эран. Я призвала магию мира, и она наделила меня всеми знаниями ведьм от начала времен до сегодняшнего дня. Мы должны помочь им! — она жалобно смотрела на меня, — и освободить маму и Мари! Но я не справлюсь одна! Ты должен пойти со мной!

— Я, конечно, пойду с тобой, пойду, куда скажешь, только сначала мы должны придумать хоть какой-то план. Нельзя вот так, с наскока…

— Эран прав, госпожа Кира, — поддержал меня Нешь, — предлагаю пойти в кабинет и все обсудить.

— Нужно сообщить отцу. И Жану. Там в апартаментах тело Мари. Я наложила заклинание, но кто-то должен позаботиться о ней… — всхлипнула Кира.

— Я найду их, — Алан быстро поднялся и вышел из-за стола.

— Сообщи отцу, — крикнул я ему вслед.

— Уважаемые гости, — я встал и усилил голос магией, чтобы меня было слышно в каждом уголке зала, — дворец подвергся нападению колдуна, владеющего магией призыва. Основную опасность представляют зеркала. Прошу всех соблюдать осторожность и не допускать того, чтобы вы отражались в них. А в случае обнаружения бесчувственного тела сообщать об этом целителю или его помощнику.

— Идем, — протянул Кире руку, и она, схватившись за нее, поднялась, — нам нужно решить, как будем действовать.

Кабинет Эрана, через полчаса. Эран.

Мы сидели в кабинете, обсуждая, как лучше проникнуть в замок призывателя. Мой отец, Алан и Ричард тоже присоединились к нам. Кира немного успокоилась, ее глаза больше не светились, а дрожь в теле улеглась. Жан, заглянувший сообщить, что тело Мари под присмотром, по моей просьбе осмотрел мою невесту и сделал вывод, что с ней все в порядке.

Ситуация приняла нехороший оборот и нужно было срочно что-то делать. Призыватель, судя по всему, решил действовать в открытую. Показавшись Кире и похитив Мари, он фактически бросил нам вызов.

Итак, у нас было два пути, чтобы попасть в замок и остановить его. Первый — пройти через зазеркалье при помощи заклинания Лоры. Второй — через подкладку, вместе с тенями. На общем совете было решено использовать оба.

Я, Кира и Ричард с Тиной пойдем через зазеркалье, чтобы отвлечь внимание Призывателя на себя, а Нешь и остальные тени тем временем проберутся через подкладку и постараются хотя бы нейтрализовать тех, кто еще находится под властью Призывателя, а если получится, то приведут их в чувство и затем уже помогут нам.

Для Шуни и Алана было отдельное задание. Нешь вообще не хотел, чтобы брат участвовал во всем этом. Тут я его понимаю. С Аланом возникли те же проблемы. Но эти двое упёрлись, доказывая, что они уже взрослые. Ага, одному — двадцать два, другому — пятьдесят, и оба еще не вошли в возраст. Тени живут дольше, Нешу за двести.

В итоге, согласно плану они с Аланом оставались во дворце и наблюдали за ходом операции, а затем вместе с Шеном, которого оставили присматривать за принцами, должны были, как начнётся заварушка, забрать все похищенные души и перенести их обратно во дворец.

Пока шло обсуждение плана, Тина, крутящаяся среди нас, активно набирала силу, и к концу второго часа вернулась в привычный для себя облик черной пантеры. Вообще было удивительно наблюдать, как метаморфируют фамильяры. Вита тоже подросла, и сейчас тихо сидела в уголке, поскольку в кабинете места было маловато для такой толпы людей и парочки весьма подросших фамильяров.

Атаку на замок решили перенести на вечер. Бал, естественно, никто отменять не стал, и нам следовало там быть, чтобы не поднимать панику. По приказу Неша тени прогулялись по дворцу и намертво перекрыли проходы извне во все зеркала. Единственное зеркало, оставшееся открытым, было в моем кабинете. Мы, как могли, пытались обезопасить людей и ведьм от Призывателя и его марионеток, а так же не позволить ему проникнуть во дворец в момент нашего отсутствия и, допустим, неожиданно напасть на короля или королеву, незаметно подкравшись, как он сегодня это сделал с Мари.

Еще раз все озвучив и согласовав, мы решили наконец-то пообедать, поскольку ужинать нам скорее всего сегодня не придётся.

Сложнее всего было убедить отца, что я непременно должен участвовать. Король был против того, чтобы наследник престола сам лез в самое пекло. Но я и так уже оказался втянутым в это. Последние пять лет Призыватель не давал мне спокойно спать, а после гибели Лоры перешел в категорию личного врага. Я должен был схватить эту сволочь и покарать за все. Для меня это было делом чести. К тому же я не мог бросить Киру. Я видел, как в ней кипят эмоции, и она рвётся немедленно отыскать этого ублюдка и превратить его во что-нибудь.

Это стало ещё одной причиной, почему операцию перенесли на вечер. Моя невеста должна была успокоиться и снова начать мыслить трезво. Излишние эмоции могли только все испортить. Мы будем на чужой территории, и нам придется действовать почти вслепую. А тут нужна холодная голова.

Нешь, конечно, набросал нам план замка, а королевский архивариус принес старинный талмуд, в котором имелись сведения о жилище отшельника, когда оно еще не было таковым, но это была информация почти трехсотлетней давности, и мы не могли знать, что за это время изменилось внутри замка, а главное, какие сюрпризы нам подготовил его нынешний хозяин.

Поэтому с нами шли Ричард и Тина. Ричард в молодости был неплохим диверсантом и принимал участие не в одной операции, к тому же он прекрасно считывал пространство на предмет различных заклинаний-ловушек, а Тина не только знала путь в замок через зеркальный лабиринт, но и как опытная помощница ведьмы, могла подсказать в случае, если опасность будет грозить со стороны ведьмовского дара Призывателя. К тому же, как и все фамильяры, она прекрасно ладила с элементалями стихий, чья помощь, несомненно, будет кстати. Вита же будет сопровождать свою хозяйку в незримом облике и помогать ей управлять внезапно возросшими силами.

Обед нам накрыли в малой столовой. Обстановка была мрачной и напряженной. Мы практически не разговаривали. Каждый был погружен в какие-то свои раздумья. Закончив с обедом, я отпустил всех готовиться к балу, а сам пошёл с Кирой и Ричардом. Сейчас их не стоило оставлять одних. Ричард как мог успокаивал дочь, которая переживала из-за похищения Мари.

— Ты все равно бы не смогла ей помочь, перестань грызть себя, Кира, поверь моему опыту, это совсем не помогает, — строго выговаривал ей Фолден, — мы освободим и ее, и Лору, и остальных, но ты должна собраться. Поэтому сейчас выкинь все страхи и сомнения из головы.

— А если у меня не получится? — впервые вижу, чтобы моя ведьмочка была не уверена в себе.

— Получится, все у тебя получится, особенно если ты не будешь слишком сильно об этом задумываться, — усмехнулся я, — помнишь, как тогда, у пруда?

— Тогда я разозлилась на тебя, — она как-то виновато посмотрела на меня.

— Я думаю, тебе ничего не помешает разозлиться и на него. Сомневаюсь, что Призыватель окажется образцом любезности. В любом случае тебе достаточно вспомнить, что он сделал с Лорой и Мари, да и с остальными ведьмами, — о, глаза Киры сверкнули, — при этом ты можешь совершенно не сдерживаться. Можешь хоть замок обрушить ему на голову, я разрешаю, — я рассмеялся и обнял ее, — выше нос, ведьмочка!

Кира заулыбалась и расслабилась.

— Другое дело, — облегчённо выдохнул Ричард, — а теперь давай позовем Фиру, и она поможет тебе собраться. Бал никто не отменял. И вам с Эраном сегодня предстоит открывать торжество.

На лице Киры снова отразилось волнение, и она посмотрела на меня.

— Это обычная практика, когда наследник и его избранница танцуют первый танец. Ничего сложного. Мы с тобой уже танцевали, так что с этим ты точно справишься. А после открытия бала отправимся выручать твою маму и Мари, — я поцеловал ее в лоб, — иди собирайся, Кира. Хочу, чтобы сегодня ты была самая красивая ведьмочка из всех присутствующих.

Дверь распахнулась, но вместо ожидаемой Фиры в комнату вбежал обеспокоенный Шуни. В руке младшего принца теней было небольшое зеркальце. Он быстро приложил палец к губам, призывая к молчанию и протянул его нам. В зеркальце была видна лаборатория, мужчина нервно ходил вдоль стеллажей, складывая все фиалы в кожаный мешок. Не трудно было догадаться, кто это и что происходит.

— Как он узнал? — изумленно произнесла вслух Кира, забыв про предупреждение Шуни.

Мужчина в зеркале поднял голову, словно прислушиваясь, и рассмеялся.

— Он нас слышит, — тихо произнес тень, — каждое наше слово, и он все знает. Знает каждый наш шаг.

— Мы будем придерживаться плана, — громко произнёс я, жестом призывая всех к тишине.

Призыватель снова оторвался от своего занятия и насмешливо покачал головой. Внезапно Кира схватила меня за руку и потащила к выходу, кивнув остальным, чтобы шли за нами. Добравшись до парадного входа, мы спустились в парк.

— Кира, в чем дело? — я не выдержал.

Она ткнула пальцем в зеркальце, смотри, мол. Призыватель никак не реагировал на мой голос

— Это ничего не доказывает, — покачал я головой.

Но Кира только улыбнулась:

— Здесь он нас не слышит. Похоже, заклинание прослушки распространяется только на дворец.

Мы снова заглянули в зеркало.

— Надо идти сейчас, — уверенно сказала она, а мужчина в зеркале никак не отреагировал, — и чем быстрее, тем лучше. Пока он не готов. Потом будет поздно. Тина меня предупреждала, что он каким-то образом узнал все про маму и подготовился. Я все не могла понять, как? Ведь зеркала не передают звук.

На улице быстро темнело и начинался снегопад. Кира зябко обхватила себя руками, поскольку была в тонком платье и легких туфельках. Я снял камзол и накинул ей на плечи.

— Идемте, я знаю, где мы сможем поговорить без лишних ушей и не замерзнуть!

Взяв Киру за руку, повел всю компанию вглубь парка. Вскоре среди деревьев показался маленький домик. Поднявшись на крылечко, я открыл дверь:

— Этот домик построили, когда я был ребёнком. Здесь он не мог поставить свое заклинание. Заходите.

Мы вошли в небольшой деревянный домик, когда-то построенный для моих детских игр. И даже будучи подростком, я проводил здесь немало времени.

Там было все необходимое, только маленького размера: маленький стол и стулья, маленький диван и пара кресел, шкаф для одежды и игрушек и книжные полки. Под потолком по-прежнему висел бумажный дракон, которого я в детстве любил запускать на манер змея. В углу стояла деревянная лошадка-качалка. К моему удивлению в домике по-прежнему поддерживали чистоту: ни пыли, ни паутины. Словно он до сих пор ждал, пока его хозяин вспомнит о нем.

Но главное здесь был настоящий очаг, в котором как всегда лежали аккуратно сложенные дрова. Я быстро разжёг огонь, и через несколько минут в комнате стало тепло.

— Шуни, позови Неша, нам надо все обсудить, — попросил я.

Принц теней исчез. Кира тем временем осматривала обстановку.

— Ой, а это чье?

Она заглянула в шкаф, где каким-то чудом сохранились парочка моих подростковых костюмов — брюки, рубашка и камзол. Там же нашлась пара сапог небольшого размера.

— Мое или Алана, я уже и не помню, — улыбнулся я, глядя, как она достала вешалку и приложила костюм к себе.

— Если ты не против, я переоденусь, — девушка скользнула за детскую ширму, которая тем не менее скрывала ее почти целиком.

Пока Кира переодевалась, в домике появились Нешь и Шуни, причем вместе с Аланом, который естественно, тоже пожелал присутствовать.

Поскольку размер мебели не позволял нам устроится за столом, то разместились мы прямо на ковре возле камина.

— Смотрите, что я нашла!

Кира выглянула из-за ширмы, с трудом удерживая в руках большое, почти в ее рост зеркало. Алан, оказавшийся ближе всех, помог ей вытащить его.

— Я думаю, через него следить будет удобнее, — улыбнулась Кира, — давай, Шуни, посмотрим, что он там задумал.

Установив зеркало, мальчишка что-то поколдовал, и вот мы уже внимательно разглядывали, как Призыватель, закончив собирать магические сосуды, теперь спускался по какой-то темной лестнице. Вскоре он зашел в какое-то помещение и, бросив мешок на пол, вышел оттуда.

— Я знаю этот подвал! Я прятался там, когда впервые попал в замок, я сейчас! — радостно воскликнул Шуни и тут же исчез, оставив после себя сгусток черного тумана.

Нешь, не успевший остановить брата, что-то неразборчиво шипел себе под нос и напряженно всматривался в зеркало. Спустя пару мгновений Шуни возник посреди подвала, легко подхватил мешок и снова исчез, чтобы через секунду появиться в комнате.

— Шуни, поглоти тебя пустота! Негодный мальчишка! — Нешь совсем неблагородно схватил паренька за ухо, — ты что творишь!

— Отпусти! — взвизгнул тот.

Брат еще разок хорошенько дернул его за и без того длинное ушко и ласково потрепал по голове.

— Вернемся, определю тебя в гвардию, хватит лоботрясничать, совсем распоясался, пора приучать тебя к дисциплине, — ворчал Нешь на брата, в глазах которого горел детский восторг.

— Правда? Спасибо, Нешь!

Шуни плюхнулся на пол и осторожно положил мешок перед собой.

— Посмотрим, что там? — хитро улыбнувшись, спросил проказник и потянулся к завязкам.

— Погодите, ваше высочество, — Ричард остановил его порыв, — сначала нужно проверить на охранные заклинания. Вдруг он специально оставил это как приманку, в надежде, что кто-то попадётся.

Магистр прощупал мешок и его содержимое магией:

— Странно, никаких охранных заклинаний или проклятий. Давайте откроем его.

Ричард осторожно развязал мешок. Фиалы с душами лежали сваленные в него грудой и сияли золотым светом. Магистр и Кира спешно перебирали склянки, уже понимая безнадежность своих поисков.

— Их тут нет, — огорченно воскликнула моя ведьмочка, вынув последний фиал. Всего их набралось около пятидесяти.

— Мерзавец решил подстраховаться и самое ценное оставил у себя, — сквозь зубы процедил Фолден, глядя в зеркало.

Оно сейчас показывало лабораторию Призывателя, где на столе стоял фиал с золотой искрой, а рядом мерцал белым светом небольшой кристалл.

— Чтобы мы точно не отказались от идеи навестить его. Боюсь, что это будет ловушка.

— А почему душа Мари заключена в кристалл? — спросила Кира.

— Потому что фиал для ее великоват, — пояснил ей Ричард, — нет смысла заключать человеческую душу в магический сосуд, она слишком слаба, так что и кристалл справится с ней.

— Теперь мы можем пойти с вами? — спросил Алан, — Шуни и так уже достал все души.

— Да, со стороны этого гада было очень любезно выполнить всю работу за нас, — ухмыльнулся младший из теней.

— Нет, — я строго посмотрел на них, — вы останетесь здесь, наблюдать. И в случае необходимости придете на помощь. Кира, может быть останешься с ними?

— Нет, Эран, вам не справиться без меня, — покачала она головой, — я обещаю, я буду осторожна. Нам надо отправляться. Чем дольше мы ждем, тем лучше он подготовится.

— Хорошо, — я посмотрел на брата, — ты заменишь меня на балу. Объясни отцу, — Алан кивнул.

— Мы готовы отправляться, — Нешь поднялся и принял облик тени, — вс-стретимс-ся ф с-самке, — прошипел он и растворился черной дымкой.

— Нам тоже пора, — Кира посмотрела на нас и улыбнулась, — ну что, господа маги, готовы доверить свою жизнь непутевой ведьме?

Она подняла руки и принялась скороговоркой произносить заклинание. Потоки силы окутали меня и Ричарда, создавая защитный контур, который должен был уберечь нас от влияния зазеркалья. Закончив, Кира еще раз оглядела нас и кивнула. В тот же момент в домике появилась Тина.

— Идёмте уже, — рыкнула она и одним прыжком оказалась по ту сторону зеркальной преграды.

— Пора! Главное не отпускайте меня, пока не выберемся из лабиринта, если что зовите фамильяров, они услышат, — Кира взяла нас за руки, и мы, не отпуская рук, прошли через дрожащее зеркальное марево.

Глава 15

Эран.

Оказаться по ту сторону зеркала было удивительно. Хотелось повнимательнее осмотреться и попривыкнуть к ощущениям, но Кира и Тина не позволили нам с Ричардом насладиться окружающей обстановкой.

Пантера, глухо рыкнув, открыла зеркальный коридор, и мы устремились в него. Двигаться было сложно. Ощущение, что находишься в толще воды. Периодически возникало чувство паники и стремление спрятаться от этих бесконечных отражений. Это сводило с ума. И даже заклинание, наложенное Кирой, не добавляло спокойствия.

Рука Киры крепче сжала мою:

— Не бойтесь. Сейчас нам ничего не угрожает.

Она уверенно шагала следом за огромной черной кошкой. Идущие от Киры потоки силы, успокаивали перепуганный мозг, возвращая какое-то подобие спокойствия.

— Как вы можете находиться здесь? — проворчал Ричард, на нем тоже сказывалась здешняя атмосфера.

— Дело привычки, отец, — спокойно ответила Кира, — никто не ходит в зазеркалье вот так, как сейчас вы. Требуется время, чтобы привыкнуть и перестать обращать на это внимание. Постарайтесь отрешиться от всего и просто думайте о нашей цели, — она тащила нас вперед, следуя за фамильяром.

— Тина знает куда идти? — мой голос дрогнул.

Мне казалось, что мы заблудились и бродим по этому лабиринту уже целую вечность.

— Мы почти пришли, мой принц, — отозвался фамильяр. И вправду пройдя еще пару поворотов, мы увидели темное зеркало, в котором уже можно было различить лабораторию.

— А почему мы не в зеркальной копии? — удивился я.

— Потому что сначала ее необходимо создать и закрепить. Мамин кабинет в зазеркалье — это не просто отражение твоего, Эран. Такие пространства не возникают сами по себе. Это определённый вид магии, — пояснила Кира.

Тина выпрыгнула из зеркала и, оглядевшись, тихо рыкнула, давая понять, что все чисто. Мы все вместе шагнули вперед и толпой вывалились в комнату.

— Все, пути назад нет!

Пантера хмуро смотрела на наложенную на зеркало печать, а ее хвост нервно ходил из стороны в сторону, хлеща ее по бокам.

— Я могу снять.

Печать на вид была несложной, и мне не составляло труда убрать ее.

— Сними, — согласилась моя ведьмочка, — в случае чего мы сможем быстро уйти отсюда.

Пока я возился с печатью, Ричард и Кира обшаривали лабораторию в поисках фиала с душой Лоры и кристалла с душой Марьяны. Тина пристально наблюдала за дверью. Громкий рык и скрип открывающейся двери известил нас о том, что хозяин вернулся, и сейчас нам предстоит схватка.

— Какого…? — начал было Призыватель, увидев огромную черную пантеру преградившую ему путь, — эй, я тебя знаю…

Тина с громоподобным ревом устремилась на него, желая порвать в клочья. Мужчина ловко отскочил в сторону, моментально влетев под заклинание Ричарда, которое однако не причинило ему вреда, соскользнув с его защиты. Пока фамильяр и Фолден отвлекали его, мне удалось-таки снять печать, которая оказалась не такой уж и простой, и я присоединился к общему веселью.

Однако Призыватель оказался неслабым магом. Он ловко отражал удары боевых заклинаний, используя накопитель и практически не расходуя свой резерв. Кира пока не вмешивалась, пытаясь сообразить, куда он мог спрятать души. Атаковать его сейчас магией призыва не имело смысла. Сначала нужно было прощупать его защиту и понять, как ее обойти. Собственно, этим мы сейчас и занимались. К тому же нам нужно было дать Нешу и его команде как можно больше времени, чтобы освободить захваченных Призывателем жителей обратной стороны. А чтобы он не мог снова их подчинить, теням выдали защитные артефакты, помогающие от ментального воздействия.

Первым израсходовал резерв Ричард, поскольку ему приходилось не только сражаться самому, но и подпитывать Тину, которая всячески старалась добраться до ненавистного ей колдуна. Заметив, что Фолден выдохся, я прикрыл его отступление своим щитом и влупил по противнику очередью из мощных боевых заклинаний, отвлекая его внимание на себя. К моему удивлению, одно из них успешно оглушило его, и он пошатнулся, хотя я все еще не мог подобраться к нему поближе. Похоже, наш колдун был не очень опытным боевиком.

Конечно, одно дело нападать на беззащитных теней и слабых ведьм исподтишка, прикрываясь мощными чарами, и совсем другое — вести настоящий бой с настоящим магом. Самое интересное, что он, видимо, так увлекся, что даже не пытался противопоставить мне магию призыва, отражая мои удары и отвечая на них согласно всем правилам старинного дуэльного кодекса столетеней давности. Сейчас так никто не делает. Скажу больше, сейчас вообще никто так не поступает. Все споры и разногласия решаются исключительно магической коллегией судей без всякого рукоприкладства.

А для тех, кому не хватает хорошей драки, существует отдельный вид спорта — магический файтинг. Вот там на оборудованном ринге, под присмотром целителей и судей молодые и не в меру агрессивные маги могут полностью израсходовать резерв, мутузя друг друга. В юности я увлекался подобным видом спорта. Он неплохо развивает скорость реакции и контроль над резервом.

