Глава 1. Третье правило попаданцев

– Безмозглая корова! Что ты наделала?!

Поверьте, это было не самое обидное слово, применявшееся ко мне за последний месяц учёбы. И не первая демонстрация того, что даже выскочки с кучей денег и аристократической кровью могут быть лишены банальной учтивости, хотя при старших строят из себя скромниц.

Я с сожалением оглядела пятно на рубашке. Оно было дерзкого синего цвета, прямо как мои волосы, подкрашенные прямо перед попаданием в волшебный мир. В Академии Цезариуса все адепты и преподаватели проходили через Лунную Арку в жилом крыле, которая замедляла как старение, так и любые другие физические изменения. Правда, работала она только на магах – обычные люди сгорали заживо. Потому маги и жили дольше неодарённых. Но и работали на империю они после обязательные тридцать лет вместо стандартных десяти.

– Ха-ха, очень смешно, – без смеха сказала я, подняв, наконец, взгляд, на Мелиссу Шайнингскотт, которую я про себя просто звала скотиной. Она была дочерью какой-то важной шишки в местном Сенате и бессовестно пользовалась тем, что её отец спонсирует академию. – Ты понимаешь, что тебе придётся готовить новое зелье? Потому что ты, дура, решила вылить на меня это?

– Ты как со мной разговариваешь?! – возмутилась Мелисса, своим криком привлекая внимание всех в лаборатории. – Это ты не смотрела, куда идёшь, и испортила мою работу. Ты отдашь мне своё зелье!

– Я? – ткнула в себя пальцем. – И не подумаю. Кроме того, неужели ты думаешь, что какая-то попаданка приготовила зелье, достойное умений леди Шайнингскотт? – Я не дала ей ответить. – Вот и я так не думаю. Так что я, если ты позволишь, всё же пройду и отдам свою работу профессору, пока ты будешь исправлять последствия собственной тупости.

– Адептка Воронцова! – решил вмешаться профессор. – Сейчас же сдайте мне свою работу и отправляйтесь к ректору. Я доложу, что вы снова нарушаете дисциплину.

Разумеется, виновата я, а не Мелисса. Впрочем, мне стоит сказать спасибо хотя бы за то, что профессор Жабо услышал и увидел, что зелье моё, в то время как Мелиссино – на моей рубашке. И в таком виде к ректору тащиться…

– Ты бы хоть рубашку почистила, – хихикнула Мелисса. – Ах да, ты же с факультета убогих, тебя, наверное, ещё не научили? Как печально для тебя.

Она захихикала вместе со стайкой своих подружек. Я прикрыла глаза, легонько коснулась разумом огненного образа в своей голове и потянула от него маленький огонёк, тем самым заставив огонь под её котелком внезапно разгореться. Мелисса с визгом отвлеклась, а я с удовлетворённой улыбкой вышла из лаборатории.

К несчастью, она была права, я действительно не знала нужного заклинания. Занятия по бытовой магии входили в программу только факультета попаданцев, в то время как все остальные учащиеся едва ли не с детских штанишек знали, как с помощью магии решать все подобные проблемы. Наш преподаватель, славная, но рассеянная женщина, пока не научила нас, как избавлять вещи от грязи самостоятельно. На протяжении всего месяца с этим благополучно справлялась закреплённая за моей комнатой домовая, но жилое крыло и кабинет ректора совсем не по пути, а благодаря магической почте ректор уже знает, что я должна прийти к нему с минуты на минуту.

Я залезла в пространственный карман, вшитый в форменный пиджак, и достала оттуда галстук, который не любила носить. Повязав его так, чтобы прикрыть пятно, повернула и, не мешкая, дёрнула на себя дверь в кабинет ректора. Но та вдруг открылась куда быстрее, чем я была способна её открыть и в итоге ударила меня по носу, потому что ручку-то я отпустила, а отскочить не успела. Я тут же почувствовала, что из носа бежит кровь, и поспешила наехать на выходившего:

– Нельзя быть поосторожнее?! Тут живые люди, а не камни, ходят!

О своих словах я жалею сразу же: в дверях стоит широкоплечий красноволосый мужчина. И провались я под землю, потому что это Люк Этиньен из рода красных драконов и из категории самых завидных женихов Академии Цезариуса.

Глава 2. Странное поведение красного дракона

Люк Этиньен стоял у меня в голове первым в списке тех, с кем не стоит связываться ни при каких обстоятельствах! Его имя сообщали всем первокурсникам в гостиной факультета попаданцев в первый день учёбы – и ставили напротив него красный флажок. Флажище! Не только из-за шикарного цвета его волос и чешуи, но и из-за того, что Этиньен был племянником императора и входил в первую десятку наследников трона Подлунья.

Старшекурсник был не просто драконом, что уже само по себе плохо, а драконом в драконистом квадрате, обладателем власти в этом мире, помноженной на ещё кучу власти. А ещё, старосты говорят, он ни одной юбки не пропускает. И если та же Мелисса из-за своего высокого положения в обществе защищена, то я и другие попаданки не имеем никого, кроме самих себя.

– Простите, – я отступила, гнусаво пробормотав извинения. Нос болел, но сильнее болело сердце, пока я размышляла о том, в каком неухоженном виде пребываю: мало мне было синего зелья, теперь ещё и кровь!

Люк схватил меня за плечо и притянул ближе к себе. Настолько близко, что я грудью врезалась в его грудь. Это оказалось неприятно: температура мужчина была выше человеческой, кожа была грубой и жёсткой, как броня. Никак не забыть, что перед тобой не человек.

– Хэй! – возмутилась, но мужчина, не ослабив хватку, зажал мне свободной рукой нос. Пощипывание, а после лёгкая прохлада сказали мне о том, что Люк Этиньен расщедрился на целебное заклинание. Сказать, что я растерялась, – ничего не сказать.

– Спасибо, – поблагодарила, задрав голову, чтобы посмотреть ему в глаза. И взвизгнув от страха, отскочила, когда увидела, что они у него, как у ящерицы, карие с золотыми прожилками, вертикальными зрачками и мелкими чешуйками вокруг. Крылья его носа трепетали, а пугающий хищный взгляд смотрел определённо ниже моей шеи и выше живота.

– Э, кхм, – прокашлялась, – я, наверное, пойду… Меня там… это… ректор ждёт.

Я бочком, стараясь не задевать дракона, пыталась протиснуться в кабинет. И едва это сделала, грубо захлопнула дверь и выдохнула.

– Адептка Воронцова! – в приёмной ректора меня поприветствовал секретарь, умертвие Ричард. – А я уж думал, сегодня вас не встречу. Чай, кофе, шокомокку?

Отлепившись от двери, я с содроганием вспомнила тот жуткий взгляд Люка.

– Шокомокку. Послаще, пожалуйста, – попросила здешний аналог какао и, глубоко вздохнув, направилась к ректорскому столу в дальнем конце кабинета, за шкафами с книгами и артефактами.

Не успела я поздороваться, как лорд Этиньен, дядя Люка по отцу, поднял на меня голову и отчитал:

– Воронцова, третий раз за неделю!

– Я не виновата! – ну, раз начали без приветствий, так и продолжим.

– Вы не ругались на всю лабораторию с адепткой Шайнингскотт? – спросил ректор.

– Мелисса вылила на меня своё зелье, – ответила я.

– И вы не давали ей повода? – выуживал из меня информацию лорд Этиньен.

– Нет.

– Простите, адептка Воронцова, но я вам не верю. У адептки Шайнингскотт идеальная репутация, вы же и дня не можете обойтись без какого-нибудь скандала.

Я закатила глаза. У неё идеальная репутация, потому что она не из другого мира!

– И прежде чем вы добавите, что к вам придираются, напомню, что лишь вы одна из первокурсников то и дело попадаете в мой кабинет. А на вашем курсе и факультете в этом году двадцать адептов.

Из которых пятнадцать – парни, две тихони и две делают домашки для подружек Мелиссы.

– Вы понимаете, что я вынужден назначить вам отработку? – вкрадчиво произнёс ректор.

– Но, лорд Этиньен, я из-за них и так с трудом поспеваю за программой! – решила, что не стыдно и взмолиться, и подошла поближе к столу дракона.

И вдруг глаза мужчины из нормальных карих стали такими же, как у Люка, когда мы столкнулись в дверях. Он зажал рукой нос.

– Что с вашим запахом? – рыкнул ректор.

Глава 3. Встреча в подземелье

Большая жирная крыса пробежала по столу с ингредиентами, спрыгнула и скрылась за поворотом коридора. За ней мчал гигантский белый кот с лоснящейся шёрсткой. Оба раза мне пришлось отступать, чтобы освободить дорогу.

Старую лабораторию освещал огонь из камина и факелы, горящие на стенах. В шкафах висели защитные мантии и стояли сапоги – и именно оттуда и выскочила крыса, когда я полезла за специальной одеждой. Шкаф хотелось закрыть и никогда больше не открывать: крыс я, мягко говоря, боялась.

– На твоём месте я бы не пренебрегал защитой, – донёсся голос со стороны лестницы наружу. – Если только у тебя нет чешуи, которая защитит тебя от Чесоточного Озера.

За моей спиной, прислонившись к дверному косяку, стоял Люк Этиньен.

– А ты что здесь делаешь?! – удивлённо воскликнула я, всё-таки закрыв дверцу шкафа на случай, если из неё ещё что-нибудь вылезет.

Дракон вскинул бровь.

– Я должен перед тобой отчитываться? – спросил старшекурсник.

Прикусила губу. Ну, по сути, нет, он не должен. Но ведь и я тогда не обязана с ним разговаривать, правильно? Ректор не предупреждал, что здесь будет кто-то, помимо меня. Тем более,дракон .

Сквозняк из коридора донёс запах соли с Чесоточного Озера. Моя задача тут была на словах простая: добраться до подземного озера, собрать из его вод двадцать голубых ракушек и приготовить антидот от приворотного зелья. И всё это ночью. Почему ночью? Потому что днём мне надо присутствовать на занятиях и потому что к утру антидот должен быть на столе у ректора, чтобы тот скормил его своему племяннику.

Почему его делаю я? В качестве наказания за очередное нарушение порядка. Как я после доберусь в общагу, не столкнувшись с бродящими по академии мертвецами? Мои проблемы. Можно ли мне доверить добычу ингредиентов и приготовление зелья? Можно, потому что рецепт в подземной лаборатории есть, а антидот от приворотного так или иначе стоит в программе первого курса. Как сказал лорд Этиньен, в худшем случае зелье не сработает и я окажусь на грани исключения, в лучшем – сработает и мне простится очередная провинность. Денег с первого жалованья, выданного авансом в начале года, у меня уже не было, и если я вылечу из академии, то с ужасом думаю, как буду искать работу и перепоступать. Или возвращаться домой, потому что портал сюда и поступление в первый раз – за счёт империи, но вот обратный портал и вторая попытка поступить – за свой счёт. Если только ты в самом начале не решил отказаться от учёбы, тогда могли отправить обратно.

В таких обстоятельствах то, что причина моей отработки здесь, меня совсем не радовало. Как только не усугубить и без того плачевную ситуацию?

– Ты же с первого курса, да? – Люк Этиньен вдруг нарисовался прямо за мной и приподнял прядь моих волос. Я в ужасе уставилась на него, размышляя, насколько дурная идея спрятаться от дракона в шкафу.

– С факультета побродяжек? – мужчина погладил мою прохладную щёку, и та мгновенно нагрелась. В подземелье было не жарко, но, очевидно, дракону сырость и холодный воздух были нипочём.

Я молча попыталась его обойти, но он перекрыл мне дорогу с двух сторон. Его ладони упёрлись в дверцы шкафа и пробили их. С одной стороны, это было жутко, а с другой, увидев его недоумевающее лицо, я хрюкнула.

– Силушку не рассчитал? – так ещё и слова изо рта вырвались.

Мужчина явно попытался эффектно выдернуть руки из дверок, и это дало мне возможность присесть и выскользнуть. Но не уйти. Да и если бы мне хватило времени, куда бы я пошла? Пожалуй, если я не хочу чесаться и ходить с кожей, красной и пупырчатой, как у змеи, только сбросившей шкурку, я должна попытать удачу с защитной одеждой и крысами.

– Ты больше не пахнешь, как днём, – отметил Люк. – Что это был за парфюм?

Уголок губ нервно дёрнулся вверх. Если бы парфюм… Это было зелье Мелиссы Шайнингскотт с неожиданным эффектом. Точнее, наверняка с вполне ожидаемым, она варила приворотное зелье на практической паре. И рассчитывала отнять мою работу, чтобы скрыть, что сама она занималась совсем другим, но не получилось. Да и с зельем она, скорее всего, либо напортачила, либо намеренно не закончила, рассчитывая сначала отнять мою работу, а потом добавить недостающий ингредиент в сокрытую свою.

Ректор заставил меня прямо в кабинете снять рубашку и выяснил, что именно от пятна, оставленного зельем Мелиссы, шёл притягивающий интересный аромат, пьянящий всех драконов. Не кого-то конкретного, как должно быть, если готовишь приворотное.

– Это не моя работа! – оправдывалась я, стоя, естественно, в полностью застёгнутом пиджаке. – Вам кто угодно подтвердит, что пятно появилось от зелья ско… адептки Шайнингскотт! И что я сдала профессору Жабо свою работу!

– Не переживайте, Воронцова, – вздохнул ректор, бросив мою рубашку в огонь камина. – Что вы бы ни стали привораживать меня или племянника я верю.

Я выдохнула.

– Вы для этого чересчур недогадливы, – добавил дядя Люка Этиньена, не отрывая взгляда от бумаги, на которой что-то очень быстро писал.

Прежде чем я успела спросить, что он имел в виду, подошёл Ричард.

– Я принёс шокомокку.

А пока я пила какао, ректор уже придумал, как меня наказать.

– Пойдёте в подвальную лабораторию и приготовите антидот. Вот вам и практика в алхимии, с пары по которой вам пришлось уйти, и наказание.

– Но мы же выяснили, что тут скорее Мелисса виновата, чем я!

– Это никак не отменяет, что вы шумели, – отметил ректор. – Да и вам, адептка Воронцова, отработкой больше, отработкой меньше – уже без разницы, разве нет?

– Разница есть! Это нечестно.

– Вас наказывают за нарушение порядка, а не за приворотное зелье. Идите уже, Мия, дайте отдохнуть.

И вот я здесь. Почему-то с Люком Этиньеном.

Данный текст был приобретен на портале (№87405392 11.08.2026).

– новая эра литературы

Глава 4. Спасибо, кот и крысы

– Почему ты игнорируешь меня? – спросил Люк, когда я ничего не ответила. Не могла же я ему признаться, что по вине его воздыхательницы приворожила его. Ещё подумает, что это-то мне и было нужно! Он-то, в отличие от ректора, меня прежде не встречал.

– Отойди, пожалуйста, – попросила. – Я хочу достать защиту.

Кто бы меня послушал?

– Так почему? – надавил дракон.

– Нам не о чем разговаривать, – пожала плечами. – Понятия не имею, о каком парфюме ты говоришь. Можешь не мешать? Мне учиться надо.

Он потянулся к пуговицам на моём пиджаке, и я ударила его по руке.

– Ай! – вскрикнула. Словно по воде хлопнула! – Ты что творишь?! Совсем с головой не дружишь?!

Новую рубашку мне, конечно, вручили, но это не значит, что меня под пиджаком можно лапать!

– Если как следует принюхаться, можно различить остаточный аромат, – невозмутимо пояснил дракон. – Если ты не скажешь, что это, то я сам выясню. Но для этого мне надо как следует его запомнить.

Я чувствовала себя бабочкой, пойманной в сачок для того, чтобы позже пришпилить за крылышки и накрыть стеклом.

– Я готовила зелье от бородавок, может, тебе его запах нравится? – съязвила. – С каждой минутой разговора с тобой я всё дальше от своей кровати. Мне надо сдать отработку, поспать и успеть на пары. Так что сдвинься и дай мне последовать совету и надеть защиту. Твоему же совету, кстати.

Вытянув мантию и сапоги, я с напускным равнодушием оделась и направилась к озеру по коридору, куда ранее убежали кот и крыса. Секунд семьдесят пять я надеялась, что от меня, наконец, отвязались. Но когда за звуком шагов в коридоре последовало то, что меня остановили, наступив на конец мантии, я поняла, что расслабляться рано.

– Ты что, действительно собираешься лезть в Чесоточное Озеро одна? – удивился дракон. – И это у меня, по-твоему, проблемы с головой?

– А что, меня в озере убить что-то может? – обернулась к нему недовольно.

– Не убить, но ты же одна провозишься в два раза дольше, чем если попросишь кого-нибудь помочь. Тем более что этот кто-нибудь так удачно подвернулся тебе под руку.

– А тебе-то какая выгода от этого?

Люк Этиньен соблазнительно улыбнулся.

– Побыть в компании очаровательной девушки?

Когда меня обняли со спины и глубоко вдохнули аромат, у меня начал дёргаться глаз.

– Пожалуй, я разберусь сама, а то ещё отработку не засчитают!

Мне в ухо выдохнули:

– Я настаиваю.

Руки безнаказанно забрались под мантию и пиджак.

– Ты такая прохладная, – пальцы очертили мой живот под рубашкой. – И хрупкая. Ты знаешь, что если я сожму чуть сильнее, то могу переломать тебе кости?

Да, именно потому я стараюсь держаться от драконов подальше!

– Мрряяяуу!!! – на весь коридор заголосил кот, мча прямо на нас уже за тремя крысами. Я завизжала и побежала мимо них как раз вперёд, дракон растерялся и освободил меня. Никуда не сворачивала.

Чесоточное Озеро находилось в большой пещере, освещаемой светом минералов в его водах. Тяжело дыша, я мысленно благодарила и огромного кота, и жирных крыс, что помогли мне избавиться от Люка. Оставалось надеяться, что ко мне в воду дракон не полезет и просто свалит уже по своим делам.

В кармане мантии обнаружились перчатки. Скрыв ими голые ладошки, я заглянула в прозрачную глубину. Голубые ракушки были в меньшинстве и перемежались с белыми, розовыми, зелёными и оранжевыми. Близ берега ни одной подходящей ракушки не нашлось, так что, глубоко вздохнув, я зашла в воду. Я уже стояла по колено и собрала две ракушки в пространственный карман, когда Люк Этиньен зашёл в пещеру, держа за шкирку знакомого белого кота и самодовольно улыбаясь.

– Этот кот – твой фамильяр? – обвинительно спросил дракон.

Глава 5. Шантаж по-драконьи

На что кто-то готов пойти ради сиюминутного желания?

– Нет! – крикнула. – С чего ты взял?

Размыслит ли он, так ли ему необходимо то, что он хочет?

– На его ауре нет магической печати академии, – дракон посмотрел на кота и тот недовольно мявкнул и попытался полоснуть Люка лапой. – Зато знаешь, чья есть?

– Откуда мне знать? – развела руками. – Я здесь ракушки собираю.

И есть ли разница в том, человек он или дракон?

– Я видел этого кота только здесь, с тобой. И след на нём только твой.

– И? – стоять становилось холоднее, но не из-за температуры воды в озере, а из-за нагнетаемой Люком атмосферы.

– И я не вижу на твоём пиджаке дозволительной нашивки, – охотно продолжил дракон. – Что означает, что фамильяр заведён без разрешения.

Я глубоко вздохнула, прикрыв глаза. Неприятности не могут меня оставить хоть ненадолго, правда?

– Повторяю, он не мой. Я сама столкнулась с ним здесь в первый раз.

– Тогда почему сразу не доложила о нём?

– Думала, он принадлежит академии, ловит крыс.

– Не сходится, – не отступал дракон. – Ты же видела его ауру.

– Нет, не видела. Я же с факультета попаданцев. Первокурсница. Откуда мне знать, как читать ауры?

Тут я немного приврала. Для того чтобы видеть ауры, нужно было переключать взгляд с обычного на магический. Это я уже умела, однако не привыкла пользоваться и почти всегда всё смотрела через призму обычного взора.

– Переключаться на магический взгляд умеют даже побродяжки, – не поверил мне мужчина. – Так что я должен отнести кота ректору.

– Нет!

Я же тогда точно вылечу, а если не вылечу, то не видать мне в этом году повышенной стипендии. Потому что даже если я её добьюсь, она уйдёт на погашение штрафа за несогласованное содержание фамильяра в академии.

– Или, – остановил меня Люк на полпути к берегу, – можем поступить по-другому.

Судя по его физиономии, он наслаждался моим всецелым вниманием.

– Мы можем вместе собрать ракушки, – пока звучало неплохо, – а после того, как ты приготовишь зелье, я хочу его попробовать.

– Зачем?

– Кое-что проверить, – пояснил мужчина.

Учитывая то, что зелье и так для него, я и рада ему его дать, только вот…

– И всё? Ты отстанешь от меня и НЕ моего кота?

– Нет, – покачал головой Люк. – Но я не сдам тебя ректору и позже придумаю, что ещё попросить.

Какие-то не особо выгодные условия…

– И почему я должна выбрать кота в мешке вместо известного наказания? – сложила руки на груди.

– Кота в мешке? – переспросил дракон, приподняв брови.

Ах да…

– Почему я должна выбрать непонятно что? Может, ты с меня стребуешь больше, чем ректор?

Он сверкнул клыками.

– Обещаю, что ни монетки с тебя не возьму.

– А что возьмёшь?

Ответа не последовало.

Я злобно зыркнула на белого котяру, симпатия к которому уже улетучилась.

– Если ты задумал что-то, что меня не устроит, я уж лучше сама себя обвиню в чём-то, – пообещала старшекурснику и вернулась к сбору ракушек, краем глаза следя за Люком.

Дракон отпустил кота, и тот тут же полоснул его по щеке, только после убежал, скрывшись в глубине коридора. На коже мужчины даже царапины не осталось. Он без стеснения стянул с себя пиджак и рубашку и скинул ботинки.

– Ты хотя бы штаны оставь! – взмолилась я, уставившись себе под ноги. Защищала дракона его супер-пупер чешуя или нет, он не должен был красоваться передо мной голым.

Глава 6. Кто такой Колин?

Красный дракон осклабился:

– Я и не собирался их снимать. Но если ты сочтёшь необходимым, то я с удовольствием.

Словно пойманная за чтением непристойного романа, я закашлялась и зашла поглубже в озеро, увидев три поблёскивающие голубым раковины, почти незаметные за белыми.

– Ты знаешь, что волосы такого оттенка могут быть только у драконов? – поинтересовался Люк, перебирая мои прядки.

Я раздражённо вздохнула.

– Ты помогать собираешься? – оглянулась. – Или так и будешь меня разглядывать?

Словно волшебник, он завёл руку за спину, а когда разжал кулак и показал мне, я увидела на ладони уже пять голубых ракушек.

– Я совмещаю, – ответил он. Не успела я отвернуться, как он запустил руку мне под одежду и закинул то, что собрал, в мой пространственный карман. Убирая руку, он воспользовался шансом щипнуть меня за бок.

– Ай!

На лице дракона не было и следа раскаяния.

– Интересно посмотреть, что сказал бы Колин, увидев тебя. С такой внешностью, ты вполне могла бы быть его младшей сестрой.

– Кто такой Колин? – решила поддержать разговор, всё равно же не отстаёт. И так хотя бы легче не пялиться на его тело.

Заданный мной бездумно вопрос почему-то показался Люку Этиньену смешным. Он расхохотался так громко, что его смех прокатился громом под каменным сводом.

– Что тебе так развеселило? – с хмурым видом попыталась остановить чужое безумие.

Люк смахнул слезу.

– Постой, – уставился он на меня. – Ты серьёзно спросила?

– Нет, пошутила, чтоб ты порадовался! – мои слова сочились сарказмом. – Да, я серьёзно.

Дракон задал вопрос так медленно, словно решил, что разговаривает с тупицей:

– За месяц или когда там попаданцы прибывают в Подлунье, ты ни разу не слышала о Колине Цезарионе?

– Нет, – пожала плечами. – Мы продолжим ракушки собирать?

Вернуться к делу не получилось: меня вдруг вытянуло из воды на берег, как марионетку на верёвочках. Пока моя одежда стремительно остывала под воздействием драконьих чар, Люк ловко выпрыгнул следом. По мановение его пальцев из озера поднялись недостающие ракушки и он направил их в мою сторону. Замерев, я следила, как те скрываются в моём пространственном кармане.

– То есть ты с самого начала мог просто сделать вот так?! К чему тогда то представление с раздеванием устроил?!

– Хотел тебя смутить, – подтверждая свои слова, оделся он значительно быстрее, чем раздевался. – Встречный вопрос: как так вышло, что за месяц учёбы ты ни разу не слышала о принце империи?

П-принце?! Какое облегченье, что я действительно не пересекалась с кем-то по имени Колин даже на страницах учебников!

– Учёбой занималась? Мы же в учебном заведении, а не в чьём-то салоне.

– И тебе неинтересно, кто управляет страной, в которой ты находишься? – не понимал Люк.

– Одни только имена мне мало скажут, а заниматься дополнительно я постоянно не успеваю из-за отработок.

О том, что меня более чем устраивало просто знать, что Подлуньем правят драконы, я промолчала.

Сейчас, вспоминая, признаюсь, что фамилию Цезарион при мне уже упоминали – такую носил самый могущественный род империи. Мать Люка была из Цезарионов, вот это я знала точно. А уж всех сыновей его дядюшки-императора я не сочла нужным запоминать. Лезть в змеиный клубок здешней аристократии желания не возникало.

– И что, никто из первокурсниц при тебе ни разу не обсуждал Колина? – Люк не отставал от меня ни на шаг, пока я пыталась скрыться от дурацкого диалога в лаборатории. – Вы, девчонки, то и дело щебечете.

Глубокий вдох, Мия. Выдох. Снова вдохнула. Выдохнула.

– Лично я здесь учусь. А эти птички мне только мешают.

В лаборатории Люк прислонился к стене, в то время как я выложила материалы на стол, и магией разожгла огонь под котелком.

– Что ж, теперь я ещё сильнее хочу попробовать зелье из рук той, кто так горит учёбой. Жду-не дождусь увидеть лицо Колина, когда скажу, что если бы он доучился в академии, то всё-таки встретил бы девушку, которая не будет за ним бегать.

Глава 7. Дракон в западне

Колин Цезарион, седьмой в списке претендентов на трон, никогда не заморачивался со своими манерами и репутацией в высшем обществе. Напротив, ему доставляло невероятное удовольствие каждое утро, в строго определённое время за завтраком, читать газеты, в которых очередной невероятно остроумный журналист называл его распутником, мальчиком с серебряной ложкой во рту, баловнем судьбы, а, с недавних пор – ещё и неучем, потому что решил не возвращаться в академию на четвёртый курс.

