Дмитрий Леший

Вторая жизнь демона. Том 2. Время ведьм

Глава 1

После последних событий, жизнь постепенно вернулась в привычное, размеренное русло. Я вернулся к своей постоянной работе и попытался просто не думать о том, что возможно являюсь пешкой в чьей-нибудь игре. Айран с Семой организовали что-то вроде совместного предприятия, как и стоило ожидать, Семён уволился из рядов доблестных полицаев. Сейчас их тандем занимался всем, что связано с ритуалистикой, зелье-вареньем и прочими «танцами с бубном» в этом роде. Нужно сказать, что после боя со жнецом мы с ними какое-то время не поддерживали никаких отношений. Оно и не удивительно, то, что им довелось увидеть, наверное, ещё долго будет являться в самых страшных кошмарах. Однако, спустя примерно неделю, сладкая парочка заявилась ко мне в гости, не буду вдаваться в подробности разговора, но расстались мы если не друзьями, то точно хорошими знакомыми.

Ложку дегтя, в мою начавшую понемногу приходить в норму жизнь, внёс орден «Искариот». Причем в офис заявился Марк Андерсон, собственной персоной. Общение вышло, мягко сказать, не очень. Куратор ордена очень заинтересовался произошедшими событиями, так сказать, обратил свой взор на наше захолустье. Каково же было его удивление, когда он узнал, что концентрация тварей ночи в маленьком Сталегорске, превышает все разумные и неразумные пределы. Закономерным итогом стало создание филиала ордена в городе, главным в котором стал, кто бы сомневался, сам Андерсон. Ко мне в офис он заявился, скорее всего только для того чтобы напугать, заставить ходить с оглядкой, типа: «Я все помню, ещё сочтемся». На что, собственно, я ответил известным жестом с вытянутым средним пальцем и посылом этого засранца по самому известному в России, эротическому маршруту.

Спустя день или два после моего пробуждения вернулась Саяна, и хоть я этого не показывал, но был очень рад этому факту. Правда, где пропадала все это время, она наотрез отказалась рассказывать.

Священник Аркадий тоже жив и вполне здравствует, как и раньше проводя службы в своей маленькой церквушке. Попытки расспросить его об Ариэль не увенчались успехом, поп попросту сказал, что это не его дело, и что в наши с ней отношения он лезть уж точно не будет. Она, кстати говоря, как в воду канула, даже со священником на связь не выходила на протяжении последних пары недель.

Короче, жизнь продолжается, причем после того как я ее чуть было не потерял, мое земное существование стало мне особенно дорогим. Весна тоже уже полностью вступила в свои права, на календаре уже тридцатое апреля. Кстати, именно поэтому поводу я сейчас нахожусь за городом, в глухом лесу, рассматривая небольшую полянку. Вальпургиева ночь, или ночь ведьм, самый главный праздник в среде ведьмовского сообщества Сталегорска. Вряд ли сегодня произойдет что-то из ряда вон, но лучше, как говорится, перебдеть, но быть в курсе событий.

Сам праздник на первый, да и на второй тоже взгляд очень специфический: вид нескольких десятков голых ведьм, прыгающих через костер, причем большинство из них разменяло по восемь десятков лет, короче зрелище не для слабонервных. В самый разгар праздника, аккурат в полнолуние, ведьмы начнут проводить ритуал вызова, причем не абы кого, а самой Лилит. То, что демонесса откликнется – шанс где-то один из тысячи, даже если она решит просто развлечься в мире смертных, такая провинция как наш город, привлечет ее внимание в самую последнюю очередь.

Рядом со мной материализовался призрак Милз.

– Мрачновато, ничего не скажешь!

Ее передёрнуло, если бы я не знал, что духи не мёрзнут, всерьез подумал что ей холодно.

– Да брось, неужели в бытность серебряником ты не занималась наблюдением? Держу пари, были ситуации и похуже.

Саяна посмотрела на меня как на умалишенного.

– Для таких вот рутинных дел, есть куча обычных солдат, не могу даже представить, что Андерсон, вот как мы сейчас, будет сидеть под какой-нибудь ёлочкой и ждать непонятно чего.

– Да ладно тебе, не дуйся, скоро полнолуние, посмотрим ритуал и со спокойной душой свалим в сторону дома, вообще не понимаю твоего недовольства, извини конечно, но ты призрак, самый натуральный, полупрозрачный надоедливый призрак, тебе вообще не все ли равно где находится, или у тебя есть какие-то неотложные дела?

Саяна скорчила кислую мину и передразнила меня.

– Представь себе, всяко лучше, чем торчать здесь, кстати говоря, я ещё запись «Пусть говорят» за позавчерашний день не досмотрела.

Твою-то мать и ты туда же, рука лицо, и Малахов форева. Более того, думаю, после смерти этот товарищ сделает карьеру на поприще «отжима» душ у смертных, вон даже призрака подсадил на свою ересь.

Однако время шло, и потихоньку подбиралось к полуночи, балаган в стане ведьм немного поутих. Среди всех участниц мероприятия, выделялись три самых старших представителя этого сообщества – особенно древние старушенции. Они не обращали ровно никакого внимания на беспредел творимый молодежью, а занимались подготовкой будущего ритуала. Двое из них расчерчивали пентаграмму на освобождённом от дёрна, участке земли, последняя наносила особые письмена на тело молоденькой ведьмочки, которая должна была выступить в роли сосуда. Нужно сказать, что на эту роль никого силком не тащили, просто девушке предложили какую-нибудь награду, всего лишь за то, чтобы недолго постоять в пентаграмме и произнести несколько слов. За всю историю праздника ведьм, имеется в виду местное их сообщество, ритуал ни разу не увенчался успехом, так что по большому счету, девушке ничего не грозит, по крайней мере не должно.

– Слушай а так и должно быть?

Голос Милз мне почему-то очень не понравился. Ритуал вызова начался как-то не так, как обычно: ладно зелёное пламя костра спишем на какую-нибудь травку-муравку, мало ли чего там ведьмы с дровами шаманили. Но вот когда тело доброволицы стало нехило так корежить, я реально ощутил, как моя душа переместилась куда-то в район пяток. Конечно, я ни в коем разе не принижаю актерских талантов молодой ведьмочки, но будучи практически в трезвом уме и твердой памяти вряд ли она стала бы делать со своим телом нечто подобное.

Одна из ведьм прочитала коротенькое заклинание, которое закончилось фразой: «Приди госпожа», – причем ее подхватила вся толпа и орала на протяжении пары минут без перерыва, как заведенная. Пентаграмма вспыхнула всё тем же зелёным пламенем, суставы на ногах и руках ведьмочки, с противным хрустом вывернулись в обратную сторону, тело упало на землю и забилось в конвульсиях, время от времени выпуская изо рта клубы черного дыма. Добровольно вызвавшаяся девушка скорее всего сама не поняла что произошло, иначе как объяснить истошный визг, вырвавшийся из ее рта, когда ее кости и кожа затрещали по швам, после ритуальной фразы: «Я по доброй воле отдаю свое тело и душу моей госпоже, и покорно склоняюсь пред нашей матерью».

На этом метаморфозы не закончились, спустя пятнадцать минут после начала ритуала, тело перестало биться в судорогах, хруст костей затих, миг и ведьма оказалась на ногах. Вглядываясь в лицо этого существа, я тихо цепенел от страха, понимая, что вот он конец моему непродолжительному спокойному периоду в жизни.

Сколько себя помню, Лилит всегда была помешана на своей внешности, именно поэтому на праздник ведьм все участники раздеваются, типа вид голых женских тел это эстетическое удовольствие. Хотя, я бы не назвал удовольствием созерцание раздетой бабульки прыгающей через костер, с развевающейся на ветру грудью. Так вот, все аватары этой демонессы, всегда принимали вид оригинала, а это очень большая трата сил, причем страдает качество самого сосуда, что в дальнейшем может сильно сказаться на долговечности оного. Хотя кого я обманываю, сил-то как раз моей старой знакомой не занимать, я в лучшие свои годы, по сравнению с ней сродни младенцу, только-только открывшему глаза. В общем, после преобразования я наблюдал до чёртиков похожую на Лилит девушку, а когда она открыла глаза и поляну озарил свет адского пламени, плескавшегося в них как в бездонных колодцах, мне стало совсем худо. Эта тварь всегда отличалась своим мерзким характером, таких как я она считала просто пылью под ногами, и без всякого сомнения, решилась на вылазку из пекла ради моей скромной персоны. Вот только от осознания оного факта мне совсем не легче. Тут даже думать не нужно: при первом же ее требовании, я выложу все подробности ритуала, только вот когда он у нее не получится, для меня устроят персональный Ад, в самых худших его проявлениях. Единственное что я сейчас могу делать, это бежать отсюда во все лопатки, не оглядываясь, куда угодно, хотя и это меня вряд ли спасет.

От осознания всей хреновости сложившейся ситуации, меня, в который раз, отвлёк голос Саяны.

– О-у, а мы тут оказывается не одни такие умные.

Я встряхнулся и устремил взор на то, что творилось на поляне, а посмотреть было на что. С противоположной стороны стремительно выбежали человек двадцать орденцев, причем в полной боевой готовности. Незамедлительно раздались выстрелы, в течение следующих нескольких минут свежеиспеченную аватару демонессы нафаршировали металлом, как куренка на праздник рождества. Бойцы «Искариота» косили всех под кукурузу, под раздачу попадали и не совсем пришедшие в себя, ни в чем не повинные участники праздника, во все стороны полетели части тел и брызги крови. В какой-то момент по поляне разнёсся нечеловеческий визг, тело Лилит полыхнуло жаром пекла, разошедшегося от нее круговой волной во все стороны. Тем бойцам которые не смогли быстро отбежать назад, крупно не повезло, под воздействием адской энергии их тела сгорали словно спички, причем вместе с экипировкой, со стороны это выглядело как кратковременные вспышки огня: люди даже вскрикнуть не успевали. На мертвые тела ведьм данная сила повлияла несколько иначе, раны полученные в скоротечном сражении зарастали буквально на глазах, у одной ведьмы даже потерянная рука отросла. Теперь участники праздника совсем не выглядели растерянными и не знающими что делать. Какую пакость сотворила Лилит мне не ведомо, но однозначно что-то гадкое, голые женщины и девушки начали преображаться: их кожа покрылась чешуей отливающей сталью, на их руках выросли длиннющие когти, а рот наполнился комплектом внушительных клыков. Перед орденцами предстали самые любимые творения демонессы – фурии. После захвата тела, некоторое время вселившийся демон находится, скажем так, не на пике своих возможностей, и в этот, относительно короткий промежуток времени, его, хоть и очень сложно, но можно выбить обратно в пекло, просто умертвив сосуд. Только у бойцов «Искариота» с этим возникли некоторые сложности: фурии сыграли роль телохранителей воплощенной демонессы, с нечеловеческой скоростью бросившись на них. Мои глаза не всегда успевали следить за происходящим: вот фурия стоит в одном конце поляны, миг и она уже в другом, а возле ее фигуры, словно кровавым взрывом оседают останки, разорванного на части, тела орденца.

– ТВОЮ ДИВИЗИЮ…

И это самый мягкий эпитет, каким я мог выразить свое отношение ко всей этой ситуации.

– Валим отсюда ко всем чертям.

Хотя данное представление, похоже, проняло до мозга костей даже бывшего серебряника. Обернувшись я увидел лишь, практически растаявший силуэт призрака. Спустя секунду, мои ноги били мировые рекорды по спринту, причем в условиях пересечённой местности. А все из-за того, что я забыл – фурии помимо повышенной когтистости и чешуйчатости, также обладают отличным нюхом и не нужно думать, что моя демонская сущность мне как-то поможет. Тело-то у меня вполне человеческое, а этим тварям совершенно плевать кого рвать на части. Короче когда одна из бывших ведьм уставилась на кусты, в которых я заседал, дабы не разделить участь свинки пошедшей на фарш, пришлось в темпе вальса ускорять свое тело. Фурия не заставила себя долго ждать, а вслед за ней «на хвост упала» ее товарка, и сейчас я во все лопатки, улепетывал сразу от двух монстров.

Долго преследование продолжаться не могло, по причине того, что твари в любом случае, расторопнее меня. Самое обидное, что до моего стального коня, по имени «Форд» хрен знает какого года выпуска, осталось совсем немного, буквально рукой подать. Моя чуйка взвыла не своим голосом, даже не думая о последствиях, я что есть мочи сиганул в сторону и ушел в кувырок, при этом, отбил себе все что можно и нельзя. На то место где я только что находился, с ближайшего дерева приземлилась первая фурия, ее когти прошлись по земле, оставив там внушительные борозды. Дальше подоспела ее соратница, а у меня в два раза прибавилось проблем.

Время замедлило свой ход, оба монстра уже прыгнули в мою сторону, выставив вперёд крючковатые когти. Не теряя ни секунды, я нырнул под туши фурий, на ходу доставая мой револьвер и другой рукой обнажая нож. Резкий разворот, из ствола пистолета вылетел сноп искр, пуля нехотя покинула ствол и устремилась к цели, за ней последовала вторая. По внутренним ощущениям прошло уже более пяти секунд, по всем канонам, я уже должен испытывать некоторые неудобства и слабость, наваливающуюся словно ком с каждой новой секундой. Странно, но ничего подобного я не ощущал, более того казалось, что резерв не опустел даже наполовину. Мысли пронеслись в моей голове со скоростью метеора, проскочили и потухли где-то в глубинах сознания, сейчас не самое удачное время для размышлений. Пользуясь тем фактом, что меня ещё не выбросило из замедления, я отправил ещё по пуле в сторону тварей. При попытке движения, на таких скоростях, в замедлении, воздух кажется тягучей субстанцией, каждый шаг даётся с трудом, а не рассчитав усилие, можно легко себе что-нибудь сломать. Поэтому подобраться к монстрам на расстояние удара, оказалось той ещё задачкой. Мышцы при движении трещали по швам, долгое нахождение за гранью потока времени наконец дало о себе знать: на лбу выступили мелкие капли холодного пота, дыхание перехватило, а в ногах появилась лёгкая слабость. Так получилось, что я притормозил реальность слишком сильно, в результате чего оказался возле тварей быстрее чем пули. Заговоренный нож, не сказать чтоб как масло, но достаточно легко вспорол тело первой фурии, из раны тягучим потоком лениво потекла алая жидкость. На удар по ее товарке, времени уже не хватило, меня вытолкнуло в реальность, как будто пинком под зад, не рассчитав усилие и не затормозив когда бил первого монстра, в какой-то момент времени, я потерял опору, и пропахал носом метр земли. Позади, послышался пробирающий до костей визг боли, над головой пролетела первая тварь, оставляя за собой кровавый шлейф, и упала на расстоянии пары метров от моей головы, второй монстр, которого не успел ударить, не долетел до нее и приземлился аккурат на меня. Мне крупно повезло, что в последний момент, действуя на рефлексах, я успел перевернуться на спину и выставить нож. Оказалось, что двух пуль фурии не хватило, прежде чем напороться на мое оружие брюхом, она успела когтями располосовать мою куртку и клацнуть зубами в опасной близости от моего носа. Но в результате, всё же мой верный клинок сделал свое дело, и тварь издохла, лёжа на мне. Теперь, они не напоминали чудовищ из книг Стивена Кинга, после смерти их тела приняли человеческий облик. Сейчас, в лужах собственной крови, около меня валялись тела двух женщин, на вид, немного за тридцать, а я наоборот, выглядел перемазанным кровью маньяком с ножом в руке.

Сердце било по рёбрам, как кузнец по наковальне, лёгкие горели огнем, общее состояние тела тоже оставляло желать лучшего, поверхностный осмотр показал, что при падении я вывихнул правую ногу, отчего та теперь неимоверно болела. Сквозь боль я продолжал бежать, удирая на пределе сил, подальше от этого места, просто потому, что до чёртиков боялся Лилит. Сейчас конечно демонесса не так сильна, как в своем истинном теле, но мне и этого хватит за глаза. То что мне пришлось убить, по сути, ни в чем не повинных женщин, как ни странно, меня волновало меньше всего, всё же они сами ступили на путь ведьмовства, а в этом мире полумер не бывает: либо ты, либо тебя.

Мой «Форд» завелся с первого раза, словно чувствовал, что у хозяина изрядно пригорает пятая точка, и времени на второй раз может не быть вовсе. Я вдавил педаль газа в пол, машина возмущённо заревела, но, как и положено в таких случаях, взяла: «С места в карьер», – во все стороны разбрасывая комья земли и камни. Я до сих пор не мог принять печальной действительности, то что демонесса покинула пекло ради моей тушки гадать не приходится, вопрос в том, что с этим делать лично мне. Единственное что приходило на ум, это забиться в какой-нибудь темный уголок у черта на куличках, и не отсвечивать. С такой силой как у Лилит, сосуд проживет вряд ли больше месяца, может – двух. Только что-то подсказывает – спокойно отсидеться не получится, и в намечающемся безобразии, мне придется сыграть чуть ли не первой скрипкой.

Глава 2

– Эй, эй парень расслабься, ты уже полсотни километров отмахал, за тобой никто не гонится, и в ближайшее время вряд ли собирается.

Саяна появилась как всегда, словно черт из табакерки, разница лишь в том, что обычно я вздрагивал от неожиданности, сейчас же мне было абсолютно пофиг на все, только бы оказаться подальше от этого проклятого леса. Двигатель моего «Форда» завывал на все лады, страх начал понемногу отступать, давая возможность более или менее связно мыслить, а зубы перестали выбивать степ, хотя дрожь в голосе ещё никуда не делась.

– Ты не понимаешь… это… это… я даже не знаю как выразиться, лучше бы сюда прибыл Астарот, Левиафан, боже да я даже на Повелителя мух согласен… почему из всех лордов именно она?

Милз не прекращала таращиться в мою сторону.

– Неужели ты и вправду так ее боишься?

– Боюсь? Нет… я не боюсь… я в ужасе… полном, мать его, УЖАСЕ!!! Ты просто не представляешь, на что способна эта тварь, особенная любовь у нее к представителям мужского пола, чтоб ты знала, ее домен считается самым жутким во всех девяти кругах Ада, от воспоминания вещей которые там творятся, у меня до сих пор мурашки размером с бегемота по спине бегают. Лилит это единственная из демонских лордов, которая полностью довольна своим положением, и если я «выполз» из Ада потому что нет сил более оставаться в этой дыре, то она хочет возродиться в мире смертных чтобы устроить тут персональное пекло, как-то так.

Я сбавил скорость до максимально разрешённой правилами, как ни хотелось сейчас сделать ноги на противоположный край света, но все же, совсем уж конченым кретином я никогда не являлся. Первым делом мне нужно заскочить в офис, собрать оружие и некоторые вещи, и только потом продумывать дальнейший план действий. После минутного обдумывания ситуации моя невольная спутница вновь заговорила.

– Насколько я знаю, при захвате тела смертного, демон не может обладать своей истинной мощью, так?

– Так-то оно так, только ты даже примерно не можешь представить мощь самой Лилит, будучи сейчас даже демоном со всеми своими силами, я и рядом не стоял даже с ее аватаром.

– Все настолько плохо?

– О-о-о «Все», как ты выразилась, не так плохо… все хуже, чем ты можешь себе представить.

– Хм, тогда может, имеет смысл предупредить Айран с Семёном, да Аркадия тоже, хоть священник и отнекивается, но думаю связь с Ариэль на самый крайний случай у него должна быть. А там глядишь, и инквизиция подтянется, а где она там и «Искариот», не зря же Андерсон осел в Сталегорске.

В принципе она права, есть шанс, что за разборками с инквизицией и орденом, у Лилит совершенно не останется времени на мою скромную персону, а там возможно, и время отпущенное сосуду истечет. Решено, собираю свои пожитки и временно переезжаю к Аркаше, надеюсь, он не зажмет келью для бедного, несчастного демона из пекла.

На подъезде к городу, меня ждали очередные неприятности. Обогнавший мою машину черный джип, пристроился спереди и резко дал по тормозам. Я толком даже подумать не успел, смог лишь рефлекторно «врезать по колам», отчего мой престарелый стальной друг жалобно завизжал по асфальту всесезонкой не первой свежести. Торможение было таким резким, что я влетел в баранку носом, откуда незамедлительно хлынула кровь, а в глазах появились разноцветные круги. Пока я матерился, из джипа выскочил никто иной как сам «Искупитель» и его напарник по кличке «Немой», причем их вид дал понять, что меня сейчас точно будут бить, возможно даже ногами, а мой резерв показал дно ещё при встрече с фуриями и пока не восстановился. Если против обычных людей я ещё что-то смогу сделать, то против этих уродов, особенно когда они закинуться своей фирменной дрянью, мне ловить нечего.

Орденцы сноровисто заняли позиции со сторон водителя и пассажира, направив в мою сторону автоматы.

– Медленно подними руки и выходи, есть разговор и давай без глупостей, даю слово, что вреда мы тебе не причиним, нам точно нужно просто поговорить.

Мне оставалось только подчиниться: поднять руки и медленно покинуть салон. Поговорить, так поговорить, я вообще очень большой любитель разговоров, особенно когда мне не перепадает по голове чем-нибудь тяжелым. Оба вояки выглядели не лучшим образом, похоже, знатно им досталось в той свалке. Лицо Немого все в кровоподтеках, сам подволакивает левую ногу, у Искупителя же вообще правая рука подвязана и не хватает куска броника в центре груди.

– Чем могу?

В голос я попытался подпустить каплю сарказма, однако вышло плохо, даже полному идиоту с первого раза будет понятно, что меня все ещё трясет от страха.

– Не прикидывайся полным придурком… Что в лесу была за херня… сто процентов ты знаешь больше нас, иначе бы так не уносил ноги.

В принципе, скрывать мне нечего, секретной информации не имею, а так, парни могут на время отвлечь стерву от моей тушки.

– Херня, это слишком мягко сказано… там вышла полная задница и боюсь, в ближайшее время Сталегорск ждёт то ещё представление, только давайте поговорим в машине, желательно по пути к моему дому, мне как-то некомфортно находиться поблизости от места шабаша.

Немой хмыкнул, однако ствол не опустил. Андерсон вроде бы немного поуспокоился, по крайней мере, не тыкал в меня дулом.

– Двигай к нам, свое ведро запаркуй… оно все равно даром никому не нужно.

Я не стал сопротивляться, сделал так, как они хотели. Немой сел за руль, Марк вместе со мной на заднее сиденье. Когда машина тронулась и набрала приличную скорость, стало немного легче, страх начал утихать, а произошедшее, уже не так давило на разум.

– Так какого хрена там произошло?

Орденец начал разговор более спокойно, в его глазах хоть и угадывалось большущее желание расколоть мою черепушку на две части, но по сравнению с тем каким он был в самом начале, когда да вылез из машины… в общем, его немного отпустило. Хотя думаю это нервное, если учесть факт, что буквально пару часов назад, одержимая ведьма разобрала его отряд на запчасти.

– Лилит.

Удивительно как одно лишь слово может поменять настроение. Я конечно не силен в этих делах, не знаю всех нюансов, но могу подтвердить: что на небе, что в пекле есть скажем так, специальные служащие, наделённые даром «слова». Светлые это низшие ангелы вдохновения – музы и подобные. В Аду, это в основном – скупщики душ, последние настолько хорошо владеют приемами речи, что в конце концов, смертный готов расстаться с бессмертной душой чуть ли не за пачку сигарет. Я за собой никогда не замечал таких талантов, однако не к ночи упомянутая особа, точнее всего лишь упоминание ее имени заставила Немого вздрогнуть и поперхнуться, отчего автомобиль резко вильнул, проехав двумя колесами в нескольких сантиметрах от кювета. Лицо доблестного Искупителя побелело как мел, расширенные глаза, сейчас, более всего напоминали зенки, какого-нибудь анимешного Ояша.

– ТВОЮ Б*** МАТЬ!!!

– Напомни-ка мне, откуда ты родом? За такой короткий срок освоить русскую матерщину, это достижение.

Марк что-то тихо буркнул себе под нос, хочется верить, не призвал на мою голову какую-нибудь кару небесную. Хотя, в сущности, двинуть кони от меча прихвостня архангела, если разобраться, смерть не такая уж плохая, по крайней мере лучше, чем оказаться на дыбе, когда прародительница всех ведьм начнет распускать твое тело на лоскуты. Глава Сталегорского отделения «Искариот» довольно быстро взял себя в руки.

– Что ты намерен делать дальше?

Я удивлённо возился на своего визави.

– Я?

– Насколько я знаю, это твоя работа?

Парировал Марк и выдержав небольшую паузу, продолжил.

– Ты у нас городской эксперт в плане всевозможной нечисти, вот и просвети какого хрена с этой тварью делать.

– Ребятки, я конечно очень уважаю ваше рвение и самоотверженность, но в данном случае, этот порыв более чем неуместный. Самое большое, что мы сейчас можем – это забиться в какую-нибудь дыру на другом конце света, обложиться священными писаниями и надеяться на то, что ее сосуд прикажет долго жить до того момента, когда она нас найдет.

– Что-то я не особо понимаю, ведь она такой же демон как ты? А ты мне не кажешься, таким уж сильным.

– Во-первых: способ, которым я воспользовался чтобы сбежать из пекла, подразумевает практически полную потерю сил, сейчас я имею, хорошо если один процент былой мощи, во-вторых – Лилит, одна из сильнейших лордов Ада, ее силу невозможно переоценить. И пусть после того как овладела смертной оболочкой, она потеряла часть возможностей, но можешь не сомневаться, того что осталось с головой хватит на десяток другой таких же «Сталегорсков», как наш.

Тем временем, Немой уверенно вырулил на кольцевую вокруг города, дорога позволяла держать сотку не напрягаясь о том, что ненароком попадешь в отечественную выбоину. Держа такой темп мы должны были прибыть в точку назначения примерно минут через сорок, хорошая новость заключалась в том, что я успею собрать свои пожитки и добраться до церкви раньше, чем начнет темнеть, а уже на месте, на пару с попом буду решать, что делать дальше.

– Так значит, это не ты виноват в ее появлении?

С одной стороны, говорить все Марку ой как не хотелось, с другой, возможно это добавит плюс в отношение с его стороны к моей персоне, а в свете сложившейся ситуации мне пригодиться любая помощь, даже заклятых врагов.

– Виновник этого торжества однозначно не я, другое дело, если являюсь причиной. Думаю, она может знать, что я жив, и более того, нахожусь в мире смертных, куда по всем правилам, падшим путь заказан. А вот ради этой информации, она из кожи вон вылезет. Самое смешное в том, что повторить ритуал невозможно, от слова совсем, только она вряд ли этому поверит, так что попади я в ее загребущие лапки, для меня устроят персональный Ад.

– Так может проще тебя отдать ей и пусть развлекается, нам-то какое дело?

При этом Андерсон ткнул дулом автомата мне под ребро, я в ответ нервно хихикнул.

– Толку-то? Ты видел, что произошло на поляне? Так вот, представь все ведьмовское сообщество во главе с их прародительницей… Да сейчас ведьмы сильны как никогда, практически неуязвимы, и они также очень хорошо понимают, что такое состояние не продлиться долго, как только сосуд Лилит окончательно разрушится, все вернётся на круги своя. А это значит – они попытаются подмять под себя львиную долю жителей ночи Сталегорска. Я думаю, начнется передел власти, причем конкретный такой передел: с реками крови и горами трупов, как иных так и простых жителей.

Все это время, Милз пялилась на нашу парочку с переднего пассажирского сиденья, и что удивительно более всего, держала рот на замке. Интересно, если она сейчас явится на свет божий, как тогда на складе, во время драки с Тонким, Андерсон получит инфаркт? Хотя, скорее всего – нет, насколько я могу судить, такие упертые фанатики как он, будут следовать своим убеждениям до последнего вздоха. Даже если под его задницей внезапно появиться котел с кипящим маслом, с надписью: «This is for you»[1] , а рядом черт с вилами будет размахивать флаером с его лицом, орденец и не подумает изменить свое мировоззрение.

Как говорится: «Неудачник это не судьба, это образ жизни». Когда до дома оставалось километров десять, мы встряли в знатную пробку. Простояли без малейшего движения целых два часа, впору добраться пешком, вышло бы намного быстрее, однако мы ведь в России – сидели до последнего. В такой ситуации почему-то всегда кажется, что все вот-вот само рассосётся или заработает как надо, я думаю, это лень матушка мешает поднять свой седалищный нерв с плоской поверхности дивана и что-то сделать. Как итог: пробка стоила нам уймы потерянного времени и грозила обернуться самым паршивым вечером в моей жизни. Успокаивало только одно, вроде бы Немой и Андерсен решили двигаться со мной до церкви, так сказать, послушать Аркадия, как знать, может у него в загашнике завалялась какая-нибудь вундервафля, такая себе: «Убивалка демонских лордов, с одного раза».

Собрав все свои пожитки, я не забыл на столе оставить письмо для своей секретарши, с новостью о ее уходе в очередной незапланированный отпуск, с полным обеспечением, это так и разориться недолго, прямо работа мечты, сидишь в отпусках, а деньги капают. Когда мы выходили из подъезда, на город уже опустились сумерки, на улицах зажглись фонари, а поток народа в спальных районах Сталегорска медленно сходил на нет. Нам не хватило дойти до автомобиля всего пару десятков метров, как где-то впереди мелькнула вспышка, спустя секунду превратившись в огненный шар диаметром сантиметров десять, который словно масло проплавил боковое стекло джипа и угодил внутрь салона. Кожаное убранство автомобиля за секунду вспыхнуло, будто было щедро полито бензином, от стального коня повалил густой черный чад. Немой с Искупителем чуть ли не синхронно вкололи себе своей фирменной дряни, и щёлкнув предохранителями своего оружия, зашарили взглядом по сторонам.

– Твою мать…

Всей моей фантазии хватило только на это словосочетание, из меня словно вынули стержень, хотелось просто опустить руки и покориться обстоятельствам. Но немного поразмыслив, я решил все же взяться за рукоять Смита. Во-первых, пусть Лилит сто раз демон, но даже ей после захвата смертной оболочки, нужно какое-то время на восстановление. Отсюда вытекает во-вторых, если это не Лилит со своими фуриями, значит, на нас напал кто-то из их сообщников или вообще фамильяры. Хотя последние – вряд ли, посылать столь слабых созданий на убой, слишком глупо, даже для них. Из всех союзников демонессы, состряпать полноценный фаербол способны, я полагаю, только ведьмаки. Револьвер уже уверенно занял свое место в ладони правой руки, в левую, лег мой верный нож. Ведьмак конечно сильный противник, но не настолько, чтобы стоило вот так вот, сдаваться без боя.

Немой что-то почувствовав, резко ушел влево, на месте где он только что стоял, разрывая воздух, просвистел ещё один огненный шар, угодив в стену ближайшего дома и оставив там приличное углубление с оплавленными краями. Ещё в движении орденец резко развернулся и выпустил очередь навскидку, примерно туда, откуда атаковал предполагаемый противник. Нужно сказать, что благодаря глушителям, оружие орденцев не создавало много шума, иначе через несколько минут, сюда бы нагрянули доблестные блюстители правопорядка. В месте попадания пуль, реальность пошла рябью, свинцовые снаряды, все до единого, неожиданно упёрлись в полупрозрачный барьер, зависнув в воздухе на пару секунд и осыпавшись на асфальт, словно сухой горох. Моя чуйка завопила во весь голос, а ей я привык доверять как никому другому, все же лучше показать себя полным придурком, чем обзавестись незапланированным отверстием. Я припал на все четыре моста, и как оказалось – вовремя, над головой пролетел комок серого тумана, заклинание несильное, даже не смертельное, но вызывающее полный паралич на срок от получаса до трех часов. Следовательно, меня собираются брать живым и это хорошо, противники будут осторожничать, боясь задеть мою драгоценную тушку, в то время как я, могу себе позволить полную свободу действий. В этот раз, быстрее всех отреагировал Искупитель, также как и Немой прошёлся очередью по месту откуда выплыл туман. История с барьером ожидаемо повторилась. Невидимость вкупе со щитом конечно создают некие проблемы, однако этого мало для того кто привык оперировать энергией пекла. Пусть моя сущность выделяет ее совсем немного, но для того чтобы устроить локальный выброс – вполне хватит. Я одним движением сорвал с шеи медальон и раздавил в ладони, хрупкая оболочка хрустнула как грецкий орех, а окружающее пространство подернулось оранжевой дымкой. Я не пытался разобраться в типе защиты нападавших, взломать ее, либо снять другим способом, все это требует недюжинного ума и времени, а у меня ни того ни другого. Поэтому, я поступил намного проще: выбросом адской энергии выжег их конструкты и заставил заклинания разрушиться.

– Иногда, быть демоном очень полезно для жизни.

Андерсон и Немой согнулись в три погибели под давлением силы Ада, такая же участь ждала и неожиданных противников. Все барьеры и невидимость спали, передо мной с разных сторон появились двое людей, в черных балахонах с глухими капюшонами.

Время привычно замедлилось – выброс заполнил мой резерв до отказа, побочный эффект медальона оказался довольно полезным и пришёлся весьма кстати. Огненные «плевки» моего «Смита», в состоянии замедленной реальности, казались чем-то похожим на глухие хлопки.

>>>

Для меня прошло секунд десять – двадцать, для остальных одна – две, от силы. Еле ощутимый толчок реальности и два громких «БАБАХ» слившиеся в один выстрел, а спустя миг – звук синхронно упавших тел.

Оба орденца пришли в себя довольно быстро. Спустя пару минут с недавних событий Немой уже ковырялся в зажигании, наглым образом вскрытой пятерки. А ещё через минуту в вечерние сумерки вклинился шум отечественного мотора, больше похожий на кашель туберкулезника на последней стадии. Только когда машина пришла в движение, Марк немного расслабился и решил нарушить тишину.

– Нам стоит ждать ещё каких-то сюрпризов?

Я глянул в окно, пробегая взором по недавнему полю боя.

– Думаю нет, по крайней мере, не в ближайшее время, в любом случае, если только демонесса не явится по мою душу собственной персоной, мы справимся.

Глава 3

Двигатель старенького жигуленка завывал как раненый зверь, иногда казалось что он просто вот-вот заглохнет, а с учётом того, что мы сейчас как раз выбирались на кольцевую дорогу вокруг города, и разжиться новым транспортом, в случае чего, нам вообще не светит, настроения это не добавляло. Конечно, скорость старого ведра с гайками и болтами оставляла желать лучшего, но идти пешком двадцать с лишним километров, пусть и с двумя орденцами, когда на тебя если ещё не объявили, то скоро должны объявить охоту, удовольствие, прямо скажем, сомнительное. Пока мы петляли по улицам города, окончательно опустилась ночь, по окраинам Сталегорска даже кое-где зажглись фонари. В самых бедных районах города от освещения толку не было ровным счётом никакого, местное наркоманское и алкоголе-зависимое сообщество давно расколотило ко всем чертям большую часть осветительных приборов. Отчего казалось, что город по самые «уши» погрузился во тьму. В отличие от центра, здесь, в самой клоаке, там где не селится ни один здравомыслящий человек, а если уж не повезло, то старается засветло оказаться дома, закрыв все двери и окна на засовы, всегда было раздолье для низших жителей ночи, хотя иногда встречались довольно сильные и развитые экземпляры. Примечательно, что именно в таких местах как это, до недавнего времени, мне приходилось работать чаще всего, как говориться: «Тьма к тьме». Тому же некроманту, в таком вот районе не составит труда найти себе рабочий материал. Правительство города, по крайней мере, большая его часть, предпочитала не обращать внимание на трущобы, все деньги, которые не оседали в карманах чиновников, тратились в основном на благоустройство центра города и элитных кварталов для богатеев, время от времени мелкие суммы вливались и в места победнее, просто чтобы жители не выносили мозги жалобами. Трущобы же, что в принципе неудивительно, жили своим тесным мирком. Именно здесь оседали криминальные авторитеты Сталегорска, а они, в свою очередь, были заинтересованы больше всех в том, чтобы эти районы оставались такими как сейчас. К тому же, именно трущобы являются крупнейшим рынком сбыта наркотиков, алкоголя и прочей дряни, призванной сделать из человека ничего не соображающий, пускающий слюни кусок мяса.

Миновав очередной закоулок одного из кварталов, скорее всего спланированных каким-нибудь безумным архитектором, для того чтобы обычному люду было легче заблудиться, наш транспорт, весьма не первой свежести, выехал на нормальную, четырех-полосную дорогу. К этому времени, поток машин развозящий горожан по домам, практически сошел на нет, только изредка нас ослепляли ночные ходовые огни припоздавшего дальнобойщика. Вопреки ожиданиям, выехав на трассу, скорость движения не удалось увеличить даже до сотни километров в час, двигатель пятерки начинал чихать и захлёбываться, к тому же вообще вся конструкция автомобиля вибрировала и тряслась, создавая впечатление, что вот-вот и вовсе развалиться, так что максимальная скорость которая нам сейчас доступна, это чуть более семидесяти километров в час. Все бы ничего, но на протяжении всего проделанного пути, меня никак не хотело оставлять плохое предчувствие. Его можно конечно списать на расшалившиеся нервы, и я бы так и сделал, если бы это самое шестое чувство так часто не выручало меня из не самых приятных ситуаций. В этот раз оба орденца сели вперед, пока Немой крутил баранку, Андерсон с самым серьезным видом обозревал окрестности, нервно сжимая и разжимая руки на автомате. Я же сидел на заднем сиденье, так и не выпустив из рук револьвера с ножом, когда рядом со мной материализовалась Саяна.

– У меня для вас плохие новости, парни.

– С учётом того, что эти двое тебя не слышат, обращение «Парни» было несколько лишним, что касается новостей, то сегодня они все, как наверное ты успела заметить, не совсем хорошие.

Из-за неимоверного рева двигателя и разбитого открытого окна, которое, в свою очередь, ещё сильнее усугубляло слышимость в салоне, мой разговор с Милз остался незамеченным, хотя время от времени Немой подозрительно поглядывал в мою сторону, в зеркало заднего вида. Девушка не обратила внимания на мой сарказм, только пристальней на нее взглянув, я заметил ее озадаченное, испуганное лицо.

– По моей сети поступила информация, что за вами что-то движется, причем быстро, если вы не увеличите скорость хотя бы в два раза, вас догонят минут через десять – пятнадцать и что хуже всего: мы не можем понять что это такое, а следовательно и оценить степень опасности. Со стороны нечто выглядит как облако черного густого смога.

Да блин, мои предположения насчёт спокойной поездки до церкви были слегка оптимистичными. Похоже у Лилит конкретно чешутся руки от нетерпения. Радует только то, что это точно не она собственной персоной. Саяна ещё более посмурнела.

– Новости ещё хуже, преследующих вас тварей уже пять.

А вот это уже действительно, не просто плохие, я бы даже сказал: самые что ни на есть дерьмовые новости.

– Марк… сколько по времени действует ваше ширево?

Оба орденца переглянулись, Андерсен, с явной неохотой, но все же ответил.

– Около часа, а тебе зачем.

– В таком случае настоятельно рекомендую закинуться повторно, потому как в скором времени, нас настигнут б-о-о-о-льшущие проблемы.

– Откуда ты…

Я прервал его монолог самым жёстким образом.

– Какая разница откуда, главное что это факт, такой же как и то, что если мы сейчас ничего не предпримем, в скором времени нам будет очень худо.

Немой с Марком вновь переглянулись.

– Не представляется возможным, нельзя принимать сыворотку более двух раз в сутки, сердце просто не выдержит такой нагрузки, да и ресурсы человеческого организма весьма ограниченны.

– Паршиво, блин.

Я нервно щёлкнул предохранителем револьвера. Мой резерв конечно восстановился, однако я не так крут чтобы разделаться сразу с пятью тварями.

– Поздно… – Милз взглянула на меня – они уже здесь…

Посмотрев в заднее стекло автомобиля, я и правда увидел пять вьющихся сгустков черного смога, до их столкновения с нашим ведром оставались считанные минуты. Внезапно Сайяна воскликнула.

– ЕСТЬ!!! НАШЛА…

– Что нашла?

– Помощь…

Уже более спокойно пояснила девушка и продолжила после небольшой паузы.

– Постарайтесь не сдохнуть минут пятнадцать – двадцать.

Что это за подмога такая спросить я не успел, призрак просто провалилась сквозь пол. Зато мой разговор привлек внимание Искупителя, конечно слышать Саяну он не мог, но вот идиот разговаривающий сам с собой, зрелище, как минимум, подозрительное.

– С кем ты только что говорил?

– Не важно, важно вот это.

Я указал в окно на сгустки черного дыма, которым до нас оставалось всего каких-то полсотни метров.

– И ещё, я бы рекомендовал сейчас утопить педаль газа до отказа и постараться выжать из этой развалины все, что можно и нельзя.

Андерсон взглянул на Немого, тот покачал головой, указав пальцем куда-то на приборную панель.

– Не получиться, двигатель и так быстро перегревается, рискуем вообще остаться без машины.

– Да какая теперь уже на хрен разница, неужели не понятно – нас по любому сейчас догонят, и эта ржавая железяка последнее, о чем стоит беспокоиться.

Немой, все также молча, взглянул на меня в зеркало заднего вида, пожал плечами. Автомобиль знатно дёрнуло, меня вжало в диван заднего сиденья, наше транспортное средство начало стремительно набирать скорость, мотор уже не просто сильно шумел, от гула закладывало уши. Твари, гнавшиеся за нами, перестали приближаться так стремительно, но скорости все равно было недостаточно, первая из них понемногу догоняла. Вот уже я могу рассмотреть в окно ярко красные искры, мелькающие то и дело в глубине сгустка, как будто за нами гонится натуральный огонь, облаченный в черный дым как в одежду. Я дважды выстрелил из револьвера, первый выстрел высек искры, попав в асфальт немного левее от твари, второй угодил в центр сгустка, прыти у нее от этого заметно убавилось. Сгусток бросило в сторону и хорошенько приложило об асфальт, однако не убило. Вскоре он уже догнал своих сородичей, оказавшись в самом конце погони. Марк, тоже не сидел сложа руки, постоянно поливая очередями преследователей, прерываясь только для смены магазина, однако его пули доставляли им крайне мало проблем, разве что на краткий миг сгустки теряли скорость. Наконец одна из тварей достигла задней части машины, напоследок высоко взлетев, скопление черного чада полностью объяло огнем, в один момент пламя спало, а на багажник пятерки прямо перед моим носом, приземлилось чёрное рогатое существо с красными глазами, человеческим лицом и двумя огромными перепончатыми крыльями за спиной.

– Твою дивизию, суккубы! Если есть святая вода, самое время ее использовать.

Я крутанул барабан, выбрав патрон с освященной пулей, и выстрелил целясь монстру в лицо. Автомобиль был на последнем издыхании, в салоне была невозможная тряска, оттого выстрел оказался малость неточным, вместо того чтобы попасть в голову, пуля прошила грудную клетку низшего полу-демона. Тварь завизжала противным женским голосом, однако одной пули ей оказалось недостаточно. Я высадил в нее весь барабан, но освященных зарядов в нем больше не было, а остальные не принесли твари серьезного вреда. Суккуба быстро пришла в себя, держась одной рукой за рану, второй ударила наотмашь, в салон полетели, сверкающие серебром, брызги разбившегося заднего лобового стекла, а десятисантиметровые когти на пальцах монстра, прошли в паре сантиметров от моего лица.

Я применил замедление в момент когда когтистая рука была прямо передо мной, конечно, времени на перезарядку мне не хватит, но вот использовать нож я вполне успею. Кожа твари служит таким как она ещё и естественной броней, в обычной ситуации пробить ее простой сталью достаточно проблематичное и бесперспективное занятие, однако мое оружие не совсем обычное, мало того что сам клинок, от рукояти до кончика лезвия зачарован, ещё замедление существенно увеличивает силу удара. Клинок полностью перерубил кисть, в момент соприкосновения с телом суккубы кромка лезвия вспыхнула ядовито-зелёным цветом.

>>>

Толчок обычной реальности, и по ушам бьёт неистовый крик боли, теперь тварь голосила на порядок сильнее. Смекнув что почём и оценив возможность, учитывая что кроме мелких коготков на ногах, монстра сейчас ничто не удерживает, Андерсон высадил целый рожок, целя ей в морду, тварь поймав лицом если не все, то большую часть пуль, сорвалась с машины вырвав солидный кусок жестянки и кубарем закувыркалась по дороге.

Нужно заметить, что суккубы в человеческом облике – хрупкие обворожительные девушки, зато обернувшись в крылатую тварь могут достигать до двухсот с лишним килограммов. Некоторые считают их демонами, однако это в корне неверное утверждение, суккуб или инкуб это плод любви двух одержимых, причем не абы каких, а минимум один из вселившихся должен быть офицером Ада. Основное оружие таких тварей это специальные железы, которые выделяют ферромоны, после вдоха которых у человека напрочь сносит башню, причем половая принадлежность жертвы принципиально не важна. В обличье монстра эти железы не работают, зато появляются острейшие когти, крылья и набор внушительных клыков, вкупе с нечеловеческой силой. Этого вполне достаточно, чтобы выпотрошить большинство низших иных.

Пока мы разбирались с этим монстром, достаточно близко подобрались ещё двое, та в которую я попал в самом начале, по-видимому, наученная горьким опытом, просто держалась чуть позади машины, не предпринимая совсем ничего. На перезарядку револьвера ушло совсем немного времени, однако твари успели поравняться с автомобилем, сгустки дыма озарились яркой вспышкой, и вот уже два крылатых монстра таранят наше транспортное средство. Я только успел защелкнуть барабан, как последовал удар. Автомобиль тряхнуло, я выронил нож и приложился головой об боковое стекло, которое в ту же секунду покрылось сеткой мелких трещин. Вслед за первым последовал второй удар, потом третий, четвертого уже не понадобилось по причине того, что машина съехала в кювет, и проехав метров двести на двух колесах, завалилась набок. Перед глазами все мельтешило, из рассеченной головы струйками текла кровь, кроме того, похоже, в этой болтанке я повредил колено, нога сильно болела и не двигалась. Что стало с орденцами, рассмотреть не успел, в помятой крыше появилось четыре новых отверстия, когти прошили ее насквозь, твари вскрыли пятерку как консервную банку. Я почувствовал сильный рывок, вскрикнул от боли, после чего мое тело оказалось в вертикальном положении, вверх тормашками, удерживаемое лапами одного из чудовищ. Звучит странно, но после всего случившегося, револьвер до сих пор находился у меня в руке. По ходу дела, тварь не ожидала ничего подобного, выстрел из такого положения стал для нее неприятным сюрпризом. Промазать с такого расстояния просто невозможно, пуля угодила суккубе точно между глаз, образовав аккуратное, круглое отверстие на входе и вывернув половину черепа с обратной стороны. Мое тело рухнуло на землю, одарив новой вспышкой боли, сквозь красную пелену перед глазами я заметил, как вторая тварь вытаскивает тело Немого, второй выстрел я сделать не успел. Должно быть Андерсон выпал когда машина перевернулась, причем достаточно быстро пришел в себя, суккуба так и не увидела, что её убило, сверкнул метал, монструозный тесак Искупителя пробил спину, прошел через сердце и на добрую половину лезвия вылез из груди твари. Позади Марка с неба упала тень, в следующую секунду там где он стоял, расцвел кровавый фонтан, его тело словно прошло через мясорубку.

Резерв был почти пуст, но этого хватило чтобы вернуть время на пару секунд назад. За секунду до того момента как появилась тень, я взвел курок и выстрелил, целил примерно туда где должна находиться тварь, мне повезло в который раз, пуля попала в грудь суккубы, Марк среагировал молниеносно, выдернул из тела мертвой твари тесак и снёс своей недавней убийце голову.

Бой утих, я попытался подняться, не с первого раза, но мне это удалось, правда правая нога слушалась плохо, а в глазах всё плыло. Пока я поднимался, Марк пытался привести в чувство Немого, что у него никак не выходило, тот настолько сильно приложился, что сейчас прибывал в глубоком отрубе. Тело меня слушалось плохо, кровь из раны на голове заливала глаза, однако я не забыл, что нас преследовало пять тварей, значит ещё две где-то должны быть. Противники обнаружились спустя несколько секунд, первой на поле недавнего боя подоспела та, которой я отрубил кисть. Выглядела тварь прилично помятой, на теле виднелось несколько серьезных ран, сочащихся тягучей, черной жижей. Однако ярость в ее глазах не угасла, даже наоборот, разгорелась ещё сильнее. Последняя тварь не спешила подбираться ближе, решила выждать и посмотреть чем все закончится, видимо участь трёх товарок ее совсем не прельщала. Я снова поднял пистолет, прозвучал выстрел, потом ещё один, тварь металась из стороны в сторону, а мой резерв был пуст, как и барабан револьвера. Вот монстр сократил дистанцию до десятка метров, ещё один хороший рывок и я окажусь в его лапах. Внезапно, все поле боя осветил яркий свет, на пути суккубы появилась девушка с белыми крыльями, и такими же белыми волосами, мелькнул огромный двуручный меч, послышался громкий хруст костей, в следующую секунду монстр оказался разрублен на две ровные половинки. Последняя тварь благоразумно решив что сейчас нападать на нас себе дороже, решила дать деру, напоследок глухо хлопнув перепончатыми крыльями. Девушка медленно подошла, только сейчас я смог рассмотреть ее лицо.

– Ариэль?

– Ну и куда, ты снова вляпался?

– Ты даже не представляешь, в какую задницу, как ты вообще здесь оказалась?

– Твоя подруга…

Рядом материализовался призрак Саяны.

– Ф-у-у-ух, я уж думала все, конец, тебя сейчас разделают, а я не выполнив контракт, отправлюсь прямиком в пекло.

Голос подал Марк, все ещё безуспешно пытавшийся привести в чувство Немого.

– Может быть поговорим, в более безопасном месте?

Я хмыкнул.

– Полностью согласен, с предыдущим оратором.

И уже обращаясь к Ариэль.

– Можешь перенести нас в церковь Аркаши?

– Дай мне пять минут, нужно время для прокола.

Я кивнул и направился на помощь к Андерсону. Как та и обещала, уже через десять минут мы в три руки долбились в дом священника. Единственное чего мне сейчас хотелось, это завалиться на какую-нибудь горизонтальную плоскость, желательно мягкую, однако в свете последних событий, сойдёт любая. Ариэль пока молчала, да и я не стремился выяснять отношения, тем более что сам не уверен, можно ли назвать то что было отношениями, или просто так, лёгким увлечением. В любом случае, это не самая важная тема для разговора, которую сейчас стоит обсуждать.

Глава 4

– Почему бы тебе, не перенести нас сразу внутрь?

Ариэль посмотрела на меня как на полного придурка, и ответила вопросом на вопрос.

– Есть желание получить лабрисом по макушке? Ты не забывай кто Аркаша в прошлом, у него давно вошло в привычку сначала бить, а уже потом разговаривать, если конечно ещё будет с кем.

В доме послышалось шебаршение, что-то грохнулось, раздался звон битого стекла, следом последовала ругань и обещание скорейшей расправы над тем, кто за дверью. Андерсон с Немым и так чувствовали себя, мягко сказать, не в своей тарелке от нахождения вблизи живого нефилима, а после ругани священника и вовсе крепче взялись за оружие. Немой пришел в себя уже после перехода и я, честно сказать по этому поводу ему очень сильно завидовал, сам бы не отказался пропустить львиную долю произошедших событий. Наконец дверь открылась, на пороге возникла крупная фигура попа, грозный вид которого, портили только семейные трусы в горошек. Ариэль покраснела как переспелый помидор и поспешила отвернуться.

– Какого…

Договорить Аркадий не успел, проглотил предложение на полуслове, когда воззрился на представителей ордена «Искариот».

– У вас ровно минута чтобы объяснить какого хрена здесь происходит, начните с того как эти двое попали сюда и почему все, кроме Ари с ног до головы в крови.

Стоять такой разношёрстной компанией на пороге у практически голого священника в годах, было как-то неуютно, пришлось брать слово.

– Все расскажем в красках, только давай пройдем внутрь, да и тебе не мешает присесть, боюсь, после наших новостей, стоять ты точно не сможешь.

Поп немного подумал, но все же отошёл в сторону, пропуская процессию в дом. Что ж, по крайней мере, на эту ночь мы в безопасности, Лилит сейчас управляет своим аватаром сидя задницей в адском котле, не то что я, а значит и путь на святую землю ей заказан. Конечно, она вполне может послать своих ведьм или ещё какую-нибудь дрянь, но даже им здесь будет совсем не комфортно. Да и мы будем ожидать нападения, а значит так просто, без соли, нас уже не сожрешь.

Семен перевернул вывеску на двери магазина так, чтобы с улицы в глаза бросалась надпись «закрыто», и направился вглубь помещения, к обычной, ничем не примечательной двери, которая являлась ни чем иным, как входом в другую часть магазина. Как только дверь со скрипом отворилась, тут же в нос ударил приятный аромат луговых трав. Семён улыбнулся, пусть всего несколько месяцев назад он и понятия не имел, как выглядит или пахнет семейный уют, зато теперь твердо уверен, что именно так. Магазинчик, купленный на все, что смогли выгрести из своих запасников сам Сема и Айран, теперь являлся ещё и их совместным домом. Конечно, они могли в любой момент вернуться к себе в квартиры, но чувствовали себя там словно в каменной клетке, скорее всего сказалось их недавнее но довольно длительное пребывание в жилище их общего друга… а друга ли? Этот вопрос Семён задавал себе тысячу раз и все равно никак не мог найти ответа. Если так разобраться, то Сергей, прежде всего, спасал свою жизнь, благополучие его и Риты для него было чем-то типа: «Так, между делом». Однако не признать тот факт, что не влипни Семён тогда в историю с Тонким, не нашел бы свою ведьму, так и сидел бы в участке, разгребая до чёртиков надоевшие дела, преимущественно мелких краж и бытовухи. Так что, несмотря на все, Семён был благодарен Сергею, хоть и старался, теперь, держаться на некотором расстоянии. Сама сущность Глинкина пугала, тот бой со жнецом до сих пор является бывшему следователю в самых страшных кошмарах.

Новоиспеченный ведьмак мотнул головой, отгоняя накатившие мысли и прошел внутрь своего жилища, на кухню, откуда тянулся вкусный запах и еле слышно бормотал телевизор. Айран обнаружилась возле плиты, что-то увлеченно помешивала, бормоча себе под нос непонятный речитатив. Семён еле слышно, на цыпочках попробовал подкрасться, однако успел сделать всего несколько шагов.

– Сема только попробуй меня прервать, – взяв небольшую паузу проговорила Рита. – Этот сбор первый в году и самый сильный, если я сейчас ошибусь, недельная работа псу под хвост!

Семён остановился на полпути, расстроенно вздохнул, и уселся на стул. Как она его чувствует? Ведь это не единичный случай, Айран всегда знает где он, даже когда между ними расстояние в половину города, не иначе, какое-то хитрое колдунство. Однако и сам Семён в последнее время подрос на поприще волшебства и ритуалистики, пусть получалось не всегда то, чего он желал, но эффект был до крайности интересным, хотя в некоторых случаях – на редкость опасным. Почему от раза к разу так происходило, не могла сказать даже сама Айран, возможно ответ дали бы ведьмаки, но у ведьмы с ними были очень натянутые отношения, один не последний ведьмак в сообществе неоднократно пытался убить Риту.

– Что нового?

Закончив бормотать заклинание, не оборачиваясь, спросила Айран.

– Да все как обычно, без изменений, клиентов не сказать что много, но и не так мало чтобы начать бедствовать, в основном берут твои снадобья от расстройства сна, а мазь для кожи вообще влёт уходит. По ингредиентам пока глухо: пара человек всего купили, да и те, скорее всего шарлатаны, с мизерной каплей дара.

– Ты подожди немного, на этот товар всегда есть спрос, дай только сообществам узнать.

– Ну, тебе виднее… – задумчиво пробормотал Семён, потирая руки, глядя как ведьма оставила в покое свое варево и потянулась за тарелкой.

Все шло своим чередом: спокойная размеренная жизнь – то, о чем Семён никогда не задумывался, однако она ему нравилась. Они не лезли ни в какие дела с тварями ночи, их никто не трогал, знай себе, потихоньку торговали в своем магазинчике. Но все в этой жизни рано или поздно кончается, завершился и этот жизненный период спокойствия и благоденствия. Начало новому этапу, и не сказать что приятному, положил колокольчик над входной дверью, издававший мелодичное «динь-дилинь» в тот момент, когда та открывалась. Рита удивлённо воззрилась на Семена.

– Ты ещё не запер?

– Да запирал вроде бы, точно помню как табличку переворачивал, впрочем, наверное забыл про засов…

Айран натянуто улыбнулась, сам Семён тоже что-то почувствовал такое, от чего сразу стало не по себе. Мужчина встал с места, желая проверить, кого там принесло на ночь глядя и выпроводить прочь припозднившегося клиента, однако успел сделать всего пару шагов, когда его тело просто замерло на месте. Позади, послышался звон разбившегося фарфора, потянуло мощной магией, сейчас Семён мог только дышать и вращать глазами, однако был уверен на все сто процентов, что его девушка находится в ожидании схватки и скорее всего, уже приготовила что-то очень убойное.

Щёлкнул замок входной двери в жилое помещение магазина, спустя секунду, в проеме показался темный силуэт гостя, ещё через пару стало понятно, что это женщина. На свет вышла древняя сгорбленная старушенция с клюкой в виде переплетения змей, на ее лице играла снисходительная улыбка, направленная в сторону Айран. Казалось, что Семён для нее вообще представлял пустое место или предмет мебели, бабка даже мельком не обратила на него никакого внимания.

– Смотрю ты освоила пару новых приемов… руническая магия, лет сто назад была мощной штукой… однако все равно тебе не поможет, реши ты напасть на меня.