Тина какое-то время еще помогала мне, но вот и ее запас энергии иссяк, и ей тоже пришлось отступить. Колдун, воодушевленный бегством одного из противников, усилил свой натиск, и ему даже удалось пару раз дотянуться до меня.

Пока мы продолжали перебрасываться заклинаниями, безуспешно атакуя друг друга, Кира все-таки сумела отыскать то, за чем она сюда полезла.

— Отец, Тина, сюда! — Кира стояла около зеркала, держа в руках вместилища душ.

— Нет! — завопил колдун и попытался прорваться к ним. В этот момент брошенное им заклинание успешно вернулось в него же, сообщая что в игру вступила моя ведьмочка. А звон разбитого зеркала подтвердил, что она настроена крайне серьёзно.

— Сдавайся! Ты проиграл! — Кира отшвырнула кочергу, которой только что отрезала нам путь к отступлению.

Я понимал, что таким образом она пытается обезопасить отца от преследования и не позволить Призывателю сбежать из замка.

— Глупая ведьма, ты не сможешь остановить меня. Я получу твою силу и смогу, наконец, отомстить!

— От одиночества и ненависти ты сошел с ума! Мир давно изменился. Теперь магическая наука развивается, ведьмы и маги — все равны! Теперь никто не изгоняет за наличие не тех способностей! — Кира подошла ближе.

Она стояла перед ним, совершенно без защиты, спокойно взирая на перекошенное от злости лицо этого недомага.

— Наивная ведьмочка, — расхохотался он, — думаешь, победив меня, ты заслужишь их уважение? В лучшем случае тебя просто убьют, а в худшем — запрут в какой-нибудь башне, где станут исследовать, как неведомую зверушку, — по лицу Призывателя пробежала судорога отвращения.

— О чем ты, Мартен? — я в недоумении смотрел на него, — впервые об этом слышу.

— Ты знаешь, кто я? — удивился он.

— Вообще-то родственников следует знать, пусть и дальних. Ты — Мартен, сын Абигайль Мак’Ален, второй из близнецов, который был изгнан, потому что оказался ведьмаком. Тебя сослали в дальнее имение, а через год ты бесследно исчез. И магию призыва запретили.

— Я не исчез, — горько усмехнулась он, — меня силой перенесли в этот замок. У профессоров академии тут была лаборатория, и кому-то показалось интересным попытаться разобраться, что же такое ведьмовской дар.

— Ты их всех убил, — прошептала Кира.

— Нет, — покачал головой Мартен, — не я. Я был ребенком и не хотел никому зла, а меня заперли здесь, ставили опыты, тестировали заклинания. Друзья моей матери помогли мне, спасли меня отсюда, перебив всех. А когда я вырос, то вернулся сюда, чтобы отомстить.

— Это ужасно! Никто не имел право так с тобой поступать! Но мстить невиновным? Убивать ведьм? Зачем?

— Боже, девочка, ты такая наивная! — Мартен погасил заклинание и прошел к столу. Кира быстро отошла в сторону, сохраняя дистанцию. Он покачал головой.

— Присаживайтесь. Поубивать друг друга мы всегда успеем, тем более что благодаря тебе, мы тут теперь застряли навсегда, — он рассмеялся, — это зеркало было единственным. Теперь чтобы покинуть замок, придётся преодолеть горы, так что вы тут теперь тоже пленники.

На столе тем временем появилась еда и напитки. Кира с интересом наблюдала, как Мартен творит волшебство.

— Не знала, что магия способна на такое, — она присела на противоположный край стола, подальше от него.

— Поживи с мое, Кирьяна, и не такое узнаешь.

— Ты знаешь мое имя?

— Конечно, — он усмехнулся, — ты ведь дочь Лоры?

— Да.

— А ты кто? — он посмотрел на меня.

— Праправнук Абигайль, наследный принц Эран, — я сел рядом с Кирой, — и жених Киры.

— Так ты получается мой внучатый племянник, — усмехнулся Мартен, — не думал, что когда-нибудь встречу родственников, угощайтесь. Еда безопасна.

— Зачем ты похищал души ведьм? — воскликнула моя ведьмочка.

— Все они были последними в своем роду, и им некому было передать свои знания. А мне были нужны и их знания, и их сила, — Мартен спокойно смотрел на Киру, — я не раскаиваюсь в содеянном. Каждая из них отдала мне частицу своих знаний. Так я изучал магию и ведьмовство. Некоторые делились добровольно, кого-то пришлось заставлять, но так или иначе все они приложили руку к моему становлению. Но в тебе я чувствую силу во много раз превышающую всех их, вместе взятых. Как это возможно?

— Тебе не нужно было никого похищать и держать в плену. Ты мог обратиться к самой магии мира — прародительнице всех ведьм и магов, — в голосе моей ведьмочки звучало сочувствие.

Да, история была грустная, но это ничего не меняло, перед нами по-прежнему сидел убийца и похититель. И расслабляться не следовало.

— А тени, как ты узнал про них?

— Бродил по зазеркалью, наткнулся на одного такого. Он заблудился. Я привел его к себе. Они в принципе мирные. И неплохо поддаются воздействию. Мне удалось его подчинить. И тогда возник план. Я долго думал, как мне отомстить тем, кто лишил меня всего и обрек на такую жизнь. С помощью тени я выследил и прикончил тех, кто был повинен в моем изгнании и заключении, а потом просто стал копить силы, чтобы в один прекрасный момент вернуться и восстановить справедливость.

— Странная у тебя справедливость. Ты обижен на тех, кого уже нет в живых, а мстишь абсолютно посторонним, — сказал я, внимательно наблюдая за ним.

— Скажем так, это необходимые жертвы. Согласись, Эран, я не мог просто так вернуться.

— Ты мог уйти. Перебраться в соседнее государство. Там, кстати, ведьмы у власти. Думаю, тебя бы там приняли…

— Мальчишка, — оборвал он меня, — ты так ничего и не понял! Твой род обрек меня на такую жизнь, вы сделали меня таким!

— Но ты ведь мог начать сначала! — воскликнула Кира.

— Я и начну, — в глазах Мартена вспыхнула злость, — когда уничтожу всех, кто повинен в этом.

— Это безумие! — прошептала она.

— Возможно, — пожал он плечами, — но я не отступлюсь.

— И как ты собираешься это сделать? — усмехнулся я, — как ты выберешься отсюда? Ты же сам сказал, что мы здесь теперь пленники.

— Ну порталы никто не отменял, — коварно улыбнулся он, — а получив ее знания и твои силы, я смогу вернуться и занять трон, который принадлежит мне по праву. И тогда я, наконец, смогу навести порядок в этой стране и возродить ведьмовство и магию призыва в полной мере…

— И как ты собираешься справиться с нами? — перебил его я, — ты уже пытался, и у тебя ничего не вышло.

— Да, один я с вами не справлюсь. Но для этого у меня есть помощники, — он взмахнул рукой и что-то произнес. В этот же момент за нашими спинами возникла гигантская тень.

— С-скучали-с? — Нешь обнял нас за плечи и жутко улыбнувшись, посмотрел на побледневшего Мартена, — взять его!

Две тени немедленно возникли по обе стороны от ведьмака. Мартен вскочил, но его тут же скрутили и поставили на колени перед принцем теней.

Благодаря защитным артефактам, повлиять на тени он сейчас не мог. Не мог он использовать и свою магию. Нешь опередил его и парализовал заклинанием.

— Вы в порядке? — тень принял свой человеческий вид и посмотрел на нас.

— В порядке, — вздохнула Кира, — но мне его жаль. Мы сами виноваты в том, что он стал таким. Ведь изначально Мартен не сделал ничего плохого.

— И все же это его не оправдывает. Если бы речь шла только о тех, кто непосредственно приложил к этому руку, я бы с тобой согласился. Но избавившись от них, он продолжил творить злодеяния, пользуясь своей безнаказанностью. Поэтому он виновен, и понесет наказание. Я заберу его на обратную сторону. И его будут судить, королевским судом, — Нешь гневно взглянул на Мартена, во взгляде которого промелькнул страх.

Кира поднялась и подошла к поверженному ведьмаку:

— Мне жаль, что так вышло.

В этот момент теней, стоящих рядом с ним отбросило в стороны, заклинание слетело с Мартена, и он схватил Киру за руки, после чего они тут же исчезли в мареве.

Вот этого не ожидал никто. Мартен оказался намного сильнее, чем мы думали. И эта жалостливая история, даже если она была правдой от начала и до конца, была направлена лишь на то, чтобы Кира прониклась к нему сочувствием. А теперь он похитил ее. Ушел нечитаемым порталом. И мы даже не знаем куда. Нешь тоже был в шоке. Вот такого никто из нас не мог предположить.

— Что будем делать? — осторожно спросил тень, видимо опасаясь моего гнева.

— Для начала нужно как следует обыскать замок. Возможно, они все еще где-то здесь. Порталы — не зазеркалье, там долго находиться не получится, — я повернулся к нему, — если их здесь нет, надо вернуться во дворец и решить, как действовать дальше.

Я старался сохранять спокойствие, но внутри меня уже бушевал такой гнев на Мартена и страх за Киру, что словами это было не передать.

— Он не убьет ее, — тихо сказал Нешь, — ему нужны знания, а она, как я понял, сейчас является их источником.

Я кивнул и хлопнул Неша по плечу. Он все и так понял и оставил меня наедине с моими терзаниями. По его приказу тени обыскали замок сверху до низу, обшарив каждый угол, каждый закуток, заглянув в каждую щель. Мы тем временем осмотрели спальню изгоя в надежде найти какую-нибудь подсказку, куда он мог переместиться. На столе, под грудой магических учебников, гримуаров и записей самого Призывателя была расстелена старинная карта.

— Смотри, — Нешь указал на какую-то точку обведенную кругом, — ты знаешь, где это?

Я присмотрелся повнимательнее. Карта была старая, но скорее всего я знал это место. Маленький городок у самой границы.

— Надо уточнить по современным картам, но если я не ошибаюсь, это Хорствуд. Там когда-то было расположено родовое имение Мак’Ален, то самое, куда этого Мартена сослали изначально.

— Замок пуст, мой принц, — доложил один из теней, — ни единой души.

— Хорошо, — я огляделся, — тогда забираем все книги и его дневники, карту, и все, что тут есть ценного. А я пока подготовлю заклинание.

— Что ты задумал? — обеспокоено спросил Нешь.

— Я разрушу этот замок, чтобы никто больше не смог использовать его ни как тюрьму, ни как убежище, — резко ответил я и вышел из комнаты.

По своему устройству замок очень напоминал академию. Видимо, они были построены в одно время. Готовясь к диверсии в общежитии, я хорошо изучил строение самой академии, чтобы понимать, как не зацепить важные детали конструкции, и сейчас идя по заметённым снегом коридорам, я убеждался в своей правоте.

Быстро спустившись в подвал, я установил взрывные заклинания, еще раз заглянул в каждую дверь казематов, чтобы убедиться, что там нет живых. В одной из камер я обнаружил парочку скелетов, прикованных цепями к стене. Не знаю, были ли они жертвами Мартена или же остались тут с более ранних времён. Закончив с подземельем, я прошёл по первому этажу, расставляя заклинания и связывая их в общую цепь. Рвануть должно было знатно. Завершив обход, я вышел из замка через парадный вход. Тени уже ждали меня.

— Давайте отойдем подальше, не хочу, чтобы нас тут завалило.

Мы отступили под защиту скалы, и я активировал заклинания. Замок задрожал, а затем обрушился, сложившись, как карточный домик. Мы молча смотрели на взметнувшиеся вверх клубы снега, пыли и мелкого щебня. Когда все улеглось, перед нами остались лишь груды камней. Где-то вдали послышался нарастающий гул.

— Взрыв вызвал лавину, нам надо убираться отсюда!

Я спешно открыл портал. Нешь и его люди не заставили себя упрашивать и быстро нырнули в него. Я оглянулся. Гигантский снежный поток с ревом захлестнул то, что осталось от пристанища изгоя. Больше ждать было нельзя, и я шагнул следом.

Глава 16

Кира .

— Мне жаль, что так вышло, — я подошла к Мартену, скованному заклинанием Неша.

Мне, правда, было жаль его. Казалось несправедливым все, что произошло с ним. Да, он совершил все эти ужасные поступки, но он не мог по-другому.

Мартен поднял на меня взгляд, и в тот же момент тени разлетелись в разные стороны, заклинание рассыпалось, а он, схватив меня за запястье, дернул к себе и крепко обнял. В глазах — яркая вспышка, в голове несмолкаемый гул, а к горлу подкатывает тошнота. Кольцо рук разжалось, и я опустилась на четвереньки, пытаясь справиться с накатившей слабостью и дурнотой.

— Поднимайся, нечего рассиживаться, — Мартен грубо вздёрнул меня вверх и заставил встать на ноги, — у нас мало времени. Думаю, твоему жениху не составит труда сообразить, где мы, — он схватил меня за локоть и потащил куда-то.

Я шла за ним как во сне, совершенно не понимая, что происходит. Перед глазами все плыло, и я еще не успела прийти в себя после быстрого перехода. Мой дальний родственник по линии отца затащил меня в какую-то темную комнату и толкнул на кровать. Затем он хлопком зажег свет и присел на корточки рядом со мной. Звякнула цепь, и железный браслет кандалов стиснул мою щиколотку.

— Посиди пока здесь, ведьмочка, а я пойду осмотрюсь, — вставая, насмешливо произнёс он и оставил меня одну.

Несколько минут я просто сидела с закрытыми глазами, пытаясь понять, что же произошло. Затем медленно открыла глаза. Голова еще слегка гудела, но в целом состояние пришло в норму. Я огляделась.

Просторная комната, судя по обстановке — спальня. Широкая кровать, шкаф у дальней стены, несколько пустых книжных полок и письменный стол, пара кресел, на полу — старый потертый ковер. Окна были наглухо закрыты ставнями, а свет шел от пары магсветильников под потолком. Покрутила головой, ища, где тут выход. Дверь обнаружилась прямо напротив кровати. Хотела встать, но противный лязг цепи и тяжесть оков на ноге дали понять, что так просто мне не уйти. Короткая, толстая, ржавая цепь была намертво вмурована в стену. Я осмотрела кандалы. Вроде ничего сложного. Попыталась открыть замок заклинанием, но с ужасом обнаружила, что у меня ничего не выходит.

— Даже не пытайся, заклинание тебе не поможет. Это специальные оковы. Они поглощают любую магию, — раздался насмешливый голос Мартена, — последняя разработка магической академии столетней давности. Специально для меня. Я год провел на этой цепи, — он криво усмехнулся.

— Почему? — я посмотрела на него.

— Что, почему? — не понял он и вошёл в комнату.

— Почему они так поступили с тобой?

— Боялись, — хмуро ответил Мартен и присел на кровать, — боялись моих сил и способностей. Мать пыталась это скрыть. Но однажды мне пришлось проявить силу. Я не сделал ничего плохого, просто защитил служанку от пробравшегося в сад кабана, а она сдала меня отцу и службе безопасности. Вот так-то, Кира. И тебя ждет тоже самое. Не надейся, они не оставят тебя в покое. Теперь, когда ты в полной мере владеешь ведьмовской силой, ты представляешь угрозу для них.

— Для кого, дядя Мартен?

— Дядя? — он улыбнулся, — тогда уж скорее дедушка.

— Ну для дедушки ты слишком молодо выглядишь, — усмехнулась я, — так что дядя в самый раз!

— Как скажешь, ведьмочка, — он протянул руку и взъерошил мне волосы.

— Так кто, по твоему, мне угрожает? — я посмотрела на него.

— Король, его советники и прочие блюстители порядка. Теперь ты для них самая страшная угроза. И все из-за тех сил и знаний, которыми ты владеешь. Так что нам с тобой не следует тут задерживаться.

— Нам?

— Предпочитаешь остаться? Не глупи, Кира. Неужели тебе хочется провести всю оставшуюся жизнь вот так? — он развел руками, показывая мне окружающую нас обстановку.

Я внимательно прислушивалась к своим ощущениям. Мартен не врал, не пытался запутать меня. Он, действительно, в это верил. Как же объяснить ему, что он не прав?

— Эран никогда не позволит такого, — убежденно заявила я.

— Глупышка, теперь ты сильнее, чем он, и принц откажется от тебя. Кира, — ведьмак взял меня за руки, — я предлагаю тебе свободу. Мы можем уйти в соседнюю страну. Туда, где правят ведьмы. У меня там есть связи. Нас никто никогда не найдёт. Ты сможешь начать новую жизнь. С твоими силами ты сможешь жить в свое удовольствие или выйти замуж за достойного ведьмака, а не за какого-то там мага…

— Не могу, между нами магический договор, и потом я обещала ему. Ты же знаешь, что слово ведьмы нельзя нарушить.

— Это все глупые россказни магов. Это они придумали, чтобы держать вас в подчинении. Смотри, — он быстро снял кольцо Эрана с моего пальца. Оно вспыхнуло и тут же погасло, — видишь? И ничего не произошло. Нет никакого договора на уровне магии. Сила никого не заставляет. Да он сам будет рад, что избавился от тебя.

Я задумчиво смотрела на кольцо, которое Мартен сейчас крутил в руках. Действительно, а что я теряю? Эрана? В груди как-то все сжалось, а глаза защипало от слёз. В голове пробегали все случившееся за эти дни события: как я спасаю его из зеркального плена, как он защищает меня от теней, наш завтрак на дворцовой кухне, прогулка по саду, мамин дневник и гримуар Абигайль, наш с ним танец и его объятия. Мама говорила: выбирай сердцем, а мое сердце сейчас рвется к нему.

— Он любит меня, а я его, — тихо произнесла я.

— Ты в этом уверена? — вкрадчиво спросил Мартен, — как думаешь, чем он сейчас занят? Прошел почти час, и я был уверен, что он немедленно отправится за тобой, учитывая, что на столе в моей комнате осталась карта, где указано это место. Не надо быть гениальным сыщиком, чтобы догадаться, куда я мог отправиться.

— Возможно, он не хочет спешить. Эран не любит принимать поспешных решений, — с сомнением произнесла я.

— А хочешь проверим, что сейчас делает твой жених? — внезапно предложил Мартен.

— И как? — удивилась я.

Он усмехнулся и достал из кармана маленькое зеркальце.

— Просто посмотрим, — улыбнулся он.

Зеркальце замерцало, и в нем появилось отражение бального зала. Эран в парадном мундире вел в танце Эмили Вер’Дален. На губах принца играла счастливая улыбка. Картинка сдвинулась. Отец сидел за столом, обхватив руками голову, Мари обнимала его, что-то шепча ему на ухо. Ну хоть с ней все в порядке. А вот отца жаль.

В стороне стояли хмурый Нешь и растерянный Шуни. Рядом с ними, сложив руки на груди, Алан задумчиво смотрел куда-то перед собой. Король и королева счастливо улыбались друг другу. Да уж! От этого зрелища внутри все заледенело. Неужели все было ложью?

— Все не так, как ты думаешь, Мартен, — я пыталась найти этому логическое объяснение, — сейчас Зимний бал. Наверняка, отец попросил его станцевать первый танец, чтобы гости не волновались. Он придет за мной! — из моих глаз капали слезы.

— Наивная ведьмочка, — Мартен подал мне платок, — смотри!

В зеркальце появились руины, оставшиеся от его замка в горах. Снег почти похоронил их, лишь несколько обломков стен еще возвышались над пропастью.

— Что случилось? — я не верила своим глазам.

— Он разрушил замок и наверняка сообщил королю и твоему отцу, что ты погибла там вместе со мной.

Да, судя по лицам остальных и явно горюющему отцу, это именно так. Я вспомнила, как выглядели развалины общежития. Очень похоже. Он, что, пытался убить меня? Да нет, глупость. Просто помог Алану. Но все равно это странно.

Теперь уже все казалось мне странным в наших с ним отношениях. А чего я собственно хочу от Эрана? Даже если он и испытывал ко мне какую-то симпатию или благодарность на фоне его спасения, это вовсе не значит, что он любит меня. Да, он говорил мне красивые слова, пытался наладить отношения, так как был связан договором и обещанием, данным королю, а теперь ведь как удачно получилось. Я, якобы, погибла, и он смело может отказаться от меня, не потеряв при этом лица. Зачем наследнику мертвая или пропавшая без вести невеста? Все по условиям договора и никакого отката, поэтому и кольцо снялось. А я тут уже напридумывала себе бог знает что! Гнев и досада захлестнули меня! Не на принца, на себя! Как я могла так влипнуть! Я ведь почти убедила себя, что люблю его!

Мартен с удовлетворением смотрел на меня. Видимо, все эти мысли были написаны на моем лице.

— Ну что, Кира, ты согласна пойти со мной?

— Нет! — я взглянула на него, ощущая странное сопротивление внутри.

Этому ведьмаку ничего не стоит обмануть меня, навести морок, выдать иллюзию за реальность.

— Я буду ждать его. Это не может так закончиться! В конце концов он же должен проверить, где ты скрываешься! И даже если всем остальным он наплел, что ты погиб, это ничего не меняет. Эран придет сюда!

— Вот не думаю, — пожал плечами Мартен, — уверен, он специально разрушил замок, чтобы никто не смог нас отыскать, за что ему большое спасибо. Я и вправду не собираюсь оставаться в этой стране. Ты права. Я слишком увлёкся своими бесплодными планами мести. Да и тени теперь будут охотиться на меня. Та тень была весьма убедительна.