Что же до белоснежной репутации, так у синего дракона было пять старших братьев и одна сестра, чтобы соответствовать высоким требованиям, предъявляемым к будущему правителю. Самому ему, как всякому дракону, нравилось быть на слуху. Когда ему что-то или кто-то наскучивали, он без зазрения совести бросал начатое и переходил к другому. Его старшая сестра Фрейя считала его безответственным, и он с гордостью носил этот титул в семье, со словами: «Ну, кто-то же должен!»

– Колин Цезарион, немедленно убери ноги со стола!

Колин послушался.

– Ты точна, как часы, сестра, – поприветствовал дракон. – И как всегда великолепна.

Фрейя села во главе стола, что позволялось ей, когда родители отсутствовали, и хмуро посмотрела на него поверх чашки. Чай в ней никогда не остывал.

– Придержи лесть, Колин. Знаешь, от кого это?

Она вытащила из пространственного кармана письмо.

– Не имею ни малейшего понятия, – пожал плечами Колин.

– Оно от Фэев. От отца Сесилии Фэй.

Колин потёр переносицу.

– Ничего не хочешь сказать? – сестра тряхнула письмом.

– Что тебе не идёт быть такой строгой, Фрейя, – улыбнулся он. Сестру не проняло: она продолжала сверлить его суровыми синими глазами, и даже её синие кудри не делали лицо мягче. – У нас с ней ничего не было.

– Тебя поймали целующей её на Аллее Фонтанов! – Фрейя распечатала письмо и телекинезом отправила брату сложенную во множество раз газету. На главной странице издания «Столичных Сплетен» был он и Сесилия, целующиеся под ветвями яблони.

– Но в моём издании «Столички» этого нет! – Колин показал на свои газеты.

– Потому что мы и Фэи позаботились, чтобы этот выпуск не вышел в свет, но типография припрятало несколько уже напечатанных экземпляров и продала их в столице.

Принц выдохнул:

– Всего лишь несколько? Велика проблема! Прекрати намазывать пасту на хлеб так, будто хочешь меня убить.

– Почему «будто»? – холодно отозвалась Фрейя, умудрявшаяся выглядеть угрожающе даже со следом ореховой пасты в уголке губ. – На сей раз это серьёзно, Колин. Отец Сесилии Фэй – наша главная человеческая поддержка в Сенате. Его дочь была одной из самых востребованных невест Подлунья.

– Я повысил её популярность.

– Так бы и было, если бы тебя просто видели с ней рядом. Но ты допустил, что вас поймали за поцелуем! И Сесилия Фэй уже лишилась с десяток брачных предложений, потому что пошли слухи о том, что ты её обесчестил.

– И что ты предлагаешь? Жениться на ней? Если бы я женился на каждой девушке, с которой целовался, обзавёлся бы гаремом.

– Лорд Фэй требует именно этого, – невозмутимо отозвалась драконица.

– Сестра, я не могу жениться на Сесилии Фэй. Этот поцелуй был единственным, что с неё можно взять. Она ужасно скучная.

– А ты у нас прямо клоун, которому бы в цирке выступать, – парировала Фрейя. – Тебе повезло, что отец рассматривал её в невесты Регу. А то, что ты её так опозорил, поможет папе стрясти с лорда Фэя больше золота в приданое, если тот хочет быть сватом императорской семьи.

– Так получается, моя выходка семье только на пользу? – Колин выскочил из-за стола и подошёл обнять сестру. – Чего ты тогда такая суровая?

Фрейя позволила младшему брату это проявление нежности, прежде чем сказала:

– С того, что мы все устали от твоих выходок. Ты восстановлен в академии, Колин. До окончания учёбы родители хотят, чтобы ты нашёл себе невесту. Если не женишься до выпуска, тебя лишат твоих земель, всей провинции Коввин.

Глава 8. Антидот

На приготовление зелья ушло полтора часа. И я бы справилась и за час, если бы во время работы не чувствовало кое-чей прожигающий взгляд… да не где-нибудь, а на своей пятой точке!!! Когда я оборачивалась, злобно зыркая на красного дракона глазами, он нагло улыбался и отвечал:

– Что? Я только смотрю!

– Прекрати смотреть!

– Почему?

– Ты мне мешаешь!

– Я не виноват, что в твоей симпатичной головке бродят не те мысли. Я всего лишь смотрю, – убрав руки в карманы, он стоял, как победитель.

Этот разговор повторялся по кругу несколько раз. В момент, когда антидот чуть не убежал, мне пришлось позволить Люку пялиться безотрывно, потому что я должна была работать столь же безотрывно.

– Готово, – заключила я. Уже по привычке сложила вместе подушечки большого и указательного пальцев, порождая магический всплеск, и тем самым, с едва слышным шипением, затушила огонь.

Жидкость в котелке получилась фиолетового цвета. Хоть больше и не кипела, она казалась живой: от зелья отрывались фиолетовые пузырьки, похожие на мыльные, и лопались, осыпаясь блестящими мокрыми хлопьями. Я пробежалась по странице в алхимической книге, сверяя получившийся результат с должным.

– Фиолетовый цвет – есть, ярко выраженный аромат корицы, – нюхнула, – есть.

Мне даже кушать захотелось…

После зачерпнула немного зелья половником и перелила с помощью воронки в сосуд. Закрыла пробкой, потрясла, как рекомендовали, чтобы волшебная жидкость стремительно остыла.

– Ну, – продемонстрировала антидот дракону, – иди, пробуй.

И отстань уже от меня.

Люк отлепился от стены и пошёл ко мне медленно, как хищник, готовящийся рвануть за жертвой на охоте. Он остановился только тогда, когда ещё шаг бы просто вдавил меня в стол.

– Напои меня, – заявил дракон.

Я захлебнулась воздухом.

– С чего бы?! Об этом речи не шло! Пей давай!

– Я сказал, что хочу его попробовать, но не уточнял, как.

Представляя на месте пробки его голову, я выдернула её из колбы и прислонила горлышко к губам дракона.

– Ну же, подсоби мне хоть сколько-то! – возмутилась я.

– Я могу наклониться, чтобы тебе легче было меня целовать, – предложил Люк.

– Целовать? Зачем мне тебя… О, нет! Нет, нет, нет! Даже не думай!

Поставив зелье на стол со стуком, я отошла в дальний угол лаборатории.

– Так ты отказываешься? – будто бы я не дала это понять, уточнил Люк. – Мне идти к ректору? Готова платить штраф? Тогда тебе в любом случае придётся обратиться к кому-нибудь, у кого есть деньги, не такому великодушному и щедрому, как я…

Негодуя, я вернулась к дракону.

– Выпей, пожалуйста, – прошипела и снова поднесла зелье к его губам.

– Знаешь, а ведь почти обидно, что ты так отказываешься. Я – мастер в поцелуях! Ну, как скажешь.

Он выхватил антидот у меня из рук и глотнул. Испустив облегчённый вздох, я почувствовала на своих губах чужие губы. Всё произошло слишком быстро, я успела ощутить себя втянутой в поцелуй быстрее, чем осознала, что меня ухватили за щёки. Люк не сглотнул зелье. Единственный способ заставить его выпить его был поддерживать поцелуй.

Стоя с широко раскрытыми глазами, я пылала, ощущая приятную прохладу зелья и его язык. Когда он, наконец, сглотнул, наши языки продолжили переплетаться друг с другом. Если бы меня прямо в этот миг отпустили, я бы без раздумий побежала по коридорам и испытала удачу в догонялках с умертвиями. Но антидот, видимо, не отличался мгновенным действием. Меня целовали и целовали, так, что я начала задыхаться.

Глава 9. Ночь в Академии Цезариуса

Ну, как ночь? Скорее раннее утро, тот период, когда самые преданные делу преподаватели уже встали и зажгли свет в своих комнатах и кабинетах, а повара приступили к работе на кухне, чтобы прокормить ещё не скоро расшевелящихся адептов и их профессоров.

Некроманты-преподаватели уже должны были уводить своих подопечных обратно на кладбище, в их склепы и могилы. Впрочем, бывало, что какое-то умертвие выгуливали вплоть до того, как у студентов начнётся первая пара: у мертвяков, знаете ли, тоже есть свой характер, сохранившийся со времён, когда те были живыми. Да и сила, и физические способности, и умственные у всех были разные: всё очень сильно зависело от того, как заботятся о покойных, укрепляют ли их кости, чистят ли могилы, освежают ли чары, кормят ли вовремя. Вот с кормёжкой всегда были проблемы, потому что, так уж вышло, что самым любимым блюдом мёртвых была живая плоть.

Староста бы сам прибил меня, если бы узнал, с какой скоростью я неслась по галерее, рискуя столкнуться с каким-нибудь отставшим умертвием, свернула налево и поднялась по лестнице к Лунной Арке. Только пройдя через неё, я остановилась и перевела дыхание. Дико хотелось пить. Я прикоснулась к губам: они должны были быть сухими, но всё ещё казались влажными после жаркого поцелуя красного дракона. А ещё на ощупь они были больше положенного.

Оглянувшись, я увидела тень, мелькнувшую недалеко от галереи, и, толком не отдышавшись, снова побежала. Женские комнаты располагались на верхних этажах, до которых умертвиям было тяжелее всего добраться: магическим подъёмником они пользоваться не могли, а пока преодолевали ступеньки, могли тысячу раз свалиться. Проблема в том, что ночью подъёмник не работал. Магические печати активировались лишь за полтора часа до первой пары. Так что мне пришлось прибегнуть к ступеням.

Поднималась я по ним редко, почти никогда: магический подъёмник доставлял практически на самый верхний этаж, оттуда нужно было подняться всего на пару ступенек, в отделённую зону спаленок факультета попаданцев. Там же находилась наша крошечная гостиная, как прокаженная, отделённая от больших гостиных других факультетов на первом этаже. Насколько я знала, наши комнаты были меньше, как и наши рационы в столовой, но, по крайней мере, нас не лишали домовых, одинаковой для всех формы и регулярно сменяемого белья.

Оглянувшись, нет ли кого за мной, я влетела в кого-то спереди и повалилась. Прямо подо мной развалился... кто-то. С синеватой кожей. У него отвалились руки – и в каждой из них было по чемодану. И он шевелился.

Зажав себе рот, чтобы сдержать крик, я решила, что разумнее всего удирать отсюда, и взлетела наверх с такой скоростью, словно у меня действительно вдруг выросли крылья. К моменту, когда мне удалось добраться до своей комнаты, на всё общежитие зазвонил первый будильник.

– Аргх, – провела рукой по лицу, сползая по двери вниз. – Не поспать…

Моя домовая, настолько миниатюрная, что перемещалась по магической почте, выпрыгнула из «почтового ящика», иначе говоря – из воздуха, посреди комнаты. Она поглядела на мою застеленную постель и цокнула языком.

– Ну и где мы шлялися? – уперев руки в боки, спросила старушка с рыжими кудрями ростом с половину моей руки.

Домовых отличала фотографическая память. Они помнили всё, что видели, до мельчайших деталей, потому она точно знала, что я не ночевала дома.

– На отработке, – я кое-как поднялась и подошла к графину с водой на прикроватной тумбочке. Вместо того чтобы нормально налить попить в кружку, я потянулась к горлу и пролила половину на себя.

– И вот из всех девчонок мне мало того, что попаданка досталася, так ещё и проблемная, как постельный клоп!

Я вернула графин на место.

– У меня и без вашего ворчания была жуткая ночь, – потирая лоб, я предчувствовала головную боль.

– Ну уж явно не весёлая, раз от тебя мертвяком пахнет, – картинно принюхалась носом-картошкой. – Снимай форму, я её быстренько почищу. Давай-давай, отдавай усё бабке Софи.

Я зашла за ширму у шкафа и перекинула через неё вещи.

– А рубашка-то другая! Почему рубашка другая? – не оставила незамеченной эту деталь домовая.

– Потому что ректор старую сжёг. Точно!!! – вспомнила я с ужасом. – Я же не захватила антидот, чтобы ректору передать!

Паника обуревала меня:

– Ну, я же дала Люку антидот. А если ректор не поверит?.. Скажет, что не сама готовила?.. Если Люк мне отомстит за то, что я ему в лицо зельем плеснула? Ой-ой-ой!!!

– Чего ты там паникуеся, как девица на выданье? – повесила мне на ширму чистую форму домовая. – А ну брысь мыться, негодная! А то не успеешь на пары и опять наказание схлопочешь.

Я переоделась в домашнее и не успела с полотенцем уйти в ванную, как магическая почта передала в комнату письмо.

Глава 10. Между аристократами и домовыми

– Чего ты копаеся? – бабка Софи подняла письмо с пола и зачитала имя отправителя. – Вот о чём я и говорю! Тебя ректор зовёт! Чего опять натворила-то?

Я на негнущихся ногах повернулась к двери.

– Куда ты пошла, с полотенцем-то? – остановила меня домовая. – Лорд тебя после пар зовёт, так что собирайся нормально, потом прочитаешь, что там ещё в письме! Ух, наказание какое!

Она продолжила покрывать меня нехорошими словами, даже когда закрыла за мной спальню.

Ванная комната располагалась на том же этаже и была общей. Что, впрочем, не помешало высокородным девицам согнать всех попаданок мыться в самом дальнем углу. Если же мы пытались воспользоваться другой ванной или душем, то вечно случались какие-нибудь неприятности: гель стрелял в глаза, тёк кипяток или ледяная вода, паста летела мимо щётки… В своих выходках адептки из благородных семей были ничуть не лучше дворовых мальчишек, бивших палками крапиву и плюющихся бумажками через пластиковые ручки.

К счастью, сейчас в ванной комнате никого не было, и я спокойно привела себя в порядок. Когда, с влажными волосами и раскрасневшимися щеками, я вернулась в комнату, моя домовая уже закончила с лёгкой уборкой и указала на рюкзак на кресле у стола.

– Я взяла на себя посмотреть твоё сегодняшнее расписание и всё собрала, – гордо заявила она. – Так что садися, ща мы тебе ещё волосы подправим и будешь… ну, не красоткой, но от лича отличима.

Бабка Софи высушила и завила мне волосы, после чего, немного подумав, собрала их в высокий хвост.

– У тебя ж сегодня-ссс тренировка значится, – пояснила она. – Выпей сегодня за завтраком витаминное зелье, а то же совсем замоталася с виду.

И домовая исчезла. Хоть манеры у неё были и своеобразные, она была той, кто всегда помогала мне и заслуживала доверия. Возможно, единственная во всей академии. Из-за ответственного подхода к работе домовые предпочитали поддерживать чистоту не только в доме, но и следили за тем, кто в нём обитает, как если бы он был ещё одним предметом интерьера.

– Глядите-ка, кто проснулся с первыми птичками! – услышала я голос Мелиссы Шайнингскотт. Она вышла из своей спальни посреди коридора. Её платиновые волосы были уложены в сложную причёску с пучком, вокруг которого обвились косы, будто змеи.

– И тебе доброго утра, Мэл, – поприветствовала я.

От моего обращения девушка ненадолго выпала из реальности, что позволило мне скакнуть на магический подъёмник у лестницы и опустится вниз к Лунной Арке.

Когда я спустилась по ступенькам к галерее, то меня настигло очередное магическое письмо. Оно упало мне прямо в ладони – и на сей раз было от Люка: «Приглашаю тебя позавтракать в моей комнате. Приходи на второй этаж в пятую. Или я расскажу о твоём фамильяре».

Откуда он вообще знал, что я уже проснулась?!

Я повертела в руках плотную бумагу с красной печатью и в итоге, достав из рюкзака карандаш, нацарапала на обратной стороне письма, прислонившись к стене: «Вынуждена отклонить приглашение. Ночью я сильно замёрзла и заболела. Не хотелось бы кашлять на вас, лорд Этиньен».

Отправив письмо по тому же магическому пути, по которому оно пришло, но не успела сделать и пару шагов в галерее, как мне пришло другое послание: в свёртке, помимо письма, лежала баночка с сосательными таблетками. Письмо же содержало следующие слова: «Тогда приглашаю на ужин. Уверяю, что с этим лекарством к вечеру вы будете совершенно здоровы, госпожа Воронцова!»

Я запихнула лекарство в пространственный карман, как то, что желательно бы всегда иметь при себе. От дарёных таблеток не отказываются, а вот как отказаться от того, чтобы остаться с красным драконом наедине, – вопрос со звёздочкой…

– Адептка Воронцова!

Нет, меня сегодня решительно не хотели оставлять в покое наедине со своими мыслями!

– Да, госпожа Тавири?

Госпожа Тавири была домовой и комендантом нашего общежития. В отличие от бабки Софи, госпожа Тавири изъяснялась исключительно грамотно, держалась холодно и, в целом, казалось, не любила всех и вся в академии, не только попаданцев.

– Идём со мной, – поманила она.

– Зачем?

– Если зову, значит, нужна, – отчеканила госпожа Тавири. – Требуется подготовить комнату к заезду принца. Предотвращаю твои глупые вопросы, все свободные домовые уже либо там, либо на кухне, либо тебя не касается.

– Но я ведь ни магией пока толком не владею, ни уборкой заниматься перед занятиями не могу…

– Нужен кто-то высокий, кто развесит все вещи принца в гардеробной. Его собственный слуга сейчас… в неудовлетворительном состоянии. Ты дольше препираешься со мной, чем потратишь на работу. Пошевелишься – управишься до завтрака.

Мысленно выругавшись, я последовала за главной домовой на второй этаж жилого крыла.

Глава 11. Пока манекен не взмолится о пощаде

Судя по количеству чехлов с вещами, сделала вывод, что принц собирался на них спать. Иначе я не понимаю, зачем кому-то на последнем году обучения может понадобиться сорок изысканных костюмов разных цветов, притом, что на занятия все обязаны ходить в утверждённой форме. У принца, кстати, имелось десять комплектов формы, которые лишь слегка отличались оттенками. Помимо них, я разместила на вешалках кучу плащей и шуб. И шляп на крючках.

Госпожа Тавири сверилась с часами.

– Ну вот, говорила же, что до завтрака успеешь, – она критически оглядела штанги, полки и обувницы, которыми занимались домовые, и удовлетворённо кивнула. – Можешь идти, адептка Воронцова. И выпей витаминное зелье за завтраком.

Уголок моих губ дёрнулся: забавно, что комендант была не первой домовой за утро, посоветовавшей мне подобное.

– И-и-и раз! – скомандовал тренер Брикс, и мы приняли боевую стойку, подняв и изогнув ведущую руку так, чтобы получился прямой угол. – И-и-и два!

По второй команде наша группа образовывала на поверхности ладони огненный шар.

– И-и-и три!

По третьей шар срывался с ладони, повинуясь движению кисти.

– А теперь всё это в два раза быстрее, пока манекен напротив вас не взмолится о пощаде, ясно?!

– Ясно, тренер Брикс!!! – хором отозвались мы.

Тренер Брикс был коренастым мужчиной с большим ртом и громким голосом. У него не было одного глаза, неправильно сросся нос, а вместо левой ноги был протез. На его коже тут и там выступала драконья чешуя, но вся академия знала, что он утратил способность перевоплощаться вместе с ногой. Несмотря на отсутствие глаза, видел старый дракон прекрасно, так что…

– Адепт Семечкин, вы так скорее прожжёте адептке Адамс лицо! Хотите провести свидание в лазарете?!

Антон Семечкин был попаданцем из Санкт-Петербурга, как и я. Лиззи Адамс – из какого-то городка с трудновыговариваемым названием в Уэльсе. Все мы, попав в Подлунье, обнаружили, что не испытываем проблем с пониманием друг друга. Единственное, что мы слышали в речах – это акценты, но слова все были понятны. Таково было влияние самого магического перехода на тело одарённого.

– Адептка Воронцова, меть в свой манекен, а не в чужой! – прикрикнул на меня тренер Брикс.

Я прикусила губу: действительно, рука дрогнула и направила удар в голову манекена моей соседки по спортзалу, Лоры Шлёсс.

– Прости, – извинилась перед стоявшей справа однокурсницей.

– Ничего. У меня и так не получается, – робко отозвалась она.

Из-за недосыпа и усталости у меня кружилась голова. Писать на парах это мне не помешало, но вот точно метить куда-то боевыми заклинаниями…

– Адептка Воронцова, держите руку выше! – снова поправил меня тренер.

– Воронцова, ты чего? – шепнул мне стоящий слева Марк Князев. – Случилось что-то? Ты сегодня лажаешь и лажаешь.

– И вовсе я не лажаю.

– Правда, что ли? Ты чуть не заснула на теории некромантии. А ведь там рассказывали про влияние трупных личинок на чистоту заклинания!

– Тьфу ты, Князев, нашёл, что вспомнить!

Парень засмеялся и продолжил отрабатывать огненный шар на своём манекене. Мне бы стоило заняться тем же самым, пока суровый тренер Брикс не поставил мне неуд.

Следующий мой шар попал в коленку манекена. Рука казалась свинцовой, не получалось рассчитать силу броска. У других ребят из нашей попаданческой группы дела были немногим лучше. Мало того, что болела ведущая рука, так ещё и слабость накатывала с каждым отпущенным заклинанием.

Очередной шар сорвался с руки.

– Адептка Воронцова!

Тренер направлялся прямо ко мне. Ну что опять? Тем временем моё заклинание ударило манекен прямо между ног.

– Ты почему не сказала, что тебя сегодня освободили от тренировки? – хмуро спросил старый дракон.

Глава 12. Драконы говорят о репутации

– Пфф-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! – разразился смехом Люк Этиньен, распугивая присевших на ветках за окном птиц и вызывая гнев у забранного из подземелья кота. Кот отчаянно пытался атаковать их, но стекло мешало его важной миссии. Так тут ещё и дракон заржал!

– Это не настолько смешно, – отчеканил его собеседник.

– Ошибаешься, Колин, – Люк смахнул слезу с уголка глаза. – Это очень смешно. Значит, ты всё-таки доконал своих предков. Поздравляю! Что теперь будешь делать?

Вообще, красный дракон очень хотел позавтракать с синевласой адепткой, даже её кота притащил, но девушка сумела оттянуть их следующую встречу, так что пришлось довольствоваться общением с двоюродным братом.

Колин Цезарион откинулся на спинку дивана с багровой обивкой:

– Подыграю им несколько месяцев. Похожу на занятия, подцеплю какую-нибудь умненькую красотку, а там они остынут и оставят свою идею с моей свадьбой.

Его кузен покачал головой:

– На твоём месте, я бы отнёсся к их угрозе всерьёз. Вспомни, они прежде никогда не ставили тебе ультиматумов. Дядя с тётей точно не хотят ещё одного скандала, подобного случаю с Сесилией Фэй.

– Я был уверен, что нас не должны заметить! – внутри дракона всё ещё кипело возмущение. – Такое чувство, будто она сама и сказала журналюгам, где нас искать.

– Не исключено, – отметил красный дракон. – Она была более чем востребована на рынке невест, но отклоняла приглашения. Вполне могла это делать, потому что хотела выйти за тебя.

– А ты откуда знаешь?

– В академии сплетен хватает.

Синий дракон потянулся к печеньям на журнальном столике и запихнул в рот парочку. Прожевав, сказал:

– Я действительно не хочу лишаться провинции Коввин. Это плодородные земли.

– И твои родители изначально передали их тебе, чтобы не обидеть, что отстраняют от руководящих должностей в столице.

– Но и к браку я не готов! Найти бы такую девицу, на которой можно было бы жениться и после развестись под предлогом, скажем, измены. Такую, чью репутацию можно без проблем запятнать. Тогда я бы и условия семьи выполнил, и от нежеланной жены избавился. Проблема в том, что кто со мной разводиться-то захочет? Тем более рискнуть больше никогда не выйти замуж?

Люк хмыкнул:

– Соблазни попаданку. Сыграй невероятную историю любви, используй девушку и брось. Тут даже необязательно её согласие на развод, кто её права в суде защитит?

Принц задумался.

– Я же девчонке так всю жизнь сломаю, – неуверенно произнёс Колин, будто бы и не задумался о подобном сам. Но он-то предполагал, что запятнанную репутацию будет шанс восстановить: для этого достаточно принадлежать к какому-нибудь влиятельному роду или иметь возможность предложить огромное приданое. Так бы могла выкрутиться та же Сесилия Фэй. Да даже если позабыть про род, мужчина предполагал, что у той, кого он бросит, будет свой дом!

– Если совесть мучает, попытайся договориться с кем-то. Заплати ей.

– А как же магический кристалл? Брак не будет заключён, если невеста не любит дракона.

– Тогда думай сам, – развёл руками Люк. – Что ты меня-то спрашиваешь?

В комнате Люка Этиньена, куда Колин заглянул, чтобы не пересекаться с другими адептами до пар и не мешать готовить его спальню домовым, впервые за утро повисла тишина. Синий дракон постукивал когтями по столу с завтраком.

– Если благодаря попаданке я сохраню Коввин, то могу позаботиться о ней после развода. Выплата должна сгладить разбитое сердце и отсутствие связей? – вздохнул Колин.

Глава 13. Неожиданный подарок

Короткий стук в кабинет ректора – и мне открыли дверь, будто стояли прямо за нею.

– Здравствуйте, адептка Воронцова, – Ричард дал мне пройти и накинул на меня плед. – Проходите, вас уже ждут. Я принесу горячее.

– Кофе, пожалуйста.

Приобняв, умертвие довело меня до кресла у рабочего стола хозяина кабинета и отлучилось. Я проводила его удивлённым взглядом: мертвец в помощниках у ректора всегда был достаточно галантен и внимателен, однако подобные ухаживания были чем-то новеньким.

Дракон не отрывал взгляда от бумаг, я не решалась заговорить. Его ручка скользила по желтоватым листам с будто бы умноженной на два, в сравнение с нормальной, скоростью, пальцы, напряжённые и изогнутые, должны были ныть или онеметь.

Скрип бумаги, на которую давили буквы, неприятно оседал в ушах.

– Апчхи!!! – в последнюю минуту я успела заслонить рот ладошкой.

– Держите, адептка Воронцова, – Ричард удивительно быстро для скелета оказался рядом со мной и предложил мне носовой платочек.

– Спасибо, ты очень любезен.

Умертвие клацнуло зубами в улыбке и поставило передо мной на край стола ректора горячее молоко с мёдом.

– Но я же просила кофе? – я подавила очередное чихание.