С этими словами бабка отпустила свою клюку и присела на стул, где совсем недавно ожидал позднего ужина сам Семён. Клюка тем временем распалась на три сегмента, каждый из которых превратился в противную извивающуюся тварь, черного цвета. Бывший следак никогда не интересовался ползучими гадами, но отличить безобидного ужа от смертоносной кобры был в состоянии, и вот этот случай меньше всего походил на безобидный. Змеи подползли к замершему ведьмаку, две свернулись в кольца у его ног, последняя медленно поднялась по телу и обвилась вокруг шеи, ее голова замерла перед лицом Семена, противно зашипев и раздув капюшон.

– Чего тебе нужно Вилла?

Старушка поднялась, обошла вокруг замершего Семена и провела пальцем по его щеке, при этом у того по телу побежали мурашки, ощущение было таким, как будто по коже прошлись не самой мелкой наждачкой.

– Симпатичный, хоть и не в моем вкусе… Скажи Айран, для чего он тебе… Семейного счастья захотелось?

– Вилла, давай говори за каким хреном приперлась или проваливай, я давно ушла из «Молота» и возвращаться не собираюсь.

Старая карга, немного сильнее надавила на кожу в районе шеи Семена, выступила маленькая капелька крови, но даже этого хватило, чтобы Айран сглотнула тугой ком в горле.

– На этот раз милочка, думаю, у тебя нет выбора! Объявлен общий сбор и скоро мы начинаем охоту.

– Никто не имеет права призвать того, кто покинул «Молот».

– И вот тут ты тоже не права, кое-кто все же может, например тот, кому от всей души плевать на все разделения и общества, чья воля закон для тех кто имеет право называться ведьмой, и чья сила наше наследие.

Айран улыбнулась.

– Что ж, в таком случае, как только этот «кто-то» покинет пекло, можешь отправить мне СМС-ку.

Бабка ещё более повеселела.

– Зачем пользоваться непонятными новомодными штучками, чем тебя я не устраиваю?

Когда до Риты дошла вся трагичность сложившейся ситуации, ее улыбка медленно сошла на нет, уступив место гримасе страха и растерянности.

– Шабаш?…… Невозможно!

– В точку, в самое что ни на есть яблочко, и госпожа хочет собрать всех ведьм в городе, а ты, как ни крути ведьма, так что советую быстрее собраться.

– А если я не хочу?

– Это твое законное право, только подумай о своей игрушке.

По шее Семена, оставив тонкий след, скатилась капля крови, а змея приблизилась к его лицу.

– Стой, я иду с тобой, оставь его в покое.

– Так я и думала, ты всегда была слишком сентиментальной, мужчина должен быть игрушкой в наших руках, средством достижения цели, не больше. Чувства, это все мелочь, только колдовство и магия имеют значение.

Рита ничего не ответила, только сняла фартук и бросила на стол, обречённо следуя в сторону Виллы.

– Я готова, освободи его и пойдем.

– Сам оттает через пару часов – простой паралич.

Змея на шее Семена, словно нехотя, но все же сползла, слившись со своими копиями и снова преобразовавшись в обычную кривую палку. Проходя мимо Семена, Айран склонила голову и еле слышно бросила: «Найди Сергея», – после чего, обе женщины вышли из дома.

Следак хотел броситься вслед за Ритой, вот только единственное, на что он сейчас был способен, это без толку вращать глазами. Да даже если бы смог двигаться, что тогда? Ну догнал бы он ее, только с его куцым опытом, противопоставить древней ведьме Семену просто нечего. Она раскатает такого как он в блин, за считанные секунды.

Паралич продлился полтора часа, за это время Семён успел перебрать все средства убийства, представляя в голове как скручивает дряхлую шею старой карге словно цыплёнку, полосует ее ножом или пускает пулю в лоб. Когда руки и ноги снова стали двигаться, Семён рухнул на пол как подкошенный, однако практически сразу вскочил и бросился к телефону. Трясущиеся пальцы не слушались, все время норовя нажать не в то место, которое нужно.

– Черт бы побрал того, кто придумал этот дебильный сенсор.

Наконец искомый номер нашелся, в трубке послышались длинные гудки. На смену облегчения снова пришла паника, уже пять гудков прошло, а брать трубку до сих пор никто не торопится.

– Да где тебя носит, Хренов засранец.

Когда ведьмак уже отчаялся, наконец, в телефоне послышался голос Сергея.

– Да, слушаю.

Аркадий, уже облаченный в свою повседневную рясу, расхаживал по комнате где собралась наша компания, задумчиво кивал каким-то своим мыслям, изредка что-то бормотал под нос. Мы все, молча смотрели на маячащую фигуру, да и что говорить, все уже давно сказано, каждый думал как выкручиваться из сложившейся ситуации, только вот выходов пока не намечалось. Тишину разорвал низкий бас священника.

– М-да, положение скверное, если не сказать больше… а ты точно уверен, что ритуал повторить не получиться?

Я поднял взгляд на попа.

– Точно, сам проверял неоднократно… будучи ещё там.

В конце предложения мой палец ткнул в пол.

– Понятно, у кого какие предложения?

Вскинулся Андерсон.

– Не понимаю в чём сложность, это всего лишь одержимая, достаточно просто убить сосуд и она вернется туда откуда выползла, орден и раньше имел дело с такими, да конечно, некоторых из них убить очень даже сложно, но вполне возможно.

Ариэль сокрушенно покачала головой.

– Ты ведь видел, что произошло на поляне? И как? Вы имели дело с таким раньше? Лорды последние три сотни лет вообще не покидали пределов Ада, так что максимум что вам попадалось, это обычный офицер, не больше.

Искупитель поморщился, услышав голос Ариэль, как будто сожрал лимон.

– Я вообще не понимаю, с какого хрена мы должны спасать этого.

Закончив, Марк сопроводил свой монолог вытянутым пальцем в мою сторону.

– Как ни крути это их разборки, пусть и решают свои проблемы сами.

Аркадий резко развернулся в сторону орденцев.

– ХВАТИТ!!!

В комнате снова повисла гробовая тишина.

– ВО-ПЕРВЫХ, ВАС НИКТО НЕ ПРОСИТ ПОМОГАТЬ! ВО-ВТОРЫХ, ЖИЗНЬ ЭТОГО ОБОЛТУСА НЕ ЕДИНСТВЕННОЕ, ДЛЯ ЧЕГО ПРИДЕТСЯ ВПРЯГАТЬСЯ В, КАК ТЫ ВЫРАЗИЛСЯ: «РАЗБОРКИ». ИБО ПОСЛЕ НИХ, ОТ ГОРОДА ОСТАНЕТСЯ БООЛЬШУЩАЯ ГОРА ТРУПОВ.

Запал священника постепенно угас, он продолжил уже спокойнее, в процессе разговора усаживаясь на стул.

– Да и не держит вас тут никто, можете прямо сейчас выметаться отсюда и делайте что хотите.

Андерсон сразу как-то поник, неужто до идиота наконец дошло, что справиться своими силами ему точно не светит. Единственный человек из находящихся в этой комнате который мне нравился – Немой. От него не поступило ни одной жалобы, ни одного упрека, он не пытался возвысить свое сообщество и наоборот унизить ближнего, только флегматично ковырял ноготь охотничьим ножом устроившись в самом темном уголке. Немой хоть и являлся серебряником «Искариот», однако вел себя вполне по-человечески, в отличие от своего соратника. Тем временем, поп продолжил, нервно барабаня по столешнице старого стола имени Совка.

– Как ни хочется мне этого не делать, но придется кое-кого позвать на помощь.

Поднял глаза на нас.

– Мне придется ненадолго отлучиться, побудьте пока здесь, келий хватит на всех, на этой земле относительно безопасно… пока.

На этой печальной ноте и закончился не самый радостный день, точнее ночь, в моей жизни. Священник собрался всего за десяток минут, что интересно, не забыл прихватить с собой футляр со своим чудовищным топором. Все действующие лица разбрелись по церковным кельям, забившись в свои углы словно мыши. Я тоже собирался завалиться в кровать, от усталости ноги буквально подкашивались, как вдруг завибрировал телефон. Целую минуту моя рука сжимала аппарат, на дисплее высветилось имя абонента: «Семен Следак», – брать трубку совсем не хотелось, ведь если он звонит сам, значит у него крупные проблемы, а в свете последних событий ясно, что ведьмы решили добраться до моей тушки окольными путями, через друзей и знакомых. Однако не взять трубку тоже нельзя, всё-таки мы не один день провели вместе и выдержали ни один бой, прикрывая спины друг друга. Собравшись с силами, я все же нажал зелёную клавишу.

– Да слушаю.

Голос семена дрожал, видавший в свое время виды полиционер, казался до крайности напуганным.

– Она… они… ее… я.

– СЕМА БЛИН!!!

«На том конце» провода повисла тишина. Я продолжил, теперь уже спокойным голосом.

– Ты можешь спокойно объяснить, что случилось.

Семён, наконец взял себя в руки и смог говорить более или менее членораздельно.

– Приходила Старая ведьма… какая-то Вилла кажется, они забрали Айран… и та сказала, найти тебя.

Ну вот, что и требовалось доказать, события снова понеслись вскачь, словно кто-то обличенный властью над мирозданием небрежно двинул очередную фигуру на шахматной доске.

Глава 5

Конечно можно сорваться с места и двинуть на помощь ближнему своему, однако потеряю от этого больше всего я. Как ни крути, ни Семёну, ни Айран пока ничего не угрожает, стоит ли тогда пороть горячку? Я вообще до крайности удивился, что бывший следак за помощью обратился именно ко мне. В любом случае, сегодня уж точно не мой день и испытывать судьбу ещё раз я не намерен, поэтому назвал свое местоположение и со спокойной совестью собрался упасть на боковую. Правда мой призрак-провожатый решил обосноваться в моей комнате, а так как ей спать не нужно вообще, она решила присесть мне на уши.

– Странный какой-то этот ваш священник.

– И не говори… но извини, другого нет…

– Что вы собираетесь делать дальше?

– Вот чего не знаю, того не знаю… мало того что компания у нас, мягко сказать, разношёрстная, так ещё Аркаша решил свалить на ночь глядя.

– Кстати пыталась за ним проследить, он отсек меня как только вышел с территории церкви… просто раз и все, словно растворился, я даже по сети не могу найти его, точнее, как только устанавливаю его местоположение, он опять пропадает и появляется совершенно в другой части города.

– М-да… что ни говори, а поп у нас с сюрпризом… но пока что я не намерен покидать церковь, по крайней мере, сегодня.

Как всегда бывает в таких случаях, когда вроде бы должен упасть без сил и отрубиться ещё в полете, сон не шел. Что интересно, я буквально чувствовал как закрываются веки, однако стоило зажмуриться голову наполняли тысячи мыслей, причем одна бредовее другой. Подумать только, я – Демон, прячусь от такого же демона в церкви, похоже на сюжет дерьмового анекдота, однако, это есть. Из задворок сознания полезли воспоминания о школьных годах. Боже, как тогда было все легко: никаких забот и последствий, а кара возможна только в виде кожаного ремня по голой заднице. Наверное, было бы лучше мне вообще не знать о том кто я есть на самом деле, возможно сидел бы сейчас у станка, работая слесарем на каком-нибудь заводе, курил бы приму и пил водку с таким же слесарями по пятницам. Не жизнь а мечта, как бы смешно это ни звучало. Интересно, что было если бы я заявился в мир смертных, минуя этап взросления и при полной памяти. Боюсь даже представить, хотя такое уже когда-то случалось, правда падших ещё не запечатали в Аду, демоны, как и ангелы, могли свободно перемещаться по миру смертных. Вот тогда кровь лилась рекой, от воспоминания битв с ангелами мурашки по спине. Так продолжалось до тех пор пока Боженька не решил прикрыть лавочку, сначала для таких как я – демонов, а потом и для крылатых святош. Оказалось, что ангелы не могут без присутствия своих антагонистов, им решительно нечего делать, и кровь полилась с новой силой, вспомнить хотя бы крестовые походы, сколько тогда поубивали народа, а ведь демоны здесь совершенно не при чем, скажу больше: именно тогда наша шайка-лейка сильно пополнилась новыми падшими. Когда высшей сущности в виде архангела нечего делать он начинает размышлять… не просто думать, а делать выводы. А для солдата, наличие мозгов в голове и способность оперировать разного рода фактами, не самое лучшее качество, взять хотя бы самого Люцифера, чем не пример.

По сути, мы все когда-то были солдатами божьими, нас создали первыми, только вот первый не значит любимый, рамки в которые нас поставил создатель, не имели ничего общего с той свободой, которую он дал людям. Ведь только человек волен делать то, что считает нужным, может всю жизнь делать плохие вещи, а в финале просто раскаяться и все, он прощен, ворота эдема открыты. Чем мы хуже? Почему нас запихивают в пекло, стоит только появиться намеку на непослушание? Все просто! Люди дети божьи, а мы просто рабы – инструмент, созданный только для того, чтобы помогать «Отцу» с его непутёвыми чадами. Я усмехнулся, сейчас мне можно мыслить и говорить о чем угодно, думать как я хочу, а не как положено, есть возможность жить истинно свободной жизнью, тогда как раньше мог только звенеть своими кандалами. За такую жизнь любой демон, да и ангел готов сам себе перегрызть глотку, хоть последний никогда и не признается в этом.

Шанс отсидеться в церкви ничтожно мал, я бы даже сказал что его вовсе нет, конечно, святая земля для одержимого сродни горящим углям для людей, но даже в этом случае найдется тот, кто все равно сможет по ним пройти. Когда одержимый находится в таком месте, земля просто высасывает его силы, потеряв энергию пекла, демон больше не сможет удерживать тело смертного и просто вернётся туда откуда вылез. В случае с Лилит, такой номер точно не прокатит, она конечно на порядок ослабнет, но все равно будет способна на очень и очень многое, а ее магического резерва хватит надолго. Так что церковь меня не спасет, когда у этой ведьмы конкретно пригорит, она самолично явиться за моей тушкой и вот тогда ее точно не остановит ни церковь ни перспектива испытать незабываемый коктейль боли по возвращению в Ад, вдобавок она будет разъярена как тысяча фурий, что скорее всего, крайне негативно скажется на моем здоровье.

Значит, мне нужно что-то придумать, причем сделать это очень срочно. Только вот что можно придумать в моей ситуации?

– За тобой так смешно наблюдать… ты ищешь решение слишком далеко, хотя самое верное из них находится у тебя под самым носом – протяни руку и возьми.

Из угла комнаты вышла девушка, одетая в похоронный костюм, держа в руках ежедневник жнеца.

– Вспомни, как демоны проникают в мир смертных?

– Не пойму, куда ты клонишь… как там тебя… забыл имя.

На лице жнеца не дрогнул ни один мускул, даже после столь фамильярного обращения к посланнику самой смерти.

– Да нет, все ты понимаешь, просто стараешься не замечать очевидных вещей… – достань ее.

– Да что ты несёшь, я ни х** не могу понять, какого хрена.

Диана щёлкнула пальцами правой руки, мое предплечье обожгло нестерпимым холодом, а татуировка косы начала наливаться синим свечением. Помещение кельи, в которой мы находились, на долю секунды озарило мертвенно холодным светом. В следующий миг в моей руке появилась коса, источающая клубы черного смога, только само лезвие сияло холодной, бритвенно-острой сталью. В первый раз, с начала нашего разговора, Диана позволила себе еле заметную ухмылку.

– Оружие, нет… инструмент одного из нас, вещь способная резать нити судьбы, связывающие духовную и физическую сущность всего живого в единое целое, способное также, оборвать нить жизни сосуда демона. Нет тела – нет Лилит… все просто.

Я с трудом смог оторвать взгляд от косы, эта вещь вызывала во мне достаточно противоречивые чувства, я одновременно восхищался и до дрожи в коленях, боялся этого оружия. Тем временем, девушка продолжила.

– Повелительница дозволяет тебе оборвать одну незапланированную нить.

Предложение конечно более чем заманчивое, однако, ничто во вселенной не делается просто так, даже такие силы как сама смерть ищут свою выгоду. И если уж предвечная пошла на такой жест в отношении меня, то будь уверен – ей что-то по любому нужно, а у таких как она, цены мягко говоря, кусаются.

– И что же твоя хозяйка хочет взамен?

– Тебя, – лаконично ответила жнец, смотря своим холодным взглядом в мою сторону.

– Очень смешно… нет, ты серьезно? Демон, бывший ангел, ныне вообще, пусть и не совсем простой, но все же смертный… я буду на службе у смерти, зачем ей это вообще могло понадобиться?

– Я никогда не шучу, все что говорю это истина, и я не знаю для чего госпоже это нужно, мы не задаём вопросов ответов на которые, не должны знать.

– Спасибо, но нет, мне пока ещё слишком дорого мое земное существование, попробую выбраться из зловонной жижи, в которую вляпался, самостоятельно.

Диану такой ответ тоже нисколько не расстроил, мне даже показалось, что она ожидала чего-то подобного. Девушка пожала плечами и отступила назад в черноту, спустя мгновение ее силуэт просто втянулся в тень и я остался один, держа в руках жуткое оружие. Точнее один если не считать Саяну, сейчас она стояла по стойке смирно, словно набрав в рот воды, вцепившись в металлический браслет на руке, только когда жнец ушла она позволила себе произнести несколько слов.

– У… бе… ри эту жуть… по… жа… луй… ста.

Я тряхнул головой, созерцание косы завораживало и как будто гипнотизировало, чем дольше я смотрел на нее, тем более мне нравилось обладать ей. Инструмент жнеца снова свернулся в татуировку на предплечье, опять обдав меня жгучим холодом. Лучше оставить этот довод на совсем уж крайний случай, становиться жнецом мне хочется меньше всего, хотя должен признать – попасть в руки к Лилит я желаю ещё меньше.

Когда коса пропала, Милз немного пришла в себя, оттаяла.

– В жизни так не боялась, да и после смерти тоже… надеюсь, ты не собираешься становиться похожим на этих…

Она кивнула в сторону тени, в которой скрылась Диана.

– Поверь, именно сейчас я очень хочу «развидеть» эту встречу, однако обманываться не стоит, если меня сильно припрет, я буду готов использовать даже такую возможность… все же лучше быть жнецом, чем игрушкой в руках этой чертовой ведьмы.

– Тогда я, получается, буду носиться за жнецом… Даже не знаю, плакать или смеяться от такой перспективы.

– Ну, я не собираюсь им становиться прямо сейчас, расслабься, пока есть такая возможность.

После визита приспешника смерти, сонливость как рукой сняло, как я ни старался, так и не смог поспать. Сидеть в комнате до утра, ничего не делая тоже не очень хотелось, я оделся и вышел. Коридор встретил меня тишиной и пустотой, однако еле слышные звуки все же доносились из главного зала, там где находился алтарь.

– Domine Deus, spero pergratiam tuam

remissionem omnium peccatorum, et

post hanc vitam…[2]

Андерсон сидел на скамейке, в полном одиночестве и чуть слышно бормотал свою молитву. Вот его, я рассчитывал встретить в последнюю очередь. Когда я уже собирался развернуться, у него в кармане зазвонил телефон. Я аж дёрнулся от неожиданности, тем временем, Искупитель достал трубку и приложил к уху.

– Слушаю… да сэр… все погибли, требуются ещё люди и, как минимум – двое серебряников. Понимаю, но ситуация может выйти из-под контроля, погибнет много народа… Объект в поле наблюдения… По-прежнему, рекомендую устранение… Есть сэр.

Хреново что я не слышал того, кто говорил в трубке, интересно, до чего они там договорились. Не нужно быть семи пядей во лбу чтобы понять: «Объект» – это я, что наблюдение ведётся за мной и что мне особо не понравилось, это слова об устранении. Нужно глядеть за ними в оба глаза, хоть пока мы и на одной стороне баррикад, однако не зря Марка все называют психом, с него станется сунуть мне в спину что-то острое и холодное.

Сверкающий росчерк стали – меч снова попал точно куда должен, голова упыря слетела с плеч и покатилась по земле словно футбольный мяч, обезглавленное тело по инерции сделало ещё два шага и завалилось вперёд, совершив ещё несколько конвульсивных движений, перед тем как окончательно затихнуть. Первые пару дней Адалард скитался из одного конца города в другой. Инквизитор решительно не понимал чем ему стоит сейчас заниматься в ожидании чего-то по настоящему серьезного, то что такое вскоре случиться, он был уверен на все сто процентов, шестое чувство его ни разу не подводило. Даже тогда, давно, когда погибла Ведьма и его проклял Пастырь это самое чувство подсказало что нужно сделать именно так, и Адалард не сомневался, что тогда он поступил правильно, хотя и сожалел о потере соратников. Как ни крути, а он всё-таки воин Бога, и все его действия и мысли, это промысел Его. Так кто он такой, чтобы оспаривать волю Господа. Следующий противник упал откуда-то сверху, Адалард взмахнул рукой, быстро сплетая из рун нужную комбинацию, из ладони ударила полупрозрачная волна искажения, попавший под действие заклинания упырь разлетелся кровавыми ошметками.

Несколько недель инквизитор занимался истреблением всяческой мелочи. Пока не случилось то чего он ждал, нужно как-то проводить время, а для существа подобного ему, давно утратили смысл простые человеческие развлечения. Такие как он, могут только убивать порождений ночи, истреблять неустанно и без сожаления, везде где они их встретят, так говорит Кодекс, а он это все. На это кладбище, где в одном из склепов обосновалась шайка упырей он попал чисто случайно, просто увидев как ночью молодой парень ведёт девушку в эту сторону. Глаза Адаларда давно научились с лёгкостью определять где истина, а где иллюзия, и то что под внешностью человека находится низший упырь, он заметил сразу. Заметил но не напал, решив проследить за парочкой и как всегда, не ошибся, упырей оказался целый выводок, особей десять. В результате его действий и с помощью простенького заклинания девушка потеряла сознание, а в склепе разгорелась настоящая кровавая баня. Тупые кровососы лезли изо всех щелей, только Инквизитору было плевать на количество, его «Кошкодер» мелькал словно нож кухонного комбайна или пропеллер двигателя самолёта, раз за разом отсекая части тел, иногда и вовсе разрубая врагов на две части. Изредка, Адалард позволял себе использовать несильные заклинания, точнее не сильные они были для него, кровососов же, просто превращало в кровавую кашу. Бой длился всего пять минут, за время схватки Инквизитор не сделал ни единого шага, даже не шелохнулся, оставаясь на одном месте словно статуя, только рука с мечом рисовала причудливый, смертоносный узор. Вокруг фигуры инквизитора уже скопилось множество мертвых тел и их частей, но твари не заканчивались, из расщелины в ближайшей стене выбежали сразу два упыря, их рывок в сторону Адаларда, казалось, невозможно разглядеть обычным зрением, со стороны это было похоже на движение смазанных теней. Однако инквизитор даже не изменил выражения лица, одним движением вонзил меч в бетонный пол, гарда Катцбальгера вспыхнула ослепительно белым светом, все что осталось от грозных некогда тварей, осело у ног мужчины, превратившись в серый пепел.

К выходу из склепа метнулась темная тень, Адалард сделал молниеносный рывок в том направлении, главный кровосос конечно быстр, но инквизитор быстрее, удар меча пришелся в спину монстру, тот сделал всего пару шагов пытаясь покинуть место бойни. В результате, сейчас инквизитор медленно приближался к скалящемуся вампиру, лежащему на земле с дырой в груди.

– Кто ты? – прошипел монстр, во время своего монолога выплевывая черные сгустки крови.

– Твоя смерть.

Когда Инквизитор занес меч для последнего удара, позади него раздался свист. Адалард не стал отбивать летящий в него предмет, только сделал шаг в сторону. В сантиметре от его уха сверкнул знакомый лабрис, в конце своего полета раскроив кровососу голову.

– Пастырь… как всегда, тишина и незаметность не твой конек.

– Видимо старею, имей привычку поворачиваться, когда к тебе обращаются.

Топор зашевелился, через секунду также стремительно покинув месиво, оставшееся после его попадания, оказался в руках Аркадия.

– Тебя было нелегко найти, пришлось поднимать многие связи.

– Очень сомневаюсь, что ты пришел посетовать на мою скрытность… не такой ты человек, так зачем ты искал меня?

– Ты ведь знаешь что случилось?

– Знаю, только что произошел колоссальный прорыв энергии пекла… Почувствовал, дело будет не из лёгких.

– Лилит здесь… нам нужна твоя помощь…

– А как же твое отношение ко мне? Это не будет помехой?

– Нет, не будет, к великому моему сожалению, но ты часть плана и должен сыграть свою роль.

– Да будет так.

Что за план уготован ему, кто дёргает за ниточки, раз за разом запуская цепную реакцию все новых и новых событий? Хотя в сущности, какая разница, главное – слушать шестое чувство, а оно говорит что Пастырь не врет, Адаларду большего и не надо.

Глава 6

– Ух-х-х-х-х, хорошо!

Меня разбудил солнечный зайчик, настойчиво лезущий под закрытые веки. Несмотря на все пережитое, вчерашним вечером, чувствовал я себя на удивление отлично. Когда ложился спать опасался наплыва кошмаров, как это обычно у меня бывает. Однако в этот раз я сразу провалился в черноту, как будто кто-то просто выключил на один миг свет.

Пока я спал орденцы покинули территорию церкви, зато вернулся Аркадий, причем не один, а притащил с собой инквизитора. Ариэль тоже куда-то пропала. Обо всем этом мне поведала Саяна, появившись в тот момент, как я только открыл левый глаз.

– Ну ты и горазд, дрыхнуть!

– Это да! Иногда я тот ещё маньяк «Подушкин».

– Что будем делать сегодня?

– Пока не в курсе, да и вообще не знаю, что будем делать ни сегодня, ни завтра, ни через год.

Стоп, а где Сема? Целая ночь прошла, времени предостаточно, чтобы добраться сюда, будучи даже в соседнем городе. Однако, следака как не было, так и нет.

– Черт… черт… черт… Господи всемогущий, ну что за дебилоид, совсем в край съехал, с этой своей ведьмой.

«Абонент недоступен, или находится вне зоны действия сети». Я наверное уже пару километров нарезал, расхаживая по келье, пока пытался дозвониться до этого идиота. Ну как так можно, вот на что он надеется? Даже слабенькая ведьма, в случае стычки, от него и мокрого места не оставит. А учитывая тот факт, что Семён на поприще волшебства даже не ноль, а вообще отрицательная единица измерения, которая вечно что-то путает, в результате чего происходит нечто совсем не похожее на то, что должно получиться, он становится вовсе – персонажем, опасным для общества. К тому же, почему бы ему не прийти в церковь? Ну не совсем же он конченый, ведь должен понимать, что находится немного не в той весовой категории. Поэтому, остаётся только одно объяснение: следак угодил своей, в меру упитанной пятой точкой, в какие-нибудь нехорошие события. Если так, этим объясняется его отсутствие и «недоступность».

Саяна все это время сидела на спартанской кровати, которую я совсем недавно покинул, и следила за моими перемещениями. Значит, попробуем пораскинуть мозгами, или что там у меня вместо них. Сема сказал, что ведьмы забрали Айран, однако его не тронули, следовательно, для них он даже не насекомое, о которое стоит марать руки и этот факт радует. В том, что придется вытаскивать бывшего мента из какой-нибудь неприятной хрени, я не сомневался, как и в том, что вообще возьмусь за это неблагодарное дело. Все же жизнь в качестве смертного оставляет на душе свой отпечаток – начинаешь дорожить теми, с кем волею судьбы сблизился.

– Саян, можешь найти следака через своих информаторов?

– Не знаю, скорее всего да… сейчас попробую.

Призрак медленно расплылся рябью и пропал из поля моего зрения. В то время как я прикидывал, что и как делать. С одной стороны, покидать относительно безопасное место – достаточно глупая затея даже для меня, с другой: сколько оно ещё таковым пробудет – день, два? Не нужно думать что Лилит отступит от своих первоначальных планов только потому, что я глубоко забился в святую землю. Рано или поздно придется предпринимать дополнительные меры по сокрытию моей тушки от глаз неугомонной адской стервы. Ещё пару раз измерив шагами комнату, я резко остановился.

– Вот же идиот! – я сопроводил свои слова ударом ладони о лоб.

С этой всей своей бешатней совершенно перестал включать голову, веду себя как последний чертёнок, с минимальным магическим резервом, а я на минуточку – полноценный маг, точнее демон, правда ограниченная, так сказать лайт версия. Неужели не смогу найти нечто, что способно скрыть меня от любого взора? В голове всплыло сразу несколько вариантов, от простеньких ритуалов до сложных артефактных решений. В моем случае, простенькие не прокатят, а самые сложные невозможны в силу сразу нескольких факторов, и дело даже не в моей финансовой ограниченности и несостоятельности, но и в том, что я попросту не имею таких ингредиентов как «Кровь Христа», «Частица святого Грааля» или других не менее редких материалов. Однако, средний вариант мне вполне по силам… как ни странно, но решение нашлось в соответствующем разделе енохианской магии. Правда придется изготовить не совсем простой амулет и потратить некоторое время на ритуал, но из всего, на что я сейчас способен, это выглядит оптимально.

– ЕСТЬ!

Я аж подпрыгнул, от возгласа Саяны.

– Черт, что ж ты так орёшь?

– Прости, нервное наверное, просто последние пару дней выдались, на редкость богатыми на всякого рода события… Короче, твой знакомый находится в пригороде Сталегорска, там ещё озеро есть… Что-то на турбазу похожее, ну знаешь рыбацкие и охотничьи домики, прогулки на катерах и прочее.

Думаю, Сема вряд ли решил развеяться и посидеть с удочкой лупая в поплавок, тем более, что таких турбаз на окраинах города не сказать чтобы много, а тех которые находятся на берегу озера и того меньше. Причем одна из них принадлежит сообществу оборотней, там даже на территории постоянное поселение есть, что-то вроде скита старообрядцев. Если брать во внимание степень моего везения в последние сутки, можно с уверенностью сказать, что сам мент находится именно там, что в принципе и подтвердила Милз минуту спустя.

А ведьмы однако, неплохо размахнулись в столь короткий промежуток времени, даже до волков добрались. Причем те, которых мне предстоит навестить, никогда не отличались излишней агрессией. Нет в Сталегорске конечно хватает и тех, кто в ночи выслеживает свою жертву, дабы полакомиться свежей человечиной, но конкретно эти избрали несколько другой путь. Их стая, предпочла шумному городу, лесную глухомань, а вместо двуногой дичи – четвероногую. Сбившись в кучу и организовав свое поселение, они отгородились от общества, как в лице людей, так и своих более агрессивных собратьев. Их база отдыха, в сезон пользовалась изрядной популярностью, что в принципе позволяло оборотням неплохо существовать, к тому же живя в лесу, они сводили риск быть замеченными во время превращения к минимуму, да и охотничьи угодья, где полно всякой живности под боком. Сколько себя помню, эти товарищи никогда не светились в городе какими-либо криминальными действиями. Я даже пару раз ездил в расположение их поселения, будучи нанятым для некоторой мелкой работёнки, типа упокоения беспокойных призраков, да и с отцом мы любили иногда арендовать один из рыбацких домиков, дабы немного отдохнуть от городской суеты.

Что ж все хорошее когда-то заканчивается, видимо подошла к концу и их волчья, относительно беззаботная жизнь. То, что ведьмы подгребли их под себя, в принципе, не удивительно. Да и вообще, сильно сомневаюсь, что в сейчас в городе есть хоть кто-то, способный им противостоять.

Аркадий в компании Адаларда обнаружился во дворе церкви, недалеко от дома попа, за обсуждением чего-то, видимо, важного. Причем поп ни разу не стеснялся в выражениях, то и дело в его словах проскакивали матерные конструкции, тогда как инквизитор изображал образчик спокойствия и самообладания, по ходу дела успевая плавно выполнять ката, используя вместо своего «Кошкодера», обычную палку длиной в пару локтей.

– А я тебе говорю, должно помочь! Нас трое, мы справимся, нападем скопом! – вещал священник, тогда как инквизитор даже не подумал прекратить то, что делал.

– Всему свое время, кодекс… а, извини… то что должно случиться, обязательно произойдет, но не здесь и не сейчас, просто потерпи, твоя импульсивность когда-нибудь выйдет тебе боком.

Поп смачно сплюнул под ноги Адаларду, и развернувшись, собирался удалиться в сторону дома, однако увидел меня и притормозил.

– Далеко собрался?

Я не хотел скрывать своих намерений, более того – надеялся на помощь в этой непростой ситуации. Аркаша долго смотрел мне в глаза, я уж думал, поп потерял дар речи, когда раздался его голос.

– Вы точно надо мной издеваетесь… Господи прости, куда тебя хер несёт в твоём-то положении?

Я глубоко призадумался, в принципе, «отец» в чем-то прав, тут бы свою жизнь спасти, а не думать о другой, однако моя человечность просто не простит мне, если я поступлю иначе. Возможно таким образом, я пытаюсь доказать всем, в том числе и себе, что ещё способен на что-то стоящее, что на мне пока ещё рано ставить крест и то, что я ещё не совсем пропащий.

– Пусть идет, – Инквизитор не обратил на меня ровно никакого внимания, сказал, просто продолжая движение.

Священник пару раз открыл рот, словно собираясь высказаться, однако промолчал, всплеснул руками, резко развернулся и направился в сторону своей хижины со словами.

– Да пропадите вы все пропадом, только не говорите потом, что я вас не предупреждал, если конечно останется, кому говорить.

Инквизитор неспешно закончил упражнение, обернулся и всмотрелся в мои глаза.

– Наверное, ты хочешь просить о помощи?

– Скажем так, были подобные мысли… но сейчас, отчего-то не уверен в их правильности.

– Никто не станет тебе помогать… это твой путь и идти тебе, а не кому-то другому, твоя дорога, твой выбор… очередная «развязка» в жизни, и именно из таких развилок складывается судьба человека.

Понятно, что ни хрена не понятно, не говоря ни слова, я развернулся и направился на выход, ещё не хватало мне проповеди о грядущем и прошлом в исполнении бессмертного. За несколько шагов от калитки выхода, Адалард окликнул меня.

– Падший.

От такого обращения я даже дёрнулся, что ни говори, а к хорошему привыкаешь быстро, будучи демоном, мне было глубоко плевать как меня называют, в теле же смертного такое обращение вызывает, мягко сказать, малоприятные ощущения. Тем временем, бессмертный не дожидаясь ответа, что-то бросил в мою сторону, я рефлекторно поймал и уже потом, рассмотрел неожиданный подарок. В ладони золотистым оттенком поблёскивала застежка с гравировкой: «Открывший помни – Кодекс есть истинна мира, но свою, ты творишь сам». Вот это подгон босяцкий – слов нет, одни эмоции… Целая, мать его, частица книжки из-под пера покровителя инквизиции, и хоть на рифмы и высокопарные слоганы у данного пернатого индивидуума мозги явно не в том месте, однако это нисколько не умаляет магические свойства вещицы. А в моей ситуации, это ещё и идеальная заготовка под амулет. Снова складывается ощущение, что все вокруг что-то недоговаривают, чувствую себя героем «Шоу Трумана», как будто меня поместили в коробку с городом и все вокруг наблюдают за моей жизнью, поедая попкорн. Убрав застёжку во внутренний карман плаща, скрипнув напоследок калиткой, я покинул территорию церкви. Как только мои ноги ступили за пределы святой земли, по спине пробежала дрожь от осознания того факта, что меня более ничто не защищает.

Прежде чем отправиться в гости к оборотням, я, выбрав небольшую полянку, решил провести ритуал с амулетом и уже потом двигаться дальше, тем более что все нужное у меня по идее, с собой. Точнее, кроме самой заготовки, ножа и крови мне больше ничего и не понадобиться, конечно лучше бы использовать кровь того же святого отца, но думаю, он вряд ли её так просто сцедит мне от щедрот. Моя кровь подойдёт если и хуже, то ненамного, все же я хоть и падший но ангел, пусть даже в теле обычного смертного, но какой-никакой, бонус все же должен быть. С помощью ножа и такой-то матери удалось за десять минут расчистить место ритуала от дёрна и вычертить кривенькую печать Соломона. Когда будущий артефакт занял свое место в центре рисунка, подул несильный, промозглый ветер. Обычный обыватель не обратил бы на это никакого внимания, но вот любой уважающий себя колдун обязательно проверил бы правильность начерченного, ибо всего один неправильный символ и одно измененное предложение в заклинании способно наворотить таких дел, что взрыв тротиловой шашки покажется лёгким хлопком не самой сильной петарды.

Кровь из разрезанной ладони обильно потекла в контур, замыкая его. Кончики моих пальцев коснулись лба.

– Иадамозод зодире.

Далее пальцы устремились к низу живота.

– Иада соре гиру.

Потом левое плечо.

– Иада сере осифе.

В заключении я коснулся пальцами правого плеча.

– Иада бабе зодена.

После чего, соединил ладони подняв голову вверх.

– Годеха! – и трижды – оксиайала холадо, ода зододироме О кораксо даси зододдиаладере раасийо.

Застежка в центре печати полыхнула белым пламенем и на метр поднялась в воздух, свето-представление не продлилось долго, всего пару мгновений, после чего новоиспеченный амулет упал обратно в центр печати, а края рисунка знатно оплавились. Если верить описанию в дневнике Джона Ди и его дружка Эдварда Келли, являющимися по сути, родоначальниками Енохия в царстве смертных: благодаря амулету я смогу оставаться недоступным для любых поисковых заклинаний и ритуалов низшего и среднего прядка. А возможно и от парочки высших, но в это уже верится с трудом, хотя как говорится: «Чем черт не шутит». Застежка села на внутреннюю сторону ворота плаща как влитая и я, вполне довольный собой, направился в сторону ближайшего оплота цивилизации, в лице пресловутой пятёрочки недалеко от вышеупомянутой церкви, дабы сполна насладиться передовыми технологиями современности посредством вызова, в хлам раздолбанной, машины такси с водителем нерусской наружности.

– Э-э-эх… где ж ты мой верный стальной конь?

Скорее всего, мой старенький «Форд» уже давно стоит где-нибудь на штрафстоянке, в довесок снабженный солидным штрафом, за парковку в неположенном месте. Траты, траты-траты, одни расходы и никакого прибытка, ещё пару раз попасть и по миру пойду. Я нервно хмыкнул, вот что-что, а о деньгах сейчас нужно беспокоиться в последнюю очередь, однако такова людская натура, в любой ситуации проверять «наполненность» собственного кармана и только потом думать о вечном.

Путь по Яндекс-навигатору занял полтора часа, в ходе которых, я чуть не свихнулся от запаха пота царившего в салоне, напрочь убитой «Лады-приоры». Наконец, матеря на чем свет стоит, отечественный автопром, выбравшись на свет божий и расплатившись с таксистом, мои стопы устремились в сторону турбазы, но не с главного входа, а со стороны подлеска, коим она была окружена. Собственно, дальше чем прибытие на место, я так ничего и не придумал, ну не специалист я по планам. Немного впереди материализовалась Саяна.

– Однако качественная вещица вышла, даже для меня ты стал практически невидимым, стоило больших трудов не потерять твою тушку.

– Х-а-х, я все-таки трёх тысячелетний демон… или погулять вышел, у меня в памяти таких ритуалов, как у дурачка фантиков.

– Иди уже, демон, – скорчив кислую мину, передразнила меня Милз. – Толку-то сейчас от всех твоих знаний? Против голой силы Лилит они все равно не пляшут.

– Против нее нет, а вот подпортить жизнь оборотням, я вполне могу!

Последний патрон вошёл в барабан, и тот со щелчком захлопнулся.

– В случае чего, у меня уже есть целых шесть аргументов, если вдруг встреча пойдет как-то не по плану.

– И каков план?

– Ну-у-у-у, – здесь я задумался – ладно уела, что предлагаешь?

Призрак Саяны ненадолго растворился, так что целых две минуты я топал в гордом одиночестве, шугаясь всякий раз, когда под ногами хрустела малейшая веточка. Впрочем, долго идти в тишине не пришлось, Милз вернулась как всегда неожиданно, появившись позади и заставив сердце в который раз предательски ёкнуть.

– Можешь особо не прятаться, до территории поселения все чисто. Предлагаю тебе в непосредственной близости от ограды забиться в какие-нибудь кусты и сидеть тихо до тех пор, пока я не проверю всю местность внутри турбазы, и не найду Семена.

– Ну, тебе виднее, это ты у нас дока в тайных операциях, целиком и полностью полагаюсь на твой обширный опыт.

– Покривляйся мне ещё… смотри, в одно прекрасное утро вместо репертуара Бузовой, рискуешь услышать над ухом голос Джигурды.

– Черт!!! Нет, тебе точно нужно подать анкету по поводу трудоустройства у Люцифера.

– Ага, как только, так сразу.

За перепалкой мы добрались-таки до двухметрового бревенчатого забора поселения. Я конечно был тут не единожды, но вот на столь фундаментальную постройку внимания как-то не обратил. Бревна изгороди были так плотно подогнаны друг к другу, что рассмотреть происходящее внутри периметра не представлялось возможным, пришлось следовать плану Саяны. Призрак снова растворился, а я остался снова один, созерцать природный пейзаж из недр орехового куста. Девушка отсутствовала достаточно долгое время, от нефиг делать, я уже не один десяток раз проверил все свое снаряжение, даже приготовил несколько россыпей патронов с серебряными пулями, конечно стрелять в миролюбивых оборотней совсем не хотелось, однако если моя жизнь будет в опасности я непременно это сделаю.

– БУ!

Глухой голос прозвучал над самым моим правым ухом, всего в паре сантиметров от оного.

– ДА ******Б твою мать, сколько можно уже испытывать мое терпение, я так скоро заикаться начну.

– А кто сказал, что будет легко, я и при жизни была очень беспокойной, даже не знаю, как ребята со мной уживались.

При этом, веселое лицо Саяны посмурнело, а плечи поникли.

– Ладно-ладно, некогда сейчас ностальгировать о давно минувших днях, лучше расскажи, что делается внутри этого оплота бесовщины.

– Кстати, посмотреть там есть на что, фактически все жители поселения сейчас в заложниках у ведьм, даже выходят за изгородь они парами оборотень-ведьма, радует только то, что сильных там точно нет, максимум что тебе грозит, это отгрести несколько атакующих заклинаний среднего порядка… а может и вовсе только низшего.

– Ты так говоришь, как будто для меня это сродни попадания шпунтика из рогатки.

– Ну ты же трех тысячелетний демон, – процитировала мои недавние слова Милз Скорчив кислую мину и в конце показав язык.

– Что насчёт следака?

– А вот тут сложнее: твой друг находится в самом центре поселения, в доме старосты, на втором этаже в маленькой комнатушке, так что проникнуть туда незамеченным тебе не светит, от слова совсем.

– Есть какие-то мысли?

– Ни одной.

Не сказать, чтобы новости были совсем уж плохими, но и хорошими их не назовешь. Заявиться туда через парадный вход – не лучшая идея… Возможно, не будь там ведьм, я бы так и поступил, однако, договориться с ними точно не получится. И даже если здесь совсем не рассчитывают на то, что я появлюсь, а Семён попал в их лапы исключительно по собственной глупости, пытаясь выручить даму, точнее ведьму своего сердца, стоит моей ноге ступить внутрь как эти твари тут же от-звонятся «мамочке», в результате чего меня повяжут, как два пальца об асфальт.

– Слушай, попробуй отследить какого-нибудь оборотня в округе, желательно одного, на крайняк, в паре с не очень сильной ведьмой.

– Колись, что придумал?

– Увидишь!

Теперь остаётся ждать и надеяться, как говорится: если не выгорит, я уже даже и не знаю, что придумать. И снова моя попутчица отсутствовала не более пяти минут, прямо идеальный разведчик, просто Джеймс Бонд в юбке.

– Одиночек в округе нет, но есть одна парочка… скажем так – они не услышат приближения, даже если ты приедешь верхом на слоне.

– Да? И почему, позволь спросить?

– Пойдем, сам увидишь, лучше все равно никого нет.

– Хм… ну веди.

Идти оказалось не то чтобы далеко, только вот приходилось пробираться чуть ли не на цыпочках, Милз я не верил ни на грош, к тому же лучше пере бдеть чем недо бдеть. Спустя пятнадцать минут хода, послышалось невнятное шебуршание со стороны куста орешника, по типу того, в котором я отсиживался. Приблизившись ещё немного, я уже смог различить сдавленные женские стоны и глухой звериный рык. Поначалу подумалось, что зверь рвет какую-то женщину, но по мере приближения становилась все более понятна общая картина, которая не имела ничего общего с той, что всплыла в моей голове первоначально. Подойдя ближе, так чтобы можно было рассмотреть моих потенциальных жертв, я ошарашенно уставился на Саяну, в моей голове никак не укладывалось, что я мог попасть в такую ситуацию, казалось, что хуже быть просто не может.

Тем временем, действо в орешнике понемногу двигалось к своему апогею, голая ведьма верхом на парне начала скакать более интенсивно, а кричать так, что вблизи закладывало уши, времени на какое-нибудь злое колдунство не оставалось, я решил поступить старым дедовским способом. Удар рукояти ножа по темечку пришелся ведьме как раз тогда, когда она была уже, так сказать, на пике короткий взвизг и ее тело опало на партнёра, заслонив ему обзор грудью размера эдак третьего.

– ОМНОМНУОНОМ.

Все что смог сказать оборотень, находясь в такой нелепой ситуации. Благо долго ему мучиться не пришлось, стальная рукоять ножа действует одинаково хорошо как на ведьм, так и на молодых оборотней. Вскоре, передо мной лежали два нагих тела в глубоком отрубе.

– И что ты собрался делать дальше? – поинтересовалась Саяна.

– Что-нибудь слышала о мороке?

– Так, краем уха, но не видела его в действии.

– Ну, так вот он, твой шанс!

Я стащил ведьму с парня и не смог проглотить ругательство.

– Да вы издеваетесь? Чёртовы извращенцы.

Дело в том, что парень находился под частичной трансформацией, его морда вся была покрыта густой шерстью, с заострёнными ушами и клыками наголо. Сейчас, она мало походила на человеческую, и если я завалюсь в поселение в таком виде, меня мягко говоря не поймут, и вся операция отправится псу под хвост. Хотя… я критически осмотрел тело ведьмы.

– Да ну… да нет… да на фиг… ДА ***Б ВАШУ Ж МАТЬ!!!! – Милз перевела взгляд с ведьмы на меня и издала непонятный звук, очень похожий на «ИК».

Глава 7

– Стринги не жмут?

Ох-х-х: «Рога Ацкого Сотоны», – морок таки получился на загляденье, даже если мне придется к кому-то прикасаться, этот кто-то ничего не заподозрит. Другое дело, что я сейчас расхаживал в виде хрупкой, миловидной блондинки, с внушительного размера бюстом и вот этот момент, Саяна не прокомментировать никак не могла. Чувствую, если после всего что происходит, я выживу, мне ещё долго придется вспоминать этот, до крайности нелепый день.

– Да пошла ты!

– У-т-и, какая бука.

Прокомментировала Милз и прыснула в кулак. Черт, ну Семён, если удастся тебя вытащить, ты мне по гроб жизни обязан будешь, а возможно и после нее.

– Ладно, пошутили и хватит, пора уже делом заняться, морока хватит максимум часа на полтора, за это время нужно пробраться в центр поселения, вытащить следака, наложить на него морок и свалить подальше, желательно до того момента, как очухаются владельцы данных образов, – я провел рукой вдоль всего тела. – Кажется, ничего не забыл?

– Разве что ногти подпилить и ноги побрить!

Да твою ж мать, нет, ну сколько можно, как вообще эта особа попала в такую серьезную организацию как орден? Как можно быть такой легкомысленной и надоедливой язвой!

– Завязывай, меня твои шуточки уже доконали, займись лучше делом! Вот возьму и назло тебе «двину кони»… будет наша сладкая парочка вариться в адском котле до скончания вечности!

– Слушаюсь мой Генераль!!!

Шутливо отрапортовал призрак Саяны, при этом приложив два пальца к голове и вытянувшись в струнку.

– Ты неисправима, – со вздохом констатировал я. – А если серьезно… дальше-то мне куда двигать?

– Ну, если серьезно: тебе через главный вход и прямо в центр базы – увидишь трёхэтажное бревенчатое здание, это и есть наша цель. И это… виляй что ли задницей посексуальнее, а то ходишь, как будто шест проглотил.

Господи всемогущий, да сколько же в ней яда? И откуда она такая выискалась, на мою голову! Ничего не говоря, глубоко вдохнув и выдохнув, я направился в указанную сторону.

Вход на турбазу охраняли двое перевертышей, точнее «Охраняли» это слишком громко сказано, скорее просто гоняли балду подальше от снующих то там, то здесь ведьм. На входе ко мне обратился один из оборотней, тот, что выглядел немного моложе своего напарника.

– Где Артура потеряла?

Я уже собирался открыть рот, чтобы изречь очередную, собранную на коленке историю потери вышеозначенного «Артура», когда меня одёрнула Саяна, следующая в паре шагов за моей спиной.

– Не вздумай ответить, насколько я могу судить из недавних наблюдений, ведьмы считают оборотней чем-то вроде рабов и очень редко снисходят до нормального разговора, больше обходясь командами и приказами.

Эта инфа подоспела как раз вовремя, на душе даже как-то полегчало, от осознания факта, что хотя бы для волков не придется ничего выдумывать. Я посмотрел на своего собеседника, причем попытался сделать максимально высокомерное и брезгливое лицо, после чего развернулся и продолжил путь, как ни в чем не бывало, даже задницей вильнул на прощание.

– Вот сука!

После, еле слышно, раздался позади комментарий волка.

«В самую точку мой друг!» – тихо, про себя, подумал я.

За воротами передо мной предстала жилая часть поселения, именно здесь обитали волки большую часть свободного времени. Разбросанные в хаотичном порядке деревянные домики, самопальные детские площадки и прочие бытовые постройки, типа всяческих сарайчиков и загонов для живности то и дело попадались на глаза. Своеобразный деревенский беспорядок, тогда как в той части базы где обитали туристы, царил настоящий рай перфекциониста. Охотничьи и рыбацкие коттеджи – одинаковые как на подбор, выложенные тротуарной плиткой, аккуратные тропинки к озеру. Множество киосков, где можно втридорога, впрок затариться горячительным и другими атрибутами культурного досуга. Ещё лет сто назад, глядя на такую вот общину, я бы точно не поверил собственным глазам. Ведь что такое жители ночи? В основном, это кровожадные твари, охочие преимущественно до людской плоти и крови, но никак не бизнесмены и бизнесвумены, поставляющие развлечения в угоду элитной прослойки общества «Человеков». Что сказать, даже такие как они, смогли адаптироваться в современной жизни, конечно со скрипом но стать частью общества, отринув первобытный образ мышления. Не все поступили также, точнее большинство так и продолжает упорно считать обычного смертного чем-то вроде куска отборнейшего мяса с кровью. Только вот в чем загвоздка! Смертные это дети Бога – не Демоны, ни даже Ангелы и тем более не всякая мерзость, вроде ведьмаков и колдунов, а обычные люди. Может показаться что это ошибка, типа как столь хрупкое существо вроде человека, не наделённое даже зачатками силы или малейшей искрой магии, может быть любимым созданием высшей сущности. Все очень просто: за свои три тысячи лет я понял одну несложную истину: особенность «Человека обычного» не в силе, а наоборот, в ее отсутствии. Стоит только посмотреть вокруг, как становиться понятно, что не имея ничего кроме разума и Божьей искры, называемой душою, люди приспосабливаются, что-то придумывают, изобретают и это все, делает их с каждым столетием сильнее. А вот такие как я, напротив, становимся все тупее и тупее, взять любого зачуханного колдунишку или не самую сильную ведьму, у таких силы на один слабенький пшик, зато чувства собственной важности на сотню императоров, дескать: «Я, мать вашу, избранный», – и все такое. Мне понадобилось самому стать смертным чтобы осознать сей факт, теперь понятно почему Люцифер так бесился, будучи ещё в шкуре Архангела, кому понравится, что собственный папаша считает тебя вторым сортом. Если честно, то я ни разу не пожалел, что лишился большей части своей силы, став практически обычным человеком, ведь только будучи одним из них можно стать чем-то большим… ну, по крайней мере – в теории.

Вот так всегда, в самый неподходящий момент мозги засасывает откровенно не в то русло, прямо философия под дулом пистолета. Сродни тому, когда в три часа ночи думаешь о том, каким образом инопланетяне на такие большие головы натягивают кепку, хотя самому вставать в семь утра. Тут понимаешь кругом враги, а я, о вечном! Вернёмся к нашим «баранам», в данном конкретном случае – к волкам. Было достаточно сложно лавировать между поселенцами, точнее выбирать маршруты не пересекаясь с ведьмами. Побродив внутри базы я понял, что на самом деле мне несказанно повезло наткнуться сразу на чертовых извращенцев, как бы двусмысленно это ни звучало. В большинстве случаев, ведьмы просто не воспринимали волков всерьез, воротили нос и использовали как мальчиков на побегушках, те в свою очередь, тоже не жаловали представительниц колдунского сообщества, однако ничего поделать все равно не могли, просто потому, что были намного слабее.

До центра поселения, точнее до того места где находилось вышеозначенное трехэтажное здание, оставалось миновать всего несколько домов, не более сотни метров в общей сложности. Однако именно с этого момента начались первые проблемы. Начнем с того, что плотность патрулей волк – ведьма на квадратный метр совершенно неприлично увеличилась, а мест где можно пройти не обратив на себя внимание наоборот уменьшилось. Вдобавок ко всему прочему, на входе дежурили две ведьмы и судя по их ауре – совсем не слабенькие.

Я проломился сквозь огород одного из домишек, находящихся в непосредственной близости от цели, пролез через курятник, при этом с ног до головы уделавшись птичьим помётом и устроив батл с тамошним петухом, причем принял безоговорочную капитуляцию, получив больнючий укол клювом в лодыжку и совсем по-девичьи пискнув. В конце концов, удалось найти сарайчик отвечающий всем требованиям шпионажа – пустой, обветшалый и с кучей щелей. Все действо происходило под аккомпанемент дикого ржача Милз, с одной стороны досадно что ее слышу только я, с другой, на такое «лошадиное пение» сбежались бы уже все ведьмы в округе, как минимум, десяти километров и я ничуть не преувеличил.

– Я так понимаю что наш печально известный колдун-недоучка местного разлива сидит на самом верхнем этаже?

– И как ты догадался? Прямо образчик интеллектуала.

– Блин, давай не сейчас, можешь хоть на время забыть про свои идиотские шуточки?

– Будь здесь, сейчас сгоняю, разведаю что почём.

Призрак, как обычно, медленно превратился в белую дымку, а после и вовсе растворился в воздухе. Что ж можно некоторое время отдохнуть и перевести дух. С момента наложения морока прошло не более двадцати минут, а значит времени пока достаточно, осталось только выработать мало-мальски жизнеспособный план. Ожидание возвращения Милз продлилось около десяти минут, девушка как обычно появилась позади меня, но вопреки ожиданиям не стала использовать элемент неожиданности как обычно, точнее пугать меня любимого.

– Все также как и в прошлый раз, Сема сидит в отдельных апартаментах, надо сказать неплохих, у него там даже плазма есть.

– М-да, прямо как сказочная принцесса из книжки про драконов, что по тем кто внутри?

– Ну там всего три ведьмы, сидят на втором этаже, изредка ходят проверить пленника и отнести ему еду, в общем все достаточно скучно.

– Это кому как, вот мне ни фига не скучно, теперь нужно думать, как добраться до узилища этого засранца.

– Чего тут думать, вскарабкался по задней стене и пролезть через окно, тут щели между бревнами с палец, я даже не в лучшие свои гои годы могла проделать такой трюк за минуту, с закрытыми глазами.

– И почему ты решила что я спортсмен? Сильно смахиваю на акробата или у меня кубики пресса сквозь футболку выпирают?

– Вот! – Саяна подняла палец вверх – наконец есть повод подумать о тренировках и здоровом образе жизни.

– Вот точно не прямо сейчас, скажем лет через сто – сто пятьдесят обязательно! А насчёт проникновения у меня есть идея получше – я перевел взгляд своих хитрых глаз на Милз и ехидно улыбнулся своим мыслям.

– Уже боюсь предположить, какая именно.

– Все достаточно просто! Ты проведешь меня по тропе Лимба.

– Ой Б****Ь! Ты совсем рехнулся или как? Во-первых, это невозможно, в измерение духов смертным путь заказан, от слова совсем. Во-вторых, даже если мы каким-то фантастическим способом туда попадём, что дальше? Как ты собрался отбиваться от тамошних обитателей? Ведь ты в курсе, кто там живёт? Нет? Тогда я напомню, там огромная куча не ушедших ни в Ад ни в рай духов, а что происходит с призраком, если он долго находится в таком состоянии? Правильно, он на хрен съезжает с катушек, и не стремится более ни к чему, кроме как раздобыть хоть каплю жизненных сил, а ты, во всяком случае пока, вполне себе живчик, следовательно психованные души выпьют тебя досуха в тот же момент как заметят, оставив одну сморщенную, словно коровья лепёха, оболочку!

Вот тут Милз однако прорвало и в принципе, было от чего. Лимб – это, по сути, параллельное измерение, так называемая та сторона, где обитают призраки и подобные им сущности. Некоторые шаманы, также это измерение называли астралом и даже умудрялись туда проникать, правда для этого им приходилось покидать собственное тело, да и возвращалась из таких смельчаков, хорошо если половина. Однако все это происходило по несознанке, дело в том, что пока ты не видишь тамошних духов, они не могут видеть тебя, поэтому для того чтобы остаться необнаруженным достаточно плотно зажмурить глаза. Саяна мне и нужна как раз как проводник, ибо с закрытыми глазами я ходить не умею. Что касается способа как туда попасть, здесь хватит достаточно простенького заклинания открывающего небольшой проход на несколько секунд и делающего меня бесплотным призраком на одну минуту. Вроде ничего особо сложного, метнуться через мир духов, вытащить Семена таким же способом из плена, предварительно наложив морок и красиво уйти в закат, однако чует моя пятая точка, что не все пройдет гладко.