— Это Нешь, наследник и будущий правитель. И он был очень зол на тебя.

— Я заметил, — хохотнул Мартен, — так что лучше мне пока не посещать зазеркалье. К тому же все фиалы с душами остались в том замке и теперь покояться где-то в этих развалинах.

— Нет, Шуни забрал их из того подвала, еще до того как мы пришли к тебе. Зачем ты держал их в заточении?

— А что мне оставалось! Отпустить я их не мог, они бы сразу рассказали, где я скрываюсь. А так у меня была возможность использовать их опыт и знания. Я экспериментировал. Пытался даже использовать в качестве источника энергии, но знаешь, после смерти ведьмы такие же упрямые как и при жизни, так что ничего у меня не вышло. Загнать душу ведьмы в накопитель нереально.

— А Мари зачем похитил?

— Разозлился. Она помешала мне добраться до тебя. Я знаю, что лишил тебя матери, — он виновато посмотрел на меня, — прости. Когда тени притащили ее, Лора напала на меня. Внезапно. Я не успел ничего ей объяснить. Пришлось снова призвать тени, чтобы справиться с ней. Мы потом часто беседовали. Она беспокоилась о тебе, переживала, что заключила тот договор. Я иногда наблюдал за тобой, а потом рассказывал ей, как у тебя дела. Я видел, что ты отличаешься от них. А когда ты приехала во дворец, решил забрать тебя оттуда, ведь ты — последняя из рода О’Салем, — он хитро улыбнулся.

— Хочешь сказать, ты все подстроил?

— Нет, то, что случилось — это цепь случайностей. Обстоятельства, сложившиеся сами собой. Но ведьма не сражается с обстоятельствами…

— Она подстраивает реальность под себя, — закончила я.

— Именно, Кира. И сейчас реальность такова, что тебе выпал шанс проверить, каков твой жених на самом деле, — он вздохнул, — я дам тебе эту возможность. Давай сделаем так: ты ждешь его здесь до завтрашнего вечера. Этого времени более чем достаточно, учитывая все случившееся. И даже если твой принц оказался настолько глуп, что не увидел карту или не понял, где искать, то у тебя на шее весьма занятное украшение с заклинанием поиска. Так что ему будет несложно определить, где ты находишься.

Если до завтрашнего вечера он не придет за тобой, то я не вижу смысла ждать дальше. Поверь, тебе опасно здесь оставаться. Если ты заявишься во дворец, то тебя схватят, казнят или запрут в каком-нибудь подземелье, просто опасаясь договора.

Смотри, тут есть все необходимое: там, — он указал на дверь рядом с шкафом, — ванная, артефакты заряжены, свет у тебя есть, еду и питье я тебе сейчас организую.

— Ты освободишь меня? — я показала на цепь.

— Да, перед уходом. Извини, но с тобой я тут сидеть не намерен. От твоего принца всего можно ожидать. Я вернусь завтра вечером, после заката. И если ты все еще будешь здесь, то ты отправишься со мной. А я пока навещу своих друзей в соседнем королевстве и подготовлю там все. Для нас.

Он поднялся, наколдовал мне еду и воду, обновил заклинания на ставнях, чтобы я не смогла их открыть, а после этого ключом открыл замок кандалов.

— Ты хочешь запереть меня? — я напряженно посмотрела на него.

— Для твоей же безопасности, ну и чтобы ты не делала глупостей. Знаю я вас, ведьмочек, сам такой же, — усмехнулся он и вышел из комнаты.

Щёлкнул замок, а я осталась одна. Я сидела в какой-то прострации, прокручивая в голове наш странный разговор. Поверила ли я Мартену? Нет. Он не был до конца искренен. Что-то и в самом деле было правдой, а что-то звучало настолько нелепо, что вызывало истерический смех, например его общение с мамой. Да чушь собачья! Душа, заключенная в фиал, находится в забытьи, и вряд ли он выпускал ее оттуда, чтобы пообщаться. Хотя кто его знает!

Было ощущение, что я попала в кошмарный сон и никак не могу проснуться. Так я просидела несколько часов. В голове — совершеннейший хаос, а на душе — тоска. Я посмотрела на еду. Вроде свежая и выглядит аппетитно, вот только есть не хотелось. И потом откуда я знаю, какие зелья он туда намешал? Сейчас попробую и еще, не дай боже, влюблюсь в этого психа.

От нечего делать я обошла комнату. Заглянула в шкаф, там было пусто. Осмотрела полки, на них тоже ничего не было, кроме пыли. Приподняла ковер, а вдруг там есть тайный проход? Но нет, ничего такого. В итоге я просто завалилась на кровать и уснула от усталости и переживаний.

Я проснулась и резко села на кровати. Сколько я проспала? Часов в комнате не было, ставни закрыты. Я подошла к двери и заглянула в замочную скважину. Дверь выходила в темный коридор. Так не пойдёт. Я решительно направилась к окнам. В одной из ставен мне удалось обнаружить маленькую щёлочку, через которую пробивался свет. Значит, сейчас утро или день.

Я побродила по комнате, заглянула в ванную. Надо бы умыться и привести себя в порядок. Странно, но голода и жажды я сейчас совсем не чувствую. Закончив с процедурами, я вернулась в комнату. Делать было совершенно нечего. Время тянулось и никак не хотело бежать быстрее. Меня одолевала тоска и нехорошие мысли по поводу Эрана. Неужели он, и вправду, отказался от меня? Сомнения, посеянные Мартеном, расцвели пышным цветом, и в голове все время вставала картинка, как мой принц улыбается этой смазливой Эмили. Чтобы не терзать себя, я решила подремать. Улегшись, я закрыла глаза и моментально заснула.

Мартен .

Я стоял над погруженной в очарованный сон ведьмочкой и улыбался. Маленькая, наивная девочка! Теперь ты будешь принадлежать мне. Ты полюбишь меня и даже не поймёшь, как это случилось, и искренне будешь верить, что сама принимаешь решения. Я осторожно снял с нее подвеску и положил на стол.

Да, Эран, ты будешь очень удивлён, найдя это здесь. Кольцо было защищено договором и снять его я не мог. Но это временно. Не найдя свою невесту, мой племянничек будет вынужден сам отказаться от нее, и вот тогда колечко можно будет спокойно снять. А пока я просто прикрыл его заклинанием невидимости. Кира недостаточно опытна в такой сложной магии. Все-таки всего третий курс, а заклинание уровня магистра она просто не заметит.

Перенеся ее сюда, я погрузил ее в сон и принялся старательно внушать Кире, что Эран — подлец и мерзавец, что она ему не нужна и никакого договора нет. Сейчас ей кажется, что все происходит на самом деле, в ее сне пройдёт целый день, а вот на самом деле прошло всего полчаса, и мне следует поторопиться. Принц — не дурак, и скорее всего уже вычислил мое убежище. Пора заканчивать мой маленький спектакль.

Глава 17

Кира .

— Просыпайся, ведьмочка, — кто-то настойчиво тряс меня за плечо.

Я открыла глаза и резко села. Рядом стоял Мартен.

— Добрый вечер, не пришел твой принц? — он насмешливо смотрел на меня, — надо идти, Кира.

— Откуда мне знать, что сейчас вечер? — я раздраженно взглянула на него.

Он, ни говоря ни слова, щёлкнул пальцами, и одна из ставень с грохотом распахнулась. За окном было темно. Судя по сиянию полной луны была глухая ночь. Я поднялась и подошла к окну. От разбитого стекла тянуло холодом. Передо мной лежал заметенный снегом сад. Белые сугробы искрились в лунном свете. В глазах стояли слёзы. Эран не пришёл. Значит, все, что я видела в зеркальце Мартена — правда. Пальцы судорожно нащупали бриллиантовую бусинку, и я со всей силы рванула украшение. Цепочка оборвалась, а я в ярости швырнула подвеску на стол.

— Мой отец…

— Ты сможешь сообщить ему, что жива, как только мы устроимся на новом месте, — перебил меня Мартен, — нам пора, Кира. Тебе нет смысла оставаться здесь.

— Наверное, ты прав.

Что-то смущало меня, что-то внутри говорило, что я должна остаться и вернуться в столицу. Вот только зачем? Чтобы стать посмешищем? Чтобы идти по улице и слышать тихий презрительный шепот за спиной? Да и преподавателем меня теперь скорее всего не возьмут. Теперь, когда я стала полноценной ведьмой, я не смогу обучать студентов магии. А жить с отцом и Марьяной — так это вообще выше моих сил. Мари меня и без того донимала, а теперь совсем не понятно, в какую сторону ее понесет. Если Марьяна начнет жалеть меня, я этого точно не вынесу.

— Я хотела с мамой попрощаться, перед тем как она уйдёт. Наверное, мне стоит быть там, — я пыталась придумать причину, чтобы остаться.

— Не думаю, что это хорошая идея. И потом ты же владеешь призывом. Как только они освободят ее душу, ты сможешь призвать ее и пообщаться с ней.

Как ни странно, но Мартен не торопил меня. Он спокойно присел на кровать, ожидая, пока я соберусь с мыслями.

— А где мое кольцо? — я снова посмотрела на него.

— Вот, держи.

Он достал кольцо из кармана и протянул мне. Я взяла его и покрутила в руках. Обычное обручальное колечко. Ничем не примечательное. Я положила его на стол рядом с бусинкой и вздохнула. Почему же этот кошмар никак не заканчивается?

— Послушай меня, девочка, — Мартен подошел ко мне сзади и обнял за плечи, — ты не обязана идти со мной. Если хочешь, можешь остаться. Мы находимся в Хорствуде. Ты знаешь, где это?

— Да, — прошептала я.

— Ты можешь дождаться утра, взять эти безделушки, сдать их в ломбард и на вырученные деньги купить билет до столицы. Поезда ходят регулярно. Через четыре дня ты будешь там. Еще на окончание бала успеешь. Посмотришь на помолвку Эрана и мадмуазель Вер’Дален, — он положил свежую газету на стол передо мной.

На первой странице в качестве заглавной была огромная статья, где сообщалось, что Кирьяна О’Салем героически погибла, сражаясь с призывателем, которым оказался Мартен Мак’Ален, принц-ведьмак, пропавший сто лет назад. Сам преступник был обезврежен наследником престола, при поддержке магистра Фолдена и представителей обратной стороны. Дальше шли хвалебные дифирамбы моей доблести, описания горя моего отца и переживаний самого принца. Но в конце сообщалось, что несмотря на все эти печальные события, у истории все же хороший конец. Мне присвоили звание героини королевства посмертно. И в новом общежитии академии будет установлена памятная табличка. Души ведьм освободили. Нешь, Шуни и их подданные вернулись к себе. А принц выбрал себе новую невесту — Эмили Вер’Дален. Их помолвка состоится в последний день Зимнего бала, а свадьба назначена через месяц.

Он не стал меня искать. А эта статья, явно написанная по указке принца, являлась лучшим доказательством его предательства. Я всхлипнула, а Мартен прижал меня к себе.

— Поплачь, — он тихо гладил меня по голове, — поплачь. Мир жесток, а у населяющих его — короткая память.

На меня навалилась какая-то апатия. Я окончательно утратила понимание и смысл происходящего. Слезы душили меня. Хотелось выть. Но я лишь тихо всхлипывала, уткнувшись в грудь Мартена.

— Идем, Кира. Здесь тебе нечего делать. У тебя впереди целая жизнь. Я покажу тебе весь этот огромный мир. Увидишь другие королевства. Познакомишься с новыми людьми. И обязательно встретишь свою настоящую любовь, а не навязанного тебе принца. Ты готова?

Он приподнял мое лицо и осторожно вытер мне слезы. Я молча кивнула. Мартен прижал меня к себе, и нас мгновенно перенесло в какой-то дом.

— Ну вот, располагайся, это твоя комната, — он отпустил меня и улыбнулся.

— Где мы? — я безразлично огляделась.

Это была уютная девичья спальня. Светлые тона, легкая изящная мебель, тонкие прозрачные занавески на окнах. А за окнами шумел дождь.

— Мы по ту сторону гор, в Чарленде, королевстве ведьм. Это мое имение. Когда-то оно принадлежало роду О’Салем, но после того как твоя прабабка перебралась в соседнее королевство, оно пустовало. Так что это отчасти и твой дом — дом твоего рода.

— И почему она уехала? — спросила я.

Больше чтобы поддержать разговор, чем мне на самом деле было интересно. Я знала, что род моей матери переехал когда-то в наше королевство, но вот о причинах мама мне не рассказывала.

— Влюбилась. Ее муж был родом из вашего королевства. Вот она и поехала с ним, когда он решил вернуться. Он-то магом был.

— А твоим оно как стало?

— Амела О’Рейн отдала мне его, когда стала королевой. Я не убивал тех магов, что держали меня в заточении. Да я бы и не смог, мне было всего пятнадцать. По просьбе моей матери люди Амелы нашли и спасли меня, а после она прятала меня у себя. Когда начались гонения, мы перебрались в эту страну. Здесь Амела удачно вышла замуж, за местного короля, который был человеком. Не без помощи приворотных зелий, — он усмехнулся, — и вот уже почти сто лет она и ее род стоит у власти.

Когда Амела стала королевой, она убедила мужа разорвать дипломатические отношения с вашей страной, но принимала всех, кто бежал оттуда. Она помогла мне встать на ноги. Подарила это имение и назначила содержание, чтобы я мог заниматься наукой.

— И она не знала, что ты убивал ведьм? — ехидно спросила я.

У меня в голове не укладывалось, почему он, в итоге имея все, пошел на эти злодеяния.

— Почему не знала? Знала, — ухмыльнулся Мартен, — отчасти я выполнял ее приказ. Она поручила мне похищать ведьм, оставшихся последними в своем роду и предлагать им перебраться сюда. Кто-то соглашался, кто-то нет. Несогласных приходилось убивать, чтобы они не раскрыли нас, — в голосе мужчины прозвучала угроза.

— И что ты собираешься со мной сделать? — усмехнулась я, хотя по идее мне следовало испугаться.

Я, одна, неизвестно где, в руках какого-то психа, которому еще и покровительствует сумасшедшая королева.

— Послушай, Кира, — тон Мартена стал вкрадчивым, — я действительно натворил много плохого, и на моих руках смерть десятков ведьм, но для Амелы я — сын ее близкой подруги, преданный своими же подданными, так что считай, у меня карт-бланш, — он как-то нервно подошел к окну, — и я могу сделать с тобой все, что захочу, но я бы предпочёл, чтобы мы стали друзьями.

Мартен резко повернулся ко мне:

— Я, правда, хочу все изменить, Кира, и очень надеюсь, что ты поможешь мне. И я… мне… мне жаль, что так все вышло. Я был одинок. Мне не с кем было посоветоваться. И я не смог справиться со своей ненавистью. Был одержим ею. А Амела… мне казалось, что она поддерживает меня, а теперь понимаю, что она меня использовала. Но сейчас, — он с надеждой посмотрел на меня, — сейчас все будет по-другому. Я не могу вернуть прошлое, и не могу исправить то зло, которое я уже совершил. Но я приложу все усилия, чтобы помочь тебе.

С моей протекцией у тебя будет все. Ты даже сможешь преподавать, как и мечтала. Представь себе, чему ты сможешь научить молодых ведьм и ведьмаков. С твоими нынешними знаниями ты сможешь помочь им развить их природный дар и направить их в правильное русло, — он замолчал, а затем, собравшись с духом, продолжил, — Кира, прошу, дай мне шанс научиться жить нормальной жизнью.

Я задумалась. В словах Мартена не было лжи, а его эмоции говорили о том, что он растерян и подавлен. Вряд ли все это спланировано. Да, он не до конца искренен. Скорее всего, также как и я, потерялся и запутался во всем происходящем.

Я вздохнула:

— Хорошо, Мартен.В любом случае все эти смерти останутся на твоей совести. И тебе придется как-то самому разобраться с этим. В конце концов каждый должен иметь второй шанс. Оставим прошлое в прошлом, — я слабо улыбнулась, — и попробуем начать все сначала.

— Спасибо, Кира, — в голосе Мартена послышалось облегчение, — тебе нужно отдохнуть. Устраивайся, а завтра я покажу тебе город. Мы находимся в дальней провинции. И прежде чем отправимся в столицу, тебе нужно немного освоиться и привыкнуть к новой жизни. Я свяжусь с королевой и думаю, через пару месяцев тебя можно будет представить ко двору ее величества. Отдыхай, увидимся завтра.

Мартен ушел, а я в изнеможении опустилась на кровать. Меня слегка знобило, состояние было плаксивое. Хотелось забиться куда-нибудь и просто порыдать, оплакивая свою прежнюю жизнь, к которой я не смогу вернуться.

Усилием воли я заставила себя сходить в душ и переодеться в ночную рубашку, а затем улеглась в кровать. После того как я проспала целый день, я думала, что не смогу уснуть. Но сон настиг меня, как только моя голова коснулась подушки.

Мартен .

Какая же Кира упёртая! Даже в очарованном сне она пыталась бороться с наваждением! Настоящая ведьма! Мне пришлось приложить огромное количество усилий, чтобы моя иллюзия выглядела правдоподобно, и она не почувствовала, что я обманываю ее. И все равно она не поверила мне до конца. Но в целом согласилась на предложенные мной условия.

А еще надо навестить Амелу и рассказать ей обо всем. Терять расположение ее величества мне ни к чему. Амела — жесткая и властная правительница. И конечно, она в курсе всех моих проступков в отношении ведьм, вот только ее это не волнует. Они ведь не ее подданные. Она их и ведьмами-то не считала.

По ее мнению они предали саму суть ведьмовства. И весь этот спектакль с покаянием и прочими красивыми словами был исключительно для Киры, которая сейчас представляла собой настоящее сокровище. Ни у кого из ныне живущих ведьм до сих пор не получалось воззвать к магии мира, а эта смогла и даже обрела знания. И вот этот бриллиант я собирался продемонстрировать Амеле. Она будет счастлива, что в ее государстве теперь есть самая настоящая ведьма. Да еще и из рода О’Салем.

Побег ее прабабки Ольяны стал настоящей трагедией для Амелы. Ещё бы! Сильнейший из родов воспротивился ее политике в отношении магов и сбежал в соседнее королевство. И вот благодаря мне, блудный род вернулся домой.

Да, в лице правнучки Ольяны, зато с таким наследием, которое не снилось никому из ныне живущих. А за подобную услугу я собираюсь попросить самую малость — жениться на юной ведьмочке. Уверен, мне хватит дипломатии, чтобы убедить Амелу, что это идеальное решение.

Кира мне почти доверяет. И моих чар хватит, чтобы за эти два месяца вскружить ей голову, так что ко двору она поедет моей невестой. Амела не посмеет ей отказать. Выбор ведьмы священен даже для этой безпринципной стервы. А потом я запру это сокровище в башне академии ведьмовства, где под моим чутким руководством она изложит все свои знания в гримуаре, родит мне парочку наследников, а затем благодаря ее знаниям я покорю соседнее королевство и займу принадлежащий мне по праву рождения трон.

Я посмотрел на спящую девушку. Надо бы ее переодеть, чтобы с утра все было правдоподобно. Слуг я не держал, так как почти безвылазно жил в том заброшенном замке. Придется самому. Я аккуратно раздел Киру. Девочка была одета в мундир кадетского корпуса, явно принадлежавший самому принцу. Ей он был великоват. Неужели королевство настолько обнищало, что для невесты принца не нашлось лучшей одежды, чем его старый детский мундир? Уму не постижимо! Ничего, теперь у неё будет все! Она сполна оценит мое великодушие и заботу о себе.

Я любовался этим юным телом, борясь со страстным желанием взять ее прямо сейчас. Да, полгода воздержания не идут на пользу здоровому и еще не старому ведьмаку. По меркам ведьм я еще не стар. Мне девяносто пять. Мужчина в рассвете сил! Мы можем спокойно жить лет до трехсот. А со знаниями Киры, уверен, сможем продлить этот возраст и до пятиста. Так что я, считай, еще юнец. Кирочка, так вообще малышка. Ей всего-то двадцать три.

Лора мне много про нее рассказывала. Ее мать вообще очень интересная ведьма была. Хорошо, что после всех экспериментов, я ее в специальный фиал заточил. Они просто не смогут его открыть. Так что она мне не опасна, не сможет явиться к своей обожаемой доченьке и раскрыть ей глаза на то, какой я подлец.

Черт, Кира, нельзя быть настолько соблазнительной! Я поспешно натянул на девушку рубашку, потому что поднявшееся желание требовало немедленного удовлетворения.

Интересно, а как там поживает моя драгоценная королева? Наверное, стоит навестить ее, а заодно и напряжение сбросить. Киру нужно очаровывать в здравом рассудке, а не когда в голове крутятся неприличные фантазии.

Укрыв Киру одеялом, я вышел из комнаты и запер дверь на ключ. Затем порталом перенесся во дворец, сразу в покои Амелы. Королева была у себя и, судя по шуму воды, принимала ванну.

— Ваше величество, рад видеть вас снова!

Я сидел в кресле и с удовольствием наблюдал, как она залилась краской, появившись в дверном проеме. Амела имела странную привычку ходить в своих покоях нагишом, что частенько выходило ей боком, потому что я не имел привычки заранее сообщать о своих визитах. Когда-то тетушка Амела лишила меня девственности, научила всему и пользовалась этим какое-то время. А потом я повзрослел. И начал кое-что понимать. И стал ее этим шантажировать. Она не могла мне отказать.

— Мартен!