– Вы болеете, – когда Ричард что-то произносил, за его зубами виднелся фиолетовый свет заклинания, поддерживавшего в нём жизнь после смерти и возможность говорить.

– Дожили, – буркнула я, – меня пытается отчитывать умертвие.

Ректор прервался, наконец, отложив ручку на подставку.

– Считаете, он не прав? – не без насмешки поинтересовался дракон. – Адептка, если вы больны, вам достаточно было посетить лазарет, и мне бы послали оттуда сообщение. Почему я всё узнаю от своего племянника? Как про антидот, так и про вашу болезнь? Вы понимаете, насколько опасны тренировки, когда вы не здоровы?

Широко распахнула глаза.

– Я…

Дракон вскинул ладонь:

– Магия нестабильна во время болезней. Случайный чих – и вы подожгли кому-то волосы. Использование магии при слабости – обморок. Я уже даже не знаю, чем вас наказывать, Воронцова! Исключением?!

Н-нет!!!

– Я…

– Зелье, что продемонстрировал мне племянник, вне сомнений, приготовлено правильно, я и сам его выпил и рядом с вами испытываю исключительно раздражение, никак не любовь. Но это не значит, что вам запрещено пользоваться благами академии и брать освобождения…

– Да дайте мне сказать, пожалуйста! – возмутилась, стукнув чашечкой с молоком по блюдцу. – Я не больна! Я сказала так вашему племяннику, чтобы отвадить его. Не думала, что он скажет вам и проверит, есть ли у меня освобождение от тренировок…

Чем больше слов вылетало из моего рта, тем ниже опускалась моя голова, пока я окончательно не вжала её в плечи под ставшим драконьим взглядом лорда Этиньена.

Зудящий нос заставил пошевелиться и приложить к нему платочек. Ректор моргнул, вернув себе полностью человеческий облик.

– Распишитесь здесь, – красный дракон пододвинул мне одну из бумаг, которыми занимался.

– Что это? – спросила, прежде чем прочитала.

– Разрешение на собственный ящик магической почты. Чтобы вам в комнату можно было посылать не только письма, но и полноценные посылки без ограничений.

– Но я не подавала прошение… – я поражённо пробежалась по строкам разрешения. – Мне нечем за него платить…

– Люк решил сделать вам подарок. Ящик уже оплачен на четыре года вперёд.

Мне будто нерв на лице защемило, когда услышала.

– Это дорогой и необоснованный подарок. Я не могу его принять, – убрала руки от стола, зажав чашечку с молоком, как щит. – К тому же, он мне не нужен. Мне некому посылать что-то серьёзное и не от кого получать.

Я снова чихнула. Неужели действительно заболела?

– Адептка Воронцова, мне пришлось подписать и оформить кучу бумаг, потому что мой племянник захотел сделать вам этот подарок. Значит, он вам понадобится. Примите и всё, не треплите мне нервы.

Глава 14. Сила малиновых пирожков

Колин уловил этот запах ещё в коридоре, но гораздо ярче он ощущался в подготовленной для него комнате. Самое точное слово, которым он мог бы его описать, – неуместный. Яркая сладкая отдушка, мыло и пар были слишком простым, слишком непримечательным сочетанием для избалованного имперского носа. Но за всем этим – притягательный запах осенней листвы, осевший на чьей-то мягкой коже, естественный, манящий дракона.

Синий дракон распахнул крышку и похлопал по плечу Бернарда, для которого в комнате специально стоял уютный гроб, занавешенный шторкой в алькове.

– Берни, кто-то, помимо домовых, помогал прибираться? – спросил он своё личное умертвие. Он принюхался. – Даже на тебе остался этот запах. Это девушка?

– Девушка? – переспросил Бернард. Две его руки, пережившие отсоединение от тела и операцию по пришиванию обратно, всё ещё шевелились с трудом. – Не помню в комнате девушки.

Колин нахмурился:

– Ну не от домовых же этот запах! Пар и мыло ещё ладно, но сладкая отдушка похожа на девчоночье уходовое средство, причём паршивенькое, я такое в тавернах нюхал. И этот притягательный запах листвы…

Бернард вышагнул из своего гроба и прошагал к зеркалу в пол, чтобы размять конечности.

– Помню девушку с таким запахом! – воскликнул он, отчего заклинание в его рту едва не заискрилось и не подожгло волосы. – Это из-за неё у меня отпали мои чудесные руки!

Младший принц ускорил закрепление конечностей чарами: делать это можно было лишь спустя несколько часов после пришивания, как раз подошёл срок.

– Руки у тебя отвалились, потому что чемоданы оказались тяжеловаты. Маловато сил в тебя вложил, – возразил Колин, удовлетворённо оглядывая результат работы. – Постой! Ты встречал эту девушку?!

– Я так и сказал, вашество, – проворчал Бернард, выбирая, какой балахон с нашивкой принадлежности Колину ему больше подходит – синий императорский или академический тёмно-серый. – Крайне невоспитанная девушка! Можете себе представить, она налетела на меня, пока я заносил ваши вещи. Не поздоровалась, не извинилась!

Синеватое лицо умертвия вдруг просияло. В отличие от Ричарда в кабинете ректора, сотворённого из скелета, найденного лордом-некромантом в путешествиях, Бернард при жизни был другом семьи, завещавшим своё тело, и потому был оживлён тогда, когда ещё не успел особо повредиться.

– Может, она заходила, чтобы это сделать? Тогда, когда я был в лаборатории.

– Откуда девушке знать, что ты здесь? – не разделял его энтузиазма Колин. – Может, это была одна из моих поклонниц? Надо спросить у домовых.

Мужчина не стал затруднять себя поисками госпожи Тавири – гораздо проще было просто позвать в свою комнатную домовую и спросить всё у неё.

– Здесь была какая-то девушка? – едва женщина выпрыгнула из воздуха, бросил в неё вопрос он.

Закреплённая за его комнатой прислужница, молодая и загорелая, приложила пальчик к губам:

– Была, да. Выглядела болезненно, как котёнок с улицы.

Домовая сверкнула зелёными глазищами:

– А что, она что-то натворила? Хотите пожаловаться?

Колин замахал руками:

– Нет, ничего не натворила, – он пнул хотевшего возмутиться Бернарда. – Я просто хотел бы узнать её имя.

– Так если она ничего не натворила, зачем вам имя узнавать? Вдруг вы чего нехорошее задумали?

Домовые не отличались пиететом.

– Почему она здесь была? – зашёл с другой стороны принц.

– Комендант попросила её помочь развесить чехлы, – пояснила, укахав пухлой ладошкой на гардероб, домовая.

– Могу я её поблагодарить? Мне нужно знать имя, чтобы выслать подарок.

– А нас вы так никогда не благодарите… – с намёком протянула домовая.

– Я и вам пришлю конфеты. Ваши любимые, – с улыбкой пообещал Колин Цезарион.

– Малиновые пирожки, – поправила его женщина.

– Как скажете.

Оглядев синего дракона критическим взглядом, она всё же назвала желанное имя:

– Мия Воронцова. Первокурсница.

Глава 15. Драконий долг

– Витаминное зелье не пила, красавися? – укорила меня домовая, пока я, завёрнутая в одеяло, тянулась рукой за очередным носовым платком и случайно столкнула с письменного стола баночку таблеток, подаренных красным драконом. – И таблетки тоже, бедовая? Вот и что с тобой такой прикажешь делать-то?!

У меня определённо поднялась температура. Нос ощущался как бумага, с которой ластиком отчаянно стирали ошибку, написанную ручкой.

– Заботиться, кормить и дать поспать, – простонала я. – И разбудить до начала пар.

Мне только наказания за неудовлетворительную посещаемость не хватало в крышку гроба «У Мии нет повышенной стипендии».

– К парам её разбудить, ишь какая деловая! – ворчала бабка Софи. И ворчала долго, но я не слушала, потому что уснула быстро и крепко, как если не собиралась проснуться.

Голова гудела, во рту осел кислый привкус чего-то. Веки поднимались с неохотой, я бы с удовольствием поспала подольше, но что-то разбудило и кричало внутри, что именно сейчас пора бы проснуться.

– Доброе утро, побродяжка! Как себя чувствуешь?

Никогда ещё я не соскакивала с кровати с такой скоростью. Утянув за собой одеяло, чтобы прикрыться, я запуталась в нём ногами и с невероятной грациозностью повалилась попой кверху.

– Прямо так сразу? – со смешком спросил Люк.

Во второй раз я не стала спешить и поднялась нормально. Тянуть за собой одеяло тоже не было особой нужды: я всё ещё была в своей целомудренной пижамке с длинными рукавами и штанами.

– Какого хре… проклятия ты тут?!

– Милая, это ты в моей комнате, а не я в твоей.

Я огляделась: обстановка действительно была незнакомой. Эта комната была больше, располагала диваном, огромной кроватью, большим письменным столом, журнальным столиком, на котором исходил едва заметным дымком завтрак. Вместо привычных для академии бежевых, серых и древесных оттенков, здесь господствовал красный.

– Тогда какого проклятия я тут?!

– Ты точно хочешь это знать? – прищурившись, поинтересовался он.

– Я же спросила, – мысленно закатила глаза и прокляла дракон на всякий случай.

– Я ждал тебя на ужин, а когда ты не ответила ни на одно моё сообщение, пришёл к тебе лично.

Не хочу знать, от кого он узнал номер моей комнаты.

– Так я обнаружил, что ты разболелась. Поскольку это я недосмотрел за тобой прошлой ночью, как и за тем, что ты выпьешь лекарства и не пойдёшь на тренировку, я был обязан поставить тебя на ноги, чтобы ты не пропустила занятия.

– И?

– И легче всего это было сделать, прижимая тебя к себе всю ночь, чтобы вливать в твоё тело мою жаркую…

Я зажмурилась и спрятала лицо за ладонями.

– …магическую энергию.

Распахнула глаза.

– И всё-таки как самочувствие, побродяжка? – Люк явно надо мной смеялся. – Здорова, как дракон?

Моя пижама была мокрой от пота, но в остальном я не испытывала особого дискомфорта. Кашлять или чихать больше не тянуло, из носа не текло, он не болел от того, что я истёрла его платками. Шутил дракон или нет, но на мне использовали магию – и мне было хорошо.

– Пить хочется, – ну, с небольшими оговорками.

– Я разбудил тебя к завтраку. Надеюсь, ты любишь малину.

Очень люблю…

– Почему я здесь?

Люк вздохнул:

– Я же уже сказал…

Я рискнула прервать его, крепче прижимая к себе одеяло для храбрости:

– Я слышала, что ты сказал. Почему бабка Софи просто позволила тебе утащить адептку из спальни?

Мало ли, что он собирался со мной сделать! Что мог сделать, если бы ему захотелось!

Красный дракон сверкнул на меня изменившимися глазами:

– Лишь идиот в Подлунье рискнёт встать между драконом и его долгом.

Глава 16. Драконы всегда правы

– Что значит – вы ничего не можете сделать?! – воскликнула я, подскочив с кресла. – Меня буквально похитили и лучшее, что вы можете, – это посоветовать мне извлечь плюсы из ситуации?!

Сказать, что я была возмущена, – это назвать цунами обычной волной.

Лорд-ректор черканул на листе бумаги и протянул его мне. Листочек содержал несколько чисел без пояснений.

– Что это? – нахмурилась я.

– Номера. Этаж, ряд, шкаф, полка. Нужная вам книга называется «Драконий кодекс». Это главный свод законов Подлунья. Вам следует усвоить его как можно раньше, раз вам так везёт на неприятности.

Я сжала бумажку в кулаке.

– То есть вы никак не поможете?! Вообще? Это же ваш племянник, скажите ему отстать от меня!

– Сядьте, Мия! – рыкнул ректор.

Я не столько села, сколько испуганно повалилась назад на сиденье.

– Проблема в том, что согласно законам Подлунья, мой племянник в своём праве, – вздохнул мужчина. – Ваша болезнь – следствие не только ваших решений, но и его. С человеческой девушки спросят меньше, чем с благородного дракона, потому Люк честно исполнил свой долг: вы сейчас можете спокойно возмущаться, не прерываясь на чихи, и вы сегодня посетили все успевший пройти занятия.

– Но он всё делал не из благих побуждений! Лорд-ректор…

– Серьёзное обвинение. Вы можете доказать его правдивость, адептка Воронцова?

Я прикусил губу. Кроме меня, что-то могла бы сказать бабка Софи, но домовая уже встала на сторону Этиньена.

– Мой вам совет, Мия, не пытайтесь плыть против течения, у вас не получится. Без могучего защитника вы просто утонете.

На этой печальной ноте мне пришлось покинуть кабинет. Жутко хотелось расплакаться, громко, от души, чтобы весь замок сотрясся. Но приходилось сдерживать слёзы, терпеть, как щиплет глаза, и думать, как противостоять красному дракону, когда руководство академии мне в этом помогать не собирается. И в этом, возможно, мне мог помочь упомянутый ректором драконий кодекс.

– Вы глядите-ка, адептка в библиотеке, и это за несколько циклов до сессии, – весело поприветствовал меня библиотекарь Цезариуса, дедулька на вид такой же старый, как бюджетные учебники, которые он мне выдавал. – Зачем пожаловали, адептка?

Я показала дедушке мятую бумажку.

– Мне сказали, что здесь я смогу найти драконий кодекс.

Дедуля, роста такого низкого, что сидел на стуле высотой в полтора метра, нацепил на нос очки, болтавшиеся на тонкой золотой цепочке. На нём вообще было много золота: пирсинг в носу и ушах, узоры золотой нитью по зелёной одежде.

– У первокурсницы появился интерес к нашим законам? Похвально для попаданки! – библиотекарь вернул мне листочек. – Ну, иди. Лестница на второй этаж там, нужный шкаф будет сразу налево, как поднимешься.

– Спасибо большое!

Я последовала между шкафами из тёмного дерева к деревянной лестнице, покрытой ковром, видимо, чтобы те, кто ходят, не создавали лишнего шума. Драконий кодекс оказался сразу заметен на полке, в своей синей, в цвет чешуи правящего рода, обложке. Читальная зона была через несколько рядов.

«Драконий долг – устное, письменное или невысказанное обязательство дракона, которое он считает нужным выполнить любыми доступными ему способами.

Вмешательство в исполнение драконом его долга не защищает вмешавшегося от любых последствий, вплоть до смертельного исхода.

Признать драконий долг безосновательным невозможно».

Чем больше я читала, тем страшнее мне становилось. Старосты во всём были правы, когда предупреждали нас в начале года, особенно в том, какие драконы властные и жадные твари.

«Однако драконий долг можно признать недействительным. Существуют следующие способы:

1. Выплатить дракону, взявшему на себя обязательство, столько золота, сколько он запросит, чтобы отказаться от дальнейшего следования долгу.

2. Выявить, что совершённые драконом действия никак не связаны с долговым обязательством.

Однако даже в случае успешного признания недействительности, по статистике в 95% случаев дело пересматривается в пользу носителя благородного обязательства, именуемого драконьим долгом».

Я захлопнула книгу. Слишком резко, отчего тут же закашлялась от пыли.

– Это какой-то кошмар! – вцепившись в голову, я едва не рвала волосы от досады. – Драконы всегда правы, если драконы не правы, то посмотрите пункт один!

Первый звонок известил о том, что кончается обеденное время и пора спешить на пару по древнему языку.

На древнем языке были написаны все проклятия, многие целебные и защитные чары. Без него профессиональному магу было некуда. И мало того, что сам язык был сложен, так ещё и занятия по нему всегда проводились для всех групп курса одновременно, в большой аудитории, так что меня ждала встреча с Мелиссой и её подлизами.

Я спустилась по лестнице практически бегом, держа драконий кодекс под мышкой. Библиотекарь притормозил меня заклинанием, из-за чего я повисла в воздухе, глупо болтая ногами.

– Куда? Книгу с собой берёте? Тогда подписать ещё кой-чего надо.

Пришлось потратить лишние минуты на заполнение бесполезных бумажек, согласно которым драконий кодекс отпущен из библиотеки под мою полную ответственность и в случае его пропажи мне имеют право отрезать палец и переработать его в колдовской ингредиент. В итоге, когда я успела добежать до нужной аудитории, зазвонил третий, последний, звонок. И каково же было моё удивление, когда рядом с профессором за кафедрой я увидела двух старшекурсников, среди которых был Люк.

Глава 17. Две искры

Споткнувшись о порожек, я повалилась на коленки и зашипела. Тут же появился повод думать, что споткнулась я не из-за собственной неуклюжести, а из-за брошенного кое-кем заклинания: Мелисса, вопреки своей привычке сидеть подальше от профессоров, сегодня сидела на первом ряду, как и её самые богатенькие подпевалы.

– Адептка Воронцова, – поприветствовал меня профессор Мон-Арк. – Счастлив, что вы почтили нас своим присутствием. Причина задержки?

Я поднялась, как никогда радуясь, что в форму входят брюки, а не юбка. Вздохнув, пришлось вынуть из библиотечной книги читательский лист, чтобы продемонстрировать его преподавателю. Для этого было необходимо к нему подойти, что, почему-то, подняло волну шёпотков.

– Глядите на неё, даже не поприветствует принца!

Волоски на мне встали дыбом. Я медленно повернула голову к двум драконам рядом с профессором Мон-Арком, пожилым человеком-некромантом, которому было несколько сотен лет. То есть вот этот второй старшекурсник рядом с Люком – тоже дракон?! Так ещё и принц?! И мне кажется или у него крылья носа как-то странно трепещут?!

– Ваше стремление к знаниям, конечно, похвально, но в следующий раз прошу вас рассчитывать время и приходить до третьего звонка, – голос профессора Мон-Арка вывел меня из шока. – Можете сесть на место, вы ничего не пропустили.

Всё те же шёпотки адепток вторили:

– Она не приветствовала принца, не пропустила, как же!

Занеся ногу над лестницей между рядами парт, я повернулась, отвесила быстрый низкий поклон, протараторила:

– Приветствую, Ваше Высочество!

И только после этого вскочила по ступенькам на самый верхний ряд, как можно дальше от драконов и однокурсниц. Теперь-то я понимала, почему Мелисса вопреки своей привычке сидит внизу, где на виду у профессора. Чтобы быть на виду у принца и лорда Этиньена. Значит, она знала, что они будут здесь. Осталось мне узнать, зачем они тут.

– Как я уже говорил на первом занятии, древний язык – это сама магия. Не говорите на древнем языке – чем вы лучше простолюдинов? Древний язык – показатель вашего образования, вашей способности использовать сильную магию.

Всё это наш курс уже слышал. Да вся академия слышала, поскольку профессор Мон-Арк то и дело напоминал о своей значимости. Писать мне было нечего, но я всё же раскрыла тетрадь и поставила ручку так, будто что-то записываю. Впрочем, я была одной из немногих настолько старательных адептов: парни переговаривались, девчонки смотрели на драконов.

– Понимаю, адепты, немногим из вас пока доступна значимость наших занятий. Потому сегодня здесь присутствуют адепты Цезарион и Этиньен, которые продемонстрируют вам все глубины древнего языка.

Парни на верхних рядах заржали. Один подсел ближе ко мне и поиграл бровями:

– Готова погружаться в глубины… древнего языка? Ай!

Я почти уверена, что видела, как ему в шею врезались голубая и красная искры, и он отсел, потирая место, куда, как мне показалось, они ужалили.

Профессор отступил, вперёд выступил дракон с короткими синими кудрями.

– Как и сказал профессор Мон-Арк, мы здесь, чтобы помочь вам с занятиями. Но не только. Каждый маг в империи обязан принести клятву верности императорской семье на древнем языке. Каждый год день произвольно выбирается для первокурсников. Сегодня такую клятву принесёте вы.

Так вот зачем принц приехал в академию?

Глава 18. Проклятье принца

Колин наблюдал за Мией Воронцовой, хорошенькой не только по запаху, но и по внешности девушкой, расположившейся на верхнем ряду. Один только этот её поступок привлёк бы его внимание и без запомнившегося аромата: её однокурсницы, все, как одна, предпочли занять нижние места, оставив верхние парням. Потому, когда какой-то парень подсел к первокурснице ближе, Колин тут же бросил в него искру драконьего огня. Что его удивило, так это то, что одновременно с ним так поступил и Люк. Принц скосил на него взгляд, пообещав себе поинтересоваться причиной поступка кузена сразу же после присяги. Было бы плохо, начни они ухаживать за одной и той же девушкой. Так ещё и попаданкой, судя по цвету волос. Вряд ли дальней родственницей.

– Заранее должен предупредить, – Колин улыбнулся своей самой обезоруживающей улыбкой, – отказ от клятвы ведёт к немедленному исключению из Цезариуса. Это серьёзная ответственность – знать древний язык, и от тех, кто изучает его в империи, мы ожидаем стремление приносить пользу обществу.

Большинство адептов и бровью не повели. Конечно, ведь они происходили из знатных семей, и их магически одарённые родители всё прекрасно знали о присяге и приносили её сами. Те же, кто нервничали, включая Мию, очевидно, были попаданцами. Синий дракон прислушался, магически усилив слух, отделяя шёпотки одной девицы от другой, чтобы услышать самый далёкий девичий голосок в комнате, который:

– Проклятые драконы.

Ругал драконов.

Мия, будто поняв, что Колин её услышал, закусила кончик ручки.

Волшебная присяга была непримечательным, но обязательным мероприятием. Чтобы привести её в действие, достаточно было присутствия одного Цезариона. Сколько Колин себя помнил, эту обязанность на себя брала Фрейя. У неё хорошо получалось выглядеть лучезарно и красиво, при этом наблюдая за выражением лица каждого, кто находился с ней в одном помещении. Однако в этом году Фрейю выдавали замуж, и стоило ей услышать о присяге, как она, не отрывая взгляд от брачного договора, сказала родителям:

– Колин будет в Цезариусе? Вот пусть он этим и займётся.

Изначально младший принц предполагал, что его ждёт скука смертная: какой интерес могут вызвать первокурсники? Но как только он узнал, что обладательницей заворожившего его запаха являлась первокурсницей, он стал с нетерпением ждать занятия. Её приближение синий дракон ощутил ещё до того, как она, запыхавшись, добралась до аудитории.

От Мии Воронцовой пахло осенней листвой и лекарственными травами. Пока он говорил, девушка на него старательно не смотрела: её внимание было сосредоточено на тетради и учебнике, который она листала и что-то записывала, хмурясь.

– Маг, владеющий древним языком, – это защитник, боец и целитель, герой и злодей, – добавил торжественности в голос Колин. – Его слова могут убивать, воскрешать, исцелять, побеждать войска. Обучаясь древнему языку, вы должны помнить, что с каждым шагом становитесь ближе к могуществу, большинству недоступному. Маленькая демонстрация?

Дракон хлопнул в ладоши, и аудиторию стремительно заполонила непроглядная тьма. Она поглотила свет из окон, звуки, даже запахи. Колин наложил проклятье.

Глава 19. Чернильные змеи

Холод вокруг неприятно щипал кожу, а попытки что-то произнести заканчивались в безмолвии – нетрудно было догадаться, что принц демонстрировал какое-то проклятье. Чего попроще этот красавец выбрать явно не мог!

Для проверки нужно было переключиться с обычного взгляда на магический, что я и сделала, закрыв глаза и мысленно представив, как их покрывает пелена.

С магической точки зрения чернота вокруг оказалась отнюдь не однородной – напротив, в ней было полно жизни. Она выглядела как множество громадных чернильных змей, сплетающихся в клубки. Они выбирали себе адептов и надвигались на них. С их длинных клыков обильно капало на их же кожу.

Когда змеи поняли, что я их вижу, одна из них начала медленно приближаться, гипнотизируя своими жёлтыми глазищами. Мир вокруг закружился, как на карусели.

Я понятия не имела, как бороться с проклятьями – мы ещё не изучали ни одного, знаний древнего языка не хватало. Соответственно, хоть я и могла увидеть сплетённые принцем чары, я не знала, как им противостоять: инструкции по сотворению противоборствующих чар, опять же, записаны на древнем языке. Однако кое-что я сделать могла.

Противостоя мешающей змее, я с усилием сумела закрыть глаза. Дальше нужно было быстро сплести в голове огненный шар: поскольку это было простейшее боевое заклинание, творилось оно столь же просто – нужно было выдернуть из множества магических нитей в своём теле одну, скатать её в шарик и бросить в цель. При этом представляя в голове огненный образ. Вот и огненный шар.

Я подготовила руку к броску и резко открыла глаза.

Мой испуганный крик потонул во тьме, как если бы его и не было. Но он был – я понимала, что орала от испуга. Тем временем слетевший с ладони шар врезался прямо в широко раскрытую пасть змеи, которая была готова заглотить мою голову. Огонь потонул в ней, как и всё остальное. Я вжалась в спинку сиденья. И тут на всю аудиторию прозвучал оглушительный хлопок.

Всё ещё смотрящая на мир, используя магический взгляд, я увидела, как тьма стремительно всасывается в синеволосого дракона. Его глаза при этом горели пламенем цвета океана, словно сжигали или топили внутри себя тёмные плетения. Он, Люк и профессор Мон-Арк внимательно оглядели нас всех.

– Адепт Этиньен, адепт Семечкин, адепт Князев, проводите адепток Адамс, Шлёсс и Завэр в лазарет, – попросил профессор Люка и моих одногруппников после того, как оценил состояние учащихся, очевидно, с помощью магического зрения. – Они пострадали от проклятья.

Красный дракон и парни не стали возражать: Семечкин и Князев подхватили наших девчонок, Люк взял адептку Завэр, магичку с чрезвычайно голубой кровью из подруг Мелиссы, и они на руках вынесли их из аудитории.

– Я провожу адепта Штормсона, – мужчина подошёл к единственному проигравшему тёмной магии парню. – В наше отсутствие адепт Цезарион объяснит вам, что произошло. Все, кому не нужно лечение, сегодня получают высшую отметку.

Глава 20. История Цезариуса

Переход с магического взгляда вызвал головную боль, и я, пошарив в рюкзаке, достала чудодейственные таблетки, подаренные Люком, и глотнула одну. Тут же стало легче – волшебные лекарства на то и волшебные, что действуют не как обычные. Ох как бы мне подобное пригодилось в выпускном классе, когда я пыталась как следует готовиться к экзаменам!

– Только что я сплёл проклятье слепоты Вируса. Кто-нибудь о нём прежде слышал? – обратился к аудитории синий дракон.

Руки практически всех адептов, кроме попаданцев, взметнулись вверх. Кем бы ни был этот Вирус, он был достаточно известен, чтобы даже не любящий читать Джейкоб Шайнингскотт знал ответ. Он сидел немногим ниже меня, потому и заметила.