– Ну что приступим, дорогая моя!

– Всё-таки ты псих, каких поискать, – понуро буркнула Саяна, и вновь спряталась мне за спину.

– Aperiam aliquid quod non est visibilis, quae abscondita est fieri rei, da mihi vires scire incognita

Далее подать немного внутренней энергии в руку и начертить енохианский крест указательным пальцем. Как ни странно, но все прошло как по маслу, огненный росчерк на том месте где я провел пальцем начал расползаться образовывая неровную брешь в мир мертвых. Вместе с тем, мое тело пронзил жуткий холод, руки стали полупрозрачными, а краски мира словно потеряли цвет.

– Готова? – взглянул я на Саяну и протянул руку, одновременно с этим, что есть сил зажмуриваясь.

– Нет! – последовал незамедлительный ответ.

Однако практически сразу, я почувствовал ее прикосновение. По ощущению, это было похоже на то, как голыми руками схватил свежезамороженную сосульку. Далее, последовал несильный рывок в сторону. При переходе в Лимб, на один миг земля пропала из-под ног, возникло ощущение, что всем телом вляпался в кисель, да ещё и пытаешься передвигаться в такой вот субстанции.

– Не пытайся ходить, просто расслабься и ничего не делай словно находишься в бассейне, своими движениями ты только усложняешь мне работу, – фыркнула Саяна, и потащила мою тушку куда-то в сторону. Я постарался сделать так, как говорила девушка, пусть и не с первого раза, но все же получилось расслабиться. Очень странное ощущение, вроде, как плывешь прямо по воздуху, словно воздушный шарик, кажется, дунь ветер и тебя унесет в неведомые дали. Ощущение времени напрочь пропало, казалось, что мы двигались так с пару десятков минут, однако судя по тому, что я ещё в виде духа, не прошло и минуты. Как только мы преступили порог Лимба, на меня, словно ком, навалилось чувство грусти и безнадёжности, коим здесь пропитан каждый миллиметр. Двигаться вслепую оказалось не легкой задачкой, то и дело хотелось открыть глаза и посмотреть вперёд, и если бы Саяна не держала меня за руку, постоянно то усиливая то ослабляя хватку, я бы уже давно так и сделал. Наконец, давящую тишину разрезал голос Саяны.

– Все, пора выходить, время на исходе, ещё десять секунд и ты пойдешь на корм голодным душам.

Я, все также с закрытыми глазами, снова начертил крест, опять подав энергии в кончик указательного пальца. Послышался глухой треск рвущейся реальности, мое тело проплыло по воздуху ещё несколько метров и внезапно обрело вес, по ушам ударили тысячи звуков, сердце заколотилось как отбойный молоток, а ноги подкосились, и я кулем повалился на пол. Как только попытался проморгаться, по глазам ударил резкий, слепящий свет.

– ТВОЮ ММАТЬ! Если в следующий раз я решу провернуть что-то подобное, напомни мне, что это плохая идея.

– Эмми… ты бы осмотрелся для начала… прости, дальше протащить нас не смогла…

В душе появилось чувство предвкушения чего-то нехорошего, захотелось снова зажмуриться и свернуться в комок. Я поднял голову, слепящий свет понемногу ослаб, а зрение пришло в норму. Я лежал на полу, а на меня смотрели три пары ошеломленных ведьмовских глаз.

– Чего вылупились? Не ждали? – высказался я, одновременно с этим пытаясь принять вертикальное положение.

Мы находились где-то на кухне, потому как все трое сидели за столом и, когда я вывалился в эту реальность, были ко мне спиной, ибо сейчас развернулись в пол-оборота. Замешательство ведьм не продлилось долго, уже через секунду троица ощерилась острыми клыками, а их кожа начала покрываться чешуей. Момент рывка я прозевал, находился в не лучшем состоянии, как оказалось, путешествие по Лимбу отнимает порядочно сил. Реальность затормозила когда первая фурия практически дотянулась своими когтями до моей шеи, по привычке хотел сначала воспользоваться револьвером, потом отмел эту идею, посчитав, что будет слишком громко. Нож вошёл в тело фурии-ведьмы как в бумагу, пробив сердце, перед самым ударом сверкнув тусклым красным светом, следующий удар угодил ей в живот. Пока разбирался с первой, подскочила вторая. Увернуться от медленно приближающихся когтей не составило большого труда, я ударом снизу вверх вогнал нож точно ей в глазницу. Когда осталась последняя, мой внутренний резерв был практически на нуле, время вернулось в привычное русло как раз в тот момент, когда над моей головой пронеслись когти, стремясь попасть по глазам. Приблизившись вплотную я тут же ударил ведьме в живот, потом ещё раз и ещё, и ещё, пока тело не начало обратную трансформацию, повиснув у меня на руке. В уже мертвых глазах ведьмы застыл ужас, а ноги подогнулись, не успев выпустить тело я рухнул на пол вместе с ней, с ног до головы вывозившись в крови.

Боже, как же я иногда ненавижу свою работу… во многом как раз, из-за таких вот случаев. Умом понимаю, что только что убил кровожадного монстра, однако, глядя на мертвое тело хрупкой девушки, что-то в душе перегорает. Тем не менее, сейчас точно нет времени на рефлексию. Влетев на третий этаж, я убрал засов и рывком распахнул дверь, собираясь выкрикнуть что-нибудь эдакое, дабы следак веселее шевелил своими батонами. Однако, для меня полной неожиданностью стал прямой удар кулаком в нос, отчего тот хрустнул, а из глаз посыпались искры. Но на этом представление не закончилось, на миг я потерял ориентацию в пространстве и упал на колени, пока приходил в себя Сеня приблизился и впечатал колено опять в мой многострадальный нос, тот окончательно сломался, а на пол брызнула кровь. Пять секунд спустя, бывший полицейский уже сидел на мне верхом и методично обрабатывал мое лицо кулаками. Сколько я не пытался, но сказать даже слово мне так и не дали, удары сыпались словно из рога изобилия, Сеня бил с оттягом… так сказать – с душой и чувством, чтобы уж наверняка. Пришлось тратить последние крохи сил на снятие морока. В какой-то момент удары прекратились, послышался голос Семена.

– Серёга? КАКОГО Х** ПРОИСХОДИТ? Как это вообще… все?

– Не мог бы ты для начала слезть с меня?

– А…… извини.

Ага сча-з-з-з, с большой буквы «Ху», как только мы выберемся отсюда, точнее – если выберемся, простым «Извини» ты хрен отделаешься. Я собрал все силы в кулак и попытался встать, меня повело в сторону, пришлось облокотиться на стену.

– Знаешь Сеня, твое спасение обходится мне не только в копеечку, но еще, как оказалось, вредно для здоровья.

– Я ведь уже извинился и вообще, как ты меня нашел?

– Есть способы… – туманно ответил я и покосился на Милз, удобно устроившуюся на спальном месте узника.

– Вопрос в другом – как мы отсюда будем выбираться?

Следак хотел что-то сказать, однако на полпути его челюсть остановилась и со щелчком вернулась назад.

– Так я и думал, снова придется все делать самому.

На новое путешествие по измерению призраков меня точно не хватит, резерв так быстро не восстанавливается, а силы ещё и на морок понадобятся. Значит придется прибегнуть к крайним мерам. Я порылся в кармане и выудил припасенное «Окно в пекло», отчего Саяна встрепенулась.

– Ты понимаешь, что после его использования, сюда сбежится все поселение?

– Х-е-х… уйдём красиво, к тому же, другого варианта все равно нет.

Эту реплику я сказал вслух, отчего Сема посмотрел на меня как на умалишенного.

– Видимо, слишком сильно ударил… эй, там с тобой все в порядке?

Я лишь отмахнулся, сосредоточившись на артефакте.

– Ну… ни пуха!

Сосуд разбился брызнув во все стороны мелкими осколками, по полу начало расползаться огненное пятно, образовывая брешь между миром смертных и пеклом, в потолок ударил столб огня. Пару секунд помявшись, вспомнив прошлый опыт, я все же вступил в пламя. Мое тело в ту же секунду пронзило тысячей игл, в организм сплошным потоком потекла энергия. Хрустнул и встал на место сломанный нос, порезы и ссадины затянулись за долю секунды, откуда-то изнутри всплыло чувство, что сейчас я могу свернуть горы одним движением пальца. Когда пламя опало, бревенчатый потолок вовсю полыхал, наполняя комнату едким дымом.

– Сеня, не пугайся и ни о чем не спрашивай, просто делай в точности то, что я скажу, иначе мы трупы, все объяснения потом. Сейчас я накладываю на нас морок, далее ты зажмуриваешься и ни при каких обстоятельствах, повторяю, ни за что не открываешь глаза, если понял, кивни.

Следак, что есть сил затряс головой, прямо как автомобильный болванчик. Морок занял минут пять времени, к этому моменту из-за дыма, в комнате вовсе стало невозможно дышать, я поспешил произнести заклинание и открыть брешь в Лимб, так как работать пришлось на два рыла, резерв за секунду опустел наполовину. Путешествие в обратную сторону оказалось намного тяжелее, а я под конец был похож на выжатый лимон, когда мы вывалились в нашу реальность, внутренних сил оставалось всего ничего. Я до конца не верил, что Сема сможет пройти по измерению духов и не накосячить, однако, все получилось как нельзя лучше.

В центре общины вовсю полыхал дом старосты, к нему со всех сторон сбегались новые и новые люди, отчего пространство возле ворот оказалось пустым, чем мы собственно и поспешили воспользоваться. Покинув территорию поселения Сеня и я не сговариваясь припустили что есть сил в первую попавшуюся сторону, к тому моменту когда спал морок, мы отмотали километров пять.

– Все! Больше не могу.

С этими словами следак завалился в траву, я был не намного выносливее, поэтому рухнул рядом, правда у меня ещё хватило сил, посредством Милз удостовериться, что нет хвоста. В то, что мы выбрались живыми из такой переделки, верилось с трудом, однако вот… – отдыхаем на мягкой травке и даже оба относительно невредимы.

– Итак Сеня, теперь рассказывай: каким местом ты думал влезая во все это дерьмо!!!

Глава 8

Серый туман окутывал все окружающее пространство так плотно, что было непонятно, что это за место. Первые минуты нахождения здесь мы пробовали идти, только толку от этого оказалось мало, пейзаж вокруг совершенно не изменился. К тому же, приходилось постоянно держать Семена за отворот его ветровки, иначе, стоило сделать всего пару шагов и клубы серого тумана полостью скрывали его фигуру.

Где это мы и как сюда попали – вопрос, который сейчас интересовал меня больше всего на свете. Вот только недавно, спасаясь от погони, наша сладкая парочка остановилась передохнуть, однако уже через минуту из-под земли проступил вышеозначенный серый туман, в считанные секунды заполнив собой все окружающее пространство.

– Серег… это чего такое?

На последнем слоге голос Семена дал петуха, только упрекать друга я не стал, у самого душа убежала в пятки от всего этого.

– Хрен его знает… но думаю, ждать осталось недолго… Вряд ли тот кто это сделал, решил просто подшутить над нами.

В этот момент, все мое тело обдало могильным холодом, меня на одну секунду парализовало, а сознание померкло – сложилось такое впечатление, что кто-то просто прошел сквозь меня. Секунду спустя, чувство холода схлынуло, а тело вновь пришло в норму, от него вперёд устремилась черная, бесформенная клякса и через мгновение скрылась в клубах тумана.

– Черт, Сеня, похоже у нас крупные неприятности, – следак обернулся.

– А я-то думал, что хуже быть уже не может… что это за место?

Я только собирался открыть рот для того чтобы озвучить свои подозрения, как меня опередила, кто бы мог подумать – Саяна, появившаяся за моей спиной бог весть откуда.

– Тропы вестников, ну или жнецов, их и так, и так называют – все зависит от религии.

– Твою мать, а ты кто такая?

Казалось ещё чуть-чуть и следователь сорвётся в истерику, чего бы мне крайне не хотелось.

– Знакомься – Саяна Милз, бывший серебряник «Искариот», ныне мой личный призрак, скорее всего, посланный мне в наказание за все мои грехи.

Девушка скривилась.

– Не «Твой личный», – я тебе не какая-то вещь, которую можно кому-то вручить, и скажи спасибо, что совсем тебя с ума не свела за то, что ты меня убил.

– Ты её ещё и прикончил?

На Семена было страшно смотреть, похоже, ещё немного и его волосы начнут седеть на глазах.

– Спокойно Сема, давай без нервов… просто вдохни и выдохни, если нас ещё не прибили, значит мы зачем-то нужны, так что давай сначала дождемся того, кто это все устроил.

После, я обратился к Милз.

– Так вот значит на кого ты работаешь, вот кто обещал замолвить за тебя словечко на последнем суде.

– Ну не он лично, но формально да… извини, а что мне оставалось делать, альтернативка, прямо скажем, гнилая: либо вот так, либо «вэлкам» на адскую сковороду, до следующего перерождения.

В этот момент туман как будто стал плотнее, вокруг нашей троицы закружился натуральный смерч. Впрочем, данное явление не продлилось долго, вскоре окружающее пространство преобразилось, а туман просто растворился, явив взору живописную поляну на берегу кристально чистой, вялотекущей реки метров десяти – пятнадцати в ширину. Немного в стороне расположился белый резной столик с бутылкой «Джека», который Дэниелс, тремя стаканами и вазой со льдом. Около столика спиной к нам стоял седовласый мужчина, облаченный в иссиня-черный итальянский костюм двойку. Саяна пискнула что-то нечленораздельное, потом обернувшись ко мне сказала, что у нее появились какие-то неотложные дела, и не дожидаясь ответа, исчезла. Семён, ошарашенный до глубины души, вовсе стоял с глупым видом садового гномика, не в силах произнести даже слово, или по крайней мере, пошевелить хоть какой-то конечностью. Я глубоко вздохнул и понуро побрел к столику.

– А у тебя тут уютненько, я-то думал – ты обитаешь в мрачном склепе в окружении кучи мертвецов.

Мужчина обернулся, на меня взглянуло лицо молодого парня лет так двадцати пяти – тридцати, как и волосы абсолютно белого, мертвенного цвета. Какое-то время он смотрел прямо мне в глаза, его взгляд ощущался буквально физически, я изо всех сил пытался не отвести глаз, даже ладони вспотели. Такая дуэль продолжалась секунд десять, после чего на лице парня прорезалась слабая улыбка, а сам он медленно двинулся мне на встречу.

– Извини, не хотел тебя разочаровывать, но антураж мест упокоения явно не по мне, и спешу тебя заверить – на троне из человеческих костей я тоже не восседаю.

Я усмехнулся, образ довольно доброжелательного молодого парня, никак не вязался с образом «начальника» всех жнецов и по совместительству – одного из сильнейших Архангелов.

– Добро пожаловать брат, присаживайся, нальешь?

Из-под столика, сам по себе, выехал такой же резной стул без спинки.

– Насчёт брата, это сильно сказано, где я, а где ты, да и давно это было…

Я распечатал бутылку виски, разлил по бокалам и залпом «опрокинул» свой, не чокаясь.

– Давай без этих прелюдий… скажи честно Азраил, чего такого, самому Ангелу смерти могло понадобиться, что он явил свой лик обычному смертному.

Азраил забросил в бокал два кубика льда и сделал небольшой глоток.

– Просто любопытство…

– Любопытство?

– Точно… хотел своими глазами увидеть того, кто смог нарушить все заветы Отца. Когда о тебе узнали, ты просто не представляешь, какой переполох начался. Небеса до сих пор на ушах стоят… знаешь, я никогда не думал, что среди нашей братии найдутся те, кто променяет дар вечной жизни на существование смертного… Скажи честно, каково это? Жить среди них, не чувствовать силы и знать, что можешь умереть в любой момент?

Я наполнил свой стакан, на минуту призадумался, Азраэль не торопил.

– Это просто мечта, я никогда не чувствовал себя настолько свободным. Никаких обязанностей и запретов – делай что хочешь и будь что будет.

– Может ты бы не вернул «крылья» если б мог?

Ну формально-то я их никуда не терял, в любой момент могу развернуть, другое дело: белые крылья ангела это его пропуск на небо, черные наоборот – в пекло. И вот их я возвращать точно не хочу. Снова быть на побегушках у высших сил, нет это уже явно не для меня. Однако, своему собеседнику я этого объяснять не стал, отделавшись ёмким: «Нет».

– Признаться, я удивлен, ты смог меня заинтересовать ещё в тот момент, когда отказался использовать косу… Думал, ты ухватишься за любую возможность дабы почувствовать хоть часть былой мощи, пусть и в качестве жнеца… С каждым часом игра становится все интереснее.

– Игра? – спросил я, однако не очень-то приятно чувствовать себя игрушкой в руках несмышлённого младенца.

– Ты будто вчера родился… неужели за несколько тысяч лет до тебя не дошло, что все эти предсказания, предзнаменования, предназначения и прочее-прочее, лишь часть одной большой игры.

Меня передёрнуло.

– Несколько жестоко, тебе не кажется? Взгляни на ветхий завет… если это, по твоим словам, лишь развлечение… то ты – конченый садист.

– Я Архангел… главный вестник смерти! Моя жизнь тускла и уныла, меня сложно чем-то удивить, за тысячи лет такое существование приелось, я бы уже давно развоплотился по собственной воле, если бы не вот такие «кусочки пазла», которые, смею надеяться, в конечном итоге, соберутся в нечто грандиозное. Но я не хочу быть просто наблюдателем… оттого, мое предложение остаётся в силе… бессрочно, просто воспользуйся дарованной тебе способностью.

– Сейчас, я ещё сильнее уверился в том, что поступил правильно… Подобная перспектива не привлекает меня ни разу… так что спасибо, но мы уж как-нибудь сами.

– Твое право, но давай посмотрим, что будет дальше.

Азраэль отсалютовал своим стаканом и начал медленно растворяться, а на поляну опять пополз серый туман.

– Эй-эй, не так быстро, сначала «поставь» нас туда где взял, а потом растворяйся на здоровье.

В ответ послышался смешок.

– Воспользуйся тропой вестника, один раз разрешаю, оцени, чем ты мог обладать, если бы захотел.

– И как, черт возьми, я должен ей воспользоваться? Инструкция где?

Ещё одного ответа не последовало, к тому моменту Азраэль полностью растворился, а мы оказались снова посреди клубящегося тумана с множеством хаотично движущихся теней.

– Эм-м-м… что мы будем теперь делать? Нет, ты не пойми меня неправильно, я благодарен тебе за спасение и все такое, но если нам грозит тут сдохнуть, лучше бы я остался в плену, – задумчиво пробормотал Семен.

У-у-у-у-у засранец! Тут задницу рвешь на британский флаг, рискуешь своей свободой и вообще жизнью, а потом слышишь такое вот! Мне страстно захотелось влепить следаку смачный подзатыльник, однако, удалось сдержаться. Маловероятно, что Сема вообще знает о чем говорит, для него это все не выглядит столь опасным, как есть на самом деле. Глубоко вздохнув, я решил попытаться позвать того единственного жнеца с кем хоть немного знаком, идея конечно не ахти, но чем черт не шутит – вдруг выгорит!

– ДИАНА!!! ЕСЛИ СЛЫШИШЬ, ВЕРНИ НАС НАЗАД… – и уже тише – иначе плакали хотелки твоего шефа… Возьмём и загнемся здесь, назло всему вашему пантеону.

Шанс на то, что девушка-жнец все же откликнется, был минимален, однако нам сегодня явно везло. Снова закружился вихрь и вокруг нашей парочки очистился небольшой пятачок, метра три в диаметре, откуда-то из-за кружащегося мракобесия выступила моя знакомая.

– Господи, ну до чего же тупой! Как ты вообще жив ещё? Не иначе, промысел высших сил… Тебе ясно дали понять чем нужно воспользоваться чтобы пройти по тропе вестника! ДОСТАНЬ КОСУ ИДИОТ!

Рядом со мной, со словами: «Все уже закончилось?» – материализовалась Саяна, но увидев Диану не в лучшем расположении духа, снова нечленораздельно пискнула и спряталась за моей спиной. Та, даже не отвлеклась от своего монолога. Вот теперь я видел все, так как жнец кроющий тебя русским народным наречием, да в три этажа, это что-то с чем-то. Тем не менее, словарный запас нашей визави, видимо, подошёл к концу, она ещё раз напоследок потрясла косой и не дав времени ответить шагнула за пределы расчищенного пространства. Туман с радостью «проглотил» фигуру девушки и снова стало тихо.

– ТВОЮ МАТЬ! Можешь так не подкрадываться, ты меня нервируешь!

Я взглянул на Семена, тот в упор смотрел на Милз и пятился назад. Такими темпами скоро нашего ведьмака-недоучку придется определять в дурку, слишком много потрясений за один день для его тонкой душевной организации.

– Вообще странно, что ты меня видишь – спокойно сказала девушка.

А-а-а-а-а! Как хочется сейчас на кого-нибудь наорать и что-нибудь расколотить. Конечно, твою мать, видит, это же тропы вестников – соединительная нить между измерением духов и миром смертных, к тому же, стал бы он спрашивать будь по-другому. Так, не нервничать, необходимо взять себя в руки и попытаться выбраться отсюда.

– ВСЕ!!! Достали!

Обе фигуры замерли с открытыми ртами, уставившись в мою сторону.

– Сема, блин! Хорош истерить! Саяна, это всего лишь призрак, она ничего тебе не сделает. После, я обратился к девушке: «А ты хорош тупить, конечно он тебя видит! Давайте уже возьмём себя в руки, или вы тут ночевать собрались!»

Пока двое моих спутников с интересом рассматривали друг друга, я уже не слушая что будет дальше, отошёл немного в сторону и закатал рукав. Хоть и не хотелось, а воспользоваться орудием смерти придется, знать бы ещё как именно. Сказать честно, меня коса пугала, точнее не само оружие, а то чувство, которое я испытывал держа ее в руках.

Руку в районе татуировки привычно обдало холодом и жаром одновременно, секунду спустя, зловещий артефакт возник у меня в руке.

– Так, полдела сделано, чего делать дальше? Есть у кого-нибудь, какие-то мысли на этот счёт?

М-да, нашел у кого спросить, с таким же успехом можно было задать вопрос, допустим, туману. Мои друзья, сейчас более всего походили на тупых кукол. И ладно бы завис только Семён, однако и Милз тоже не произносила ни слова, понемногу пятясь назад, подальше от оружия способного одним взмахом оборвать ее призрачное существование. И чего она так испугалась, вроде уже видела ее у меня в руках. Я поднес косу к лицу. Бритвенно-острое лезвие испускало холодное белое свечение, а в месте хвата рука источала черный, маслянистый чад – зрелище, прямо скажем, не для слабонервных.

– Ну что, попробуем?

Хотя, у кого я спрашиваю, казалось, сейчас они позабыли о существовании друг друга, а коса полностью завладела их вниманием.

Пытаясь мысленно представить место, где бы хотел оказаться, поднял оружие. Кончик лезвия налился ярко оранжевым светом. Вопреки моим ожиданиям, все получилось. При движении вниз лезвие оставляло за собой след, словно разрез пространства, при этом раздался звук рвущейся материи, даже лёгкое сопротивление появилось, словно бы я и впрямь что-то резал. Закончив с «разрезом», вытащил косу, след моментально расширился, образовав окно высотой два метра и метр в ширину.

– ВЕЛКАМ ХОУМ, ДРУГИ МОИ! Ну чего застыли, давайте уже сваливать из этого гиблого места, а то от этого тумана у меня мурашки по спине.

Саяна с Семёном переглянулись и осторожно, друг за другом, проследовали в открывшееся окно. Первым шел следак, следом, нерешительно пролетела девушка и уже последним, я. Как только наша троица оказалась по ту сторону разреза, коса вернулась на свое законное место, снова одарив предплечье не особо приятным ощущением.

Несколько секунд мы все стояли молча, пытаясь прийти в себя после пережитого, все же не каждый день путешествуешь по нескольким измерениям, да и с боссом всех жнецов выпить вряд ли многим удавалось. Хотя Азраэль это зрелище, скорее, которое хочется развидеть и списать все на разыгравшееся воображение. Становится как-то не по себе если представить что во всем этом, замешаны такие фигуры как он. На их фоне, чувствуешь себя по-настоящему мелким и слабым, даже не муравьем – микробом, не способным ни на что, кроме как вызвать слабенький «чих».

– Детский парк развлечений? … Серьезно?

От душевных терзаний меня отвлек голос Семена. Я осмотрелся по сторонам, Милз снова куда-то упылила по своим делам, даже не удосужившись объяснить куда ей так срочно понадобилось бежать… перемещаться… телепортироваться… в общем, не суть каким образом, а факт остаётся фактом. Сейчас я и Сема стояли по колено в бассейне наполненном шариками всех цветов радуги, в окружении оравы мелких спиногрызов от трёх до шести лет.

– Молодые люди!!! – послышался голос администратора. – Как вы туда забрались? Этот аттракцион для детей! Взрослым там находится запрещено!

Дело в том, что при перемещении, на ум пришло именно это место, а если точнее, я только его мог воспроизвести в памяти в мельчайших подробностях. В свое время, этот парк был моим любимым, а отец никогда не отказывал в походах сюда. Воспоминания об этих аттракционах часто всплывали в памяти, заставляя улыбаться и грустить о давно ушедшем прошлом.

– МОЛОДЫЕ ЛЮДИ!!! Я К ВАМ ОБРАЩАЮСЬ!

Уже чуть ли не криком повторила свою реплику женщина-администратор, больше похожая на в меру упитанного слонёнка. Вместе с тем, вокруг сухого детского бассейна собралась орава «кудахчущих» женщин, этаких классических «ЯЖ-МАТЕРЕЙ». Пока мы с Семой выбирались, пытаясь прорваться сквозь тучу маленьких дьяволят, решивших, что все это часть игры, в нашу сторону каких только эпитетов не звучало: «… НИ СТЫДА НЕ СОВЕСТИ… КАК ВАМ НЕ СОВЕСТНО… УРОДЫ… ЗДОРОВЕННЫЕ ЛБЫ, А ВСЕ ТУДА ЖЕ» – и даже: «ЧЕРТОВЫ ПЕДОФИЛЫ», – от чего следак шедший позади меня покраснел как первоклассница на родительском собрании. Продравшись сквозь малолеток, чуть ли не с боем, пришлось продвигаться в сторону выхода. Что сказать: наше появление произвело настоящий фурор, каждый родитель считал своим долгом внести свою лепту методом около матерного порицания и тычка указательным пальцем, и только детям, было все также весело.

Уже выбравшись наружу и отойдя от здания детского парка развлечений Семён решил прокомментировать сложившуюся ситуацию.

– Офигеть! Кому расскажи, хер поверят… сейчас бы сигарету!

Я усмехнулся.

– Они убивают…

– Ага… можно подумать, с такими приключениями, я доживу до счастливой старости!

На что, я лишь пожал плечами и направился в сторону остановки общественного транспорта, позади, послышались шаги Семена…

Хм, я-то думал наш недо-ведьмак после всего поспешит сбежать от меня подальше, ну его проблемы… пусть потом не жалуется!

Глава 9

– Так что будем делать? – спросил догнавший меня следак.

– Конкретно сейчас, я собираюсь пойти в свой любимый ПАБ и опрокинуть пару темного.

Надоело носиться как угорелому по всему Сталегорску, тем более достала ситуация когда пытаешься сделать кому-либо хорошо, а выходит в точности наоборот, если не сказать хуже. Хотя, конечно глупо винить Семена в том, что пришлось встретиться с Азраэлем. Опять же снова эта «Игра», помнится, в прошлый раз я чуть не отдал концы, занимая одну из ведущих «клеток на доске» и повторения такого опыта крайне не хотелось. От тяжёлых дум снова отвлек голос Семы.

– Не мешало бы переодеться, а то видок у нас ещё тот, удивляюсь, как сотрудники парка полицию не вызвали.

Я осмотрел себя с ног до головы. Со всей нервотрепкой как-то совсем про это забыл. Однако, поход на турбазу не прошел бесследно. Правый рукав моей кожаной куртки был практически полностью оторван, на левом, в районе плеча зияла огромная дыра, штаны и вовсе теперь сгодятся только в качестве половой тряпки. Следак выглядел не лучше. Не знаю при каких обстоятельствах его поймали, но кажется перед этим, он основательно, со знанием дела вывалялся в грязи. Однако идей где бы раздобыть чистую одежду не было, от слова совсем.

– Идеи?

Больше для порядка, чем надеясь на что-то дельное, я обратился к Семёну. Тот почесал трехдневную щетину и вопреки ожиданиям, предложил следующий план действий.

– Есть у меня квартирка на примете, о ней даже Айран не знает, я там обитал какое-то время пару лет назад… когда в запой уходил. Думаю там нас точно искать никто не будет, а хозяин хаты ещё, как минимум лет десять пробудет в местах «не столь отдаленных».

– Сеня, а ты оказывается, у нас предприимчивый тип!

– Да я ей просто последнее время не пользовался, вот и вылетело из головы, а сейчас вдруг вспомнил.

– Конечно-конечно, о чем речь, и продажных девок ты туда тоже ни разу не водил…

Сеня опять покраснел… вообще я заметил, что он уж слишком сильно все принимает близко к сердцу, что тут скажешь – не лучшее качество для полицейского, возможно, именно поэтому он и свалил из рядов правоохранительных органов, как только появилась такая возможность. Что же касается планов на ближайшее будущее, то в свете всего вышеперечисленного, они явно нуждаются в пересмотре.

– И где находится твоя хата?

– На Патриарших – крайняя улица рядом с лесом.

Ну надеяться, что убежище будет расположено в элитном районе города, особенно с сидящим хозяином, было бы глупо.

– Подожди…

Я остановил следака уже развернувшегося в сторону остановки.

– Не в таком же виде.

Семён не понял что от него требуется, однако лишних вопросов задавать не стал. Немного постояв и понаблюдав за остановкой, я выбрал двоих, более или менее похожих на нас комплекцией мужиков, после чего принялся накладывать морок. На что-то по-настоящему сложное и качественное не было ни времени, ни желания, да и особой надобности тоже. Весь ритуал занял минут десять, а магический конструкт вместился на две монеты достоинством в пятьдесят копеек – одна для Семена, другая для меня. Энергии заложенной в такой амулет должно хватить на пару часов, как раз, чтобы добраться до места назначения. Конечно любой иной, обладающий даже простеньким заклинанием «истинного взора» с лёгкостью разглядит фальшивые образы. Однако, не будут же ведьмы использовать колдунство на каждом встречном поперечном, а нам всего и надо полчаса проехаться в маршрутке, да пройти по улице пару сотен метров.

Семён оглядел себя с ног до головы, покрутил руками около глаз, даже пару раз тыкнул в меня указательным пальцем.

– Круто! Научишь?

– К-хм… Сёма, как бы так выразится… короче, зная твои успехи на поприще даже простейших магических действий, я почти уверен, что на выходе у тебя получится нечто взрывающиеся и крайне травмо-опасное!

Следак что-то обиженно прогудел себе под нос и последовал к остановке вслед за мной. С транспортом нам снова повезло, микроавтобус был практически пустым, единственными пассажирами оказались две бабульки на заднем сиденье. Но тем было точно не до нас, их интересовали более глобальные вещи, к примеру курс доллара на сегодня, политический курс России и когда лучше всего сажать чеснок. Водитель же и вовсе представитель прибалтийской братии, и он вообще «клал болт» на всех кто заходит в салон, лишь бы деньги платили.

Напрочь убитая, ржавая газель довезла нас до места минут за пятьдесят, так что морока хватало с лихвой. Наконец, мы выбрались на «свет божий». М-да, сказать что это неблагополучный район – ничего не сказать. На остановке, прямо на скамье ожидания, мирно посапывал местный алконавт, пуская тягучие слюни на мостовую. Контраст района окраины города с центральными кварталами, просто дикий. Разбитая дорога, переполненные мусорные баки, а то что в них не вместилось, сейчас беспрепятственно разносится ветром по всем окрестностям. Людей на улице самый минимум, только те кого нужда заставила выйти в магазин или тяжёлое похмелье не оставило другого выбора, кроме как идти попрошайничать. Несколько раз, пока мы двигались в сторону убежища, на глаза попадались кучки местной молодежи, тоже в будущем, скорее всего представителей криминальной прослойки общества. Глядя на все это невольно задумываешься, а ведь мы сами плодим себе проблемы. Что стоит правительству города хоть раз выполнить свою работу как надо, немного, совсем чуть-чуть, только чтобы привести здесь все в более или менее нормальное состояние. Построить школу, нормальный торговый центр, баскетбольную площадку, да и в целом навести небольшой марафет. Стоит только почитать некрологи, как становится понятно, все самые серьезные преступления происходят именно вот в таких вот районах или к ним прилегающих. Получается, что власти сами плодят преступность, создавая из жителей этих мест, своеобразных козлов отпущения, на которых потом можно свалить что угодно и куда можно выделить огромные суммы денег, которые, в свою очередь, осядут в карманах все тех же, эту самую власть представляющих. Непонятно, на что надеется абсолютное большинство смертных, даже тех кто истово верит в Ад и Рай, редко можно отнести к безгрешным. Зато потом, после жизни, когда душа попадает туда куда ей положено, порой такого насмотришься. Особенно смешно становится, когда грешник начинает угрожать чертям своим высоким положением и кучей таких же знакомых. Это длится до тех пор, пока он не получит вилами в задницу, тогда в ход идут мольбы, стенания, даже, нередко деньги предлагают. И только «загремев» в котел с кипящим маслом, весь словесный поток, от которого уже начинает тошнить, сходит на нет, уступая место чистому, незамутненному воплю боли и отчаянья. Для некоторых демонов, в том числе и изначальных, такие эмоции как сильнодействующий наркотик – позволяют ощущать себя карающей дланью. От такого их чувство собственной важности просто зашкаливает, в дальнейшем превращая в кровожадных, охочих до чужих мук, монстров.

Как и стоило ожидать, квартира находилась в старой щитовой двух-этажке, времён даже не совка, а наверное ещё царя-батюшки. Практически по всему зданию отвалившиеся штукатурка, провалившаяся черепица, старые облезлые ставни на окнах с потрескавшимися и заклеенными прозрачным скотчем, стеклами. В доме отсутствовала газовая подводка как данность, отопление исключительно печное, благо лес рядом. Не стоит говорить что удобства, в виде пресловутых «М и Ж», находились тоже на улице. М-да, если б не нужда, черта лысого я бы сюда вообще сунулся. Однако чумазая детвора во дворе, по этому поводу никак не парится и выглядит вполне счастливо.

– Не пять звёзд однако…

Семен посмотрел в мою сторону.

– А ты чего ожидал? Как-то королевские палаты обычно либо сразу с молотка, либо родственники суетятся, а вот эта халупа даром никому не нужна.

Мы прошли к подъезду. Внутри, обстановка оказалась ещё хуже, от входных дверей на лестничную клетку остались одни воспоминания да ржавые петли, одиноко поскрипывавшие на ветру. От созерцания картины разрухи в отдельно взятом здании, меня снова отвлек голос Семена.

– Осторожно… там ступенька гнилая, сломаешь ногу, придется вызывать скорую, травм-пункта здесь нет.

Пришлось остановить ногу на полпути и переставить ещё на одну ступеньку вверх.

– Ацкие яйца Соттоны! Как здесь вообще человеки выживают?

– А вот так и живут, как при царе, причем, некоторые из них вполне счастливы, и жизни другой не хотят.

Наша квартира находилась на втором этаже. Под стать самому зданию, деревянная облезлая дверь, рядом небольшой, явно самопальный почтовый ящик, в который Сеня сразу же запустил руку и немного пошурудив там, выудил длинный, старинный ключ на верёвочке. Замочная скважина поддалась раза с пятого или шестого, сразу видно, что в «блат хате» давненько никого не бывало.

Прежде чем войти внутрь, я рассыпал на пороге золу рябины вперемешку с солью и все это сверху накрыл заговором изгнания нечисти.

– Оmnis satanica potestas, omnis incursio infernalis adversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta diabolica… (Молитва Папы Льва XIII)

Смесь на пороге ненадолго вспыхнула, выделился едкий дым, однако, через пару секунд ритуал был закончен, а у нас появился, хоть и не особо сильный, но самый настоящий барьер против непрошеных гостей в виде всякой нечисти, преимущественно адского происхождения.

Обернувшись и хорошенько осмотрев наше новое прибежище, я рассчитывал увидеть такую же разруху и запустение, что и снаружи. Однако приятно удивился, в квартире было убрано и выглядело все так, словно кто-то, нет-нет да и наводит некоторый марафет. Всего, не считая кухни, здесь было две комнаты, точнее полторы, закуток два на три метра назвать комнатой не поворачивался язык. Вторая, по-видимому гостиная – самая большая, если брать в квадратах, то где-то метров пятнадцать точно наберется. И собственно кухня, где вместо плиты находилась обмазанная глиной, дровяная печь, стол, пара стульев и старенький холодильник марки «Минск». Я занял самую мелкую комнату, вроде как я тут в гостях, поэтому самую большую уступил Семёну. Мой закуток видимо когда-то был спальней, причем оформленной в стиле минимализма – старая пружинная кровать, прикроватная тумбочка и стул со спинкой, мне это почему-то напомнило убранство кельи, в которой я гостил у Аркадия. Семёну досталось не в пример больше, там где он обитал, находился целый раскладной диван, старый ламповый телевизор и журнальный столик времён совка.

– Ну конечно не Хилтон, но жить вполне можно, – констатировал я.

– Можно подумать у нас есть какой-то выбор, – отозвался Семён.

– Сема, тебе в принципе, больше ничего не грозит. Трогать тебя уже нет смысла. Да, в первый раз ведьмы рассчитывали выманить меня, но рано или поздно тебя бы отпустили, нет у них сейчас войны с ведьмаками, скорее последние сейчас с ними на короткой ноге. В свете вышеперечисленного, я не понимаю, зачем тебе это все надо, шел бы домой и не совался бы куда не просят.

Бывший следак потёр переносицу, глубоко вздохнул и присел на диван. Его глаза уставились в стену, а на лице проступила гримаса грусти.

– Сколько там тебе лет? Тысяча или две?

Я изобразил рукой жест неопределённости типа: «Что-то около того».

– А так и не понял человеческой души… нет, я останусь с тобой до конца, не ради тебя или себя, а ради нее.

– Неужели ты и впрямь так серьезно втюрился в эту ведьмочку?

Что поделать, такой уж я есть, не могу не съязвить, даже тогда когда это совсем не к месту. Однако Семен, шпильку пропустил мимо ушей.

– Любовь? Не смеши… её нет, то что воспето в куче стихов и песен, то чем оправдывают множество нелепых поступков… не более чем миф, просто пшик… есть привязанность, доверие, потребность быть с кем-то…

– Сема, а ты прямо философ! Ганди нервно курит в сторонке.

– Да иди ты в баню.

Беззлобно отмахнулся от меня ведьмак и направился в сторону кухни. В этот же момент на лестничной клетке раздался хруст, потом что-то громко упало и раздалась матерная ругань. М-да, я надеялся здесь пробыть как минимум пару дней.

– Сеня, каков шанс что на эту гнилую ступеньку наступил кто-то из местных?

– Практически, нулевой, они с закрытыми глазами могут здесь ходить.

– Тогда готовься, сейчас нам будут делать БО-БО.

Я даже не успел подумать о том чтобы достать оружие, как мой Смит оказался в правой руке. «Гости» скорее всего поняли что эффект неожиданности безбожно профукан и перешли сразу к агрессивным действиям. Послышался топот нескольких пар ног, потом хруст проламываемой входной двери. На разлетающиеся в разные стороны деревянные щепки, я смотрел уже применив замедление. В проёме показалась фигура зверя, размером с не самого маленького человека, револьвер выстрелил практически в тот же момент. Так как я находился в непосредственной близости от дверного проема, промазать было просто нереально. Пуля угодила твари прямиком в пасть. На этот раз в пистолет были заряжены обычные патроны, однако эффект получился выше всяких похвал. С затылочной стороны монстра ударил фонтан красного цвета, а сам зверь, пролетев ещё метра два, замертво рухнул на деревянный пол. В тот же момент, очертания твари начали меняться, с каждым мгновением приобретая все больше человеческих черт. Совсем не важно какого типа пуля: освящённая, серебряная или какая-нибудь иная, если она влетела тебе в рот и разворотила половину черепа. Следом за оборотнем в квартиру ввалились два новых противника, причем обе были женского пола. Смит выстрелил ещё трижды, прежде чем я понял, что это бесполезная трата патронов. Пули зависли в воздухе перед девушкой, на вид лет двадцати – двадцати пяти, и опали на пол, не причинив ей ни малейшего вреда. Тем временем, ее напарница кинулась в сторону Семена, на ходу произнося какое-то заклинание. Как обстоят дела у ведьмака, смотреть я не стал за неимением возможности, полностью сконцентрировавшись на своем противнике. Ведьма, а это определенно была представительница этого вида иных, выставила вперёд руки, что-то шепнула и резко хлопнула в ладоши. На последних секундах замедления, я нырнул в сторону, пропуская мимо себя ветвистую молнию, угодившую прямиком в диван, разнеся его на мелкие части. Время, уже привычно, толчком вернулось в нормальное состояние. Мой не успевший до конца восстановиться резерв опустел слишком стремительно, однако ведьма точно недооценила меня, решив что на этом все мои козыри иссякли.

Во рту стало тесно, появился солоноватый привкус. Вместе с тем пальцы прострелило острой болью, наружу, царапая пол, полезли длинные крючковатые когти. Разум подернулся красной пеленой, заглушив все чувства кроме ярости, и мысли, кроме той что вот он противник и он непременно должен быть разорван в клочья самым жестоким образом, а ее душа должна стать пищей для меня и новой частицей моей силы. Ведьма занесла ладони над головой и зашептала очередное заклинание, только закончить его ей было не суждено. Мгновенный рывок, взмах правой рукой, горло девушки разорвано в клочья, а брызги крови летят во все стороны. Ужас застывший в ее глазах, в данный момент, лег бальзамом на сердце моего внутреннего зверя. Но смерть это для нее далеко не конец, когти правой руки вонзились ведьме в грудь, в мое тело хлынул поток энергии ее души, заставляя моего «зверя» ликовать ещё больше. Спустя пару секунд, все было кончено, от ведьмы осталась только горстка черного пепла.

Со стороны Семена раздался сильный грохот, дом вздрогнул, стекла квартиры покрылись паутиной трещин. Обернувшись в сторону шума я увидел как последняя противница фонтаном крови и ошметков мяса разлетается по всему помещению, а не ожидавший такого поворота ведьмак стоял и бешено вращал глазами, не зная что делать дальше.

Пока мой разум полностью не поглотила ярость и жажда крови, я поспешил достать флакон святой воды и опрокинуть в пасть. Внутренности обожгло, словно напалмом, желудок скрутило парой десятков узлов, на пол вылилось все его содержимое, а в голове взорвалась сверхновая. В следующее мгновение, я ощутил себя лежащим на полу в луже собственной рвоты, с ног до головы заляпанным кровью и кусками мяса. Поднявшись на четвереньки, я взглянул в сторону ещё не пришедшего в себя Семы.

– Что, мать твою, это было, – мой голос хрипел как у законченного алкоголика – СЕНЯ БЛ***Ь, НА МЕНЯ СМОТРИ!

Ведьмак сфокусировал взгляд на мне, его руки затряслись.

– Я…… не хотел… не думал… хотел поставить обычный полог!

– Слушай меня! Ты не виноват, если бы ты ее не убил, она угробила бы нас обоих!!!

Минут десять мне понадобилось чтобы привести Семена в чувство, потом ещё полчаса ушло на наложение морока и быстрое бегство с места событий в сторону лесополосы. Сейчас я стоял и наблюдал с безопасного расстояния как к дому, где мы только что находились, подъезжали полицейские, пожарные и машины скорой помощи. Находись мы в районе посолидней, они прибыли бы гораздо быстрее, а так, прошел практически целый час. Семён сидел на пеньке, немного в стороне обхватив голову руками и смотрел себе под ноги.

– Боже как же кроваво, я правда не хотел… это… это чудовищно.

– Привыкай, в мире ночи всегда так, все мы чудовища… если ты не монстр – ты пища.

Так прошёл ещё десяток минут. Семён более менее успокоился и заговорил уже нормальным голосом.

– Что будем делать дальше?

Я хмыкнул.

– «Мы» уже ничего, с этого момента наши пути расходятся Сеня, дальше каждый сам по себе.

– Постой, мы же договорились, я пойду с тобой, чего бы мне это не стоило, мы найдем другое убежище.

Я не дал договорить, перебив его на полуслове.

– А смысл? НУ КАКОЙ В ЭТОМ СМЫСЛ? ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ВЕРИШЬ, ЧТО У МЕНЯ ЕСТЬ КАКИЕ-ТО ШАНСЫ СКРЫТЬСЯ? ДА ЧЕРТА ЛЫСОГО… СЛУЧИТЬСЯ АБСОЛЮТНО ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО ЗДЕСЬ, СЕЙЧАС… только последствия могут быть куда хуже, чем пара лопнувших окон и сгоревший диван.

Я ещё раз посмотрел на бывшего следака, тот буравил меня немигающим взором, силился что-то сказать но не находил слов. Уходя в этот раз, никаких шагов позади я не услышал, оно и к лучшему. Буду надеяться, что он примет правильное решение. Что касается меня, уж лучше я буду один в час очередной бойни, не придется ни за кем приглядывать и потом, в случае чего, корить себя за то что недоглядел… Как однако смешно получается: по сути, мне некуда деться, нет такой дыры где бы меня не нашли. Черт, да я даже застрелиться не могу ибо попаду прямиком в Ад на блюдечке с голубой каемочкой. Итого: что мы имеем на данный момент времени… Одним словом – НИ-ЧЕ-ГО. Планов нет, шансов – подавно, выхода тоже не наблюдается. Я нервно хихикнул, потом ещё раз и ещё. Уже через минуту на весь лес раздавался истеричный хохот, вконец отчаявшегося демона, хоть и в теле обычного человека.

Глава 10

– Госпожа, – позади Лилит раздался голос ее первой помощницы Альцины, в мире смертных просто Анны. – Мы нашли его… но.

Демонесса поморщилась, как от глотка лимонного сока.

– Что «но», договаривай, снова возникли какие-то проблемы?

Помощница выдержала десятисекундную паузу, обдумывая дальнейшие слова. В голове промелькнул ворох воспоминаний, событий последних дней. Поначалу, назначение главной после госпожи ведьмой, сильно раздуло в ней чувство собственной важности. Власть, право карать и миловать, при этом ни у кого не спрашивая разрешения пьянила Альцину. Только такое чувство превосходства над другими не продлилось долго. Вплоть до первой неудачи, когда ведьма решила что пяти суккуб будет достаточно для поимки какого-то там обычного смертного. В тот день ничто не предвещало беды, пока с охоты не вернулась одна из них, причем не в лучшем физическом состоянии. И вот в этот момент до ведьмы дошло, что вместе с огромной, по ее меркам властью, ей достался такой же по своей величине «Геморрой». Одним щелчком пальцев, древняя демонесса превратила в прах двух сильнейших и старейших ведьм. Альцина потом ещё долго благодарила судьбу что хозяйка выбрала своей целью не ее, и одновременно с этим ее же и проклинала, за эту неблагодарную участь.

– Ты долго будешь молчать? Учти, я не люблю ждать.

Услышав шипящий, ласковый голос Лилит, Альцина вздрогнула, перед ее глазами пронеслась вся жизнь, чередуясь с картинами смертоубийства, ибо увидеть госпожу в плохом расположении духа, зрелище не для слабонервных. Собрав все свои силы в кулак ведьма глубоко вздохнула и сделала один шаг вперёд, ее ладони моментально взмокли, а ноги едва не подкосились.

– Прошу прощения госпожа, мы снова недооценили силу этого смертного. Даже сейчас, мы не представляем всех его возможностей. Погибли две сестры с наивысшим магическим потенциалом, кроме того пострадали несколько ведьмаков, из тех что решили примкнуть к нам и убито четверо суккуб… если бы у нас было больше данных…

После этих слов стоящая у зеркала демонесса резко развернулась, в ее глазах вспыхнуло адское пламя, а на губах растянулась улыбка, больше похожая на оскал психически «съехавшего» маньяка.

– То есть ты утверждаешь, что в твоих неудачах виновата я?

Демонесса сделала всего одно плавное движение ногой и оказалась на расстоянии вытянутой руки от Альцины.

– Что может быть сложного в том, чтобы поймать никчемного человека. Всего три сотни лет назад с этим заданием справилась бы самая слабая ведьма. Если то что я сейчас наблюдаю, все что осталось от вашей былой мощи, то быть может вам лучше и вовсе сгинуть, дабы не позорить свою «Мать».

Указательный палец левой руки Лилит ткнулся в грудь Альцины, в тот же момент ее тело скрутило невыносимой судорогой, ноги всё-таки подкосились, ведьма рухнула как от хорошего хука в челюсть, но прежде чем упасть, ее желудок решил избавиться от содержимого, в результате чего сейчас девушка валялась в луже зеленой, мерзко пахнущей массы. Демонесса скривила лицо в гримасе отвращения и брезгливости.

– Боже какие же вы жалкие, мне больно смотреть на то, во что вы превратились, благодари дьявола что ты все ещё мне нужна, мой сосуд ещё недостаточно крепок, а сила ещё не достигла своего пика, бой со священником и его прихвостнями, вероятно, окажется слишком тяжёлым для меня нынешней, пока ещё не время высовываться из убежища.

Лилит будто потеряла к ведьме интерес, также плавно развернулась и вернулась к зеркалу.

– Однако ты не настолько ценна, чтобы тебя некем было заменить, поэтому я жду предложений, как выйти из сложившейся ситуации, у тебя ровно минута на то, чтобы выдать более или менее сносный план действий.

Мысли в голове Альцины заметались с бешеной скоростью, скользя руками в собственной рвоте девушка попыталась подняться хотя бы на колени, с третьей попытки ей это все же удалось.

– Родственники…

Правая бровь демонессы едва заметно дернулась вверх.

– Что прости?

– Я сказала родственники. Точнее всего один, наши люди нашли его отца, думаю, стоит его схватить и он сам к нам придет.

– Вот видишь – можешь, когда хочешь! Только в этот раз все будет по-моему, прошлое похищение его близкого не дало желаемого результата.

Лилит оторвалась от своего отражения в зеркале, продефилировала в сторону небольшого, изящного диванчика и умостилась на нем, закинув ногу на ногу в лучших традициях глянцевых фотомоделей. Прилагая титанические усилия, «проглатывая» новые попытки бедного желудка избавиться от остатков пищи, Альцина наконец, смогла принять более или менее вертикальное положение.

– Я… вас не понимаю, что вы хотите от нас.

Демонесса опять взглянула на ведьму, в ее глазах снова запылало адское пламя.

– Знаешь, что заставляет любое существо избавиться от чувства дикого страха, принуждает совершать необдуманные, а порой и глупые поступки, совершенно не заботясь о последствиях… благодаря какому чувству включаются первобытные инстинкты, заложенные Всевышним в каждом из нас, напрочь отключая всякий здравый смысл.

Кажется, сейчас Лилит рассказывала что-то из своих воспоминаний, при этом на ее лице играла блаженная улыбка, словно это «что-то», в свое время, доставило ей немало удовольствия. От этой картины, по спине ведьмы побежали мурашки, она всем телом попыталась вжаться в стену, словно бы стараясь уменьшиться в размерах.

– Чт. о? – осторожно, еле слышно проговорила девушка.

Лицо Лилит окончательно потеряло всякое сходство с обликом нормального человека, взамен приобретя выражение полного психопата.

– Злость, даже не так, ЗЛОСТЬ!!! Всепоглощающая ярость и жажда мести! А такие как он, уж поверь мне, подвержены этому чувству во много раз сильнее, чем другие.

– То есть вы хотите…

Демонесса не дала ведьме договорить.

– Я хочу, чтобы вы убили его отца, убили грязно и жестоко, причем, чтобы он умер не сразу, а на руках нашего друга, чтобы его чувство потери и бешенство от собственного бессилия достигло апогея, чтобы его разум полностью отключился, оставив в голове только ярость и жажду отмщения.

– Слушаюсь моя Госпожа, – тихо буркнула девушка.

– Свободна, постарайся меня не разочаровать, в противном случае, все что от тебя останется, можно будет собрать в коробку из-под обуви.

Второй раз просить не пришлось, как только Альцина услышала слово: «Свободна», – ее тело само сделало всю работу, ведьма даже не поняла, как оказалась за дверью в покои Лилит. Всю дорогу до своего рабочего места, в голове девушки роились беспорядочные потоки мыслей, несколько раз она пыталась достать сотовый и позвонить своим доверенным лицам среди ведьмовского сообщества, чтобы вызвать и обсудить план предстоящего дела. Однако руки ведьмы ходили, что называется, ходуном, смартфон с большим трудом удерживался во взмокших от волнения ладонях. Ввалившись к себе в кабинет, ведьма рухнула в кресло, одним рывком распахнула дверцу ящика, даже не заметив как сорвала маленький декоративный замочек, который был установлен больше для вида, чем для реальной пользы. В угол комнаты полетела, второпях, отвинченная крышка, а в старый, гранёный стакан полилась резко пахнущая бесцветная жидкость. Девушка одним глотком «опрокинула» практически двести граммов водки, по всему телу потекла волна тепла, немного успокоив и приведя расшалившиеся нервы в относительный порядок.

– Час от часу не легче, – тяжело выдохнула Альцина, и снова полезла за телефоном. Пальцы споро забарабанили по сенсорному дисплею, набирая сообщения тем, кого ведьма считала надёжными людьми. Задание получено, приказ Лилит неоспорим, более того, в этот раз на кону стоит сама жизнь тех, кто будет участвовать в этом.

Алексей Глинкин, уже привычно прогуливался по парку в том самом месте, где много лет назад повстречал таинственную незнакомку, давшую тот самый толчок, которого всю свою жизнь ждал бывший врач. Порой, Алексея посещали философские мысли на тему того, что было бы, не повстречай он ту девушку. Странно, прошла уже прорва лет, а ее образ отпечатался в сознании так четко, что даже сейчас он мог бы нарисовать ее портрет, если бы хоть немного владел кистью. На другом конце тропинки, где шел Глинкин показалась та самая лавка. Алексей запустил руку во внутренний карман своей старой куртки. Там как всегда, лежало белое, гладкое перо. Удивительно, но за все прошедшие годы, его опахало, стержень и даже очин никак не изменились, словно оно попало к нему в руки буквально вчера.

Последнее время душа Алексея, что называется, находилась не на месте, что-то внутри без конца беспокоило, появилось чувство тревоги и ощущение того, что скоро должно произойти что-то очень плохое. Все последние дни, мужчина прожил в постоянном ожидании этого «чего-то», практически полностью лишился сна и покоя, вздрагивая каждый раз, как появлялся хоть малейший раздражитель. С недавнего времени, лишь прогулки в парке приносили немного спокойствия, только в этом месте он мог хоть немного расслабиться и просто бесцельно побродить по бесконечным тропам, вдыхая прохладный весенний воздух.

Глинкин остановился, чувство тревоги, что в последнее время стало его постоянным спутником, вдруг усилилось. Сейчас мужчина находился на пересечении трёх мощеных тропок. Посмотрев по сторонам, Алексей заметил три фигуры, с ног до головы укутанные в черные кожаные плащи, приближающиеся к нему с трёх разных сторон. В сердце что-то кольнуло, чувство что сейчас произойдет то, чего он ждал все последние дни, раскаленным гвоздём ввинтилось в мозг, оставив на заднем плане сознания лишь печаль и, что странно, чувство облегчения, как будто с плеч свалилась целая гора. Алексей попробовал сойти с тропы, сделать хоть что-то, чтобы защититься, однако ноги не слушались, а руки повисли безвольными плетьми. Все что сейчас мог, ещё довольно крепкий в физическом плане мужчина, это наблюдать как неуклонно приближается развязка, стоя безвольным манекеном, ожидающим своей участи, не в силах вымолвить даже слова… да что там вымолвить, даже пошевелить мизинцем не в состоянии.

Люди в плащах достигли Алексея практически одновременно, в тело Глинкина вонзились три ножа вызвав три приступа острой боли. Мужчина захрипел, должно быть один из ножей пробил лёгкое, так как на губах появились кровавые пузыри. Странно, но боль пропала также быстро, как и появилась. За свою жизнь и практику не раз и не два лицезревший такие раны, Алексей даже удивился, он почему-то считал, что жертва должна при их нанесении испытывать куда большие муки. Удары повторились три раза, под ногами Глинкина скопилась довольно приличная лужа крови, а Алексей все так же стоял, просто наблюдая за собственным убийством.

Место встречи было выбрано не просто так. Заблаговременно ведьмы «повесили» полог отталкивающий случайных прохожих и направляющий их в противоположную сторону, вследствие чего убийцы могли не опасаться свидетелей. Однако, один непрошеный зритель на данном представлении все же присутствовал, наблюдал за всей картиной из зарослей декоративных кустарников, находясь в тени крон деревьев и не боясь быть обнаруженным. Просто магия ведьм не могла навредить ей. Той кто, по сути, был причиной того что происходило в данный момент времени, той, кто могла бы помочь, но которой запретили делать это силы, намного выше и могущественнее ее самой. Под ноги Ариэль упало такое же белое перо, какое так и осталось зажатым в кулаке медленно умирающего Алексея. По лицу девушки потоком потекли слезы, ноги стали ватными, она рухнула на колени, не в силах более сдерживаться. Рот раскрылся в беззвучном крике, по сердцу полоснули сразу тысячи ножей, а в душе появилось невиданное доселе чувство – злость на весь мир, на Создателя, на тех, кто это все придумал и допустил такое зверство, на себя, за то что допустила все это и не предприняла ни одной попытки предотвратить преступление. Сейчас Ариэль, сама того не ведая, вплотную приблизилась к черте, ступив за которую обратного пути уже не будет, к той грани, которая отделяет таких как она от падших. Незаметно, одно перо на белоснежных крыльях девушки приобрело темный оттенок, потом почернело ещё одно и еще. На третьем распространение черноты остановилось, но то было только начало, сколько таких «перьев» ещё будет в ее жизни.