Амела заметалась в поисках халата. Зря. Я его уже убрал в шкаф.

— Как неожиданно! Я думала, ты не скоро появишься!

— Обстоятельства вынудили меня вернуться раньше.

Я подошел к ней и бесцеремонно прижал к себе эту невысокую пышечку с большой грудью и сочными бедрами.

— Я скучал.

Мое достоинство, уже оттопырившее мне штаны, недвусмысленно подтверждало мои слова.

— Как проходит твое исследование?

Амела попыталась сбить меня с толку. Она знала, что сопротивление бесполезно, и я уже давно не тот наивный юноша, которым она крутила, как хотела. Но ей доставляло удовольствие изображать непонимание, с чего вдруг я тут появился.

— Не увиливай, Мели!

Моя рука сжала ее ягодицу, и в глазах королевы зажегся похотливый огонёк. Мне же было нужно ее разрешение. Все-таки голова мне пока дорога, и терять ее как-то не хотелось. А насилие над ее величеством однозначно закончилось бы для меня эшафотом.

— Я тоже скучала, Марти, — она игриво коснулась рукой моей щёки, — очень скучала!

Ее любимая игра. Сначала довести до исступления, а затем милостиво позволить сделать ей приятное. Но теперь так не получится.

— Я решил жениться.

Я нежно погладил ее попку и уже собирался выпустить ее из рук, как она вцепилась в мой сюртук, чувствуя, что ее привычная добыча ускользает от нее.

— Жениться? На ком?

— На Кирьяне О’Салем, правнучке Ольяны.

— Как интересно, — Амела пристально смотрела на меня, — она, наверное, еще совсем ребенок!

— О, да! Всего двадцать три года, юна, невинна, неопытна.

— А как же я?

Амела скорчила обиженную рожицу, не выпуская из рук лацканы моего сюртука и подталкивая меня в сторону спальни.

— А ты всегда будешь моей королевой!

Негласное разрешение было дано. Я подхватил ее на руки, в два шага пересек гостиную и вошел в спальню, захлопнув ногой дверь.

Глава 18

Эран .

Я вышел из портала в своем кабинете и тут же столкнулся взглядом с магистром Фолденом.

— Где моя дочь⁈ — Ричард был крайне обеспокоен. Тина, лежавшая на полу, подняла голову и вопросительно посмотрела на меня.

— Мартен похитил ее, и я собираюсь немедленно отправиться за Кирой, но мне нужна современная карта, чтобы точно построить портал, — я не дал ему пуститься в обвинения. Фолден, помрачнев, кивнул. А я достал из ящика карту и расстелил ее на столе.

— Вот здесь была отметка, — я указал на городок Хорствуд, расположенный практически на границе, в самой дальней провинции нашего королевства.

— Там находится родовая усадьба Мак’Ален, — Ричард склонился над картой, — вот здесь, — он указал на точку примерно в миле от городка.

— Сигнал от подвески тоже указывает на это место, — кивнул я, — ждите, я скоро верну вам Киру.

Я открыл портал и шагнул в него. Поскольку я никогда не бывал в самом имении, то и открывать портал в дом я не стал. Вышел у крыльца. Старинный особняк выглядел заброшенным, но в дальнем окне второго этажа горел свет. Я быстро взбежал по каменным ступенькам полуразрушенного крыльца и вошел в холл. Оглядевшись, заметил лестницу, ведущую на второй этаж и, поднявшись по ней, теперь, крадучись, шел по пустому коридору.

Здесь явно давно никто не жил. Через распахнутые настежь двери были видны пустые комнаты. Стекла на окнах местами потрескались и осыпались. На подоконниках лежал снег, а ветер протяжно завывал в каминных дымоходах. Кругом была пыль, грязь и какой-то растительный мусор. По углам расползлась плесень, а штукатурка давно уже отвалилась от стен. Не обращая внимания на разруху, я быстро приближался к той комнате, из которой пробивался свет. Но вот зайти я не успел. Я опоздал всего на несколько мгновений. Коридор осветила яркая вспышка магии. Я вбежал в открытую дверь. В спальне было пусто. Наглухо заколоченные ставни, едва мерцающий магсветильник, смятая постель, явно указывающая, что здесь кто-то лежал. Следы на пыльном полу. И самое страшное — на столе лежала подвеска Киры.

Это конец. Он догадался о назначении украшения и избавился от него. Теперь я не смогу ее отыскать. Я опустился на кровать и схватился за голову. Я потерял ее. Не знаю, сколько времени я так просидел, но из этого состояния меня вывел громкий шлепок. Как будто что-то упало на пол. Я поднял глаза, передо мной сидела Вита. Фамильяр Киры сейчас был не больше ладони. Она тяжело дышала. Я подхватил жабку на руки.

— Вита, ты знаешь, где она?

— Знаю, — тихо квакнула жаба, — он унес ее в Чарленд, королевство ведьм. Стой, Эран, — она увидела, что я хочу настроить портал, — тебе не пройти. Там сильный заслон от чужой магии. Они заметят тебя. Мне с трудом удалось проследить за ним. И потом он так заморочил ей голову, что она тебя сейчас видеть не захочет.

Вита принялась рассказывать мне обо всем, что тут произошло. Про Киру, про Мартена, про его чары и ложь.

— Я не смогла пробиться к ее сознанию. Всю энергию потратила, чтобы противостоять ему. Он что-то наложил на нее. Она верит почти любому его слову, а без меня, он в момент очарует ее. Ты должен что-то придумать.

— Что придумать, Вита? Как снять чары?

— Она должна вспомнить свои чувства к тебе, иначе никак.

— Чувства? Какие?

— Любые! Любые яркие эмоции, которые были между вами! Тогда чары разрушаться, и ты сможешь с ней поговорить. Теперь, когда она обрела силу, ты не сможешь заставить ее. Ты понимаешь? Она должна решить сама!

— Понимаю, Вита, нам понадобится помощь, — я открыл портал и вернулся во дворец.

Разговор с Фолденом вышел тяжёлым и нервным. Отец Киры то и дело срывался на крик, но в итоге Ричард сумел перебороть свое отчаяние и выслушать меня. Мне же был нужен его совет. Он хорошо знал ведьм, все-таки со своей первой женой он прожил двадцать лет. А я должен был узнать, какие чувства Кира реально испытывала ко мне. Что могло напомнить ей про меня?

Магистр хмуро смотрел на фиал с душой Лоры. Нам пока не удалось его открыть. Запечатанный каким-то старинным ведьмовским заклинанием, он не поддавался придворным ведьмам. Даже тени не смогли помочь. С кристаллом было проще. Нешу удалось достать из него душу Мари и перенести ее в тело, которое немедленно ожило, и теперь оставалось ждать, пока она придёт в себя. Даре понадобились почти сутки, но поскольку Мари почти сразу оказали магическую помощь, у нас была надежда, что она очнется к утру.

— Единственные настоящие эмоции, про которые рассказала мне дочь, это ваша первая встреча на берегу пруда, — задумчиво произнес Ричард.

— Она испытала действительно яркие и незабываемые чувства. При этом она применила дар, а значит, они навсегда отпечатались в ее памяти. Стоит ей испытать их снова, и чары развеются. Но это риск, мой принц.

Он пристально посмотрел на меня:

— Кира была зла на вас. Если вы сейчас ее разозлите, возможно, она все и вспомнит, но из-за природной вредности решит сделать наперекор.

— Мне не важно, что она решит. Я хочу, чтобы она могла принимать эти решения, а не быть куклой в руках колдуна. И даже если она твердо решит остаться в Чарленде, это будет ее осознанное решение, и я буду спокоен за нее. Потому что пока он ей манипулирует, Кира будет подчиняться ему, даже не понимая этого.

— Что ж, тогда стоит попытаться, — кивнул мне Ричард, — я напишу ей письмо. Вы сможете передать, мой принц? Хочу, чтобы она знала, что я люблю ее и желаю ей счастья.

— Конечно, Ричард. Увидимся позже. Я пойду посоветуюсь с отцом. Уточню про наши дипотношения с Чарлендом, — я вышел из кабинета.

Отца мне удалось найти в бальном зале. Праздник уже начался, и Алан сейчас кружился в первом танце с одной из ведьмочек.

Разговор с отцом ничего не дал. Отношений с этим королевством у нас не было. Они были прекращены по инициативе той стороны, почти сто лет назад, и сколько бы мы не пытались их наладить, ответ всегда был один — нам не о чем разговаривать. Вы сами во всем виноваты. А мы и не особо настаивали. Особой нужды в этих отношениях не было, так что никто не беспокоился об их отсутствии. А это означало, что мне придётся тайком проникнуть на чужую территорию и очень постараться не попасться. Значит порталом идти нельзя. Через зеркало я без Киры не пройду, ибо дар во мне был спящий. Оставалось последнее средство — попросить тени помочь в этом деле. Причем не просто провести меня туда, а сначала разведать обстановку.

Нужно было выяснить, в каком состоянии Кира, что она помнит, как он с ней обращается. Есть ли у нее свобода передвижения, и где там поблизости пруд. Я решил воспроизвести нашу первую встречу, чтобы помочь моей невесте стряхнуть наведенное очарование.

Перво-наперво нужно было найти Неша, но в зале старшего принца теней не было, зато был Шуни.

— Привет, малыш, — я подсел к этому бесенку, который равнодушно наблюдал за танцующими парами.

— Привет, Эран, — мальчишка смерил меня взглядом, — упустил?

— Да, — я глубоко вздохнул, — ты не знаешь, где Нешь?

— В лазарете, с Мари. Ждет, пока очнется. Уже час там сидит, — недовольным тоном произнес младший принц, — беда с вами! Вроде взрослые, а все равно как дети!

— О чем ты, Шуни?

— Да так, ни о чем, — отвернулся парень.

Я поднялся.

— Ты чего от Неша-то хотел?

— Помощи попросить. Вита нашла Киру, но только она сейчас в соседней стране. Официально меня туда не пустят, не любят там магов. Порталом тоже не пройти. Засекут и конец мне. Да и Кира, со слов Виты, сейчас под чарами, он ее против меня настроил.

— И чем тебе Нешь сможет помочь? — в голосе Шуни зазвучал интерес.

— Вита сказала, что чары снять можно, — я снова присел рядом с ним, — но для этого она должна снова испытать ко мне чувства, которые уже были однажды. Самые яркие. Так вот, самые яркие — это наше с ней знакомство.

Я подробно и в красках рассказал ему, как свалился в пруд, когда пятился от разъярённой Киры, и как она смеялась тогда. Это воспоминание, вызывавшее раньше во мне негодование и чувство стыда, сейчас отдавалось мягкой теплотой, как что-то единственно настоящее и искреннее, что непременно стоило ей напомнить.

— Я хочу воспроизвести нашу первую встречу, и мне нужно, чтобы кто-то из теней разведал обстановку. Узнал, как она там, что с ней. А главное нашел бы поблизости пруд с мостком.

— А как ты ее туда заманишь? — поинтересовался Шуни.

Вот об этом я не подумал.

— Тогда ее Алан привел, хотел нас познакомить в романтическом, так скажем, месте, — я улыбнулся.

Идея была дурацкая!

— Все ясно. Не надо ничего Нешу говорить, я сам все узнаю.

— Шуни, — я строго посмотрел на него, — мне твой брат голову оторвет, если с тобой что-то случится.

— Ничего со мной не случится. Я даже на глаза никому не покажусь. Просто разведаю и все. Только мне карта нужна. Я ваш мир плохо знаю.

Я задумался. Предложение Шуни было кстати. Он — пронырливый чертенок, в принципе если действительно высовываться не будет, то его и не заметят.

— Ладно, пойдём, — я поднялся и пошел к выходу, мальчишка поспешил за мной.

Я привел его к себе в кабинет и на карте показал ему, где находиться Чарленд, а Вита, которая уже немного подросла, указала на расположение имения, где сейчас была Кира.

— Только пожалуйста, без самодеятельности. Просто посмотри и возвращайся. А потом будем думать, как это все организовать.

— Да понял я, понял, — проворчал Шуни и тенью скользнул в зеркало. Я достал вино, налил себе полбокала и приготовился ждать.

Просто так ждать было скучно и волнительно. Меня снедало беспокойство. Все-таки Шуни еще ребенок, даже младше Алана. Нельзя было отпускать его одного. С другой стороны этот парнишка сумел пробраться в наш мир, найти логово призывателя, вычислить брата, подружится с Дарой и добраться до дворца. Так что опыта в шпионских делах ему не занимать.

Чтобы как-то отвлечься, я листал гримуар Абигайль, периодически останавливаясь и пробегая глазами то или иное заклинание. Память у меня была хорошая, а способности мага позволяли запоминать их с одного прочтения. Вита сидела на подлокотнике кресла, усиленно накапливая энергию, чтобы как только Кира проснется, перенестись к ней и помочь ей противостоять чарам Мартена. Вот же гад! Наплел с три короба, заморочил ей голову. Чего же он от нее хочет? Взгляд машинально скользил по строчкам, но мысли уже бежали наперегонки. Зачем этому уроду Кира?

— Жениться на ней он хочет, как пить дать, — неожиданно квакнула Вита, а я аж вздрогнул.

Есть у фамильяров такая способность как чтение мыслей.

— Я видела, как он смотрел на нее, когда переодевал. Аж пожирал глазами. Обольщать будет, это к гадалке не ходи!

— Так между нами договор, как он это преодолеет?

Я постарался отвлечься и пропустить мимо ушей ее замечание про то, как этот негодяй пялился и лапал беззащитную ведьмочку. Мою ведьмочку! От одной мысли, что он мог с ней сделать, у меня волосы вставали дыбом, а в руках начинало искриться боевое заклинание.

— Ждать будет, пока ты откажешься от нее, и договор развеется.

— А кольцо? Его же снять нельзя!

Действительно, у Киры осталось мое кольцо. А это лучшее доказательство, что договор еще действует. И даже если моя ведьмочка заупрямится, ей все равно придется выполнить свое обещание и стать моей женой!

— Не видит она это кольцо. Он его каким-то хитрым заклинанием прикрыл.

— Заклинание невидимости, — кивнул я, — есть такое. Только оно лишь магистрам доступно.

Это какой же у него уровень, если он даже таким владеет?

Прошло уже пару часов, и я начал беспокоиться за Шуни. Если он в ближайшее время не появится, придется обо всем рассказать Нешу. Даже боюсь представить, как он отреагирует.

— А вот и я, — младший принц теней выпрыгнул из зеркала, — не так уж все и плохо, — Шуни плюхнулся в кресло.

— Имение прям на границе. Охраны нет, прислуги тоже. Видно он там редко бывал. Запущено там все. Кира была в доме одна. Я даже подумал в какой-то момент разбудить ее и увести оттуда, вот только не смог. Чары сна на ней сильные. Мне снять не удалось. А если не снимая забрать, то она так никогда и не проснется. Подстраховался гад. Пруд там есть. Не очень далеко. Почти как ты описывал — кусты, берег, мостик, кувшинки и там лето сейчас. Листья на деревьях, цветы…

— Там всегда лето, — перебил я его, — надо за ней днем проследить, когда он с нее сон снимет. Что делать будут. А то вдруг он ее завтра в столицу увезёт или еще куда.

— Не увезет, — квакнула Вита, — ждать будет, пока она к нему привыкнет. Ладно, пошла я. Прослежу за ней, а вы давайте, думайте-решайте, как нам ее домой вернуть.

Она исчезла, оставив нас вдвоем.

— Я знаю, как Киру к пруду заманить. Она же все помнит?

— Понятия не имею. Вита вернётся, уточним, — пожал я плечами.

— Я ее привести могу. Про меня он ей ничего наплести не мог. Он про меня толком и не знает. Мы же для вас все на одно лицо, если ввиде тени, — Шуни посмотрел на меня, — а ты нас на берегу подождёшь.

— Теперь осталось только твой гениальный план Нешу рассказать, чтобы он его одобрил, — усмехнулся я, — но это я беру на себя. Мне все равно и его помощь нужна будет. Кто-то же должен схватить этого мерзавца.

Шуни просиял:

— Брат точно согласиться. Он спит и видит, как бы этого ублюдка сцапать.

— Пойду поговорю с ним, а ты спать топай. Рассвет скоро. Если все получится, то завтра вечером отправимся выручать мою невесту.

Отправив младшего принца теней отдыхать, я направился в лекарское крыло. Сейчас там было пустынно и тихо. Спустя полчаса в коридоре послышались тихие шаги и скрипнула дверь. Я поджидал Неша около лазарета.

— Идите спать, ваше высочество, — послышался недовольный голос Жана, — завтра утром придёте. Ступайте, вам надо отдохнуть.

Нешь вышел из лекарского крыла.

— Как она? — спросил я у него.

— Еще спит. Жан сказал, до утра спать будет. Итак уже утро, вот-вот солнце встанет, — недовольно проворчал принц теней.

— А ты чего так о ней печешься? Она замужем вообще-то.

— Да знаю, — печально вздохнул Нешь, — вот только мужу она не нужна. Он там о дочери горюет и на фиал с душой первой жены любуется. Даже проведать ее не пришёл.

— Влюбился, что ли? — догадался я.

— Ты только не говори пока никому. Я хочу ей предложение сделать. Я могу ее с собой забрать, на обратную сторону. Правда, только в виде души. А тело тут останется. Тело я перенести не смогу. Я что подумал, — торопливо начал Нешь, — если мы этот фиал открыть сможем, тогда Лоре тело будет нужно. Так вот ее душу можно в тело Мари поместить, а душу Мари я с собой заберу…

— Осталось только у самой Мари узнать, хочет ли она этого, верно? — улыбнулся я.

— Верно, — вздохнул Нешь.

— Тогда у меня к тебе предложение. Ты и Шуни помогаете мне вернуть Киру, а я скажу, где искать Мартена. Схватим его и заставим Лору выпустить. Тогда Ричард отказаться от нее не сможет и Мари отпустит. Вот только ты уверен, что сама Мари захочет пойти?

— Уверен. Я видел, как она на меня смотрит. А когда мы с ней гуляли, она аж сияла вся. И когда я душу ее переносил, она не хотела идти, все ко мне жалась, словно просила забрать ее с собой.

— Тогда слушай, — я пересказал ему наш с Шуни план.

— Ему и делать-то особо ничего не надо, только Киру к пруду привести вечером, а вы тем временем Мартена схватите и попробуете души Лоры и Мари местами поменять.

— Согласен. Шуни справится. Он очень повзрослел за это время, — радостно кивнул Нешь.

— Отлично, тогда отправляемся спать и ждем вестей от Виты.

Глава 19

Кира .

Я проснулась на рассвете. Самочувствие было прекрасное, и только странное ощущение, что мне чего-то не хватает, неприятно царапало душу. Но вот чего, я никак не могла понять. Уж не по принцу ли я скучаю? Вот уж нет! Мне этот изменник и предатель и даром не нужен. Пусть вон с Эмили милуется.

Я встала и пошла в душ. Ополоснувшись и вымыв волосы, вернулась в комнату и направилась к шкафу. Там оказалась целая куча всевозможных платьев и костюмов. Я выбрала широкую юбку и блузку с корсажем. Мне всегда такие нравились. Вот только Мари мне их покупать не разрешала. Говорила, что в них я похожа на селянку. Зато теперь ее тут нет, и я могу носить, что захочу. А Мартен похоже не против. Я обула удобные кожаные туфельки, на невысоком каблуке, прям как я люблю, и быстро спустилась вниз. В столовой было пусто, а вот с кухни доносился звон посуды.

— Доброе утро, — я заглянула в дверь.

— Доброе, — Мартен, не отвлекаясь на меня, ловко поймал блин на сковородку, — садись за стол, завтрак почти готов.

Он быстро переложил блинчик в стопку и поставил тарелку на стол. Там уже стоял большой заварочный чайник, кувшин со свежим морсом и несколько креманок с джемом.

— Так, есть черничный, малиновый и абрикосовый, — он с улыбкой посмотрел на меня, — ты какой больше любишь?

— Больше люблю черничный, но буду абрикосовый, я его никогда не пробовала.

— Отлично, блинчики с абрикосовым джемом для юной леди, — он поставил перед мной тарелку и положил мне несколько штук, а затем придвинул креманку с нежно-золотистым ароматным вареньем.

— Тебе чай или морс?

— Морс, — улыбнулась я. Мартен, в белом переднике с рюшами, выглядел очень мило.

— Угощайся, — он налил мне морс. Себе он приготовил омлет и кофе. Сняв передник, мужчина присоединился ко мне.

— Ты ешь, не стесняйся. Тут никакой магии или заклинаний. Все по честному, Кира, — он посмотрел на меня, а в его взгляде промелькнуло что-то вроде испуга, что я откажусь.

Расстраивать его не хотелось. Он старался, готовил. Да и бурчание в животе говорило о том, что не плохо бы было позавтракать. А была не была! Магии я тут и правда не чувствовала. Да и зельями не пахло. Так что можно есть. Я смело взяла блинчик и, макнув его в джем, откусила. Ммм, божественный вкус! Я такая голодная!

— Ты только не спеши, — он с умилением смотрел, как я торопливо поглощаю его стряпню. Первый раз вижу мужчину, который умеет готовить, причем руками, без помощи магии.

— Очень вкусно! А меня печь блинчики научишь?

— Научу, — рассмеялся Мартен, — там ничего сложного. Надо только за продуктами сходить. А то я тут полгода не жил. Да и прислугу надо нанять. Так что после завтрака идем в город. Заодно и посмотришь, как мы тут живём.

Я доела последний блинчик и принялась собирать посуду.