– Леди Шайнингскотт? – однако спросил принц его сестру-близнеца.

– Цезариус Вирус был девятым императором Подлунья, – охотно отозвалась Мелисса. – Наследник из побочной ветви, рода Вирус, император Цезариус был некромантом и учёным до вступления на престол. Он основал нашу академию в тысяча двести седьмом году от восхождения Цезарионов и передал трон своему выросшему племяннику Дереку Цезариону. Именно Дерек Цезарион отдал созданные лично императором Цезариусом сборники заклинаний в библиотеку академии.

Когда Мелисса говорила что-то умное и не пыталась придать своему голосу унижающую интонацию, мне оказалось на удивление приятно её слушать. Я даже записала за ней всё, чтобы позже почитать об этом Цезариусе Вирусе в учебнике истории.

– Всё верно, леди Шайнингскотт, – кивнул принц. – Все, кто здесь сидят, увидели проклятье через магический взгляд. Снять его, будучи первокурсником, невозможно. Любые чары, которые вы выучили, как плести, из книг, написанных на общем языке, будь то немые или словесные, лишь отсрочат действие настоящего проклятье, но не снимут его. А если вы запаникуете, то даже отсрочить чужое магическое воздействие не сумеете.

Дракон прошёл от кафедры до двери и обратно.

–Hilarocruelovomanosfumine , – произнёс он на древнем языке. Я впервые слышала, чтобы кто-то говорил на нём подобным образом. С хрипотцой, уверенно, властно. –Ворожба жестока в руках глупца . Так звучат первые строки вашей клятвы.

Принц записал на доске предложение, следом транскрипцию. Читалось: хиларо круэлово манос фуминэ.

–Noocosfuminesueo , – продолжил Цезарион. –Мы все глупцы без оков.

Читалось: но окос фуминэс уэо.

–Uedarovomanosmaitos. Мы вверяем себя в руки мудрецов.

Уэ дарово манос маитос.

–Zeocosuhilarodomaito. Наша ворожба будет мудрой в их оковах.

Зеокос ухиларо до маито.

Я закончила выводить последнюю строчку транскрипции клятвы, когда принц спросил:

– Кто-нибудь скажет, кто изначально говорил на древнем языке? Как насчёт вас, адепт…

Дракон явно пытался вспомнить, знает ли его фамилию.

– Элементали, Колин, – ушей достиг сильный голос Люка Этиньена. – Одними из которых изначально были драконы.

В аудиторию вернулись профессор Мон-Арк, Семечкин, Князев и Этиньен, а также Адамс, Шлёсс, Завэр и Штормсон.

– Что ж, раз все в сборе, пришло время учить клятву! – тут же с удовольствием сменил тему Колин и завалился в кресло профессора.

Глава 21. Слишком много парней

– Что ты делаешь? – подсел ко мне Князев. – Дай клятву переписать.

Я подвинула тетрадь так, чтобы ему легче было смотреть, но чтобы она не ушла из моего виденья.

– Ищу слова с теми же корнями в словаре, – ткнула пальцем в страницу учебника перед собой. – Чтобы сравнить перевод от принца с тем, что в учебнике, и с тем, что получится сделать самой. Раз уж у нас сегодня столь… неожиданное событие вместо занятия.

Марк присвистнул:

– И ведь не лень тебе этим сейчас заниматься? Всё равно ведь клятву принести придётся, если не хотим отсюда вылететь в места похуже! – Князев зарылся пальцами в каштановые кудри на затылке. – Здесь хотя бы кормят бесплатно, жильё без тараканов. Учись да за девчонками ухлёстывай.

В том, что мы всё равно оба произнесём, что велено, однокурсник был прав. Мы – и остальные ребята с факультета попаданцев, потому что деваться некуда.

– Ты ведь дома не поступил? На кого вообще изначально учиться собирался?

– Не поверишь, но в мед доки подавал.

– Ты? – с предсказанным сомнением посмотрела на однокурсника. – Ты на алхимии еле как тройку получаешь.

– Так, а я о чём? Потому и не поступил. А тут, считай, бюджет, общага, мне такое дома и не снилось.

Я вернулась к учебнику:

– Всё равно, в мире, где существует магия, активизируемая одной лишь речью, я бы перепроверяла, что именно меня заставляют говорить.

– Если бы это было опасно, все эти выскочки не клялись бы вместе с ними.

– Аргумент, – признала я.

– Да Князев вообще мозг, когда захочет! – к нам поднялся Семечкин. – Мийка, дай я у тебя тоже спину, у тебя почерк понятней, чем у Сыма. Как он свои иероглифы рисовал, если сейчас пишет так криво?

Антон дёрнул у меня тетрадку.

– Эй!

На моё возмущение парень шикнул.

– Видели бы вы лицо Штормсона, когда ему сказали, что клятву-то он принесёт со всеми, но в журнале за эту пару у него жирный неуд. Я понимаю, наши девчонки не все справились, но этот местный-то что? Так трудно перейти на магический взгляд и придушить змейку немного?

– Придушить? Я вокруг неё шар из воды создал, – вмешался Князев.

– А я огненный шар в пасть кинула, – добавила я.

– А этот ничего не догадался сделать. А Завэр доказала, что у подруг Мелиссы реально нет мозгов.

Я потянулась через Марка и стукнула Антона по руке:

– Парень, а сплетничаешь хуже всех девчонок. Отдай уже тетрадь, я недоучила.

– Ауч!

– Эй!

Вдруг однокурсники одновременно схватились за шеи, и в этот раз я без сомнений видела, как Люк Этиньен, склонившийся над столом Мелиссы, и Колин Цезарион, помогавший с записями Лоре, покрутили указательными пальцами. Они точно колдовали! Но зачем им использовать магию на моих одногруппниках? Может, это всё же не они, и пакость моим друзьям устроил кто-то другой, а драконы, не знаю, магией подмигивали другим девчонкам?

– Я словно о свечу обжёгся, – пожаловался Князев. – Воронцова, поцелуешь? Уверен, твои губы снимут любую боль!

– Мийка скорее добавит, когда тебе врежет, – прокомментировал Семечкин. – Уверен, это Штормсон швырнул заклинание. Мстительный высокородок.

– Высокородок? – переспросила. – Ты теперь слова выдумываешь?

– Новый мир для жизни – новые оскорбления. Гляди, видишь, как этот принц вокруг нашей Лорки вьётся: прямо-таки чешуйчатый павлин.

Не знаю, почему это показалось мне таким забавным, но я аж хрюкнула от смеха.

– А вон тот, – вмешался Князев, кивнул на Этиньена, – сейчас заставит Мелиссу выпрыгнуть из панталончиков.

– Князев, чтоб тебя! – прошипела. Я не хотела это представлять.

– Адептка Воронцова, пересядьте на первый ряд, будьте добры! – вмешался профессор Мон-Арк. – Кажется, адепты Семечкин и Князев вас отвлекают!

Глава 22. Их оковы

Пришлось потесниться с фанатками драконов и согласиться сесть дальше всех в ряду, у стенки, чтобы они со своим флиртом не мешали мне учиться.

Магия сложная в руках глупых. Нет оков (– это?) глупые мы все. Мы даруем (даём, даёмся?) в руки умные. Их оковы нашу магию делают (сделают?) умной.

– Тебе с чем-нибудь помочь? – раздалось над моей макушкой как раз в тот момент, когда я закончила приблизительный перевод клятвы с использованием словаря. Вышло, конечно, не столь литературно, как у принца, но главное, что понятно.

– В-ваше В-Высочество? – удивилась я, оторвав взгляд от записей и увидев того самого принца, мягко улыбавшегося белоснежными зубами с ярко выраженными клыками.

Синий дракон мельком глянул мне на стол.

– Ты сделала собственный перевод? – в голосе Колина Цезариона не звучало неодобрения, скорее, он был заинтересован.

– Так легче по-настоящему учить язык, – пояснила я. – Конечно, я могла бы выполнить его и потом, но зачем откладывать, если можно совместить заучивание с переводом. Лучше запомнится.

– Неплохо для первокурсницы, – похвалил дракон. – Для официального перевода чересчур дословно, грамматический порядок слов не изменён, чтобы соответствовать нормам, но в целом перевод правильный. Ты учила языки в родном мире? Много?

– А, эм, да, Ваше Высочество, – я закусила губу и отвернулась, не выдерживая внимания принца. – Всего два, помимо родного: английский и испанский.

Когда я вот так сидела на первом ряду, а он стоял, высокий, красивый, отделяемый от меня только столом, трудно было не испытывать неловкость. Сидящие через несколько девиц, Мелисса и её подружки смотрели на меня так, будто были опаснее драконов. Я уверена, что они и зубами бы в меня вцепились, не смотри на нас столько люд… то есть, посторонних. Если бы девочки только знали, что я и рада бы им отдать их драконов, пусть бы они их утащили от меня подальше!

– Колин, – произнёс принц.

Я недоумённо уставилась на него.

– Не «Ваше Высочество», а Колин. Мы ведь не на балу.

Пять букв – пять гвоздей в крышку моего гроба.

– Колин, нужна твоя кровь, – подошёл к нам Люк, и я был ему рада лишь потому, что он увёл от меня своего родственничка.

Кровь принца была нужна для колдовского стеклянного шара, в котором клубился серый дым, как у провидиц в кино. Стоило принцу занести над ним порезанную ладонь, как упавшие на стекло капли перекрасили серый дым в синий. Рука дракона же мгновенно покрылась чешуёй, не нуждаясь в перевязке.

– Каждый из вас будет подходить к кафедре, когда вас позовут, и подставлять свою ладонь для пореза, – приступил к объяснениям наших дальнейших действий профессор Мон-Арк. – Вы должны будете произнести клятву на древнем языке и капнуть кровь на шар, как только что поступил адепт Цезарион.

Звучало больно. И не объясняло, зачем здесь красный дракон.

– После подойдёте к адепту Этиньену, он заживит вашу ладонь.

А, вот зачем. Прекрасно! Получше медика не нашлось? Обязательно дракон? Впрочем, учитывая то, что он родственник императора, разумно будет предположить, он присутствует тут ещё и как свидетель.

Моя фамилия стояла достаточно высоко в списке адептов, так что у кафедры я оказалась одной из первых. Я не увидела, чем собираются делать надрез. Не когтями же? Это антисанитария!

Профессор Мон-Арк провёл пальцем над поверхностью моей ладони, и там, без всякого прикосновения, оказалась ранка.

–Тцц, – и она болела.

Шар висел в воздухе у доски, я глубоко вздохнула, произнесла слова, из-за волнения с акцентом, и капнула кровью. После заставила себя приблизиться к драконам, наблюдавшим за мной. Руку протягивала неуверенно, но Люк решительно взял моё запястье и направил огонь на порез. Его будто прижгли, хотя, когда огонь исчез, ладонь оказалась идеально белой.

Прежде чем я успела выдернуть запястье и сесть, Люк вложил мне в ладошку записку и заставил сжать в кулаке.

Глава 23. Ненормальная побродяжка

После присяги у меня была уважительная причина сбежать, растворившись в потоке адептов, – пара по практической некромантии шла всего через каких-то десять минут, а добраться надо было до кладбища Цезариуса, расположенного сразу за Мёртвой теплицей, где выращивали растения, пригодные лишь для некротических заклинаний.

Проходя мимо окон на первом этаже, я увидела, как по стёклам стекает вода, и отделилась от остальных.

– День обязан стать ещё хуже? – вздохнула, раздумывая, как дойду до кладбища под дождём. У теплицы сработает защитный купол на случай непогоды во время занятий, так что там будет сухо, но вот по пути придётся помокнуть.

– Что Люк дал тебе? – потребовали ответа у меня за спиной.

Я повернулась – посреди коридора остановилась Мелисса, отпустив своих подружек вперёд. Уперев руки в бока, она сверлила меня голубыми глазами, подходящими скорее принцессе, чем скотине, какой она была.

Достав из кармана брюк записку, я протянула её ей:

– Хочешь забрать? Я даже не разворачивала.

Мелисса нахмурилась, растерялась:

– Серьёзно? Ты вот так отдашь?

– Серьёзнее некуда, – закивала я.

– Ненормальная ты, побродяжка, – протянула Шайнингскотт, медленно забрав зажатую между моими пальцами записку, так, словно боялась, что я её разыгрываю. Когда я никак ей не помешала, однокурсница ушла, одновременно избавив меня от двух неприятных необходимостей: разговаривать с ней и читать сообщение красного дракона.

Я вышла на крыльцо. Зонт, как форму, в академии не выдавали, а защититься чарами, как мои одногруппники из этого мира, я не могла, потому что что? Потому что укрывающее от дождя заклинание относилось к классу бытовых! Я стояла на ступенях в укрытии крыши над главным входом в учебную часть и глядела, как частые капли дождя создают лужи между камнями дорожки и грязевые провалы в траве.

– Где наша не пропадала, да? – пробежал мимо меня Князев, прикрывая голову форменным пиджаком.

Семечкин думал поступить так же, но на последней ступеньке развернулся и поднялся ко мне.

– Мий, хочешь, я тебе свой пиджак дам, чтобы ты прикрылась? Сам так добегу, – предложил Антон.

– Да нет, я тоже сейчас так пробегу, – отказалась я, чтобы одногруппник не мёрз потом.

– Точно?

– Ага.

Семечкин пожал плечами и рванул к теплице, как Князев до него. Я стянула с себя пиджак.

– Позволишь тебя проводить?

Да что ж я всем так нужна-то?! Я обернулась.

– В-ваше Высочество? – заикание начинало входить в привычку.

– И тебе здравствуй, госпожа «неплохо для первокурсницы», – синий дракон любезно подставил мне локоть. – По-моему, мы решили обойтись без лишнего официоза. Прибережём его для пиршеств и танцев.

Хотя говорил Колин Цезарион одно, делал другое: к чему его насмешливые вежливость и учтивость?

– Мне нужно за Мёртвую теплицу, – сказала я. – Вам туда по пути?

– Тебе, – поправил синий дракон. – Я как раз туда и направляюсь. Хочу собрать плоды червянника. Необычайно вкусные фрукты, если срезать с них неприглядную кожуру. Ты уже пробовала их?

Нахмурилась невольно.

– Не думаю, что мне это понравится, Ваше Высочество.

– Колин.

– Не думаю, что мне это понравится, принц Колин, – упрямо не называла его по одному лишь имени.

– Не попробуете – не узнаете.

Как-то мы неправильно звучим. Будто флиртуем…

– Зато знаю, что ещё немного, и я опоздаю на занятие, – я попятилась. – Была рада пообщаться, принц Колин.

Я уже не волновалась, что промокла, что испачкала ботинки, главное, что я оказалась под защитным куполом кладбища до начала пары. И улепетнула от синего дракона.

Глава 24. Две принцесски

Старое дерево с костлявыми ветвями высоко над нашими головами покачивалось на ветру, как рукава на пугале. Его толстые корни выступали над землёй, похожие на канаты, и один шёл так далеко, что уходил под стену Мёртвой теплицы. Внизу, окружая ствол кругами, располагались три рядочка могил. Склепы примыкали к стенам академии и теплицы, образуя закрытый дворик в большом дворе. Покинуть его можно было через Мёртвую теплицу и через дорожку для личей, ведущую в большой двор.

Все собрались у ближнего к теплице склепа, и я решила, что мне туда. Профессор опаздывал и оставил записку на решётке, ведущей к могиле.

– Глядите, наша Воронцова как мокрая ворона, – не успела я дойти, как привлекла внимание Джейн Завэр. – Кто знает, из какого птичника упорхнула синяя птичка?

Я стянула с себя мокрый пиджак и повязала его на поясе, как если так он высохнет быстрее. Сам факт того, что я должна сушиться, напоминал мне о том, что я попаданка, белая ворона в академии, где каждая неудачница в учёбе, зато из правильной семьи, считает себя лучше меня. Стоило мне быть сдержаннее или нет, но я жаждала опустить эту голубокровную.

– Завэр, я понимаю, что тебе обидно, что птица с птичьими мозгами справилась с проклятьем лучше тебя, но не лучше ли сосредоточиться на учёбе? А то звучишь жалко.

Джейн подавилась воздухом.

– Жалко звучишь ты, у которой ничего нет, ясно? Таких, как ты, держат тут ради вашей магии. Чтобы вы приносили пользу таким, как я, в будущем.

– Так, значит, кое-что у меня есть, – бросила злую усмешку ей в лицо. – Магический дар, который, очевидно, превосходит твой. Ты, бедняжка, опозорилась сразу перед двумя драконами.

Рыжие волосы Джейн загорелись. В буквальном смысле – они стали пламенем.

– Ты смеешь ставить себя выше меня? – угрожающе надвинулась на меня она.

И тут я поняла, что как бы сильно я ни хотела выйти из разговора победительницей, нужно как-то её успокоить. Более одарена я или нет, а Завэр сейчас свою магию не контролирует. Бесконтрольная магия – как бушующая стихия, потому, по слухам, у каждого адепта в форме есть вшитый артефакт, отслеживающий всплески и передающий их на артефакты в форме преподавателей. То, что у Джейн магия нестабильна, если это так, определят сразу, а вот я… я себя контролирую, так что применить против неё защиту намеренно не могу, если не хочу, чтобы меня сочли напавшим провокатором и выперли.

– Джейн, – вмешалась Мелисса, положив руку подруге на плечо. – Таким, как мы, лишний раз и говорить с ней не стоит. Всем очевидно, кто здесь имеет лучшее будущее.

Высокомерный голос блондинки медленно залился Завэр в уши и притуши её пожар. От волос отскочили последние язычки пламени, превратились в пепел и осели у надгробий.

– Что здесь происходит? – на кладбище путём личей, между стеной академии и теплицей, с опоздание прибежал профессор Квентин. Почему бы он ни опаздывал (в записке не говорилось), стоило Джейн сорваться, как он явно ускорил своё прибытие.

Адепты стали переглядываться, пока Мелисса не удивила меня, сказав:

– Кому-нибудь нужно проводить Джейн в лазарет. Мне кажется, остаточные следы проклятья спровоцировали всплеск.

Шайнингскотт подтолкнула подругу к профессору.

– Если это так, то я сам её провожу, – преподаватель осматривал девушку. На предмет вырывающихся чар? – Не перебейте друг друга за ещё пятнадцать минут, напоминаю, что это в любом случае не освободит вас от занятий, а вот запах себе испортите.

Мы с Мелиссой случайно пересеклись взглядами. Когда она поняла, что я на неё смотрю, то отвернулась к своим подружкам, словно я была недостойна лицезреть её лицо принцесски. Принцесски, которая с чего-то решила не пользоваться возможностью в очередной раз попортить мне жизнь.

Глава 25. О том, как лезть к мёртвым

Вернулся профессор без Джейн Завэр. Видимо, на второе за день попадание к целителям её решили не отпускать на занятие, а подержать в лазарете подольше, чтобы убедиться, что магия в теле девушки вновь не поведёт себя неправильно. Я за неё не волновалась: учитывая то, какая она родовитая, помереть ей не дадут и предпримут все меры, чтобы уже завтра она снова строила глазки знатным драконам. Не волновалась, но всё же плечи слегка расслабились, когда преподаватель пояснил ворчливо:

– Какие маги нынче душевно слабые пошли, покой им подавай.

И уже громче заговорил:

– Напомните-ка мне, а то я запамятовал, что есть основа практической некромантии, – пройдя сквозь расступившихся перед ним адептов, на ходу спросил некромант. Расступаться перед ним было нужно, если не хотел случайно наступить на полы чернющего плаща и получить нагоняй.

– Кто там слушал меня внимательнее всех? Семечкин?

Собрат-попаданец, о чём-то шептавшийся с Князевым, дёрнулся.

– Правильное произношение словесных заклинание и филигранное плетение немых? – не столько утвердительно, сколько вопросительно, произнёс Антон.

– Это, адепт Семечкин, база всех магических наук, – махнул на него рукой профессор Квентин. – Основа практической некромантии – самооборона. Только недомерок полезет к мёртвым, не способный обеспечить себе защиту.

Мы окружали склеп, в то время как сам преподаватель расхаживал внутри него. Он намеренно наступил ногой на одну из плит пола и взмахом руки остановил полетевший в него из левой стены болт. Он завис в воздухе и следовал за его рукой, пока медленно не опустился на пол.

– Любой мало-мальски значимый мертвец ещё при жизни подготовит себе захоронение с ловушками. А если их и не будет, вы не защищены от возможных болезней и того, что просто не сможете убежать или ударить буйного пробуждённого. Только если…

Профессор сделал паузу, оглядев нас.

– Если ваши тупые лица не обучатся, как себя защищать. Сегодня мы изучим порядок действий при столкновении с трупными личинками. Как их собрать, если они нужны для зелья, как уничтожить, не повредив будущему умертвию.

Следующий час, потому что около получаса занятия уже было потеряно в никуда, нам приходилось тренировать заклинание точечного сожжения мелких живых сущностей и заклинание телекинеза для небольших объектов и субъектов. На каждое, соответственно, было выделено по полчаса, и результата преподаватель требовал в темпе вальса, неважно, что он сам опоздал. К концу учебного дня у меня гудели голова и руки от магического плетения, как если бы я дёргала за реальные струны, а не за внутренние нити чар.

– Адептка Воронцова, задержитесь, – отозвал меня преподаватель.

Ну конечно, даже если Мелисса меня и прикрыла, с чего бы это делать самой Джейн?

– Да, профессор? – подошла к мужчине у склепа я, не отрывая взгляда от носков своих ботинок.

– Комиссия рассмотрела ваше прошение о повышенной стипендии.

Глава 26. Многообещающая успеваемость?

Отказ.

Мне следовало это ожидать, ведь на протяжении всего сентября не было и недели, когда бы я не посещала ректора, но я надеялась, что моя успеваемость покажется комиссии достаточно многообещающей, чтобы дать мне шанс. Зря понадеялась.

И всё же… отказ. Никаких денег на перекусы, сменную обычную одежду и обувь, косметику, бельё, да и множество вещей, о необходимости которых ты даже не подозреваешь, пока не начинаешь жить от родителей отдельно.

– Когда можно будет подать на апелляцию? – вздохнула. По крайней мере, разговор не о Завэр.

Профессор Квентин пригласил меня пойти с ним в сторону учебного корпуса. Он собирался ответить на ходу.

– Мия, позвольте мне быть с вами честным, – прокашлялся некромант. – Вы можете пойти в деканат и заполнить все бумаги хоть сейчас, и вас утешат, что решение может быть пересмотрено уже к концу наступившего месяца. Но на деле… в лучшем случае, вам повезёт на следующем курсе, и то, только если вы на протяжении всего учебного года больше не будете замешаны в конфликтах, особенно в конфликтах с адептками Шайнингскотт и Завэр.

Потому что их родители безбожно богаты.

– Вы умная девушка, Мия, и сами всё понимаете, – профессор Квентин одарил меня сочувствующим взглядом и добрался до корпуса уже в одиночестве. Я не стала сопровождать его дальше. Застыв на негнущихся ногах посреди двора, я заплакала, сдерживая крик досады и до крови кусая губы. И было уже неважно, что стоило профессору уйти, как исчезло и его бытовое заклинание, и я оказалась одна под разбушевавшимся, будто услышавшем меня, дождём.

За ним я не чувствовала даже собственных тела, не могла мыслить. Однако вскоре я перестала чувствовать и его.

– Знаешь, у тебя очень сильный дар, – раздалось у меня над головой вместо шума воды. – Бесконтрольная магия редко выражается в слабых заклинаниях, но накрыть грозовым ливнем Цезариус – это надо постараться. Давай-ка пойдём отсюда, пока профессоры не набежали, – Колин Цезарион закрывал меня собой и своим заклинанием и протягивал руку. – Или ты хочешь дождаться их прихода и пойти в лазарет?

Дожидаться кого-то, того же профессора Квентина, и идти в лазарет, где всё ещё была Завэр, я точно не хотела, только вот…

– Говоришь так, будто если я пойду с тобой, за мной всё равно не придут, – просипела, потеребив пиджак с намёком на отслеживающий артефакт.

Колин улыбнулся.

– Ну, я же принц. Кое-что сделать я могу.

– Ага, одобрить мне повышенную стипендию, – буркнула.

С крыльца уже было слышно, как открылись двери в замок.

– Ну, так что? – рука принца казалась приглашающе тёплой. Но он всё ещё был драконом, а драконам я не доверяла.

Я попятилась от него.

– Нет, спасибо…

– Адептка Воронцова! – выбежать ко мне решил сам ректор. – И Колин, – он оглядел принца. Ректор был дядей Люка по отцу, а не по матери, если судить по фамилии, но всё равно драконы были друг другу родственниками. – Адепт Цезарион, ты видел, что сделала адептка Воронцова?

Меня точно исключат ещё на первом курсе.

Глава 27. Башня И-Так-Сойдёт

Воспользовавшись моментом, Колин уверенно приобнял меня.

– Только то, что девушка была расстроена чем-то столь сильно, что проявился её на редкость высокий дар. Я бы подумал, что ей разбили сердце, – дал ответ ректору принц.

Старший дракон не упустил из виду, как наглый младший оказывал мне симптию.

– Уж вы-то знаток разбитых сердец, адепт Цезарион, – не стал щадить принца ректор.

Нахмурившись, я вспомнила, что его племянник тоже ронял подобный комментарий в сторону принца Колина в ночь на озере.

– Адептка Воронцова, что случилось? – но ректор не дал мне сосредоточиться на размышлениях.

Я промолчала. Не хотелось вслух признавать, что не сумела безболезненно принять отказ в стипендии, столь мне сейчас необходимой.

– Адептка Воронцова, – когда ректор так произносил мою фамилию, говорить хотелось ещё меньше.

Я прижалась к принцу и шепнула ему в грудь:

– Ещё можно уйти?

Как оказалось, можно! В следующую секунду моё тело прижали крепко к мужскому и вместе со мной оторвались от земли. Вцепившись в форменную одежду Колина, я с ужасом заставила себе не смотреть на удаляющуюся каменную дорожку. К счастью, в воздухе, борясь с ветром и стеной дождя, мы пробыли недолго. Синий дракон добрался со мной до крыши самой дальней башни, где было выбито окно, и залетел внутрь. Это оказался какой-то чердак, заваленный… магической рухлядью, иначе не назвать. Старые мантии в шкафу, сломанные волшебные палочки, треснутые колдовские камни, пыль, чехлы, изогнутые диваны… домовые здесь не бывали.

– Почему ректор не полетел за нами? – спросила, выглядывая в окно. Меня потряхивало, бросало то в жар, то в холод, а дождь всё не кончался.