М-да, давненько я не наведывался в свой любимый бар, сколько времени прошло с прошлого визита… месяц – два? Такое ощущение, что пролетело лет пять. Одно хорошо – в этом месте никогда ничего не меняется, здесь время словно засыпает, останавливается. Когда снаружи люди спешат куда-то по делам, утопая в уличном потоке машин и таких же смертных как они сами, ни черта не знающих о мире ночи и считающих всю мистику и магию не более чем выдумкой больного на голову писателя, здесь можно: «Стечь по спинке стула», – и не спеша потягивать крафтовое темное, чем собственно я и занимался.

Саяна как всегда, нарисовалась словно снег на голову, поначалу я хотел тупо съязвить какую-нибудь глупость, как обычно. Но девушка отчего-то была слишком серьезной и первая обратилась ко мне, не дав вымолвить даже слово.

– Быстро собирайся… центральный парк… тебе нужно оказаться там как можно быстрее!

– С чего бы я что-то, кому-то должен?

– С того, что если ты сейчас не побежишь со всех ног, пострадает твой отец, похоже ведьмы перешли к самым решительным действиям.

Из того что происходило дальше я помню только обрывки. Помню, что подскочил как ошпаренный, переполошив весь бар. Помню как прыгнул в первое попавшееся такси, при этом переплатил таксисту за скорость, просто вытряхнув ему все содержимое кошелька. Дальше, была бешеная гонка по закоулкам и дворам, в обход главных улиц города, под вечер как всегда стоящих в пробках. Всю дорогу до парка я винил себя в случившемся, за то, что оказался настолько туп и первым делом не обеспечил безопасность своих близких, а не принялся спасать свою драгоценную задницу, за то, что вообще родился и испортил жизнь отцу. Порой, доходило до смешного, я винил себя абсолютно за все, сердце словно замерло в ожидании чего-то нехорошего, а нервы натянулись до предела.

Дальнейшее запечатлено в памяти отдельными фрагментами. Вот я выскакиваю из машины практически на ходу, вот бегу по парку в направлении которое указывает Милз, вот подбегаю к столпотворению у трёх пересекающихся тропинок. Вот продираюсь сквозь толпу зевак, расталкивая окружающих людей локтями.

Следующий момент единственный ясно и четко отпечатался в моей голове до конца моих дней. Когда я «продрался» к месту происшествия, все мое нутро взорвалось сверхновой, я никогда не думал, что может быть так больно, нет не телу, а самой душе. По сравнению с этой болью, любая пытка просто щекотка не стоящая внимания. Все попытки отмотать время и предотвратить катастрофу не увенчались успехом, я слил свои силы в ноль и опустошил все внутренние резервы, однако прошло слишком много времени, как будто жизнь человека специально продлили, чтобы я успел к моменту его смерти. На моих руках лежала голова умирающего отца, с его губ срывались кровавые пузыри и какое-то невнятное бормотание, вокруг, вся земля окрасилась в красный цвет, а я впервые в жизни не мог что-либо сделать, был абсолютно бессилен, как простой смертный.

Вместе с остекленевшими глазами единственного дорогого мне человека, в моей душе оборвалась последняя струна, удерживающая мою истинную сущность на грани человеческих норм морали. Слетели все «тормоза», а в глазах вспыхнул всепожирающий огонь ярости. Внезапно, в голове возник четкий план действий: сейчас я точно знал, что буду делать дальше. План оказался до предела прост и банален – все виновные должны сдохнуть. И не просто сдохнуть, а их души должны быть поглощены моим внутренним зверем, лишив их всякой надежды на посмертие и возрождение. Они забрали у меня отца, я же заберу у них намного больше.

– Прости меня за все…

Единственная фраза, которую я смог выдавить из пересохшей глотки. Закрыть его глаза оказалось непосильной задачей, я до последнего надеялся на чудо, что он вдруг оживет, усмехнется и скажет, что это был дурацкий розыгрыш и мы все вместе посмеемся.

Вскоре, приехала скорая помощь, меня оттащили от тела силой, предварительно что-то вколов. Дальше была лишь темнота забытья, одиночество, боль утраты и состояние безысходности от осознания того факта, что ничего не будет как прежде… что я уже никогда не буду прежним.

Глава 11

Что делает человека, человеком? Многие скажут – объем серого вещества в голове, умение не поддаваться инстинктам в угоду своим прихотям, или вовсе, умение хитрить, всячески изворачиваться и подстраиваться под любую конкретную ситуацию. Однако, на мой взгляд, смертным меня делает безрассудство, желание и возможность делать вещи не поддающиеся никакой логике. Подумать только, всего несколько часов назад я сидел в самом темном углу поджав хвост и трясся от одного упоминания имени ненавистной демонессы, а уже сейчас готов идти куда угодно, рвать в клочья все, что попадается на глаза, невзирая на последствия. Даже факт возврата в пекло, именно сейчас меня мало заботит. Так что же даёт человеку право называться человеком? Я много думал над этим вопросом, даже был склонен согласиться со многими современными и не очень философами в том, что чувства делают из нас тех, кто мы есть. Но чувствами, какими бы те ни были, обладают абсолютно все существа… по крайней мере те, кто способен мыслить логически. Однако, я никогда не назову допустим, гуля или кровососа, человеком. Поразмыслив над этим вопросом достаточно долго, я пришел к выводу, что человеком тебя делает не мозг, способность чувствовать или что-то другое в том же духе, но способность делать что-то, выходящее за рамки обычного мировоззрения и понимания. Бывает так, что человек влезает в схватки, победить в которых заведомо нереально, однако люди с силой и упорством паровоза потерявшего все тормоза, прут напролом в самое пекло… чем в принципе, собираюсь заняться и я.

С неба моросил противный дождик, дул свежий ветер, пробираясь холодом в самые укромные уголки под одеждой, оставляя после себя табун неприятных мурашек и гусиную кожу. Погода была под стать моему настроению – неприветливой и грустной. Похороны отца прошли на третьи сутки, и вот я стою у свежей могилы, в окружении пестрых венков и корзин с цветами. О-о-о-о да, в этом весь отец… точнее, вся семья Глинкиных, естественно исключая мою скромную персону. Вклад отца в семейную добропорядочность, отзывчивость и участие в чужом горе невозможно переоценить. Возможно, конечно все целители такие, но какое это имеет значение сейчас, когда все что у меня осталось это фотография в стеклянной рамке с черной полосой в углу. Именно сейчас, именно в этот момент времени я понял, что остался совсем один в мире, причем не только в мире смертных, но и во всех существующих. Почему? Да просто потому, что до сего момента, у меня не было того, кто бы стал для меня дороже себя самого, стал тем, кто сможет открыть для меня смысл человеческой души, заставить меня поступить так нелогично… так по-человечески.

В этот раз появление Саяны я ощутил каким-то шестым чувством, просто знал, что девушка находится за моей спиной и всё… только в этот раз, мне было абсолютно плевать на все, будь на ее месте хоть сам Люцифер.

– Соболезную… правда, мне очень жаль, что так вышло.

Я скосил глаза на призрака.

– Смешно.

Милз опешила, от такого продолжения разговора.

– Не поняла, – промямлила девушка.

– Соболезновать демону – самому, мать его, натуральному порождению адской бездны. Тому, кто сам стал причиной целых морей слез, тому на чьем счету десятки, а может и сотни тысяч загубленных людских душ и разбитых надежд… Жалеть всего об одном человеке, на фоне огромного количества человеческих смертей, к которым я имею непосредственное отношение. Все же, знаешь в чем исключительность этого человека?

– …

– В том, что он стал единственным, кто заставил меня самого почувствовать то, что я причинял другим. Ты знаешь… я совсем не хочу это чувствовать, больше не хочу быть человеком только из-за того, что я сейчас ощущаю. Это настоящая пытка: мука и боль, которую не унять ни одним обезболивающим, растущая черная дыра внутри, засасывающая в себя все то, мизерное, что было во мне хорошего и светлого.

Я запахнул плащ плотнее и повернулся к Саяне.

– Мне не нужны ни твое сочувствие, ни соболезнования НИ-ЧЕ-ГО… Посему можешь засунуть себе в задницу свою вшивую жалость… я немного не тот, кто в этом нуждается… больше не тот.

Небо разорвал разряд молнии, секунду спустя, раздался раскатистый грохот и ещё через миг дождь усилился, словно шел в последний раз. Саяна исчезла, просто растворилась в воздухе, не сказав ни слова. Я поднял голову, устремившись взором в пасмурное небо, подставляя лицо холодным каплям.

– Ты видишь это? И как? Тебе нравится «Игра»… хочется больше перца? Хочется монстра и крови? ТАК ПОЛУЧИ И РАСПИШИСЬ… плевать на всех вас!

Я найду их всех, я буду монстром… тем чудовищем, которого все эти кукловоды хотели во мне разбудить. Я приду к ведьмам и утоплю их в боли, залью кровью весь молот… даже если ценой будет моя жизнь и сама душа. Смерть – смертным, а я уже мертв… умер, когда глаза отца перестали выражать всякие эмоции, а с губ сорвался последний хрип… И теперь, я стану ее разносчиком по адресам.

Добравшись до дома я вымок до последней нитки, но даже не удосужился переодеться, вода лилась с меня словно из ведра, заливая пол и ковры квартиры. Шкаф в моем кабинете не представлял собой ничего особенного, но только на первый взгляд. Там где был единственный выдвижной ящик, когда-то было ещё два, помню мастер очень удивился просьбе сделать тайник, обычно их делают а стенах или под полом но никак не в предметах мебели. Как я надеялся, что этого дня не настанет… не придется пользоваться тем, что создал в начале карьеры в качестве охотника на всякого рода нечисть. Когда-то, я используя свои знания демона, пытался сделать универсальное оружие против всех порождений ночи, создать нечто такое, что сможет заменить все эти трудоёмкие ритуалы и сложные в изготовлении амулеты. И я создал: стал изобретателем чего-то такого темного и богомерзкого, что в сравнении с этим оружием, душа самого последнего маньяка насильника и педофила покажется кристально чистой.

В потайной полости шкафа лежали два пистолета ПМ, шесть заряженных обойм и россыпь патронов. Давненько это было, возможно виной всему юношеский максимализм, хотя, какой к черту максимализм у трёх тысячелетнего демона. Для создания «ЭТОГО», я практически прописался у приемного отделения скорой помощи, ожидая, когда отдаст концы какой-нибудь негодяй, который непременно должен попасть в Ад, чтобы поймать его душу и пустить ее энергию на создание оружия.

Ритуал проводился в несколько этапов. Первым делом создавалась астральная копия оружия и боеприпасов в мире духов, для чего и требовалась живая душа. Потом зачаровывалось само оружие путем нанесения на него символов рунического алфавита. И заключительной частью стало образование связи между оружием и его астральной проекцией, для чего было нужно много крови, причем не абы какой, а самой что ни есть человеческой – «живой», то есть сцеженной с живого человека. Для этого пришлось возвращаться в приемный покой, причем, в роли медбрата на «скоряке», благо главврач больницы некогда был моим клиентом, поэтому с трудоустройством проблем не возникло.

В результате всех этих манипуляций, получилось оружие которое существует во всех измерениях и потоках времени одновременно. Раны из такого оружия не заживали и поражали не только тело но и душу причем, во всех мирах. Таким образом, убивая человека из такого пистолета не оставляешь ему даже малейшего шанса на возрождение и искупление. Когда ритуал был завершён, я впервые серьезно испугался. Оно и понятно – даже самый сильный демон не может поглотить душу смертного полностью. Частица творца со всей важной информацией все равно остается и теоретически, в исключительных случаях, перерождение возможно по воле Господа, к тому же становясь частью силы демона, душа ни куда не пропадает, а с его смертью, пусть и не скорой, все и вовсе, возвращается на круги своя. Никто не вправе обладать таким оружием, кроме Бога. Все это я конечно понял, только вот результат эксперимента не уничтожил, а просто спрятал, причем, не в самом укромном месте. Конечно, тайник я обезопасил как мог и любого сунувшегося ждал бы очень неприятный сюрприз… О БЛИН ШКАФ!!!

В руку легла рукоять ПМ-а, изгваздав всю ладонь маслом, затем щёлкнула обойма, заняв свое законное место. Те же манипуляции произошли со вторым пистолетом, оба ствола заняли свои места в кобуре на поясе, в свое время, пошитой на заказ специально под них. Остатки боеприпасов я распределил по остальным карманам куртки при этом, постарался сделать так, чтобы до них было быстрее и проще добраться. Верный Смит тоже остался при мне, там где ему положено быть – во внутреннем кармане куртки.

В дни траура и подготовки похорон я нашел время и силы в себе, чтобы наведаться ещё раз на место убийства. Я уже полностью осознал, что пойду до конца наплевав на все последствия, поэтому искал то, что поможет мне за что-то зацепиться в поиске причастных. Мне нужно было узнать, кто конкретно стоит за убийством моего отца. Конечно всему голова Лилит, тут сомнений быть не может, но для драки с ней у меня пока недостаточно силёнок, которые я рассчитывал пополнить, путем поглощения жизненной энергии виновных и просто ведающих.

К моему приходу в парке уже все убрали, привели в божеский вид, место бойни засыпали свежей землёй, а тротуарную плитку отчистили. Однако человеческая кровь, это не та субстанция от которой можно так просто избавиться, к тому же, некоторое ее количество впиталось в почву и навсегда стало ее частью. Ритуал «Семи капель» достаточно прост в своем исполнении, и одновременно, очень силен. По сути, этим ритуалом призывают духов, которые в свою очередь, исполняют практически любое желание просителя, конечно если плата соответствует вопрошаемому благу.

Указательный палец вспыхнул несильной кратковременной болью, от вонзившейся иглы. Старый пергамент, предусмотрительно захваченный мною, покрыли кровавые письмена агмы, и короткое желание: «Имя, с которого следует начать». Несколько капель крови на пергамент далее занявшего свое место в центре круга, начертанного мелом вокруг места убийства, и несколько капель на землю, затем несложные слова заклинания.

– Заклинаю вас Бараси и Камсиель, Аманка и Рантиель,

Святыми именами Михаэля и Габриэля,

Священными печатями Солнца и Луны,

Священными буквами Аманти Аби.

Дабы исполнилось мое желание в скором времени.

Священным именем Тертантахиеля.

Да исполнится веленое.

Аминь…

Реальность подернулась белой дымкой, в центре круга возникла еле заметная рябь, а в уши врезались острые как бритва слова духа.

– Плата?

– Ее жизнь и кровь, – коротко бросил я.

– Плата принята, в случае невыполнения обязательств, заплатишь своей жизнью и кровью.

Вот поэтому, ритуал и не в чести среди колдовского сообщества. Слишком высока цена, а в случае чего, можно самому на раз – два, расстаться с жизнью. Только полные психи вроде меня, прибегают к помощи духов крови.

Тем временем, на парковой тропе обстановка разительно изменилась. Я каким-то образом оказался немного в стороне, откуда обеспечивался лучший обзор. Изредка, перед глазами проплывали размытые фантомы людей, проходивших в тот день по тропинке. Вскоре, в одном из фантомов я узнал фигуру отца, он медленно прогуливался по парку, крутя в руках белое, до боли знакомое перо. Мне стоило огромных усилий оставаться на месте, не сорваться на помощь, в груди вновь заныло, а от знания того, что произойдет дальше, на глазах выступили слезы. Все произошло в следующие пять минут, мои руки онемели, а кожа на сжатых кулаках побелела. Наконец это закончилось, отец рухнул на тротуар, захлебываясь собственной кровью. Внезапный порыв ветра сдул с одной из ведьм капюшон, я напряг зрение стараясь запомнить ее лицо до мельчайших подробностей. Послышался голос ее напарницы.

– Митра, накладывай «Отсроченную смерть», он не должен умереть так быстро, и закрой лицо от греха…

Значит, Митра. Теперь я знаю имя, и как выглядит одна из убийц, осталось только выследить ее и выйти на остальных. По телу пробежала дрожь, перед глазами проплыла картина аутодафе, где на костре горела эта самая Митра, оглашая окрестности нечеловеческим воплем боли и ужаса. Тем временем, ведьма сделала несколько пасов над телом и что-то шепнула себе под нос.

– Все готово, скоро наш друг сам придет к нам, даже делать ничего не надо.

Ее собеседница посмотрела по сторонам.

– Сворачиваемся, пора уходить, скоро полог спадет и сюда хлынут люди… да надень ты этот Чертов капюшон!!!

На это, Митра лишь усмехнулась.

– Да успокойся ты, на данный момент, мы самая мощная организация в городе, пока госпожа с нами, остальные не посмеют даже пикнуть.

– Поосторожнее Митра, не надо недооценивать нашего противника, мы уже лишились двоих сестер, следующей убитой вполне может оказаться одна из нас.

Девушка раскатисто засмеялась, демонстрируя свои белоснежные зубы и раздвоенный змеиный язык.

– Сколько себя помню, ты всегда была трусихой, ума не приложу, как госпоже пришла в голову идея сделать тебя главной?

Вторая говорившая приблизилась вплотную.

– Ты говори да не заговаривайся, я всегда была и буду сильнее тебя.

– Хочешь проверить? – оскалилась Митра.

Всех прервала последняя ведьма, до этого молча стоявшая в сторонке.

– Достаточно уже… давайте, вы продолжите в штабе, мне не нравиться тут находиться, у всех на виду.

Спорщицы, все так же бурча друг на друга, направились в сторону выхода из парка. Уже не надеясь получить ещё хоть сколько-нибудь полезной информации, мне пришлось удивиться, а потом мои губы непроизвольно растянулись в хищной улыбке. Митра, желая показать свое бесстрашие, выгнула грудь колесом и чуть ли не продекламировала во весь голос.

– Я нисколько не боюсь этого выродка, пусть только сунется, живо рога обломаю. Кстати, предлагаю выпить, приглашаю всех в «Мираж» что в центре, я угощаю, да и повод есть! У меня годовщина посвящения на следующей неделе… хочу отметить с шиком, скажем в семь вечера во вторник!

В разговор снова вклинилась третья ведьма.

– Я пожалуй воздержусь, не хочу лишний раз рисковать.

– Я тоже… слишком много дел навалилось, – ответила последняя.

– Ну и сидите в четырех стенах как затворники, а я буду развлекаться на всю катушку.

Дальнейшего разговора мне услышать уже не удалось. Сколько бы я не напрягал слух и не вслушивался в каждое слово, больше имен так и не прозвучало. Постепенно, ведьмы исчезли из поля зрения, стихли все посторонние шумы, я остался в полном одиночестве, все сильнее и сильнее закипая от бешенства. Последней каплей для меня стала их манера разговора. Они общались так, словно ничего из ряда вон не произошло, а умирающий человек под ногами не более чем досадное недоразумение. Немного отдышавшись и придя в себя, я почувствовал как по рукам течет что-то теплое, посмотрев вниз увидел что на пальцах выступили когти, не сильно, но этого хватило чтобы пронзить кожу на ладонях.

Снова погрузиться в свои мысли мне не дал голос духа, на этот раз прозвучавший в моей голове.

– Моя часть контракта выполнена, имя получено… на оплату твоего долга у тебя ровно семь дней, далее, я заберу причитающееся сам… с тебя.

После этих слов видение пропало, я снова стоял на пересечении трёх тропинок, только следов только что проведенного ритуала не было, от слова совсем. Правую ладонь обожгло нестерпимым жаром, я вскрикнул, в нос ударил тошнотворный запах горелого мяса от которого меня чуть не вывернуло наизнанку. Когда боль утихла, а мозги встали на место, я осмотрел поражённую ладонь, на ней красовалось свежевыжженное клеймо должника.

– Что ж, начало положено, пути назад нет, либо я, либо меня.

Ещё раз осмотрев место преступления, я заметил то самое перо, какое сжимал отец в руке перед смертью. Оно выглядело все таким же белоснежным, как и в видении, только в некоторых местах покрылось брызгами крови. Причем лежало оно на самом видном месте, лишь слегка припорошенное мусором.

«Хм… пожалуй, стоит задать несколько вопросов некоторым своим знакомым», – убирая перо в карман подумал я, направляясь в сторону центра парка, туда, где работал самый большой фонтан в Сталегорске.

Глава 12

За что мне нравится весна, так это за ее непредсказуемость. Она как капризная девчонка может осыпать доброжелательностью, подарив пару теплых, солнечных деньков и ни с того ни с сего, всерьёз разобидится, подсунув холодную, до стука зубов ночь. Сегодня была именно такая, я находился в центре Сталегорска, недалеко от ресторана «Мираж», ожидая подходящего момента. Внутри здания, несмотря на достаточно поздний час, все ещё находились посторонние люди и хоть чудовище во мне окончательно взяло верх над светлой сущностью, все же не до такой степени, чтобы лить кровь невинных, словно воду.

Здание ресторана представляло собой трехэтажный особняк. Как и положено в таких заведениях, первый этаж полностью отводился под нужды рабочего класса среднего достатка. Три десятка столиков, приемлемые цены и в меру обходительный персонал. Второй уже для людей бизнес класса, всяческих предпринимателей средней категории. Во втором зале была уже более уютная обстановка. Столики сплошь резные, выполненные из дорогих пород древесного массива, стулья заменены на мягкие, кожаные диванчики, а официанты ходят с такими лицами, будто клиенты для них роднее собственной матери. Ну и последний этаж, так называемый VIP, имеющий отдельный вход с просторным лифтом. В этом зале соблаговолят трапезничать чиновники из городской администрации, шишки местного криминалитета и Сталегорские промышленные магнаты. Хотя, справедливости ради, стоило бы объединить все три этих категории в одну и обозвать ее чем-то вроде: «Зажравшихся подонков». В этом зале, за космические деньги возможно откушать практически любое блюдо, любой известной мировой кухни. Персонал готов станцевать голяком, лишь бы угодить клиенту, а убранство зала смахивает на дворец какого-нибудь арабского принца.

Издержки моей профессии позволяли бывать во всех трёх залах ресторана, так что примерным планом здания я располагал. Компания поддатых представительниц ведьмовского сообщества, отдыхала, как не трудно догадаться, в самом крутом из залов. О чем свидетельствовали их пьяненькие тела, то и дело появляющиеся на летней веранде. Ко всему прочему, среди отдыхающих нередко проскакивали мужские силуэты, не иначе ведьмаков, с коими у них в данный момент времени вроде как перемирие, с союзническими замашками. В мою пользу также играл тот факт, что весь третий этаж был поделён на десять своеобразных мини-залов, каждый из которых предназначен для одной группы гостей, чтобы, так сказать, не мешать ближнему своему поглощать огненную воду. Так что, не составляло труда вычислить наличие посторонних и непричастных в месте предполагаемой бойни.

Эх, как сейчас был бы кстати мой «Форд». Конечно машина не первой и даже не второй свежести, однако печка работает исправно. А в такую холодрыгу, это самая важная деталь автомобиля. После бегства с места шабаша, моего верного стального коня, скорее всего, отволокли на какую-нибудь штраф-стоянку, времени его вызволять особо не было, в результате чего приходится мёрзнуть сидя на лавке в небольшом скверике, напротив вышеозначенного ресторана. За прошедшие дни мои планы никак не поменялись, а желание: «Причинять добро и творить справедливость», – ни капли не угасло. Более того, в душе появилось необычайное чувство спокойствия, как будто все так, как и должно быть. Я даже смирился с тем фактом, что из этой переделки живым уже вряд ли выберусь, а раз так, то к чему переживания, как говаривал какой-то умный засранец: «Делай что должен и будь что будет».

Тем временем, из входа в VIP зал вывалилась парочка в сопровождении трёх охранников. Что парень, что девушка, еле волочили ноги, даже боюсь представить сколько спиртного было ими выпито. Как водится, парень порывался забраться за руль крутого джипа, однако водитель оказался непреклонен и с честью отстоял свое законное место. Через десяток минут горе-любовнички, сливки золотой молодежи, погрузились на заднее сиденье и все также в сопровождении охраны, удалились, надо думать, в направлении «номеров». Вместе с тем, погасло окно ещё одного мини-зала. Таким образом, свет горел только там куда я должен попасть, а это значит, достаточно морозить пятую точку на холоде и пора задать жару.

На входе стояло всего двое охранников, для меня это в принципе не было такой уж большой проблемой, но лишней крови все же хотелось избежать. В голове промелькнул калейдоскоп последних событий, где-то в груди неприятно заныло, а в голову ударила злость на весь белый свет. На кончиках пальцев закололо, полезли черные, крючковатые когти, в глазах появилось жжение.

Первый охранник, как и положено вышел вперёд, преграждая своей фигурой вход в здание, парень даже попытался что-то сказать, однако не успел произнести даже начало фразы. Как только я оказался от него на расстоянии вытянутой руки, уже окончательно выросшие когти в мгновение ока сомкнулись на вороте его пиджака. Частичное превращение порядком добавляло сил, так что дальнейшее действо не заняло много времени. Рывок, треск рвущейся ткани, крик человека и его грузное тело, со всего маха влетевшее в бок мусорного бака, а после сползшее с него в полном беспамятстве, произвело неизгладимое впечатление на напарника. Второй охранник вытянув руки перед собой начал пятиться в сторону, освобождая дорогу ужасному мне, при этом, что-то еле слышно бормоча себе под нос. Когда я подошёл ближе, из парня словно вырвали стержень, его лицо побелело, а губы затряслись, спустя секунду бравый охранник драпал подальше от меня, во все лопатки.

В помещении охраны сидело четверо человек. Сегодня все было как всегда скучно и уныло, уже давно пора ложиться на боковую, однако в VIP зале все не стихало веселье, отчего вся охрана бдела во все глаза. Такие поздние сборища в «Мираже» проходили очень редко, обычно уже к полуночи, все гости разъезжались по домам и охрана могла вздохнуть свободно. На входе оставалось двое человек и потом, каждые два часа приходила смена, отправляя отстоявших свою вахту на заслуженный отдых.

– Да когда уже эти бабы уймутся, – говоривший охранник протяжно зевнул. – Знать мужика хорошего нет, так бы не шарахались где ни попадя по ночам.

Послышался короткий смешок, потом голос ещё одного служивого.

– А «хороший мужик» стало быть ты?

– Хоть бы и я… что не так! Фигура у меня будь здоров, выносливый, да и рожей вроде нормально вышел.

Раздался голос уже третьего напарника.

– Только зарплата подкачала, те бабы тебя со всеми потрохами купят… да ещё и стриптиз танцевать заставят, так что молчи лучше, не наш это уровень.

Ни с того ни с сего, встрепенулся четвертый охранник.

– Тихо… на улице что-то случилось.

В подтверждении его слов дежурная рация разразилась противным шипением, отчего все четверо скривилась.

– Витёк б***ь, что там у вас? Нажми тангенту нормально!!!

В ответ рация опять зашипела, словно этот самый Витёк забыл отпустить кнопку вовсе, только в этот раз в эфире проскочили несколько слов.

– Боже милостивый, спаси и сохрани.

После чего, все окончательно затихло.

– Мужики… кто-нибудь хоть что-то понял?

Все трое пожали плечами.

– Переключись на камеру у лифта.

Парень подошёл к небольшому пульту с монитором, разделенным на четыре части, выводящих изображение с трёх залов и камеры у лифта в VIP. Пару раз щёлкнул тумблерами, открывая крупный план вышеозначенного прибора наблюдения. Несколько секунд ничего не происходило, охранники уже было выдохнули, списав все на разыгравшееся воображение напарника. После, неожиданно раздался хлопок, дверь входа разлетелась осколками стекол, а металлическую раму вогнуло внутрь здания. На камеры ведущие к лифту и сам третий этаж, хозяин заведения не поскупился, оптика там стояла что надо, да и звук шел отменный, поэтому все четверо могли наблюдать картину в красках. Вслед за выбитой дверью вошёл человек, хотя назвать ЭТО человеком, язык не повернется. Два огромных черных крыла за спиной, пылающие глаза и когти на руках никак не вязались с образом обычного смертного. Казалось, что все это не настоящее, дешёвый маскарад со спецэффектами, однако у четверых охранников, не было никакого желания пойти и убедится в этом лично. Тем временем кошмарное существо, неспеша прошло через всю парадную, не испытывая малейших неудобств, используя только руки, раздвинуло створки лифта и пропало в шахте. В караулке воцарилось молчание, четверо людей все никак не могли переварить увиденное и хоть немного увязать случившееся в голове. Наконец, один из них подал голос.

– Надо бы сходить посмотреть, что и как, ментов вызвать.

– Ментов вызовем, а вот идти туда… ну его на хрен, я жить хочу.

Первый охранник возразил.

– А шефу что скажем?

– Ни хрена, пусть увольняет, жизнь она дороже.

Попав в шахту лифта, существо вновь приобрело черты достаточно молодого парня. Он уцепился за поручень аварийной лестницы и как ни в чем не бывало, насвистывая под нос весёлый мотивчик направился вверх, туда, откуда раздавалась залихватская музыка и голоса уже нетрезвых ведьм.

Поднявшись на третий этаж, Сергей осмотрелся. Помещение, в которое необходимо попасть находилось сразу напротив лифта. Кроме него на этаже работала лишь кухня, куда кстати устремился, показавшийся из-за резных деревянных дверей официант. Тем лучше для того, что задумал Глинкин – меньше случайных жертв. Парень подошёл к дверям, тихо распахнул створки и прошмыгнул внутрь, туда, где горячительное лилось рекой, а от визга принявших на душу женщин закладывало уши. Сухо щёлкнула щеколда, петушок замка в виде лепестка какого-то растения треснул пополам и отскочил в сторону. Ломая его Сергей не почувствовал ни малейшего сопротивления, словно тот был сделан из мягкого пластика, а не метала. Сейчас, в голове Глинкина не было ни одной лишней мыли, только ярость и жажда мести. В этом зале, на данный момент невиновных нет, двери наглухо заперты, а на окнах – стальные решетки. К тому же, вряд ли кто-то отважится прыгнуть, все же третий этаж, да даже если так – плевать, главная цель Митра, все остальные постольку, поскольку. Рукояти ПМ-ов легли в ладони, щёлкнул предохранитель, медлить больше нет смысла, осталось нажать на курок и окончательно превратится в кровожадного монстра.

Когда прозвучал первый выстрел, гости «Миража» даже не поняли что происходит, все сочли хлопок началом какого-то представления. Однако веселье не продлилось долго, одна из ведьм упала на колени, под девушкой начала расползаться красная лужа крови, а перед ней стоял и улыбался молодой парень с седыми волосами, держащий пистолет в вытянутой руке.

– Веселье продолжается! Танцуйте твари!

Во второй руке молодого человека появился ещё один пистолет, и спустя секунду, он начал стрелять. Несколько ведьм и ведьмаков свалились замертво, в сторону парня полетела целая лавина заклинаний, на любой «вкус и цвет». Однако цели ни одно из них так и не достигло, седовласый человек смазался в воздухе словно клякса. Появился он позади очередной ведьмы, ВЫСТРЕЛ – содержимое ее черепной коробки оросило всех, кто находился рядом, а там где только что был стрелявший, уже никого нет. Следом за первым, выстрелы начали слышаться с пугающей частотой, то здесь, то там падали гости все больше заливая пол свежей кровью. Зал ресторана наполнил визг не на шутку перепугавшихся ведьм, кто-то из них предпринял отчаянную попытку покинуть помещение через летнюю веранду, попросту спрыгнув с балкона. Однако такой маневр не увенчался успехом, кости молодой ведьмочки противно хрустнули, девушка взвизгнула и упала на асфальт отчаянно скребя по нему руками, пытаясь даже в таком состоянии, убраться от этого гиблого места подальше.

Митра до последнего пыталась привести всю эту братию в хоть какое-то подобие порядка, однако исчезающий и появляющийся в самых неожиданных местах убийца, никак не способствовал этому процессу. Несколько ведьм были убиты в непосредственной близости от самой Митры, сомнений быть не могло, это тот кого они должны поймать и отвести к хозяйке, однако сейчас не та ситуация, чтобы пытаться взять его живым.

– Черт, как же все не вовремя, – прошептала ведьма, одновременно с этим нашептывая заклинание ещё одной защитной сферы, поверх трёх, уже установленных.

Только смысла в этом не было никакого, Митра своими глазами видела, как пули из пистолетов парня играючи преодолевали любую защиту и пологи. В какой-то момент он появился на расстоянии вытянутой руки от Митры, ведьма на один миг успела заглянуть в его глаза, там не было ничего, кроме безумия и бесконечной ярости. Его губы растянулись в улыбке психопата, грохнул пистолет. Ведьма зажмурилась ожидая своего конца, однако вспышки боли и спасительной темноты не последовало, взамен этого, на ее лицо щедрым потоком пролилось что-то теплое и солоноватое на вкус, открыв глаза Митра увидела оседающего на пол ведьмака с развороченным черепом. Вот теперь ее одолел настоящий ужас, ибо нет ничего страшнее, чем оказаться беспомощной перед силами, которые пришли именно по ее душу, и от такой встречи ничего хорошего ждать не приходится. Ведьма попыталась прорваться к веранде, лучше переломать себе ноги, чем встретится с этим чудовищем лицом к лицу. Однако на полпути он возник напротив нее снова, удар ногой в живот – дикая боль, полет до ближайшей стены и все что сейчас может девушка, это смотреть за кровавой бойней все набирающей обороты, потому что ее уж точно, живой отсюда не выпустят.

Спустя несколько минут с начала бойни, я весь покрылся кровью, ни дать не взять герой классического фильма ужасов. Резерв медленно пустел, а я продолжал перемещаться в толпе под замедлением и палить во все стороны. Сегодняшний день надолго запомнится их Молоту, сколько уже убито и скольких я ещё убью. В холостую щёлкнул сначала один пистолет, затем другой, перезаряжаться уже не было времени, реальность толчком вернулась в нормальное положение, в уши врезался визг ведьм, пытавшихся уследить за моей пропадающей и появляющейся фигурой. Дверь уже с трудом сдерживала натиск обезумевших от страха гостей, скоро хлипкий замок не выдержит и путь к свободе для них будет открыт, но это не сейчас, а значит, есть время забрать ещё больше тварей.

Рот наполнил уже привычный вкус собственной крови, для выросших клыков в нем, вдруг стало тесно, на моем лице застыла хищная улыбка, а на руках снова отросли когти. Я предстал в своем истинном виде посреди толпы, визг потенциальных жертв на порядок усилился. Росчерк когтей – струя крови и ещё одна ведьма падает на пол с разорванной грудью, уставившись на меня остекленевшими глазами. Следующая ведьма так легко не отделалась, вонзив в нее когти, я дал потоку энергии ее души развернуться на полную катушку, поглотив все без остатка, оставив только черный пепел под ногами. Та же участь ждала подвернувшегося под руку ведьмака и ещё одного, потом была ведьма. Кучки черного праха множились, а моя демоническая душа пылала от восторга. Каждый удар находил цель, когти рвали тела словно тряпки, то и дело орошая мое тело горячей кровью, один удар – один труп и никаких эмоций, только радость и желание продолжения кровавой бани. В какой-то момент, переполняющее меня чувство восторга вырвалось наружу, по всему помещению прокатился жуткий звериный рык, а некоторые гости упали на колени зажав уши руками. Вместе с тем, дверь наконец поддалась и толпа хлынула наружу, помещение опустело в течение нескольких секунд, сбежали все кроме одной, той, за которой я и пришел. Ведьма сидела спиной к стене, вся покрытая кровью, ее лицо выражало страх и безнадежность, она даже не пыталась запустить в меня чем-нибудь убойным.

Впервые за свою бытность в качестве смертного, я почувствовал что сыт, энергия переполняла тело, а резерв трещал по швам. Обратное обращение удалось провести не используя святую воду, однако жжение в глазах никуда не делось. Приблизившись к ведьме я буквально почувствовал ее страх, от нее несло ужасом.

– Тебе нравится? Скажи вслух, я тебе нравлюсь?

В ответ раздалось невнятное мычание, а под девушкой стала растекаться лужа.

– ОТВЕЧАЙ МНЕ ТВАРЬ! ТЕБЕ НРАВИТЬСЯ ДЕЛО РУК ТВОИХ? НРАВИТСЯ ТО, ВО ЧТО ВЫ МЕНЯ ПРЕВРАТИЛИ?

Снова мычание.

– ПОСМОТРИ НА МЕНЯ, УЗРИ МОЕ ИСТИННОЕ ЛИЦО, В ДАННЫЙ МОМЕНТ ЭТО МОЯ СУЩНОСТЬ И Я ПРИШЕЛ ЗА ТОБОЙ, ПРИШЕЛ НЕ ТОЛЬКО УБИТЬ ТЕБЯ, НО И СОЖРАТЬ ТВОЮ ВОНЯЮЩУЮ ДУШУ… ТАК ОТВЕТЬ МНЕ, ТЕПЕРЬ ТЕБЕ ВЕСЕЛО? ТАК ЖЕ ВЕСЕЛО КАК ТОГДА… В ПАРКЕ, КОГДА ТЫ СМОТРЕЛА, КАК УМИРАЕТ МОЙ ОТЕЦ?

Митра, наконец смогла совладать с собственным языком, с ее губ сорвался еле слышный хрип.

– Поща-а-ад..д..д-и-и-и…

Моя рука легла на ее горло.

– Кто ещё был там, имена… мне нужны имена… вспомни их, думай о них… покажи мне их.

Взор заволокло красной пеленой, я всмотреться в глаза ведьмы, от меня к ней потекла сила, выворачивая девушку наизнанку чуждой ей энергией. Изо рта Митры хлынула белая пена, тело забилось в судорогах, а в моей голове горячим клеймом отпечатались образы ее напарниц.

– ИМЕНА… НУ! ГОВОРИ ТВАРЬ!

– С..стелла и Вира… пощади… прошу…

Митра держалась из последних сил. Я отпустил девушку и поднялся во весь рост.

– Я не заберу твою душу, но жить ты не будешь.

Нож полоснул ладонь, печать должника перечеркнул сочащийся кровью порез.

– Она твоя, долг закрыт!

В ответ, по помещению прокатился шипящий голос духа.

– Подтверждаю.

Ладонь обожгло болью, печать начала расплываться оставляя на ладони только шрам от пореза. Из глаз, ушей и рта ведьмы брызнула кровь, багровые ручьи падали на пол и бесследно исчезали, а ее тело усыхало. Через минуту я смотрел на иссохшую мумию, зашедшуюся в немом крике от испытываемых мук и страха, смотрел и не испытывал ничего… ни раскаяния от содеянного, ни облегчения от свершившейся мести… НИ-ЧЕ-ГО.

Глава 13

– Черт, это что ещё за спецэффекты?

– Нашелся фокусник на нашу голову.

Два полицейских, прибывших на место преступления в ресторан «Мираж», который раз кряду прокручивали записи камер видеонаблюдения.

– Может спецы смогут что-то сделать?

– Ты американских боевиков насмотрелся?

– Да пошел ты… лучше бы думал, что докладывать будем.

– А что докладывать? Как есть и скажем, с камеры у лифта лица не видно, а в общем зале, она вообще не работает, отпечатков нет, улик нет… все, наше дело маленькое.

Ответил один из полицейских, дожевывая свой пончик и с прихлебом запивая кофе из одноразового стаканчика.

– И ты думаешь, начальство это схавает? У нас три десятка трупов с простреленными головами, цистерна крови по всему залу, некоторые тела разорваны в клочья, и ты хочешь сказать нет ни одной улики?

– Ну, так их действительно нет, что мы можем.

– Нет, ты походу не врубаешься, – глубоко вздохнув, сказал второй представитель власти.

– Там по залу уже рыскает пресса, сейчас это дело будет во всех новостях по зомбоящику, а значит, мэр натянет нашего начальника отдела, а он соответственно своих подчинённых, то-бишь нас. Мы будем рыскать по городу как бешеные бобики в поисках того, не знаю кого.

Его напарник снова пожал плечами.

– Да кому я это все рассказываю, давай, мотай на начало, посмотрим ещё раз.

Горизонт осветило поднимающееся солнце, после холодной ночи рассвет выдался и того хуже, кончик носа отмерз, а при каждом выдохе изо рта валил пар. Я стоял у городского водохранилища, с противоположной стороны города, там, где простирался лесной массив национального заповедника «Высь».

В моей голове хоть и зашли шарики за ролики, однако не до такой степени, чтобы наплевать абсолютно на все меры предосторожности. В ресторан я направился в одежде которую захватил с собой из дома, когда приходил за оружием, и она сейчас догорает в костре у моих ног, хоть немного согревая замёрзшее тело. Отпечатков быть тоже не должно, перчатки мне в помощь, точнее то, что от них осталось после выпуска когтей. Насчёт камеры в зале, где произошла бойня волноваться не стоит, перед тем как начать свое чёрное дело, я использовал тот же амулет, что и в психбольнице, полностью выводящий из строя всю электронику. К тому же, мир ночи не так прост как кажется, иные очень редко когда посвящают смертных в свои дела. Думаю, ведьмы давно все подчистили, так, что комар носа не подточит.

– Черт, как же холодно… так недолго дуба дать, – пробормотал я.

Всё-таки купаться в апреле, это та ещё радость. Однако ходить по уши в крови, затея, прямо скажем, так себе.

– А-А-ААААА-ПЧХИ… твою за ногу, не хватало ещё простудится!

Ёшкин кот, смешно прямо до слез. Ацкий, мать его демон, боится простуды – нарочно хрен придумаешь.

– Будь здоров, – я, аж подпрыгнул.

– Твою мать, какого хрена… думал, ты свалила!

Саяна обошла меня по кругу и присела возле костра, вытянув вперёд руки точь в точь как живая.

– Будто у меня есть какой-то выбор… сам знаешь: хочу я или нет, но без тебя мне крышка.

Девушка подняла руку и продемонстрировала свой браслет.

– Мы с тобой будем жить долго и счастливо, и сдохнем в один день… Ну ты сдохнешь в один день, а я, как бы уже подготовлена.

Я ухмыльнулся.

– Слушай, чего ты добиваешься? Хочешь разбудить во мне чувство ответственности? Заставить меня встать на твое место? Наставить на путь истинный? А вот хрен тебе – я уже давно все решил, есть виновные и есть пострадавшие, то есть я. И виновные должны подохнуть, по возможности – самой мучительной смертью, ну, или наиболее страшной из возмозжных на конкретный момент времени. Хочу смотреть в их глаза когда они будут умирать, чувствовать, как душа покидает их тело, и они ничего не могут с этим сделать, как они будут дёргаться словно бабочка, приколотая английской булавкой к жёлтой странице старого гербария.

Мою пламенную речь прервали хлопки. Нет, серьезно: девушка сидела у огня и хлопала в ладоши. У меня аж ком в горле встал, я поперхнулся следующей фразой.

– Как эпично! Долго тренировался? У зеркала там, ну, или на карточках записывал?

– Ты нормальная вообще? Я тут вроде бы рассказываю тебе, как собираюсь грохнуть кучу народу! У тебя совсем сердца нет?

– А чего ты хотел? Думаешь, я буду отговаривать тебя, или каким-то иным способом вправлять мозги? Если ты не заметил, я мертва… мертвее не бывает! Мне глубоко фиолетовы твои душевные терзания и переживания, меня заботит только своя шкура, которая, к слову, за последние сутки не хило так подгорела в районе задницы! Вот скажи, какой у тебя план действий? Что ты собираешься делать дальше?

Ну об этом, я правда как-то не думал, да и после бойни прошло времени всего ничего, я что должен был сидеть и разрабатывать план «Барбароса»… «Барбариса» или как там его? Поэтому брякнул первое, что пришло на ум, а он у меня, как известно – наглухо отшибленный.

– Найду ведьму и буду пытать, если ничего не выйдет, найду ещё одну, и так до того момента, пока не наткнусь на ту которая будет знать.

– Серьезно? Пыточных дел мастер! Ты сам то веришь в то, что говоришь?

– Я меньше трёх часов назад вообще-то, покромсал кучу народа.

Девушка снова пару раз хлопнула.

– Какой ты молодец, прямо Рэмбо местного разлива! Запомни: убить и пытать это совершенно разные вещи. И уж поверь мне: ты понятия не имеешь что такое настоящие пытки, такие, когда тебя просто выворачивает от того что творится, когда жертва не в силах даже кричать, теряет голос, а потом и рассудок из-за того что палач затрагивает каждый нервный узел ее тела, медленно, со вкусом, с идиотской улыбочкой на лице.

При этом, лицо Милз мне очень не понравилось, она будто рассказывала о чем-то из собственного прошлого, или того хуже, собственных воспоминаний и ощущений, только вопрос – в роли кого? Палача или жертвы? Что-то мне подсказывает, не все так просто.

– Ладно… допустим, я сморозил полную хрень, твои предложения?

– Ну, все как обычно, я могу выследить их по своей сети.

– И что тебе самой с этого?

– Да все просто: таким образом, я смогу хоть немного минимизировать риск попадания твоих яиц в тиски раньше положенного времени, следовательно, и сама проживу немного дольше, если мое существование вообще можно назвать жизнью.

Я задумался, в общем и целом мысль здравая, почему бы и «Да». Смысл корчить из себя одинокого волка-потрошителя. Как сказал какой-то не шибко умный русский засранец: «Зачем напрягаться, если можно не напрягаться».

– Имена я могу тебе сказать, только вот фото извини, нетути!

Я постучал указательным пальцем по голове.

– Все здесь.

– Ты переоцениваешь важность визуализации информации, думаю в их организации немного ведьм с такими именами.

– Ну хорошо, делай как знаешь… только, ты же в курсе для чего мне инфа?

– Я тебя умоляю! Ты думаешь, меня будут мучать угрызения совести? Я, если ты не забыл, бывший серебряник, в свое время мы их косили пачками, так что, будь уверен – кошмары мучать не будут.

Я пожал плечами. Ну, хочет ввязаться во всю эту кутерьму – ее право, и уж тем более, мне не хочется забивать голову ее проблемами. К концу нашего разговора небо окончательно посветлело, а костер полностью догорел. Я поворошил угли палкой.

– А в магазе говорили ко-о-о-жа, кучу денег содрали уроды… эх-х-х-х, везде обман.

Посиделки у костра на природе – конечно здорово, но не тогда, когда от холода стучат зубы, и не в компании чокнутого призрака, причем, без единой крохи съестного. От мыслей про еду мой желудок издал громкое «фи», сигнализируя о том, что святым духом он ни фига сыт не будет, а значит, в топку очень срочно нужно что-то забросить. С финансами пока что, у меня не совсем туго, заначка, как водится, дома была припрятана, да и счета, слава Богу или кто там заведует этими вопросами, не блокировали.

Никогда не любил утро буднего дня – все серо и уныло. Вроде бы рассвет, все дела, на небе всего пара облачков, морозец поджимает. Однако, будни есть будни: скоро выползут сонные люди, и практически на автопилоте направятся по своим рабочим местам, проклиная весь белый свет, и в особенности того, кто до сих пор находится в теплой кровати. Смотреть на такие горем избитые, хреном придавленные лица, нет никакого удовольствия, настроение портится на раз, хотя какое может быть настроение утром, когда намедни прикончил кучу народа. Я поплотнее закутался в ветровку, шмыгнул носом, и направился в сторону окраины города. Моей первоочередной целью сейчас, является найти какую-нибудь занюханную, пропитую гостиницу и протянуть ноги в горизонтальном положении, часов эдак на эн-цать.

Искомое нашлось в глубине трущоб. Не то чтобы конечно гостиница, даже скорее – совсем не гостиница а нарко-притон, но мне сейчас честно, по барабану. Покосившееся одноэтажное деревянное здание, на приличное заведение совсем не тянуло, чего только стоило достучаться до управляющего, точнее до того, кто этим бардаком заведует. На крыльцо вышла бабулька от семидесяти и выше, мне в лицо дохнуло чесночным выхлопом, бабулька окинула меня презрительным взглядом, и кивнула в сторону входа.

– Сутки, пять тысяч.

Я, аж хекнул.

– Сколько? У вас здесь что, Хилтон? Какого хрена так дорого?

– Не нравится, вали в другое место.

Я огляделся. Обстановка на пять тысяч деревянных долларов явно не тянула, а убившийся нарик валяющийся в дальнем углу комнаты, вымазанный в собственной блевотине и бог знает чем ещё, вообще намекал на то, что мне бы ещё должны приплатить за ночевку. Однако, лучшие апартаменты прямо сейчас, мне не светят. Я отсчитал требуемую сумму, получил ключ и потопал в сторону своего номера, волоча за собой пакет вырви-глазной окраски, выданный на кассе «Дикси».

Номер тоже был так себе. Старые советские обои, беленый потолок с обычной лампочкой вместо люстры. Спальное место, это железная, пружинная кровать-гамак, как я ее называю, кроме нее – тумбочка и раскосый табурет без спинки. Прямо за дверью в качестве вешалки предлагалось использовать три вбитых в стену гвоздя сотки.

– Ну, бывало и хуже…

Хотя кого я обманываю, хуже, со мной ещё точно ничего не случалось. Я подвинул табурет, решив использовать его вместо стола, вытащил свой нехитрый завтрак, обед и возможно ужин, достал бутылку Джека.

– Ну что… здравы будем бояре.

Когда одноразовый мерзавчик практически коснулся губ, из угла отделилась тень и направилась в мою сторону, по мере приближения все более приобретая человеческие черты.

– М-да… давно ты за мной бродишь?

Человек… точнее, совсем не человек а непонятно что, присел рядом, немного подумал, схватил бутылку моего виски и прямо из горла выдул треть.

– Давненько, вот, наблюдаю за тобой.

Я хмыкнул.

– И как?

– Ничего особенного, ты, как ребенок у которого отобрали игрушку, вот прямо сейчас сидишь и жалеешь себя… какой же ты бедный, нечастный демон.

– Даже если и так, тебе-то какое дело?

– Да в принципе – никакого, просто любопытно. Ты до сих пор, не укладываешься ни в одну логическую цепочку построенную мной, твои действия непредсказуемы и глупы, как у школьника.

– То есть, тебя не трогает инцидент в «Мираже»?

– Почему я должен заботиться о каких-то там ведьмах? Инквизиция защищает смертных, это наша первоочередная и единственная задача, предпочитаю рассматривать подобные случаи как, скажем, минимизацию рисков.

Я всё-таки опрокинул свой стакан, заел какой-то дрянью, лишь по ошибке именуемой колбасным изделием, и посмотрел на Бессмертного.

– Никогда вас не понимал, вот, сколько живу, столько и не понимаю. Чем вы живёте, что вами движет? Долг, ноша, обязанности или ответственность. Вот что будет, если ты пойдешь наперекор кодексу?

Адалард молчал около минуты.

– А ничего не будет, только если я сделаю неправильный выбор, и окажется что кодекс был прав, это останется на моей совести.

– П-ф-ф-ф подумаешь, вот напугал блин… совесть его замучает… что вообще такое совесть? Ее можно пощупать, увидеть? Это обычное чувство смертного, чувство бесполезное и ничего не значащее.

Инквизитор ткнул в меня пальцем.

– Возможно… решать тебе и только тебе, вполне может быть, что именно совесть делает из нас тех кто мы есть… может и нет… но в любом случае, слушать ее или нет – дело твое.

– Так просто? Ты прочтешь мне нотацию, типа что такое хорошо и что такое плохо, и уйдешь… пожуришь пальчиком и отпустишь, как добрый воспитатель в детском саду?

Бессмертный, снова приложившись к бутылке, крякнул в кулак.

– Похож я на воспитателя? Сижу с тобой тут, в богом забытом месте, глушу палёный виски, от которого, в этом пойле только название.

Адалард встал, прошёлся по комнате и уставился в закопчённое пыльное окно.

– Я живу очень долго, но все ещё помню жизнь смертного, когда был волен самостоятельно принимать решения, без оглядки на кодекс и прочие заповеди, делать что-либо просто потому, что хочу. Это есть дар, величайший дар Всевышнего и только смертным. Порой, возвращаюсь памятью в те дни когда принимал присягу, и задаюсь вопросом, принял ли я бремя инквизитора если бы знал, что меня ждёт. Однако в прошлое не вернёшься, и мне придется жить с тем что у меня есть, пожинать плоды своего выбора, а вот ты пока ещё можешь выбрать свой путь, так сделай, в кои-то веки все правильно, будь тем, кем можешь быть, а не тем, кого в тебе хотят видеть.

С этими словами Адалард удалился, просто вышел за дверь, без всякого колдунства и спецэффектов. А я остался молча сидеть, погрузившись в свои мысли. Порой, я представляю себя между двух огней, как канат, который перетягивают из стороны в сторону, и чья сторона выиграет, под ту дудку я и буду отплясывать. Причем, совсем неважно кто победит – свет или тьма, как не важно марионетке, пляшущей на тонких нитях намертво привязанных к пальцам кукловода. Совесть, выбор, путь, почему все должно быть таким сложным? И чего вообще, Бессмертный от меня хочет? Он нашел меня без труда и бьюсь об заклад, смог бы также без труда снести мне голову, просто на раз – два – секундное дело… только я все ещё жив, а значит, следую установленному кем-то плану.

Ладно, хватит вдаваться в высокие материи, не дай Бог ещё чего умного придумаю. На сегодня у меня есть четкая цель, ещё как минимум, две ведьмы должны попасть в мир иной… ну, или пополнить мой резерв своей энергией, как пойдет. И это та программа, которую я точно буду стараться выполнить. В идеале конечно – грохнуть саму Лилит, однако это совсем не скорое будущее, сейчас я даже пока не знаю, как к ней подступиться.

Башмаки улетели в угол, под моим телом жалобно скрипнула старая кровать. Я даже не стал доставать постельное белье, завалился прямо в верхней одежде и практически сразу провалился в сон. Будет день, будет дело… там посмотрим, кривая куда-нибудь да выведет.

– Так и куда это меня занесло?

Как только мои веки сомкнулись, передо мной предстала картина Ада во всей его красе. Причем, угодил я явно не в свой домен.

– Час от часу не легче.

Пошарил по карманам, все, как и ожидалось: гол как сокол, ни оружия ни амулетов. Впереди, среди вялотекущей лавы и обломков камней, виднеется шпиль замка.

– Ну, попробуем проверить, к кому в гости я попал.

Примечательно то, что оказался я здесь в человеческом обличье, значит, есть надежда, что это обычный сон, хотя выглядит все слишком реалистично. Мне удалось сделать всего пару шагов, как от ближайшего обломка скалы отделилась черная клякса, среагировать я конечно не успел, и принял вражеский снаряд, что называется, на грудь, и это было последним что я запомнил, будучи в сознании. Разум померк практически моментально, я услышал лишь топот ног, или чего-то похожего на них, потом меня куда-то тащили. Черт, никогда не думал, что можно вырубиться во сне, если это конечно сон, во что искренне хочется верить.

Глава 14

«Боли нет, это все просто мне снится, боли вообще не существует, боль это всего лишь плод моего воображения»

– ЧЕРТ, ****Ь, ТВОЮ МАТЬ, ЧЕРЕЗ ****, И В ****, ГРЕБАНЫЕ *****… ПОЧЕМУ ТАК БОЛЬНО???

Смешно однако получается, не так давно я сам был на месте «Заплечных дел мастера», а вот сейчас мое тело находится на старой доброй дыбе. Никогда не думал, что вот это вот все может случиться со мной. Как известно, самый страшный кошмар любого маньяка убийцы, это испытать самому то, что он причинял другим. Как оказалось, этот метод работает и для таких, как я, ибо мне сейчас страшно, даже не так – Я В УЖАСЕ. И не от того что уже «встроен» в адский прибор пыток, а потому, что в курсе дальнейших событий, и дальше меня ждут непередаваемые ощущения, когда суставы начнут выворачиваться наизнанку, а кости трещать по швам. Но это не самое страшное, есть нечто, от чего я в полном ауте, вдруг это не сон? Что, если все взаправду? Неужели ведьмы нашли способ обойти все мои меры предосторожности и укокошить меня во сне и теперь я там, где мне полагается быть, только в качестве обычной души смертного, и более того, учитывая все мои прегрешения, меня ждет, навскидку, пара миллиардов лет на этой самой дыбе.

– ААААААА… СУЧИЙ ПОТРОХ, ЧТОБ ТЕБЯ ЧЕРТИ ИМЕЛИ!!!

Пытка дошла до момента, когда тело растягивается миновав естественный предел, кожа рвется а жертва испытывает пока ещё не совсем адскую боль. На этом этапе, пытка немного приостанавливается, давая время жертве немного привыкнуть к ощущениям и сполна насладиться моментом.

– Ты всего лишь плод моего воображения, – в который раз прошептал я себе под нос. – Боль? Да какая, к черту, боль – щекотка не более. Боль, вообще понятие эфемерное и недоступное для таких как я.

Позади, послышался женский смешок, пару секунд спустя по моей щеке прошлась тонкая ручка особы, на вид не больше двадцати лет от роду.

– Ты такой смешной!

Чтобы понять, кто сейчас издевается надо мной, вовсе не обязательно его видеть. Этот противный слащавый голос я узнаю из миллиарда, услышав всего один раз. Неужели демонесса решила меня почтить собственным присутствием.

– И что тебе кажется смешным, подлая тварь?

Лилит вышла на освещённое пространство пыточной камеры, так, чтобы я мог ее видеть.