— Так, оставь, — он забрал у меня грязные тарелки и отнес в раковину, — ты — моя гостья. Я сам все сделаю. Отдыхай.

Смотри, какой заботливый. Или хочет впечатление произвести? Интересно, а сколько ему лет? Выглядит он лет на десять старше Эрана.

— Мартен, а сколько тебе лет?

— В будущем году будет девяносто шесть, — отозвался мужчина, убирая вымытые тарелки в шкаф.

— Ничего себе, — я аж рот открыла от удивления.

— Королеве Амеле будет сто сорок, — пожал плечами Мартен, — мы долго живем. Так что я еще молодой, — он усмехнулся, — а ты вообще ребенок.

— Мне почти двадцать три, — фыркнула я.

— Знаю. А день рождения у тебя когда?

— А зачем тебе? — напряглась я.

— Как зачем? Праздник устроим. Пригласим соседей, закажем банкет, а я испеку торт. Надо же отметить это событие. Всё-таки возраст вступления в силу.

— Через месяц, в последний день первого месяца года, — ответила я. Это было неправдой, но так записано в моей метрике, и сообщать ему настоящую дату я не собиралась.

— Замечательно, значит я успею все заказать и приготовить тебе подарок, — широко улыбнулся Мартен, не заметив мою ложь, — идем, Кира, прогуляемся.

Мы прошли в холл, он помог мне накинуть плащ, и мы вышли из дома. На небе светило солнышко, после дождя было свежо, а кругом поблескивали свежие лужицы. Имение находилось прямо на окраине городка, и хотя, как сообщил Мартен, в конюшне была коляска и пара лошадей, мы решили пройтись.

Городок был небольшой, провинциальный и уютный. После шума столичной суеты казалось, что он словно сошел с какой-то старинной картины. Маленькие одноэтажные и двухэтажные домики, узкие улочки, мощеные брусчаткой, яркие цветочные клумбы и разноцветные торговые палатки. Впереди на маленькой, под стать городку, площади бил фонтан в виде диковинного цветка, а вдалеке шумел рынок. Люди тут были улыбчивые и приветливые. Не то, что у нас в столице. При встрече постоянно слышались приветствия. Кто-то кланялся, те, кто повыше статусом, вежливо кивали. Мартен кивал в ответ, с кем-то здоровался за руку. Дам и девушек приветствовал улыбкой. Его здесь многие знали и несомненно были ему рады.

— Господин Мартен, вы вернулись! — дородная женщина в одежде селянки махнула ему рукой от прилавка.

— Здравствуйте, господин Мартен, — мимо пробежали несколько ребятишек.

— Тебя тут все знают? — удивилась я.

— Конечно, городок-то крошечный, тут всего-то человек триста живёт. Считай, большая деревня. Конечно, все друг друга знают, — Мартен шел рядом, а я с любопытством оглядывалась по сторонам.

— Я давно тут живу и тоже всех знаю, — он кивнул на очередное приветствие. Так мы добрались до рынка. Мартен познакомил меня с местными торговками, рассказал, у кого что лучше покупать, и тут же вручил мне небольшой кошелёк с местными деньгами на карманные расходы. Похоже, держать под замком он меня не собирается. Пока я стояла перед лавкой со сладостями, Мартен уже купил все продукты, нанял посыльного, чтобы тот отнёс это все к нему домой, и предложил зайти в кафе.

Там он по моей просьбе заказал мне кофе и красивую пироженку, а себе взял какой-то пирог. Мы перекусили. Было вкусно и очень приятно. Как будто гуляешь со старым другом.

Мартен оказался интересным собеседником. Он обстоятельно отвечал на мои вопросы про эту страну, про местные обычаи и порядки. Мы прогулялись по местным магазинчикам, просто так, поглазеть. В одном из них он купил мне небольшую сумочку, уж очень она мне понравилась, и пару носовых платков, с красивой вышивкой. А потом зашли пообедать в местную таверну.

На обратном пути заглянули в мэрию, где он оставил заявку на найм прислуги для имения, и сейчас не спеша шли обратно, наслаждаясь теплым летним днем. К середине дня разогрелось, и я сняла плащ, который он тут же забрал у меня и спрятал в свою сумку.

В общем сегодня ничего не напоминало о том, что рядом со мной идет рассчетливый, коварный и хладнокровный убийца. Мартен был милым, предупредительным и заботливым, заразительно смеялся и смешил меня, рассказывая какие-то ничего незначащие истории из жизни городка.

Так мы добрались до дома, где нас уже поджидали желающие получить работу. Мартен проводил меня наверх, а сам пошёл решать вопросы с персоналом.

— Кира, ты не занята? — мужчина заглянул ко мне в комнату. Я валялась на кровати, читая какой-то любовный роман местного автора, который нашла на книжной полке.

— Я абсолютно свободна, — улыбнулась я, — мне тут и заняться-то не чем.

— А чего бы тебе хотелось? — он вошел в комнату и присел в кресло.

— Ну, я не знаю, — я задумалась, — мне бы тетрадь и самопишущее перо. Я бы пока кое-что записала. А то в голове — каша. Надо бы это все привести в систему.

— Отличная идея, — поддержал меня Мартен, — вечером зайди ко мне в кабинет. Поищем тебе подходящую тетрадку. А сейчас пойдём. Нас ждут.

— Кто ждёт? — не поняла я.

— У дочки мэра сегодня день рождения. Он пригласил нас с тобой. Отказать было не удобно. Я согласился.

— Что, мне опять наряжаться? — недовольно спросила я.

— Это как хочешь, — он загадочно улыбнулся, — как по мне, ты и так прекрасно выглядишь. Но если хочешь, можешь сменить наряд на что-то более подходящее торжеству, на твой взгляд. Там всё-таки соберется весь город.

— Я, пожалуй, переоденусь. А то мне перед тобой неудобно будет, если я стану посмешищем, — вздохнула я.

— Брось, Кира, я пошутил, — рассмеялся Мартен, — всем абсолютно все равно, как ты одета. К тому же праздник будет на открытом воздухе. Так что твой наряд в самый раз, — он с восхищением посмотрел на меня, — тебе очень идет.

Я аж покраснела от смущения. Давно мне не делали комплименты.

— Спасибо, Мартен. Но как же я пойду, я же там никого не знаю.

— Вот и познакомишься. Идем, — он протянул мне руку, и я приняла ее. Мы спустились ко входу, где у крыльца нас уже ждал экипаж.

Минут через десять мы въехали в усадьбу мэра, которая располагалась недалеко от площади. Старинный небольшой каменный особняк с мраморной лестницей и изящными балкончиками. С одной стороны стена была увита диким виноградом и плющом, а по обе стороны от лестницы были разбиты клумбы с розами.

В дом мы не пошли, а сразу направились в сад, где на широкой поляне уже были установлены праздничные шатры для гостей. Негромко звучала музыка. Легкая ненавязчивая мелодия. Это играли местные музыканты, приглашенные на торжество. Была там и площадка для танцев. Гости уже почти собрались. Девушки в легких бальных платьях, дамы постарше в вечерних туалетах с прическами. На их фоне я в своем наряде селянки и с распущенными волосами смотрелась слегка простовато.

— Не вздумай смущаться, — шепнул мне Мартен, уловив мое состояние, — ты же ведьма! А ведьмам можно все! — он потянул меня к главному столу.

Я улыбнулась. Действительно, с чего бы мне смущаться. Его слова действовали, как хорошое вино, немного пьянили и добавляли храбрости. Я тряхнула рыжими кудрями, расправила плечи и последовала за ним. Поразительно было то, что за целый день в городе мы не встретили не одной ведьмы или мага. Все жители были обычными людьми. Не знаю, может и у нас в подобных городках также, но мне это было удивительно.

— Господин Мартен, рад вас видеть! — мэр города, невысокий полноватый мужчина с уже наметившейся лысиной поднялся нам на встречу. Рядом с ним сидела средних лет женщина и совсем юная девушка, которые удивленно уставились на меня. В глазах женщины читалось неодобрение, а девчушка смотрела на меня с нескрываемым раздражением.

— Где же вы пропадали столько времени, дорогой Мартен?

— Был в плену, — серьёзно начал мой спутник, но заметив испуг в глазах дам и мой удивлённый взгляд, рассмеялся, — в плену моего долга перед страной. Королева Амела поручила мне очень важное исследование, которое отняло кучу времени. Но, — он взглянул на меня, — эксперимент завершился успехом, и теперь я могу пару месяцев пожить нормальной жизнью. Знакомьтесь, Кирьяна О’Салем

— Неужели та самая О’Салем? — фыркнула дочка мэра, — а я думала, ее еще сто лет назад на костре сожгли, когда она по дурости к тем нелюдям подалась.

— Розалия, — одернула ее мать, — да что ты такое говоришь? Это все глупые слухи!

— Как видишь, не сожгли, — я нахмурилась и посмотрела на девушку, — моя прабабушка прожила долгую и счастливую жизнь, дав продолжение нашему роду не только в виде дочери, но и сына, ставшего впоследствии видным магом. И умерла она не так давно.

— Так вы правнучка Ольяны? — уточнил мэр, укоризненно глядя на дочь, — меня зовут Томас Бланшер, это моя жена Беата и дочь Розалия.

— Очень приятно, господин Томас, — я пожала протянутую мне руку.

— Присаживайтесь. У нас тут все по простому! Сначала поедим, а потом будут танцы

На этой фразе я непроизвольно фыркнула, глядя на разодетых гостей и ломящийся от деликатесов стол.

— Предупреждаю сразу, на Мартена губки не раскатывай, — тихо прошипела мне Роза, сидевшая рядом со мной, — он — мой!

— Больно надо! — хмыкнула я, искоса глядя на мужчину, который сейчас общался с другими гостями, — а он-то в курсе, что ты на него глаз положила? И потом мне кажется, он для тебя староват, — я улыбнулась.

— Я предупредила, так что пеняй на себя! Учти, ведьм тут не любят!

— А то, что он — ведьмак, тебя не смущает? — я расстелила салфетку на коленях и отпила немного морсу.

— Не ведьмак, а волшебник, — огрызнулась девушка.

— Да хоть колдун, как не назови, суть одна — человек владеющий магической силой, — я удивленно посмотрела на нее, — вообще, что за средневековые рассуждения? Магическая наука давно доказала, что все это одно и тоже, разница лишь в способностях.

— Позволь с тобой не согласиться, Кира, — вмешался Мартен, который оказывается все это время прислушивался к нашему разговору, — магии можно научиться, а вот волшебству нет. Это определенный дар…

— Доступный всем, в ком есть сила, — подытожила я, — давайте не будем про это. У Рози — день рождения…

— А на день рождения принято дарить подарки! — воскликнула она, восторжено глядя на Мартена.

— И какой же подарок вы, юная леди, хотите? — усмехнулся ведьмак.

— Потанцевать с вами! — радостно взвизгнула Рози.

— Ну это легко устроить, — он вопросительно посмотрел на меня.

— Идите, — я махнула рукой, — я не люблю танцевать.

День уже догорел, и в темном небе начали вспыхивать звёзды, а на горизонте показалась луна.

Я сидела за столом, наблюдая за танцующими гостями. Отчего-то на меня накатила тоска. Мне вспомнились объятия Эрана, его тихий шепот и наш единственный поцелуй. Может всё-таки стоило вернуться и хотя бы поговорить с ним? Хотя о чем нам разговаривать. Он прекрасно знал, где я, и ничего не сделал. Наоборот постарался всячески скрыть все следы!

— Привет! Как дела? — раздался рядом знакомый голос.

— Шуни? — я повернулась к сидящему на соседнем стуле принцу теней, — что ты здесь делаешь?

— Я тоже рад тебя видеть, — съехидничал парень, — мы там с ног сбились, ищем тебя, а ты тут, в компании этого урода веселишься, — голос Шуни звучал непривычно жёстко.

— Не больно-то вы спешили, — огрызнулась я, — почти два дня прошло. Как ты меня нашёл? И вообще ты у себя должен быть!

— С чего вдруг? — принц вскинул брови, — и потом не два дня, а сутки. Сегодня двадцать шестой день.

— Как двадцать шестой? А вчера?

— А вчера двадцать пятый был и все это случилось. Неплохо он тебе мозги промыл, — он с гневом посмотрел на Мартена, который сейчас танцевал с Рози.

— Я тебе не верю, — я надулась и, сложив руки на груди, исподлобья посмотрела на него.

— Отлично, — разозлился парень, — а ему ты веришь⁈

— И ему не верю, — тихо сказала я, — вот только Эран за мной так и не пришёл. Я его весь день и всю ночь ждала, а он не пришёл. А потом Мартен мне газету показал, где статья была, что принц на другой женится. И какой мне смысл был оставаться?

— Он тебя обманул, морок навел. Эран ходил за тобой, только не успел, — Шуни протянул мне руку, — идем.

— Куда? — я недоверчиво смотрела на него.

— Вам нужно поговорить и во всем разобраться. Идем, я провожу тебя к нему. Он здесь. Ждет тебя.

Я огляделась вокруг. Чужие лица, настороженные взгляды, тихий неразборчивый шепот за спиной. Взглянула на Мартена. Он весело кружил в танце дочку мэра, а его руки уже покинули ее талию и бесстыдно сползли пониже спины. Все казалось каким-то нереальным и зыбким. И только протянутая рука Шуни была настоящей. Я посмотрела в глаза тени и схватила его за руку. В тот же миг мы провалились в подкладку.

Шуни весело подмигнул мне и быстро повел прочь от этих огней и шума. Какое-то время мы пробирались тенями, пока не оказались в каком-то совсем непонятном месте. Шуни вернул нас в реальность, и вот мы уже идем через какие-то кусты, а вдалеке слышится кваканье лягушек. Ночь, луна, лягушки… Ой, что-то мне это напоминает!

Глава 20

Эран .

В ту ночь я так и не уснул. Пару раз проваливался в тревожное забытье, но тут же просыпался. В итоге решил не мучить себя и вышел в парк. Холодный морозный воздух быстро привел меня в чувство. Я бродил по заснеженным дорожкам, продумывая свой план. Заглянул в детский домик. Там все так же стояло зеркало, через которое мы прошли в замок в горах. Я уселся напротив него и стал пристально взглядываться в зеркальную поверхность. В гримуаре Лоры был подробно описан способ перехода в зазеркалье. Она показывала мне эти записи, еще при жизни.

Спустя несколько минут зеркало замерцало, и гладь стекла пошла легкой рябью. Я протянул руку, и она легко погрузилась в зеркало. Поднявшись, я несколько мгновений стоял перед ним, а затем шагнул в это марево. С непривычки голова закружилась, и я уже было испугался, что сейчас снова потеряю сознание, но прошла секунда, другая, а я так и стоял в окружении своих собственных отражений, словно попал в зеркальную комнату.

«Чтобы попасть из одного места в другое, нужно четко представить себе конечную точку, главное условие наличие там зеркала,» — вспомнилось мне описание. Ну тут понятно, это как с порталом. Куда я хочу попасть? Самое простое — мой кабинет. Там есть зеркало, и оно не запечатано. В тот же момент передо мной развернулся зеркальный коридор. Я нерешительно потоптался на месте, раздумывая, а может стоит вернуться, но какой-то исследовательский азарт внезапно охватил меня, и я шагнул в него.

Я медленно пробирался среди отражений, которые плыли и кривлялись в зеркалах. Казалось, ты в какой-то непонятной толпе неизвестных сущностей. Паника начала подниматься, грозя затопить мой разум, и я вспомнил, как Кира ободряюще сжимала мою руку, прогоняя все сомнения. Сейчас я ощутил это настолько чётко, словно она шла рядом со мной. «Думай только о цели, не смотри на них,»— звучал в голове ее голос.

Я снова сконцентрировался на кабинете и уже через минуту вошёл в его зеркальную копию, созданную Лорой. Здесь все было как и в реальном мире, за исключением оглушительной тишины и ощущения, что ты находишься глубоко под водой. Я внимательно осмотрелся. Вдруг Лора оставила здесь что-то еще, что могло помочь мне вернуть Киру или освободить ее саму из плена магического сосуда. Осмотрев стол, я присел на край, и мой взгляд скользнул по книжным полкам, зацепившись за пустое место. Как будто там должна была стоять книга. Я оглянулся и нашел это место на реальной книжной полке. И вот там эта книга была. Только я впервые видел ее. Я быстро покинул зазеркалье и, выйдя в реальный кабинет, подошел к полке и снял с нее старый потрёпанный фолиант в невыразительном потертом кожаном переплёте. Полустершиеся, едва видимые, когда-то золотые буквы складывались в надпись «Дневник Ольяны О’Салем». На книге было наложено зачарование и только представитель рода мог открыть ее. Я усмехнулся. Что же такого ценного в этом дневнике, что Лора спрятала его в моем кабинете? Нужно будет отдать его Кире. Это ее наследие.

В дверь постучали.

— Войдите.

— Ты здесь? — ко мне заглянул Нешь. Тень светился, а на его губах играла довольная улыбка.

— Смотрю, все удачно?

— Да, Мари пришла в себя, и мне удалось первому с ней поговорить. И она ответила согласием!

— Еще бы, тут у нее муж всего лишь магистр, а там будет целый принц! — рассмеялся я.

— Да ну тебя, — отмахнулся Нешь, — она не такая! Есть новости от Виты?

— Пока нет, — я хмуро посмотрел в окно.

— Не расстраивайся. Еще только десять утра. Ты придумал, что будешь делать, когда Шуни ее приведёт?

— Импровизировать, — ответил ему с нервным смешком, — с Кирой по-другому нельзя. Главное, чтобы вы схватили Мартена, и он не смог нам помешать.

— Об этом не беспокойся. Я лично прослежу, — серьёзно ответил Нешь.

День прошел в напряжённом ожидании. Ближе к вечеру появилась выжатая, как лимон, Вита. Жабка была настолько слаба, что даже не могла нормально сказать «ква». Я взял ее на руки, осторожно вливая в нее силу. Минут через пять, она пришла в себя и рассказала, как Мартен весь день всячески подкатывал к моей невесте, начиная с готовки завтрака и заканчивая приглашением на праздник к местному мэру. Пора было положить этому конец!

Я собрал всех, и мы тенями перенеслись в приграничный городок, где располагалось имение этого негодяя. Там Шуни показал мне пруд и велел ждать, а сами тени отправились за моей невестой и ее похитителем.

Ночь была тихой и лунной. Легкий ветерок едва покачивал огромные белые кувшинки, которые слегка мерцали в лунном свете, и шумел в ветвях деревьев. Лягушачий концерт уже подошел к своей кульминации, а я стоял, оперевшись на перила мостка, в тревожном ожидании. Они давно должны были быть здесь. Шуни ушел еще до заката. Удалось ли ему уговорить Киру?

Зашуршали кусты, и два темных силуэта вышли на берег. Шуни тянул за собой Киру. Ошибиться было невозможно. Это была она: стройная фигурка в широкой юбке с корсажем, рыжие кудри рассыпавшиеся по плечам и настороженный блеск ее выразительных глаз.

— Так, я ее привел, — Шуни ненароком повторил фразу Алана, а Кира вздрогнула, — дальше сам. Я пошёл.

Он отпустил ее руку и исчез. Кира молча смотрела на меня, а я смотрел на нее, не зная, с чего начать. Хотелось подойти к ней, обнять, сказать, как я волновался, но пока она под очарованием, она мне не поверит.

— Что происходит, Эран? — моя ведьмочка испытывающе смотрела на меня.

— Нам нужно поговорить, Кира, — я выпрямился и сделал шаг к ней. Она, как и в тот раз, попятилась от меня.

— Нам не о чем разговаривать. Все кончено. Я не хочу больше тебя видеть.

— А как же наш договор? — я продолжал наступать на нее, — и твое обещание стать моей женой? Ведьмы никогда не нарушают свое слово, помнишь?

Она снова вздрогнула и нервно оглянулась, ища пути к отступлению. Вот только их не было. Шуни специально выбрал такое место, где она не смогла бы легко сбежать от меня. За спиной Киры возвышался высокий берег, а единственная тропинка была надежно скрыта кустами.

— Нет никакого договора! И никогда не было! — воскликнула она, вскидывая руку, — видишь, кольца нет! Как бы я сняла его?

Я улыбнулся и развеял наложенное Мартеном заклинание. Кольцо засветилось и вновь стало видимым.

— Ну как же нет? А это что, Кира? Ты по-прежнему моя невеста!

— Этого не может быть! — она изумленно смотрела на свою руку, — я же видела, как он снял его.

— Тебе показалось, ведьмочка, — я постарался придать голосу строгости, чтобы не рассмеяться, так забавно она выглядела.

Внутреннее напряжение потихоньку отпускало меня. Она сейчас в моей полной власти, и даже если мне не удастся разрушить его чары, я заберу ее домой. А там мы обязательно что-нибудь придумаем.

— Не подходи ко мне, Эран, или я за себя не ручаюсь, — взвизгнула она, почти уперевшись спиной в кусты.

Между нами было не больше десяти шагов, и я медленно, шаг за шагом сокращал расстояние.

— Перестань упрямиться, Кира и немедленно подойди сюда, — она терпеть не может, когда я ею командую, — я отведу тебя домой. И до свадьбы будешь сидеть под домашним арестом! — я повысил голос и, похоже, попал в точку.