– Это башня И-Так-Сойдёт, – Колин накинул на меня свой пиджак. – Её нет в Цезариусе.

– То есть как это – нет? – не поняла я.

– Ну, она и есть, и нет, – понятнее не стало. – Как пространственный карман. Она появляется перед Цезарионами, когда нам нужно где-то уединиться.

– Появляется… телепортируется? – загадка башни отвлекла меня от негативных мыслей.

– Не совсем. Она есть везде и есть нигде. Чтобы тебе что-то достать или положить в пространственный карман, существует проводник в виде пиджака. А чтобы появился проход в И-Так-Сойдёт – нужно иметь кровь рода Цезарион.

– То есть можно сказать, что ты всегда носишь с собой башню на случай нужды? – склонила голову к плечу.

– Вот это ближе всего к тому, как это работает, да, хотя всё ещё не точно, – кивнул принц. – Ничего, на втором курсе объяснят пространственную магию подробнее.

Мои плечи поникли.

– Если только ты не хочешь послушать лекцию от меня, – и подскочили вверх.

И снова поникли, потому что:

– Не стоило нам улетать. Теперь лорд Этиньен точно думает, что я напортачила. Меня исключат.

Колин успокаивающе погладил меня по плечам:

– Я повторюсь, Мия, но я же принц.

Хотелось едко сказать, что это не повод злоупотреблять властью, но… мне нужна была помощь дракона. Особенно, если я не хочу, чтобы рядом со мной появился ещё один дракон с долгом.

– Спасибо, – я плюхнулась на запылённый диван. – Почему эта ваша спасительная башня выглядит так…

– Захламлённо? – подсказал синий дракон. – Потому что она для пряток. Спрятать ненужное, спрятать себя.

Он медленно сократил расстояние между нами. Я невольно вжималась в спинку дивана с каждым его шагом. Он положил ладони мне на плечи и посмотрел прямо в глаза. Не отводя взгляда, он начал наполнять меня теплом. Я ощущала, как сохла моя форма, как волосы отлипали ото лба и завивались аккуратными волнами. Закончив, он так же медленно, не разрывая зрительного контакта, отстранился. Я всё это время не дышала.

– Вы оч-очень заботливы, принц Колин, – кое-как выдавила из себя. В смущении, в смятении, в навязанном старостами страхе перед драконами, я первой отвела глаза.

– А вы очень церемонны, Мия, – старшекурсник игриво стукнул указательным пальцем по моему носу. – Как себя чувствуете?

Как если бы весь мир ополчился против меня, растоптал и обещал, что завтра не наступит.

– Паршиво, – кратко суммировала я.

– Позволишь, я всё же провожу тебя до лазарета? Бесконтрольная магия – это не шутки, а на первом курсе обучения – невероятный стресс для организма.

В конце концов, там же не одна комната, где отдыхает Джейн…

– Ладно.

Удивительно, но из башни И-Так-Сойдёт мы вышли сразу у двустворчатых деревянных дверей лазарета. Покинули мы её тоже другим путем: через люк, а не окно. Колину приходилось поддерживать меня, чтобы я шла ровно. Слабость накатывала на меня стремительно.

– Адептка? Надо полагать, Воронцова? Ректор доложил, – меня поспешила забрать из объятий принца целительница в чёрной мантии и две следовавшие за ней, вероятно, помощницы. – Ох, милая, сколько же ты в никуда сил отдала, бедненькая…

Я так устала, что не могла говорить.

– Гроза – её рук дело, – ответил вместо меня Колин.

– Без вас разберёмся, адепт Цезарион, – кивнула женщина. – Идите отсюда, мне нужно раздеть адептку. Идите, идите, нечего задерживаться, если здоровы!

Кажется, я заснула на лазаретной кровати как раз тогда, когда целительница вытолкала дракона за двери.

Глава 28. (Не) мой кот

Я проснулась, чувствуя, как что-то мягкое тычется мне в нос, а, подняв ресницы, имела честь лицезреть белого мейн-куна, пялящегося на меня требовательными жёлтыми глазами.

Номер заказа 87405392, куплено на сайте

– А ты здесь откуда? – спросила неразборчивым после сна голосом, проводя ладонью вдоль его тела и чувствуя, как на ней остаётся шёрстка. – Кажется, у кого-то линька.

Я села, обнаружив, что всё ещё нахожусь в лазарете. Помимо моей, здесь было ещё пять застеленных кроватей. Стены и без того были каменными и не цветастыми, так ещё и погода на улице усугубляла ситуацию: вокруг было серым-серо, дождь омывал землю за окнами активно, с шелестом и без моей помощи. Где-то было открыто окно: до меня долетал приятный запах сырости и листвы.

Кот боднул меня головой.

– Продолжать гладить тебя? – усмехнулась я, легонько потрепав мейн-куна. – Я рада, что нравлюсь тебе, но лучше бы тебе уйти. Мне нельзя заводить фамильяров.

– Мяяя! – меня стукнули лапкой по пальцам.

– Серьёзно, ты милый и всё такое, но у меня нет денег заплатить за твоё содержание. И кормить тебя тоже нечем. И родители в другом мире с деньгами, которые в этом не имеют никакой ценности, – я печально улыбнулась. – У меня связаны руки, малыш.

Кот прожигал меня слишком разумным, слишком раздражённым взором, как будто собирался сказать: «Какие глупости ты несёшь!»

Я указала ему на приоткрытую дверь комнаты.

– Ну же, давай, на выход!

Когда кот не послушался, пришлось спустить ноги на пол, где отыскались мягкие белые, как и лазаретная рубашка с кружевами, в которую меня переодели, тапочки. Всунув в них ноги, я встала, поймала дёрнувшегося было под кровати кота и, шире открыв дверь, быстро огляделась. Убедившись, что в приёмной, где была всего одна кровать и столы и шкафы целительниц, никого нет, я вместе с котом прошла до двустворчатых дверей и выставила животное в коридор.

– Прости, но мне правда хватает проблем. Найди себе какую-нибудь другую хозяйку.

– Такого умного фамильяра и самой отсылать – это неприемлемо, дорогая, – раздалось у меня за спиной. Я повернулась, а кот воспользовался возможностью и проскочил назад в оставленную мною щель. – Он без зова к тебе пришёл и помог выровнять магические потоки в теле. Не выбери он тебя, тебе бы худо пришлось. Сегодня бы ещё не встала.

Средних лет целительница (по магам сложно определять возраст) проявилась за самым большим из столов в комнате. Когда я обернулась, она была полупрозрачной, к концу же своей речи выглядела более чем реальной.

– Вы используете заклинание невидимости? – вздёрнула брови. – Зачем?

– Ты бы видела, как не любят попадать в лазарет драконы. И как пытаются улизнуть. Надо же как-то следить за ними.

Она подхватила на руки подошедшего к ней кота.

– Тебе этого красавца не прогонять, а любить надо.

– Да я бы рада, правда, но у меня денег нет. Моя первая стипендии ушла на канцелярию. Моего рациона в столовой хватает только на меня, и то, я не всегда наедаюсь. Куда мне его? Была бы у меня повышенная стипендия, тогда можно было бы задуматься, а так…

Целительница кивнула мне на покинутую комнату.

– Мне всё ещё нужно осмотреть тебя. Вернись в кровать.

Дождавшись, пока я лягу, она поставила кота на пустую постель, закрыла дверь и, стянув чёрные перчатки с узловатых пальцев, заводила руками над моим телом. Судя по её сосредоточенному виду, она перешла на магический взгляд. Кожу пощипывало. Отвернувшись, я наблюдала, как кот деловито вылизывает лапку.

– Повышенная стипендия – не единственный способ получить деньги попаданцу во время учёбы.

– Вы можете предложить другой? – не припоминала ничего подобного в уставе академии или обронённого во время разговоров в деканате и кабинете ректора.

– Адепт может вступить в брак с представителем нашего мира и стать частью семьи. Тогда средства рода смогут покрыть необходимые расходы. Для замужества ты возраста подходящего.

Я уставилась на неё так, будто у неё выросло четыре руки.

– В твоём мире адепты не заключают матримониальные союзы во время учёбы в академиях? Подходящий период, разве нет? Но есть и другой вариант.

Да, скажите его, пожалуйста.

– Можно найти себе покровителя.

Глава 29. О покровителях

Если мой взгляд мог свтать ещё более ошалелым, то он сптал.

– Вы мне предлагаете содержанкой свтать, что ли?! – выпалила и тут же пдрикрыла рот ладошками. Не может же мир быть настолько безумным? Или, вспоминая здешних драконов, должна думать, что как раз-таки может?

– А ну положи и выпрями руки! – наказала целительница. – Покраснела так, словно тебе щёки соком обмазали. Смотри, чтобы температура не подскочила.

Она прикоснулась приятно прохладной тыльной стороной ладони к моему лбу.

– У тебя крайне много магических нитей в теле, отметки высокие, первый за месяц серьёзный срыв, так что как маг, ты довольно перспективная. Можно обратиться в Магическую Службу и попросить подобрать тебе, как нуждающейся попаданке, покровителя. Уверена, кто-нибудь да заинтересуется.

– И что я должна буду делать? – в напряжении, уточнила я.

– Учиться. Участвовать в различных конкурсах и мероприятиях, на которые твой покровитель тебя пошлёт, после отработать на его семью, обычно адепты с покровителями после обучения становятся ассистентами или слугами рода, пока выплачивают те средства, что на них затратили.

– И это не считая службы империи?

– Покровитель сам согласует все вопросы с Магической Службой, в большинстве случаев годы, отработанные на него, вычитаются из обязательных тридцати лет. И имперское распределение определяет пост, соответствующий полученному дополнительному опыту выпускника.

Главное, чтобы опыт этот был не постельным…

– Так или иначе, а сейчас я бедна как церковная мышь, – я подавила зевок. Целительница закончила осмотр, после чего ужасно захотелось вздремнуть.

– Давай так: я подержу этого кота у себя пару недель. Ты же за это время обратись в Службу, поняла, милая?

– Ага… – я бы что угодно «поняла», лишь бы мне дали заснуть.

– Это… что? – замерла на пороге, в шоке разглядывая комнату, в которую было не протолкнуться из-за завала вещами. На кровати, столе, полу, в общем, везде были разноцветные коробки разных размеров, повязанные атласными лентами.

– Подарки, – прокряхтела моя домовая, таща непонятно какую по счёту коробку. – Болезнь и мозги, и зрение отшибла?

Я переложила две коробки от двери в стопку слева, чтобы появилось пространство для ног, после чего вошла и закрыла дверь.

– Да вижу я, что не сферы! – съязвила. – Откуда это здесь всё? От кого? Ощущение, будто адресом ошиблись, спутав мою комнату со складом.

Бабка Софи уселась на кучу коробок.

– Да нет, всё записано на твой ящик магпочты. От Люка Этиньена. На воть, можешь открытку прочитатися.

Я подошла, чуть не упав, запнувшись о посылку, и выхватила у неё из рук картонку.

«Моей дорогой адептке Мие Воронцовой », – изящным почерком на одной стороне.

«Прекрасная и великодушная Мия, я был поражён вашей щедростью, когда узнал от леди Мелиссы, что вы отказались от моего предложения отужинать. Наше знакомство вышло неправильным, но, уверяю вас, даже без приворотного зелья вы мне не безразличны. Я вдохновлён вашей красотой, одарённостью и добротой: отказаться в пользу своей более обеспеченной подруги дорогого стоит. Как же я могу теперь называть вас побродяжкой? Тут в пору устыдиться и называть побродяжками нас всех.

Я хотел бы предложить вам своё покровительство. Я буду рад обеспечивать вас всем необходимым для успешного окончания учёбы в Цезариусе. В будущем мне бы хотелось, чтобы вы отдали мне этот долг, работая на мою семью.

В качестве демонстрации того, что могу вам покровительствовать, посылаю дары. Надеюсь, они придутся вам по вкусу. Он у вас такой изысканный, что я даже и не знаю, как ему соответствовать.

С уважением, ваш Люк Этиньен ».

Значит, в той записке он приглашал меня поесть с ним? Опять?

– Бабушка Софи, а можно ли всё это отослать отправителю? – поинтересовалась, откладывая записку на башенку из коробок. Она пахла мужским тяжёлым парфюмом, а ещё сарказмом, который невозможно было не заметить между строк.

– Ты чего это удумала, дура такаяся?! – возмутилась домовая. – Если откажешься от драконьих даров, прогневишь и оскорбишь лорда так, что опозоришь на всю академию. Бери, коль дают, дурная!

– А если возьму, то буду ему обязанной, а мне это не надо!

Хоть мне и было безумно любопытно, я держалась и не трогала обёрточную бумагу подарков: боялась, что тогда не смогу отказаться.

Бабка Софи вдруг подпрыгнула так высоко, что сумела дёрнуть меня за ухо.

– Аааа!!! – приятного в том было, конечно, мало.

– Бери, кому говорю! Распорядися по своему хотенью, а взять-возьми. В нашем мире мужчины даруют, а женщины принимают. Приспосабливайся!

Глава 30. Пятьдесят медяков до Рэйвенхолда

По выходным адептам разрешалось покидать Цезариус и посещать ближайший город, Рэйвенхолд. Именно там я закупалась ручками, тетрадями, когда тратила первое жалованье. Сегодня же у меня была другая цель.

Пешком до Рэйвенхолда было двадцать пять минут, порталом – десять медяков. Обычная стипендия же составляла три серебряных и пятьдесят медяков.

Я поглядела на коробки, которые рассортировала по содержимому. В части из них была одежда: плащи, рубашки, брюки, платья, юбки, подтяжки. В части – обувь: сапоги, ботинки, туфли. Я отобрала те вещи, которые мне понравились и которые внешне не казались чересчур дорогими, и прибрала те в шкаф. Остальное же, то, что явно стоило немало, распихала по коробкам с целью продать. Если уж законы этого мира обязуют меня принимать подарки, чтобы не наносить оскорбления крылатым дарителям, то я это сделаю. Но моё принятие ещё ничего не обещает, правильно?

– Да правильно, правильно, – в который раз вздохнула бака Софи. – Хотя на твоём месте я бы соглашалась, не каждой попаданке так везёт, а ты носом воротися, как богачка.

Я запихнула в пространственный карман влезшую в него коробку с роскошным бальным платьем и, выйдя в коридор, постучалась к соседке. И к другой. Лиззи Адамс и Лора Шлёсс выглянули из своих комнат, сонные.

– Мия? – удивилась Лиззи. – Нас куда-то выгоняют?

– Нет, это не по учёбе, выходной же, – успокоила я. – Девочки, хотите заработать?

Тут и спрашивать было не надо. Как и я, они страдали от недостатка вещей.

– И как? – осторожно спросила Лора.

– Один дракон надарил мне кучу дорогого шмотья. Я хочу продать его в Рэйвенхолде. Поможете мне донести часть в ваших пространственных карманах – поделим выручку.

Они обе вздрогнули, услышав про дракона.

– Это который красный? Люк Этиньен? – Адамс была посмелее. – А если он узнает?

– Прилетит в любом случае мне, а не вам. Тем более что моя задача была принять подарки, а не носить их.

Лора потопталась на пороге и отказалась:

– Не могу. Я их жутко боюсь.

А вот Лиззи согласилась:

– Дай мне секундочку носик припудрить. Прилетит-не прилетит, а мне так хочется свежий круассан с клубникой!

Соседка действительно привела себя в порядок довольно быстро. Оглядев коробки в моей комнате, она присвистнула и забрала в свой карман две небольших. Мы услышали стук в дверь. Снаружи стояла готовая Лора.

– Я тоже хочу. У меня закончилась вся гигиеничка, что была в сумке, когда мы попали сюда.

В итоге и Шлёсс взяла себе три маленькие коробочки.

– Может, кого из парней тоже попросить? – предложила Лиззи. – Распродадим сразу всё и сядем-поедим группой где-нибудь нормально. И пусть Антон купит себе местный дезодорант. От него жутко несёт во время тренировок.

Я мысленно подсчитала в уме, что мне всё ещё нужны деньги на содержание кота, и подумала, что, в целом, наверное, двух парней мы можем себе позволить. Так что позвали Князева и Семечкина, которые согласились, потому что:

– Хочу видеть лицо красножопика, когда он узнает!

В пространственные карманы парней коробок ушло больше: они способны были не только хорошенько расширить свой карман, но и унести его на себе. Коллективно мы собрали пятьдесят медяков, чтобы телепортироваться в Рэйвенхолд, и спустились из общежития. Через галерею в учебный корпус да дальше вниз, в приёмный зал, где мы оказались, когда только нас занесло в этот мир дуновением магии.

У огромных двустворчатых дверей, древних, магических, каменных, сидел за столом сторож и читал «Столичные Сплетни». Я покашляла и положила перед ним пять монет по десять медяков.

– О, молодёжь, гулять собираетесь? – мужчина спрыгнул со своего высокого стула, и я обнаружила, что он был, как библиотекарь, только старше, весь седой. У него было по два золотых кольца на каждом пальце. – Похвально, похвально.

– Извините, а вам не тяжело столько золота на себя таскать? – поинтересовалась я.

Лиззи стукнула меня по руке:

– Ты чего, не надо лишний раз про золото у лепреконов спрашивать.

Глава 31. Улицы Рэйвенхолда

Я влюбилась в Рэйвенхолд с первого взгляда. Небольшие каменные домики, серые, коричневые и жёлтые, с резьбой на окнах и дверях, проложенные брусчаткой улочки и высокие чёрные масляные фонари, оплетённые шипами. Под угрюмым непроглядным небом летали вороны. С витрин глядели на прохожих манекены в изысканных нарядах, пришедших как из прошлой эпохи родного мира, так и из сказки. Песня барда долетала из таверны, как и звуки бьющейся друг о друга посуды и приборов. Бегали дети, передавая друг другу мяч, девочки выпрашивали монетку на сласти за то, что заплетут волосы, мальчики – за то, что почистят ботинки. Смешивались в воздухе запахи печёного хлеба и чистого белья на балконах.

Мы добрались до единственного в Рэйвенхолде магазина одежды, который принимал товары от покупателей. Небольшой магазинчик на углу улицы, рядом с дешёвенькой пекарней с кричащей «Скидки для адептов!» вывеской, менял их либо на свои товары, либо на деньги.

Мы сбагрили драконье добро с удовольствием, которое не испытывали с лета. У каждого из нас была своя история за попаданием Цезариус. Лора боится выступать перед публикой, потому не смогла справиться с внутренними устными экзаменами – после провала её перехватил человек из комиссии. Лиззи зарабатывала себе на обучение, когда посетитель предложил ей место в магической академии вместо чаевых. Семечкин был спортсменом и сломал ногу перед важным матчем, а я не знала, чем хочу заниматься по жизни. Когда как в тумане меня затащило в портал вместе с ним, я сочла, что если не знаешь, что брать, соглашайся на предложение, которого больше не поступит.

– Как же это вкусно! – простонала Лиззи, жуя круассан на ходу.

– Мы поняли это ещё тогда, когда ты заказала третий подряд, – хмыкнула я, делая глоток кофе из стаканчика на вынос. Он был сделан на молоке из здешнего колдовского фрукта, крайне полезного для магов. Привкус из-за этого был странноватый, как у конфеты-шипучки, но, в целом, я бы не сказала, что мне было невкусно.

– Как только в такую кроху столько помещается? – дивился Семечкин. – Лиз, а Лиз, открой свой секрет?

Лиззи доела и закинула упаковку от круассана в мусорку.

– В яблочко! – крикнул Антон. – Лизка, да в тебе множество талантов!

Он забросил ей руку на плечи. Девушка одарила однокурсника убийственным взглядом:

– Убрал, пока дезодорант не купил.

И вывернулась.

– А потом можно? – Семечкин расплылся в улыбке. – Так я тебе нравлюсь?

– Я думаю, – ответила Лиззи.

Я, Князев и даже скромная Лора издали неодобрительный звук:

– Ууууу!

– Думай быстрее! – посоветовал Семечкин и побежал в замеченный косметический магазин по другую сторону улицы. Мы медленнее пошли за ним.

Отсюда все вышли с покупками. Лора усиленно мазала губы бальзамом.

– Ох, как же они пересохли, – пожаловалась она.

– У них так много отдушек, – восхищалась Лиззи. – Было так трудно удержаться и не купить все ароматы.

– А, так это не все? – ужаснулся Семечкин. – Они кое-как к тебе в пространственный карман поместились.

– Это потому что я, как и ты, между прочим, пока плоха в его расширении и облегчении! Условно он бездонный, – парировала Адамс. – И вообще, чего пристал?

– Люблю тебя, не могу! – и Антон чмокнул её в щёку.

– Да ты!

Антон убегал, пока Лиззи пыталась его нагнать, а когда нагоняла, то хлопала по спине.

Неожиданно прогремел гром.

– Князев, разнимешь их? – попросила я. – Нам бы в академию, раз со всем здесь закончили.

Портальная станция Рэйвенхолда была в пятнадцати минутах ходьбы, но отсюда до неё вёз экипаж за пять медяков. Однако не успели мы приблизиться к остановке, как меня чуть не сбил с ног несущийся по брусчатке Колин. Он схватил меня за запястье, отделяя от друзей, и попросил:

– Спасай!

После чего завладел моим ртом холодными губами.

Глава 32. Предложение принца

Что люди делают, когда их внезапно целуют? Причём без спроса? Причём не первый, а второй раз, причём другой партнёр? Вырываются? Бегут? Поддерживают поцелуй и наслаждаются?

Пока я думала, как следует поступить, то стояла и не двигалась, кажется, даже не моргала, ощущая прохладу от кожи лица Колина. Когда парень дал мне вздохнуть, я ожила и выдернула запястье из его хватки, но было поздно – у нас имелись зрители.

С той стороны улицы, откуда прибежал принц, собралась толпа зевак, среди которых хватало девиц в прогулочных нарядах. Казалось, они все были в лучших своих вещах: пастельных тонов нежных плащах из изысканных тканей с узором, кожаных сапожках, платьях с наружными корсетами, украшенными вышивкой и мудрёно зашнурованными, кружевных рубашках и подчёркивающих ноги брючках с широкими поясками. И ладно бы Цезариона застали в таком положении горожанки, так нет, я узнала среди них однокурсниц, в том числе Мелиссу Шайнингскотт и Джейн Завэр. Мой выражающий негодование взгляд вернулся к принцу.

– Что ты только что натворил? – прошипела я, в злости позабыв о страхе. Точнее, я боялась, но не дракона, а того, как меня теперь замучают его фанатки.

Колин погладил мою щёку, поглядывая на своих обожательниц.

– Потом объясню. Подыграй, умоляю, – прошептал он, непозволительно близко склонившись к моему уху.

Хотелось ли мне устраивать сцену на глазах других адептов? Нет, наверное, только хуже сделала бы.

Вздохнув, я зажмурилась и, встав на носочки, чмокнула синего дракона в скулу.

– Вот ты где. Мы уже думали тебя искать, – каких усилий мне стоило произнести эту фразу непринуждённо!

Я обвела рукой пребывающих в шоке Лиззи, Лору, Антона и Марка.

– Ты уже купила всё нужное? – спросил Колин и подмигнул мне. Это он как бы советует мне пользоваться моментом? Спасибо, хватило мне одного дракона с его дарами.

– Да, так что готова возвращаться.

Колин приоткрыл рот, но передумал говорить, что хотел. Он приобнял меня и прижал к себе.

– Тогда пойдём, я возьму нам экипаж.

Уходя с ним в обнимку, я ловила растерянные взгляды своих ребят и чувствовала, как моя спина принимает на себя кучу злых чар. Не удивлюсь, если ко мне действительно применили магию, которую придётся снимать. Ещё я слышала что-то, похожее на щелчок камеры.

Едва мы прошли два переулка и свернули в третий, я отдалилась от Колина и спряталась за спины одногруппников. Которые, предатели, расступились и заступили за меня.

– И что это было? – напала на дракона.

Синий ящер скорчил такую рожу, что мне его даже жаль стало.

– Понимаете, дорогая Мия, мне нравится учиться, – он даже тон взял уважительный. – И я бы хотел делать это в академии, что, к сожалению, затруднительно, потому что адепткам нравлюсь я. Потому мне нужно уменьшить их внимание.

Он жалостливо смотрел на меня. На его, не буду лукавить, красивом лице, эта эмоция проняла бы даже самого сухаристого сухаря.

– Допустим, я понимаю ваше желание. Но почему вы втянули в это именно меня?

– Потому что вы во мне не заинтересованы, – от его искренней улыбки у меня что-то защемило в груди. – Хотя я старался вас заинтересовать.

– И что ты предлагаешь, Колин? – я даже назвала его так, как он хотел, потому что ему удалось задеть во мне что-то. Я не стала признаваться, что у него не то чтобы совсем ничего не получилось в плане романтики, его действия меня смущали.

– Притворишься моей девушкой?

Он оборзел.

– Ты моей смерти хочешь? – его предложение не вызвало у меня восторга.

– Вот о чём и говорю. Ты в меня наверняка не влюбишься! – обрадовался Колин. – Согласишься – и я тебе подарю амулеты с защитными чарами, которые даже магия императора не пробьёт.

– А если не соглашусь, то оставишь фанаткам на растерзание? – поинтересовалась. – Тогда мне сложно сказать тебе «нет».

– Такова задумка, – пожал плечами Колин.

Внезапно на лицо упала снежинка. А потом ещё, и ещё.

– Попробуем, – выдохнула неохотно.

Тогда в Подлунье пришёл первый снег.

Глава 33. Проклятья в снегу

Погода за окном бушевала, как привидения в тринадцатую пятницу. Снег заметал двор, старшекурсники с боевой специализацией его сгоняли и так по кругу. Какой-то идиот решил растопить высокий сугроб и угодил в глубокую лужу, стремительно леденеющую. У меня болела голова, в то время как я сидела на самом нудном предмете из существовавших в академической программе – математике плетений.

В то время как древний язык записывал тексты заклинаний и инструкции к их созданию, математика плетений помогала воплотить заклинание в реальность. Будь то чары, проговаривающиеся вслух, или те, когда не издаёшь ни звука, – за каждыми стояло собственное плетение. Нужно было в правильном порядке тянуть и переплетать магию внутри себя, прежде чем выпускать. И делать это быстро, потому сначала плетения понимались, потом заучивались.

Я дочерчивала очередное плетение, принадлежащее проклятию глухоты, которое мы сегодня переводили на паре древнего языка, когда увидела, что бриллиант на «помолвочном» кольце на безымянном пальце из белого стал чернильно-чёрным. Такой цвет подаренного Колином артефакта обозначал, что только что меня пытались проклясть, и артефакт успешно перехватил чары.