– Ты цепляешься за любую соломинку, возможность, заставляешь себя думать, что есть выход, что это все сонный бред, – ведьма обвела убранство камеры рукой. – Стоит только проснуться, и ты будешь в безопасности.

Сейчас передо мной эта тварь предстала в таком облике, в котором я привык ее видеть раньше. Тело человека, на голове два витых рога, акулья пасть с множеством длинных клыков, острые, словно опасная бритва когти, причем по комплекту на руках и ногах, полностью открытое тело, включая признаки половой принадлежности, и все это покрыто чешуей угольно-черного цвета. Так что прародительница всех ведьм, представляла собой не совсем аппетитное зрелище. Выдержав небольшую паузу, демонесса продолжила.

– Спешу тебя разочаровать, но это все – самая что ни есть реальность, реальнее просто некуда, ты сейчас в Аду и полностью в моей власти, причем, на вполне законных основаниях, в качестве смертного, так что, о тебе знаю только я, и могу не спеша, с чувством, опробовать все свои приемчики.

Я думал, что попасть на дыбу страшно, оказывается, не так сильно как представить, что меня ждёт после. Вопреки ожиданиям, ведьма не спешила затыкаться, напротив, распалилась не на шутку, как будто перед зеркалом речь репетировала, причем не один раз.

– Но мы можем разом все прекратить, просто скажи то, что я хочу знать: как тебе удалось выбраться из Ада… и из этой ситуации, мы оба выйдем победителями! Не спеши, подумай… Ну почему ты это скрываешь? Что тобой движет? Неужели демон, привязался к жалким людишкам?

Последние слова стали для меня чем-то вроде спускового механизма. В голову впилась мысль, что вот эта мразь передо мной и есть истинный убийца моего отца, ведьмы конечно тоже внесли свой вклад, но вот эта тварь, тот самый кукловод, что дёргает за верёвочки. Боль неожиданно пропала, ее место заняла ярость, здравый смысл окончательно покинул голову, подселив туда такое безумие, какого не видела ни одна психбольница в мире смертных.

– ДА ПОШЛА ТЫ… СЛЫШИШЬ? ПОШЛА НА ХРЕН, ЧЕРТОВА ШАЛАВА, НИЧЕГО ТЫ НЕ ПОЛУЧИШЬ… ПОНЯТНО ТЕБЕ? СХОДИ ЛУЧШЕ ОТСОСИ У СВОЕГО ПАПОЧКИ, ТЫ ВЕДЬ МЕЧТАЕШЬ ОБ ЭТОМ ДА? Ты ведь у нас самая преданная, самая сильная и вообще самая-самая! Другие лорды просто пыль у тебя под ногами и для того чтобы лишний раз выслужится, ты готова собственноручно в своё же очко вставить раскаленные вилы, стоит только Люцию щёлкнуть пальцами. Ты как верный пёсик у его ног, согласна облизывать задницу, лишь бы тебя заметили и выделили среди остальных!

Лилит скривилась, ее когти удлинились раза в полтора, однако, вопреки моим ожиданиям, она не бросилась рвать мое тело, а нарочито медленно подошла к рычагу и потянула вниз, причем, намного быстрее и резче, чем этого требует сама процедура. Мои кости взвыли, боль была такая, что невозможно даже вздохнуть, непроизвольно из груди вырвался дикий крик. Только мне было плевать, плевать на боль и все остальное, перед глазами вновь и вновь проносились картины, как на ее глотке смыкаются мои руки, как хрустят ее шейные позвонки, из глаз уходит жизнь а тело падает на пол, к моим ногам. Ещё один сеанс страданий, однако, вместо вопля, из моей груди вырвался безумный смех.

– ДАВАЙ СУКА, ЭТО ВСЕ НА ЧТО ТЫ СПОСОБНА? НЕЖНЕЕ МИЛАШКА… НУ ЖЕ, ТЫ МОЖЕШЬ, Я В ТЕБЯ ВЕРЮ!

Лилит подошла к дыбе вплотную, отвела руку назад и со всего маха вонзила когтистую руку мне в грудь, ухватившись за ребра с внутренней стороны, рассчитывая причинить ещё больше страданий. Не знаю откуда у меня взялись силы, но я отчётливо понял что этот шанс я пропустить никак не могу. Тугие канаты на запястьях с треском порвались, руки устремились к горлу демонессы, причем как ни странно, из пальцев полезли когти. Я уже предвкушал как отрываю ей голову и терзаю тело, однако, мечтам не суждено было сбыться. Оставался всего сантиметр до ее шеи, когда реальность вспыхнула зелёным пламенем, а обстановка разительно изменилась.

Я ощутил себя лежащим на полу, целым и невредимым, в более или менее сносном состоянии, даже фантомных болей не чувствовалось.

– Ну и что ты придумала на этот раз? Что творится в твоей больной головушке?

Поднявшись, я осмотрелся: моим глазам предстала картина больничного отделения из фильма ужасов, в самом жутком своем проявлении. На полу валяются части тел и кучи внутренних органов, стены залиты кровью, всюду битое стекло и искорёженная медицинская аппаратура. Где-то вдалеке раздавался скрежет, но самое неприятное – повсюду кишели насекомые и всевозможные гады.

– Черт, как же я ненавижу вот это все.

Пауки, черви, змеи, огромные бородавчатые жабы, летучие мыши. Этому изобилию ползающих, прыгающих, летающих и стрекочуще-клекочущих гадов мог позавидовать столичный террариум. Причем, вся живность была далеко не безобидна, змеи то и дело норовили впиться в босые ноги, а стоит зазеваться, с потолка на голову падали огромные пауки, стремясь тотчас вцепится своими жвалами в тело, и отдирать их приходилось вместе с кожей. Шагать в таком месиве оказалось ещё тем удовольствием. Ощущать как под голыми пятками что-то хрустит, пищит, лопается, иной раз утопать по самые колени в противной жиже, я даже и не знаю из чего состоящей, о такой прогулке я и мечтать не мог.

В который раз, из темного угла очередной комнаты, в мою сторону, целя прямиком в глаза, сорвалась летучая мышь-переросток. Я рефлекторно отмахнулся от нее левой рукой, внезапно выросшие когти располосовали тварь вдоль и поперек, превратив ту буквально, в мелко нарезанный фарш.

– Так, стоп!

Возможно, это адреналин не даёт голове работать как положено, хотя я не исключаю вариант, второсортности самого серого вещества у меня в голове. Однако факт остаётся фактом, если даже все взаправду и я в аду, то в качестве не совсем смертного, кое-что от демона во мне все же осталось, а это значит – можно повоевать. С когтями дальнейшее продвижение пошло значительно быстрее, правда, направление этого самого продвижения для меня до сих пор оставалось загадкой. Все пройденные комнаты казались настолько однообразными, что начинало рябить в глазах, а от тошнотворного запаха внутренности просто выворачивало. Складывалось впечатление, что я просто хожу кругами. Хотя по сути, что я здесь пытаюсь найти? Выход? Даже не смешно, здесь в пекле огромное множество таких лабиринтов, на любой вкус и цвет как говорится, и ни в одном из них нет выхода. Это и есть самая суть преисподней: отобрать у смертного последнюю надежду на спасение, ввергнуть душу в полное уныние, разрушить последние крохи человечности и из редких экземпляров вылепить себе подобных слуг, кайфующих от страданий и мучений других. Как там говаривал какой-то классик? «Демонами не рождаются, ими становятся», – в какой-то степени, верное утверждение. Ничто не берется из ниоткуда, только Всевышний может создать из ничего целую вселенную, другим же, требуется материал. Таким образом, любая адская тварь, от низшего черта до высшего демона, это некогда бывший смертный, точнее то, что осталось от его души. Конечно, не все души поддаются «лепке», но достаточно много, чтобы обеспечить потребности Ада в квалифицированных кадрах.

Но вернёмся к нашим баранам, точнее, к одному конкретному барану, в виде меня любимого. Через какое-то время блуждающий скрежет, вдруг усилился, потом ещё и ещё, как будто кто-то очень спешил со мной на свидание, и в то, что этот кто-то придет с букетом цветов вместо огромного тесака, верилось с трудом. Вскоре, в очередной комнате противник показался, причем было их трое. Мелкие кривые уродцы, ростом едва мне по пояс, вместо кистей рук шприцы, наполненные какой-то зелёной гадостью, с иглами сантиметров по десять. А там где должны находиться ноги, у них торчали лезвия, на вид напоминающие хирургические скальпели, только раз в двадцать больше и длиннее, и именно эти приспособления помогали чертям свободно передвигаться даже по потолку, а ещё эти железяки, противно, до зубовного скрежета, звенели при ходьбе.

Ну вот – очередное порождение больной фантазии укуреного демона? Ибо разве можно придумать вот такое «чудо», пребывая в здравом уме и твердой памяти. Тем временем черти напали, причем не в лучших традициях дуэльного кодекса. Напали всем скопом – трое на одного.

Первый противник так и не достиг конечной цели, удар когтистой рукой сделал с ним то же самое, что и немного ранее с летучей мышью, во все стороны брызнули брызги крови, тварь заверещала как недорезанная свинья, пинок ногой в голову, окончательно успокоил маленькое уродливое тельце. Правую руку резануло болью, мелкий ублюдок достал меня ногой-лезвием, пропоров ладонь практически до кости. Я вскрикнул, попытался достать его, однако тварь молниеносно ретировалась обратно на потолок. Пока я занимался вторым чёртом, сзади подкрался третий противник, он как истинный диверсант напал со спины, повиснув у меня на шее, в которую секунду спустя, с двух сторон вонзились иглы его шприцов.

– АААААААААААА *** ТВОЮ МАТЬ, ******В УРОД!

По ощущениям, в его шприцах находилась, ни дать ни взять, серная кислота, хотя какая-то доля наркотической дряни там все же была, меня повело, перед глазами все двоилось, ноги норовили подкоситься а руки совсем не чувствовались частью тела, действуя словно заторможено. Злость на этого говнюка придала сил, забросив обе руки за спину, я пронзил его насквозь, потом вывернул кисти наружу и с силой рванул. Черт оторвался от моего тела и со всего маха впечатался в пол, пятка моей ноги это последнее, что он успел увидеть в жизни.

По спине прокатилась волна боли, как будто кто-то прошёлся по ней кухонным ножом, я резко выпрямился и махнул когтями наугад. Однако, последний черт оказался намного удачливее и не в пример хитрее своих соратников. Новая его атака и через всю мою грудь красуется сочась кровью, новый порез, следующая атака – и такой же на правом предплечье. Тварь двигалась как Чертов Флэш. Все мои попытки хотя бы зацепить его, не увенчались успехом, я махал когтями из стороны в сторону словно идиот, не представляя, что делать дальше. Вот тварь снова делает выпад, я не двигаюсь, подставляя свое тело под удар, готовясь к новой вспышке боли. Тварь полосует меня по плечу правой руки. Так как я примерно предполагал, куда придется удар, очередной взмах крючковатых когтей наконец, попал в цель. Моя правая рука повисла плетью, но и тварь попала в ловушку, когти намертво засели в ее теле. Размахнувшись, я приложил черта об пол, после, упал сверху на него коленом тем самым придавив и обездвижив. С силой дёрнул рукой, когти покинули его тушку вместе с изрядным куском мяса, а я принялся рвать урода. Меня с ног до головы залило кровью, в нос ударил ещё более тошнотворный запах, к тому же действие недавней инъекции до сих пор не прошло, казалось, по венам гуляет жидкий огонь, а внутренности вот-вот воспламенятся.

Последний противник разлетелся по помещению множеством мелких кусочков. Я отдышавшись, с трудом поднялся и направился шатаясь из стороны в сторону, к очередной двери. Если следующая стычка будет такой же, я ее точно не переживу, хотя я ведь уже мертвый, если конечно верить на слово демонессе. А это значит – терять мне уже нечего, можно хоть сейчас разлечься посреди палаты, в куче всевозможных ползучих гадов и расслабиться. Однако что-то во мне, конкретно противилось такому поступку, внутренний голос от раза к разу твердил что, что-то здесь не так, ну не может это быть Адом, просто потому, что я не почувствовал собственной смерти.

За следующей дверью меня встретило новое порождение, на глушняк прибитой фантазии Лилит. Монстр представлял собой паукообразную тварь ростом с человека, с головой гиены. Я успел только открыть рот для того, чтобы выразить все что думаю об эстетике подобного непотребства, как арахна атаковала. Грудь и живот насквозь пронзили острейшие лапы, увенчанные внушительными когтями. После чего монстр с силой дёрнул мое тело на себя, высвобождая лапы. Вместе с выдернутыми назад когтями твари моя тушка лишилась изрядной доли мяса, а из ран полилась кровь. В голове проскочила мысль о том, что я все же отбегался, но скорее всего, что-то подобное повторится снова и потом опять, пока я окончательно не съеду с катушек. Странно, но на душе у меня было абсолютно спокойно, я понимал, что сейчас приближающийся монстр прикончит меня, причем, самым жестоким и неприятным способом, однако мне было просто плевать, я заржал как умалишённый, ворочаясь в биомассе на полу, весь в порезах и крови словно свеженький кусок мяса. Внезапно время замерло, в голове раздался голос демонессы.

– Одно твое слово и все снова вернётся на свои места, я отпущу тебя – слово ведьмы и мы будем жить, как жили до этого.

Я засмеялся пуще прежнего.

– Да ты что, дорогуша! Негоже прерывать такое веселье, я только-только во вкус вошёл, так что пошла ты в задницу, старая сука!

– А ты крепче, чем я думала… хорошо, а что ты скажешь на это?

В момент, все снова пришло в движение. Только в лапах твари оказался никто иной, как мой отец, он был нанизан на них словно канапе, его лицо не выражало ничего кроме ужаса и безумия, по лицу стекала слюна, а губы судорожно шептали, помоги. В голове снова раздался голос демонессы.

– Поведай мне то, что я хочу знать, скажи, и я сразу же отпущу его душу.

Сердце в моей груди ёкнуло, всколыхнулось на миг и успокоилось, мои губы против воли растянулись в улыбке. Это именно то, чего я ждал все это время, доказательство того, что все это не более чем очередной ведьмовской трюк, свидетельство своей правоты.

– ТРИ РАЗА ХА! Тупая ты сука! Вот здесь, ты конкретно прокололась. Ты мразь и судишь всех по себе, и в этом твоя ошибка. Я очень хорошо знаю своего отца и понимаю, что он никак не может здесь находиться, а значит, я все же сплю или банально без сознания, это мои мысли и образы, я в них хозяин, а не ты, и посему – ПОШЛА НАХРЕН ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ!!!!

Искреннее желание, сейчас подкреплённое безоговорочной Верой в собственные силы, и раны на теле моментально затянулись. Мысленный посыл и жуткий монстр осыпался прахом, потом то же самое произошло с потолком, стенами, полом, пока я не очутился в кромешной тьме.

Наконец, я проснулся… очухался все в той же обшарпанной комнате где и заснул. Голова болела нещадно, но мне было все равно, я был рад, что это был всего лишь сон, пусть и с вмешательством одной сволочи, но сон.

– Фу-у-ух… прогулочка вышла что надо! Надо бы что-то придумать, не то кукушка точно от такого съедет…

Глава 15

– Я ее нашла!!!

ТВОЮ МАТЬ! ЖЕВАНЫЙ КРОТ! За последние дни я уже как-то отвык от внезапных появлений Милз, поэтому сейчас присел, пытаясь унять бешенно колотящееся сердце.

– Знаешь, у нас в Росси есть поговорка: «Горбатого могила исправит», – так вот, я официально опровергаю данное заключение!

Девушка обошла кровать, на которой я сидел по дуге.

– Ну признайся, ты будешь скучать по мне!

– О-о-о да, бесспорно!

Я хмыкнул.

– Что там по ведьме?

– Ну и навёл ты шороху, однако! Сейчас в их стане такая суета, они-то никак не рассчитывали, что ты начнёшь валить их пачками, причем с некоторыми душами они до сих пор не могут связаться, словно те вообще пропали с карты мироздания, чего определенно быть не может!

Я мысленно улыбнулся, что ни говори, а переполох вышел что надо! Пусть знают тупые твари, что со мной связываться себе дороже. Тем временем, девушка продолжила.

– В общем, если непричастные или слабенькие ведьмы, входящие в Молот только формально, постольку поскольку, живут, как и раньше, относясь ко всему этому с изрядной долей скепсиса, то те которые принимают активное участие в жизни сообщества, конкретно так струхнули. Более того, сама Лилит, на которую они между прочим чуть ли не молятся, относится к молоту как к домашнему скоту, точнее, дойной корове. Он нужен ей только для достижения своей цели, не трудно догадаться какой, об укреплении организации речи вообще не идёт. Некоторые ведьмы, в число которых входит одна из твоих целей, смекнули что к чему, собрали самых преданных соратников и затихарились на своей территории, словно бы готовясь к длительной осаде.

Что ж, все так, как и должно быть, я мог ещё во время шабаша сказать, что вызов старой демонессы в любом случае, плохая затея. Как говориться: «Бойся своих желаний, они могут исполниться». Чернильная ручка в моей руке вывела последнюю из завитушек мелкоячеистой сети на правом предплечье.

– Ну и куда мы пойдем сегодня ночью?

Девушка, с интересом разглядывавшая дело рук моих, медленно потянула.

– В малые Сокольники.

Я, аж присвистнул! А неплохо так развернулись старые кошёлки. Элитный район с недвижимостью за миллионы долларов. Чтобы купить самую маленькую квартирку на окраине Сокольников, нужно быть, как минимум, бизнесменом средней или высшей категории. Между тем, Милз продолжала.

– В центре квартала элитная высотка в двадцать семь этажей, нетрудно догадаться, что у ведьмы пентхаус.

Я хмыкнул.

– Да действительно, удивляться нечему… теперь отойди чуть дальше, я этим заговором пользуюсь первый раз в жизни и даже не представляю, как оно работает, конечно, страшного случиться ничего не должно, но мало ли.

Милз отошла к двери.

– А что это за штуковина?

– Нательный «Ловец снов», был тут у меня намедни небольшой наведенный кошмарик, так что я решил и с этой стороны обезопаситься. Конечно в идеале, нужно делать татуировку, но за неимением кольщика, приходится пользоваться тем что есть, рисунок тоже далек от совершенства, да и поправлять регулярно придется, но все же лучше, чем ничего.

Я на несколько секунд прикрыл глаза, мысленно собирая руническую цепочку заклинания истинного взора. Когда я их открыл, мир раскрасился аурами предметов, рисунок на руке источал свою – пурпурного цвета, что ж, вроде работает, осталось заговорить.

«Идеальная сеть, с этим заклинанием ты плетешься,

Чтобы уходили все ночные кошмары

От тех, кто находится под твоей защитой.

И даруй приятные сны всем,

Кто спит под твоей защитой».

Изображение ловца на одну секунду зажглось мягким зелёным свечением и погасло.

– Кру-у-у-ть! – от двери послышался голос девушки.

– А то, учись пока я жив, правда при моем образе жизни, может статься так, что она не продлится долго.

Саяна усмехнулась.

– Ну тогда твоими трюками, мне, разве что, чертей в Аду развлекать.

– Так, отставить все пессимистичные мысли! Нас так просто, без перца, хрен сожрешь! Сейчас ка-а-а-к выйдем, ка-а-а-к наваляем всем супостатам, и будем жить долго и счастливо.

Девушка улыбнулась, но ничего не ответила. Уже на выходе из этого наркоманского притона мне в голову пришла неожиданная мысль. Почему так выходит, я вроде сейчас собираюсь пойти и убить, скажем так, не совсем человека, но и не полноценное существо ночи, так почему мне весело? Думаю, это что-то вроде защитного механизма мозга, чтобы кукушка вконец не съехала. Так вот почему психически больные маньяки-убийцы, делают свое дело с улыбкой до ушей на лице. Но это только теория, на практике может получиться так, что от длительного занятия рукоприкладством ко всему живому и мыслящему, мне самому понравится это дело, и я буду пускать слюну от вида окровавленных внутренностей, и улыбаться от удовольствия делая свое чёрное дело… как знать.

– Б-р-р-р-р-р-р…

Меня передёрнуло от подобной перспективы. Вот что значит перевоспитание, посредством внедрения в смертную тушку. Раньше, сидя в пекле, я был совсем не против, увидеть мир смертных в огне… ну там, реки крови и прочие атрибуты апокалипсиса, более того, я был бы не прочь устроить его собственными руками. Однако, сейчас меня воротит от подобных мыслей.

– Встретимся на месте, – бросил призрак Милз и растворился в воздухе.

Я же, сел в подъехавшее такси. Дорога с окраины до центра заняла чуть больше получаса, и это ещё с учётом всех светофоров. Вечерние улицы целиком и полностью погрузились в объятья непроглядной ночи. Машина остановилась в двух кварталах от вышеозначенной высотки с пентхаусом. До того момента когда ночные улицы совсем опустеют, ещё довольно много времени, так почему бы не прогуляться, размять ноги и подышать прохладным воздухом, тем более, что погода наконец подбросила немного тепла.

Напасть было решено ближе к утру, по данным, полученным от Саяны, в здании находятся что-то около двадцати ведьм, не считая трёх ведьмаков и одного оборотня. Я заявлюсь к ним часам к четырем утра, когда их веки будут слипаться, а тело одолевать утренняя дрёма.

Шагая по мощеной улице элитного квартала, я в который раз про себя хмыкнул. Как же велика пропасть между обычными людьми. Подумать только, когда они попадают в Ад, никто из демонов не видит в них принципиальных различий, только количество грехов может отличаться, а так, душа богача ничем не отличается от души нищего. А иной раз, душа бродяги пахнет гораздо приятнее. Зато здесь, в мире смертных, некоторые люди имеют столько власти и денег, что впору провозглашать себя новыми богами и основывать церкви, и наоборот, есть такие, которые даже если умрут, никто не заметит. Как все изменилось с начала времён… раньше, ещё до потопа, человек мог считать ровней того у кого кровь одинакового с ним цвета и сердце в груди бьётся также. Потом, пришли тогда ещё ангелы и все испортили. Наплодили нефилимов от смертных женщин, и расположившись поудобнее, стали наблюдать за происходящим. Что ими… точнее, нами двигало – непонятно, что ни говори, а Люцифер умел убеждать. В любом случае, из своеобразного протеста Всевышнему, ничего хорошего не вышло. Он как считал людей своим венцом, типа по: «Образу и подобию», – и все такое, так и продолжил. С появлением иных – детей от ангельских сущностей, появилось неравенство. Люди владеющие магией встали на ступень выше остальных и пошло поехало. Рабство, насилие… все по накатанной, как всегда, когда случается что кто-то внезапно стал «ровнее» всех остальных, прочих.

Потом был потоп и изгнание бунтовщиков с небес в Ад, где я имел честь пребывать львиную долю своего времени. Сейчас уже и не скажешь – стоило оно того или нет. Хотя, если посмотреть с другой стороны… ведь я вряд ли стал бы тем, кто я сейчас есть, значит выходит, что определенно стоило, даже несмотря на более чем солидный срок в преисподней.

Нужное здание показалось, когда на часах была уже половина четвертого утра. Окинув высотку истинным взором, мне стало понятно, что ведьмы ждут гостей и находятся во всеоружии. Каких только чар на верхнем этаже не было, и всевозможные защитные и атакующие и ловушки, и ещё много чего смертоубийственного. Милз, по своему обыкновению, зашла со спины.

– Обалдеть! Сверкает как новогодняя ёлка одно неверное движение и пол квартала разотрет в пыль, знатно ты их напугал, однако.

– Ну, не без этого, – ответил я, не сводя глаз с здания. – Только это же ведьмы… они никогда не анализируют ситуацию в общем и целом, судят всех по себе, отчего в упор не видят лазеек для таких типов как я.

– Что ты имеешь в виду?

Заинтересованно спросила девушка.

– Взгляни на последний этаж, точнее на стеклянный купол.

– Ох ты ж, а что, будет весело… представляю их рожи когда ты весь такой свирепый, буквально рухнешь на их головы.

– Ага, только нужно сначала подняться, как говорил классик: «Пожарные лестницы наше все», – погнали что ли!

К десятому этажу дыхалка сбилась, к семнадцатому ноги чувствовались как не свои, а к последнему и вовсе казалось, что затея была не самой лучшей. Однако отступать поздно, я проверил, надёжно ли сидят в кобуре пистолеты и полез на купол, хватаясь за металлические «рёбра» конструкции.

Стеклянный потолок оказался, кто бы сомневался, над гостиной. Вопреки ожиданиям, колдунское сообщество не пребывало в объятьях Морфея, напротив, в помещении навскидку находилось человек десять – пятнадцать. Одно хорошо – Стелла тоже была здесь, сидела на небольшом диванчике, закинув ногу за ногу, листала какую-то книжонку, пока вокруг нее, взад вперед мельтешили ее соратники.

С неба, внезапно упала холодная капля воды, угодив мне прямиком на макушку. Где-то вдалеке послышался раскат грома, пока ещё не громко, но судя по усиливающемуся дождю, то ли ещё будет. Погодка под стать намечающемуся делу, только что все было спокойно и вот уже спустя каких-то полчаса, город накрыло грозовыми тучами.

– Что ж, зажжем как в последний раз!

Крикнул я, сам не знаю для чего, однако Саяна, следовавшая за мной по пятам все это время, решила ответить.

– Главное, чтобы он и впрямь не стал последним.

Выстрел в стекло под ногами, ещё один и ещё – поползла паутина трещин, заговоренные пули прошивали его как бумагу, некоторые даже попали в цель, убив и ранив несколько ведьм. Я старался стрелять так, чтобы случайно не зацепить Стеллу, решив оставить её на «сладкое». К моменту когда в меня полетели первые заклятья, стекло наконец, треснуло и провалилось, я вместе с ним начал падать вниз. Нужно сказать, что потолок в пентхаусе оказался достаточно высоким, не меньше десятка метров от пика конуса до пола, и чтобы не покалечиться пришлось расправить крылья, плавно спикировав в центр комнаты. Со стороны такое действо выглядело более чем эпично, особенно в свете брызг битого стекла, меня так и подмывало, ляпнуть что-нибудь эдакое.

– РОК-Н-РОЛЛ СТАРЫЕ СУЧКИ!

Дальше все понеслось вскачь, я, как и в прошлый раз, ушел в замедление, что позволяло без труда лавировать между атакующими заклинаниями. ВЫСТРЕЛ – сноп крови вперемешку с мозгами медленно и плавно покидает голову очередной жертвы, через разворочанную затылочную часть. Следующая ведьма оказалась на расстоянии вытянутой руки, дуло пистолета упёрлось ей в подбородок, плавное нажатие на спусковую скобу и ещё один труп завис в воздухе, медленно оседая на пол. ВЫСТРЕЛ, оба пистолета «плюнули» огнем, обе пули угодили в грудь ведьмаку, его лицо начало медленно меняться, приобретая удивлённое, а потом и испуганное выражение. Снова ВЫСТРЕЛ… – опять у ног гора мертвых тел. Впору зайтись злобным смехом, как в фильмах ужасов, однако мое сердце бьётся все также ровно, в душе не появилось никаких угрызений совести или чего-то подобного. Только черная злоба красной пеленой заволокла глаза, а в голове всего одна мысль… О том, что вот сейчас, ещё немного… я убью их всех, и у меня на душе станет хоть чуточку легче, оковы спадут высвобождая сердце из стального плена, дав долгожданную свободу. После очередного залпа один пистолет глухо щёлкнул, сигнализируя об окончании обоймы, пуля из второго, пробила сердце ещё одной ведьмы, заляпав белую стену позади нее темно-красной жидкостью в лучших традициях абстракционизма и она тоже оказалась последней.

По ощущениям, я мог находиться в замедлении ещё секунд двадцать, однако, мой резерв с прошлого раза, значительно подрос. Выкинув ненужные мысли из головы, я выпустил когти, глаза привычно защипало, а над головой возник непонятный жар.

– МАТЬ МОЯ.

Само собой вырвалось изо рта, стоило мне обратить внимание на источник дискомфорта. Над моей головой, словно нимб горел огонь – пылало адское пламя.

– С этим разберемся позже, сейчас нужно доделать то, зачем я пришел.

После этих моих слов началось полное безумие, всюду летели брызги крови и куски человеческих тел. Атакующих заклинаний становилось все меньше, и это не потому что все умерли, просто узрев меня настоящего, да ещё и с костром на башке, многие не выдержали и просто сбежали с поля боя. В этот раз не было ни одной кучи пепла, я решил не поглощать души ведьм пока не разберусь как это влияет на мою сущность… ну, по крайней мере, кроме одной.

Когда противники закончились, я обернулся в сторону Стеллы. К моему удивлению, девушка, кстати говоря, довольно привлекательная, во время всего беспредела даже не отвлеклась от своего чтива, и когда я начал приближаться к ней, она все ещё читала. На расстоянии десятка шагов от меня, книжонка в руках ведьмы наконец захлопнулась, Стелла отложила ее на только чудом не пострадавший, журнальный столик и подняла глаза на меня.

– Очень интересная книжка, хотелось узнать, чем все кончится.

После чего, ее глаза пробежалась по помещению.

– Ну и бардак ты тут устроил.

Ведьма медленно поднялась и направилась в мою сторону.

– Я СОЖРУ ТВОЮ ДУШУ.

Из-за наличия полного рта клыков говорить было неудобно, вместо нормальной речи вырывалась хриплое шипение. Только ведьма даже не сбавила скорость.

– Ну а зачем бы ещё тебе вламываться в мою квартиру… конечно сожрешь.

Происходящее окончательно выбило меня из колеи. Только Стелла даже не думала затыкаться.

– Но запомни мои слова, ты сам выбрал этот путь, и когда придет расплата тебе будет некого винить, кроме себя самого.

– ТЫ УБИЛА ТОГО ЕДИНСТВЕННОГО, КТО БЫЛ МНЕ ДОРОГ.

Попытка снова распалить злость и решимость мстить не увенчалась успехом, ведьма лишь улыбнулась.

– Взгляни на себя… у тебя есть возможность выбирать свой путь… посмотри на этих людей, которых ты растерзал… они здесь добровольно, у них тоже выбор был, у меня не было.

– ТЫ ВРЕШЬ, МРАЗЬ.

– С чего бы, я сейчас умру, это неизбежно, так зачем мне лгать, мне просто все равно. Лишь хочу тебя предостеречь, в отличие от меня, ты можешь делать свое будущее таким, каким хочешь его видеть, только ты строишь свою судьбу. Примешь неправильное решение отвечать тоже тебе… что до твоей мести, подумай и обернись назад, так ли она тебе нужна, как кажется…

Слова ведьмы не заставили меня отступить от своей цели, но некоторые зерна сомнений в душу заронили. Стелла подошла ко мне на расстояние удара. Аккуратно сняла пиджак и сложив, положила на чистый от крови участок пола, при этом пояснив.

– Мой любимый, даже не представляешь, сколько за него пришлось заплатить, будет обидно, если испортишь… чего же ты ждёшь? Давай смелее, делай то зачем пришел.

Я медлил ещё секунд десять, пока, наконец, не принял окончательное решение. Обратная трансформация в человеческую форму заняла секунд пять не больше, все это время девушка стояла не двигаясь. В ладонь легла рукоять моего старого, верного ножа. Одно движение справа налево по горизонтали, на уровне горла девушки и он опять занял свое место в ножнах.

– Катись в Ад.

Ещё через секунду, на горле ведьмы проступила красная полоса, она захрипела, а на губах появились кровавые пузыри. Я развернулся на сто восемьдесят градусов и направился в сторону окна. На улице вовсю лил дождь, сверкала молния и громыхал гром, прямо как в моей душе. Позади, послышался грохот упавшего тела и предсмертный хрип Стеллы.

– Запомни… правильный выбор.

Удар ноги заставил оконные створки распахнуться в обратную сторону и ударится о внешнюю стену здания, стекло в рамах покрылось паутиной мелких трещин и осыпалось дождем не отличимым от того, которым сейчас «рыдала» весенняя ночь. Я прыгнул, распахнув черные крылья, ловя холодные капли лицом. В душе бушевал огонь, а в голове крутились последние слова только что убитой ведьмы.

Глава 16

Так бывает, обитаешь всю жизнь в своем маленьком мирке, не замечаешь, что происходит вокруг, просто делаешь свое дело и не задумываешься о последствиях. Но потом наступает момент, когда приходится оглянуться и посмотреть на все то безобразие, которое получилось в результате такого вот существования. И порой, эти результаты не так хороши, как казалось до момента прозрения, скорее, даже совсем не те, на которые ты рассчитывал. Только пути назад уже нет и исправить ничего нельзя, остаётся только забиться в какую-нибудь нору, накупить алкоголя и заливать тоску двадцать четыре часа в сутки, в три горла.

Стрелки часов старенького советского будильника отмеряли ровно семь часов утра, раздался щелчок и через секунду противная трель-звонок. Из-под одеяла на двухместной кровати в маленьком гостиничном номере, выбралась изящная женская рука. После нескольких безуспешных попыток выключить не в меру громкий адский механизм имени «Совка», конечность без затей смахнула часы с прикроватной тумбы. Раздался грохот удара об стену, во все стороны брызнули кусочки разбитого стекла и части раскуроченного предмета быта, будильник жалобно звякнул в последний раз, словно оправдываясь за допущенную оплошность и окончательно затих, превратившись в обычную кучку мусора. Ещё через минуту, из-под того же одеяла показалась вторая рука, потом вылезла голова некогда довольно симпатичной девушки, но из-за длительных возлияний, сильно помятой.

– М-м-м… м-м… и-и-и, – полу-стон, полу-хрип свидетельствовал о плачевном состоянии, как в физическом, так и в душевном плане того кто находился в недрах скомканных одеяла и простыни. – Боже как паршиво… определённо, палёный виски – не мой конек.

Ариэль приняла положение сидя двумя руками растирая виски, пытаясь унять отбойный молоток в голове. Оглядев себя, девушка пришла в ещё большее уныние, кто бы мог подумать… потомок ангела и в таком виде. Черный кружевной бюстгальтер свисал на одной лямке с правого плеча и держался исключительно на честном слове, тем не менее, все же оголяя белоснежную правую грудь второго размера. От звёздного блеска в волосах не осталось и следа, спутанные неухоженные космы, сейчас больше походили на воронье гнездо грязно серого цвета, причем изрядно потрёпанное жизнью. На коже плеч и груди обнаружилось несколько гематом, оставленных скорее всего, уже неизвестным переменным значением в жизни нефилима, к тому же, полным неумехой в любовном деле, судя по следам зубов на левом запястье. Тем временем, куча тряпья, только по ошибке называемая постельным бельем, снова пришла в движение, секунду спустя из вороха высунулось лицо непонятного индивидуума, которое сразу же скривилась в гримасе боли и страдания, наверняка от «прилетевшего» похмельного спазма.

– Детка, у нас там ничего не осталось со вчерашнего вечера, жбан трещит мочи нет.

Ариэль критически осмотрела внезапного визави, без того плохое настроение упало вовсе ниже плинтуса. Лысый мужичок не первой свежести, обладатель опухшего лица и скорее всего, пивного живота, обросший так, как будто бритва намеренно убегала от него на протяжении месяца, не желая иметь ничего общего с такими зарослями. И сейчас этот герой женской фантазии жалобно смотрит на девушку своими свиными глазками, ожидая, что та споро вскочит с кровати, и начнет с улыбкой на лице его обслуживать.

– Черт, не-е-е-е-т… только не говори, что мы переспали.

«Чудо» пару раз моргнуло, чавкнуло пересохшим ртом и призадумалось.

– Ну, смотря что иметь в виду, под словом «переспали».

– ТВОЮ МАТЬ!!!

Взгляд под одеяло ещё больше расстроил, подтвердив самые неприятные опасения… так и есть, пошарив глазами по комнатушке, Ариэль обнаружила свои брендовые трусики от «Carine Gilson» в горшке засохшего цветка на подоконнике, причем предмет одежды, тоже был в весьма плачевном состоянии.

– ****ть, докатилась, – выругалась девушка, пытаясь безуспешно натянуть на грудь порванный лифчик.

«Оно», которое лежало рядом, снова дало о себе знать.

– Ну, так есть у нас что-то подлечиться?

Ариэль брезгливо осмотрела лицо досадного недоразумения и одним слитным движением сорвала с него одеяло, одновременно с этим выпинывая грузное тело гостя из кровати ногой. Герой-любовник шмякнулся на пол как переспевшая и прокисшая слива, со стороны пола посыпались матерные проклятья и обещания скорой расправы. Девушка глубоко вздохнула, по самую шею закуталась в обрывок простыни, и неровной походкой направилась к проклинающему ее телу. Тем временем, гость барахтаясь на полу как колорадский жук, смог таки перевернуться на спину и предпринять робкую попытку подняться, однако налетел лицом на, с виду хрупкое колено девушки, отчего несколько зубов покинули свою привычную среду обитания, упав на пол и закатившись под кровать.

– Это тебе за мой комплект гнида, ты хоть знаешь, сколько он стоит?

Голова любовника-неудачника мотнулась, словно болванчик на палочке, пара капель крови упали на кровать, впрочем, никак не испортив ее и так затрапезный вид.

– ЩУУУКААА…

Свин попытался что-то вякнуть, однако из-за недостатка зубов, вышел звук больше похожий на свист. Ариэль схватила гостя за горло правой рукой, второй придерживая свое скудное одеяние, и резко вздернула, хрустнули шейные позвонки незадачливого любителя выпить.

– Слушай сюда урод, сейчас собираешь свои манатки, прячешь свое хозяйство в трусы и бегом валишь из номера на все четыре стороны, у тебя ровно минута чтобы испариться, иначе на сохранность твоей тушки я даже половину гнутого медяка не поставлю… ПОНЯЛ?

Не ожидавший такой силы и напора от миниатюрной девушки, мужчина, не в состоянии выговорить даже слово, часто закивал головой.

– Когда я выйду из душа, чтобы в комнате не было даже твоего запаха.

Девушка разжала пальцы, и гость снова плюхнулся на пол, приземлившись аккурат на пятую точку. Ариэль развернулась и направилась в сторону душевой кабины. Струи прохладной воды ударили в лицо, немного прояснив разум и смыв утреннюю дрёму.

– Боже, что я делаю, – еле слышно себе под нос прошептала девушка. – Как вообще с этим можно жить дальше?

С недавнего момента в глазах Ариэль, непогрешимость отца, да и всей православной епархии знатно пошатнулась, если не сказать больше. На деле все эти высокопарные слова о вере, всепрощении и тому подобной мути, оказались не чем иным, как бессмысленным сотрясанием воздуха, ничего не значащей ложью. И что самое обидное, она до последнего момента верила… надеясь, что вот-вот кто-то спустится с неба в сверкающих доспехах и всех спасет, не допустит, не отвернется и ещё много БЛА, БЛА-БЛА того же рода. Только время шло день за днём, люди гибли – хорошие люди. А то, во что свято верила девушка, так и оставалось всего лишь красивой сказкой. Так как, теперь существовать дальше? Нет, не жить, а именно существовать, потому что если без веры и стимула жить дальше, даже нефилим, просто никому ненужная, давно списанная в запас фигура.

В ванной комнате послышался шорох, сверкнуло что-то яркое, чья-то рука рывком убрала ширму, совершенно не заботясь о том, что девушка не совсем одета.

– ТЫ СОВСЕМ ОПОЛОУМЕЛА? ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ… ИЗВОЛЬ ОТВЕЧАТЬ КОГДА ТЕБЯ СПРАШИВАЮТ СТАРШИЕ!!!

Ариэль, нарочито медленно повернула рукоять крана, отключив воду и повернулась к гостю, уголки ее губ едва заметно скривились.

– Голос… собственной персоной! Х-е-х… нужно было несколько дней пить и трахаться, чтобы «твое величество» снизошло до беседы, где же ты был когда мне нужен был совет, я ведь звала тебя.

Девушка распахнула крылья, от былой белизны не осталось и следа, вкрапления черных перьев покрывали их по всей площади. Закутавшись в них как в полотенце она покинула ванную комнату и направилась в сторону спальни, по пути собирая разбросанные по всей площади номера предметы гардероба. Проснувшегося с ней рядом досадного недоразумения уже след простыл, и это было хорошо, хоть что-то заставило девушку улыбнуться… впервые за несколько дней.

– Я требую твоего возвращения в лоно церкви… иначе, я за себя не ручаюсь.

– Требуешь? А знаешь, плевала я на твои требования, пошли вы все в задницу.

Главный нефилим никак не ожидал подобного ответа, ещё ни разу за всю историю существования «Потомков света» ни один крылатый воин, не смел разговаривать с ним подобным тоном.

– Сама напросилась, только учти, когда ты приползешь обратно, тебе нужно будет очень постараться, чтобы заслужить прощение.

– Да засунь ты себе знаешь куда, свое прощение…

В тот же момент, правую лопатку Ариэль обожгло болью, словно с нее на живую срезали кусок кожи, ей стоило огромных трудов не заорать в голос.

– По праву первого среди равных, именем Господа нашего и архангела Михаила, я забираю назад дарованный тебе свет, лишаю тебя печати «Крылатого воина»… отныне ты изгой, все, что будет дальше – только твоя вина.

Татуировка на лопатке девушки, в виде двух крыльев и меча сверкнула белым светом и растворилась, оставив на коже уродливый шрам. «Голос» же, не спешил успокаиваться.

– Ты лишилась защиты и благословения, знаешь, что будет дальше? Скоро все твари ночи в округе объявят на тебя охоту, и им ничего за это не будет. Как думаешь, долго ты проживёшь? Советую хорошо подумать над речью раскаянья, когда ты прибежишь к нам за защитой.

Все – последние мосты сожжены, пути назад нет. Прощение? Раскаянье? Нет, это не про нее, она лучше сдохнет в луже нечистот, чем вернётся в ненавистную ей организацию. Туда, где ее просто использовали вслепую, в качестве оружия не задающего вопросов. Ариэль подняла глаза на сурового гостя, по-видимому ожидавшего, что сейчас девушка бросится ему в ноги и начнет молить о пощаде.

– Да пошел ты, пошли вы все… сделал дело? Можешь проваливать на все четыре стороны.

– Ты пожалеешь о своем решении… – ответил Голос, после чего перед ним выросла арка прокола, озарившая комнату белым светом, в которой он через секунду пропал. Ариэль ещё некоторое время сидела на кровати, приводя мысли в порядок и укладывая в голове события этого утра.

– Да и хрен с тобой, – улыбнувшись, пробормотала девушка. – Как-нибудь обойдусь.

Сборы заняли немного времени, да и чего собирать? Кроме того что надето на девушке, у нее ничего и не было. На проходной Ариэль встретила владелица гостиницы, пришлось расстаться со всей оставшейся наличностью, так что уже на улице, девушка стала гордым обладателем аббревиатуры БОМЖ. Идей куда податься не имелось никаких, в первый раз в жизни нефилима не было четкого плана действий. Свобода как она есть: иди куда хочешь, делай что хочешь.

С малолетства таких как она учили только одному – убивать тварей ночи. К примеру, Ариэль знала, как прикончить оборотня двадцатью разными способами. Только загвоздка в том, что с такими умениями в обычной жизни она даром никому не сдалась, более того, если предлагать свои услуги в этом ключе, недолго самой загреметь в психушку.

– Ничего, как-нибудь прорвусь…

Девушка поплотнее укуталась в черную кожаную косуху и направилась в сторону дороги, ведущей в центр города. Тут, возле гостиницы, конечно была остановка общественного транспорта, только вот платить все равно нечем. Да нефилим сам себе может быть транспортом, крылья то у неё не отнимет никто при всем желании. Только вот есть ли смысл подниматься в воздух? Идти-то все равно некуда.

Минута за минутой, час за часом… Ариэль передвигала ноги словно робот, просто делая эти нехитрые действия, не имея конкретной цели. Утро перешло в день, а тот медленно перетек в вечер. Бывший крылатый воин, который час бродила по Сталегорску, не представляя, в какую сторону топать. Жилые кварталы сменялись один за другим, бедные районы чередовались с богатыми, изредка проскакивали парки и небольшие скверики. В голове раз за разом проносилась мысль, а не пойти ли к единственному, кого она достаточно хорошо знает и может в какой-то степени довериться? Конкретно к Сергею, только вслед за этой мыслью проносилась картина убийства в парке, в котором отчасти была виновата она сама, точнее могла что-то сделать, чтобы его не произошло, однако, так и осталась просто наблюдателем.

Живот недовольно буркнул, намекая на то, что пора бы уже что-то туда забросить. Ноги устали, а к телу медленно подступал ночной холод.

– Глянь какая краля, я бы с такой зажёг.

Ариэль поначалу даже не поняла, что предметом этой реплики была именно её персона. Причем обсуждавших её было явно больше чем один, ответ не заставил себя ждать.

– Ты бы кончил на второй минуте, Дон Жуан хренов.

Дальше последовал раскатистый гогот. Шаги за спиной девушки приближались, даже когда она ускорила шаг. Из-за угла здания вдоль которого она проходила, прямо перед лицом, выскочило ещё двое.

– Притормози сучка, не видишь, с тобой познакомиться хотят.

Ариэль развернулась спиной к стене здания, так, чтобы видеть сразу всех противников. Простому обывателю, скорее всего показалось бы, что это обычные гопники, тем более что их одеяние, как нельзя лучше подходило для такой роли. Все четверо были одеты в спортивные костюмы, такое ощущение, что купленные на барахолке в девяностых, лица скрывали банданы, повязанные так, чтобы видны были только глаза. Только один момент не вязался с образом любителей отъёма денег. От всей шайки разило тухлятиной, так, что слезились глаза.

– Смотри-ка, а она не робкого десятка…

Говоривший снял маску, его глаза приобрели зеленоватый оттенок, а зрачки вдруг стали вертикальными. На этом метаморфозы не закончились. Лицо человека позеленело и покрылось язвами, рот растянулся от уха до уха, наполнившись кривыми желтыми клыками. То же самое, произошло с его соратниками, очень скоро Ариэль оказалась в окружении четырех гулей, причем не низших, судя по тому, что они не вели себя как тупые животные, а напали вполне осознанно, причем у них хватило ума даже на то, чтобы устроить простенькую засаду. Девушка мысленным усилием потянулась к своему мечу, только тот не появился в руке, как это случалось обычно, только место где раньше находилась печать крылатого воина, обдало холодом.

– Черт, все будет немного сложнее, чем я думала.

Тем временем, противники полностью окружили девушку, тот что стоял прямо перед ней, выпустил из пальцев черные крючковатые когти, покрытые мерзкой зелёной слизью, которая при попадании в кровь смертного вызывала паралич, в свою очередь из-за этого, жертва не могла даже пошевелиться и вследствие чего оставалась в сознании, когда ее начинали поедать.

– Кто ты-ы бес-с-с с-с-с-во-е-е-ей с-с-с-силы и с-с-с-за-щ-щ-щиты?

Пасть монстра явно не была рассчитана на длительные политесы, его клыки мешали говорить, а из-за раздвоенного языка речь была похожа на шипение змеи.

– Не переживай, на вас у меня сил точно хватит, – улыбнулась девушка, сжимая миниатюрные кулачки.

Нападение последовало сразу с четырех направлений, монстры кинулись на свою жертву с небывалой прытью. Ариэль ожидала чего-то подобного и успела подготовиться. Расправив оба крыла, девушка повернулась вокруг своей оси, сбивая не ожидавших ничего подобного, противников на землю. После, пока гули не пришли в себя, одним рывком приблизилась к тому, который до атаки находился спереди. Удар изящной ножки, обутой в модельные сапожки на платформе, без затей, сверху вниз, пришелся твари на голову, отчего та лопнула, расплескав неаппетитное содержимое в радиусе метра. Пока девушка разбиралась с первым противником, остальные пришли в себя, поднявшись на ноги. Гули снова атаковали скопом, надеясь, что жертва замешкается и допустит ошибку. Рефлексы выработанные за несколько столетий тренировок и битв, снова не подвели. Ариэль поднырнула под когтистую руку твари, летящую в лицо, оказавшись у противника за спиной. Заученное до полного автоматизма движение руками и противный хруст шейных позвонков ставит точку в жизни твари, после чего, удар ногой в спину отправляет уже мертвое тело в сторону следующего противника, сбивая того с ног словно кеглю. К тому времени подоспел третий гуль, он попытался дотянуться до горла жертвы, выставив обе руки вперёд в длинном прыжке. Ариэль ушла вправо, пропуская бросок твари мимо себя, вследствие чего, тот не смог быстро прервать атаку и перенаправить в другое место. Правый хук в височную долю снова вызвал хруст, уже черепа, девушка поморщилась, так уж получилось, что такой звук для нее сродни скрипа пенопласта по стеклу. Тело твари с проломленным черепом упало на мостовую когда последний живой гуль, таки смог выкарабкаться из-под мертвого бывшего напарника, к этому моменту Ариэль была рядом – на расстоянии вытянутой руки. Последовал прямой удар рукой в грудь, такой силы и с такой скоростью, что монстр не успел заметить и почувствовать, как его тело пробило, а окровавленный кулак девушки показался со стороны спины.

Весь бой продлился не больше пары минут, мёртвые тела приобрели человеческий вид, а значит, пора сваливать подальше, не хватало ещё загреметь в полицию с обвинением в убийстве, но сначала предстоит сделать кое-что не совсем приятное.

Ещё несколько минут спустя, Ариэль стала обладательницей трёх бумажников и россыпи мелочи разного достоинства.

– Кому скажи – хрен поверят.

Нефилим нервно хихикнула, расправила крылья и пулей взмыла ввысь, радуясь, что хоть возможность летать, несмотря ни на что, осталась при ней.

Глава 17

Над моей головой, сантиметрах в пятнадцати, пролетел огненный шар, заставив волосы свернуться от жара. И это мне ещё повезло, в самый последний момент удалось «врубить форсаж» и уйти в замедление. Тем временем, шар долетел до первого препятствия, в виде новенького внедорожника, и упёршись в него, разорвался. Меня подхватило взрывной волной и шандарахнуло спиной об землю, протащив добрых метров десять.

– У-у-у-у-у зараза, чтоб тебя разорвало!!!

М-да, с последней ведьмой вышел конкретный такой обломинго. Как знать, может я чересчур уверовал в собственную мощь, а может она и впрямь так сильна. В любом случае, в свете всего вышеизложенного, мне приходится аки горному козлику, уносить свою задницу по пересечённой местности под аккомпанемент, то и дело разрывающихся огненных шаров, сфер безмолвия и ещё туевой хучи разнообразной магической дряни, призванной прожарить меня до хрустящей корочки.

Причем, в самом начале все шло не так уж плохо, я посредством Милз обнаружил фазенду жертвы за городом, и решив не откладывать возмездие в долгий ящик, устремился туда. На месте, события разворачивались по обкатанному на первых двух ведьмах сценарию. Я ворвался на территорию поместья, как чертов дух мщения, дабы нести добро и причинять справедливость всем встречным, во все отверстия. Меня встретило десятка два ведьмаков средней руки и с десяток не самых сильных ведьм. Завертелась мясорубка, первые обоймы ПМ-ов были израсходованы секунд за десять. Дальше в ход пошел нож и когти, резерв начал показывать дно из-за постоянного нахождения в режиме замедленного времени. Я несколько раз попытался поглотить душу какого-нибудь ведьмака или ведьмы, каково же было мое удивление, когда из этого ни черта не вышло.

Я так был ослеплен жаждой мести, что пер сродни поезду, не глядя по сторонам, как итог – угодил в тщательно расставленную ловушку, организованную скорее всего, не без помощи Лилит. На стенах, по площади всего поместья было написано множество енохианских рун, причем, ритуал был достаточно сложным и редким. Его результатом стало то, что я лишился возможности забирать энергию души, они сразу же, принудительно направлялись по новому месту прописки, то-бишь в Ад. Конечно все непричастные, посредством небесных странников будут извлечены из пекла, а кто-то рогатый и могущественный получит по этим самым рогам от архангела Михаила и собственно самого Боженьки. Только вот мне все равно не легче, лишившись возможности пополнять свой резерв за счёт душ, я выпал из замедления и стал лёгкой мишенью, вот тогда-то и подтянулась тяжёлая артиллерия молота. Хорошо, что мне хватило ума не продолжать бойню до последнего, а оценив ситуацию, рвануть в сторону забора и перемахнув его, ударить во все лопатки в направлении города.

– Разуй глаза, дебил! ВПРАВО.

Голос Саяны прозвучал практически над ухом, я не думая, рванул в означенную сторону. В тот же момент там, где я находился миг назад, прошуршала какая-то черная мерзость, изрядно пованивающая некромантией.

– Ах вы кошёлки старые, дайте только выбраться, инквизиции на вас нету!!!

Мой личный призрак-хранитель уже раз десять спасала мою тушку от незапланированных дырок, играя роль глаз на затылке. Я был конечно благодарен и готов расцеловать во все приличные, и не очень места ее нематериальное тело. Однако вся это беготня, лишь короткая отсрочка того момента, когда меня возьмут тепленьким. Толпа ведьмовских прихвостней с каждой секундой становилась ближе, вдобавок ко всему, нарисовалась новая проблема. Оказалось, что среди всей этой братии есть несколько оборотней, причем не из тех, кто проживает в лесном поселении, а самых настоящих: свирепых кровожадных тварей, в лучших традициях старины Хоупа Перелло.

– Я должна отлучиться ненадолго, постарайся продержаться хотя бы минут десять.

– Чего? Какой, НА ХРЕН, отлучиться! Меня сейчас сырым жрать будут, а у тебя дела?

В запасе было ещё много матерных конструкций, однако Саяна просто растворилась, оставив меня выговаривать все это в пустоту… ну, или как вариант – тем, кто меня преследовал.

– Вот блин – вляпался, так вляпался…

Позади послышался вой, причем довольно близко, потом шелест травы и сильный удар в спину. Я не смог удержать равновесие и покатился кубарем. В конце «кульбита» удалось перевернуться на спину и сказать честно, лучше бы я этого не делал, так как слюнявая клыкастая пасть – совсем не то, чего мне бы хотелось видеть в последний момент жизни. Палец машинально нажал на курок, послышался оглушительный БАБАХ, монстр уже мертвой тушкой приземлился на меня. За всей этой суматохой и беготней, я как-то даже не заметил как достал револьвер, а выстрелил вообще на голых рефлексах. Тем не менее, зверь оказался достаточно тяжёлым даже для меня, пришлось приложить немало усилий, чтобы выбраться из-под истекающего кровью трупа. К этому моменту толпа преследователей приблизилась настолько, что я уже мог рассмотреть лица. Господи всемогущий, кого там только не было: сами ведьмы, фурии, суккубы, ведьмаки, оборотни, ещё по-моему пару упырей-патриархов рассмотрел. Как-то даже лестно, что все эти силы стянули ради одного меня.

Первыми, ожидаемо, приближались упыри и оборотни, три волка и двое кровососов. Я горько усмехнулся и сплюнул.

– Пятеро противников, пять патронов и пустой резерв: ситуация, прямо скажем, не обнадёживает.

Однако, если мне не суждено убежать, нужно хотя бы попытаться забрать с собой пару тварей, пять патронов не самый плохой расклад, особенно когда все пули освященые, да ещё и из серебра. Сдаваться живым, я не собирался.

В сумерках показались бледные лица кровососов, я чуть было не спустил курок, отправив пулю в темноту, однако вовремя одумался. На дальних расстояниях попасть в такую верткую цель как вампир практически нереально, это будет лишь пустая трата боеприпасов. Нужно подпустить их ближе и попробовать прикончить, когда их руки будут уже практически на моем горле. Спину обожгло болью, я вскрикнул и развернулся, нанося удар ножом зажатым в левой руке и держа пистолет наготове в правой. Однако упыря уже след простыл, светящееся бледно-зелёным светом лезвие со свистом разрезало воздух. Через секунду это повторилось, за тем исключением, что на этот раз пострадал мой правый бок. Я снова вскрикнул и припал на колено, прикидываясь сильно раненым. Видимо, кровосос купился на уловку и явил себя в полный рост, набрасываясь со спины, собираясь вонзить клыки мне в шею. Как только послышался шелест, я резко развернулся, делая толчок ногой и падая на спину, выставляя нож вверх. Тварь не смогла затормозить и пролетела аккурат над моим телом, напоровшись на нож и распоров себя от грудной клетки до паха. На дело рук своих смотреть было совершенно некогда, бок и спина немилосердно болели, а ко мне уже приближался ещё один кровопийца, лишь немного обгоняя двух оборотней. ВЫСТЕЛ – упырь ожидаемо вильнул в сторону уходя от пули, однако волку следующему за ним по пятам, не повезло, он не обладал такой же прытью. Пуля угодила ему в грудь, раздался визг переходящий в скулеж, оборотень сделал ещё несколько шагов и упал. Между первым и вторым выстрелом прошел всего миг, требующийся для повторного нажатия на спусковую скобу, снова БАБАХНУЛО, ствол револьвера плюнул огнем, посылая пулю в последнего волка. Зверь взвизгнул и опрокинулся, по инерции сделав несколько кувырков, только затихать не спешил, понемногу подползая все ближе. Следующего выстрела сделать не удалось, внезапно в руку что-то ударило, револьвер отлетел в траву, найти его в темноте не представлялось возможным, да и времени на это уже не было. Прихватив нож обратным хватом я встал в стойку, ожидая нападения упыря. Снова все произошло слишком быстро: боль в груди, мое тело отрывается от земли и пролетев пару метров, со всего маху валится на землю. Не успев подняться, снова получаю удар, отправляясь в очередной полет, заработав пару свежих порезов на предплечье. Ко времени моего избиения, разномастная кучка преследователей уже подобралась достаточно близко, чтобы видеть все представление в красках. Однако, ни один из прихвостней Лилит не спешил что-либо делать, все чего-то ждали. Тем временем я упал, уже даже не знаю какой раз по счету, упырь явно решил поиграть – заставить почувствовать себя беспомощным. После очередного удара, я уже не смог подняться – силы окончательно покинули меня, а тело чувствовалось одной большой отбивной.