Глаза Киры засияли белым светом, волосы взметнулись, хотя ветра не было, и вот теперь это было по-настоящему страшно. Даже лягушки внезапно замолчали. Темные тучи закрыли луну. А я, застыв, как заворожённый, любовался ей. Она была прекрасна в своем праведном гневе. Она сделала шаг в мою сторону, вскинула руку, и неведомая сила подняла меня в воздух. Пролетев несколько метров над берегом, я с размаху приземлился в пруд, едва не потеряв сознание. Вода сомкнулась над моей головой. Она швырнула меня прямо на середину.

Вынырнув, я посмотрел в сторону берега. Кира стояла по колено в воде, прижав руки к груди и напряженно всматриваясь в темноту. Затем она подняла лицо к небу, и тучи разошлись, выпуская луну из своего плена. Я тут же нырнул, чтобы она не увидела меня, и быстро подплыл к мостку с другой стороны. Я не был уверен, что у меня получилось, и она высматривает меня, потому что волнуется, а не потому что хочет утопить. Я решил незаметно подобраться к ней и, сковав заклинанием, переместить домой, чтобы уже там разбираться. А моя ведьмочка стала невероятно сильной. И фраза «Не злите ведьму!» обрела для меня свой истинный смысл.

Я незаметно выбрался на берег и притаился в тени кустов. Кира тоже вышла из воды и теперь стояла на берегу, уткнувшись лицом в ладони. Я видел, как вздрагивают ее плечи. Похоже, она плачет. Нет, ну вот это совсем никуда не годиться! Я быстро высушил себя, не спеша подошел к ней сзади и обнял ее за плечи.

— Не плачь, Кира, все хорошо, — она резко повернулась и неверяще посмотрела на меня.

— Живой, ты живой, — она уткнулась мне в грудь и снова разревелась.

Моя ведьмочка вернулась. Я подхватил ее на руки, и наплевав на скрытность, создал портал и шагнул в него.

Через мгновение я уже вышел в апартаментах Фолденов, где находился Ричард, ожидая результатов моей авантюры. Я передал рыдающую девушку родителю, пообещав вскоре вернуться. Надо дать им время прийти в себя и успокоиться. А сам отправился к себе в кабинет. Там меня уже поджидали Нешь и Шуни, в компании Мартена, не только скованного заклинанием, но и связанного по рукам и ногам.

— Ну привет, похититель чужих невест! — я гневно смотрел на него, — думал, я тебя не вычислю? Заморочил Кире голову!

— Остынь, Эран, — насмешливым тоном перебил меня Мартен, — не о том думаешь! Ты ведь порталом ушел? А значит, самое меньшее через час здесь будет отряд гвардии ее величества, королевы Амелы. Ты только что совершил государственное преступление. Ты похитил двух подданных ее величества. А за это по нашим законам полагается смертная казнь. Так что советую немедленно отпустить меня, и тогда возможно, я замолвлю за тебя словечко перед Амелой, и она не разнесет ваше королевство по камушкам. И да, Кира пойдет со мной.

— Ну, ну, мечтать не вредно. — усмехнулся я.

Выдержка у него, конечно, позавидовать можно, вот только меня его угрозы не пугают.

— По нашим законам за похищения и убийства тоже положена смертная казнь. А на твоих руках не одно похищение и не одна смерть моих подданных! И знаешь,— я задумчиво потер подбородок, — вот незадача, ни ты, ни Кира подданными Амелы не являетесь. Вы оба родились в моем королевстве. Так что я никого не похищал. Я просто вернул домой свою невесту и беглого преступника, похитившего ее. Сомневаюсь, что Амела кинется тебя спасать.

В любом случае не только у меня к тебе претензии. У жителей обратной стороны к тебе тоже много вопросов накопилось. И технически я тебя пальцем не тронул. Вся эта операция по твоей поимке была блестяще проведена принцем Нешем и его людьми…

— Блестяще? — возмутился Мартен, — да они весь город перепугали!

— Так и было задумано, — уверенно произнес я, хотя понятия не имел, что там задумал Нешь, он меня в свой план не посвящал, — зато его жители расскажут вашей доблестной страже, что тебя похитили тени, чтобы покарать за твои злодеяния. Так что не волнуйся, никакая гвардия сюда не явится.

Мартен скрипнул зубами, понимая, что напугать нас ему не удалось.

— Что вы со мной сделаете? — спросил он, сверкнув глазами.

— Я заберу твою душу на обратную сторону, — Нешь положил ему руку на плечо, а призыватель вздрогнул, — и там у нас будет много времени, чтобы обсудить все твои пакости и преступления. Так что не надейся легко отделаться, — жутковато улыбнулся принц теней.

Он обнял его за плечи, наклонился к его уху и что-то тихо зашептал. Лицо призывателя исказила гримаса боли, от громкого вопля задрожали стекла, а его тело дёрнулось и кулем повалилось на пол. В руке Неша дрожала светло-голубая искра его души. Шуни подставил брату фиал, и тот аккуратно поместил ее туда, запечатав сосуд. После чего появился Шен, закинул теперь уже мертвое тело Мартена на плечо и исчез.

— Он отнесет его тело в тот дом и оставит его там. Когда они найдут его, будет уже поздно. Но даже если им удастся оживить тело, его душу они вернуть не смогут, — жестоко произнес принц теней, рассматривая магический сосуд, — а теперь идем к Ричарду. Я понял, как открыть фиал и перенести душу Лоры в тело Мари.

Кира .

Мы с Шуни вышли на берег. Знакомая картина, где-то я уже это видела! Ночь, луна и мой, точнее уже не мой, неверный принц. Эран стоял, оперевшись на перила мостка, и напряженно вглядывался в темноту. Интересно, что он хочет увидеть? Как я брошусь к нему на шею? Не дождется. Я попыталась выдернуть руку, но Шуни только крепче сжал мое запястье. Прям эффект «дежавю». Парень подтащил меня к Эрану.

— Так, я ее привел, — на этих словах я вздрогнула, так знакомо они прозвучали, отзываясь где-то внутри чем-то очень близким, — дальше сам. Я пошел, — и он исчез.

Мы стояли и смотрели друг на друга, не решаясь начать разговор. Я видела, как Эран стиснул зубы и напрягся. Верный признак, что он нервничает.

— Эран, что происходит? — я смотрела на него.

Он поднялся и сделал шаг мне навстречу, а я ожидаемо попятилась от него. В памяти всплывало воспоминание нашей первой встречи. Он так же надвигался, требуя, чтобы я подошла, а я пыталась сбежать, говоря, что мне это неинтересно.

И вот сейчас ситуация снова повторялась, а вместе с ней в голове один за другим вставали образы, а внутри пробуждались чувства. Все: от злости до нежности и желания обнять его. Он говорил про кольцо и договор, а я вспоминала, и вот оно, кольцо, на моем пальце. Никто не снимал его, оно было скрыто заклинанием.

Все, что говорил Мартен было ложью с самого начала. Он обманул меня! Заморочил мне голову! Навел морок! Теперь я ясно это понимала.

Я оглядываюсь, пытаясь осознать, где мы. За спиной неприступный высокий берег и заросли колючего кустарника. А сердце уже растаяло от мысли, что он всё-таки пришел за мной, и в какой-то момент я уже готова была прекратить весь этот балаган и броситься ему на шею, как вдруг принц перешел на приказной тон и начал угрожать мне.

Ах так! Значит посадишь под домашний арест! Отлично! Только сначала остынь!

Во мне взыграл гнев и природная вредность! Я взмахнула рукой, и его просто сдуло. Все, что я успела заметить, как его подкинуло в воздух, и он рухнул в пруд. Мне стало страшно. Я сама не ожидала от себя такой силы. В прошлый раз он просто сидел на мелководье, причем свалился он туда даже без моей помощи, а сейчас…

Я бросилась к воде, но Эрана нигде не было видно. Луна как раз скрылась за тучами, и вокруг была кромешная темнота. Я заметалась, а затем сообразила, что могу разогнать облака. Луна снова серебрила гладь пруда, но я не видела его силуэта, не слышала ни единого всплеска. Даже лягушки замолчали. Я стояла по колено в воде, осознавая, что произошло непоправимое. Похоже, я убила его! С трудом выбравшись на берег, я горько расплакалась. Я ведь не хотела! Не хотела его утопить, просто проучить.

Чьи-то руки коснулись плеч и его голос:

— Не плач, Кира, все хорошо.

Оглядываюсь и неверяще смотрю на него, не в силах сказать что-либо внятное.

— Живой, ты живой, — я вцепилась в него и разрыдалась.

Мой принц подхватил меня на руки и через секунду я уже была в наших покоях в его дворце. Нас встречал отец.

— Кирочка, дочка, — он бросился ко мне.

Эран передал меня ему и сказав, что скоро вернётся, вышел. Отец сидел на диване, держа меня на руках, как маленькую, и прижимая к себе.

— Ты жива, какое счастье, — он целовал мою макушку, и по голосу я слышала, как он сдерживает слёзы. Я отстранилась и взглянула на него. По щекам отца бежали слезинки, но он улыбался.

— Он нашел тебя и привел домой, — шептали его губы, а я сидела у него на коленях, прильнув к его груди.

Глава 21

Эран .

Нешь отправился за Мари в лазарет, а мы с Шуни вошли в апартаменты Фолденов. Все семейство было в сборе. Кира уже успокоилась. Ричард счастливо улыбался. Тина блаженно развалилась около столика, на котором стоял фиал с душой Лоры, а Вита нежилась на коленях у своей хозяйки, которая ласкала ее и бормотала извинения, за то, что два дня не вспоминала о ней. Не хватало только Мари, которая сейчас должна была стать главным действующим лицом надвигающихся событий.

— Ты как? — я подсел к Кире, которая виновато прятала глаза.

— Прости, я… Я не хотела… Я не знаю, как так вышло… — она готова была снова разрыдаться.

Я крепко прижал ее к себе.

— Не бери в голову. Я сам виноват, перегнул с угрозами. Просто не знал, как еще заставить тебя скинуть морок.

— Ты, правда, приходил за мной? — она с надеждой смотрела на меня.

— Правда, только не успел. Он прямо из-под носа у меня улизнул. Спасибо Вите, это она подсказала, где тебя искать. И Нешу с Шуни спасибо, что помогли.

— А где Мартен?

Она испуганно оглянулась на зеркало, как будто призыватель мог выскочить оттуда.

— Здесь!

Шуни показал ей фиал, светящийся нежным голубым светом.

— А почему такой цвет? — поинтересовалась Кира, — ведь у остальных ведьм он золотой.

— Сильная душа потому что, — Нешь вошел в комнату, ведя за собой Мари, — вот только запутался он в этой жизни. Не волнуйся, Кира, он все осознает и исправится, я обещаю, — принц улыбнулся и посмотрел на мадам Фолден:

— Милая, ты, кажется, что-то хотела сказать им.

— Да.

Мари отпустила руку Неша и подошла к месье Фолдену, который внимательно смотрел на нее.

— Прости меня, Ричард. Я знаю, что так поступать нехорошо, но сердцу не прикажешь. Я честно пыталась быть тебе хорошей женой и матерью для Киры, но видимо, не судьба. Я всегда уважала и ценила тебя, но мое сердце никогда не билось с замиранием при виде тебя. Сейчас я понимаю, что никогда тебя не любила. Я очень старалась, но у меня не вышло, — она опустила голову, — а теперь когда душа Лоры нашлась, наши отношения и вовсе потеряли смысл.

— Послушай меня, — она не позволила ему ничего сказать, — тебе не надо извиняться. Я все понимаю. И ты тоже пойми меня, — Марьяна оглянулась на Неша, — когда я увидела его, то сразу поняла, что он — моя судьба. Это как умопомрачение. Я ни о чем не могла думать. И то время пока я провела в кристалле и в забытьи, я все время думала о нем. А когда он взял мою душу в руки, меня накрыло таким восторгом, таким блаженством, что больше ничего и не надо. И прошу тебя, Ричард, не обижайся, но я ухожу с ним. Нешь сделал мне предложение, и я ответила согласием. Но мое тело, оно останется здесь. И я хотела предложить… Я подумала, что если Лора не будет против, она могла бы занять мое тело. Да, это не тело ведьмы, но это лучше, чем быть бесплотным светлячком.

— Мари, — Ричард схватил ее за руки, — Мари, ты хорошо подумала? Ты уверена, что хочешь этого, ведь назад пути не будет! Ты не сможешь вернуться сюда. Это… Это все равно, что умереть.

— Да, Ричард, я подумала, — голос Мари обрел твердость, — я действительно хочу этого.

— А я готов помочь перенести душу Лоры в тело Мари, если вы согласны, — сказал Нешь.

— Об этом надо спрашивать у Лоры, — с сомнением произнёс Ричард, — я не знаю, согласится ли она на такой обмен.

— Вот сейчас и узнаем!

Нешь взял в руки фиал и что-то прошептав, снял с него печать. Комната озарилась золотистым светом, который тут же собрался в женскую фигуру.

— Мама!

Кира смотрела на призрак Лоры. Душа ведьмы подплыла к ней и ласково коснулась ее щеки. Затем она посмотрела на Ричарда. Он стоял поражённый и не мог вымолвить ни слова.

— Лорьяна, — Мари смотрела на нее, — я — вторая жена Ричарда, он женился на мне через год после вашей смерти. Но сейчас я встретила другого. Это принц теней.

Лора оглянулась на Неша и неодобрительно покачала головой.

— Приношу вам свои извинения, уважаемая Лорьяна за свой ужасный поступок, но я ничего не мог поделать, — в голосе принца звучало искреннее раскаяние.

Лора понимающе кивнула.

— Мари согласилась стать моей женой, но ее тело останется здесь, и если вы согласны, я могу перенести вас в него, чтобы вы продолжали жить со своей семьёй, — добавил он.

Лора внимательно посмотрела на Мари.

— Соглашайтесь, Лора, я все равно здесь не останусь, — Мари смотрела на нее, Лора перевела взгляд на Ричарда.

— Я приму любое твое решение, дорогая, но буду счастлив, если ты останешься с нами. К тому же Кира собирается замуж, и ей будет нужна твоя поддержка.

Лора взглянула на Неша и кивнула. Мари радостно захлопала в ладоши.

— Замечательно, — улыбнулся Нешь, — тогда приступим. Мари, дорогая, ложись, так будет удобнее.

Марьяна улеглась на диван. Нешь провел рукой над ее головой, и глаза женщины закрылись. Затем он тихо прошептал что-то, и призрак Мари появился рядом с Лорой. Они внимательно смотрели друг на друга. Лора, улыбнувшись, кивнула и приблизилась к Нешу. Тень снова что-то прошептал, и Лора, став золотой искоркой, легла ему на ладонь, после чего он осторожно дыхнул на нее и положил на грудь неподвижного тела. Искорка впиталась. Мари, а теперь уже Лора, вздохнула и открыла глаза. Какое-то время она изумленно осматривалась, но затем увидела Киру.

— Дочка, Кирочка!

— Мама? Мамочка! Ты вернулась!

Моя ведьмочка бросилась в объятия матери. Они обе расплакались. Ричард, не веря своим глазам, подошел к ним и обнял их, прижав к себе. Теперь они рыдали уже втроем.

Пока шла вся эта трогательная сцена воссоединения семьи, Нешь взглянул на призрак Мари и достал из кармана кристалл на тонкой цепочке.

— Иди ко мне, милая, — он поманил ее, — я отнесу тебя в твой новый мир!

Принц теней прошептал несколько слов, и дух втянуло вовнутрь кристалла. Нешь надел его на шею и спрятал под одежду.

— Вы останетесь до конца Зимнего Бала? — спросил я у него.

— Пожалуй, мы можем задержаться, — кивнул Нешь, — если Шуни не против. К тому же нам нужно освободить и другие души. Возможно, кто-то захочет отправиться с нами, чтобы продолжить свою жизнь в новых телах, — он взглянул на брата, — как думаешь, Шуни?

— Конечно, останемся. Я обещал Даре потанцевать с ней, — Шуни залился краской, — Нешь, а мы сможем забрать ее с собой, как Мари?

— А тебе не рановато об этом думать? — усмехнулся Нешь, — сможем, но только если кто-то согласится занять ее тело.

— Уверена, желающие найдутся, — внезапно сказала Лора, — спасибо, что помогли, Нешь.

— Это я должен благодарить вашу дочь. Без нее мы бы до сих пор служили призывателю, — он поклонился.

Я встал и посмотрел на всех:

— Думаю, на сегодня приключений достаточно. Предлагаю всем отправиться спать. А завтра нас ждет новый день.

— Надеюсь без новых приключений, — проворчала Кира, — что-то я подустала от них. Хочется спокойной тихой жизни.

Все рассмеялись. И мы оставили семейство Фолден приходить в себя после всего случившегося.

Кира .

Я лежала и смотрела в потолок. Уснуть не получалось. В голове не укладывается! Оказывается с момента моего похищения прошли всего сутки, которые для меня растянулись на два дня. Настолько реалистичной была иллюзия Мартена. Отец показал мне газеты и за двадцать пятый и за двадцать шестой день. И в них не было той статьи. А Эмили Вер’Дален и вовсе покинула Зимний бал, так и не смирившись с тем позором.

Я думала об Эране. Он, оказывается, все это время искал меня, придумывал, как меня выручить. А я его в пруд! Ой, как нехорошо получилось! Но я же извинилась, и он принял мои извинения. Но мне все равно стыдно. А ещё я снова не знала, что я к нему чувствую. Сказать, что я его люблю? Вот не могу, не могу я произнести это слово. Он мне дорог, я за него волнуюсь, и теперь я совершенно спокойно смогу выйти за него замуж, но люблю ли я его? А что если со мной случится тоже самое, что и с Мари? Увижу незнакомца, втрескаюсь по самые уши и что тогда? Скрывать и мучиться? Вряд ли мне также повезёт, как моей мачехе. И мужа нашла, и тело пристроила, и семья не в обиде.

От всех этих мыслей мне было муторно. До встречи с Мартеном я была уверена, что во мне зародились чувства, но похоже, во мне зародилось лишь чувство собственничества. Я считала принца своим. Но при первых же подозрениях даже разбираться не стала, а просто обиделась и дала деру. А это неправильно. Даже по отношению к Эрану. Ведь он не виноват, что я такая ветренная. И что мне теперь делать?

А еще мне страшно. Сегодня я увидела, на что способна настоящая ведьма в гневе. Она может убить, даже если не хочет этого. Я не хочу становиться убийцей, даже случайно. А что это значит? Правильно. Надо учится контролировать свои эмоции и свои силы тоже. Вот бы мне какой-нибудь учебник по ведьмовству, а то силу дали, а пользоваться не научили. И даже учебное пособие не выдали. Непорядок!

А если пособия нет, тогда надо это пособие создать. Вот я ведь теперь много всего знаю. Нужно это все записать, опробовать и разработать рекомендации, как это лучше использовать. Вдруг кому-то еще в голову придет обратиться к магии мира за силами! Ему хоть будет куда заглянуть в случае чего. Да и остальным тоже полезно…

Моя мысль продолжала бежать куда-то, но я за ней уже не успевала, глаза, наконец, закрылись, и я уснула.

Ричард Фолден.

Боже, я не был так счастлив, с момента моей женитьбы на Лоре, когда после всех наших противостояний она ответила согласием.

Она вернулась! И пусть это тело принадлежит другой, но я видел и чувствовал свою ведьму. Лора на удивление быстро освоилась, а когда мы добрались до нашей спальни, и она внимательно изучила новое тело перед зеркалом, то пришла в полный восторг. Налюбовавшись новой собой, она хитро посмотрела на меня. О, я знал этот взгляд! Как же я скучал по ней!

Пять лет я винил себя, и вот теперь я могу снова сжать ее в своих объятиях. И мне кажется, что я даже различаю присущие ей черты. Ее улыбка, ее глаза, даже то, как она смеется, все осталось неизменным. И сейчас я обнимал ее, и благодарил все силы всех миров, за то что они вернули ее мне, а она мирно спала на моей груди после бурной и сладкой ночи.

И теперь я сделаю все, чтобы ей не грозила никакая опасность. Никаких больше военных операций, никакой службы в армии, тем более, что это тело простого человека. И вряд ли она сможет использовать свои силы. Зато она сможет помочь нашей дочери разобраться с ее способностями, которые явно превышают пределы разумного. И важно научить Киру контролировать себя, пока это не обернулось бедой и новыми проблемами.

А потом я надеюсь, что молодежь не станет затягивать с внуками. А то вон от старшего сына внучат не допросишься. Он себе еще даже невесту не нашёл. Но ему-то можно. Он — мальчик, пусть нагуляется, остепениться. А вот Кире лучше с этим не затягивать. На ней лежит ответственность перед родом. Тогда и Лоре будет чем заняться дома.

Кстати, нужно будет сыну сообщить, что его мать вернулась, и мать Лоры, тоже надо навестить. Показать тёще ее дочь в новом обличии, а то мы с тех пор так и не разговаривали. Не смогла она мне простить, что не уберёг ее девочку. Даже Киру отнять грозилась, да только дочь отказалась ехать к бабушке.

Эран .

Отправив всех спать, сам я не мог сомкнуть глаз. Сказывалось нервное напряжение последних суток. Давненько я так не волновался. К счастью, теперь все печали и тревоги позади и можно вздохнуть спокойно.

Киру и Лору вернули, Мари с Нешем, и тоже счастлива. Мартен мертв, а его душа надежно заперта в фиале и теперь не представляет опасности. Отношения с Чарлендом меня тоже не беспокоили. Тело Мартена вернули в его дом, и никто не сможет сказать, что он был похищен. А даже если и скажут, так что с того? Доказательств у них нет. То, что на их земле след моего портала, так это не преступление. Прыгал, промахнулся, осознал свою ошибку и тут же ушел. Магическую границу укрепляйте.