Я обернулась и увидела, как Джейн Завэр что-то шепчет на ушко Мелиссе Шайнингскотт. Последняя поймала мой взгляд и махнула рукой:

– Мия, давай к нам! Профессор Клэтч не вернётся до конца пары. Чего одной сидеть?

Наблюдая за обстановкой за окном, я была вынуждена с ней согласиться. Профессор Клэтч успела объяснить и начертить нам несколько плетений на доске, прежде чем её вызвали из аудитории, чтобы вместе с другими преподавателями наложить защищающие от непогоды чары. Её не было уже десять минут, и приглядывал за нами только её кот, лениво посапывающий с приоткрытым глазом.

Я поглядела на кольцо. Захотела кое-что проверить. Да и всё равно Лора и Лиззи лежали в своих комнатах, больные.

– Почему нет? – пожав плечами, я подхватила тетрадь ручку и рюкзак и пересела с первого ряда к Мелиссе и её подругам на четвёртый.

Так мне открылся обзор на тетради Джейн и Мелиссы: в них не было ни одного чертежа плетения. Вряд ли проклясть попытались они.

– Ты поняла, почему здесь мы используем нити магии, проходящие в правой ноге, а не руке? – спросила у меня Мелисса. – Сколько раз перечитываю инструкцию – никак не пойму.

– А ты всё правильно на древнем языке записала? – первая мысль, которая пришла мне в голову.

– Я списала один абзац у Джейн, когда выходила поправить причёску. Проверишь? – предложила Мелисса.

Я посмотрела в тетрадки обеих:

– У вас тут ошибка. Переведено верхний ручной поток, а надо – нижний ножной.

Джейн нахмурилась, забирая у меня свою тетрадь по древнему языку:

– Спасибо…

Мелисса же предпочла сначала сделать правильный чертёж плетения, только потом внести правку в перевод.

Камень в кольце снова очистился и окрасился. При этом я внимательно наблюдала за Мелиссой и Джейн – они следили за моими объяснениями, и вряд ли на самом деле попутно проклинали меня. Теоретически они могли плести чары и читать немое заклинание, но точно ли у них мастерства на такое хватило бы? У двух первокурсниц? Проклинали меня уже не в первый раз, но обычно не привлекали при этом к себе моё внимание. Хотя… обычно они вообще со мной нормально не разговаривали.

– О нет… – в ужасе выдохнула Мелисса, глядя в окно.

Не успела я обернуться, как стекло треснуло и осколки полетели внутрь.

Глава 34. О дальних родственниках

Недолго думая, я полезла под парту, инстинктивно утаскивая ту, кто была со мной рядом, – Мелиссу. Аудитория успела испугаться и залиться криками, прежде чем Князев крикнул:

– Мийка, гляди, тебе понравится!

Я с осторожностью высунула нос из укрытия и увидела, как от кота профессора Клэтч исходит волнами магическая энергия, формирующая барьер, в который врезались осколки стекла, не попав ни в кого из адептов. Казалось, что стекляшки застыли в воздухе, напоминая снежинки в солнечный морозный день. Такое прекрасное, хоть и опасное проявление волшебства не могло не завораживать. Я подошла к ближайшему осколку и ткнула в него пальцем. Мне было интересно, почувствую я его остроту или поверхность барьера. Когда я потревожила стекляшку, она выпала их барьера, как не закрученный винтик.

– Ой, – хихикнув, отошла подальше.

Кот мявкнул, будто бы призывая всех вернуться к работе, но это было бесполезно, потому что на этот раз причину беспокойства Мелиссы увидели все. Меня больше интересовало, почему в первый раз такое заметила только Шайнингскотт.

С оглушительным рёвом с неба падали драконы. Зелёный дракон вцепился в шею синего сверху, в то время как синий умудрился пробить снизу зелёному крылья. Они отцепились друг друга, попутно снося стены академии: на этот раз адепты успели попятиться с криком к дальней стене, пока барьер вокруг нас всё рос, удерживая в воздухе камни стены, сбитой синим хвостом. В воздухе появились капли насыщенной драконьей крови, пахло мёртвой листвой.

Кот вдруг издал очень громкий мявк и, соскочив со стола, побежал в коридор, с хлопком открыв дверь телекинезом. Этот знак нельзя было толковать иначе, кроме как: «Валите отсюда, зеваки!» Мы бежали к лестнице за фамильяром профессора Клэтч, когда на месте нашей аудитории оказалась огромная голова и шея зелёного дракона. Его крыло снесло соседнюю аудиторию, пустовавшую.

Вдруг что-то, или, вероятнее всего, кто-то, вытащило дракона из академии.

– Мия! – Мелисса дёрнула меня за остальными.

Внутренний двор Цезариуса превратился в нечто вроде гладиаторской арены. Адепты высыпали из замка, чтобы на них что не свалилось, и собрались под удерживаемым частью преподавателей огромным барьером. Зелёный и синий драконы сражались в воздухе. Мелисса склонилась к моему уху и прошептала:

– Зелёный – цвет драконов рода Фэйтуан. Не так давно принц Колин нанёс их дальней родственнице, прямо очень дальней, говоря начистоту, – Сесилии Фэй, страшное оскорбление.

В её шёпоте звучала почти игривая интонация.

– Не думала, что они решатся прийти за тобой, – фыркнула она.

Я вылупилась на однокурсницу в шоке, иного слова не подобрать:

– Этот Фэй-Фэйтуан пришёл за мной?!

Мелисса плечами пожала:

– Ну, не принца же им убивать. А ты попаданка.

Глава 35. Двойственность

Меня не должно было удивлять, что Шайнингскотт произнесла это так, будто быть попаданцем – всё равно что тараканом. Более того, она даже не осознавала, что сейчас оскорбила меня. Когда она хотела, то выбирала грубые формулировки или хотя бы интересовалась моей реакцией, чтобы знать, удалось ей меня задеть или нет. Сейчас же её интересовало только жестокое представление в небе. В её голубых глазах отражались смертоносные и грациозные драконы, а губы были чуть приоткрыты. Вскоре я узнала, что девушка, оказывается, пыталась предугадать исход боя:

– Победит принц Колин.

Мелисса уверенно пояснила, почему:

– На стороне Фэйтуана опыт, видишь, он снова метит в ту же рану на шее, но он медленнее и уже не такой скорый на подъём, как в первую сотню лет, в то время как принц быстр, чуть больше, как Цезарион, и уже практически лишил Фэйтуана подвижности крыльев.

Под её комментарии я пристальнее вгляделась в драку драконов, которые и усугубляли сегодняшнюю непогоду: синий дракон выдохнул в морду зелёному снежный ветер.

– Ты довольно наблюдательна? – получилось полувопросительно из-за того, что я не ожидала от Мелиссы подобного. Только что эта богачка занималась списыванием, и вот вдруг блещет знаниями.

– Да что тут наблюдать? – она даже не повернулась ко мне, поглощённая драконами. – Достаточно разбираться в родах империи. Фэйтуаны свою стратегию боя поколениями не меняют.

А ведь это был не первый раз, когда Мелисса демонстрировала, что её кудрявая блондинистая головушка забита не только желчью, собственной значимостью и сплетнями, но и полезными знаниями. Её рассказ о Цезариусе Вирусе без запинки побудил меня погрузиться в поиск истоков нашей академии, конкретно – факультета попаданцев. Сейчас шёл две тысячи шестьсот семьдесят седьмой год от восхождения Цезарионов, а факультет попаданцев появился только семьсот лет назад, на семьсот семьдесят лет позже остальных. И первые двести лет попаданцы брались только на самые грязные работы, пока ценность одарённых из другого мира не повысилась: у исконных обитателей мира магия перестала расти выше определённого параметра, в то время как магические нити в теле попаданцев, взращенные во враждебной к магии среде, если уж выросли, то с повышенным потенциалом.

– Как я и говорила, – вырвала меня из раздумий Мелисса.

Барьер начал растворяться, преподаватели собирать своих адептов назад в группы. Два дракона ещё в воздухе начали принимать человеческие обличья и на землю посреди двора приземлились уже высокими мужчинами. Их одежда была порвана, что вызывало вопрос: начали они драться ещё людьми или на сохранность вещей в магическом подпространстве под кожей драконов влияет степень их ранений? Лица, руки, торсы истекали кровью, мужчина в чёрном костюме с седой бородой держался за правую руку и хромал, Колин, в академической форме, стянул и бросил прямо на землю кожаный пиджак. Он направлялся сразу ко мне, легко найдя в толпе, поскольку мы с Мелиссой так и не сдвинулись с места, да и не видели рядом профессора Клэтч. Чем ближе Колин подходил, тем сложнее мне было осознать, что вот этот вот побитый молодой человек и та синяя громадина – одно целое. Колин был симпатичным и атлетичным, но худым, а человека-дракона мой разум рисовал большого.

– Я знал, что ты рядом, когда наносил последний удар, – Колин поцеловал меня в щёку. – Потому и победил быстрее.

Он говорил, но я застыла, уставившись на его красную от крови шею.

– Мия?

– Тебе в лазарет лететь надо, а не ко мне, – хмурясь, я осторожно, не касаясь раны, как бы провела над ней пальцами, чтобы ему было понятно, что меня тревожит, раз сразу не додумался.

– Царапина, – отмахнулся Колин. – Твоя честь гораздо важнее. Видишь вон того старика? Сейчас лорд Фэйтуан подойдёт и принесёт тебе извинения.

– И за что же он будет извиняться? Я его впервые вижу.

Да и предположение Мелиссы не вызывало у меня желания видеть этого дракона рядом с собой.

– А он сам и объяснит, правда? – оскалился Колин в сторону мужчины.

Он как раз подковылял к нам, и я увидела изумрудные, похожие на кошачьи, глаза.

– Госпожа Воронцова, – прокашлялся лорд Фэйтуан. – Приношу вам свои извинения…

В следующее мгновение я ощутила два удара: толчок и то, как в меня, словно в масло, воткнули что-то острое.

Глава 36. И снова драконий долг

Нападавший метил не сюда, но благодаря тому, что Мелисса вовремя меня оттолкнула, лезвие кинжала проткнуло насквозь левое плечо, а не лёгкое или сердце. И до того, как я издала бы хоть хрип, хоть крик боли, вся верхняя часть моей руки онемела, покрывшись холодом после лёгкого прикосновения принца Колина.

Лорд Фэйтуан, попытавшийся, страшно подумать, убить меня, оказался на покрывающейся ледяной корочкой земле после того, как его подсёк проявившийся в человеческом облике принца Колина синий хвост. Дракон действовал столь стремительно и так мало походил на человека, что я и пальцем не шевелила, словно дичь, загнанная хищником. Вот сейчас я и впрямь видела в своём «парне» ту синюю громадину, что закинула зелёного дракона в нашу аудиторию, а не адепта, который много знал и не хотел, чтобы его донимали.

– Лорд Фэйтуан, – прорычал Колин так, что кровь стыла в жилах. Учитывая то, что он буквально мог выдыхать из пасти снег, кровь бы всем он тоже сумел заморозить. – Как принц империи, я объявляю ваш драконий долг недействительным.

Толпа, ещё не успевшая рассосаться, ахнула. Все они, как и я, пребывали в шоке от происходящего. Разве что Мелисса казалась лишь чуточку менее обескураженной. Она то сжимала, то разжимала пальцы, будто считая в уме.

– Кха-кха, – прокашлялся старик. – Я в своём праве, мальчишка. Ты нанес оскорбление деве от моей крови, я нанёс ответное оскорбление тебе.

– Ранив Мию, ты утратил своё право на драконий долг. Ты уже нанёс мне равнозначное оскорбление, вызвав на поединок и проиграв в нём. Твоё желание ранить девушку, которая ничего тебе не сделала, уже никак не связано с твоим долговым обязательством.

– Вы променяли Сесилию на девчонку, принц. В суде признают, что связь с моим драконьим долгом тут есть, а ради долга я вправе пойти на что угодно, – Фэйтуан противно покашлял кровью на землю. – Даже на убийство попаданки.

– Я познакомился с Мией позже, и этому есть свидетели. Она никак не относится к делу, как бы тебе не хотелось добиться, чтобы объявили обратное. К тому же суда не будет. Я пользуюсь своим драконьим долгом, чтобы ответить тебе на попытку убийства моей девушки и талантливой адептки Цезариуса.

– И что, убьёшь меня? Словно мало провинился перед нашим родом?

Столб огня прилетел с неба, не попал ни в кого, но предупредил о появлении гостя. Тень нависла над нашими головами, и вскоре между двух драконов в человеческих обличьях упали связанные тела. Их выронил красный дракон из своих лап, прежде чем приземлиться рядом с Колином. На лице Колина отразилось жестокое удовольствие. Прибывший, Люк Этиньен ободряюще мне улыбнулся, но сейчас мне казалось, что и лицо у меня онемело: не могла выдать ему никакую ответную реакцию.

– Фэйтуан, твои вина уже значительно превысила вину Цезарионов, когда ты посмел обратиться к двуликим мастерам проклятий, – заявил Люк.

Краска отлила от лица старика, сделав его похожим на скомканную бумагу.

– Ты же не думал, что у моей девушки будут обычные артефакты? Что никто не найдёт отправителей проклятий? – Колин брезгливо посмотрел на пойманных людей.

Лицо и кисти принца успели покрыться чешуёй, когда Люк положил руку ему на плечо:

– Оставь и мне что-то. Помнишь, почему я согласился помочь тебе?

Глава 37. Драконова забота

Что бы ни значили слова Люка, они заставили гневающегося Колина прислушаться. Он посмотрел на красного дракона осознанным взглядом, хоть и не сказать, что человеческим. Это всё ещё был хищник на охоте, но такой, который осознавал, за какой добычей стоит гнаться, а какую лучше отпустить.

– Забираешь мою славу? – из его ноздрей вылетели искры, похожие на снежинки.

– Спасаю твою задницу от гнева Фрейи, – пальцы красного дракона крепче сжались на плече Колина. – Твоё решение проблемы нельзя назвать деликатным.

Принц бросил мимолётный взгляд на меня. Я сглотнула. Дракон нахмурился и возвратил внимание Этиньену.

– Действую в рамках закона, – он махнул хвостом, швырнув лорда Фэйтуана в ноги Люка. – Но если ты решил побыть плохим мальчиком для своих предков, то хорошо, забирай старикашку на растерзание. Мне есть ещё о чём позаботиться. Мия, дорогая, не подойдёшь ко мне?

Хотелось бы спросить, зачем оно надо и почему бы не оставить меня тут стоять-бояться, но Люк спросил раньше:

– А что с этой парочкой? Я их ловил не для того, чтобы ты позабыл о них ради девушки.

Брошенные им ранее тела зашевелились. Тела, потому что они не являлись людьми. Гуманоидами, парнем и девушкой, но точно не людьми. Их кожа, ногти, волосы были серыми, как бетон, а глаза – белыми, лишёнными зрачков и капилляров.

– Ради особенной девушки, – после недолгого молчания отозвался Колин, затем схватил двух существ за шкирки одной рукой и поволок по земле. – Мия, обними меня за шею и держись крепче.

Я глянула на тела за шкиркой, на то, как Люк и лорд Фэйтуан обрастали чешуёй, а все и не думали расходиться, значит, будет ещё один бой… и послушалась. Так бы и поступила преданная и любящая дракона девушка, наверное…

Колин подхватил меня под мягкое место и начал увеличиваться в размерах. Я видела, как его нога стала лапой, удерживающей добычу, но при этом сама находилась не в другой лапе, а где-то… будто бы на шее дракона или чуть ниже, снизу у передних лап. Меня не шатало ветром, я его вообще не ощущала, мне даже стало теплее – на мне оказались уцелевшие вещи Колина. Я в его магическом подпространстве?! То есть буквально внутри него?! Или не совсем буквально, он же меня не ел. Но в его драконьем облике я не видна, а упрятана туда же, куда девается одежда. Мне здесь не жарко и не холодно, здесь… укачивает. Убаюкивает. Убаюкивает…

Когда я проснулась, то была окружена мягкими подушками, тяжёлым тёплым одеялом, треском камина и шумом градинок за окнами. Не часто мне доводилось просыпаться в незнакомой кровати, и меня напрягало, что за короткий промежуток времени это случалось уже второй раз.

Помимо меня в комнате никого не было. У огромной кровати были постелены белоснежные мягкие ковры, у окна от пола до потолка стояло два мягких кресла и небольшой деревянный стол из тёмного дерева. На кресле лежал голубой халат, вышивка на котором, широкие рукава с кружевом и пояс со снежинками делали его больше похожим на платье. На столе стояла кружка, пахшая корицей, от которой шёл пар. Я осторожно глотнула, чувствуя, как согреваюсь изнутри.

Здесь было две двери: та, что поменьше, в стене, между книжных стеллажей, вела в гардеробную, другая – в коридор, в который я лишь на мгновение высунула нос, поняла, что это не коридор академии, и тут же заскочила обратно в спальню.

Градинки вместе со снегом засыпали громадный внутренний двор, больше того, что в Цезариусе, так, что сложно было разглядеть, что ещё есть снаружи. Выглядывали великаны-башни с огоньками-окнами, у небольшой еловой рощи были беседки и качели, маленькие люди двигались по каменным тропкам. Я осознала, что точно нахожусь в башне, прямо как… драконья принцесса.

– Вы гляньте, красавися не спит! – раздалось за спиной.

– Бабушка Софи! – как же я рада была знакомой ворчливой домовой!

– Ой как рассвела, вся порозовела! – домовая вспрыгнула на кресло и забрала пустую кружку. – Говорила я этим драконам, почём зря они за тебя непутёвую волнуюся! Ан нет, на все проклятия и яды тебя проверили, императорского целителя заживлятися рану заставили, мазями от шрамов всю измазали. А уж сколькими укрепляющими, стабилизирующими магические потоки и успокаивающими зельями поили, пока тебя лихорадило. Драконова забота!

– Говорите так, как будто не меньше нескольких дней прошло, – недоверчиво уставилась на домовую.

– Ой да какие несколько дней! Придумала тоже!

Я выдохнула.

– Тебя уже месяц как в Цезариусе нет!

– Сколько?!

Глава 38. Библиотека

Месяц?! Месяц?!!! Месяц!!! То есть сейчас уже где-то конец ноября, скоро зимняя сессия, а я пропустила кучу занятий. Меня исключили? Если исключили, я этого синего гада убью, точно убью! А если не исключили, как мне всё наверстать без допов? Мы с Колином так не договаривались! Я, как и он, учиться хочу!!!

– Мне конец, – осела в кресло. – Моя жизнь кончена. Говорили же мне держаться от драконов подальше…

Бабка Софи моих речей не оценила:

– Ой, надо же, разнылася моя принцесска, ща разрыдаеся горько! Не мне тебя успокаиватя, тут другие для этого вызывалися!

Единственная знакомая в незнакомом окружении собиралась уходить.

– Бабушка, постойте! – хотела остановить её я, но она прыгнула в почтовый ящик, оставив меня в роскошной спальне в одиночестве.

Судя по её словам, я должна была ожидать визитёра, так что следовало бы переодеться, только вот все наряды на вешалках казались дорогими, с непонятными шнуровками, крючками или волшебными замками. Честно, я не знала, как одеться, чтобы случайно не испортить ткань, так что осталась в халате. Оказаться должной за шмотки не входило в список моих целей за жизнь.

Подойдя к стеллажу, я провела рукой по корешкам с блестящими буквами. Потянув одну с полки, прочитала:

– «Курс боевых заклинаний», Джейкоб Маннс.

Другая книга:

– «Основы перемещения предметов», Анна-София Крэйстон.

Третья:

– «Мода Подлунья: тысячи лет истории платьев», Версалис Цезарион.

Полки были заставлены новыми или отлично сохранившимися старыми изданиями учебников, книг заклинаний, пособий и задачников. Остановившись на книге автора-женщины, я засела за чтение, открывая для себя магическую науку, пока даже не стоявшую в нашей учебной программе.

«Основы перемещения предметов» рассказывали не только о разных подходах к телекинезу, но и порталах и подпространстве. О пришивании пространственных карманов к одежде – и даже коже!

– Вижу, мой сын не врал, когда говорил, что тебе понравится матушкина библиотека.

Я подскочила в кресле и уронила книгу на пол.

– Простите, я не слышала, как вы вошли, – отчиталась, поднимая глаза на посетителя.

– Не стоит так пугаться, дитя, – одновременно и властно, и мягко произнесла женщина с роскошными шоколадными волосами. – Я Лорелей Цезарион, мать Колина.

И императрица Подлунья…

Глава 39. Лорелей Цезарион

– Ваше Величество, я… – попыталась выполнить реверанс.

– Просто Лорелей, дорогая, – женщина взмахнула рукой и книга на полу захлопнулась, взметнулась в воздух и оказалась у неё в ладонях. – «Основы перемещения предметов»? Интересный выбор. В академии вы начнёте изучать их только во втором семестре, но я могу позаниматься с тобой. Если ты захочешь, конечно.

– А… я…

Я совершенно не знала, что говорить и что делать. Да мне бы нагрубить дракону сейчас было бы легче, наверное, чем беседовать со столь ласковой ко мне императрицей. Можно меня лучше ректор привычно поругает?

– Но для начала тебе следует переодеться, – приобняла меня женщина. – Не разобралась с застёжками? Не переживай, когда мне показали моё взрослое платье в первый раз, я дохнула на него своим пламенем и превратила в бронзовую пыль, лишь бы не мерить. Моя мама, однако, тут же приказала принести сундук новых. Ничего страшного, я тебе сейчас помогу. Тебе какое-нибудь понравилось?

Пока императрица говорила, она уверенно завела меня в гардеробную и зажгла магией огни под потолком.

– А… а брюки можно? – еле слышно спросила я.

– Брюки? Боюсь, что нет, сегодня в замке важные гости. Но удобное платье мы тебе отыщем.

И женщина действительно сама начала перебирать многочисленные вешалки, пока не вытащила две. На одной обнаружилось синее, в цвет моих волос, платье с пышной юбкой до колен и без рукавов, с лифом, расшитом серебряной нитью с целью изобразить снежинки. На второй – белый плащик, изнутри подбитый синим мехом, с тонким капюшоном с такой же серебряной вышивкой. В качестве обуви императрица выбрала для меня белые сапожки с мехом и очень низким каблучком.

– Мы можем позвать домовых или… – матушка Колина улыбнулась мне заговорщицкой, напоминающей его, улыбкой. – Позволишь мне обучить тебя заклинанию, которое поможет быстро переодеваться?

– А, да, да, я с удовольствием, – закивала, как болванчик. – Только… я же…

– Мия, у меня семеро детей, среди которых есть дочь. Я учила их заклинаниям и, поверь мне, они совершали ошибки, – успокаивающе произнесла Лорелей Цезарион.

–Mananocs! – императрица быстро и чётко произнесла на древнем языке, хлопая в ладоши. Мне хватило один раз моргнуть, чтобы в следующий миг увидеть, как на мне сидит не халат, а выбранная императрицей одежда.

– Удобно!

– Повтори сама. Давай, переоденься туда-обратно несколько раз, – женщина указала на ночную рубашку и халат, которые заняли вешалки, на которых были платье и плащ. – Тебе нужно смотреть на вещи, которые хочешь поменять со своими, когда творишь чары. Давай.

–Mananocsss ! Ай!

Всё получилось, только вот шнуровка ночнушки затянулась так, словно собиралась меня задушить.

– Ты растянула согласную. Заклинания не любят ошибочного произношения. Давай, я сотворю ещё раз, ты внимательно слушай.

За десять минут заклинание было мною полностью освоено.

– В следующий раз я могу научить тебя делать причёску, пока же позволь! – императрица осторожно коснулась моих синих волос, превращая их в высокую причёску с локонами. Провела пальцами по щекам, и я почувствовала, как посвежело во рту, а кожа похолодела. – Идём, ты наверняка голодна. С тобой все ужасно хотят познакомиться.

– Кто это – все?

Глава 40. Негодные мальчишки

Все – это многочисленные родственники Колина, разве что императора не завезли. И слава Богу! Я не знаю, каким образом они собрались в таком количестве именно сегодня, когда меня угораздило проснуться, но, подозреваю, что моё пробуждение отслеживали. Чтобы поставить меня в такую ситуацию, когда со всех сторон ощущаются взгляды, а самого Колина… нет. Почему его нет, а я оставлена в его доме?!

– Ты сядешь рядом со мной, – Лорелей села во главе стола, мне же слуга отодвинул кресло слева. – Это мой старший сын Регард, – она указала на худого мужчину справа, с чертами лицами строгими и такими острыми, как натянутые струны.

Я чувствовала какую-то необходимость встать, когда мне представляют столь значимых людей, точнее драконов, а я никто для них, но Лорелей остановила меня:

– Что ты, сиди, голубка, ты ещё не восстановилась.

Неловко даже не опустившись, а плюхнувшись назад на мягкую сидушку, я не знала куда деть руки и вцепилась ими в легко мнущуюся ткань платья.

У Регарда, в отличие от Колина, волосы были того же цвета, что и у матери, но глаза были пронзительно синие.

– Семье моей невесты пришлось заплатить немалые деньги, чтобы оправдаться за твоё ранение, – сообщил он равнодушно.

– Ты забыл про проклятийников, братец! – крикнул ему пока незнакомый мне мужчина, сидящий с моей стороны стола, ближе к краю. Сделала вывод, что это другой из пяти братьев Колина.

– И за них тоже. Моя сокровищница значительно пополнилась. Благодарю, – добавил Регард не воодушевлённо.

Императрица смерила старшего сына грозным взглядом. Ей по статусу не полагалось тянуть детей за уши, но она будто бы хотела это сделать.

– Ты понимаешь, что только что выразил радость от того, что девушка Колина заболела? – засмеялся всё тот же незнакомый мне пока мужчина с белыми короткими кудрями с лёгким голубым отливом. В остальном он был практически на одно лицо с Колином. Колин был симпатичнее – у этого был слегка длинноват нос. Вызывал ассоциации с совой.

– Я подумал, ей станет комфортнее от осознания, что она принесла пользу, а не вред, – невозмутимо ответил Регард.

– Чего не скажешь о Колине, да? – подмигнул мне непредставленный брат.

Мне станет комфортнее, когда я окажусь в родных стенах академии, но спасибо за попытку, конечно. Приятно знать, что мне не собираются откусывать голову.

– Ну до чего негодные мальчишки! – проворчала только вошедшая в столовую женщина. – Не запугивайте девочку, я её панику за два этажа прочитала.