Кровосос медленно подошёл, схватил меня за ворот и резко вздернул над землёй, я повис в его руке словно безвольная окровавленная кукла. Толпа, созерцавшая мое эпичное сражение расступилась, откуда-то из задних рядов вышла та кого я хотел увидеть меньше всего на свете, подошла ближе, рассматривая меня с ног до головы, кривясь, надо думать от отвращения. По правую сторону от Лилит, словно пёсик на поводке опустив голову и уставившись в землю, следовала та, за которой я сегодня пришел – последняя убийца из парка.

– Какой же ты мерзкий и слабый… живёшь в теле смертного, занимаешься убийством себе подобных, вместо того, чтобы утопить этот городишко в крови, скажи, стоило ли оно того? – скривившись в который раз, пробормотала ведьма.

Я усмехнулся, сплевывая сгусток крови.

– Ещё как стоило, не быть такой же тварью как вы все, пусть даже недолго, это уже награда ценнее которой, что-то и представить сложно.

Демонесса подошла ближе, схватив меня за горло.

– Держу пари, в пекле найдется много желающих побеседовать с тобой с глазу на глаз, ты же не думаешь что выживешь? Однако сначала я развлекусь, и будь уверен, после того как мы закончим, ты станешь скулящей кучей окровавленного мяса, будешь лизать мне ноги, только чтобы я тебя прикончила.

Я рассчитывал что произойдет что-то подобное, ещё когда кровосос валял мое израненное тело по всей округе. Знал, что демонесса не сможет упустить момент и не продемонстрировать свое превосходство. Оставалось только стиснуть зубы и терпеть, покрепче вцепившись в рукоять верного ножа, ведь именно он сейчас единственный шанс на мое спасение. Кровосос стоял не шелохнувшись, его лицо не выражало ровно никаких эмоций, он просто делал свое дело. Я собрал все силы в кулак, вытаскивая клинок из рукава, удар наотмашь пришелся Лилит в лицо, прочертил на щеке внушительный кровавый след. Демонесса зашипела как гадюка, и отпустив меня, отпрянула на несколько шагов назад. Я же продолжая движение, всадил клинок упырю прямиком в горло, видимо он не ожидал ничего подобного, поэтому не успел среагировать. Заговоренная сталь вошла в его тело словно в масло, рана задымилась, а он секунду спустя осел на землю, хрипя и тщетно пытаясь зажать рану. Мое тело рухнуло вниз как раз в тот момент, когда раненый оборотень подполз достаточно близко чтобы я смог до него дотянуться, уж не знаю что им двигало, но оказался он здесь весьма кстати. Доля секунды ушла на то чтобы выпустить когти и ударить зверя, сейчас мы находились вне поместья и следовательно вне поля действия заклятья, так что уже через секунду в мое тело волнами потекла живительная сила души оборотня. В сердце с новой силой разгорелась ярость, взгляд упал на ведьму позади Лилит, последнюю виновную и пусть даже на пике собственной силы я не смогу тягаться с демонессой, ее уж точно заберу с собой.

Время замедлило свой бег, в этот раз пришлось потратить значительно больше сил чем обычно. Не нужно недооценивать демонских лордов, даже в теле смертного их сила и скорость чрезвычайно высоки, да и не тот сейчас момент чтобы экономить энергию, рискуя остаться с носом. Я рванул к своей жертве, в реальном времени пролетев мимо демонессы подобно пушечному ядру. Лилит только начала поворачивать голову в мою сторону, когда выросшие на моих пальцах когти пробили плоть ведьмы. Я буквально чувствовал всем нутром как душа моей жертвы металась в уже мертвом теле сгорая от ужаса и безысходности, чувствовал ее боль и испытывал невообразимое удовольствие, поглощая ее энергию всю до капли.

Вопреки всем ожиданиям, после поглощения души и возвращения в реальное время, на меня не накинулась толпа прихвостней Лилит. За спиной послышались хлопки, обернувшись я увидел улыбающуюся демонессу, хлопающую в ладоши.

– А ты стал смелее и решительнее, с момента, когда мы последний раз виделись дома, – последнее слово она выделила особенно – только это тебе все равно не поможет.

Сквозь мои пальцы просыпался прах той на кого я охотился, а значит, день прожит все же не зря, и хоть сам я сейчас скорее всего умру, мысль о том что твари убившие отца сдохли не самой лучшей смертью, греет. Я оскалился, развел руки в стороны, собираясь броситься на Лилит, толпа пришла в движение, но демонесса жестом руки остановила их, по-видимому решив, разобраться со мной самостоятельно. Ее раздвоенный язык высунулся изо рта на добрых двадцать сантиметров и прошёлся по свежему шраму на щеке.

– Такой хороший сосуд испортил, как тебе не стыдно, за это мамочка сейчас сделает тебе очень больно.

Вот это тот момент, когда я могу сполна насладиться злостью этой суки. Лилит, сколько себя помню, печется о своей внешности, считая себя чуть ли не образчиком вселенской красоты и любой изъян для нее – смерти подобен. А я нанес удар не совсем обычным оружием, представляю ее ярость, когда она обнаружит точно такой же шрам на щеке своего истинного тела.

– Ха, и не только сосуд.

– Ты ответишь, ублюдок! – между пальцами Лилит проскочили несколько электрических разрядов.

После поглощения души резерв снова был полон, время опять затормозило, я бросился в сторону демонессы собираясь нанести хотя бы один удар. От Лилит, во все стороны разошлась огненная сфера зелёного цвета, адское пламя обожгло мои руки, которыми я успел закрыть лицо, и превратило большую часть одежды в пепел, меня отбросило метров на десять. Не давая подняться, ведьма атаковала снова, даже в режиме замедленного времени она двигалась достаточно быстро. Между ее пальцами вновь зазмеились разряды, собираясь вместе и скручиваясь в одну толстую молнию, которая секунду спустя полетела в мою сторону. Я выдавил из своей силы все, что было можно, опустошил резерв досуха и даже сейчас, когда все замерло, мне едва хватило скорости чтобы убраться с линии атаки. В таком режиме даже при полном резерве я мог находиться не больше нескольких секунд, а сейчас прошла всего одна, когда время восстановило свой бег. Там где я находился, после попадания разряда земля вспухла, по глазам ударил нестерпимый яркий свет, а уши заложило от грохота. Следом подоспела взрывная волна, земля ушла из-под ног, все перед глазами закружилось в бешеной карусели. Причем, кажется, пострадал ни один я, изредка на глаза попадались прислужники демонессы, находящиеся сейчас не в лучшем положении чем я. Кручение-верчение продлилось несколько мгновений, однако даже за такой короткий промежуток, все мои внутренности перемешались, а все что было в желудке вдруг захотело экстренно эвакуироваться.

Сил драться уже не было, я просто лежал на земле и ждал когда эта тварь доделает дело, мне было абсолютно плевать на собственное состояние и участь которая мне уготована, лишь одно желание билось в голове – чтобы это безумие поскорее закончилось. Тело отдавало болью в каждой клетке, глаза немилосердно слипались, сознание медленно меркло. Я практически вырубился, когда поле боя вновь озарил яркий свет, спустя секунду кто-то схватил меня за куртку и поволок прямо внутрь источника света. Прежде чем отрубиться, я услышал звук, который пролился бальзамом мне на душу, крик демонессы у которой отобрали добычу, и не просто отобрали, а вывели из-под носа оставив ту круглой дурой. Я улыбнулся, в красках представляя картину визжащей демонессы. Последние силы ушли на то чтобы вытянуть руку в сторону крика, сжать кулак и оттопырить средний палец.

Глава 18

Образы, чёртовы образы непонятных людей, иногда вроде бы знакомых, иногда нет. Нескончаемый калейдоскоп лиц, где одно сменяет другое со скоростью диафильма. И темнота, темнота везде куда ни взгляни. Зачем это все? Своеобразное послание от кого-то свыше или очередной бред моего отбитого серого вещества в голове.

Попытка разлепить веки удалась на пять с плюсом, хотя после недавних похождений, тело должно чувствовать себя как сплошной клубок боли и страдания. Однако ничего такого нет и в помине, ощущение, как будто я просто спал и кстати, вполне неплохо выспался. Осторожно попробовал пошевелить сначала одной, потом второй конечностью, неприятных ощущений нет, тело как новое. Дальше больше, раз пошла такая «пьянка» неплохо бы подняться и осмотреться вокруг, понять, где я нахожусь и что собственно произошло намедни. Как назло, Милз не спешила появляться.

Небольшая комнатка, судя по всему расположенная в старинном бревенчатом домике, находящемся на задворках цивилизации, ну, или в самой заднице Сталегорского «днища».

– М-да, вопросов явно больше чем ответов, – я потер переносицу – интересно, как я сюда попал?

То, что это дело рук моей призрачной подруги, ясно как божий день, однако сама она точно, такую фигню провернуть не смогла бы. Остаётся дождаться хозяина сего благодатного места и выяснить все самому. По всему выходит, что сейчас я здесь нахожусь в гордом одиночестве. От нечего делать, решил осмотреть сам дом и собственно место где он находится.

Ничем не примечательное жилище какого-нибудь старообрядца или любителя глухомани. Скорее всего, дом был построен ещё до времён печально известного «Совка» – ни воды, ни электричества. Из бытовых благ только дровяная печь обмазанная глиной. Всего в доме, я насчитал три комнаты включая кухню, последняя правда, использовалась постольку поскольку, ибо все для чего она была нужна таинственному хозяину, это поедание пиццы, роллов и другой всевозможной дряни не требующей приготовления. По крайней мере ворох коробок из-под данных продуктов, наводил именно на такие мысли. Жилой была только та комната, в которой я очнулся, оставшееся помещение вдоль и поперек заросло паутиной. К тому же, небольшая кровать и старенький диван находились именно здесь. Также в доме обнаружился чердак, но кроме слоя пыли с палец толщиной и толп пауков там ничего не нашлось.

Осмотр прихожей дал понять, что я нахожусь в гостях у особи женского пола, причем с весьма и весьма неплохой фигурой, во всяком случае одежда развешанная на гвоздях играющих роль вешалок, говорила именно об этом.

– Мать твою за ногу!!!

Это было единственное словосочетание без «русского и могучего», что сейчас крутилось в моей голове. Стоило открыть дверь, как передо мной простерлось огромное озеро, а всюду, куда ни глянь, зеленел лес. Кроме этого домика в округе находилось ещё около десятка дворов средней потрёпанности, и что самое важное – похоже, эти дома были необитаемы. Так как вокруг стояла гробовая тишина, чего просто не может быть в сельской местности. Обычно в деревнях постоянно кто-то лает, мычит, мяукает или на худой конец – кроет соседа матом. Здесь же ничего, словно все разом собрали свои манатки и отправились искать лучшей жизни, в одночасье побросав все имущество. Но и это ещё не всё, амулет на шее немного нагрелся, сигнализируя о том, что в этом месте не все так просто и здесь не обошлось без влияния некой силы.

Я прошёлся возле каждого дома, оказалось жилище которое выбрала моя таинственная спасительница, единственное пригодное для того чтобы обосноваться здесь. Все остальные дома представляли собой жалкое зрелище, у нескольких провалилась крыша, другие опасно покосились, некоторые вовсе развалились до основания. Город-призрак как он есть, ну ладно с «городом» я знатно перегнул, пусть будет хутор-призрак. Таких вот населенных пунктов, только в Сталегорской области достаточно большое количество. Если верить истории, лет сто пятьдесят – двести назад, во времена царя, здесь не было ничего: ни городов, ни дорог, ни каких-либо других прелестей цивилизации. Люди выживали, исключительно полагаясь на свое хозяйство. Потом, после революции здесь нашли руду, ну и понеслась душа в рай. Как водится – населенные пункты стали расти как на дрожжах, некоторые люди приезжали сюда из других регионов на заработки, в общем-то так и образовался тот Сталегорск, каким мы его видим сейчас. Те кто жил в таких хуторах, решили перебраться ближе к цивилизации и перебрались в тогда ещё небольшой поселок, а вот эта недвижимость, с их смертью, наследникам оказалась не очень-то и нужна. Да и по большому счету, землю тут никто не выкупал, так что все права на эти постройки: «Вилами по воде писаны». Может я не знаю каких-то мелких юридических нюансов, но факт остаётся фактом, поселение есть – людей нет и сейчас я нахожусь сам не знаю где, и самое главное, хрен знает в какой стороне город. Сотовый, который вчера уцелел непонятно каким образом, показывал полное отсутствие сети.

– Хм… идеальное место для плена или похищения, захочешь сбежать – пожалуйста, только сначала определи в какой стороне люди, вокруг один лес и вода.

Я присел на прогнивший помост возле озера и глубоко вздохнул. Хм, а ведь это то, чего я так долго хотел, конечно в мыслях, я находился в похожем месте с отцом, но не может же все идти как в мечтах. Удивительно уютно и спокойно, ни тебе охоты на всевозможных тварей, ни городской суеты, шума и прочих прелестей людского муравейника. Кажется, само время остановилось, давая сполна насладиться отдыхом.

– Ещё бы одежду поменять и можно жить.

Я критическим взором оглядел облачение. Однако вчера демонесса меня основательно потрепала, одеждой теперь впору полы вытирать, если сложить всю площадь дыр в ней, станется так, что поверхность приходящаяся на долю тряпья намного меньше.

– Как тебе мое жилище?

За спиной раздался знакомый голос. Если бы не постоянная тренировка посредством мертвого серебряника «Искариот» в лице Саяны, я может быть испугался. Но сейчас мне хватило выдержки даже не оглянуться.

– Так это была ты, стоило бы догадаться самому, кто ещё из моих знакомых может разбрасывать порталы направо и налево… и тем не менее, интересно знать, что думает священник про всю эту ситуацию?

Обернувшись я взглянул на Ариэль. Мать моя женщина: от той девушки которую я помню, не осталось и следа. Светло-серые волосы обрезанные в каре, судя по всему самостоятельно, причем походу тупыми ножницами, синие мешки под глазами. Кажется, что она даже немного состарилась, и если бы я точно не знал кто она, то так бы и решил. Стоило огромных усилий не выдать свое удивление, однако девушка, все равно что-то такое увидела на моем лице, отчего уголок ее губ немного дрогнул.

– Не такую меня ты ожидал увидеть? Не нравлюсь? Оно и понятно… Кому я нужна без своих покровителей и львиной доли сил, – Ариэль подошла ближе и уселась на помост напротив меня. – Что касается Аркадия, меня отныне ничего не связывает ни с ним, ни с братством.

– Вот даже как? И что же тебя заставило пойти на такой шаг?

Девушка взглянула на меня, наверное, ее взгляд остался единственным что в ней не изменилось, я как и раньше, тонул в омуте ее голубых глаз, забывая обо всем на свете.

– Оглянись вокруг! Смотри, там вот лес, там озеро, недалеко отсюда поле и ни одного человека в радиусе пятидесяти километров! Понимаешь? Ни одной живой души, ни одной твари, ни начальников, ни родственников – свобода! Делай что хочешь, никто тебе не указ!

Я хмыкнул, запустил руку внутрь тряпья, которое некогда было вполне неплохим кожаным плащом. Как и предполагалось, перо осталось целым и невредимым, таким же гладким и приятным на ощупь как раньше.

– Смотри, какая вещица, – я покрутил им перед лицом враз посмурневшей девушки. – Простой смертный никогда не заметит разницы. Так может ты прояснишь ситуацию, какого хрена вообще творится? Мне надоело играть вслепую, такое ощущение, что меня просто кто-то двигает с одной клетки на другую.

Ариэль молчала несколько минут.

– Я не знаю всего, точнее никто не знает, все мы такие же фигуры как и ты, нам дают приказы и мы идём туда куда велено, слепо надеясь, что кому-то помогаем. Как знать, возможно, если бы я поняла это раньше и ушла, ничего бы такого не случилось… хотя вряд ли, просто нашли бы другую дурочку.

Девушка протянула руку и взяла перо, что-то еле слышно прошептала и отбросила в сторону. Ещё в полёте перо вспыхнуло белым пламенем и на землю упал только пепел, который потом унесло ветром.

– Могу сказать лишь одно: кому-то нужно было, чтобы твой отец погиб и я сейчас говорю не про Лилит, а про кого-то из моего круга, так что интерес к твоей персоне распространяется далеко за пределы пекла.

В озере что-то плеснулось, по водной глади пошли круги, Ариэль завороженно наблюдала за всем действом, как если бы видела что-то подобное в первый раз в жизни.

– Мир смертных удивительное творение, за всей этой войной добра со злом, мы редко замечаем подобную красоту, да что говорить, мы дальше собственного носа не видим… Если задуматься – что есть добро и зло? Именно сейчас, когда я посмотрела на все это со стороны, мне кажется, между ними нет совершенно никакой разницы, отличия лишь в подходе при достижении определенной цели, не более, причем нередко цели одни и те же.

Я хмыкнул.

– Нет добра, нет зла, в глобальном смысле, есть только мнение, мнение того кто сильнее и выше всех остальных, и только оно может быть истинно верным, тот кто с ним согласен тот свет, кто нет – тот тьма, третьего не дано, так было, так есть и так будет во все времена.

– Но ты же смог покинуть привычную систему мироустройства, сломать механизм.

Почему-то сейчас хотелось в голос рассмеяться, как говорится: «Дурной пример заразителен».

– Ты реально в это веришь? Ну посмотри на меня, вот он я… во всей красе! Чего я добился в итоге? Неизвестно кто, находящийся непонятно на чьей стороне, вечно от кого-то убегающий, вдобавок ко всему, рядом со мной гибнут близкие, ты точно хочешь такого же будущего для себя?

Ариэль подошла к краю помоста, взяла небольшой камень и швырнула в озеро.

– Видишь? Мы как круги на воде, какое-то время создаём «рябь», но потом все опять возвращается в исходное состояние, кажется, ничего не изменилось и нас забыли… только знаешь что? Камень-то все равно остаётся в воде.

Так ладно, нужно срочно заканчивать философию, чего доброго начну Харить Раму, проповедовать любовь, всепрощение и чистить чакры по предварительной записи. Мой желудок недовольно буркнул, подтверждая правильность выводов, дескать духовная пища конечно хорошо, но сильно прожаренный, соленый бифштекс с перцем все же предпочтительнее.

– К-хм… кстати, сколько я провалялся без сознания?

– Трое суток, – лаконично ответила девушка.

О-х-х МАТЬ! То-то я так сильно хочу есть, трое суток это конечно немало, ну с другой стороны – хотя бы выспался.

– Ещё чуть-чуть и я начну переваривать сам себя, у тебя случайно нет м-а-а-аленького кусочка мяса, килограмма на три?

Ариэль улыбнулась, скорее всего девушка ждала от меня немного другого поведения, например, что я начну винить ее во всех смертных грехах и в смерти отца в частности. Только смысл? Кому как не мне знать, что таких как мы, часто используют вслепую. Мы просто делаем то что нам говорят, запихивая собственное мнение и чувства в одно интересное место. С ней сыграли втемную, в этом вся «Небесная канцелярия», и с этой стороны пекло предпочтительнее, там хотя бы не прикрываются высокими целями, когда хотят кого-то убить. Нефилим пару секунд промолчала.

– Пиццы?

Вот ё-моё, чёртовы итальянцы подсадили на свое богомерзкое творение практически весь мир, это круче колумбийских наркотиков. Ну что ж, деваться все равно некуда, да здравствует изжога и несварение.

– Я надеюсь не с морепродуктами?

Ну вот, опять, я думал, что давно избавился от этого. К тому же Ариэль, сейчас не очень похожа на ту, кто некогда лишал меня дара речи. Однако же снова, я лежу в постели и прокручиваю события прошлой ночи, за тем лишь исключением, что эта особа до сих пор не упорхнула в неизвестном направлении.

Захотелось курить, я порылся в остатках своей одежды и выудил помятую пачку сигарет. Она валяется во внутреннем кармане, наверное ещё с незапамятных времён, как раз на такой случай. Обычно я не вспоминаю про нее, да и табачной зависимости никогда за собой не замечал. Однако бывают такие моменты, когда ты точно знаешь, что тебе просто необходимо травануться ударной дозой никотина.

Вылезти из кровати оказалось той ещё задачкой, кровать «сталинской постройки» скрипела как механизм апокалипсиса даже при малейшем движении. Однако девушка даже ухом не повела, продолжая блаженно посасывать в подушку. Могу представить насколько она устала, за последние дни. Лишившись защиты, нефилим становится самой желанной добычей для любого обитателя ночи, оно и не мудрено, ведь их братство косит темных тварей пачками, без суда и следствия, стоит тем хоть немного сойти с пути праведного. Дверь скрипнула так, что отдало в уши, страшно подумать, сколько лет эти петли не видели смазки. Вопреки ожиданиям, посидеть и спокойно понаблюдать за рассветом мне не дали. За дверью обнаружилась злая как сто чертей Саяна.

– Ты, Чертов придурок и кретин!

Я опешил от такого начала разговора.

– С чего такие умозаключения? Чем я сейчас-то провинился.

– Пока ты… вы занимались внутри не пойми чем, я была вынуждена находится здесь, в полном одиночестве! А я между прочим, в который раз вытащила твою задницу из огня, так что мог бы хотя бы спасибо сказать.

Я поднял бровь.

– Что-то не припомню, чтобы раньше тебя останавливали какие-то двери, тем более такие.

Я постучал пальцем по полусгнившей, покосившейся створке.

– Умный, да? А поближе посмотреть? Да тут столько всего наворочено в магическом плане, что даже отряд таких как я, свой нос не сунет!

– О как! Надо будет у Ариэль вызнать секрет, когда все закончится, первым же делом «обработаю» спальню, хотя и всю квартиру можно! Будешь призраком без определенного места жительства!

– Прокляну, – прошипела Милз и для пущего эффекта ткнула в меня указательным пальцем.

– Да шучу я, чего ты в самом деле? Я б тебя даже расцеловал, только, пардон, некуда, обзаведись мало-мальски материальным телом, тогда посмотрим.

– Фу-у-у, вот уж увольте, лучше в пекло, чем чувствовать твои слюнявые губы… БР-Р-Р-Р.

Девушка забавно поморщилась. Я чиркнул зажигалкой, прикуривая.

– Так что такого срочного ты хотела мне сказать, что простояла всю ночь под дверью.

Саяна демонстративно отвернулась, сложив руки на груди, ей богу – детский сад.

– Всего лишь то, что сюда топает целая стая гулей и думаю, они не на шашлык направляются, если только тот не будет сделан из вас двоих.

Я потер переносицу.

– Странно, этим-то я когда насолить успел, вроде даже по мелочи в последнее время не пересекались.

Милз хмыкнула.

– Твое чувство собственной важности, однако, сильно зашкаливает, с чего ты взял, что это вообще за тобой?

– М-да, дела, об этом я как-то не подумал, привык, что всем нужен исключительно я, а тут, бац и на вторых ролях, даже как-то непривычно.

– И сколько их там?

– Два десятка, плюс минус… – коротко ответила девушка. Я же призадумался.

– О чем думаешь? В какую сторону сваливать?

– Не-а… наоборот!

– Эм-м-м, в каком смысле?

Я хищно улыбнулся.

– ПОВЕСИЛИМСЯ!

– Во-первых, зачем тебе это? Во-вторых, надень уже штаны, если конечно вид твоей голой задницы не секретное оружие.

Я открыл скрипучую дверь, собираясь разбудить Ариэль.

– Чтобы в следующий раз думали, ибо, если убежим, покоя ей точно не будет, но если наваляем всей шайке, они решат что орех им не по зубам и больше не полезут, да и остальные побаиваться станут. И это… не наговаривай на мою пятую точку, она у меня вполне симпатичная.

Глава 19

– Сколько у нас есть времени? Хотя бы примерно.

На меня вопросительно уставилась немилосердно разбуженная Ари. Я на миг залюбовался девушкой, что ни говори, а что-то есть в этих кожаных, обтягивающих прикидах.

– Эй, але-е-е-е! Всем выйти из сумрака.

– А… чего… это… сейчас, вроде бы Саяна говорила о паре часов, как минимум, опять же стая любителей тухлого мяса не из деревенских, как утверждает Милз, двигают сюда чуть ли не в Лабутенах, стоит накинуть ещё пол часика на движение по пересечённой местности.

Ари улыбнулась, видя, как я снова впился глазами в ее пятую точку, несколько раз топнула по прогнившему полу, наклонилась и убрала одну из половиц, по виду ничем не отличающуюся от остальных. В импровизированном тайнике находился тугой свёрток с оружием.

– Держи растеряшка!

Ёх-у-х-у! Девушка протянула моего старого доброго Смита и нож. Я уж думал, потерял своего единственного друга на веки вечные. М-да излишнее одиночество иной раз сказывается довольно губительным образом на мировоззрении. Непроизвольно начинаешь овеществлять предметы, считая их чем-то большим, нежели они есть на самом деле. Хотя, если задуматься, некоторая доля правды в таких умозаключениях все же есть, ведь этот пистолет и нож действительно не подводили меня ни разу в жизни и наверное с полным на то правом, могут считаться самыми что ни есть закадычными друзьями.

– И когда ты все успеваешь?

Ари лишь состроила ехидную рожицу и подмигнула в мою сторону. Нужно сказать, что ее арсенал тоже претерпел разительные изменения. Вместо огромного бастарда, теперь по обе стороны ее бедер умостились два кастета «Рога оленя» (*Луцзяодао – парные кастеты-ножи в форме двух скрещенных полумесяцев).

– А где та оглобля, которой ты махала до сегодняшнего дня?

Девушка поморщилась, скорее всего, от неприятных воспоминаний.

– «Голос» забрал, вместе с печатью и благословением.

– Ну, ещё до своего воцарения в смертное тело, я мог сказать, что ваш главный, тот ещё засранец.

– И не говори.

Бывшая нефилим взяла в руку один из кастетов, между концами лезвий прошла еле заметная электрическая дуга.

– Зато эти легче, к тому же, тоже с сюрпризом, сколько себя помню, всегда мечтала о чем-то подобном, так почему не сейчас.

Действительно, почему не сейчас… что тут скажешь. Иногда мне становится жаль таких как она. Даже я, демон с трёх тысячелетним стажем, имел вполне обычное детство, со всеми вытекающими. Чего не скажешь о тех, кого воспитывали в режиме готовности к войне. Держу пари, в ее детстве не было кукол, шариков, сладкой ваты и прочего-прочего, присущего всем детям. И вот сейчас ее мечты ограничиваются чем-то смертоубийственным поострее да поубойнее. Хотя вслух, я сказал совсем другое.

– Точно, если сам себя не побалуешь…

Черт возьми, мне уже начинает надоедать ходить по, пусть и пустой округе в одеянии оборванца, и это ещё вопрос, когда удастся разжиться нормальной одежкой. В общем, из дома мы вышли как охотники на ведьм из последней экранизации Гензэль и Гретэль, правда Джереми Реннер у нашей парочки вышел слегка бомжеватый, ну тут и не Голливуд. У двери нас поджидала Саяна.

– Я все ещё считаю это плохой затеей, гули прут сюда целенаправленно, а значит это не тупое мясо низшего ранга, думаю, среди них вполне может быть патриарх.

На что я решил возразить.

– Совсем не обязательно, точнее, это даже совсем не так.

– В смысле? – на меня воззрился призрак Милз.

– Гули конечно стадные, как бы это сказать, твари, но достигая определенной ступени развития, становятся малость трусоватыми, проще говоря, пока у них мозг на уровне дворовой гопоты, инстинкт самосохранения напрочь отключен. Как только в их голове начинают рождаться умные мысли, и они обзаводятся способностью плодить себе подобных, процентов девяносто начинают подумывать о бренности бытия и как следствие – становятся жуткими интровертами.

– Но кто-то же ими управляет?

В этот раз обе девушки вопросительно уставились в мою сторону. Я глубоко вздохнул, что ни говори, а для лекции по социализации и мировоззрению гулей, они выбрали мягко сказать, совсем не подходящее время.

– Когда Патриарх создаёт стаю, двое, обычно это первые обращенные, становятся его руками, – я усмехнулся – правой и левой соответственно и к моменту образования мало-мальски дееспособной кучи тварей, эти двое достаточно развиты как физически так и умственно, чтобы выполнять поставленные Патриархом задачи… я к тому, что как раз сейчас этой толпой может управлять одна из таких «рук».

Ари почесала затылок острым концом одного из своих «рогов».

– Хм, никогда бы не подумала, при моем обучении, ничего подобного не рассказывали.

Ну это, в принципе понятно. Обучение нефилимов во все времена не отличалось особым разнообразием. Их учили владеть большинством видов оружия, техникам и стратегиям боя, как в группе, так и в полном одиночестве, также способствовали овладению собственным даром на уровне рефлексов. Лекции по морали и этике, а также о социальной составляющей некоторых видов жителей ночи из этих уроков были исключены как класс. Просто для того чтобы кого-то убить, достаточно знать куда ударить и совсем не обязательно понимать, что при этом чувствует жертва. Однако вопреки своим мыслям, я лишь пожал плечами в ответ на реплику Ари. Думаю с нее и так хватит, таких вот сомнительных открытий из ее прошлой бытности. И опять же, вот ещё одна монетка в копилку, к слову о добре и зле, по крайней мере, не в глобальном их понимании.

– Вы там закончили? Тогда стоит поторопиться, они через пару минут будут здесь.

Я взглянул на сосредоточенную на предстоящем бое, Ариэль.

– Каков план действий?

Девушка хищно оскалилась.

– Пусть я потеряла дарованные братством силы, но знания у меня никто не отнимет… свое жилище я обезопасила как надо! Вся территория поселения одна большая ловушка, – с этими словами девушка достала из-под одежды маленький мешочек на верёвочке. – Саяна, можешь сказать, когда вся стая будет внутри периметра поселения?

Милз на момент задумалась.

– Что считать краем периметра?

– Крайний дом со стороны озера, – быстро ответила Ари.

Я переводил взор с одной девушки на другую и честно говоря, ни черта не понимал.

– Вот сейчас, – внезапно отозвалась Милз.

После этих слов Ариэль протянула в мою сторону мешочек.

– Огонька не найдется?

Я в который раз за сегодня хмыкнул, но все же чиркнул своей видавший виды Зиппо. Мешочек вспыхнул так, словно был набит под завязку порохом, всего секунда и только опаленный конец завязки в руке нефилима напоминал о том, что там что-то было.

– Ну и в чем прикол? – раздражённо буркнул я.

– Вот ты дубина, взгляни «Истинным взором», – снисходительно проговорила Саяна.

Я ничего не сказал в ответ, хотя несколько колкостей на языке вертелось.

Матерь божья! Вот это размах, я аж присвистнул. В истинном зрении, над всей деревней зелёным огнем полыхал святой крест Андрея Первозванного.

– И что делает эта штуковина? – я ткнул пальцем в сторону футуристического светопреставления и взглянул на ухмыляющуюся Ариэль.

– На два часа никто не сможет покинуть территорию поселения, согласись, ловушка вышла что надо! – потом девушка взглянула в сторону озера, там как раз показывались первые противники. – Твои те, что справа я возьму левый фланг!

Мне показалось, или на ее лице прорезалась радость? Не знаю, возможно, это и не совсем правильно, но мне такой она нравится даже больше, да и в целом, черт возьми, где я, а где человеколюбие и всепрощение.

– Заметано.

Мои слова прозвучали в пустоту, так как Ари уже испарилась в неизвестном направлении. Только неизменный запах «Элизабет Арден» некоторое время витал в воздухе, рождая в моей голове не совсем уместные мысли.

Гули, пока ещё видимо не поняли в какую задницу угодили, считая, что на их стороне сила. Твари, уже в монстрячьем обличье, выстроились широкой цепью и прочесывали поселение с упорством и непоколебимостью трактора «Белорус» под управлением поддатого водителя. Ни о какой скрытности с их стороны не было и речи, всюду раздавался хруст и шипение, иногда они переговаривались между собой короткими, рублеными фразами. Мне не составило труда подобраться к первому противнику незаметно.

Сначала было я решил действовать тихо, настолько, насколько это вообще возможно. Однако припомнив свой бой с Лилит и ее сворой, в корне изменил свою тактику. Что ни говори, а силенок у старой кошёлки воз и маленькая тележка, так что хочешь не хочешь, а дополнительные мощности, в качестве которых выступит энергия душ гулей, будут совсем не лишними. Частичная трансформация произошла как-то быстро и буднично, практически не вызывая неприятных ощущений, наверное от довольно частого использования второй формы. Я дождался, когда двое монстров зайдут осмотреть очередную избушку и скользнул вслед за ними. В помещении было темно, но я благодаря преобразованным глазам видел все в мельчайших деталях. Вот передо мной на расстоянии удара, возникла спина первого противника. Хват за шею со стороны спины и мои когти входят в его тело словно в масло, короткий вскрик, по моим венам заструилась сила его души, противная, с привкусом тлена и разложения, но не в моем положении жаловаться. Всего пара мгновений и от Гуля осталась только горка черного пепла, второй противник увидел все действо под конец представления и правильно оценив свои шансы, решил покинуть постройку, скорее всего дабы предупредить остальных о том, что противников немного больше чем ожидалось.

Переполненный резерв так и просил использовать свой дар. Это чувство даже сравнить не с чем, как будто внутри натянулась тонкая струна и вот-вот порвётся. Я не стал сопротивляться своим желаниям, да и надо ли? Уж точно нет, не сейчас и не с этими противниками. Толчок времени: враг замер в воздухе, пытаясь за пару шагов покрыть расстояние до выхода. Росчерк пяти крючковатых лезвий на моих руках, прошёлся вдоль всего его тела, рядом с ещё не осознавшей свою участь жертвой, в воздухе повисло несколько капель крови. На все про все ушло всего несколько секунд, для гуля и вовсе, это время покажется одним мгновением, хотя он даже вряд ли поймет, что вообще произошло. Время вернуло нормальный ход, тело противника пролетело ещё пару метров по инерции и рухнуло на прогнивший пол мешком мяса и костей. Не давая ему опомниться, я сделал рывок в сторону пытающегося подняться, хрипящего тела и ударом раскрытой пятерни вонзил когти под подбородок. Последнее что промелькнуло в глазах твари это страх и ужас от осознания того что произошло, и что с ним будет дальше, последний удар его сердца, и ещё одна горсть пепла под моими ногами. И почему я никогда раньше не использовал все свои силы, ведь насколько можно было бы облегчить свою жизнь и приумножить возможности, делая то что сделал сейчас на постоянной основе.

Я мотнул головой, отгоняя неуместные мысли, так всегда, со всеми – чем больше у тебя силы и власти, тем сильнее хочется их умножить, ещё и ещё, без конца и края.

Два урода слились достаточно быстро, надеюсь, Ари тоже не делает педикюр. Дальше противники разбились на пары и тройки, начав осматривать каждый дом, и если первые убитые мной неудачники были в человеческом обличье, то остальные преобразились в мерзких монстров. Одна парочка остановившись у самого порога, заводила носами и повернулась в сторону полуразрушенной избы, за стеной которой как раз я прятался, рассчитывая напасть, как и в первый раз, со спины. Черт, знал же, что у гулей довольно развитое обоняние, особенно на всякого рода вонь, а от моей изорванной и грязной одежды разит так, что слезятся глаза. Немного поколебавшись монстры решили обойти стену, за которой я прятался с двух сторон, так что найти новое укрытие не представлялось возможным. Разве что…

Гули выскочили из-за постройки одновременно, как черт из табакерки, при этом раззявив пасти от уха до уха, и растопырив когти, сочащиеся зелёной жижей. Только вот кроме моей куртки ничего не нашли. Один из них подошел и подобрал изрядно потрёпанный элемент моего гардероба, принюхался и недоуменно завертел головой. Я хмыкнул.

– Какие же вы всё-таки тупые!

Атака с верха бревенчатой стены стала для них полной неожиданностью. Мой нож угодил гулю с моей курткой прямиком в темя, длинны лезвия вполне хватило, чтобы острие ножа вышло под подбородком. Резкий рывок, хруст костей, меня с ног до головы окатывает вонючим содержимым головы монстра, нож устремляется в сторону второго противника, миг и он удивлённо глядит на торчащий в брюхе клинок, рукоять которого то разгорается красным цветом, то гаснет, а лезвие нагретое заклинанием делает из его внутренностей хорошо прожаренное, тухлое жаркое. На все про все несколько секунд, пока душа противников не отошла в мир иной, мои когти пронзают грудь сначала одного, потом второго врага, оставляя лишь две невзрачные кучки пепла.

– Минус четыре, а жизнь-то однако налаживается.

Тем не менее, сделать все бесшумно как и в прошлый раз не удалось, за моим импровизированным укрытием послышался шелест травы, топот ног и противное до скрежета зубов, шипение. Я вышел, приняв полностью человеческий вид, спугнуть добычу не хотелось, шанс на то, что твари дернут от меня во все лопатки конечно очень мал, но чем черт не шутит. К тому же, лучше прикончить толпу разом, чем потом гоняться за отдельными индивидами по всей деревне. Да и вечер на носу, скоро совсем темно станет, а благ цивилизации, типа освещения в этой местности отродясь не было.

Пятеро монстров, увидев меня немного притормозили, затем, рассмотрев мое вооружение, рванули в мою сторону с удвоенной скоростью. Я посмотрел на нож в одной руке и пистолет в другой.

– Только фул контакт, только хардкор… ну давай ублюдки: «Заводи глаза под лоб!»

После недавнего поражения от старой демонессы, чувствовать здесь сейчас свое превосходство, оказалось тем ещё наркотиком. Адреналин заставлял сердце сокращаться с удвоенной скоростью, каждая жила тела напряглась, до состояния камня ожидая решающего рывка, когда кровь врага из разорванных глоток польется рекой, а в их глазах не останется ничего, кроме первозданного страха и ужаса перед неотвратимостью и неизбежностью грядущей расправы. Я сжал рукоять ножа до побелевших костяшек. Время замедлилось, звуки утихли, пробиваясь, словно из-под толщи воды, фигуры тварей как будто застряли в желе, неспешно паря в воздухе, выставив вперёд когти, ожидая, когда те вонзятся в мою теплую плоть. Рывок! Росчерк зачарованного метала, вроде бы ничего не изменилось, но поперек головы одного из монстров все ярче проступает красная черта, деля череп на де части. Снова Рывок, мышцы на пределе, сухожилия трещат от перегрузок, но мое тело выдерживает и нож вонзается точно в сердце следующего врага. Поворот вокруг своей оси, при этом выдергивая нож из раны уже мертвого, но еще не успевшего осознать данный факт, противника и нанося удар по дуге, который заканчивается в височной доле очередного Гуля. Один удар сердца – три трупа, ни с чем не сравнимое чувство восторга, я бог войны здесь и сейчас, я на вершине пищевой цепи, а эти твари просто челядь, пыль под моими ногами. Хватаю за волосы следующего врага, резкий рывок назад, его подбородок поднимается, обнажая беззащитное горло, а суставы, непривыкшие к таким перегрузкам трещат по швам, два взмаха крест-накрест, нож вспарывает кожу, встречая минимальное сопротивление, ещё один росчерк холодной стали и затем ещё, пока голова монстра не отделилась от тела окончательно. Заключительный рывок к последнему врагу, УДАР… без затей и каких либо трюков, просто и действенно, с размаха прямиком в лоб, клинок прошивает толстую кость как фанеру, превращая ещё одного гуля в обычный труп, кучу вонючего смердящего мяса, в котором есть искра того, что необходимо мне. На последних мгновениях замедления, успел заметить ещё одного врага, который сейчас только-только выбегал из-за стены очередной покосившейся избы. Замедления на новый рывок не хватит, единственное, что приходит в голову, бросить клинок, тем более шанс на попадание довольно велик, по крайней мере в былые времена, удавалось выбить девяносто из ста возможных. Толчок времени вернувшегося к нормальному течению, за спиной слышен шум упавших тел и чей-то предсмертный хрип, нож словно пуля сорвался с моей руки попав в грудь гулю и отбросив того на пару метров, практически насквозь продырявив тело. Бросаю взор на левую руку, отрубленная голова врага до сих пор в ней болтается на волосах, словно специфический спортивный снаряд. Отбрасываю ее в сторону, подойти и пронзить каждого из монстров когтями высосав при этом всю энергию душ до капли. Резерв снова полон, а я готов убивать дальше, только больше некого.

Минут пять блуждания в вечерних сумерках, и я набрёл на целую тропинку из изрезанных и хорошенько прожаренных тел. У Ари, надо думать, дела тоже шли неплохо, я насчитал всего одиннадцать трупов. В конце своеобразного следа нефилим уже заносила кастет над последним врагом. Я едва успел.

– СТОЙ!!!

Лезвие ножа, остановилось в сантиметре от насмерть перепуганного Гуля.

– Что не так? – удивилась девушка.

Я же подошёл к скулящему от страха монстру, тщательно оглядел его.

– МНЕ НУЖНА ТВОЯ ОДЕЖДА!

М-да, получилось не очень, старину Арнольнда мне в жизни не переплюнуть. Ариэль тоже разделила мое умозаключение, в данный момент, давясь от смеха. Через десяток минут на мне был новенький, черный кожаный прикид, со множеством стальных нашлепок и тремя шипами на правом плече, а голый Гуль, зажимая причинное место драпал в сторону леса.

– И зачем позволь узнать, ты его отпустил? – задумчиво спросила Ариэль.

– Кто-то же должен рассказать патриарху о беспределе творимом здесь?

Ариэль повесила кастеты на крепления, притороченные с внешней стороны бедер.

– Логично… только вот оно нам точно надо? – вопросом на вопрос ответила девушка.

– А нет? Ну ладно.

Грохот выстрела из моего Смита разорвал окружающую тишину не хуже грома, тело последнего противника рухнуло в траву как подкошенное.

– Вот так, мне нравиться больше.

Ариэль подошла ко мне вплотную, упёршись в грудь своими внушительными формами. Секунду посмотрев ей глаза, я впился в ее губы поцелуем.

– В кровать? – отделившись от меня, спросила она.

– Определенно, – ответил я, да и что мне было возразить против такого аргумента.

На самой окраине деревни, меньше получаса назад, ставшей кладбищем двух десятков тварей ночи стояло два полупрозрачных и от того совсем незаметных в сумерках силуэта.

– Это какое-то сумасшествие, – произнесла Саяна.

– Так было нужно, – ответила Диана, уже растворяясь в пространстве, загадочно ухмыляясь, словно знает что-то такое, что может перевернуть весь мир с ног на голову.

Глава 20

Неоновые вывески центра Сталегорска ночью это нечто. У нас даже есть целая улица, где все заведения начинают работать после полуночи и это отнюдь не забегаловки для жителей ночи, скорее даже наоборот. Как знать, может в других городах России матушки абсолютно также, но я-то за пределы Сталегорской области если и выбирался, то недалеко и ненадолго.

– Напомни-ка ещё раз, зачем мы сюда пришли? – Ари воззрилась на меня донельзя скептическим взглядом.

Я глубоко вздохнул. Вопреки ожиданиям, идея пополнить бюджет с помощью моей способности, мягко говоря, показалась ей не совсем хорошей, уж не знаю почему. А от того, что ей придется сыграть главную роль во всем этом спектакле, девушка вообще отбрыкивалась всеми конечностями. Однако жужжание моли в наших карманах сделало свое дело и мне удалось склонить нефилима на «кривую дорожку». Нет, я конечно и сам с усами, вот только куда молодой парень восемнадцати лет отправиться первым делом, обнаружив у себя подобные способности? Правильно – рубить лёгкие деньги, заколачивать мертвых президентов, или как там сейчас выражается золотожопая молодёжь? Короче, я решил сколотить состояние на играх в казино, и поначалу все было совсем неплохо. Я выносил из каждого захода сумы одна крупнее другой. Но как оказалось, в игорном бизнесе сидят совсем не дураки, и даже если никто из них не просечет факт подставы, есть некий лимит выигрыша, даже при честной игре. Проще говоря, меня попросили больше не приходить сначала в одно, потом в другое заведение, пока не осталось ни одного. Причем, настойчиво так попросили, с угрозами и членовредительством. Сейчас-то я конечно, подрос в силе и наверняка смогу навялять обидчикам одной левой, только толку-то с того? Фишки один черт не дадут. Точнее выдадут, но очень мало, чтобы исключить возможность особо крупного выигрыша, и весь вечер за мной будет наблюдать охрана. Есть вариант использовать морок, только он тоже требует на свое поддержание некоторого количества энергии, а отделаться чем-то простеньким точно не получится, нужно ваять настоящее произведение искусства, чтобы взгляд даже самого наблюдательного человека не заметил ничего подозрительного. Опять же, при использовании морока, возникнут проблемы с документами.

В общем итоге: спустя несколько часов, километр нервов, ведро валидола и с помощью метода убеждения имени «такой-то матери», с девушкой удалось договориться. В данный момент времени, бывший нефилим находится внутри казино с размашистой вывеской, переливающейся всеми цветами радуги и названием «Монако». Девушка должна неспешно потягивать какой-нибудь напиток и сливать фишки по мелочи. Никто ни в коем случае не должен догадаться, что мы играем в паре, точнее она играет, а я выступаю в роли способа мухлежа. Нужно сказать, что превратить Ариэль в светскую даму, это задачка не для слабонервных, ибо тот кусочек ткани, даже не способный прикрыть тело во всех «выдающихся» местах, который Ари выбрала в качестве вечернего платья, стоил просто нереальных денег, я даже не думал, что одежда вообще может столько стоить. Дальше больше, все эти завивки, прически, маникюры, педикюры и прочие способы пыток, высосали немалое количество валюты и моих нервных клеток.

Консьерж при виде меня еле заметно скривился, но дверь в игорный зал все же открыл. На фоне присутствующих, моя персона выглядела более чем пёстро. Дамы сплошь расхаживали в вечерних платьях, мужики в костюмах, да при галстуках. Так что в мою сторону сразу устремилась куча любопытствующих глаз, кожаное одеяние а-ля «Панки Хой» сильно выделялось, если не сказать больше.

После боя с гулями, наутро я пробежался по телам и кучкам пепла оставшимся от оных, собрал всю наличность и ценные вещи. Денег с двадцати с лишним тварей оказалось не так чтобы много, но и не совсем копейки. А двинув все мало-мальски ценное черному скупщику удалось и вовсе разбогатеть на без малого пять тысяч вечнозелёных президентов.

– Господин Глинкин, сэр, приветствуем вас в нашем заведении, вынуждена сообщить, что вам установлен лимит на покупку фишек, вы можете обменять не более пятисот евро и в случае выигрыша не более чем полторы тысячи, – голос кассира звучал как обычно, ласково и заискивающе.

Я выложил означенную сумму, предварительно, основательно скомкав купюры в кармане, так чтобы они были похожи на грязные фантики. Девушка чуть ли не кончиками пальчиков взяла деньги и так же брезгливо подвинула в мою сторону стопку фишек.

– Благодарю, – коротко бросил я, и направился в сторону стола для игры в блэк джэк.

Не то чтобы я любил эту игру, даже совсем наоборот, однако именно поблизости с ним располагалась рулетка, где сейчас с бокалом мартини находилась Ари, при одном взгляде на которую у меня чуть не вывалился язык, прямо как у главного героя фильма «Маска». Стоило больших усилий отвести взгляд от ее декольте и взяться за карты. Так прошло ещё около получаса времени, а я намеренно слил уже третью сотню. Особо наглеть мы не собирались, но нагреть казино на кругленькую сумму сам бог велел, скажем тысяч двести пятьдесят евро, очень неплохая деньга, даже если разделить пополам, и это не такой большой выигрыш, чтобы администрация казино попыталась взять нас за причинные места. Нужно сказать, что применять свою способность более чем пару раз, тоже чревато не совсем приятными последствиями. Точнее, если в первые два раза люди все спишут на обычное дежавю, то после третьего пипл начинает ловить дичайшие флэшбэки, а там и до кареты с красным крестом с билетом первым классом в жёлтый дом, рукой подать. План действий особой оригинальностью не отличался. Ариэль из выделенных ей трёх тысяч сливает две. Потом неожиданно выигрывает на ставке тридцать пять к одному. Потом сливает большую часть выигрыша, скажем тысяч до семи и «психанув», ставит все. Снова выигрывает, умножив эти семь кусков на тридцать пять и в принципе все, мы счастливые с большой кучей денег сваливаем в закат, под трек дырявого Фреди.

– Ставки приняты, ставок больше нет, – прозвучала дежурная фраза крупье, послышался стук шарика о борта секторов. – Два, красное.

Дальше слушать я уже не стал.

Перед тем как сделать ставку Ариэль привычно взглянула на меня, я нарочито медленно взял свои карты двумя пальцами.

– Ставки приняты, ставок больше нет, – с той же интонацией снова произнес крупье.

Я оглянулся по сторонам, вроде бы все прошло в штатном режиме, были конечно люди, которые пару раз тряхнули головой и призадумались, но немного. Стук шарика постепенно стих, все разговоры за столом рулетки на один момент прекратились.

– Два, чёрное, – как будто с сожалением, крупье огласил результат.

Послышался визг Ари. Я ухмыльнулся, если бы не знал что это подлог, решил бы, что она и вправду рада до чёртиков, хотя как знать, может так оно и есть. Итак, тридцать пять тысяч как с куста, теперь снова играем в убыток. Я поднялся со своего места и направился в сторону кассы, мои пять сотен слились в течение часа.

– Могу ли я докупить ещё фишек?

Кассирша мельком глянула в мою сторону, ее пальцы забарабанили по клавишам. Через секунду девушка ответила.

– Да можете, как и в прошлый раз, лимит пятьсот евро.

Ну, пять сотен так пять сотен, снова в трей кассы лег комок замусоленной бумаги, и опять я получил гору фишек низшего номинала, нужно думать в отместку. За столом рулетки игра вернулась в привычное русло, люди неспешно двигали фишки, в процессе сего действа потягивая какое-нибудь дорогое пойло. Я хмыкнул, меня всегда забавлял вид игроков. Почему за игорным столом человек хочет казаться не тем, кто он есть на самом деле? Даже самый что ни есть ботаник, девственник, чудом попавший на игру, корчит из себя заправского Аль Капоне. Двигает фишки одним пальцем, то и дело прикладывается к стакану дешевого виски со льдом, может ещё взяться за сигару, которую до этого видел только на картинке. Все это выглядит так нелепо и смешно, но все делают вид что так и надо, иногда еле слышно хихикая в кулак.

Пока я отходил мое место никто не занял, так что я снова устроился там, где был лучший обзор за игрой Ари. Девушка сейчас даже не смотрела в мою сторону, до того как она сольет практически все деньги должно пройти немало времени. Как ни странно, но карта у меня шла сегодня неплохо, я намеренно слил уже три партии имея на руках двадцать и добирая до перебора, однако все ещё оставался в небольшом плюсе. Карты-карты, опять карты, в очередной раз в моей голове пронеслась мысль о смене рода деятельности, скажем, прогуляться до «однорукого бандита». Я снова взглянул на Ариэль и подавил в себе желание подняться из-за стола. Когда у меня оставалась последняя сотня фишками Ари наконец взглянула в мою сторону.

– Ещё одну, – скорее машинально, даже не смотря в собственные карты ответил я сдающему, и прислушался к тому, что происходит за столом с рулеткой.

– Ставки приняты, ставок больше нет, – возвестил крупье и крутанул барабан.

На этот раз, нашим «счастливым» во всех смыслах этого слова, стало число семь.

Я незаметно показал семь пальцев и взял свои карты, продолжив играть. Мельком убедившись, что никого в казино слишком уж сильно не накрыло моей способностью. Спустя несколько секунд, за столом где сидела девушка поднялся настоящий гвалт. Все лезли с поздравлениями и пожеланиями удачи в дальнейшем. Однако я уж точно знаю, что никто не поздравил Ариэль искренне, такова природа человека. Он может тебе улыбаться, жать руку и уверять в вечной дружбе, только вот на самом деле, в душе таить чернющую злобу и зависть. Сколько таких душ я видел в пекле, тысячи и тысячи завистников. На мой взгляд, в человеческом обществе это самый «популярней» грех.

Наконец, моя напарница смогла собрать ворох фишек на поднос и виляя симпатичной задницей направиться в сторону кассы. Я проводил ее взглядом и уже хотел вернуться к игре, когда вслед за ней из-за стола рулетки поднялся ещё один персонаж. Толстый, низенький, лысый и потеющий как свинтус мужчина, проследил, как Ариэль обменяла фишки на деньги и направился следом. Учитывая поздний час, нетрудно догадаться с какой целью. Надо думать, что снаружи его уже ждут подельники. Нет, я конечно не сомневаюсь, что девушка справится и без моей помощи, однако лучше все же перестраховаться. Выждав пару минут я тоже сбросил карты и прихватив оставшиеся фишки направился в ту же сторону, даже не удосужившись обменять их на кассе.

Как я и предполагал, на выходе Ари вежливо попросили проследовать за угол – туда, где не будет лишних глаз. Причем просьбу подкрепили тычком ствола ПМ-а, и сейчас она под ручку с одним из специалистов по отъему денег направляется в ближайшую подворотню. Всего противников, включая толстяка, было четверо и надо думать, пухляк был отнюдь не главным в этой шайке.

Достигнув места назначения, в виде вонючей темной подворотни, заставленной переполненными мусорными баками, тот гопник, что вел Ариэль под ручку приставив нож к горлу девушки припер ее к стенке, при этом на его лице растянулась фирменная улыбка маньяка-извращенца, не хватало только стекающей по подбородку слюны.

Я следовал за всей толпой на некотором отдалении, пытаясь все время держаться в тени, поэтому, что он там говорил, понимал смутно, исключительно по обрывкам фраз. Да и в принципе, чего там может быть нового? Как обычно, сначала начинают угрожать расправой, а в случае более или менее симпатичной особи женского пола, пугают изнасилованием. Сейчас, в данный момент времени, видимо у подонков что-то пошло не по плану, ставлю что угодно на то, что Ариэль на просьбу расстаться с деньгами, предложила джентльменам поиметь друг друга в различных позициях. Тот урод что ее удерживал, замахнулся рукой с зажатым ножом бабочкой. Только далее удар не достиг логического завершения, его культяпка была беспардонно перехвачена хрупкой ручкой девушки у самого запястья, а ее колено момент спустя устремилось в пах обидчику – послышался глухой удар. После атаки на достоинство грабителя, Ариэль довернула его руку и резко рванула в сторону, человека бросило на асфальт как тряпичную куклу. Послышался звук рвущейся ткани и хруст ломающихся костей, грабитель успел только коротко всхлипнуть, после чего окончательно обмяк, потеряв сознание. Видимо остальные никак не ожидали подобного развития событий, поэтому их реакция была слегка запоздалой, но все же после секундного замешательства, они кинулись на Ари. К тому моменту я как раз находился за спиной толстяка, грабители были настолько сильно заняты девушкой, что не заметили моего появления. Мне даже не пришлось использовать свои способности.

Толстяк так и не понял что уже умер, одной рукой я ухватил его подбородок, второй упёрся ему в затылок, резкий рывок, свиная шея лишь немного воспротивилась такому беспардонному обращению, последовал хруст позвонков и предсмертный хрип оседающего тела. На все про все ушло не более пары секунд, за это время двое последних противников достигли девушки. Ариэль бросила женскую сумку, под завязку напичканную банкнотами, себе под ноги. Поднырнула под размашистый удар одного из врагов и снизу вверх пробила раскрытой ладонью в область носа. Противник, запрокинув голову, громко прокричал что-то матерное и отступил на пару шагов назад. Ари в два шага сократила дистанцию – подсечка: грабитель упал на мостовую как мешок с картошкой. Удар коленом в грудь – треск ребер человека свидетельствовал о том, что сил миниатюрной девушке не занимать. Добивающий пяткой в висок – ноги преступного элемента пару раз дернулись и затихли. С последним я разобрался собственноручно, не знаю почему, но все мое нутро буквально взорвалось жаждой крови и злостью. Я не стал сдерживать внутренних демонов, да и зачем? Если посмотреть на меня сейчас и пару месяцев назад – разница налицо, остаётся констатировать факт, что мою кукушку давно сорвало, а я окончательно и бесповоротно слетел с катушек. И что самое странное, лично мне не виделось в этом ничего плохого, даже наоборот. Когда тебя ничего не сдерживает, даже дышится как-то легче, ты сам себе хозяин и господин, сам решаешь что и когда делать и самое главное – ни от кого не зависишь. А что до тех кто считает меня пешкой в своей игре, да пошли они все в задницу, думаю я ещё не раз смогу их неприятно удивить.

Когти и клыки выросли за одну секунду, глаза защипало, а в груди заклокотало адское пламя. Моя рука легла на плечо последнего грабителя. Человек обернулся и попытался ударить меня ножом, я даже не стал уворачиваться, куда там оружию смертных до настоящего демона. Стандартное семнадцатисантиметровое лезвие вошло мне прямо в сердце, причинив минимум неудобств, как будто кто-то сделал мне не самый больнючий укол. Когда грабитель вынул свое оружие из моего тела, лезвие было раскалено добела, более того – метал начал плавиться, а я усмехнулся. Видимо что-то было в моей улыбке такого, от чего противник побелел как мел, начал заикаться и пятится назад, пока не упёрся в заднюю стенку глухой подворотни. Что поделать, не я первый это начал, они сами загнали себя в угол, так пусть теперь пеняют на себя. Страх в глазах смертного казалось, материализовался, я буквально чуял запах ужаса и мне это нравилось, все нутро просто пело от удовольствия и предвкушения расправы. Я нарочито медленно подошёл к грабителю, провел когтем от его шеи до грудной клетки, человек затрясся ещё сильнее, чем только разжёг аппетит. Один миг, когти вошли в тело словно в теплое масло, по запястью заструилась темная кровь, с каждой ее каплей жизнь покидала смертный сосуд, а энергия души бурным потоком поглощалась моей черной сущностью и не было в моей жизни удовольствия слаще, чем конкретно в этот момент.