В общем к нам тут придраться негде. А если Амела войну решит затеять, так одной демонстрации Кириных сил хватит, чтобы самых рьяных успокоить. Моя ведьмочка не робкого десятка и не кисейная барышня. Так приголубит, что мало не покажется. Насколько я понял из рассказов Виты и Шуни, у них там с сильными магами и ведьмами тоже проблемы. Вырождаться начали. Шутка ли на целый городок ни одной ведьмы. Был один-единственный ведьмак, и тот весь кончился. Так что не полезут они. Не из-за чего. Из мести войны не ведутся. Из мести только пакостят по-тихому. Но между нами горы. Так что и тут у них ничего не выйдет.

Поэтому беспокоило меня не это. Беспокоила меня Кира. Как-то странно она смотрела на меня. Как будто с сомнением. А если она начала сомневаться, значит, меня и мои нервы ждет очередное испытание на прочность.

Между тем усталость, наконец, взяла свое, и я отключился.

Глава 22

Двадцать седьмой день последнего месяца года. Королевский дворец.

Кира.

Утром меня разбудила мама в образе Мари. Спросонья я даже не сразу поняла, что происходит, когда она ласково поцеловала меня в щёку.

— Доброе утро, Кирочка!

— Доброе утро, — я бессмысленно хлопала глазами, соображая, что нашло на мою мачеху.

— Вставай, милая, скоро завтрак, — улыбнулась она, а я наконец-то поняла, кто передо мной.

— Встаю, мамочка, — я тоже улыбнулась ей и села на кровати.

В столовой сегодня было немноголюдно, и поскольку Эран на завтрак не пришёл, я сидела вместе с родителями. Отец ни на минуту не выпускал мать из виду, до сих пор не веря своему счастью, а мама с удовольствием вживалась в новую роль.

На семейном совете было решено не разглашать, что Лорьяна О’Салем жива и теперь находится в теле Мари. Во-первых подобная магия запрещена законом. Во-вторых это гарантирует ей свободу от всех ведьмовских клятв и освободит от службы в армии, которую она больше не могла нести по причине утраты своих способностей. А все странности и якобы провалы в памяти решено было списывать на долгое для человека пребывание в магическом забытьи.

Так что теперь мама заново знакомилась со всеми подругами Мари, которые спешили поздравить ее с возвращением. Вокруг то и дело раздавались радостные возгласы, пожелания здоровья и счастья. Родители беспрестанно с кем-то расшаркивались и благодарили. А я с тоской озиралась в поисках принца. Почему он не пришел? Неужели с ним что-то случилось?

Появившийся ненадолго Жан объявил, что Эран сегодня не будет присутствовать на завтраке и обеде. В чем дело, он не объяснил. И я теперь сидела, как на иголках. Скорее бы этот завтрак закончился! Я должна узнать, что с моим женихом.

С трудом досидев до конца, я направилась в королевские покои, но туда меня не пустили, сославшись на то, что принц велел никого не впускать. Спорить со стражей было бесполезно. Они просто выполняли приказ. Не было Эрана и в кабинете, а сам кабинет был заперт. Поэтому я в совершенно расстроенных чувствах отправилась бродить по парку. На улице был мороз, так что быстро замерзнув, я была вынуждена вернуться в свои покои.

Там было пусто. Родители куда-то ушли. Сидеть одной было невыносимо. В голову лезли страшные мысли. А вдруг это происки спецов из соседнего королевства? Вдруг Амела послала кого-то, чтобы отомстить за Мартена? Кажется, у них были весьма теплые отношения. Надо найти Алана. Он точно должен знать, что с его братом! Но и младшего принца мне отыскать не удалось. Не видела я и теней, причем не только Неша или Шуни, но и их людей. Словно они испарились. Измучившись окончательно от страхов и подозрений, я позвала Виту. Ну уж мой-то фамильяр должен мне помочь.

— Вита, где Эран? — воскликнула я, стоило ей появиться.

Судя по размеру, все это время она провела рядом с ним.

— А какая тебе разница? — недовольно проворчала она.

— Что значит, какая разница? — я аж потеряла дар речи от возмущения, — вообще-то он — мой жених! У нас венчание через три дня!

— Вспомнила, наконец, — фыркнула Вита.

Это еще что за новости! Я и не забывала об этом! Что вообще происходит!

— Не будет никакого венчания, доигралась! — обиженно проквакала Вита.

— Как не будет? — от неожиданности ноги подкосились, и я плюхнулась в кресло, — что с Эраном? Он здоров?

— Болен, — продолжала вредничать Вита, — тобой болен, настолько, что даже решил отказаться от договора!

— Как? Почему?

У меня от этих новостей голова шла кругом, и я уже, если честно, перестала понимать, что происходит.

— Сказал, насильно мил не будешь, — проквакал мой фамильяр, — любит он тебя, говорит, что не хочет тебе жизнь ломать. И раз ты не хочешь быть его женой, значит, так тому и быть! Отпускает он тебя!

— Да с чего он это взял? — я вскочила на ноги и заметалась по комнате.

Нет, ну что это за манера — все за меня решать! А спросить?

— А чего тебя спрашивать? — ехидно произнесла она, — невооружённым глазом все видно, — он тебе предложение делал — ты его в пруд спихнула…

— Это не я, доска подломилась!

— А по чьей воле? — укорила меня Вита, — Ведьмаку этому поверила! И не говори, что не поверила! — она не дала мне возразить.

Я тяжело вздохнула. Поверила, еще как поверила.

— Вот, — продолжал мой личный мучитель, — он тебя спасать пришел, так ты его едва не утопила.

— Я не специально, я не хотела, — прошептала, а в глазах уже стояли слёзы.

— А домой тебя привел, так ты вместо того, чтобы радоваться, так на него зыркнула, что тут уже и ему все понятно стало. Не хочешь ты быть с ним! — подытожила Вита.

Я, всхлипывая, опустилась в кресло. Ну как же так? Я ведь… Я же… В голове стоял образ принца, а я понимала, что мне не нужен другой. Мне никто не нужен, кроме него! В груди пылал пожар. Нет, он не мог! Вита просто не правильно все поняла! Я должна увидеться с ним! И все объяснить!

— Идем! — я поднялась на ноги.

— Куда? — хмыкнула Вита.

— К Эрану!

— Так нет его во дворце.

— Как нет? А где он?

— Утром уехал, а куда никому не сказал. Записку только оставил, что к вечеру вернется. И теней с собой забрал. И Алана.

От этой информации я разволновалась еще больше. Куда это они собрались? Да еще такой компанией?

Скрипнула дверь, и в покои зашла мама.

— Мама! — я бросилась к ней.

— Что случилось, девочка моя? — она взволновано обняла меня за плечи.

— Мама! Что мне делать?

Я, всхлипывая на каждом слове, принялась пересказывать ей то, что мне сейчас сказала Вита.

— Успокойся, дорогая, — мать гладила меня по голове, — к чему эти слёзы? Это же здорово, что Эран наконец-то внял голосу разума и понял, что лучше расторгнуть договор сейчас, чем потом мучиться всю жизнь. Теперь ты свободна и сама можешь решать, как тебе жить и с кем быть.

— Да что ты такое говоришь? — я отшатнулась от нее, — ты в своем уме? Мне никто не нужен! Как я теперь буду без него? — слезы уже струились по щекам.

— Перестань, милая, — мама уперла руки в бока, — ну сама подумай, где ты и где он? Да ты со своими новыми силами теперь можешь выйти замуж за любого! Это же потрясающе!

— Я не хочу за любого! Я хочу за Эрана! Я люблю его! — в отчаянье выкрикнула я и замерла.

Я это сказала! Я сказала! Я люблю Эрана! И мне просто необходимо его увидеть, чтобы сказать ему об этом! И попросить прощения за все те недоразумения с прудом!

— Ты уверена? — мама, лукаво улыбаясь, смотрела на меня, — ты действительно этого хочешь?

— Да, — я вытерла слезы, — я хочу этого.

— В таком случае, кажется, я видела его в парке, когда мы гуляли с твоим отцом, недалеко от детского домика, — она подмигнула мне.

Дальше я уже не слушала. Как была, в легком платье и в туфельках, я вихрем вылетела из покоев, стремглав добежала до главного входа, чтобы в дверях столкнуться с Эраном в компании Алана, Неша и Шуни, как раз входящих в холл.

— Ты куда? Раздетая! Что случилось? — Эран схватил меня за плечи, а я вцепилась в него.

— Ты где был? — от волнения я сорвалась на крик.

— В детском домике, мы просто отправили освобожденных теней домой, — он с подозрением смотрел на меня, — Кира, что с тобой?

— Я тебя все утро искала, а потом Вита сказала, что тебя нет в замке, что ты уехал и не появишься до вечера, а мама — что видела тебя в парке.

— Поэтому ты в таком виде решила прогуляться по парку? — усмехнулся Эран, — меня действительно не было утром в замке. Мы ездили в академию, проверить как продвигаются восстановительные работы и забрать кое-что из хранилища.

— А меня почему не предупредил? — от всех этих недомолвок меня уже потряхивало.

— Да я как-то не думал, что ты будешь меня искать. Думал, ты проведёшь время с семьей, а я пока решу некоторые дела, — он улыбнулся, — прости.

— Нам нужно поговорить, — я наконец взяла себя в руки и отпустила его.

— О чем? — в голосе принца послышалось напряжение.

— О нас, — я подняла на него глаза, — мне надо тебе кое-что сказать.

— Не здесь.

Эран взял меня под локоть. Мы так и стояли в холле, а тени и Алан стояли неподалёку, наблюдая, чем закончится наш разговор.

— Пойдём в мой кабинет. Там нам никто не помешает, заодно отдам тебе одну вещь.

— Увидимся вечером, — он кивнул остальным и повёл меня в королевское крыло.

Я шла рядом с ним, а на меня накатила какая-то странная робость, сердцем то замирало, то начинало биться быстрее. Меня бросало то в жар, то в холод. Как я ему скажу! Первый порыв остыл, и мне сейчас было стыдно и неловко за ту сцену в холле. Эран хранил молчание. Мы дошли до кабинета, он открыл его и, пропустив меня внутрь, зашел следом.

— Проходи, садись, — он кивнул мне на кресло, а сам остался стоять, оперевшись на стол, — что ты хотела мне сказать?

Я замерла на мгновение, затем все же прошла к креслу и присела на самый краешек. Мне надо признаться ему. Я должна! Чтобы раз и навсегда прояснить наши отношения!

— Я… Я хотела попросить у тебя прощения за все, — решила зайти издалека, чтобы дать себе время успокоиться и собраться с мыслями.

— Не стоит, — принц вздохнул, прошел к своему креслу и уселся в него, откинувшись на спинку, — я все понимаю. Кстати, это тебе.

Он пододвинул к краю стола старинную книгу в потертом кожаном переплете.

— Что это?

— Дневник Ольяны О’Салем. Твоя мать оставила его в моем кабинете. Но теперь она находится в чужом теле и не владеет магией, так что ты — единственная, кто может его открыть. Возьми. Это принадлежит твоему роду.

— Спасибо.

Я взяла книгу и положила ее себе на колени.

— Эран, я должна сказать тебе кое-что очень важное.

— И что же?

Он внимательно смотрел на меня. А я смотрела на него.

— Насчет наших отношений, — тут я опять запнулась, не зная, как лучше продолжить, — это касается нашего договора…

— Насчёт договора можешь больше не беспокоиться, — принц перебил меня, — я отказываюсь признавать этот договор и освобождаю тебя от него.

Эран произнес магическую формулу, кольцо вспыхнуло и слетело с моего пальца, оставшись лежать у меня на ладони.

— Теперь ты свободна.

Я пораженно смотрела на свою руку. Вита оказалась права. Принц разорвал договор, и нас больше ничего не связывает.

— Почему, Эран? — я подняла на него глаза.

— Знаешь, после всего случившегося я осознал, что ведьму и в самом деле нельзя заставить, — он хмуро посмотрел в окно, — можно лишь предложить, а потом ждать и надеятся, что она будет благосклонна. Но согласись, сложно быть искренней, когда над тобой висит магический договор. И я подумал, что если я хочу, чтобы ты была со мной, то это должен быть выбор, сделанный не по принуждению, а по доброй воле.

Я люблю тебя, Кирьяна О’Салем, и хочу чтобы ты стала моей женой. Теперь решение за тобой. У тебя есть время принять решение до окончания Зимнего бала. Если ты не согласишься, в первый день нового года я буду вынужден выбрать себе другую невесту. Престол не может оставаться без наследника, и отец требует, чтобы я женился, — Эран бросил на меня быстрый взгляд, — ступай, подумай.

Я поднялась и положила кольцо на край стола. В груди было тесно от подступивших слёз, а в душе — пусто. Он и вправду сделал это. Разорвал договор. Отпустил. Я теперь свободна. И могу выбирать сама. Могу вернуться в академию. Вот только это совершенно не радовало меня. Я понимаю, он сделал это из лучших побуждений, но сейчас у меня было ощущение, как будто он бросил меня. И вместо того, чтобы рассказать ему про свои чувства, я просто сбежала.

Весь остаток дня я прорыдала в своей комнате, заперев дверь заклинанием. Мать и отец несколько раз пытались поговорить со мной, но все закончилось ничем. Я не хотела никого видеть и слышать, и просто лежала, уткнувшись в подушку и глотала слезы.

Почему? Я не знаю. Он ведь сделал именно то, чего я добивалась. Почему я ничего не сказала ему? Ведь мне нужно было лишь сказать «Да», сказать, что я согласна, но я не смогла. Я была настолько шокирована его внезапным решением, что просто не смогла выдавить из себя ни слова.

На бал я сегодня не пошла, сказав, что неважно себя чувствую. Родители не стали настаивать. Я сидела в темноте, смотрела, как в зимнем небе загораются звёзды и мечтала оказаться дома, подальше от дворца, от бала и даже от Эрана. Мне нужно было собраться с мыслями и подумать.

Незадолго до того, как часы пробили полночь, я написала родителям записку и выскользнула из апартаментов. Спустя несколько минут я уже поднялась на крыльцо детского домика и вошла внутрь. Зеркало по-прежнему стояло посреди комнаты, ровно там, где мы его оставили. Глубоко вздохнув, я прикоснулась к зеркальной глади и вошла в зазеркалье.

Глава 23

Эран .

Ну вот и все. Я смотрел на дверь, захлопнувшуюся за Кирой, сжимая в кулаке обручальное кольцо, еще недавно бывшее на ее руке. Я сам отпустил ее. Мысль сделать это пришла мне в голову сразу после пробуждения. А ведь действительно, что если она не испытывает ко мне чувств. Зачем тогда это все! Именно об этом пытался сказать мне Ричард, когда просил подумать насчет договора. Надо было сразу так поступить. И попробовать завоевать ее любовь по-настоящему.

И когда Кира, сломя голову, налетела на меня в холле, я думал: «вот сейчас, она признается! Сейчас она произнесёт заветную фразу, и все встанет на свои места!» Но обстановка и присутствие брата и теней смутили ее. И даже оставшись со мной наедине, она так ничего и не сказала. Пыталась, но я не стал ее слушать, а просто вывалил на нее это решение.

Наверное, это было глупо с моей стороны, переложить ответственность на нее. Кира еще очень молода. И мои слова шокировали ее. Но она так хотела быть свободной в своем выборе. И я позволил ей. А она просто ушла. Что ж. Пусть подумает. Из дворца ей не выбраться. Надеюсь, к вечеру она придет в себя, и мы сможем поговорить.

На обед я сегодня не пошел. Не хочу нервировать ее своим присутствием. С трудом дождавшись вечера, я стоял в дверях бального зала, как обычно поджидая ее. Но чета Фолден появились вдвоем.

— Где ваша дочь, Ричард? — немного нервно поиинтересовался я у магистра, поприветствовав их.

— Кира неважно себя чувствует и решила сегодня пропустить бал, — отец Киры неодобрительно взглянул на меня, а Лора покачала головой.

— Что между вами произошло, ваше высочество? — мать Киры пристально смотрела мне в глаза.

Это было так странно, видеть перед собой Мари, но ощущать проницательный взгляд Лорьяны.

— Ничего, мадам Фолден, — я пожал плечами, — просто теперь Кирьяна вольна сама принимать решения. Я разорвал договор и освободил ее от обязательств. Не хочу, чтобы она делала это, лишь потому что над ней довлеет магия.

— Но как же так? Разве она ничего вам не сказала? — воскликнула Лорьяна, изумлённо глядя на меня.

— О чем вы, мадам Фолден?

— Кира собиралась рассказать вам о своих чувствах, — осторожно начала она.

— Нет, она ничего мне не сказала. Лишь попросила прощения за свои выходки, после чего я отдал ей дневник вашей бабки, Ольяны, и освободил от договора. А она просто ушла.

— После этого Кира весь день не выходила из комнаты, — сокрушённо покачала головой Лора, — боюсь, она неправильно поняла вас, ваше высочество, и теперь вы можете навсегда потерять ее.

— Ваша дочь достаточно взрослая, чтобы принять простое в сущности решение — быть моей женой или нет. Но если она на это не способна, значит ей действительно еще рано вступать в отношения, — я развернулся на каблуках и направился к тронам, где восседали мои родители.

Настроение было безнадёжно испорчено. Мой порыв чем-то расстроил Киру, и сегодня я ее уже не увижу. Я уселся на свое место и уставился в пространство.

— Сынок, что случилось? — взволнованный голос матери выдернул меня из молчаливого созерцания, — вы поссорились с Кирой? Где она?

— Сидит у себя, изображая больную, после того как я отпустил ее, — глухо произнес и снова уставился на кружащиеся в вальсе пары.

Сейчас я мог бы так же танцевать с Кирой, но она не пришла. Боюсь, ее решение вполне очевидно. С момента начала бала прошло уже несколько часов. Все это время я сидел, угрюмо наблюдая за веселящимися гостями, все еще в тайне надеясь, что Кира вот-вот появится. Пару раз ко мне подходил Алан, пытаясь расшевелить, но безуспешно. Напольные часы в бальном зале пробили полночь. Дальше ждать не имело смысла, и я уже собирался пойти к себе, как вдруг…

— Кира пропала! — Вита материализовалась у моих ног.

— Что значит пропала⁈ — воскликнул я, а сердце болезненно сжалось.

— Неужели эта глупая ведьмочка решила сбежать? Но как? Все зеркала во дворце запечатаны! — вихрем пронеслось в голове, — нет! Не все! — меня пробил холодный пот, — детский домик!

— Она прошла через зеркало, в домике, в парке, — подтвердила мои догадки Вита, — и исчезла. Ее нигде нет, и я не чувствую ее в этом мире.

— И что все это значит? — нахмурившись, переспросил я, в надежде, что ошибаюсь, хотя уже понимал весь ужас сложившейся ситуации.

— Она заблудилась в зазеркалье, — фамильяр опустил голову, — и самой ей оттуда не выбраться.

— Сколько времени она сможет там находиться? — я лихорадочно соображал, что теперь делать!

— Вечность, — грустно квакнула Вита, — там нет времени. Но спустя день она начнет терять память, а через три дня окончательно все забудет, став призраком зазеркалья.

Внутри все похолодело. Лора, в свое время исследуя зазеркалье, встречала таких призраков. Полностью лишенные разума, памяти и смысла жизни они бродили среди отражений. Попытки вывести их из зазеркалья заканчивались печально. Попав в наш мир, такой призрак растворялся белым облачком, не оставляя после себя ничего.

Поэтому Лора много времени посвящала поискам заблудившихся в зазеркалье ведьм. Такое происходило только по одной причине — ведьма входила в зазеркалье в неспокойном состоянии. А значит, не могла точно задать конечную точку, что приводило к попаданию в зеркальный лабиринт, из которого нет выхода. Похоже, Кира и в самом деле была очень расстроена.

— Зачем она полезла туда? И куда ты смотрела? — я гневно взглянул на растерянного фамильяра.

— Кира хотела вернуться домой, чтобы как следует все обдумать! Я проверила! Ее мысль была четко направлена. Я не знаю, что произошло! Но стоило ей войти в зеркало, как она растворилась, — пыталась оправдаться Вита.

— Она жива? — мой голос дрогнул.

— Жива, иначе меня бы тут не было, — огорченно квакнула Вита, — но дома ее нет, в поместье Лоры тоже. И в академии она не появлялась.

— Идем, — я взял Виту на руки и вскочил, — надо найти Фолденов. Вдруг они знают, куда еще могла отправиться их непутевая дочь!

Найти родителей Киры оказалось несложно, но разговор с Лорой и Ричардом ничего не дал.

— И что теперь делать? — Лора в волнении заламывала руки, — в этом теле я не могу пройти в зазеркалье. Заклинание «Путь через зеркало» не рассчитано на обычного человека, а без меня вы ее там не найдёте, — она испуганно переводила взгляд с меня на мужа.

— Тогда остается последнее средство, — тяжело вздохнул Ричард, — придется навестить твою мать — Эльяну О’Салем.

— Матушка будет в гневе, — прошептала Лора.

— Не сомневаюсь, — покачал головой месье Фолден, — но она — единственная, кто сможет отыскать Киру в отражениях.

— Я иду с вами, — я посмотрел на них.

— Не стоит, ваше высочество. Эльяна — сильная ведьма и не примет помощи от мага!

— А от ведьмака? — я покосился на Лору. Мать Киры, потеряв от удивления дар речи, пораженно смотрела на меня.

— Что это значит, ваше высочество? — не менее удивленно произнес Ричард.