Женщина, с белоснежными волосами, голубыми глазами и едва заметными морщинками в уголках глаз, носила изысканное серое платье с вышитыми на подоле горами. Волосы её были собраны в строгий пучок, из которого игриво выпадала прядка.

– Здравствуй, Мия, я бабушка Колина и всей этой братии, – она вежливо мне улыбнулась и по-матерински погладила по плечу, присаживаясь на свободное место рядом и, наверное, игнорируя какие-то нормы этикета. – Алисия Цезарион. Когда-то меня угораздило родить императора Подлунья и с тех пор в жизни моей не было ни одного спокойного дня.

– Могу себе представить, – став адепткой магической академии, я тоже начинаю забывать о том, что такое спокойная жизнь.

– Колин упоминал, что ты попаданка. С Земли, верно? Ни разу не доводилось там бывать, суровый для магов мир. Как вы там выживаете без заклинаний?

– Алисия, я ещё не представила Мие всех, – вмешалась Лорелей. – И ей стоит поесть. Не думаю, что для человека питательных зелий было достаточно. Дракон и тот проснулся бы голодным.

– Так разве же это я ей мешаю, Лора? – спросила женщина, и я отметила, что пока разговаривала со мной, она накладывала еду в тарелку. В мою тарелку.

Глава 41. Побег

Оставшихся братьев Колина звали Руперт, Бальдр, Гаррет и Эсквар. Его единственную сестру – Фрейя. Пятый сын, Эсквар, был тем, кто напомнил мне Колина и насмехался над Регардом. Все они были внешне молоды и практически без изъянов, словно сошедшие с картины художника-перфекциониста. Если уж маги долго остаются молодыми, что говорить о драконах?

После обеда меня оставили в огромной гостиной, куда сразу же вошёл преподаватель. Я занималась с ним до ужина, так и не сумев толком задуматься о текущем положении дел. Меня просветили во время обеда, что Колин в академии и заберёт меня на выходных, а пока со мной позанимаются в замке, чтобы не тревожить восстанавливающийся организм перелётами и порталами, но это всё, что знала.

Звучало всё логично, но меня смущало, что императорская семья ко мне столь лояльна. Хотя сам Колин никогда не был груб, наши отношения изначально подразумевались удобной фикцией в стенах академии. Сейчас же эта фикция вышла далеко за её пределы, взлетела в башни замка императора! Меня успели проткнуть кинжалом, и я потеряла месяц учёбы. Разумеется, я была благодарна Колину за то, что он и его родня подумали о том, как восполнить пропущенные мною пары, но всё-таки. Проблема была в том, что я не считала себя настолько хорошей актрисой, чтобы сидеть за одним столом с семьёй Колина (хорошо хоть, император был занят) и чувствовать себя комфортно. Потому что обед, что ужин я кушала и кивала, и качала головой, и снова кушала. Ела я со вкусом и вдоволь, пользуясь моментом.

После ужина из гостиной я перебралась в выделенную мне спальню, которая, как выяснилась, принадлежала когда-то Алисии Цезарион. Здесь, сидя за столом и обложившись книгами, я пыталась вникнуть в пропущенный материал.

Глубокой ночью по стеклу снаружи постучали, и я, вскрикнув, свалилась с кресла ногами кверху. В окно заглядывал огромный синий глаз, и я не сомневалась, кому он принадлежал. Решительно открыв окно, я проревела в драконью морду:

– Колин!!!

Принц перевоплотился в парня стремительно и вскочил на подоконник:

– Прости, прости! Но у нас пять минут, пока матушка не окажется здесь. Так что представим, что я злой дракон, который похищает свою принцессу. Хватай плащ!

Мне оказалось не нужно повторять дважды: я забрала из гардеробной уже ношенный плащ, подхватила со стола все тетради и запихнула в пространственный карман, который, у плаща, как и у любой верхней одежды, имелся, и подбежала к Колину.

– Хочешь как в прошлый раз или с ветерком?

Хотела ли я снова засыпать и просыпаться непонятно где?

– Как в прошлый раз я точно не хочу! – зашипела на него. – Ты вообще представляешь, как я испугалась?

– Тогда взбирайся на шею и держись крепко, – он перевоплотился назад и подставил крыло.

Я сглотнула вставший в горле ком, но шаги в коридоре оказались неплохим ускорителем. Я быстренько проползла по крылу наверх и уселась между двух шипов на шее. Тогда Колин взмахнул крыльями и стал набирать высоту. Я вжалась щекой в его прохладную чешую и зажмурилась, хотя не чувствовала, чтобы моё тело двигалось и рискнуло упасть.

– Открой глаза, а то снова всё пропустишь, – услышала я голос, похожий на голос Колина, но грубее.

– Что пропущу? – переспросила, и не думая смотреть.

– Всё, – а он и не думал давать мне ответ. В итоге, любопытство победило страх.

– Ого, – это определённо стоило того, чтобы преодолеть себя. Мы будто бы не летели, а плыли в глубоком синем море, в котором вместо рыбок обитали звёзды. – Это… невероятно прекрасно!

Я нерешительно раскинула руки, ощущая, как меня переполняют яркие позитивные эмоции.

– Если что, я зачаровал тебя так, что не можешь замёрзнуть и упасть, – всё же успокоил меня Колин, когда я резко вцепилась в него, стоило ему чуть наклониться вперёд.

Теперь, не в замке, а рядом с Колином, в окружении звёзд, я сумела задышать полной грудью и начать думать.

– Колин, а я могу оставить себе все те книги? Или, ну, хотя бы парочку?

Глава 42. Неудобные ситуации

Колин высадил меня в окно спальни уже в Цезариусе и проспала я три часа, проснувшись с пинка чуть ранее возвратившейся домовой. Сонная, растрёпанная, я получила письмо от ректора и, мигом пробудившись, занялась делами.

Закинув на плечо тяжёлый рюкзак, я мчала в кабинет лорда Этиньена, перепрыгивая через несколько ступеней и лавируя между адептами. С коротким стуком я залетела в приёмную и тяжко задышала, уперев руки в колени.

– Успели меньше чем за шесть минут, – поразился Ричард, закрывая серебряные карманные часы. – Водички?

Я выхватила у него стакан и жадно выпила.

– Спасибо, Ричард, ты лучший! – обняв умертвие, я отстранилась и подошла к столу ректора.

Он наблюдал за моим приближением, держа наготове расписание с отработками.

– Кто это, как не моя любимая адептка, пожаловала!

Я забрала у мужчины лист и пробежалась по раскиданным до зимней сессии занятиям. Некромантия, боевая магия, древний язык, бытовые чары, алхимия… Мне понадобится много кофе.

– Благодарю, лорд Этиньен, – я с поклоном поторопилась уйти, полагая, что ректор и сам хочет, чтобы я уже свалила, однако…

– Адептка Воронцова! Задержитесь.

Пришлось развернуться и с недоумением посмотреть на лорда Этиньена.

– За вашим фамильяром согласился присмотреть мой племянник. Так что рекомендую найти время в своём расписании, чтобы за ним заглянуть.

Я кивнула, мысленно обречённо вздыхая.

Ректор смотрел на меня, будто ждал чего-то ещё, помимо кивка, но не дождался. Тогда он махнул рукой:

– Идите отсюда, Воронцова. И поправьте волосы, они у вас во все стороны торчат.

А я и рада была выскочить за дверь. Тем более, что скоро начиналось моё первое занятие после перерыва и ни то, что я только ночью вернулась в академию, ни то, что на меня косились адепты в коридорах, не могло испортить мне настроение.

– Неужели это наша драконья принцесса?! – воскликнул Князев, едва я вошла в аудиторию. Сидело в ней только девятнадцать адептов, и я пришла последняя, двадцатая. Нас ждало занятие по бытовой магии.

Князев крепко прижал меня к себе:

– Она настоящая, ребят, можете подходить!

Лора, Антон и Лиззи подозвали меня на свой второй ряд, Марк, приобнимая, потащил меня к ним.

– А мы уж думали, ты не вернёшься! – рассказала Лора. – В академии какие только слухи не ходили!

– Да, болтали порядочно: и что принц тебя в башне запер и забыл, и что на магические материалы пустили, и что Фэи тебя загнобили, – перечисляла Лиззи.

– Но мы-то знали, что наша Мийка не пропадёт! – резко притянул меня к груди Антон. – У тебя теперь боевые шрамы?

– Нет, – выбралась я из объятий. – Вылечили меня так, что кажется, могу сгрызть гранит науки и не подавится.

– Это ты просто ещё не видела возможные практические задания на экзамене, – провыл Марк. – Ууууу, собрать трупные личинки для яда. Ууууу, найти выход из леса с помощью поискового заклинания! Уууу, а вы знали, что в лесу водятся злые духи?

Лиззи ткнула Марка в бок:

– Заткнись, Мия только вернулась!

– А я что? А я ей очень рад и готовлю к суровой учебной действительности! А то вдруг она разнежилась там, у принца в замке? Кстати, как оно? Домик больше академии?

К нам вдруг спустились с ряда выше ещё две девушки. Это были Карина Ничкина и Валери Уоттс, всё, что я о них знала, так это то, что они бегали по поручениям Мелиссы и её компании, чтобы их лишний раз не трогали.

– Извини, Мия, а ты видела других принцев? – спросила Валери. – Говорят, несмотря на то что принц Регард помолвлен, девушки уже выстроились в очередь, чтобы попасть к нему в любовницы.

– А принц Эсквар – красавчик, не хуже Колина, и ищет себе невесту! – смущённо добавила Карина. – Ты могла бы нас с ними познакомить?

Глава 43. Это мы не проходили

Снег накрыл академию покрывалом первого же декабря. Несмотря на то, что в замке было отопление, адепты и преподаватели начали носить плащи поверх формы. Вещей у меня даже после выручки денег было немного: не малая часть ушла на оплату фамильяра. В итоге, выбор стоял между более качественным и тёплым плащом, в котором Колин забрал меня у своей семьи, и форменным, и носила я тот, что был теплее. Конечно, он привлекал внимание, и бывало приходилось идти до кабинетов обходными путями тремя этажами выше или ниже, или через улицу через ледяной ветер, лишь бы ни на кого не нарваться.

Всё стало хуже после того дня, как я забрала Мистера Кота, своего фамильяра, у Люка Этиньена. Из-за плотного расписания, мне пришлось побежать к нему после всех занятий, и заглянуть ненадолго – после тренер Брикс выдал мне разрешение потренироваться вечером на площадке. Из-за пропусков у меня никак не получалось выполнить одно изученное однокурсниками заклинание, а без него меня не допустят к сессии.

Как я и опасалась, встреча с Люком Этиньеном не могла пройти так, как хотелось мне: постучать в комнату, забрать кота, сказать «Спасибо!», уйти. Люк посчитал, что за то, что заботился о фамильяре, заслуживает награду. Поужинать с ним у меня опять не было времени, так что он увязался за мной на тренировку. И вот он, я и холодная земля: даже Мистер Кот остался в тепле в академии.

– Позволишь? – Люк приглашающе подал мне ладонь. Всё, что нужно было сделать, – вложить в неё свои пальцы.

– Повторюсь, я ужасно танцую, – предупредила я. – Так что этот твой танцевальный метод абсолютно точно не поможет.

– Побродяжка, тебя куда уже только не заносило. И ты так боишься сделать шаг? – поддел меня красный дракон. – Значит, не так сильно ты хочешь учиться?

Я поморщилась. Напряжение охватило меня, когда я вытянула руку и позволила подушечкам пальцев коснуться горячей кожи Люка.

– Не так уж сложно это было, да? – Люк потянул кисть, притягивая меня ближе. – Давай не будем так отстраняться друг от друга. Ты же не хочешь, чтобы я не точно задал направление?

Он прислонил меня спиной к своей груди.

– Шаг, шаг, притоп, – дыхание дракона опаляло жаром ухо. – Готова?

– Нет.

– Пошли, – игнорируя мой ответ, он повёл, так что мне пришлось спешно сделать два шага, топнуть, но я забыла о руке и…

– Ах!

Люк отпрыгнул со мной от того места, где я выпустила из ладони два энергетических шара нам на ботинки.

– Неплохо! – похвалил он. – Только постарайся в следующий раз не пытаться убить нас.

Я надулась:

– Сказала же, что не готова!

Красный дракон щипнул меня за бок.

– Ты слишком много думаешь, – укорил меня Люк. – Боевая магия – это не про учебники. Это про страсть.

Его губы остановились у моей кожи, но не прижались к ней. Это было неловко, нервно, жарко, противоестественно… И отстраниться мне не давала его рука на боку, прижимающая к большому телу.

– Когда тебе нужно будет применить чары, скорее всего, ты не успеешь обдумать всё как следует. Тебе нужно уметь применять элементарные чары быстро – только так ты сумеешь дождаться подмоги.

Мой вопрос остался невысказанным: «А что, если мне никто не поможет?»

– Ещё раз. Твоя задача – только шаги. Не думай о том, что тебе нужно задействовать ладонь – я сам задействую её, когда будет нужно.

Легче сказать, чем сделать! Вот как не думать о руке, если она должна быть направлена на цель ровно в момент притопа? Как я смогу потом успевать всё сделать, после того как он меня отпустит?

– Готова?

– Н-не…

– Давай: шаг, шаг, притоп.

Он вскинул мою руку вперёд, но я не успела сделать притоп, и вместо двух концентрированных энергетических разрядов получилась ударная волна, которая вырвала в метре от нас всю замёрзшую пожухлую траву. А ещё отбросила нас на спины, так, что я повалилась назад на Этиньена.

– Знаешь, чем дольше продлится наше занятие, тем выгоднее для меня, – прохрипел он из-под меня.

Невольно ёрзавшая, я подлетела так, как будто мне попу подожгли! Пусть я не так давно стала совершеннолетней, прекрасно понимала, что ощутила под собой!

– Спасибо за помощь, я всё поняла, потренируюсь одна завтра, оки-доки? Пока-пока!

Моё намерение улепетнуть, как после поцелуя в прошлый раз, в этот умело пресекли. Не успев побежать, я уже ткнулась носом в стену, именуемую грудью Люка. Он приподнял мой подбородок:

– Мы это уже проходили. И не закончили.

Глава 44. Содержательный диалог

Многие расписывают студенческую жизнь, как лучший период в своей жизни, когда краски ярче, чувства острее, всё переживается легче. Но никто не говорит о том, какой опасной она может быть, в особенности, если из всех универов тебя охотно приняли только в магическую академию в другом мире. Непредвиденных ситуаций не счесть: от столкновений с мертвецами до полётов на драконах.

Меня вот, к примеру, собираются сжечь заживо.

– Л-люк, – заикалась я. – Т-ты горишь.

Его красные волосы развевались, как языки пламени, и это настораживало больше, чем карие глаза с золотыми прожилками и вертикальными зрачками.

Дракон вздёрнул бровь:

– Я собираюсь тебя поцеловать, а ты думаешь о моих волосах.

– При всём уважении, Этиньен, но они горят. Т-трудно не заметить.

– Для дракона это нормально.

– А для меня нет.

– Какой у нас содержательный диалог выходит.

– Точно…

Мужчина отпустил мой подбородок.

– Ты мастерски умеешь портить момент.

Если он думал, что я расстроюсь, то ошибся.

– Однако мне так хочется стереть ликование с твоего красивого личика, – и Люк вновь захватил меня в плен своих рук. Лишь мои губы сопротивлялись ему, пока он атаковал их, покусывал, пытался сжечь и подавить.

Его пальцы скользили по моей спине, пока не остановились у ягодиц. Стоило мне почувствовать, как край моих штанов слегка оттягивается, и кожу через ткань трусов охватывает жар, как я затрепыхалась, но мои попытки вырваться были не успешнее, чем у бабочки, которую накололи на булавку. Так ещё и не могла дышать, целуемая. Помочь мне освободиться самостоятельно могло разве что чудо. Или магия!

Пришлось наплевать, попаду я в себя или нет. Шаг, шаг, притоп! Получилось скорее три притопа, потому что сдвинуть тело Этиньена мне не удавалось, но… это сработало! Моя захваченная им рука выстрелила двумя энергетически волнами, разъединив нас. Не успев толком себя защитить от падения, я отлетела назад, упала и стёрла кожу с ладоней.

– Вот о чём я говорил! – похлопал мне Люк. И тогда я впервые громко обозвала его идиотом.

– Мило, но повторить сможешь? Пока я снова тебя не поцеловал?

Как назло, повторить чары так же точно не получилось!

– Значит, ты всё-таки хочешь продолжить? – самодовольно спросил дракон, приближаясь.

– По-моему, я ясно дала понять, что нет!

– Тогда ударь меня ещё раз, ну же!

Чёртов дракон!!!

Глава 45. В коридоре перед экзаменом

За окнами ничего было не разглядеть: зима в Подлунье, которым правили синие драконы, естественно сопровождалась метелями, узорами на окнах и блестящим снегом. Адепты сидели кто на полу, кто на подоконниках, с тетрадями в руках, нам всем в любом случае было не до непогоды. Первый в этом учебном году экзамен принимал профессор Мон-Арк – и пощады от него никто не ждал. Вещая о невероятной значимости своего предмета, он лишил всех нас возможности получить автомат. Меня это не расстраивало, потому что мне он в любом случае не светил после месяца пропусков. А вот Мелиссу и её компанию – очень даже. Они сдали профессору всё, что только можно было сдать, списывали и переписывали, а всё равно сидели тут вместе с остальными, ёрзая на специально заказанных к форме дизайнерских юбках. Я это знала, потому что то и дело видела их, когда сама готовилась в библиотеке, и слышала разговоры.

Хуже всего было Джейн Завэр: накануне она узнала, что её выдают замуж. Всё из-за наших стычек: от далёкого предка ей досталось немного драконьей магии, которую, как выяснилось, она не может самостоятельно контролировать. Брак, а значит и разделение магии с супругом, – здесь стандартный способ стабилизировать магические потоки. Своего жениха Джейн в глаза не видела, он редко появлялся на светских мероприятиях империи, хоть и был изобретателем многих магических артефактов, активно применяющихся в Подлунье. Однако известно, что он старше Завэр на десять лет. После экзаменов родители познакомят однокурсницу с женихом – неудивительно, что один раз я видела Джейн, пока она плакала в туалете.

Пробежавшись по одной и той же строчке уже в десятый раз, поняла, что пытаться читать дальше бессмысленно: я уже столько раз до этого изучила свои конспекты, словарь и практические задания, что сейчас уже не воспринимала их. Нужно переключиться, если я не хочу тупить на экзамене. Вот будет забавно завалить древний язык – считай, завалила всю сессию.

– Мия, можно тебя на пару минут? – подозвала меня к себе Карина.

Я стояла, опёршись о стену у двери, и моя очередь была ещё не скоро. Мон-Арк каждого адепта держал по десять минут.

– Что такое? – спросила, подходя к ней.

– Можешь попрактиковать со мной энергетические волны? – неуверенно спросила Ничкина. – Я последние дни зубрила древний язык, в итоге так и не выходила в зал. А ты умеешь щит ставить, сможешь сейчас быстренько поотражать мои атаки.

Да, простейший щит тренер Брикс вбил нам в голову за декабрь. Он получался у меня лучше всех боевых заклинаний и крепче, чем у всех девчонок в группе.

– И где ты сейчас хочешь это делать? Нам нельзя отходить далеко.

Карина указала на туалет:

– Там сейчас никого нет. Вчера оттуда умертвие доставали, запах стоит.

Мне выразить ей свой «восторг» вслух?

– Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, тренер Брикс убьёт меня днём, если я завалю! – взмолилась одногруппница.

Я вздохнула:

– Ладно, только быстро.

Карина обняла меня:

– Ты лучшая!

И, схватив за ладошку, потащила в туалет.

Глава 46. Женский туалет

– Так, давай начнём с…

Не успела я договорить, как мне в спину прилетела энергетическая волна, толкнувшая так, что я запнулась о порог, и тут же последовала вторая, впечатавшая носом в стену у самой последней туалетной кабинки. Удар получился крайне неудачным, хотя с какой стороны посмотреть: с моей, он закончился разбитым носом, со стороны Карины – успешной атакой. Один плюс для меня: зловоние мертвечины перестало быть моей бедой.

– Ты что творишь?! – прикрикнула я, развернувшись. Мы ещё даже войти не успели, как Карина неожиданно атаковала.

В меня полетел огненный шар, но на этот раз я поставила щит, который отразил атаку. Чары полетели к Карине, но тут одна из кабинок открылась, и дверь, вспыхнув, мгновенно обратилась в ничто. Я ужаснулась: если бы этот шар попал в меня, как задумывалось, мне бы не то что не поздоровилось, я могла не пережить атаку – такой сильной она была.

Девушкой в кабинке оказалась Валери Уоттс. На плече у неё висела сумка, а из-под рубашки выглядывала шпаргалка.

– Вал… – хотела обратиться за помощью, но меня перебили.

– Ты можешь калечить её потише? – Валери с осуждением спросила Карину. – Готовиться мешаешь.

Догадаться, что здесь происходит, труда уже не составило.

– Вы серьёзно? Вы решили напасть на меня в женском туалете?! – я закатила глаза. – Какое клише! Ну вот вам делать больше нечего, что ли?

Карина запустила в меня энергетические волны, которые я успешно перекрыла щитом.

– Замолчи! А ты сама-то серьёзно?! Выпендривалась весь семестр, какая ты вся такая не такая, что ты здесь учишься, а не подлизываешься, и при этом что мы видим, а? – наехала на меня Ничкина. Я была в таком шоке от всплеска этой тихони, что даже не сразу ответила. – Мы видим тебя, присвоившую себе двух главных красавчиков и богатеев академии! Так ты ещё и нос задрала так, что ни с кем особо не общаешься. Мы тебя нормально попросили познакомить нас с принцами, а ты что?

– А я что? – тупо переспросила я. Не столько потому, что мне хотелось, чтобы Карина разозлилась ещё больше, сколько для ускорения обработки информации.

– А ты: «Я пропустила много, сессия на носу, вряд ли увижу их скоро», – спародировала меня Ничкина. – А сама с Колином куда-то из столовой уходила.

В библиотеку. И пару раз в теплицу. И все разы мы учились, хоть и проводили время вместе для поддержания легенды, что влюблены.

– И я видела, как ты с Люком обжималась! – вставила Валери. – Ты лицемерка! Присваиваешь себе мужиков, строишь из себя особенную! А на деле ты просто их общая кукла, ведь так? И если ты перестанешь быть красивой, никто из них на тебя даже не посмотрит?

Разъярённая, она вместе с подружкой начала зашвыривать меня огненными шарами и энергетическими волнами. Выставляемые мною щиты держались, трескались и спешно заменялись сплетёнными новыми, но атаковать в ответ я никак не могла. Никакой тренировки Ничкиной нужно не было: с плетением боевых заклинаний она справлялась весьма неплохо. Или её так ненависть ко мне питала.

– Да что ты с ней возишься! – возмутилась Валери и сделала то, чего я не ожидала. Девушка прекратила использовать магию и кинулась на меня, толкнув в стену.

Я была готова ставить щит против магии. Однако, когда на меня налетела блондинка, я растерялась. Стукнувшись затылком, я зажмурилась и почувствовала, как кто-то из девочек схватил меня за волосы и, чуть протащив в сторону, дёрнул вниз.

– Тебя когда-нибудь окунали башкой в унитаз? – прямо в ухо спросила Валери. – Не переживай, неприятно только в первый раз.

– По личному опыту судишь? – едко ответила я.

Накрутив мои волосы, она начала опускать мою голову, но я крепко вцепилась в сидушку.

– Ничкина, ты помогать собираешься или как?! – злилась Уоттс.

– А если я сама руки испачкаю? – заныла Карина.

– А ну иди помогай!

– Ладно, ладно! – я напряглась так, что услышала, как она закатывает рукава.

Ой, а вот это плохо! Вдвоём они меня точно окунут. И я буду вся в крови, вонючая, в воде… Как я на экзамен успею?!

– Что у вас здесь происходит?

Глава 47. Волосы и кровь

Я не была рада обладателю голоса, озвучившего вопрос.

– Лорд Люк, вы… что вы здесь… мы… – Валери тут же утратила всю свою уверенность, отпустив меня. Я воспользовалась моментом, чтобы вскочить и стремглав подобраться к раковине и привести себя в порядок. На ворвавшегося в женский туалет красного дракона я даже не смотрела.

– Что я тут делаю? – и хоть я и не хотела его видеть, всё равно смотрела на него через отражение в зеркале. Видела, как он хищно улыбнулся у меня за спиной, как сложил руки на груди. – Я пришёл на подозрительный шум. И что я вижу? Как две младшие адептки издеваются над другой адепткой. Это тянет на серьёзное наказание, учитывая то, что вы пытались причинить адептке Воронцовой вред. Добавьте к этому, что своими действиями вы препятствовали её учебной деятельности, ведь сейчас период экзаменов, – и вы уже нарвались не только на отстранение от сессии, но и на отработки в период вплоть до конца следующего семестра. И это если вас не исключат. А ведь я могу рассказать, что вы точно били адептку Воронцову о стену, – он кивнул, наверняка указывая на то место, куда я приложилась и невольно оставила след.

Я закончила смывать кровь с лица и наколдовала себе ватные затычки – спасибо, бытовая магия, я вспомнила, что могу такое сотворить. Пока с помощью чар распутывала волосы, продолжала через отражение наблюдать за Люком и испуганными Кариной и Валери.

– Лорд Люк, не надо, пожалуйста, – взмолилась Карина, упав ему в ноги. – Только не исключение. Мы с Валери – обе попаданки, для нас исключение…

Красный дракон прервал её, властно скинув ладонь. Его лицо было безжалостным и бесстрастным.

– А чем вы думали, когда нападали на адептку Воронцову? Она тоже попаданка, как и вы. Думали, она расскажет, а ей никто не поверит? Или что вас защитят те, кто подговорили напасть на неё? – он склонился и поднял Карину с колен за ворот рубашки. – Вы действовали самостоятельно или кто надоумил?

Валери попыталась обойти дракона и встать ко мне сбоку у раковины, нет, даже спрятаться за мной, но Этиньен перехватил её свободной рукой и вернул обратно.

– Ну?! – рыкнул дракон.

– Мы сами! – заплакала Карина. – Мы сами, правда.

– Просто хотели поставить эту выскочку на место. И всё, – добавила своего нытья Валери.

Красный дракон брезгливо отпустил их:

– И только? Вам даже никто не угрожал?

Девушки кивнули.