Вскоре смертный осыпался кучкой пепла, я стряхнул остатки праха с руки, уже принявшей человеческий вид, внутренний демон во мне сыто буркнул и забился в самый темный угол моего подсознания. Обернувшись, я увидел застывшую Ариэль, девушка оглядела меня с ног до головы, и прежде чем я успел что-то сказать, вынесла свой вердикт всему произошедшему.

– КРУУУТО!!!

Черт! Это только в последнее время ее крышу уносит все дальше и дальше, или она всегда была такой отбитой? Впрочем, какая разница, так она мне нравится даже больше.

– Так и живём! – ответил я разведя руки в стороны.

Глава 21

– Чёртовы смертные, чертов Сеера, ведьмы, оборотни и вообще все!

Полупустой серебряный кубок для вина пролетел через всю комнату, оставляя за собой дугу из ярко-красного напитка. После последней встречи с Сеерой, Лилит была вне себя. В ту ночь она была на волоске от достижения своей цели, ещё совсем немного и этот мелкий ублюдок был бы у нее в руках, а вместе с ним – секрет побега из Ада. Однако вопреки ожиданиям прародительницы ведьм, тот не сидел в мире смертных без дела, его тело достаточно окрепло, а силы хоть и не те что раньше, но кое на что он оказался способен. Демонесса подошла к зеркалу и медленно осмотрела себя со всех возможных ракурсов, на шее и на руках обнаружилось несколько мелких гематом.

– Уродский сосуд с каждым днём становится слабее, – Лилит поморщилась и сконцентрировала внимание на ранах.

Через несколько секунд кожа в местах повреждений разгладилась и приобрела здоровый оттенок. Каждый божий день на поддержание жизнедеятельности этого мясного костюма требовалось все больше и больше сил и хоть пока демонессе их было не занимать, близится тот час, когда смертное тело будет невозможно удержать от разрушения. И тогда сама она отправится назад в пекло, вдобавок испытает боль тысячи смертей, своеобразный побочный эффект от нахождения в смертном теле.

Позади, скрипнула дверь в апартаменты демонессы, вошла молодая довольно симпатичная девушка с рыжими волосами.

– Мне передали, что вы меня ждёте госпожа.

Голос девушки прямо таки свозил обреченностью и безысходностью. Лилит хищно улыбнулась. Пусть мелкому сосунку на этот раз удалось скрыться из вида, но у демонессы есть ещё козыри в рукаве.

– Айран? Я правильно тебя назвала?

От нежного тонкого голоса Лилит, по спине Риты пробежал табун мурашек, а сердце на несколько секунд замерло.

– Да госпожа, – подтвердила ведьма.

– Это ведь ты обеспечивала полог и отвод глаз во время убийства в парке?

Лилит обернулась и пристально вгляделась в лицо рыжей ведьмы, пытаясь уловить все ее эмоции. Айран глубоко вдохнула и выдохнула. Если бы она знала раньше, для чего конкретно она это делала, ни в жизнь бы не согласилась, даже под страхом собственной смерти. Хотя смерть это не единственная точка, на которую можно надавить.

– Так точно госпожа, – Рита отвесила почтительный книксен – это была я.

– Отличная работа, я довольна, хоть кто-то среди этой кучи идиотов может выполнять приказы, но на этом твоя служба не заканчивается, у меня для тебя есть ещё одно дело.

Сердце Айран сжалось от предчувствия чего-то нехорошего.

– Моя жизнь в ваших руках госпожа.

Лилит облизала губы. Этот коктейль чувств исходящий от девушки просто сводил с ума, демонесса никогда раньше не чувствовала себя более живой. Ведьма боялась, но это был страх не столько за свою жизнь.

– Мои помощницы в который раз просчитались с засадой, за что и поплатились своей жизнью, однако дело до сих пор не сделано, а у меня остаётся все меньше времени.

– В чем будет заключаться моя роль? – робко поинтересовалась ведьма.

Лилит ещё некоторое время осматривала себя в зеркале, потом взяла гребень и обогнув комнату, присела на диван.

– Как говорил кто-то из смертных: «Хочешь сделать хорошо, сделай сам», – Демонесса распустила волосы и плавными медленными движениями принялась их расчёсывать. – На этот раз я сама возьмусь за дело, практика показала, что от былого величия ведьм не осталось и следа, сейчас это кучка ни на что не способных дармоедов, и среди них очень тяжело найти кого-то действительно стоящего.

После слов госпожи, сердце Айран сжалось ещё сильнее, как будто вот-вот должно произойти что-то страшное.

– Отныне ты будешь моей правой рукой, и постарайся сделать так, чтобы я не пожалела о принятом решении…

– Слушаюсь госпожа, – себе под нос буркнула ведьма.

Демонесса произнеся последнюю фразу, полностью отдала себя наведению марафета, только махнула рукой в сторону двери, тем самым дав знать Рите, что аудиенция закончена и она может быть свободна.

Удивительно но факт, последние несколько дней для меня стали по-настоящему счастливыми, я никогда в жизни не чувствовал себя лучше, даже с учётом того вороха проблем, что на меня свалились в последнее время. Удивительная ирония, но имей я сейчас при себе всю былую мощь, перематывал бы эти дни снова и снова. Между прочим, Ари без всей этой божественно-церковной мишуры оказалась той ещё оторвой. Девушка словно проживала жизнь заново, раз за разом открывая что-то новое, в бытности свободного существа. Жизнь била ключом, мы делали все что хотелось душе, но, как известно – всегда и всему приходит конец, этот раз не стал исключением. Я проснулся среди ночи, весь мокрый от холодного пота, амулет на шее казалось раскалился добела, и вот-вот начнет прожигать плоть. Решив пока не будить Ариэль, натянул штаны и вышел на крыльцо нашего убежища. Хоть сейчас с деньгами напряженки нет, до поры мы решили пустить корни здесь. Как только моя нога ступила за порог, как черт из табакерки, материализовалась Саяна.

– Слава Богу… или кто там сейчас за него, – на секунду бывший серебряник взглянула на небо, давая понять о ком именно идёт речь. – Сколько можно говорить чтобы ты убрал некоторые обереги, так нет, им видите ли так спокойнее, а я, в случае крайней необходимости, должна биться головой как в бетонную стену.

Милз была на взводе, слова сыпались из ее рта как из рога изобилия. Так продолжалось добрых пять минут, потом ее пыл несколько поутих.

– Выговорилась? Теперь давай кратко и по существу.

Я достал потрепанную пачку сигарет, раскрыл ее, несколько секунд смотрел внутрь, после чего закрыл и вернул в карман. Что-то последнее время я слишком сильно пристрастился к никотину, более того, курю при каждой возможности, иной раз, одну за другой.

– По существу значит? Ну тогда внимай жалкий смертный, – Саяна состроила смешную рожицу и показала язык.

А вот сейчас было действительно обидно. Однако в ответ я хмыкнул, и сделал вид индивида слушающего девушку «во все глаза».

– Во-первых, к этому месту сейчас направляется несколько машин с бойцами «Искариота» и судя по их виду и вооружению, не на чай, во-вторых, твои друзья, – при этом Милз снова скорчила ехидную рожицу – тоже оживились, и я уверена, скоро присоединятся к веселью.

Я снова достал помятую пачку сигарет, выбил одну и чиркнул зажигалкой.

– Что-то намечается и скорее всего крупное, и мне это совсем не нравится.

Тем временем, бывший серебряник продолжила.

– Это ещё не все плохие новости, в стане ведьм, по словам моих информаторов тоже наметилось нездоровое шевеление, что-то готовиться, а зная кто сейчас ими рулит – вряд ли это будет что-то веселое и доброе.

Слушая Саяну не заметил как сигарета закончилась, а фильтр обжёг пальцы.

– Черт, нужно срочно собирать манатки и сваливать, куда глаза глядят.

Саяна взглянула в сторону заросшей дороги, единственной, которая сохранилась и вела к этому месту.

– Боюсь, что уже поздно, да и не получится, не знаю как, но все поселение превращено в одну большую ловушку, можно только войти выйти нет, даже я не могу. Что-то наподобие того, что использовала твоя подруга при стычке с гулями, только на порядок сложнее. Кто бы это не сотворил, он потратил изрядное количество сил и проделал просто колоссальную работу, и скорее всего, подобный ритуал занял не один день.

Я без слов выбросил окурок и направился вглубь дома, к моему удивлению Ариэль уже была полностью одета и сейчас накидывала куртку.

– У нас проблемы? – произнесла девушка.

– И ты даже не представляешь насколько серьезные.

Я направился в комнату, где находились остатки моей одежды и оружие.

– Значит, стоит подготовиться, – вслед бросила Ари.

– Пока я не очень представляю масштабов всего, но думаю, намечается что-то грандиозное, вся гоп-компания во главе с Аркашей движется сюда, не считая целой прорвы орденцев.

Ариэль только кивнула, в который раз за последнее время, взяв в руки оружие. На душе было неспокойно, никогда не любил ждать, особенно зная со стопроцентной гарантией, что должно произойти что-то очень нехорошее. Лучше сразу, без предупреждения, как говориться: «С места в карьер», – минуя томительное ожидание, когда ходишь из угла в угол, не в состоянии на что-то повлиять.

Сборы заняли совсем немного времени, к тому моменту на улице начало светать. Ожидание не продлилось долго: прямо около дома, в котором мы обитали, в воздухе появилась маленькая красная точка, которая начала разрастаться во все стороны с каждой секундой, пока не приобрела вид ярко красного овала метра два в высоту и метр в ширину. Пространство внутри этого нечто подёрнулось рябью, через секунду показалась чья-то нога, обутая в сапог стилизованный под средневековую моду и ещё через пару ударов сердца перед нами предстал инквизитор собственной персоной. Тем временем окно прорехи, как я уже догадался, не спешило закрываться, внутри кольца снова появилась рябь, следующим кого я увидел, оказался священник. Самым неожиданным стал третий кто прошел через портал, я даже не поверил собственным глазам.

– Твою мать, ты-то что здесь забыл?

Семён Гришко только пожал плечами.

– А что мне оставалось делать? Ты свалил в неизвестном направлении, Айран словно в воду канула, сам я не смог ее разыскать, пришлось обратиться за помощью к Аркадию, – Семён кивнул в сторону священника, выглядящего сейчас словно рыцарь во времена крестовых походов. – И вот я здесь.

Спокойно, главное не нервничать, я глубоко вздохнул.

– И что здесь происходит, что и вы и орденцы решили почтить меня своим присутствием?

– Орденцы? – переспросил Аркадий.

К этому моменту, со стороны дороги замелькали огни фар, послышался рев двигателей.

– Может оно и к лучшему, лишние силы нам сейчас не повредят – Флегматично заметил Адалард, обнажая свой клинок.

Моему терпению пришел конец, страстно захотелось открутить этим троим головы и одну за другой запустить в сторону озера, в лучших традициях супербола.

– Да вашу ж мать!!! Хоть кто-то может мне сказать, что к черту происходит, какого хрена вы все припёрлись?

– Я иду дорогой, которую указывает мне кодекс, – словно заученную фразу изрёк Адалард.

– Ну ты-то понятно, во все времена ваша братия не отличалась умом и сообразительностью, делаете всё по книжке, в буквальном смысле.

Тем временем звук приближающихся машин все нарастал, вскоре показался первый внедорожник, выкрашенный в ярко-зелёный цвет. Когда он притормозил у нашего сборища, из него выбралась неразлучная парочка – Немой и Андерсон. Следом подъехала вторая машина, имени УАЗ «буханка» обыкновенная. Вскоре перед домом собралась толпа человек двадцать, включая нас с Ари.

– Интересно, как орден прочухал о намечающемся веселье? – начал Аркадий, смотря внимательно на Марка.

– У нас свои источники и их происхождение, не ваше собачье дело, – усмехнулся серебряник.

– Думаю, оно сейчас станет нашим, хренов ублюдок.

С этими словами священник достал из-за спины топор и двинул в сторону Андерсона, тот поднял в его сторону автомат и щёлкнул предохранителем, все орденцы замерли, уставившись на эту картину, держа руки на оружии. Я мельком глянул на Семена, должно быть бывший мент пожалел, что вообще связался с этой компанией, сейчас он вжал голову в плечи и медленно смещался за спину инквизитора. Из всей толпы спокойным оказался только Немой, сложилось такое впечатление, что ему вообще по барабану вся эта суета, он даже при угрозе вооруженного столкновения так и продолжал ковырять ножом ногти.

– СТОЯТЬ!!! Вы ещё начните друг друга крошить! Может кто-то внятно и по порядку мне объяснить, какого лешего собрался весь этот цирк?

– Все готово моя госпожа!

В покои Лилит вошёл один приближенный из числа ведьмаков. Мужчина средних лет в черной мантии, при виде демонессы трясся что осиновый лист, ему потребовалась целая минута чтобы собраться с духом и произнести всего лишь одну фразу.

– И что же конкретно готово? – больше для проформы спросила Лилит.

– Ритуал полностью завершен, и на сто процентов удачно, промашек случиться не должно.

Мужчина изо всех сил пытался придать себе больше уверенности, получалось из рук вон плохо, голос то и дело дрожал, срывался и вообще грозился дать «петуха». Лилит откровенно забавлялась произведенным эффектом, чувствовать и питаться эмоциями смертных, это одно из немногих удовольствий доступных ей здесь и сейчас. Особенно ей нравился приторный тягучий вкус страха. Ни с чем не сравнимое чувство, когда сердце смертного сжимается в судорогах от одного ее вида, ощущение, благодаря которому, существование внутри вонючего мешка мяса и костей становится более или менее сносным. Ну ничего, осталось совсем недолго, если повезёт, Чертов заморыш сегодня растянется на дыбе в ее личных покоях и уж она-то не упустит возможность, его секрет будет у нее, во что бы то ни стало. Лилит зажмурилась от предвкушения того, что она устроит в мире смертных, когда выберется из пекла.

Ведьмак так и стоял в дверях, боясь лишний раз вздохнуть, или пошевелится, проклиная на всех языках старейшин, которые назначили его на эту гребанную должность. Демонесса медленно встала и подошла к мужчине. Сегодня на ней было надето красное, кровавого оттенка платье и сапоги на длинной шпильке. При приближении Лилит, ведьмак сжался и казалось, попытался уменьшиться в размерах, страх усилился многократно, а на лице демонессы растянулась улыбка, словно этого она и ждала.

– Какие вы смертные всё-таки пугливые, совсем не чета «иным» пару тысяч лет назад, вы вырождаетесь, словно благородная кровь в теле безродной шавки, с каждым разом всё слабее и слабее… трусливее… никчёмнее.

На руке прародительницы всех ведьм полезли длинные, тонкие когти. Лилит дотронулась ими до шеи ведьмака, потом медленно перебирая пальцами спустилась к груди, мимоходом разрезая мантию словно бумагу, и оставляя неглубокие кровоточащие порезы. Мужчина открыл рот и выпучил глаза от ужаса, уставившись на нее как на самого жуткого монстра, которого только возможно вообразить, не в силах вымолвить даже слово.

– Как же это вкусно, твой страх словно материален, ещё чуть-чуть и его можно будет потрогать, – сказала демонесса, закатив глаза от удовольствия. – Не могу больше терпеть.

В следующую секунду ведьмак ощутил острую боль в районе сердца, потом теплую кровь, стекающую по телу тонкими ручейками. Кисть руки Лилит полностью погрузилась в рану, мужчина перевел затуманенный взгляд с нее на дыру в своей груди. Его мозг ещё не успел свыкнуться с мыслью, что тело уже практически умерло, просто не хотел понимать этого, до последнего момента надеясь, что все произошедшее лишь страшный сон. Тело ведьмака рухнуло на пол, простояв около минуты, рука Лилит с противным «чавк» покинула рану. Под трупом разлилась зловонная лужа, перемешанная с кровью.

– М-да, нужно как-то научиться себя сдерживать, иначе помощники быстро закончатся, а новых взять увы пока негде.

Демонесса облизала кончиком языка кровь с руки, в сжатом кулаке ещё билось сердце ведьмака, подпитываемое магией Лилит и энергией пекла.

– А это нам ещё пригодится, – её улыбка превратилась в хищный оскал. – Не терпится увидеть рожу этого выродка когда он обнаружит, что остался без своих сил.

За дверью в покои демонессу ждала целая делегация, здесь были все сильнейшие иные практически от всех «ночных» сообществ Сталегорска. В этот раз она решила не мелочиться, а набросится всем скопом, чтобы уж наверняка все получилось.

– Уберите здесь все к моему возвращению, – бросила Лилит в сторону слабейших ведьм молота, сейчас выполнявших роль горничных.

Пропустив демонессу вперед, толпа иных направилась в сторону просторного зала, где сейчас силами ведьм готовился ритуал, призванный перенести их куда-то на окраину города. Туда где находится цель этого чудовища в теле симпатичной ведьмы, и после поимки которой, весь этот кошмар закончится, а жизнь вернётся в привычное русло.

Глава 22

Она боится, черт точно, я в этом уверен, она по любому боится. Ее лицо неизменно, она ведёт себя как заправский ковбой: смеётся, шутит, но я знаю точно – ей страшно. В нашей компашке есть бессмертный инквизитор, супер крутой священник, есть Андерсон и ещё целая куча Бог знает кого, до зубов вооруженных всякого рода орудиями смертоубийства. Но это не успокаивает, напротив, с каждой секундой ее страх становится более овеществленным, он расползается словно туман наутро после ночного дождя, неспешно, но и неотвратимо, и от него бессмысленно убегать, рано или поздно все что вызывает ужас в душе тебя накроет с головой. Ее выдает нервное поглаживание и излишнее внимание к своему оружию, словно внутри нее тугая пружина и каждую секунду она со скрипом, и металлическим визгом сжимается все сильнее, и сильнее. Почему тогда мне все равно? Вроде бы в последнее время появилось много всего, что не хотелось бы потерять. Однако прислушавшись к своим ощущениям вынужден констатировать, что мне все также до лампочки… Плевать на все на свете: на друзей, врагов, на себя в конце концов. Сердце, или что там внутри человеческого тела отвечает за чувства, молчит как кусок ржавого железа. Странно… что для человека есть святость? Какие-то писания, рождённые под пером кого-то осеннего дланью Божьей, святые лики, или вера в Господа? Чушь собачья, все это так мелко и так… по-человечески. Почему норму святости кто-то устанавливает? Почему Он решил: «Что вот это хорошо, а вот это плохо? Это истина? Тогда чья она? Не моя точно… во что же верю я? А хрен его знает, наверное, уже ни во что.

… Она боится, и не мудрено, учитывая, что грядет. Ей страшно, мне тоже, только уже не за себя. Стоит взглянуть в ее сторону и на лице расползается идиотская улыбка. Она делает вид, что не замечает, я прячу выражение лица за воротом куртки.

Снова местность богом забытой деревеньки станет полем боя, и я сомневаюсь, что после всего, здесь возможно будет остаться. О какой-то согласованности не могло быть и речи, каждый занимался своим делом, не обращая внимания на других, словно бы не замечая никого кроме себя. Я хмыкнул… вместо того чтобы попытаться выработать какую-нибудь совместную стратегию боевых действий, все без исключения, воротят нос друг от друга.

– Нервничаешь?

От неожиданного голоса Ари за спиной, я дёрнулся.

– Черт, ты раньше Лилит меня в могилу сведёшь, – ответил я и продолжил созерцать водную гладь озера с помоста.

Для того чтобы понять что девушка сейчас улыбается, не нужно быть семи пядей во лбу. Возможно, подкалывая и тролля меня она пытается отвлечься, черт знает, что на уме у особей женского пола. Да я и не возражаю, ведь и сам не против жёстко подшутить над ближним просто сейчас для этого не совсем подходящее время, даже Саяна куда-то запропастилась и не отсвечивает.

– Толку себя изводить, – я запустил плоский камень в сторону озера. – Нервничай не нервничай, а это рано или поздно должно было произойти, на самом деле, мне уже до чертей надоело ждать развязки и шарахаться от каждой тени. Раньше я думал, что можно пересидеть в каком-нибудь темном углу, затаиться, спрятаться и все само собой образуется, как обычно пройдет мимо… видимо не судьба, да я и не жалуюсь, с другой стороны, сегодня представиться отличная возможность проверить, чего на самом деле я стою.

Ариэль подошла ближе, присела на помост рядом со мной и произнесла только одно слово.

– Зачем?

Я вопросительно уставился в ее сторону. Девушка спустя несколько мгновений, продолжила.

– Может быть хватит кому-то что-то доказывать, просто делай свое дело, то что считаешь нужным и плевать, что подумают другие.

Возможно, она и права. Я решил сменить тему.

– Как там наши друзья? Сумели договориться?

– Ага, конечно, до сих пор воротят нос друг от друга, Пастырь делает вид, что орденцев нет, те в ответ делают то же самое в отношении него. Инквизитор вообще себе на уме, никогда не понимала ему подобных, «зарылся» в свой кодекс, словно бы там спрятан секрет бытия. Самым адекватным из всей этой толпы, как это ни странно, кажется бывший следак. Только вот он не знает, к кому из наших гостей примкнуть. В итоге Семён шатается из угла в угол, не понимает чем себя занять и что делать, хотя изредка выводит какие-то знаки на земле.

Амулет у меня на груди начал постепенно разогреваться, с каждым мгновением сильнее и сильнее обжигая кожу. Я взглянул на Ариэль.

– Кажется, началось.

Говорить было совсем не обязательно, девушка и так поняла все без слов. Мне показалось, что она даже как-то облегчённо вздохнула. В мгновение ока кастеты оказались в ее руках, а на губах промелькнула слабая улыбка. Я ещё раз проверил свое оружие, «Смит» и нож находились там, где им и положено быть. Минуту спустя над заброшенной деревней вспыхнул купол красного цвета, похожий на тот, что Ари устанавливала перед дракой с гулями. Все разговоры в момент смолкли, люди застыли в ожидании, слышны были только звуки перезаряжаемого оружия. Недалеко от дома где обитали все последнее время мы с Ариэль, из воздуха возникло красное марево, начав медленно закручиваться в воронку, с каждой секундой увеличиваясь в размерах. Когда оно разрослось до десятка метров в поперечнике, раздался глухой хлопок, окно вмиг застыло, всякое движение внутри него прекратилось. Все замерли в ожидании, даже бессмертный Адалард похоже нехило нервничал, то и дело перекладывая свой «Кошкодер» из правой руки в левую, и обратно. Затишье не продлилось долго, всего три удара сердца и в сторону толпы людей хлынула лавина фурий. Твари вырывались из окна по три-четыре штуки, по примерным прикидкам в первые десять секунд их выбежало не меньше трёх десятков и они все продолжали прибывать. Послышались звуки очередей автоматов орденцев, и визг монстров, попавших под раздачу. Первые ряды тварей словно взорвались кровавыми ошметками, видимо «Искариот» учел прошлый опыт бойни, и снабдил своих солдат чем-то посильнее обычных пуль. Однако даже этого не хватило, чтобы хотя бы притормозить натиск фурий. Твари даже на мгновение не замедлились и уже через десяток секунд достигли первых рядов бойцов ордена. Началась натуральная свалка, всюду летели брызги крови и оторванные конечности, некогда мертвое и заброшенное поселение наполнилось воплями боли людей и визгом подыхающих монстров пекла. Задние ряды орденцев побросали огнестрел, боясь ранить или убить своих же соратников, и вооружились разнообразным колюще-режуще-рубящим оружием. Бойня с каждым мгновением набирала обороты. В какой-то момент из портала перестали прибывать фурии и показались перевёртыши, прямо на ходу сбрасывая одежду и преображаясь в различных хищников, начиная обычными волками и заканчивая огромными саблезубыми кошками, типа тигров. Следом за всем этим зоопарком показались ведьмаки и ведьмы. Видимо в этот раз Лилит решила не мелочиться, разом собрав и бросив в атаку самых сильных и талантливых иных. В сторону сражающихся полетело множество заклинаний, крики умирающих и буквально разрываемых на части людей зазвучали с новой силой.

Что интересно, сейчас сражались и гибли пачками рядовые солдаты «Искариота», самого Андерсона равно как и Пастыря с Инквизитором в гуще резни видно не было. Только когда в прорехе появились оборотни, серебряники хоть как-то себя проявили. Должно быть закинувшись своей фирменной дурью, оба орденца появились прямо в гуще толпы хищников, послышались несколько затяжных очередей, на вскидку, десятка полтора тварей упали на землю окровавленными кусками мяса, по самое не могу напичканные серебряными пулями. Таким образом, поля боя разделилось уже на два эпицентра, кровавое месиво орденцев с фуриями и бойня серебряников с перевёртышами, причем у Андерсона с Немым дела шли не в пример лучше, чем у их соратников. Оборотни гибли пачками, заливая двух людей в камуфляже целыми водопадами из крови и внутренностей.

Когда в прорехе показались первые ведьмы, к бою подключились священник и Инквизитор, в этот же момент с места сорвалась Ариэль. Всего два взмаха крыльями и нефилим оказалась в самой гуще врагов, ее кастеты заработали со скоростью мельниц, разрезая и дырявя все, до чего дотягивались. Первый ведьмак ставший жертвой девушки, даже не успел понять что произошло, только сформировал какую-то темную сферу в правой руке и готовился запустить её в кучу малу из фурий и орденцев, как на уровне его глотки мелькнуло лезвие кастета Ари. Ведьмака прошила ветвистая электрическая дуга, а из пореза на шее ручьем хлынула кровь. Заклинание в руках колдуна потеряло привязку и контроль разорвавшись ошметками первозданной тьмы, и превратив в горстку праха ближайшую ведьму. К тому моменту Ариэль уже достаточно далеко удалилась, чтобы не попасть под действие заклинания.

Я тоже не стоял без дела, ствол Смита давно раскалился докрасна, под моими ногами собралась уже внушительная кучка, отработавших своё спид-лоудеров. В этом бою не было надобности подбирать патрон под каждого противника ввиду их большого количества, поэтому использовались освященные серебряные пули с руной разрыва, при попадании крови на которую та срабатывала, и обычная пуля превращалась в разрывную. Такой боеприпас достаточно успешно используется в сообществе охотников за нечистью, как универсальное оружие против нескольких видов жителей ночи. Оборотням должно причинять боль серебро, на случай потусторонних тварей пуля освящена, а руна разрыва способна доставить много неприятностей любому существу из плоти и крови. Свои силы, до поры я решил поберечь, что-то подсказывало, что они очень скоро пригодятся, а без них боец я надо сказать, аховый. Точнее, если с огнестрелом худо-бедно управлюсь, то в ближнем бою ни в каком месте не «черепашка-ниндзя».

Как это все похоже на старую кошелку Лилит: бросить толпу соратников на убой, в роли пушечного мяса, а самой добить остатки противника, и забрать себе все лавры. Большей степени стервы и твари, даже в пекле найти вряд ли получится. Только вот она рассчитывала, что застанет здесь только меня и Ариэль, а никак не целую толпу бойцов, обученных сражаться со всякого рода нечистью.

Тем временем бойня, все набирала обороты. То тут то там, на землю падали изуродованные тела, порой даже с некомплектом конечностей, а то и вовсе растерзанные до состояния мясного пазла. Вскоре различить кто где из знакомых, стало решительно невозможно, разве что росчерки меча Инквизитора порождали полумесяцы чистейшего света, разрезая словно масло все что попадалось на пути, делая в толпах противников целые просеки. Стрелять не боясь что задену кого-то из своих, я поостерегся, пришлось браться за нож и двигать в сторону гущи событий так и не дождавшись выхода главной героини сегодняшнего спектакля.

– ИДИОТ!!! НА ЗЕМЛЮ БЫСТОРО!!!

Где-то позади меня послышался голос священника, я не раздумывая «нырнул» рыбкой вниз, зажав свое страшное оружие возмездия, в виде семнадцатисантиметрового клинка двумя руками, дабы не выронить. Спустя всего одну секунду от того момента когда я оказался на земле, буквально срезав волосы на моей макушке, пролетел Лабрис Аркадия, в конечной точке этого эпического полета засев в груди перевёртыша-медведя, отбросив того на пару метров назад.

– ЛЯГ НА МЕСТО ПРИДУРОК!!!

Только подняв изгвазданную в грязи рожу, и услышав нелестный эпитет все с той же стороны, я вновь нырнул в грязь, словно дождевой червяк. Топор священника смачно «чавкнув» покинул рану уже дохлого оборотня и направился в обратный путь, закончив его в левой руке Пастыря. Аркадий резко развернулся вокруг своей оси, крутанул топор, словно тот был не тяжелее пластиковой авторучки и обрушил оружие на голову очередного оборотня, расколов последнюю как гнилой орех.

– Подняться уже можно? – отплёвываясь от грязи и травы забившейся в рот, крикнул я в сторону священника. – Или опять ждать пока пролетит твоя самонаводящаяся хреновина.

– Полз бы ты отсюда подальше, не твоя сегодня драка самурай недоделанный, и не смотри на Ари, она стоит десятка таких как ты.

Блин дожил, достало, что каждый встречный поперечный считает своим долгом напомнить мне о том, что по силе я лишь название от полноценного демона. С правой стороны от меня что-то сильно грохнуло, вместо каких либо звуков, в ушах «поселился» противный звон, а фигура священника рассыпалась на много маленьких Аркадиев. Все это я подметил находясь в полёте, за один миг до того как мой «фейс» пропахал пару метров дёрна, словно заправский плуг. Чтобы прийти в себя, потребовалось около минуты времени и самое чудесное чудо заключалось в том, что мне никто за это время, не попытался сделать Бо-Бо. Ан нет, попытался… прямо напротив моей головы упало бездыханное тело фурии, с развороченной грудью. Подняв голову и приняв более или менее вертикальное положение, я обнаружил по обе стороны моей тушки несколько мелко нарезанных тел тварей, а рядом с ними изрядно потрёпанных, но все ещё держащихся бодрячком серебряников.

– Хренов придурок, неужели непонятно, что эта тварь только и ждёт тебя с распростёртыми объятьями? – Андерсон всадил нож под подбородок ещё одной фурии, одновременно с этим выхватив пистолет из кобуры на ноге и практически не целясь, всадил пулю в глаз оборотню в обличье волка, который умудрился подкрасться с тыла. – Черт! Вали уже подальше пока взрослые дяди решают твои проблемы.

Так, а вот это уже удар ниже пояса. Я припомнил недавние события, когда дрался с тремя серебряниками практически в одиночку. Вот тогда они у меня отхватили, по самое не могу. Страстно захотелось наплевать на все, обратиться и показать этому ублюдку что значит настоящий демон. С очень большим трудом удалось подавить в себе это сиюминутное желание. Черт, Немой с каждым разом меня радует все больше и больше. В отличие от Марка, этот серебряник делал свое чёрное дело с гробовым спокойствием и бесстрастной миной на лице, словно робот-терминатор отправляя на тот свет все новых и новых тварей.

Внезапно позади Андерсона, словно из тени соткался ведьмак вооруженный длинным кописом, и уже занёс оружие над головой орденца. Я успел буквально на последних секундах, одной рукой обхватил шею противника со стороны спины, а второй, в которой был зажат нож, лишь чудом не потерявшийся во всей этой кутерьме, ударил в левое подреберье. Ведьмак захрипел и задёргался выронив меч, пытаясь освободится из захвата. Я провернул нож в ране против часовой стрелки и потянул вверх, разрезая тело колдуна практически до подмышки. Вскоре, противник повис на моей руке безвольной куклой. Андерсон, разделавшись со своим противником обернулся, окинул всю картину своим взором и лишь коротко кивнул, надо думать в знак глубочайшего одобрения.

Я уже собирался кинуться на следующего противника, переложив нож в правую руку, и левой подняв, потерянный мертвым ведьмаком копис, как окно портала снова ожило. Из него медленно вышла демонесса одетая в красное платье, словно собралась на осенний бал. В окровавленной по самое плечо руке Лилит было зажато человеческое сердце, может конечно я перенервничал и мне мерещится всякое непотребство, но показалось что оно ещё бьётся. Тем временем, тварь подбросила его в воздух над собой, и вопреки всем законам физики сердце зависло, мерно пульсируя, и источая ядовито-красное свечение, как будто было под завязку наполнено какой-то энергией. В следующую секунду, окружающее пространство разрезал истошный крик демонессы.

– АРТ ХАЛ ВАЛМИР ИТ АНОТ!

Сердце словно сжалось, чтобы спустя секунду взорваться, породив волну красного пламени, которое разошлось во все стороны словно круг на воде, накрыв всех без исключения. В тот же момент внутри меня поселилось непонятное чувство, словно меня лишили чего-то важного. Я попытался отмотать время до появления демонессы, однако вышло лишь немного его замедлить, при этом слив в трубу добрую треть резерва. И это были отнюдь не все сюрпризы сегодняшнего дня, следом за Лилит из прорехи показалась та, кого я рассчитывал увидеть меньше всего.

– Твою мать! Ты-то что здесь забыла?

Следом за демонессой, опустив голову, чуть ли не нога в ногу следовала ведьма Айран.

Небо прорвало жутким грохотом, в озеро ударила толстая ветвистая молния породив тучу брызг и спустя ещё мгновение на наши головы упал холодный ливень. А я стоял и смотрел на ту, которая некогда была мне другом, на ту с которой бок о бок мы не раз сражались, и ту которая сейчас по другую сторону баррикад, словно насмешка судьбы надо мной и ещё один гвоздь в крышку моего гроба.

Глава 23

– Черт, какого хрена я здесь вообще делаю?

Семён закончил выводить очередную хитро-выделанную фигуру на расчищенном от дёрна участке земли корявым деревянным сучком. После, в который раз за последний час, достал из кармана небольшой перочинный нож, ткнул в подушечку большого пальца и окропил получившееся художество парой капель собственной крови. Пентаграмма с енохианской руной в каждом луче пятиконечной звёзды кратковременно вспыхнула ядовито-зелёным цветом и погасла.

– Так точно должно быть? Вроде Рита говорила, что цвет должен быть тёмно-синий… или я опять что-то перепутал?

Сколько Айран не билась над обучением Семена, тот каждый раз что-то делал не так, в итоге получалось не то, что должно получиться, порой даже совсем не то… со взрывами, разрушениями и членовредительством.

Очередной рисунок среди вязи символов занял свое законное место, остался последний штрих – замкнуть контур частицей своей силы, и молиться, чтобы в сложный ритуал не закралась какая-нибудь ошибка. По замыслу Семена, последний символ должен объединить два десятка рисунков по всему поселению и активировать массовое заклинание усыпления. В идеале все должны будут просто упасть и забыться сладким сном. Только вот в успех операции бывший следователь верил меньше всего на свете.

Попытки прибиться к группам орденцев или священника не увенчались успехом, проще говоря, наслышанные о его выдающихся способностях на поприще колдовства люди, вежливо попросили отойти подальше, найти укрытие и не отсвечивать. Пришлось действовать в одиночку – по памяти. И только по окончании ритуала Семён понял, что лучше бы вообще не использовать то что вышло… ну может быть в самом крайнем случае.

Потом, посреди брошенного поселения открылось окно портала и началось натуральное сумасшествие: люди и иные гибли пачками, кровь лилась рекой и конца-края этого дурдома видно не было. Всего за несколько минут бойни начинающего ведьмака чуть не прикончили добрый десяток раз: спасло банальное везение, в некоторых случаях вкупе с быстрыми ногами. Неучтенный Макар, прощальный сувенир со службы, хоть и был заряжен освящённым серебром, но на данное количество врагов его явно не хватало.

Такого страха бывший следователь наверное не испытывал никогда в своей жизни. Люди-звери, колдуны, ведьмы, непонятные чудовища – помесь крысы с броненосцем, размером с основательно подкачанного человека. Каждый кто находился в этой заварухе был готов к смерти, или по крайней мере знал, что сегодняшний вечер может стать последним, чего нельзя было сказать о Семене. Начинающий ведьмак никак не рассчитывал лечь в этой богом забытой деревне, что называется «костьми», и уж точно, он не был ярым борцом со злом как Адалард или Андерсон, да хотя бы тот же самый священник Аркадий, который вот прямо в эту минуту снёс своим топором голову какому-то оборотню.

Семён из таких людей, которые мечтают о спокойной старости в достатке, о куче спиногрызов и любящей жене. Конечно, поначалу ему даже нравилось быть приобщенным ко всей этой потусторонней хрени, однако стоило собственными мозгами понять истину, что этот интерес имеет и другую грань, с некоторых сторон довольно опасную для жизни, все желание познавать загадки колдовства и магии свелись к собственному магазинчику «Магических принадлежностей».

И вот сейчас, Семён находится в самой гуще событий, там, где он опасался оказаться больше всего на свете. Более того, сейчас ему приходится прилагать все силы, чтобы не стать чьей-нибудь добычей, не имея к этому практически никаких навыков.

Ведьмак мотнул головой, прогоняя, так не вовремя закравшиеся мысли. Сейчас точно не тот момент чтобы ударяться в философию. Палец правой руки, уже привычно лег на спусковую скобу, прицел поймал очередную цель. В данный момент Семён чувствовал себя заправским партизаном, перебегая от укрытия к укрытию, выцеливая на поле боя одинокие, желательно подраненные цели и тщательно осматривая тылы, чтобы не дай Бог кто-то не обратил на него свое внимание. БАБАХ… выстрел вышел не таким эффектным, как в заморских боевиках, не было пламени как из трубы гранатомета, а цель не разорвало на тысячу и один ошметок. Просто ствол выплюнул небольшой сноп искр вперемешку с белым дымом, где-то там послышался короткий вскрик и этот кто-то без затей, просто упал на землю. Легче лёгкого, просто раз и все… чья-то жизнь закончилась, а прицел «Макара» вновь ищет в толпе одинокую жертву. Такое спокойствие начало не хило пугать следака, однако что сейчас можно поделать? Скорее всего после бойни, если он конечно выживет, его жизнь более не станет прежней. Однако об этом, можно будет подумать когда-нибудь после и в совсем другой обстановке.

Кто-то или скорее что-то сильно толкнуло Семена в спину. Ведьмак сделал несколько шагов вперёд и не удержав равновесие рухнул, при этом сильно приложившись о прогнивший дощатый пол, такого же прогнившего покосившегося бревенчатого домика, откуда и вел отстрел всяких враждебных элементов. Из глаз брызнули слезы, голова казалась наковальней по которой раз за разом кто-то молотил. Однако, собрав все оставшиеся силы в кулак, ведьмак перевернулся на спину и попытался рассмотреть врага. В кромешной тьме это оказалось совсем не простой задачей, там откуда последовал удар, раздавалось лишь мерзкое шипение и скрип досок.

– Твою мать!

Попытавшись выстрелить навскидку, Семён выругался. Во время падения пистолет покинул естественную среду обитания в руке и запропастился чёрте в какой стороне. А в такой темноте, под взором голодного монстра, шанс найти свое оружие стремился вовсе к отрицательному значению. Чувство опасности взвыло не своим голосом, Семён рванул в сторону что есть сил, переворот на другой бок вышел тоже не в лучших традициях вышеупомянутых шедевров кинематографа, вдобавок наградив ведьмака ссадинами на ладонях и скорее всего, кучей противных заноз. Однако это обстоятельство отнюдь не являлось самым худшим, там где секунду назад лежало тело бывшего следователя, прошла тень, следом раздался треск досок, а на полу пролегли четыре глубокие борозды от когтей. Ведьмак не успел даже осознать что произошло, не то что придумать хоть сколько-нибудь вменяемый план действий, как что-то сильное оторвало его от земли и запустило в полет, который окончился ударом спиной о дальнюю стену комнаты. Снова начинающему ведьмаку пришлось спешно приводить в порядок голову и глаза, перед которыми плясали яркие звёзды. Боль была сильной, но все равно отошла на второй план. Должно быть из-за страха смерти и ударной дозы адреналина мозг Семена активизировался, как никогда раньше, в памяти всплыло заклинание истинного взора, неведомо каким образом попавшее туда. Ведьмак даже не помнил, когда учил такое. Пересохший рот выдал заклинание прежде, чем оно сформировалось в мыслях, в глазах появилось неприятное жжение, потекли слезы. Семён сморгнул припоминая уроки Айран и мир разительно преобразился. Темнота вдруг рассеялась, даже самый темный угол комнаты было видно как днём, правда почему-то в чёрно белом зрении. Ведьмак обвел взором все пространство, желая разглядеть своего противника и понять с кем его свёл очередной поворот судьбы. Лучше бы он этого не делал, и враг так бы и оставался бестелесной тенью. К сползшему по стене мужчине медленно подходила одна из тех чешуйчатых тварей, которые там снаружи, за считанные секунды превращали живых людей в кровоточащий фарш. Пришлось вновь напрягать остатки сил, превозмогая боль и усталость Семён сделал рывок в сторону твари, попутно пригибаясь и вжимая голову в плечи насколько это было возможным. Когти монстра пошли в считанных сантиметрах от головы Ведьмака, казалось, даже срезало пучок волос. Однако совсем не прическа сейчас волновала колдуна, а как выйти победителем из заведомо проигрышной ситуации. Тварь видимо не ожидала от человека полноватого телосложения такой прыти и на пару секунд замешкалась. Ведьмак пользуясь силой инерции развернулся вокруг своей оси ударил монстру ногой в спину, чуть выше копчика… или хвоста. Для человека такой удар, скорее всего, оказался бы очень болезненным, однако монстр не испытал никаких неприятных ощущений, напротив, развернулся с невозможной для такой комплекции скоростью, попутно смахнув хвостом тушку Семы словно мячик для пинг-понга, отправив его в очередной полет. Падая на пол в который раз за последнюю минуту, на один миг в глазах промелькнуло что-то знакомое. Снова падение и новые ссадины, одежда давно превратилась в изорванное тряпье, однако ведьмак поднялся ещё быстрее чем в прошлый раз, боль как будто отступила, а для самого Семена, хоть и мизерный, но появился шанс выжить. Тем временем монстр полностью развернулся в сторону предполагаемой жертвы, напружинил ноги и выстрелил своим же телом как снарядом, одновременно с ним прыгнул и Семён, вытягивая руки вперёд, целясь примерно в то место где промелькнули знакомые очертания, молясь всем известным и не очень богам только бы не промахнуться. Удача сегодня была явно на стороне колдуна, практически сразу после падения левая рука нащупала дуло верного пистолета, вместе с тем сверху на него приземлилось что-то тяжёлое. Хрустнули кости, спина прострелила болью, монстр начал рвать тело ведьмака когтями, во все стороны полетели лохмотья изорванной одежды и брызги крови. Семён взвыл от новой порции боли и задергался в тщетных попытках вырваться, однако тварь оказалась слишком тяжёлой. Снова пришлось делать невозможное, сквозь ужас и боль Семён завел левую руку с пистолетом под правую подмышку твари и выпустил всю оставшуюся обойму практически не целясь, надеясь, что хоть парочка пуль попала туда куда нужно. В какой-то момент, монстр прекратив полосовать когтями спину Семена, рухнул на него всем весом, намертво прижав к полу. Ведьмак закашлялся, выдав снова все что мог, дернулся в сторону, под тушей твари удалось сдвинуться всего на пару сантиметров, снова рывок и снова всего пара сантиметров. Семён давно потерял счёт времени, казалось, болела каждая клетка израненного тела, пот вперемешку с кровью заливал глаза. Однако ведьмак ни на секунду не остановился, в своем стремлении выбраться, и когда туша монстра оказалась в стороне, он просто распластался на полу без сил.

Сколько прошло времени Семён не представлял, от слова совсем: минута, час или сутки, последние события смешались в безумную чехарду пляски со смертью, только в этот раз, костлявая осталась с носом. Он еле заметно улыбнулся, когда его глаза открылись, чуть в стороне от его тела лежала окровавленная, довольно симпатичная женщина, не так он представлял себе смерть в объятьях красавицы. Подняться удалось не сразу, с четвертого или пятого раза и то по стенке. Кое-как колдун подошёл к давно выбитому окну и облокотившись на подоконник, уже ни от кого не прячась, обвел взором поле боя. Побоище всех со всеми было в самом разгаре, всюду слышались взрывы и выстрелы, то и дело мрак разрезали вспышки огненных шаров и ветвистых молний. Семён перевел взгляд на окно портала. Сердце разом ухнуло куда-то вниз, дыхание перехватило, а к горлу подкатил тяжёлый, липкий ком. У самой прорехи стояла миниатюрная девушка в красном платье, у ее ног без сознания лежала Ариэль, а на вытянутой руке эта мразь удерживала его Айран, ухватив ее за шею и прикрывая себя от целившегося в ее сторону Сергея.

Как только Лилит показалась из портала, какой-то особо прыткий орденец попытался ее атаковать. Раздалась длинная автоматная очередь, только ни одна пуля не достигла цели, попросту ударившись о защитный купол красного цвета. В ответ, от демонессы разошлось кольцо адского пламени, превращая врагов в кучки пепла и излечивая союзников. А фурии после такого кажется стали ещё сильнее, как будто увеличившись в объемах и прибавив прыти. Кроме рядовых орденцев под атаку Лилит попал священник, я было подумал, что вот и настал конец Аркаше. Однако Пастырь снова смог меня удивить. Поставив перед собой топор обухом вверх, он что-то пробормотал себе под нос и на тот момент когда до него добралось пламя, перед ним сверкал щит из чистейшего света, принявший весь удар на себя. Пастырь тем временем, даже не думал останавливаться, перехватив топор обеими руками, он бросился в сторону демонессы. Я искренне надеялся, что у него получится, несмотря на то, что умом понимал всю тщетность этой попытки.

УДАР – сверкающий росчерк налитого светом Лабриса описал широкую дугу вокруг Пастыря. Демонесса заблокировала его голыми руками, перехватив прямо за обух. Дальше последовал взрыв света, который отбросил на несколько метров назад ближайших соратников Лилит и от которого, та лишь поморщилась. Демонесса контратаковала. Отшвырнула топор в сторону, далее с ее рук в сторону Аркадия слетело чёрное марево, словно дым окутав фигуру священника, и начав разъедать его одежду, превращая в тлен. Пастырь схватился за нательный крест и зашептал молитву уставившись глазами в небо, по его лбу потекли капли пота, а дым вокруг продолжал свое чёрное дело, уничтожая остатки его одеяния и оставляя на неприкрытой коже страшные ожоги. Так продолжалось секунд пять, пока Пастырь, видимо закончив молитву, не выкрикнул в небо.

– АМИНЬ!!!

В тот же момент, над его головой разошлись тучи, образовав небольшую проплешину из которой на фигуру священника упал широкий луч белого света, в считанные мгновения уничтожив чёрное марево. Однако, такой маневр дался священнику слишком большой ценой. Пастырь не удержал равновесие и припал на одно колено глотая ртом воздух, словно загнанный зверь. Лилит лишь усмехнулась… втянула ртом воздух, при этом ее грудь раздулась как у жабы. Дальше последовал выкрик в сторону пастыря такой силы, что все, включая союзников демонессы, попадали на колени зажав уши. К фигуре священника пронеслась звуковая волна, искривляя само пространство, срывая целые пласты земли и поднимая в воздух разнообразный хлам в виде потерянного оружия или обломков строений, превращая все это в один смертельный поток. На этот раз защититься у Аркадия не вышло, его тело оторвало от земли и швырнуло словно тряпичную куклу метров на пятьдесят назад, ударив о землю, и забросав кучей земли и мусора, из-под которой тот так и не выбрался.

Бой священника и демонессы продлился не более минуты, все это время к ведьме пытались прорваться Орденцы, включая самого Андерсона и Немого, но натыкались на жёсткий отпор со стороны ее приближенных. Что меня изрядно удивило, в бою участвовала и Айран, ее пылающие руки раз за разом обрушивались на орденцев поджигая их и вызывая вопли боли. Благо, что ведьма старалась никого не убивать, лишь калеча и выводя из строя врагов.

Я снова оглядел поле боя в поисках Адаларда. Если кто и в силах справится с Лилит, то это бессмертный инквизитор, обо мне и упоминать не стоит, без львиной доли своих сил мне ей даже противопоставить нечего. Он обнаружился в самой гуще сражения, воспрянувшие духом твари и оборотни наседали на него с удвоенной силой, кроме того, ему ещё приходилось защищаться и уворачиваться от многочисленных заклинаний, непрерывно летящих в него со стороны ведьм.

Со своей стороны, я пытался хоть как-то помочь. Несколько раз выстрелив в демонессу и поняв, что мое оружие неспособно причинить ей вред, я перевел огонь на ведьм. Их защита оказалась не в пример слабее и трещала по швам при попадании освящённого серебра.

Барабан Смита в очередной раз перевернул камору. Раздался сухой щелчок, сигнализируя о закончившихся боеприпасах. Считать патроны я перестал в самом начале сражения, в такой свалке каждое мгновение на счету и терять драгоценные мгновения ещё и на это, казалось непозволительной роскошью. Убрав пистолет в кобуру пришлось срочно уходить в сторону, спасаясь от размашистого удара когтей перевертыша, я нырнул под его лапу и не прекращая движения, развернулся за его спиной. Нож вошёл в его тело не встречая абсолютно никакого сопротивления, вспыхнули руны на рукояти и лезвии. Зверь завизжал, словно сгорающий заживо, мои уши заложило, но через два удара сердца оборотень затих, кулем упав на землю.

У Адаларда дела пока шли более или менее нормально, волны тварей разбивались о его защиту не в состоянии противопоставить хоть что-то. Однако при такой нагрузке, даже его хватит вряд ли надолго. Закончив со своим противником, я что есть сил бросился в сторону инквизитора, как ни крути, а именно эта фигура сейчас самая ценная на всем поле, и если уж его сил не хватит чтобы заставить демонессу отступить, то впору заказывать нам всем памятники и панихиду.

Лилит наконец заметила меня, а я уж подумал, что получится пробраться к Бессмертному незамеченным, но видимо не судьба. Внезапно моя жопная чуйка заверещала не своим голосом, а ноги сами чуть было не подкосились, в тот же момент я резко изменил направление и как оказалось – весьма вовремя. Там куда должна была попасть моя правая нога, земля ощетинились десятисантиметровыми стальными шипами. Убить меня это конечно не сможет, но после такого иглоукалывания, бегать дальше я точно не смогу. Однако одними шипами демонесса не ограничилась. Повинуясь ее воле все мертвые тела, что сейчас валялись под ногами бесхозным хламом, поднялись в воздух и начали буквально прирастать друг к другу. Окружающее пространство заполнил треск ломающихся костей, от такого зрелища пробрало даже меня. Тем временем, десятка два изуродованных до неузнаваемости тел сплелись в один большой кусок мясного пластилина, другой аналогии на ум не пришло. Ещё через несколько секунд, красно-бурая масса с белыми вкраплениями костей и обрывков экипировки мертвых тел пришла в движение. Сначала масса вытянулась вдоль земли, из нее полезли лапы, увенчанные костяными когтями сантиметров по двадцать каждый. Далее, там где должна была быть голова, раздулся мутный кровяной шар, который лопнув забрызгал вонючей красной массой добрых пару десятков метров.

В пекле такое вот богомерзие окрестили Адской гончей, хотя с семейством собак у этой твари сходства минимум. Вытянутая морда с крокодильей пастью, набитая до отвала острыми клыками, два горящих красным цветом глаза и плюсом ко всему гипертрофированное тело, размером с хороший минивен, обрюзгшее, покрытое зловонной жижей и струпьями.

К горлу подкатил ком, страстно захотелось опорожнить желудок. Тварь повела головой и остановилась взором на мне. От взгляда монстра моя душа чуть сама по себе не покинула тело, ноги стали ватными, захотелось усесться на задницу и разревется, как маленькому ребенку. Однако левая рука вновь нащупала в кармане заряженный спидлоудер – предпоследний, правая выщелкнула барабан с отстрелянными гильзами, освобождая каморы для новой порции убийственного метала. Движение настолько заученное, что даже в самом неадекватном состоянии на перезарядку требуется не более пяти секунд.

Тварь рванула мне навстречу, я не стал убегать, а побежал прямиком к ней попутно всаживая пулю за пулей ей в морду. Раздался истошный визг, словно ввинчивающийся в мозг, отчего казалось, тот начнет кипеть и вытекать через все возможные и невозможные отверстия. Когда между нами оставалось метров десять, монстр прыгнул. Со стороны это выглядело как выстрел катапульты снарядом из холодца. Я подался вперёд, падая и переворачиваясь на спину, всаживая последние два патрона твари в брюхо и напоследок вонзая туда же нож, по самую рукоять. Визг усилился раз в десять, я думал, у меня из ушей польются слезы. Монстр развернулся слишком быстро для своих габаритов, раны на его теле затянулись буквально на глазах, нож покинул рану и упал куда-то в траву. Рывок твари я так и не заметил, ощутил лишь, как что-то острое прошлось по груди, разрезая вконец испорченную куртку и кожу до костей. Мое тело подняло в воздух, я отлетел на десяток метров, попутно снеся своей тушкой какую-то не до конца развалившуюся стену.

Когда удалось выбраться из-под обломков, гончая была от меня в десятке шагов, нарочито медленно приближалась, словно упиваясь собственным превосходством и моим бессилием. Я улыбнулся, готовясь к смерти… ну или к тому, что для меня приготовила старая кошёлка.

– Ну давай мразь… делай то, для чего рождена сволочь!

Гончая оскалилась и рванула в мою сторону, в этот же момент где-то за ней вспыхнул свет, от которого глаза заслезились и пришлось зажмуриться. Когда я проморгался, тварь практически достав меня, замерла на расстоянии вытянутой руки, а на ее спине стоял Адалард, погрузивший свой «Кошкодер» в ее плоть на всю длину. Пауза продлилась не дольше секунды, следом раздался оглушительный взрыв, гончая лопнула словно воздушный шарик заполненный водой, во все стороны брызнул кровавый фарш. Меня снесло потоком словно одуванчик. Мерзкая пакость – то что осталось от монстра залило уши, глаза, нос, рот. На этот раз сдержаться не удалось, меня вывернуло практически наизнанку.

– Заряжай револьвер!

Сбоку от меня послышался голос Адаларда. Я повернул голову на звук, тот также как и я был весь вывалян в этой жиже, однако его меч оставался девственно чистым, как будто только что с прилавка.

– Какой смысл? Ты видел, на что она способна? Мои пули ей, что слону дробина, – сказал я и хмыкнул.

– Эта тварь, – Инквизитор мотнул головой, видимо имея в виду гончую – её знатно ослабила, так что шансы есть и неплохие, давно хочу попробовать одну штуку.

А действительно, чего мне терять? Как говорится: «Попытка не пытка». Я послушно достал последний спидлоудер и зарядил револьвер. Но когда уже прицелился в демонессу, инквизитор, вопреки здравому смыслу, остановил меня.

– Постой, дай мне.

Я удивился, но спорить не стал, просто протянул ему оружие. К слову, после взрыва твари на орехи досталось всем. Даже Лилит сейчас стоит на коленях, обхватив голову руками. Должно быть каналы тела не рассчитаны на пропуск такого количества энергии, потому скорее всего, она сейчас спешно латает свой мясной костюм, дабы он не развалился окончательно.

Тем временем Бессмертный пользуясь небольшой паузой после взрыва монстра, пока все приходили в себя, поднял свой меч к небу, в другой руке зажав мой револьвер и что-то выкрикнул. По причине того что мой слух ещё не пришел в норму, я не расслышал самого заклинания инквизитора, зато увидел его действие. С неба сорвалась толстая ветвистая молния и ударила точно в кончик «Катцбальгера». Сквозь инквизитора прошел электрический разряд, вместе с тем свет его меча будто перетек в мой револьвер. Когда светопреставление подошло к концу, «кошкодёр» бессмертного разлетелся в разные стороны сотнями сверкающих осколков, а сам он упал на колени.

– Бери… только не промахнись, ещё одной попытки не будет.

С этими словами Адалард протянул мне револьвер. Пистолет сейчас сиял прямо как расколотый меч. Я бережно взял оружие и взвел курок, в прицел легла поднимающаяся с колен фигура Лилит, палец надавил на спусковую скобу. ВЫСТРЕЛ – пуля угодила ей в грудь, тело демонессы развернуло. ВЫСТРЕЛ – следующая пуля оставив за собой сияющий свет словно трассер, попала Лилит в спину, прошив ее насквозь. Демонесса упала, я снова навёл прицел и выстрелил, потом ещё. Заряженные Адалардом патроны рвали демонессу не хуже зенитной установки, я практически ощущал, что ещё чуть-чуть и она сдохнет.

В какой-то момент Лилит сделала то, чего я никак не ожидал. Она резко рванула в сторону, должно быть собрав последние силы. Я промазал, пуля ушла в молоко, остался последний патрон. А демонесса приблизившись к Айран, схватила ту за шею и прикрылась словно щитом.

– Готов ли ты убить невинного ради достижения цели червяк?

Ее слова резали меня не хуже ножа. Ладони вспотели, я практически опустил оружие, прекрасно понимая что не выстрелю, слишком окрепла во мне человеческая часть. Однако Лилит и не думала останавливаться.

– К слову, не такая уж она и невинная! Я тебя удивлю, но она одна из тех, кого я отправляла прикончить твоего папашку.

Я не верил собственным ушам, одна часть меня хотела стрелять сквозь тело ведьмы, другая не давала этого сделать.

Вдруг позади демонессы образовался портал, из которого вынырнула Ари, занося свое оружие для атаки со спины. Видимо Лилит была готова к чему-то такому. В сторону Ариэль, со стороны демонессы, прямо из спины, выстрелили два черных щупальца. Ари не успела среагировать, в результате чего была полностью обездвижена, и сейчас лежала беспомощной куклой у ног ухмыляющейся Лилит.