— Принц открыл в себе дар, — тихо прошептала Лора, — древнее предсказание сбылось!

Она взволновано посмотрела на мужа:

— У ведьм есть одно старое поверье, что однажды рожденный магом откроет в себе ведьмовской дар, и если он возьмет в жены истинную ведьму, рожденную в ночь между старым и новым годом, то равновесие мира восстановится!

— Мы должны отправляться немедленно! Матушка не откажется от помощи избранника магии мира! — воскликнула она.

— Я должен предупредить родителей, — бросил на них быстрый взгляд, — ждите меня в своих покоях. Я скоро!

Сказанное Лорой привело меня в смятение, и я несколько мгновений стоял в дверях, провожая взглядом чету Фолденов и обдумывая произошедшее. Из всего сказанного выходило, что наша связь с Кирой — это не просто договор родителей или наши чувства. Это стремление самой магии обрести утраченное равновесие. Тогда может быть Кира права? О каких чувствах здесь может идти речь? Может стоит отказаться от этой затеи и позволить Эльяне самой разыскать свою внучку? Нет! Я не могу бросить мою ведьмочку на произвол судьбы! Плевать на все эти договора, предсказания и прочую околомагическую чушь! Я люблю ее! И я сделаю все, чтобы она была счастлива! Но сначала мне придется отыскать эту бедовую девчонку и вернуть ее в мир живых! Даже если мне придется пожертвовать своим положением! Ради нее я готов пожертвовать даже жизнью!

Взяв себя в руки, я направился к отцу и честно рассказал ему обо всем. Юлить и скрывать не было смысла. Если я хочу найти Киру, то мне придется разбудить в себе ведьмовской дар, а по закону ведьмак не может претендовать на престол. И хотя сейчас совсем другое время, нежели сто лет назад, законы с тех пор никто не менял. Так что сейчас передо мной стоял выбор: трон или Кира. И для меня этот выбор был очевиден. Без моей ведьмочки мне ничего не нужно! Отец выслушал меня, недоверчиво качая головой. Он определено не мог поверить в мои слова. Согласен, звучит абсолютно бредово и нереально. Неделю назад я бы и сам не поверил, если бы мне кто-нибудь рассказал подобное.

— Талан, милый, это правда! — моя мать, ведьма из рода Вер’Фален, коснулась его руки, привлекая внимание, — твой сын обладает даром! Он проявился у него еще в детстве, но я… Я боялась за него и скрыла это, — она виновато посмотрела на меня, — прости, сынок, я так боялась, что тебя могут изгнать, как это случилось с сыном Абигайль, что запечатала твой дар! Чтобы ничего не напоминало о том, что в тебе есть дар ведьм!

— Да уж, — задумчиво произнес отец, глядя на меня, — похоже, пришло время пересмотреть старые законы. Ступай, сын, найди свою невесту и верни ее домой. А потом мы все вместе, маги и ведьмы, — он ласково сжал руку королевы, — изменим устаревшие законы. Ступай!

— Спасибо, отец! — я быстро поклонился родителям и почти бегом направился в покои Фолденов.

Ричард и Лора, уже полностью собранные, ждали меня. Едва я вошел, как месье Фолден открыл портал:

— Идёмте, ваше высочество. Вам предстоит знакомство с еще одной О’Салем.

Я кивнул, и мы вошли в переливающийся контур. Вопреки всем моим ожиданиям, Эльяна уже ждала нас на пороге своего городского особняка.

— Проходите, — еще нестарая женщина, на вид Эльяне было не больше пятидесяти, посторонилась, пропуская нас в дом, бросив при этом ледяной взгляд на Ричарда.

Тот не отвернулся, не смутился, а лишь вежливо поклонился, приветствуя родительницу своей жены и бабушку Киры. Мы прошли в гостиную и разместились на широком старинном диване, а сама почтенная ведьма опустилась в глубокое кресло. Огромное зеркало, занимающее половину стены, переливалось и искрилось, словно гигантский портал.

— Матушка, мы… — начала было мадам Фолден.

— Помолчи, Лора, — оборвала ее старшая О’Салем, — с тобой у меня будет отдельный разговор! — она гневно посмотрела на нее.

Нахождение Лоры в другом теле не могло обмануть ее мать. Она легко узнала родную дочь.

— Так значит ты и есть тот, кто пробудил в себе дар? — ведьма сверлила меня взглядом.

От цепких глаз Эльяны было не по себе.

— Да, мадам О’Салем. Я…

— Не утруждай себя, Эран, я знаю, кто ты, — лукаво улыбнулась ведьма, — и поверь, я знаю о тебе больше, чем ты сам. Я сразу сказала, что это глупая затея и от судьбы не уйдёшь, но Аврора была в таком отчаянии и смятении, что я не смогла ей отказать.

— Вы знакомы с моей матерью? — я удивленно взглянул на Эльяну.

— Аврора — дочь моей близкой подруги, — кивнула та, — и когда ты впервые явил дар, она жутко перепугалась и пришла ко мне просить о помощи.

Эльяна со вздохом перевела взгляд на Ричарда:

— Почему ты сразу не сообщил мне, что Эран активировал договор?

— Кира была не в восторге, — усмехнулся месье Фолден, — и я был не уверен, что у них сложится.

— Был не уверен, — проворчала Эльяна, — нужно было сообщить. Возможно, удалось бы всего этого избежать, — она поднялась и подошла к зеркалу, — подойди ко мне, Эран.

Я быстро приблизился к ней. Эльяна развернула меня лицом к стеклу, за которым я отчетливо различал зеркальный коридор. Ведьма стояла у меня за спиной.

— Слушай свое сердце! Только оно способно отыскать твою судьбу среди отражений, — ее завораживающий шёпот коснулся моего слуха, — без нее тебе нет места в этом мире! — сильный толчок в спину, и я оказался в зазеркалье.

Первое мгновение я не мог поверить в случившееся, непроизвольно озираясь по сторонам и пытаясь найти спасительный темный провал зеркала, через который я попал сюда. Но вокруг были лишь бесконечные коридоры. Я стоял в центре зеркального лабиринта посреди кривляющихся отражений. По спине прошел холодок, а кулаки непроизвольно сжались. Что эта ведьма задумала?

«Отыскать свою судьбу!» — ее зловещий шепот все еще звучал в моих ушах.

Я глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться и как-то примириться с неизбежным. Если моя судьба сгинуть в зазеркалье, став бесплотной тенью, что ж, пусть так! Но Кире я такой судьбы не хочу! И если уж ее родная бабка не пожелала ей помочь, то я просто обязан найти эту дурёху и вернуть родителям! В конце концов это моя вина и моя ответственность!

Я огляделся. Надо понять, что мне теперь делать и как отыскать Киру. Мерзкие, пугающие образы мелькали вокруг, словно меня обступила толпа призраков.

"Слушай свое сердце, — это слова, написанные Лорой в последнем послании к дочери. Ту же фразу повторила Эльяна, перед тем, как впихнула меня сюда. Слушай сердце! Мое сердце сейчас сжималось от подбирающегося к нему страха и отвращения. Образы в отражениях становились все более мерзкими и пугающими. Они обступали меня со всех сторон, тянули ко мне искаженные руки. Их отвратительные оскалы жутко щерились, вгоняя в оцепенение. Хотелось бежать без оглядки, лишь бы не видеть этих пугающих тварей. Бедная Кира! Если и она оказалась во власти этих иллюзий, то не удивительно, почему не смогла выбраться!

Внезапное озарение накрыло мой разум! Иллюзии! Зазеркалье отражает мои иллюзии, мои мысли и страхи! И чтобы избавиться от них, нужно лишь сосредоточиться на единственной цели! А моя цель — найти Киру, чтобы обьясниться с ней. Услышать от этой вредной ведьмочки все, что она так и не решилась мне озвучить.

Стоило мне осознать это, как лабиринт исчез, и передо мной немедленно раскрылся коридор. Не долго думая, я шагнул в него. Отражения все также скалились мне вслед. Боковым зрением я замечал, как образы перетекают один в другой, принимая все более причудливые формы, но меня это больше не волновало. Теперь, когда я чётко знал, чего я хочу, мне не было до них дела. Я быстро шел по разворачивающемуся коридору, отчетливо понимая, к кому стремится мое сердце. Спустя какое-то время послышались тихие всхлипы. Я ускорил шаг, и почти бегом завернул за очередной зеркальный поворот. Кира сидела, уткнувшись в колени и обхватив их руками. Плечи девушки вздрагивали.

— Кира! — я бросился к ней. Она неверяще подняла мокрые от слез глаза, а на ее лице отразился испуг.

— Нет, нет, — она попятилась от меня, — это все нереально, это только иллюзия, — в ужасе шептала она.

— Кира, это я, Эран! — я упал рядом с ней на колени, прижимая ее к груди, — какое счастье! Ты жива!

— Эран? Это правда ты? — она несмело коснулась моей щеки, а затем вцепившись в меня, зарыдала в голос.

— Успокойся, все позади! — я гладил ее по растрепанным волосам, а у самого глаза уже щипало от слёз. Моя непутевая ведьмочка!

— Давай, поднимайся, нам нужно возвращаться! — я встал и рывком поставил ее на ноги.

— Я не знаю, как выбраться отсюда! — всхлипывала она.

— Не волнуйся, — я приподнял ее лицо вверх и вытер ей слёзы, — нужно лишь точно знать, чего ты хочешь!

— Я хочу быть с тобой! — улыбнулась Кира и, обвив руками мою шею, притянула меня к себе.

Глава 24

Ричард Фолден

Эльяна втолкнула принца в зеркало. Лора вскрикнула, а я вскочил на ноги.

— Успокойся, Дик, — взгляд матери Лоры парализовал меня, — я не собираюсь лишать королевство наследника. Это единственный способ разрешить создавшуюся ситуацию. Если он сумеет отыскать ее за эти три дня, значит, они действительно избранные, и равновесие будет восстановлено. Если же нет, значит, еще не время. Они просто забудут обо всем: Эран позабудет Киру и его ведьмовской дар уснет, а Кира забудет Эрана и все те знания, которыми одарила ее магия мира. Тогда я верну их. И они продолжат жить, но каждый своей жизнью, — она отвела взгляд, и медленно подойдя к креслу, опустилась в него.

Я смотрел в зеркало. Эран растерянно озирался, пытаясь понять, что произошло. Спустя пару мгновений его лицо стало серьёзным и задумчивым. Он постоял какое-то время, затем будто поняв что-то, развернулся, и уверенно шагнул в зеркальный лабиринт.

— Молодец, мальчик, — едва слышно шептала Эльяна, — давай, отыщи свою судьбу! И мою внучку!

— Мама! — Лора отмерла и с укором смотрела на мать, — так ты все знала! Почему не сказала мне?

— Потому что будущее не предопределено, дорогая, — Эльяна со вздохом посмотрела на дочь, — любой шаг, любое решение, любое действие способны изменить его. И тебе бы давно пора усвоить это!

— А теперь, пока мы ждем, — брови ведьмы грозно сошлись на переносице, а Лора побледнела, — я очень хочу услышать объяснения тому, почему моя дочь оказалась в теле обычного человека!

Это был тяжелый разговор матери с дочерью! И я, как любящий супруг, несмотря на то, что был полностью согласен с претензиями и обвинениями Эльяны, всячески старался защитить свою жену от разгневанной тещи, не забывая при этом в полглаза следить за Эраном, блуждающим в зеркальном лабиринте. Стоило Эльяне пообещать, что она вернет принца и Киру, как мой страх за жизнь дочери немедленно улетучился.

Род О’Салем никогда не терял своих знаний и навыков, даже в эпоху гонений, и продолжал оставаться одним из самых могущественных родов королевства. Именно поэтому после пропажи Лоры, Эльяна хотела забрать Киру себе, намереваясь воспитать из моей дочери наследницу. Однако Кира воспротивилась желанию бабушки и вместо того, чтобы познавать ведьмовской дар, отправилась в академию изучать магию.

Сейчас, зная все, что случилось, я наверное бы сам отправил ее к Эльяне, но в тот момент я поддержал дочь, считая, что таким образом уберегу ее от судьбы. Но если будущее — не предрешено, то судьба — предписана и неумолима. Моей дочери было суждено стать истиной ведьмой, как и было предсказано часом ее рождения. Поэтому Лора и скрыла дату ее появления на свет, опасаясь за дочь.

А вот теперь решалось ее будущее. Будущее принца. И будущее всего нашего мира. И я очень надеюсь, что Эрану удастся отыскать Киру и все изменить.

— Смотрите! — воскликнул я, указывая в зеркало.

Крики и ругань разошедшихся женщин немедленно стихли, и мы, все трое, напряженно смотрели в зеркальную гладь.

Стоя посреди зеркального лабиринта, Эран обнимал рыдающую Киру. Вот он отстранил ее, держа за плечи и взглянул на нее. Принц осторожно стер с ее щек слезы и улыбнулся. Кира счастливо вздохнула и, улыбнувшись в ответ, обвила руками его шею и притянула к себе. Они стояли и целовались, не подозревая, что за ними наблюдают. Вздох облегчения вырвался у нас одновременно.

— Они справились! — торжествующе объявила Эльяна. Ведьма быстро подошла к зеркалу и прикоснулась к стеклу, прокладывая им путь. Еще несколько мгновений и вот они, держась за руки, вышли оттуда.

— Бабушка?

Кира удивленно смотрела на улыбающуюся Эльяну, раскинувшую руки, чтобы обнять ее. К ним тут же подбежала Лора.

— Спасибо вам, ваше высочество, за то, что снова спасли мою дочь, — я подошел к принцу, которого оставили в одиночестве.

— Я бы не смог по-другому, месье Фолден, — улыбнулся Эран, — Кира — моя судьба, и я не откажусь от нее, — он взглянул на мою дочь, рыдающую в объятиях матери и бабушки.

Дальше были поцелуи, вопросы и долгие нравоучения для Киры и благодарности Эрану со стороны обеих О’Салем, а также обстоятельные объяснения всего произошедшего.

Следующие два дня мы провели в доме Эльяны. Мать Киры наотрез отказалась отпускать детей. Эрану нужна была помощь с пробудившимся даром, а Кире надо было преодолеть возникший у нее страх перед зазеркальем. Так что пришлось задержаться. К счастью, глава рода О’Салем позволила сообщить королю, что все закончилось благополучно, и принц с невестой скоро вернуться в столицу, чему их величества были очень рады. Лора также пожелала остаться с детьми и матерью. Поэтому я решил не оставлять их и, передав королю письмо от Эрана и на словах объяснив ситуацию, вернулся в дом Эльяны. Также по просьбе тещи, я захватил с собой все оказавшиеся в наших руках гримуары, как рода Мак’Ален, так и рода О’Салем.

Дневник Ольяны, много лет пролежавший на полке в кабинете Эрана, оказался бесценным источником информации о ведьмовстве не только для новоявленного ведьмака, в лице принца, но и для Киры. А гримуар Абигайль с магией призыва выступал в роли пособия по практике.

Используя особенности зазеркалья, Эльяна за время нашего пребывания у нее смогла разъяснить им, как управлять их новыми силами. Так что вернувшись в столицу через пару дней, эти двое вполне могли потягаться с профессорами академии.

Его величество, как и обещал, созвал всеобщий совет, на котором приглашеные представители всех магических и ведьмовских родов единым решением постановили отменить старые столетние законы и назначили Эрана наследником престола. И сразу по наступлении нового года должна была начать работу комиссия по изменению законодательства.

Эран и Кира теперь были неразлучны и, не дожидаясь окончания Зимнего бала, объявили о помолвке. Их свадьба должна была состояться в первый день нового года, когда Кире исполнится двадцать три года.

Первый день первого месяца нового года.

Кира.

Я открыла глаза, и улыбнувшись, села на постели. Сегодня день нашей свадьбы. Сегодня мы станем мужем и женой. И будем очень счастливы. В этом я уверена, потому что теперь я точно знаю, что чувствую к Эрану. А еще я знаю, что он чувствует ко мне. Да, он неоднократно говорил мне про свои чувства, но лишь увидев его в зеркальном лабиринте, лишь оказавшись в его крепких объятиях, именно тогда я ощутила тот самый трепет в груди, который возникает, когда два сердца бьются в унисон. В тот момент я поняла всё!

В тот день после слов Эрана, разорвавшего договор, я никак не могла прийти в себя. Внутри бушевали эмоции, и я совершенно запуталась. Мысли говорили об одном, а чувства твердили другое. Шагнув в тот день в зазеркалье, я растворилась в отражениях, поскольку единственным моим настоящим желанием было исчезнуть. Для всех. Для себя.

И магия мира исполнила это. Она скрыла меня ото всех: от Эрана, от родителей и даже от моего фамильяра. Завороженная, я блуждала по зеркальному лабиринту среди бесконечных отражений, а зеркала то услужливо показывали мне счастливые моменты нашего совместного времяпровождения, то жестко напоминали, как я была к нему несправедлива. И лишь спустя какое-то время, когда мой разум прояснился, я осознала, что безвозвратно заблудилась.

Я несколько раз пыталась задать конечную точку, представляя то городской особняк, то поместье матери, то академию. Даже кабинет в королевском дворце и детский домик в парке, но все было тщетно. Мне оставалось лишь не двигаться с места и надеяться, что меня найдут. Поэтому я просто сидела посреди зеркального лабиринта и рыдала. В голове стоял образ Эрана. Мне так хотелось увидеть его еще раз, чтобы наконец сказать, как я заблуждалась и как хочу быть с ним.

А дальше случилось чудо. Зеркальный коридор открылся, и я не поверила своим глазам. Эран, собственной персоной, бросился ко мне и несмотря на мои протесты, заключил меня в объятия. Я узнала его. Это мог быть только он, мой принц! И я наконец ощутила тот самый трепет. То самое замирание и оцепенение, переходящее в оглушительный грохот в ушах, от которого тесно в груди. Я рыдала, вцепившись в него, а он утешал меня, прижимая к себе. А после мы целовались. И когда он, взяв меня за руку, вывел из зеркального лабиринта в гостиную моей бабушки, я поняла, это — судьба! Никто другой бы не рискнул бросить все и пожертвовать всем ради любимой женщины. Только тот, кто был изначально предназначен мне самой магией. Самой судьбой!

Мы вышли из зеркала, держась за руки. И почти одновременно к нам кинулись обе О’Салем. А дальше были слезы, любящие объятия матери и бабушки и долгие объяснения. Отец стоял чуть в стороне, рядом с Эраном. Я сама подошла к нему, когда смогла вырваться из рук старших родственниц. Он ласково обнял меня, а я прижалась к нему. И вот сегодня он поведет меня к алтарю.

Это были абсолютно сумасшедшие дни. Пока мы гостили у бабушки Эльяны, постигая науку ведьмовства, ее величество развела бурную деятельность, готовясь к нашей свадьбе. Так что по возвращении нам ничего не оставалось, как объявить о помолвке.

Кстати, став ведьмаком, Эран обрел своего собственного фамильяра — белого волка по имени Норд. Правда, пока что это маленький волчонок, но я уверена, вскоре он превратиться во взрослого волка.

В комнату заглянула Фира, моя горничная.

— Госпожа Кирьяна, пора вставать, — девушка улыбнулась, заметив, что я не сплю.

— Уже, Фира, — я улыбнулась в ответ.

Мне предстоит очередное испытание на выдержку, но сейчас я понимаю, для чего это. Хотя нет, не понимаю! Эрану ведь абсолютно наплевать на дворцовый этикет и протокол! Настоящий ведьмак! Но он очень просил меня не огорчать наших родителей. И потом во дворце сейчас весь цвет королевства. Поэтому я даже с некоторым предвкушением отдалась в руки модиста и горничных.

Спустя несколько часов, я в белоснежном платье, расшитом кристаллами, в прозрачной фате похожей на сгусток зимнего тумана, с прической и в драгоценном гарнитуре стояла перед зеркалом, любуясь своим отражением.

— Ты готова, дочь?

Отец стоял в дверях, а я со счастливой улыбкой оглянулась на него:

— Да, папочка.

Мать рядом утирала слезы радости, а старший брат, стоящий у нее за спиной, весело подмигнул мне. Герхард специально приехал, чтобы поприсутствовать на моей свадьбе. Бабушка Ульяна, как всегда, сидела поодаль в кресле. Она бросила на меня проницательный взгляд и удовлетворённо кивнула.

— Тогда идем, его высочество ждет тебя, — отец подал мне руку.

Все вместе мы вышли из покоев и не спеша прошествовали к дворцовому залу собраний, где должна была проходить церемония, в сопровождении пары лакеев и нескольких фрейлин ее величества. Перед входом в зал нас встречал почётный караул из дворцовой стражи. Двери распахнулись. Огромное количество гостей всех рангов и сословий. Голова закружилась и перед глазами поплыло. Отец ободряюще сжал мою руку.

— Ты — О’Салем, истинная ведьма, — тихо прошептала мне на ухо мать.

Я расправила плечи, подняла голову и с ослепительной улыбкой шагнула в зал. Все взгляды были обращены на меня, а я смотрела только на Эрана.

Вот он стоит, в парадном мундире, его кудри цвета воронова крыла рассыпаются непокорными локонами, на губах играет легкая улыбка, а темные завораживающие глаза принца светятся нетерпеливым ожиданием и нежностью. Играет торжественная музыка. Восторженный шепот и восхищенные взгляды гостей. И ОН, сказочный принц. Отныне и впредь, только мой. Как в той сказке. Где жили они долго и счастливо.

КОНЕЦ