– Помнишь свои игрушки?

С этими словами в руке Лилит оказался один из моих потерянных ПМ-ов. Я смотрел на то как демонесса наводит оружие на Ари и не хотел верить собственным глазам. У меня был выбор, либо потерять нефилима навсегда, полностью лишив девушку посмертия, либо собственноручно убить Айран.

Чтобы хоть немного притормозить время я слил весь резерв и толком ничего не добился. Наконец решившись, снова поднял пистолет ловя в прицел грудь Риты.

ВЫСТЕЛ – все происходило словно в режиме слоу-мо, я видел как Айран пытается вырваться, видел как ее грудь превращается в кровавое месиво, слышал ее крик полный боли… я видел ее смерть.

Пуля прошила ведьму насквозь и угодила Лилит куда-то в горло, она выронила пистолет и зажав рану обеими руками, отступила на пару шагов назад. В это же время где-то позади, раздался истошный крик.

– НЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!

Обернувшись, я увидел израненного Семена, в его глазах горела помесь неверия, ярости и безысходности, с его руки слетела еле заметная голубая искра, в тот же момент вокруг «Разверзлись врата Ада». В небо взметнулись языки пламени, всюду гремели взрывы, в землю бил нескончаемый поток молний, разрывая тела своих и чужих на мелкие части. Кровь полилась с новой силой, и посреди этого кошмара стоял Семён, и в этот момент он был страшнее самого короля Ада! Его холодный взгляд полный боли и злости – последнее, что отпечаталось в моей памяти, прежде чем я потерял сознание.

Глава 24

Лица, люди – много людей. Черт, опять кошмары. В последнее время я как-то даже отвык от них… скорее всего, из-за вороха других проблем. И вот на тебе, получите и распишитесь, опять я завис в темной пустоте, а перед моим лицом неустанно пропадают и появляются люди. Самые разные, из разных эпох, мужчины, женщины, дети… все они просто стоят и смотрят на меня, даже не пытаются ничего говорить. Это что? Типа такое наказание? В таком случае, Отец наш небесный, ты ни черта не смыслишь в пытках. За все те года, что я топтал землю смертных, эти кошмары давно стали неотъемлемой частью меня, даже уже как-то приелись. В душе не было ни страха, ни чувства безысходности, ни даже чувств вины и сострадания, все давно перегорело. Единственное что сейчас было бы очень в тему, это мягкое кресло… прямо здесь в пустоте и чашечка горячего эспрессо.

– ЭЙ ТАМ… УЖЕ НЕ ВСТАВЛЯЕТ! ПРИДУМАЙ ЧТО-НИБУДЬ НОВЕНЬКОЕ!

К кому я вообще обращаюсь? Это ведь мой сон, ну, или предсмертные глюки. Ибо последнее, что удалось запомнить перед тем как потерять сознание, это разъяренный Семён, взрывы, молнии, бьющие из земли огненные фонтаны, причем всюду куда ни глянь. Я даже представить не мог, что бывший следак может быть таким… не знаю как сказать, пусть будет кровожадным.

В памяти всплыла сцена, где грудь Айран взрывается кровавыми ошметками. Где-то внутри тонкой иглой прямо в сердце вонзилось чувство раскаяния и сожаления. Совсем короткий миг душевной боли и снова все нормально. Чтобы пробить чёрствую оболочку такого как я, нужно нечто большее, чем смерть одного из знакомых. Черт, я даже не считаю себя виноватым. Сделал то, что должен был. Я прекрасно осознаю что Сема с этого момента если и не враг мне, то не друг уж точно… да и плевать.

– К черту… к дьяволу все!

Я снова отогнал невесёлые мысли, а все переживания спрятал в самой глубине своей черной души. Грёбанные чувства… кто их вообще придумал? Зачем они существуют? Ну вот какая от них польза лично для меня? Где-то внутри понимаю, что без них нельзя и если они есть, то для чего-то нужны, только вот до сих пор непонятно для чего. Это как дать восьмидесятилетней бабульке, прожившей всю жизнь в лесу без благ цивилизации блюдо допустим, с роллами, вручить китайские палочки и сказать: «Ешь». Что она будет ощущать в этот момент, глядя на эти самые палочки? То же что и я. Вот они есть, только что это и для чего все это надо? Можно попробовать есть ими, только жутко неудобно, лучше как и раньше, по старинке… так намного привычнее.

Представление с лицами длилось ещё около получаса. Потом каждый последующий человек выглядел все более размытым, пока перед глазами не повис белый туман, а сознание рывком выстрелило куда-то вверх.

– ТВОЮ МАТЬ!!! Верните меня взад.

Когда я открыл глаза, каждый нерв в теле дал о себе знать посредством острого импульса боли. Что-то слишком часто приходится пробуждаться в таком вот состоянии. До чёртиков надоело постоянное превозмогание. Хочется наконец спокойствия, где-нибудь на берегу озера, со стаканчиком чего-то горячительного увенчанного веселеньким зонтиком.

– Та-а-а-к… куда меня занесло на этот раз?

Положение дел с каждой секундой нравилось все хуже и хуже. Всюду куда падал взор, простиралась огромная пустыня красного цвета. Кое-где торчали корявые, давно засохшие деревья. И самое плохое то, что не было неба… то есть совсем. Такое ощущение, что я нахожусь внутри огромной сферы. Пол плавно перетекает в потолок, причем пейзаж наверху ничем не отличался от того что находилось вокруг. Те же давно погибшие кустарники, остовы разрушенных стен зданий и та же пустыня. Где-то в центре, если все же предположить что это всё-таки сфера, словно облаком завис туман, он и являлся местным источником света, тускло светясь бордовым цветом. Я взглянул себе под ноги.

– Вау… это чего за народное творчество?

Моя тушка находилась в центре круга, кстати говоря начертанного кровью, причем, судя по разрезанной ладони, моей собственной. Этой же своеобразной краской внутри круга были изображены символы, все вместе объединяющиеся в заклинание ловца снов. И это ещё не самое скверное обстоятельство во всей ситуации. По всей территории докуда хватало обзора, медленно бродили полупрозрачные силуэты людей. Там где находился я их было больше всего, иногда некоторые подходили на расстояние вытянутой руки, тогда круг вспыхивал ярко-красным светом, образовывая вокруг меня что-то вроде барьера и обжигая незадачливого смельчака.

– Вот так-так… какого черта я делаю в Лимбе? И самое главное – в своем смертном теле?

Ответа как и ожидалось не последовало, а судя по «военному перевороту» у меня в желудке, нахожусь я здесь изрядное количество времени. Ещё печальнее то, что выбраться отсюда без посторонней помощи, мне точно не светит, стоит выйти за пределы барьера, толпа из неприкаянных душ в момент разберёт мою тушку на запчасти. Впору сесть на задницу и ждать когда, либо перестанет действовать заклинание ловца, либо я окочурюсь от голода. Внезапно, за периметром барьера возникло тусклое белое свечение через пару минут окончательно оформившись в фигуру симпатичной девушки.

– САЯНА! Черт, как я рад тебя видеть… думал, что сдохну тут в полном одиночестве!

На что бывший серебряник ордена скривилась и передразнила меня.

– Как всегда, ничего нового… опять ты угодил в самую глубокую задницу мира, а мне тебя вытаскивать, и заметь… БЕСПЛАТНО!

– Дорогой ты мой человек… призрак… человеко-призрак, вытащи меня из этого гиблого места и я навеки твой! Как говорится: «Любой каприз за мои деньги», – я даже поднял руки вверх, в знак безоговорочной капитуляции и согласия на все мыслимые и не очень условия.

– Все вы мужики одинаковые, сначала наобещаете с три короба, а потом – диван, футбол и пиво, а доверчивые девушки вроде меня, вас обхаживают до пенсии.

Тем не менее Милз, в отличие от других призраков, без труда просочилась сквозь защиту, а те в свою очередь старались держаться от девушки на расстоянии, с чем связан данный факт мне было непонятно, от слова совсем. Видя недоумение изображённое у меня на лице большими черными буквами, САЯНА все же снизошла до объяснения, подняв руку вверх и продемонстрировав свой браслет, когда-то подаренный жнецом Дианой.

– От него несёт смертью за версту, а здесь, как ты наверное успел заметить, сплошь те кто от этой самой смерти смог ускользнуть, не скажу что это пошло им на пользу, но факт остаётся фактом.

На браслете едва-едва светились мертвенно-бледным светом несколько рун.

– И если бы ты не был таким придурком, мог бы без труда покинуть территорию круга… демон ты или где? Да и инструмент похожий на мой браслет у тебя тоже имеется.

Милз ногой стёрла один из символов, барьер окончательно пропал. Однако неприкаянные не спешили во все лопатки отобедать мной любимым.

– Окстись женщина! Я очухался две минуты назад, у меня «котелок», после недавних событий ещё не до конца перезагрузился.

Саяна посмотрела в мою сторону, как на какого-то ребенка, не способного сложить два плюс два и решить простейшую задачку.

– Коса! Достань косу идиот…

Блин, точно! Даже как-то забыл о ее наличии, впору отвесить себе же увесистого «леща». Сконцентрировавшись на предплечье, представил как татуировка принимает форму вышеозначенного атрибута жнеца. Тело снова обдало могильным холодом, от меня дохнуло противным запахом тлена, отчего призраки вокруг нашей сладкой парочки отпрянули ещё дальше, а когда коса появилась в моей руке и вовсе дёрнули в разные стороны кто куда, лишь бы оказаться от проклятого артефактного оружия как можно дальше.

– Ф-ф-у-х-х… думал мне конец… однако же, оказывается и эта зубочистка кое на что способна.

Я покрутил в руках косу, рассмотрев ее со всех сторон, даже чуть не попробовал на зуб, однако быстро опомнился.

– Теперь давай уже сваливать отсюда, у меня к этому месту стойкая неприязнь, да и большущий стейк сейчас был бы весьма к месту, – желудок издал голодную трель, в поддержку последней реплики.

– Я бы на твоём месте хорошо подумала над данным вопросом, – медленно проговорила Саяна.

– В смысле? Ты предлагаешь остаться тут на ПМЖ. Чего ради?

– Господи всемогущий, почему ты такой непроходимый тупица?

Меня уже начала порядком выбешивать манера разговора Милз.

– Потому что все достали уже своими тупыми намеками и загадками, какого вообще хрена? Есть что сказать – говори прямо… чувствую себя как Алиса в стране чудес у Шляпника на чаепитии.

В этот момент сильно хотелось кого-то огреть, желательно по голове… желательно чем-то тяжелым. Видя мое состояние, Милз быстро продолжила.

– Как ты наверняка понимаешь, после боя Лилит находится не в лучшем состоянии, точнее, сейчас ее сосуд буквально разваливается на куски, энергии на восстановление ей точно не должно было хватить. Но эта сука не пожелала возвращаться в пекло не солоно хлебавши, в самый последний момент улизнув в Лимб и прихватив твое бренное тельце вместе с собой. Здесь у нее возникли некоторые проблемы… как и в любом другом месте, в Лимбе есть свои правила… Пополнять энергию за счёт поглощения душ не получится, просто потому, что здешний хозяин за такое по головке не погладит, к тому же, она всё ещё в своем мясном скафандре.

– Короче Склифосовский… я не малое дитё чтобы вот так мне все разжёвывать, уж кое-какое представление о между-мирье имею.

– Возможно лучшего шанса чтобы покончить с ней может не представится.

Я глубоко призадумался, в принципе все верно, демонесса сейчас слаба как никогда, а значит, у меня есть все шансы отправить ее восвояси оставив с носом и на прощание «сделав ручкой». Только вот думается мне, что не все так просто и где-то во всем этом плане есть маленькое «Но», размером с дом.

– Я так понимаю, в твоём плане не все так гладко как хотелось бы?

Девушка немного стушевалась.

– Ну как бы да… проблемы есть, – словно нехотя сказала Милз. – Загвоздка в хозяине Лимба.

Я аж причмокнул.

– И что с ним не так?

– Все с этим старым пердуном так, просто демонесса каким-то образом сумела с ним договориться и сейчас зализывает свои раны в его чертогах, думая что ты все равно в ловушке и никуда от нее не денешься, она-то не в курсе о козыре в виде косы жнеца.

Я потер переносицу.

– Что-то я не совсем въезжаю, поправь если где-то ошибусь… ты предлагаешь вот так просто взять и пойти на другой конец Лимба, прогулочным шагом мимо вот этих всех давно озверевших духов. Далее вломиться в обиталище старины Понтия Пилата, каким-то образом успокоить его и уже потом разобраться с Лилит… ничего не упустил?

Девушка на несколько секунд призадумалась.

– Ну в общем и целом – ничего.

– А ну так вот мой ответ… мы немедленно берём свои нежные жопки в свои, не менее нежные, ручки и поджав хвост валим в сторону дома, ибо иметь дела с хозяином Лимба мне никак не улыбается.

– Хорошо, у тебя есть идеи лучше этой? – Милз уставилась на меня, сложив руки на груди.

– Ну-у-у… можно вернуться в мир смертных и попытаться лучше приготовиться к ее появлению.

– Сам-то веришь в то, что говоришь? Да в прошлый раз толпу твоих сторонников раскатали в тонкий блин по всему поселению, и ты действительно думаешь, что в следующий раз будет как-то по-другому? К тому же уже один твой друг и отец погибли, сколько ещё жертв нужно чтобы до тебя наконец дошло, не разберемся с ней сейчас, дорогие тебе люди будут умирать постоянно, пока эта мразь не доберется до тебя. А это произойдёт рано или поздно, в любом случае. Так что сожми наконец свои яйца в кулаке и сделай то что должен, в конце концов, кто из нас демонский лорд, я или ты?

В ответ на эту тираду я смог сделать лишь громкое: «П-ф-ф-ф-ы», – потому что крыть было совершенно нечем. Конечно я и сам понимал, что Саяна права по всем статьям, только вот и хозяина и демонессу я точно не потяну, очень у нас разные весовые категории. Словно прочитав мои мысли Саяна поспешила вставить свои «пять копеек».

– Тебе не нужно драться с ними обоими, хозяин Лимба такой же призрак как и все здесь присутствующие… ладно, намного сильнее… несопоставимо, но суть та же, перебей цену предложенную демонессой и бери ее тепленькую.

Хм, а в этом что-то есть, честно сказать, я даже как-то не задумывался об этой стороне вопроса.

– Хорошо, допустим, только как быть если мы не сойдёмся в цене?

Саяна аж закатила глаза.

– Черт, да перестань ты уже ныть, когда придет время, будешь думать что делать, всегда есть выход из любой ситуации, ясно же как божий день, что такую возможность упускать никак нельзя.

Я глубоко вздохнул.

– Хорошо, будь по-твоему, я в деле. Только если вся эта затея провалится, в Аду я попрошу котел по соседству с твоим, и буду все время напоминать, что по твоей вине мы загремели на вечную пытку, а ещё в голос буду петь матерные частушки и рассказывать пошлые анекдоты!

Губы Милз расползлись в улыбке.

– Замётано! Если твой котел с маслом будет рядом, я тебе даже спинку потру.

Я хмыкнул и стёр еще один из символов заклинания ловца ногой, чем окончательно разрушил все обереги. Толпа призраков Лимба незамедлительно ринулась в нашу сторону.

Аркадий очнулся в темной комнате, немного привыкнув к отсутствию освещения и рассмотрев убранство понял, что он у себя дома. Последнее что помнил, как его завалило обломками и он потерял сознание. Откинув одеяло осмотрел свое тело. Если не считать того что он находился в кровати совершенно голым, общее состояние оказалось, принимая во внимание последние события, весьма сносным. Рядом с кроватью стоял старенький трехногий табурет, к которому был прислонен Лабрис. Осмотр оружия дал неутешительные результаты. Оба лезвия топора сейчас представляли собой жалкое зрелище. Казавшийся вообще неразрушимым метал был оплавлен до состояния куска обычного лома.

Пальцы прошлись по такому знакомому древку, скользнули к покореженным полумесяцам лезвий, словно прощаясь со старым другом. Сколько этот топор служил своему владельцу верой и правдой… и ведь ни разу не подвёл, как не подвёл и в последний раз своего использования.

– Было бы все не зря, – задумчиво пробормотал священник, оглядываясь по сторонам в поисках хоть какой-нибудь одежды.

Нашлась только старая потёртая, местами дырявая ряса. Святой отец окинул оценивающим взглядом одеяние и глубоко вздохнул.

– Ну могло быть намного хуже.

После натянул рясу, поежившись от ощущения дискомфорта, при соприкосновении голого тела с грубой тканью. Закончив одевание направился в сторону выхода. В гостиной было также темно, дом пустовал, однако на улице слышались несколько знакомых голосов. Громче всех, кому-то что-то доказывая, «разорялась» Ариэль. Аркадий улыбнулся, за прошедшие дни он даже как-то соскучился по этой взбалмошной девчонке.

– Сколько можно спорить? Нужно что-то делать, причем очень срочно.

Следом послышался степенный голос инквизитора.

– Да никто с тобой не спорит, мы ведь не против активных действий, только вот вопрос куда эта дрянь его утащила, лично у меня нет даже предположений.

– Ну не знаю… можно же провести какой-нибудь ритуал поиска…

Договорить Ари не успела, скрипнув несмазанными петлями открылась входная дверь дома. Аркадий глубоко втянул носом прохладный вечерний воздух непроизвольно зажмурившись от удовольствия. Здесь возле церкви тот казался особенно свежим, с запахом хвои и недавно скошенной травы.

– Что за шум? Смотрю все живы, значит предприятие оказалось успешным?

У крыльца дома священника находились оба серебряника, инквизитор и нефилим. Как только на пороге показалась фигура Аркадия, все разговоры мигом смолкли, только Ариэль проговорила чуть слышно.

– Кто ему расскажет?

Глава 25

«И снова – вперёд.

Кто знает, что завтрашний день принесёт?

Не злиться. Стремиться К смеющимся звёздам – холодным, далёким»… э-э-э, как там дальше?

Я перехватил древко косы, фонящее смертью как «четвертый реактор», двумя руками и уложил на плечо словно знамя. Саяна взглянула на меня и глубоко вздохнула. Точнее сделала вид… я-то знаю – призраки дышать не могут, хе-хе.

– Ты идиот? – девушка ещё раз окинула мою тушку снисходительным взглядом. – Нет не так… ты точно идиот! Вопрос лишь в степени твоего кретинизма… ЧЕРТ, ТВОЮ МАТЬ! Мы в самом центре Лимба, на нас неустанно смотрят сотни, если не тысячи голодных глаз, чьи владельцы только и ждут удобного случая, чтобы выпить всю жизнь и силу из тел без остатка… А единственное оружие которое не даёт им этого сделать, лежит у тебя на плече как флаг красной армии! Господи, ты хоть к чему-нибудь можешь относиться немного серьезнее?

На последних словах, Милз всё-таки не выдержала и сорвалась на крик. Я потер переносицу.

– Могу, но не буду, так как при таких вот рабочих моментах, – я окинул окружающее пространство взором – недолго распрощаться с «кукушкой» или схватить инсульт.

Девушка ещё раз изобразила глубокий вдох и продемонстрировала жест «рука лицо», в лучших традициях жанра.

– Ладно-ладно, не дуйся… вообще сколько нам ещё топать?

– А мне почем знать? Извини, как-то забыла загрузить Яндекс-карту Лимба.

Саяна развела руки в стороны и скочевряжила перекошенную моську.

– Тогда почему ты уверена, что мы идём в нужную сторону?

– А я и не уверена, просто будь я владыкой целого подпространства, мое обиталище находилось бы где-то там, – Милз ткнула пальцем вперёд.

Да действительно, можно было предположить что-то подобное. Фундаментальная башня казалось, была вырублена в сплошной скальной породе и возвышалась до самого багрового тумана. Причем с «потолка», свисала точно такая же, из-за тумана не было видно их шпилей, но могу поспорить, что они соединяются в недрах оного. Зрелище пугающее и одновременно завораживающее, выглядит как огромное три-дэ отражение.

– Мне кажется, или плотность душ на один квадратный метр несколько увеличилась?

Бывшая серебряник, улыбнулась.

– Ну представь, что хозяин по земным меркам типа президента, а его обитель – кремль… души на подсознательном уровне пытаются держаться ближе, совсем как люди, надеются, что может и им перепадёт косточка с «барского стола».

Я покосился на девушку.

– М-да, какого хрена тебе понадобилось в «Искариоте»? Тебе бы в политику!

– ТИХО.

Ни с того ни с сего Милз остановилась как вкопанная и к чему-то прислушалась.

– Черт, слышишь? Как будто топот.

Я прислушался, действительно где-то вдали слышался нарастающий шум приближения чего-то.

– Эмм… и что это может значить?

Ясно как божий день, что ничего хорошего, но я уточнил, сам не знаю для чего.

– Да блин, не верю я что ты такой глупый каким хочешь казаться… это просто невозможно, – Саяна в сердцах рубанула воздух ребром ладони – это измерение духов! Тут по определению не может происходить ничего подобного, а значит, в этом как-то замешана стерва Лилит и ещё это значит, что хозяин за нами следит.

Рука сама потянулась в сторону переносицы. Ну как бы ожидать, что прогулка в Лимбе окажется вечерним променадом не стоило. В любом случае, рано или поздно что-то должно было случиться, так почему не сейчас. Вопрос, что теперь с этим делать? Дать недругам по щам, или развернуться на триста шестьдесят градусов и «вдарить» в сторону дома. И если все же драться, то каким мать его образом, кроме стандартной «ковырялки» жнеца, у меня при себе даже зубочистки нет.

Тем временем, вдали появились пока ещё неясные очертания противников.

– Так, ладно, шутки в сторону… что будем делать?

Призрак Саяны уставился на меня удивлённым взглядом.

– А что ты у меня-то спрашиваешь? Я как боевая единица даже не ноль, а отрицательное значение! Разве что с каким призраком смогу схватится, – девушка развела руки в стороны, всем своим видом давая понять, что это дерьмо мне придется разгребать исключительно своей ложкой.

Пока мы разговаривали, те кто явился по наши души, приблизились настолько, что уже было вполне возможно разглядеть их в деталях. Мои сомнения, что это дело рук старой кошелки отпали полностью. Ну какому нормальному демону взбредёт в голову запихнуть толпу «пыточных» бесов в измерение сбежавших духов? Гоняться за сбежавшими душами? Даже не смешно, все же они созданы только чтобы причинять боль и страдания, а не подрабатывать ищейками на полставки. Нужно сказать, иногда адские лорды направляют в Лимб своих приспешников, дабы утащить десяток – другой грешников в пекло, тем самым усилить свой доминион за счёт энергии их душ. Но это происходит не так чтобы часто. Во-первых, чтобы справиться с таким заданием, отправлять следует кого-то не слабее офицера Ада, а такие кадры на дороге не валяются. Во-вторых, из десятка вылазок успешно пройдет одна или две, обычно Хозяин Лимба или его приближенные быстро показывают непрошенным гостям «кто тут главный». Из всего вышеизложенного следует, что бесы тут с разрешения местного органа власти, причем высшей инстанции. А вызвать кого-то помощнее у демонессы просто не хватило силенок. Кстати говоря, сейчас мой резерв был заполнен до отказа, восстановление энергии в этом месте происходило раза в полтора быстрее чем в мире смертных, скорее всего из-за непосредственной близости этого плана бытия к плану преисподней. И если мой резерв всегда со мной, то Лилит приходится перекачивать энергию в свой сосуд, через тело которое находится в Аду. Я даже возблагодарил Господа, что демоны не могут покинуть пекло, ибо тогда мне точно крышка.

– Так, «Подруга дней моих суровых», план такой: я убираю косу и выпускаю когти, с бесами думаю проблем не возникнет, твоей задачей будет охрана моей тушки от духовных сущностей. По возможности, не убивай никого из них. Если на нас до сих пор не напал никто посерьезнее обычного бестелесного, значит старина Понтий сохраняет некий нейтралитет, предоставляя двум демонам в лице нас с Лилит разобраться со своими делами в его песочнице, просто не стоит его злить.

– Поняла, – коротко отозвалась Саяна, при этом нервно потеребив свой браслет.

Я хмыкнул глядя на всю ее серьезность и мысленным усилием заставил косу вернуться на предплечье. Ей конечно можно сражаться, она даже будет намного эффективнее моих когтей, но помня слова Азраила, прибегать к помощи проклятого артефакта хотелось меньше всего на свете. Уже привычно с кончиков пальцев полезли крючковатые когти, а во рту появился привкус крови из-за прорезавшихся клыков. В глазах появилось жжение, на душе стало необычайно легко. Все лишние мысли и чувства разом испарились, осталась только жажда крови и убийства и глубоко по барабану, кто станет моей жертвой. Как только Коса пропала, следующие за нами призраки активизировались, некоторые даже попытались напасть, но браслет Саяны работал безотказно, и хоть боялись они его заметно меньше косы, пока этого хватало. Я мог бы и сам разобраться с бестелесными, в теле Демона мне до лампочки есть у противника тушка или нет, проглотить пару душ и они сами отстанут, но напав на паству Владыки Лимба я рискую сильно подпортить с ним отношения.

«Пыточные» бесы представляли собой плод пылкой любви бабуина с козлом. Самая высокая особь была всего «метр с кепкой». Козлиные рожи, горящие глаза, пара витых рог на голове, густая ядовито-красная шерсть, трехпалые руки с длинными прямыми когтями и ноги, с коленным суставом вывернутым в обратную сторону, оканчивающиеся бычьими копытами. Со стороны, если не знать что это в общем-то безобидные твари, агрессивно-уродливый вид придает им некой брутальности, заставляет бояться, а видя вооружение, представляющее собой предметы из арсенала пыточных камер, незнающий может вообще впасть в истерику, что собственно и происходит с большинством грешников.

Толпа бесов приблизилась на расстояние метров десяти, всего я насчитал пятнадцать особей. Из оружия в большинстве случаев ржавые ножи для свежевания и шипастые цепи. У пары бесов, должно быть кого-то типа начальников смены, заметил раскалённые стальные пруты длиной сантиметров в семьдесят.

Тупые создания… могут лишь исполнять приказы хозяина, порой складывается впечатление, что сами не имеют ни чувств ни тем более мозгов. Иначе как объяснить что вид лорда-демона, пусть и частично трансформированного не вызвал на их мордах ни капли эмоций. Когда расстояние сократилось до пары метров, впереди идущий уродец запустил в мою сторону шипастую цепь. Я заметил сей маневр ещё на стадии замаха, поэтому просто и без затей отошёл вбок пропуская цепь слева от себя. Когда натяжение цепи достигло пика, а наконечник в виде такого же утыканного корявыми шипами шара упал на землю, схватил цепь и дёрнул на себя. Иглы сразу же впились в ладонь, почувствовалась кратковременная вспышка боли, но мне было плевать, не ожидавший ничего подобного бес оторвался от земли и сейчас направлялся прямиком в мои лапы, не удосужившись даже выпустить из рук свое оружие. Росчерк пятерни когтей разорвал плоть противника словно фольгу, брызнула кровь, а по округе разнёсся противный свинячий визг. По приземлении тушка беса была распорота от горла до паха, бычьи копыта несколько раз дернулись в судороге и затихли.

С момента начала драки прошло не более пары секунд и смерть собрата казалось, никак не расстроила толпу врагов, перед моим лицом мелькнул кривой ржавый нож и если бы не замедление, я бы точно лишился своего изящного, ценимого мной носа. Дальше подоспели собратья беса, пришлось ещё немного притормозить время. Взмах – когти чувствуют небольшое сопротивление и через секунду из разорванной глотки врага бьёт фонтан крови. Мысленное желание: обратная трансформация руки проходит в считанные секунды, а мне в лицо уже движется стальной прут с раскаленным добела наконечником. Уворот вправо, я припал на колено и резко поднялся, нанося удар кулаком, снизу вверх в подбородок. Голова противника с хрустом запрокинулась назад, а его самого подбросило вверх на метр. Были и негативные последствия сего маневра, я знатно отсушил руку, но завладел оружием противника. Резкий выпад вперёд и тычок острым наконечником прута в следующего врага. Запахло палёной шерстью и горелым мясом, поле брани снова огласил нечеловеческий визг, бес нанизался на штырь как шашлык. Рывок, практически мертвое тело падает, пытаясь руками запихнуть вывалившиеся кишки обратно, а я заношу свое оружие уже над следующим противником. Свист воздуха, смачный «чавк», голова беса разлетелась как гнилое яблоко, оросив смесью крови, костей и мозгов ближайших соратников.

Бесы гибли снова и снова, кто-то от когтей, истекая кровью, кто-то от травм и переломов нанесенных штырем. Благодаря более быстрому восполнению энергии, мой резерв не опустел даже на треть. Противники не успевали даже реагировать. Снова выпад, удар ногой в коленный сустав, бес начал заваливаться на колено, одновременно с этим открывая рот чтобы огласить округу новой порцией противного визга. Быстро приближаюсь, хватая за верхнюю часть пасти и запрокидываю его голову вверх, другой рукой загоняя штырь ему прямо в глотку. Визг не успев начаться превратился в хрип, давлю на штырь всем весом, засаживая горячее железо в рот врага по самую рукоять. Затем ударом ноги отправляю полумертвое тело беса в недолгий полет, так и оставив оружие в нем.

В ход снова пошли когти, резерв опустел наполовину. Наверное со стороны, я представляю собой размазанный силуэт за которым следует шлейф крови и кишок – жуткое зрелище. Удар – фонтан крови, труп, ещё удар и ещё. Я даже не пытался поглощать души… да и нет их у бесов. Это просто кусок мяса, под завязку накачанный энергией пекла, оживленный простеньким заклинанием и наделённый псевдо-сознанием.

Внезапно враги закончились, как-то резко стало некого убивать. Я чувствовал себя чертовой кровавой мельницей – механизмом смерти. В диаметре десяти метров от меня все пространство было покрыто кровью и тем, что осталось от бесов. И хоть драка закончилась не успев начаться, внутри меня все горело, сейчас я как никогда был близок к тому чтобы совершить ошибку… поддаться чувству ярости и жажде смерти – начать убивать души Лимба. Я запрокинул голову, хотелось смеяться, хохотать и я не стал себя сдерживать… зачем? Мой демонический хохот заставил близлежащих призраков отступить и дёрнуть в разные стороны. Саяна закрыла уши руками и упала на колени, начав трясти головой словно игрушечный болванчик. Перед глазами вспыхнула сцена как я поглощаю душу девушки, изо рта выступила кровавая слюна в предвкушении удовольствия.

Шаг, другой, беззащитная душа даже не сопротивляется, стоит только протянуть руку и она моя. Только что-то не даёт подойти, мешает… досадная помеха на задворках сознания. С каждым шагом, с каждой секундой создавая впечатление какой-то неправильности, как будто так не должно быть. Пытаюсь отогнать ненужные мысли, но они снова и снова упорно лезут в голову.

– Н-нельзя… с-стоять… н-нет неп. правильно.

«Почему нельзя? Я демон, я должен жрать души».

– Н-неп. ра. виль. но.

Каждое следующее мгновение делать шаги становится все сложнее и сложнее, сжимаю и разжимаю кулаки, то и дело дырявя собственную ладонь когтями. На лбу выступил пот, в глазах темнеет, окружающее пространство размазывается, теряет четкость, в глазах начинает двоиться.

– Нам нельзя…

«Черт почему нельзя. Кто такие мы?»

А-а-а-а-а твою м-а-а-а-а-ть! Как же раскалывается голова. Словно сотня стальных спиц пронизывает мозг. Чувствую влагу на своем лице. Провожу рукой по щеке. Твою мать, кровь, почему у меня из глаз и носа течет кровь. Ещё шаг к такой желанной жертве, сил не осталось, то что мешает сделать задуманное, с каждой секундой становится сильнее. Больше не могу, сопротивляясь, внутри словно волна поднимается чужая воля… или моя? Черт… ненавижу… того? Себя?

Ноги подкашиваются, падаю на колени не дойдя до жертвы всего полшага, кажется можно протянуть руку и сомкнуть когти на ее шее. Но сил сопротивляться больше нет, глаза окончательно застилает белая пелена, а в голове разрывается сверхновая.

…

– Ахренеть, ф-у-ух… даже без святой воды! Я даже круче вареного яйца… черт, да у меня самого яйца из стали.

Однако несмотря на всю мою «крутотень», задачка подняться с колен оказалась трудновыполнимой, если не сказать больше.

– Ты точно псих… хренов шизофреник!!! – послышалось где-то подле меня.

Кое-как разлепив глаза и подняв голову, я увидел сначала размытое пространство наполненное хороводом каких-то силуэтов. Спустя секунду или две, взор приобрел резкость и четкость, «хоровод» собрался в лицо Саяны перед моим носом.

– Псих конечно слишком сильно, скажем так, немного не в себе.

Девушка обвела взглядом устроенное мной побоище.

– Ну да, ну да: «Сказал маньяк застегивая ширинку», – глубокомысленно заметила Милз.

– Ну что ты начинаешь, будто впервые увидела меня в подобном виде… Вот такой вот я нехороший, к тому же я только что спас все наше предприятие, а то что устроил в процессе кровавую баню… ну тут уж остаётся только понять и простить, можешь считать это чем-то вроде побочного ущерба.

– Да плевать мне на этих уродцев… к черту… ты свои глаза видел? Ты меня чуть не прикончил Чертов засранец, если бы у меня билось сердце, все… инфаркт обеспечен!

Я потер переносицу.

– Ну не прикончил же, все живы и вполне счастливы!

Саяна посмотрела на трупы, потом снова на меня… на трупы, на меня, наклонила голову вправо.

– Точно псих, причем такой… высшей пробы, как ты вообще дожил до сегодняшнего дня и не вырезал половину города.

Я хмыкнул.

– Котики!

Глава 26

Где-то в течение получаса мы топали по «красной пустыне» в полной тишине. Примечательно что бестелесных за нами увязалось заметно меньше, чем в самом начале путешествия. Однако, мой минутный срыв, кто бы мог подумать, принес некоторую пользу. Души даже не пытались нападать, были несколько попыток, должно быть самых отморозей среди них, но хватило одного браслета Милз. Косу я даже доставать не стал. Во-первых потому что когда она у меня в руках, моя крыша очень быстро начинает отъезжать, я начинаю видеть то, что предназначено только для глаз жнецов. Нити связи, грехи и откровенно говоря, это сильно пугает, очень хочется опробовать оружие, прямо-таки руки чешутся и каждый раз сдерживаться становится все труднее и труднее. Во-вторых… а фиг его знает, наверное просто лень таскать лишний груз.

Между прочим ещё я заметил, что мнимая близость башни лишь иллюзия. За те полчаса что мы топтали песок, она ни капли не приблизилась, что совсем не добавляло настроения, ибо как ни крути, а прогулки по мрачному, враждебному измерению духов никак не входят в ТОП – пять моих увлечений.

– Интересно как там наши.

Хочется надеяться, что все с ними нормально. Светопреставление устроенное Семёном я запомню надолго, даже не думал, что он способен на что-то подобное.

– С каких это пор, тебя интересует что-то, кроме собственного здоровья и благополучия? – после секундного молчания, девушка все же решила поддержать разговор.

– А что такого? Может я раскаялся, признал все прошлые ошибки и стал праведником!

Саяна хмыкнула.

– Это когда это? Час назад? Вот я сейчас ни капли не удивлюсь если с неба, или что тут вместо него, сорвётся здоровенная молния и угодит тебе прямиком в задницу!

Я изобразил страдальческое лицо.

– Никто меня не любит… вот даже ты норовишь обидеть бедного демона.

– Трех тысячелетнего демона, – поспешила заметить Милз. – Кстати, я тут пораскинула мозгами, – Саяна скосила взгляд на меня – в переносном смысле. Получается, владыке Лимба около двух тысяч лет, плюс-минус годов пятьдесят, ты старше аж на целую тысячу, не значит ли это что в истинной форме ты сильнее?

Я аж поперхнулся.

– Однозначно нет! Более того, хоть Адские Лорды этого никогда не признают, но боюсь, по силе с ним вряд ли кто-то из них сравнится, разве что сам Люций сильнее, но и он если будет драка, выхватит как «тот ёжик». Просто каждый демон черпает силу из своего доминиона, чем больше энергии душ в нем оседает, тем могущественнее Лорд. Создавая любое существо, будь то обычный бес, офицер или Адский Генерал демон вкладывает в него часть своей силы. Здесь же все не так. Ты заметила, что здесь нет совсем уж слетевших с катушек душ?

Милз оглянулась.

– Ну мне показалось это странным, скажем так, это был второй вопрос на повестке дня.

– Во-о-от! – я даже палец задрал вверх. – Держу пари, Понтий научился питаться душами, как ни крути, а приток «свежего мяса» здесь постоянный. Стоит также учитывать, что он попал сюда первым, кто знает какие тайны Лимба открылись ему за две с лишним тысячи лет. Короче он здесь царь и бог, я даже примерно представить не могу мощь сконцентрированную в его руках. За пределами этого измерения возможно я и смог бы в лучшие годы что-то противопоставить, но здесь – однозначно нет.

Полученную информацию девушка переваривала минут пять, потом снова заговорила.

– Вот ты говоришь: «Сила Демона зависит от его доминиона», – от чего зависит тогда твоя? По большому счету замка в пекле у тебя больше нет, или есть?

Я улыбнулся, когда-то и меня волновал подобный вопрос и я много времени убил на его изучение.

– Ну я, как бы тебе сказать, не совсем демон… да, у меня есть возможность перекинуться в страшное чучело из фильма ужасов, есть некоторые способности, но и только… до истинного могущества Адского Лорда мне как до луны пешком. А все потому, что став человеком я получил и некоторые недостатки смертных… ну или достоинства, тут уж как посмотреть. У меня есть резерв, как у обычного иного, и энергия которая в нем собирается это все, что мне доступно. Не густо конечно, но лучше чем ничего.

Саяна выставила обе руки в мою сторону.

– Стоп, стоп… то есть получается, что демон или ангел попавший в мир смертных по умолчанию слабее тебя, так как не имеет связи со своим источником энергии??? Но это же бред.

М-да, какого-то подобного вопроса я и ожидал. Хотелось чтобы все было именно так, однако реальность куда прозаичнее.

– Нет, здесь ты не права… дело в том, что я попал к смертным, мягко сказать, нестандартным образом, проще говоря, сам стал смертным и получил возможности иного, сильного иного по земным меркам но и только. Демон же всегда имеет доступ к своему доминиону, а ангел или архангел к благодати, связь никогда не прервется, даже находись они на другом плане. Да и сама энергия планов постоянно просачивается друг к другу и мой резерв прямое тому подтверждение, так как я использую исключительно Адскую, и чем ближе планы расположены, тем быстрее происходит процесс.

В этот раз Милз замолчала минут на десять, я уж было подумал что остаток пути пройдет в полном безмолвии.

– Как-то все это слишком сложно, запутанно.

Я снова взглянул на Саяну.

– Ну это уже вопрос не ко мне, а к самому большому босу, – при этом, выставил указательный палец и тыкнул вверх. – Мы, то есть и ангелы и демоны, и смертные, и иные, лишь пользуемся тем что нам дали, и не в силах что-то изменить, мы просто продукт фантазии Всевышнего, не более, и если все устроено именно так, значит это истина, по-другому быть просто не может… это одновременно сложно и легко. Сложно потому, что в мироздании столько всевозможных законов и столько всего по-накручено… а легко из-за того, что понимать эти законы, и вообще лезть во все это не хрен, просто незачем. «Работать» как-то иначе, этот мир ты все равно не заставишь.

Девушка замолчала, остаток пути мы проделали в тишине. Наконец башня начала понемногу приближаться. Чем ближе к ней мы подходили, тем сильнее в душе разрасталась тревога. С одной стороны, хотелось развернуться на сто восемьдесят градусов, наплевать на все и покинуть это гиблое место. Но с другой, до чёртиков надоело бегать, хочется уже какого-то спокойствия, уверенности, что в следующую минуту тебя не схватит какая-нибудь тварь. Просто жить не боясь оглядываться.

– Ех-у-х-у, – печально изрекла Саяна. – Аж мурашки по спине.

Вблизи обиталище хозяина Лимба выглядело ещё грандиознее. Огромная скала, кажется собранная из тысяч и тысяч застывших в муках и превратившихся в черный, с отливом камень, лиц людей. Причем архитектор, явно переборщил с реализмом. В кромешной тишине казалось, вот-вот из раскрытых ртов неподвижных силуэтов раздастся вопль боли и отчаяния. Я зябко поежился, держу пари, это нечто большее чем просто чертог спятившей души. Моя интуиция обеспокоенно заворочалась где-то на задворках сознания, а ей я привык верить как самому себе. Да и вообще, в таком месте как это, по определению не может случиться ничего хорошего.

– И где здесь проход внутрь?

Обследуя поверхность скалы заговорила бывший серебряник.

– Строго говоря, душам-то и не особо нужны двери… может они тут не предусмотрены как класс.

Саяна посмотрела в мою сторону.

– А вот нифига… нельзя пройти сквозь поверхность скалы, что-то не пускает.

Я успел только открыть рот чтобы озвучить ещё несколько догадок, когда несколько десятков каменных лиц находящихся прямо перед нами, пришли в движение. Внезапно в их глазах зажегся зелёный огонь, в тишине измерения духов раздался жуткий скрежет. Силуэты застывших душ словно огромный пазл начали перемещаться относительно друг друга. От такой картины я инстинктивно попятился назад и даже несколько раз успел пожалеть о затее прийти сюда. Так продолжалось минут десять, все это время мы с Милз стояли как придурки, уставившись немигающим взглядом на происходящее, не в силах вымолвить даже слово.

Апогеем сего действа стал открывшийся проход метра два в высоту и полтора в ширину, выполненный как переплетение человеческих рук, ног и других частей тел. В некоторых местах также торчали каменные головы людей, с застывшими на лицах гримасами муки и вселенской печали. Их глаза горели ярко-красным цветом выполняя роль своеобразных осветительных приборов, отчего становилось ещё больше не по себе. Саяна посмотрела на меня, я на нее… идти туда не хотелось, от слова совсем, но других вариантов все равно нет. Осторожно ступил внутрь прохода, зажмурился, как будто в этот момент должно произойти что-то из ряда вон. Однако вопреки всем ожиданиям, тишина прохода ничем не нарушилась.

– Жутковато здесь, даже для меня, – осматриваясь по сторонам изрекла Саяна.

– Никогда не видела ничего подобного, ещё эти лица, такое ощущение словно они живые, так четко передать все очертания и чувства не сможет ни один мастер, по крайней мере смертный.

Указательный палец без моего участия потянулся к переносице.

– Думаю, не все так просто с этой башней, и ещё подозреваю, что лучше вовсе не знать ее секретов.

Как только последние слова были произнесены, внезапно тоннель начал движение в обратном порядке. Спустя уже пару секунд от входа не осталось и следа, жуткий пазл из окаменевших тел споро начал «заполнять» все свободное пространство.

– Думаю… хм, – я прочистил горло, голос предательски дал петуха – Думаю нас настойчиво просят пройти дальше, причем со всей скоростью на которую мы способны.

Милз оторвала взгляд от движущихся, окаменелых конечностей и перевела взгляд в мою сторону.

– Тогда не стоит заставлять здешних хозяев ждать, БЕЖИМ К ЧЕРТУ ОТСЮДА.

Ее силуэт начал расплываться, растворяясь в пространстве, однако через один удар сердца снова принял человеческую форму.

– У-у-п-с!

Голос бывшего серебряника задрожал, а в глазах появились намеки на истерику.

– Я-я… не могу, что-то не даёт мне…

Кто и чего ей там не даёт, мне выслушивать хотелось меньше всего на свете.

– Потом будешь думать и решать свои «приведеньческие» проблемы, сейчас ноги в руки и ходу, прямо как в старые добрые времена.

Послушала Милз меня или нет, я уже не видел, потому что со всей скоростью на которую был способен бежал по тоннелю не разбирая дороги. Вскоре мимо меня прошуршала Саяна, оставляя за собой шлейф призрачного, полупрозрачного тумана. Задев мое мужское достоинство, заставив ещё сильнее напрячь булки и быстрее шевелить «помидорами». Уже через пару минут такого марафона мои ноги ощущались переваренными сардельками, в лёгких горел натуральный огонь. Слава Создателю и всем существующим и не очень богам, впереди, метрах в пятистах появились очертания выхода в какую-то пещеру. Тем временем, тоннель «складывался» все быстрее, буквально за спиной можно было расслышать скрежет камня, стоит чуть-чуть зазеваться или споткнуться, навсегда станешь частью жуткой башни. Такие мысли и запах подгорающей пятой точки придали сил, открылось второе дыхание, плюс я ещё немного притормозил время, экономя каждую крупицу энергии, справедливо опасаясь предстоящих испытаний, где без способностей могу просто не выжить.

Саяна ожидаемо оказалась в безопасности раньше чем я, и сейчас с ужасом смотрела мне за спину. Я предпочел не оборачиваться вовсе, до предела сконцентрировавшись на последнем отрезке пути. Однако выбоину прямо перед самым входом всё-таки пропустил, угодив в нее точнехонько правой пяткой. В результате этого, в проход моя тушка влетела практически по супер-геройски – выставив вперёд руки и матерясь как заправский конюх.

Последние сантиметры прохода со скрежетом сомкнулись, образовав после себя такой же жутковатый монолит как и снаружи. Я встал, пытаясь отдышаться и потирая ушибленные места.

– Нет точно, когда вернусь, начну заниматься бегом по пересечённой местности.

Язвительного комментария от моей попутчицы, как это ни странно, не последовало. Только сейчас я заметил что девушка стояла по стойке смирно, боясь даже пошевелиться, широко распахнув глаза, открывая и закрывая рот словно выброшенный на берег окунь.

Обернувшись я был готов к чему угодно, но не к тому что увидел. На постаменте, прямо посреди пещеры, которая к слову была огромной, восседал сухенький старичок, примерно метр шестьдесят роста, лысый, в полном римском доспехе и с ржавым гладиусом в ножнах. Как на это реагировать мне было неведомо, поэтому также как и Саяна я застыл с открытым ртом, вперив взгляд в это чудо. Тем временем старичок оторвался от одному ему понятного занятия, разглядывания чего-то на потолке и обратил внимание на нас.

– К..то, – его фигура моментально пропала и появилась позади меня – здесь?

Я не успел даже повернуться, не то что начать говорить, как Понтий снова пропал и появился в противоположном конце пещеры.

– Мы никого… – снова моментальное перемещение и он за спиной Саяны – не ждали.

Девушка от неожиданности подпрыгнула и взвизгнула так, что у меня заложило уши. Только старичок не обратил на это никакого внимания, продолжая «скакать» по помещению с невообразимой скоростью.

– Или звали…

Скачок.

– Мы не помним.

Понтий уставился на меня, словно я знаю все тайны мира.

– А-к-х… э-м-м-м.

Не зная что ему ответить, я просто пожал плечами и развел руки в стороны.

– Он тоже не знает…

Скачок.

– И она не знает…

Наконец вся эта чехарда прекратилась, Пилат появился в паре сантиметров от моего лица, я инстинктивно отшатнулся снова споткнувшись и упав на пятую точу.

– Я никого не звал… они никого не звали… кто ты? Мы нервничаем, мы не любим гостей, особенно которых они не звали.

Хозяин Лимба ткнул крючковатым пальцем в мою сторону. В этот же момент мое тело словно зажало тисками, подняло вверх и припечатало к дальней стене пещеры. Скосив взгляд в сторону, я увидел что у Саяны дела обстоят также не лучшим образом, как и я, она болталась в воздухе у противоположной стены. Понтий ещё раз пропал и снова оказался перед моим лицом.

– Отвечай, отвечай, отвеча-а-а-ай… кто тебя позвал… ты нам не нравишься… они хотят тебя убить, убить, убить.

При этом из его рта вниз по подбородку стекла тягучая струйка слюны. Я скривился от отвращения. Ещё через миг мое тело швырнуло метров на десять вперёд и с силой впечатало в каменный пол. Хрустнули кости, во рту появился солоноватый привкус крови. Собрав все силы что оставались, кряхтя как старый дед, мне удалось подняться на колени.

– Твою мать… СТОЙ, – я выставил обе руки вперёд. – Дай объяснить.

Пилат замер прямо в воздухе, на расстоянии всего в пару метров от меня.

– Я пришел помочь тебе, – черт, в голову кроме этой высокопарной хрени совершенно ничего не лезет, остаётся надеяться что вконец съехавший владыка Лимба клюнет на эту чушь. – В твоём царстве ещё один непрошеный гость, я пришел за ним… э-э-э-м, точнее за ней!

– Гости, гости, гости, г-о-о-о-о-с-с-т-и… ещё г-о-о-о-ости, – дедок снова растворился в воздухе, начав кружить по пещере с удвоенной скоростью. – Много-много пищи, ещё больше еды… они довольны, им нравится когда много еды.

Старикан появился возле стены и погладил одну из каменных голов, с перекошенным в ужасе лицом.

– Новые люди станут частью нас, а я нет… я нет… буду тут… с вами, смотреть на вас…… править Римом.

Твою ж мать, это надо было так вляпаться. Тронувшийся умом дух, обладающий невообразимым могуществом. И что я могу противопоставить? Одним словом ничего, разве что…

Мое тело вновь оторвало от земли, подбросило на пару метров вверх и опустило на тоже место. Кости снова хрустнули, все тело прострелило болью, я закашлялся, с каждым выдохом выплевывая сгустки крови. Тем временем старикан появился подле меня, потыкал мое тело ногой и зашелся истерическим хохотом.

– Д-да… а… молодец… нет мы все молодец… скоро, скоро, скоро я, мы и она будем править Римом.

Где-то позади меня раздались шаги, и судя по стуку шпилек, совсем не мужские. Ещё через пару секунд послышался до боли знакомый, женский голос.

– Бр-а-а-а-во мой герой, я нисколько в тебе не сомневалась, я твоя навеки, как только ты отдашь этого злодея мне.

Понтий от такой речи видимо растерял последние крохи здравого смысла и сейчас стал похож на верную ручную собачку, кружа подле демонессы разве что не высунув язык… н-нет, высунув.

Там временем Лилит приблизилась к моей тушке, мимоходом погладив Пилата по лысой голове ладонью, от чего его губы растянулись в блаженной улыбке, а слюна изо рта потекла в удвоенном объеме.

– Мужчины такие предсказуемые… во всех мирах одинаковые, стоит показать голую грудь мозги отключаются окончательно и на первый план выходит то что между ног, а не то что в голове… примитив!

Я попытался подняться, тело вновь наградило меня приступом острой боли.

– К-хм… тебе бы в психиатры с такими знаниями, а не доминионом править.

Моя шутка видимо никак не задела Лилит, она подошла ещё ближе и склонилась над моим лицом.

– Смейся пока можешь… скоро ты будешь в моем замке как простой грешник и уж поверь, VIP апартаменты для тебя давно готовы, – демонесса подняла голову на все также тщетно сопротивляющуюся Саяну. – И подружку твою прихватим с собой за компанию.

Из-за спины демонессы выглянула голова невменяемого владыки лимба.

– Вместе, вместе, вместе… скоро мы все будем вместе… когда?

Пилат скосил глаза на демонессу, Лилит улыбнулась и снова провела ладонью по его лысине.

– Скоро, очень скоро любовь моя, убей его и я твоя!

«Вот хрень», – только и успел подумать я, как старый болван вновь ткнул корявкой в мою сторону. Дальше пещеру огласил мой вопль боли, хрустнули кости, из груди вылезла пара сломанных ребер, суставы вывернулись в противоположные стороны, а внутренности, казалось, просто взорвались, превратившись в фарш.

Я чувствовал каждой клеткой как тело превращается в месиво… кровавое, отвратное месиво и совершенно ничего не мог поделать. Где-то в глубине сознания разгорелась искра ярости, через миг превратившись в целый пожар. Я был зол… был в ярости на старого ублюдка потому что сейчас он убивает меня, на Саяну, потому что уговорила прийти сюда, на Лилит, потому что все произошло по ее вине и больше всего на себя, потому что позволил этому всему случиться. Не сделал ничего чтобы предотвратить этот кошмар, попытался убежать, забиться в темный угол… просто спрятаться, надеясь, что все разрешиться как-нибудь само. И теперь, все последствия исключительно моя вина, мой отец умер по моей вине, сам сейчас сдохну потому что виноват я. Так что я теряю? Свою жизнь? Душу? Свободу? Да и плевать? Я готов расстаться со всем этим лишь бы увидеть лицо старой суки, когда всем ее планом можно будет подтереться.

Плечо обдало могильным холодом, в один миг вся боль исчезла. Даже сам не понял как оказался на ногах, нос к носу с Лилит. О-о-о-о-о да, именно такую реакцию я мечтал увидеть. Демонесса отшатнулась от меня словно от прокаженного, ее удивлённое и перекошенное от злости лицо однозначно стоило всего того, чего я лишусь сегодня.

Взмах косы – вдоль тела Лилит пролегла багровая полоса, продолжившись шлейфом из крови. Ещё один взмах: рука демонессы начавшая формировать какое-то заклинание, летит в сторону. И в заключение, бью по нити связи ее сосуда с душой одержимой. Краем уха слышу паническое: «Не-е-е-е-е-т». Тело Лилит валится на каменный пол и пару раз дернув ногами затихает. От мертвого тела отделяется шар серого цвета и устремляется в стену пещеры, впитавшись в нее без остатка. Все это замечаю боковым зрением готовясь к атаке Владыки Лимба. Теперь я знаю чего ты боишься трухлявый пень и у меня есть средство для таких как ты.

После смерти демонессы старик окончательно спятил, завыл раненым волком, как будто у него отняли смысл жизни. Пилат скачет ещё быстрее, пытаясь запутать меня, только теперь я вижу многочисленные линии связи идущие от башни прямиком к его духу, и точно знаю где, в следующую секунду, он появится. Смещаюсь вправо уходя от багрового полумесяца разрезавшего пол в том месте где я только что стоял, словно масло. Удар – половина нитей рвется, старик воет от боли и снова пропадает. А мне и не нужно его видеть, делаю рывок к самому большому скоплению нитей… удар – новая порция визга боли закладывает уши. Боже, как я раньше жил без этого… Без такого чувства безграничной силы. Удар – ещё несколько нитей падают мне под ноги, тая словно мороженое на жаре. Чувствую себя всемогущим вершителем судеб, за росчерками косы не успевает зрение, каждый взмах минус одна нить связи… удар… удар… удар – пока не опадает последняя. Владыка Лимба обессиленный падает на пол устремляя в мою сторону полный ненависти, безумный взгляд, под его ногами с шипением открывается окно в пекло выпуская в пещеру огромного Адского пса. Рывок монстра сродни молнии, невозможно увидеть… через один удар сердца клыки жуткого чудовища смыкаются на теле Пилата, перехватив его поперек торса и ещё через секунду оба скрываются в портале. Туда тебе и дорога старый маразматик.

В следующий миг стою посреди клубящегося серого тумана, сквозь него проступают очертания молодого человека в костюме тройке, всматриваюсь в улыбающееся лицо Азраэля.

– Здравствуй брат, – говорю ухмыляясь.

– Добро пожаловать в мой мир брат, – произносит он выдержав секундную паузу. – А игра становится все интереснее, не правда ли?

Ухмыляюсь потирая переносицу.

– Х-е-х… от судьбы не уйдешь да? – бросаю взгляд на косу, странно вроде бы все плохо, но на душе почему-то спокойно и радостно, хочется улыбаться. – Что ж, если так, записывай меня в штат…

Эпилог

После того как владыку Лимба утащили в Ад, магия удерживающая Саяну пропала, девушка вновь смогла двигаться. Произошедшее никак не могло уложиться в ее голове. Она точно видела как душа Сергея покинула израненное тело и бросилась в драку, ему понадобилась всего пара минут чтобы расправиться со своими противниками. Милз не верила собственным глазам, такой силы она не видела никогда в жизни, да и после смерти не приходилось.

Когда все было кончено, Сергей, а Сергей ли, просто распался серым туманом не оставив даже намека на свое присутствие. Бывший серебряник, приготовилась к расплате за проваленный контракт с Дианной, однако шли минуты, а адский пёс все ещё не появлялся, окно в Ад не открывалось и ее никто не тащил в котел с кипящим маслом. Тогда-то девушка решила приблизиться к мёртвому телу Сергея, каково же было ее удивление, когда она заметила дыхание. Его сердце билось, не сильно, с перерывами, но билось, он был жив, а значит – не все потеряно.

От стен пещеры отделились черные нити и словно змеи поползли в сторону Сергея. Даже не думая о последствиях Саяна использовала свою единственную способность, дающую временную плоть и приложив все силы потащила раненое тело. Все равно куда, не чувствуя ни направления ни конечной цели, лишь бы подальше от чертовых нитей. Шло время, отпущенные ей минуты просыпались как песок сквозь пальцы, Саяна практически отчаялась и смирилась с будущим, которое ей скорее всего придется провести в пекле.

Внезапно в центре пещеры, где совсем недавно сидел Пилат образовалось, светящееся белым светом, окно портала. Ещё секунду спустя оттуда показалась Ариэль.

– Твою мать, какого хе…

Вопрос застрял у нее в горле, как только взгляд упал на изуродованное тело Сергея. Девушка схватилась за голову начиная впадать в истерику.

– БЫСТРО!!! ОН ЕЩЕ ЖИВОЙ, СРОЧНО НУЖНА ПОМОЩЬ.

Ари вмиг взяла себя в руки и сорвалась с места на помощь Милз. Ещё минута и они оба скрылись в окне портала.

Саяна улыбалась, по щекам текли слезы, ее переполняла радость от того, что есть ещё шанс выполнить договор и хоть вскоре придет расплата за способность, в виде океана боли, именно в этот момент она была счастлива.

Изображения для обложки взяты с бесплатного стока https://pixabay.com/ru/