– Я уже отправил сообщение ректору. Вас ждут.

Он освободил им проход, и те убежали, оставив нас наедине. Я неловко опустила взгляд к раковине и вытащила из ноздрей окровавленную вату.

– Даже «спасибо» не скажешь? – поинтересовался Люк.

– Спасибо, – тихо ответила я.

Что тут ещё говорить?

– Нос болит? Голова? Пойдёшь к целительнице?

Я мотнула головой:

– Не нужно. Не произошло ничего такого, чего бы я уже не могла поправить заклинанием.

– Ты быстро учишься. Талант, – признал дракон.

Как ответить на похвалу от Этиньена, я не знала, так что промычала что-то невнятное. Оглядывая с помощью зеркала свой неопрятный видок, я пыталась выцепить из головы нужные плетения заклинаний, хотя, чего скрывать, вся ситуация заставила меня понервничать, голова стала одновременно и тяжёлой, и пустой, и присутствие красного дракона на пользу не шло.

– Давай помогу, – он подошёл со спины, накрыл своими ладонями мои ладони на груди, и от наших сплетённых пальцев пошла магия, почистившая мне одежду.

Дракон расцепил пальцы и одним щелчком у моего уха превратил распутанные мною волосы в локоны, и предпочёл лично собрать мне их в высокий хвост. Я чувствовала его касания как магически, так и физически, и оттого каждый волосок на моём теле тянулся к нему. А разум пытался убежать от него.

– Так лучше? – спросил он тихо.

– Да…

Над головой раздался хмык, кончик уха прикусили его клыки.

– За тобой должок, побродяжка.

Глава 48. Я не виновата!

– Лорд Этиньен, я не виновата!

Ректор даже не оторвал взгляд от бумаг:

– И снова здравствуйте, Мия.

Ричард стоял рядом со мной в качестве поддержки и поглаживал по плечам костями-пальцами. Дожили, я пребывала уже в том состоянии, когда близость живого скелета меня не пугала. Секретарь ректора относился ко мне добрее всех в Цезариусе.

Чуть вытянувшись вперёд, я увидела, что мужчина читал отчёт Констебля, магистра бытовой магии. Наша славная добрая преподавательница отсутствовала, поскольку её срочно вызвали в столицу на семейный приём, и вместо неё зачёт принимал он, чем серьёзно подгадил всей группе.

– Но в этот раз я правда не виновата! – повторила я. – Мистера Кота подставили! Он терпеть не может обычное молоко и уж точно не стал бы его пить.

Этот гурман порой готов голодным остаться, но не есть то, на что средств хватает.

– И тем не менее, вашего фамильяра обнаружили в кладовой, где было приготовлено и исчезло молоко, и магистру Констеблю пришлось потратить лишние полчаса, чтобы подготовить новое молоко для практики. Из-за вас простейший зачёт растянулся на три часа.

– Не только из-за меня… – пробурчала я, вспоминая, как Констебль не только мучил нас превращением обычного молока в безлактозное, как планировалось, но и в овсяное, кокосовое, миндальное и, самое сложное, в здешнее фруктовое. На нём-то треть группы и полетела, потому что даже не пробовала.

– Вы что-то хотите добавить? Почему же тогда так тихо? – сурово спросил ректор. – Постойте, вы назвали своего фамильяра, чистокровного ведьмовского кота, Мистером Котом?

– Эм, ну… да? – выразила недоумение. – А что такого-то?

– Действительно, – ректор поднял отчёт – и бумаги загорелись у него в руке и исчезли. – Значит, так, Воронцова. Мне не интересно, как, по вашей версии, ваш фамильяр очутился в аудитории, точно так же, как неинтересно, почему ранее в теплице чуть не завяли все цветы от эссенции на вашей коже, а умертвия других адептов гонялись исключительно за вами. Вижу, у вас всё уже либо зачтено, либо сдано, либо автоматом. Что это значит для вас? Что я не хочу видеть вас на зимних каникулах в академии. Дайте этим стенам отдохнуть от вас, адептка!

У меня полностью закрыта сессия? То есть, мне поставили автомат по теоретической части алхимии и по истории? И даже не сказали заранее! Офигеть, круто, вау!

Но радость быстро сошла с моего лица, не успев на нём укорениться:

– Но мне некуда деваться из академии. Вы же сами знаете, мой дом дико далеко!

Буквально в другом мире.

– И я не смогу там практиковать магию перед новым семестром!

– Да, босс, пожалей девочку, – поддержал меня Ричард. – Тебе же пришли с признанием, что эссенцией её те глупые первокурсницы обрызгали.

Ректор его проигнорировал.

– Адептка Воронцова, вы учитесь здесь уже семестр. За это время должны были обзавестись друзьями. К тому же, насколько мне, как и всей академии, известно, вы встречаетесь с принцем Колином Цезарионом и даже лечились у него. Уверен, покои для вас в его доме снова найдутся. Так что… собирайтесь и чтобы я вас до начала учёбы не видел!

Глава 49. Приглашение на каникулы

Я услышала шум в гостиной факультета ещё в коридоре. Прежде чем войти, я постояла у заснеженного окна, из-за морозных узоров на котором было ничего не разобрать, и вслушалась, пытаясь различить знакомые голоса и смех. Мне самой нужно было как-то нацепить на себя улыбку, потому что всю дорогу от ректора сюда я пребывала в расстройстве. Наконец, я нажала на ручку и вошла.

Увиденное мной можно было хоть сейчас переносить на картину «Не ждали». На полу между диванами, сломав деревянный стол под ними, валялись Антон и Лиззи. Лиз практически седлала Антона и замахнулась на него диванной подушкой, когда обернулась на дверь. Лора с ногами забралась на один из диванов и прекратила читать вслух главу из учебника по истории. Марк валялся на шкуре у камина и жевал какой-то пирожок. Увидев меня, он помахал надкусанной булкой и кивнул мне на бумажный пакет из пекарни:

– Хочешь?

Его вопрос как будто снял всех с паузы. Больше в гостиной никого и не было: слишком уж наша общая комната была маленькой в масштабах замка.

– Ой, Мийка, ты как раз вовремя! – воскликнул Антон из-под Лиззи. Его, кажется, ничего не смущало, хотя девушка всё ещё держала наготове подушку. – Мы тут как раз обсуждали, чем заняться на зимних каникулах, раз уж целый месяц будем предоставлены сами себе.

– В Рэйвенхолде будет Праздник Полной Луны, – поделилась Лора. – Единственный день в году, когда вообще не всходит солнце. Будет куча развлечений, в особенности для магов, укрепляющих магические потоки лунным светом: полёты на коврах-самолётах, драконьи бои, продажа любовных и прикольных зелий…

– Мия, ты чего? – спросил внимательный Князев, отвлёкшись от поглощения пирожков.

– Ректор не разрешил мне остаться на каникулах в академии, – расстроенно сказала я, плюхнувшись на свободный диван.

– То есть как? – удивилась Лиззи, оставив свою затею прибить Семечкина. – Он же знает, откуда ты. Не домой же тебе ехать!

– Да, и считает, что я могу пожить у кого-то на время каникул. Главное, чтобы не здесь, – вздохнула.

– Это возмутительно! – воскликнула Лора и сама удивилась, какой громкой была. – Мы должны разобраться… любой адепт имеет право остаться в Цезариусе на каникулах… – она тут же стала тише и неувереннее, когда все взгляды обратились к ней. – Так в правилах написано.

Я покачала головой:

– Не получится. Ректор назначил мне отстранение на месяц в качестве наказания за выходку Мистера Кота на последнем зачёте. Мне нельзя появляться в библиотеке, на любых дополнительных зимних занятий и… в общем, он нашёл способ официально выпереть меня из Цезариуса вплоть до начала следующего семестра. Завтра – крайний срок, когда я должна покинуть академию.

Ребята слушали меня в шоке.

– Ну, подумаешь, зачёт затянулся! – возмутилась Лиз. – Мистера Кота наверняка украли и заперли там Уоттс и Ничкина. Они так и не простили тебе своё наказание убираться в библиотеке все каникулы.

– Они-не они, а мне теперь искать, где жить.

– Так попроси принца, – предложила Лиззи.

– Вы же знаете, в отличие от других, что мы с ним… ну, не… – напомнила тихо, словно нас могли подслушивать.

– Так другие не знают. К тому же, он уже помогал однажды. Ты и тогда на месяц исчезла, – пожала плечами Лиз. – Может, он тебя и на праздник к нам принести сможет?

– Или мне придётся оплачивать гостиницу в Рэйвенхолде, – прошептала, но все услышали.

– Не вздумай даже! – остановила всё та же Лиззи. – Потратишь все оставшиеся деньги за каникулы, а потом снова как церковная мышь ходить будешь? Пользуйся помощью принца, тебе что так, что эдак его просить.

Я опустила голову. Не хотелось мне обращаться к Колину. Его семья была заботлива и приветлива в последнюю нашу встречу, но в прошлый раз я целый месяц пробыла в отключке и не должна была придумывать, что им говорить о наших с Колином отношениях. Пребывать все каникулы в отключке, лишь бы обман не вскрылся, мне не хотелось.

Лиззи, наконец, поднялась, позволив встать и Семечкину, и, подойдя ко мне, взяла меня за руку и вывела из гостиной:

– Давай, иди к Цезариону.

И дверь закрыла.

Я зашла в комнату и быстро собрала немногочисленные вещи в купленную в Рэйвенхолде сумку. Я помнила, что там была таверна, пользовавшаяся популярностью у родителей адептов и желающих выпить преподавателей. Идти к Колину, как мне наказали, я не собиралась.

Мистер Кот сидел на кровати и будто мысли мои читал.

– Что? – спросила. – Я не хочу вместо отдыха переживать, что вокруг меня драконы, которым не надо знать мои секреты.

Хотя деньги мне было заранее жалко.

Фамильяр осуждающе мяукнул, взмахнул пушистым хвостом и исчез. Вот не мог он так на зачёте сделать? Эх, не мог, он же через мой почтовый ящик из комнаты перемещается.

Ко мне внезапно постучали. Когда я открыла дверь, то с удивление обнаружила на пороге Мелиссу Шайнингскотт:

– Здравствуй. Я слышала, что тебя наказали, и подумала: ты не хочешь отправиться ко мне на каникулы? У нас в Звёздном Свете большая библиотека.

Глава 50. Дар Мелиссы

Последний раз я так выпадала, когда попала в Подлунье, и мне сказали, что я зачислена в магическую академию. Результатом было то, что в итоге я согласилась…

– Назови мне хоть одну причину, почему я должна решить, что это классная идея, – спустя несколько секунд отреагировала я, впуская Шайнингскотт внутрь.

– Классная? – переспросила Мелисса, тряхнув золотыми кудряшками. Недопонимание на мгновение проявилось на её кукольном личике. – А, неважно. Во-первых, тебе негде жить несколько недель.

Узнать бы, благодаря кому о моём положении известно даже Шайнингскотт, и заклинание немоты на него наложить!

– Во-первых? – вздёрнула брови. – Значит, будет и во-вторых?

Однокурсница осматривалась в моей комнате, и в её взгляде читалось пренебрежение.

– Мелисса! – позвала я.

– Ах да, – она вновь обратила взгляд ко мне. – Это точно спальня, а не чулан? У меня сразу появились на уме «в-третьих» и в «в-четвёртых».

– Дай угадаю: одно из двух касается размера комнаты, – сложила руки на груди.

– Верно.

– Так что «во-вторых»? – спросила с кислой миной.

– Во-вторых, как я уже сказала, библиотека нашего замка славится, как одна из лучших в империи.

– И в-третьих?

– В-третьих, если ты не отправишься к кому-то достаточно влиятельному, принц Колин или лорд Люк просто выкрадут тебя к себе. Оба сценария возможны в зависимости от того, во сколько ты покинешь комнату, каким путём выберешь пойти по академии…

– Так, постой! – остановила я девушку. – Откуда ты вообще всё это знаешь?

– Магическая специализация рода Шайнингскотт – предвидение. Ты не замечала? – она вскинула руку и загнула один палец. – Кто знал, что с тобой собрались делать Ничкина и Уоттс и предупредил Люка? Кто оттолкнул тебя от клинка Фэйтуана? – второй палец. – Кто видел исход его боя с Колином? – третий.

Поражённая, я хлопала ресницами.

– У меня повышенная склонность к анализированию и предугадыванию событий. С помощью магии я могу полноценно предсказывать будущее. Но пока мне не хватает знаний и умений контролировать силы. Потому я не заглядываю куда-то далеко, а предвижу лишь что-то, что произойдёт совсем скоро.

– И этого оказалось достаточно, чтобы спасти мне жизнь, – прошептала я.

– Именно! Так что ты могла бы отдать мне долг, отправившись ко мне на каникулы.

– Тебе-то это зачем? – потёрла переносицу, переваривая информацию.

– Зачем мне, чтобы весь свет знал, что девушка принца Колина отдыхает в моём родовом замке? – усмехнулась Мелисса. – Ты не представляешь, насколько мне выгодно немного попользоваться тобой в свете. А то, что ты из побродяжек, только привлекает к тебе больше внимания, а значит, привлечёт и ко мне.

Она откинула свои роскошные кудри.

– К тому же, тебя без всяких сомнений пригласят на празднество в замок императора, и как твоя компаньонка я смогу оказаться в узком кругу его семьи. Сказать тебе, что это для меня значит?

Я мотнула головой, но Мелисса всё равно пояснила:

– То, что я выйду замуж за принца! У младшего хватает братьев, и они даже перспективнее того, кого ты заняла. Хочу взять вопрос с замужеством в свои руки, пока мой папенька не вмешался.

Не то можешь повторить судьбу Джейн?

– Мне одно непонятно: с чего ты взяла, что я не хочу провести все каникулы с Колином?

Глава 51. Прибытие в Стархолд

Мелисса щёлкнула пальчиками:

– Магия, дар предвидения, помнишь? Ни в одном из вариантов будущего, что я вижу, ты не воспользовалась возможностью сразу отправиться к Колину. Я великодушно не спрашиваю, почему так, взамен лишь на маленькую услугу – попользоваться твоей популярностью. Мне подготовить тебе портал до Звёздного Света?

Портал вывел меня в драконьих размеров зал, где окна от пола до потолка были завешаны полупрозрачной синей тканью. Ткань сияла, украшенная серебряными звёздами. Когда я подошла посмотреть, что именно заставляет сиять их так ярко, то…

– Ой!

Коснувшись одной серебряной звёздочки пальцем, я в шоке наблюдала, как она после оторвалась от шторы и полетела под купольный потолок.

– Вижу, вы успели залюбоваться среброкрылыми светлячками, – неподалёку зазвучал приятный мужской голос. Я обернулась и увидела, что в зал вошёл мужчина в чёрном пальто, седовласый, с зачёсом назад и идеально стриженными усами. – Меня зовут Арчибальд, я работаю на семью Шайнингскотт. Мы получили сообщение от леди Мелиссы. Меня послали встретить и проводить вас в замок, госпожа Воронцова. Позволите забрать ваш багаж?

Я вытащила из пространственного кармана сумку и передала её Арчибальду.

– Вы можете передать мне всё, ни к чему перегружать свой пространственный карман, – убрав мой багаж, сказал мужчина.

Испытывая чувство неловкости, я пояснила:

– Это всё.

– Всё? – был поражён Арчибальд. – Но разве же этого достаточно для столь важной госпожи?

Мне становилось всё неуютнее. Я приехала пожить, а не каждый день по балам шастать. Мне не нужно так уж много одежды, которой у меня нет.

– Простите меня, госпожа Мия, – считав мои эмоции, сказал Арчибальд. – Уверяю вас, в замке вас обеспечат всем необходимым.

Согласиться на предложение Мелиссы казалось всё менее разумным решением, но мне, куда ни посмотри, деваться некуда. Точнее, каждое место сомнительно: у Колина придётся слишком много лгать, Люк хочет меня… не в том смысле, который я считаю с ним допустимым, а в таверне я потеряю кучу денег. Вариант с проживанием у Мелиссы, с доступом к библиотеке, помещениями, где можно практиковаться в волшебстве, всё же приемлем.

Как и в академии, портальный зал отделяли от мира двустворчатые каменные двери. Сторож-лепрекон сидел внутри, а не снаружи, и был моложе того, что работал в Цезариусе. У него было всего по одному кольцу на каждом пальце.

– Я вас прежде не видел, – вместо приветствия сказал он. – Неужели первый раз в Стархолде?

– Да…

– О, зимой нет города прекраснее, спешу вас заверить, – приветливо поделился сторож. Он порылся я ящиках своего стола и вручил мне небольшой бинокль. Золотой. – Держите, обязательно насладитесь видами.

Я не хотела брать в руки такой дорогой предмет, но мне его практически всучили, прежде чем подорваться и открыть выход на улицу.

Солнце уже давно село, но город ещё был полон жизни: высокие готические фонари зажжены и ярко освещают улицы, слышен смех с детских площадок и из магазина игрушек через расчищенную от снега брусчатую дорогу, на витрине ателье рядом манекены танцуют, демонстрируя восхитительные и дорогущие костюмы и платья.

– Прошу, присаживайтесь, – Арчибальд незаметно успел отойти и подогнать к дверям экипаж. Транспорт был кричащим о богатстве владельца, всё равно что в спортивную тачку запрыгнуть. Тёмно-синий, с начищенными до зеркального блеска стенками.

Кажется, мне предстоит очень много узнать о том, откуда у Мелиссы столько понтов…

Глава 52. Звёздный Свет

Замок, именуемый Звёздным Светом, располагался в кратере, оставшемся в этой местности после падения древнего дракона. С одной стороны его опоясывал густой вечнозелёный лес, с другой стоял город Стархолд, находящийся под управлением семьи Шайнингскотт. Главная дорога, ведущая к замку, была уставлена фонарями, каждый из которых горел тёплый светом, разгоняя вечерние холод и мглу. Чем ближе мы были к жилищу Мелиссы с высокими башнями, так или иначе возвышающимися над городскими постройками, тем меньше нам попадалось магазинов и тем больше – богатых домов обеспеченных господ. Не лордов и леди, конечно, но тех, у кого всегда была пригоршня золотых монеток в кармане.

– Обратите внимание на здание с лунными колоннами – это единственный музей ментальной магии во всём Подлунье, – выполнял роль экскурсовода в передвигающейся самой по себе повозке Арчибальд.

– Ментальной магии? – не припомню, чтобы она упоминалась даже в будущей учебной программе.

– Сейчас вся ментальная магия в академиях свелась к предвидению. Но её возможности простираются куда дальше: чтение мыслей, воспоминаний, дар убеждения... Предок лорда Винсента лорд Якобус Шайнингскотт одним словом остановил вторжение морских тварей, когда внушил их повелительнице, что на наших землях нет ничего интересного, кроме ядовитого для них грунта.

– Вот это да! – удивилась я. – Но если ментальная магия на такое способна, почему в академиях её свели к предвидению?

– Хороший и сложный вопрос, – похвалил Арчибальд. – Видите ли, в изучении она очень, очень тяжела. Её пришлось убрать из учебной программы после двадцати смертельных исходов за один год. Теперь обучиться ей можно исключительно после выпуска из академии, получив рекомендацию от преподавателя предвидения, и только в двух местах – Высшей школе менталистики в столице и в нашей Школе высокой магии. Можете увидеть её как раз рядом с музеем.

Здание школы, в отличие от музея, не поддерживалось колоннами и не было выполнено из белого камня. Это было трёхэтажное строение, теряющееся на фоне музея с его парадным входом, напоминающим таковой у греческого храма.

– А разве перенос менталистики из академий в школы спасает от смертельных исходов? – уточнила я.

– Нет, потому она и не обязательна для изучения. А те, кто приходят в школы, подписывают документы, что сами несут ответственность за свою жизнь.

Надо полагать, прошедших обучение у них не особо много. Никаких выпускных вечеринок в загородных домах и купания в фонтанах и бассейнах с особым лимонадом для взрослых выпускников.

– Госпожа Воронцова, мы подъезжаем к Звёздной Дороге – пути, что ведёт к главному входу в замок.

Впереди сверкал, словно выполненный из хрусталя, мост. У моста была сотворённая из того же сверкающего материала крыша, которую усыпал снег, создавая теневой коридор для экипажа. По другую сторону коридора нас встретил расчищенный двор, выложенный цветными камнями, вместе образующими рисунок. Я не могла сказать, какой именно, увидеть это можно было только с высоты.

– Госпожа Воронцова, добро пожаловать в Звёздный Свет! – торжественно объявил уже успевший выбраться из экипажа Арчибальд, подавая мне руку. Приняв её, я осторожно спустилась по ступенькам.

Зима здесь была мягкая – мне не было холодно в пальто. Не исключено, конечно, что само пальто было невероятного качества: я оставила его, когда перебирала подарки Люка.

Круглый двор окружал сверкающий парапет. Подойдя к нему, я увидела, что замок тянется на несколько этажей вниз, и к этим этажам ведут не столь привлекающие внимание наклонные дороги, по которым везут тележки к служебным входам в замок.

– Это архитектурное чудо, – с улыбкой обернулась, чтобы поделиться эмоциями, но вместо одного лишь Арчибальда увидела приближающегося мужчину на вид лет сорока пяти. У него была изящно стриженная седина, одет он был в дорого выглядящий чёрный плащ. Глаза были голубыми, как и у Мелиссы, но в них было неловко смотреть прямо – словно смотришь на кого-то, кому гораздо больше лет, чем сорок пять. Так и есть, учитывая то, что маги живут гораздо дольше людей, и, если мужчина физически похож на того, кому пятый десяток, на деле ему может быть далеко за сотню.

– Полагаю, мне и моим предкам стоит чувствовать себя польщёнными, – мужчина приветственно склонил голову. – Лорд Винсент Шайнингскотт. Хотел поприветствовать вас в менее формальной обстановке. Как Мелисса предупредила, вы прибыли к нам издалека.

Глава 53. Башня Каролины

В отличие от однокурсницы её отец не брезговал уважительным отношением ко мне с самого начала знакомства, что, наверное, и не должно было удивлять: для него я изначально не столько побродяжка, сколько девушка принца и подруга дочери. Однако я не могла не испытывать неловкость из-за того, что кто-то вроде отца Мелиссы был столь внимателен по отношению ко мне. Я будто пришла на экзамен без подготовки.

– Мия Воронцова, – представилась я. – Да, меня занесло сюда с Земли. Буквально занесло, хех. Портал открылся неожиданно – и вот я уже тут. Не тут, в смысле, у вас в замке, а тут, в этом мире, в академии.

Лорд Винсент засмеялся низким приятным смехом.

– Мне кажется, кто-то очень волнуется, – произнёс он.

Да уж, очевидно. Возьми себя в руки, Мия!

– И это я, сражённый вашей красотой, – добавил лорд.

Пунцовая, я подёргала за лацканы пальто. Оно, конечно, было дорогим и весьма симпатичным, но точно не тянуло на одежду, в которой девушки «сражают красотой». Да и в остальном я выглядела достаточно просто: волосы распущенные, чуть спутались в дороге, макияж на мне был лёгкий, потому что косметики куплено было крайне мало, приличная декоративная косметика в этом мире стоила столько, что позволить её себе могли люди только состоятельные. Лорду Винсенту могла понравиться разве что я в целом, что смущало. Судя по Мелиссе, у него должна была быть великолепная жена. И нет, я не пытаюсь сделать комплимент Шайнингскотт.

– Вы преувеличиваете, – нервно усмехнулась я.

– Позвольте сопроводить вас, – лорд Винсент подставил мне локоть. Когда мы отошли от Арчибальда вперёд, он тихо сказал: – Вас ждёт ни одно появление в свете, дорогая. Ваше смущение, вне сомнений, мило, но вам следует научиться принимать комплименты как должное. Иначе уж слишком легко вами воспользоваться.

Я опустила взгляд и закусила губу. Что ж, за первое впечатление мне можно поставить неуд.

– Лорд Шайнингскотт, а кто именно изображён на площади перед замком? – перевела тему.

– Переводите тему? – раскусил меня он, не став притворяться, что не заметил неумелой попытки. Я закусила губу ещё раз. – И вновь вы позволили мне вас смутить. Но так и быть, пока не будем о поведении в обществе. Что же насчёт вашего вопроса, такое лучше один раз увидеть, чем пытаться представить. Идёмте.

Я была права в своём предположении, что рисунок можно было рассмотреть лишь с высоты. Мы поднялись по сверкающим ступенькам в замок, после чего лорд Винсент уверенно повёл меня по коридору налево. Уверенно, хах. Как ещё он мог меня вести, если мы буквально находились в его замке? Что только не приходит в голову, когда чувствуешь себя яблоком в мясной тарелке.

Как и в Цезариусе, в Звёздном Свете имелся магический подъёмник.

– Это обзорная башня, – лорд Винсент взмахнул свободной рукой и дверь открылась сама по себе, впуская нас в круглую комнату с огромным подъёмником посредине. Со всех сторон подъёмник окружали печати, которые, когда мы ступили на него, по очереди вспыхнули белым, чтобы платформа плавно понесла нас вверх.

– Но мой дед, мир ему и покой, дал ей другое название, – заговорил лорд Винсент, когда мы остановились на самом верху. Купол над нашими головами был чёрным, как сама ночь, а пол был сделан из стекла. Меня пошатывало при взгляде вниз, потому мужчина очень помог, выведя меня с платформы, а после и на балкон. – Он назвал её в честь моей бабушки башней Каролины. Вы можете видеть почему.

Цветные камни на площади образовывали портрет молодой женщины, очень похожей на Мелиссу. Те же золотые кудри, голубые глаза. Нос у неё однако был более прямой, улыбка без зазнайства.

– Ваш дедушка очень любил вашу бабушку, – отреагировала я, вспомнив, что должна что-то сказать, а не просто таращиться.

– Верно, – кивнул мужчина. – К сожалению, она, как и моя супруга, ушла молодой.

– А, о, прошу прощения, – да что ж у меня сегодня со способностью разговаривать?! Становлюсь скромницей-заикой!

– Бабушка прожила счастливую и, если я не ошибаюсь, долгую жизнь по стандартам вашего мира: ей было восемьдесят пять, когда её не стало.

– А вашей жене? – вырвалось прежде, чем подумала.

– Моей, увы, всего пятьдесят. Её нет уже как четыре года.

Учитывая, что Мелиссе восемнадцать, значит, женился её отец будучи достаточно зрелым на молодой супруге.

– Что же стало причиной?

– Магия, дорогая моя. Их обеих погубила магия.

Глава 54. Вы фехтуете?

– Мия, дорогая, вы фехтуете?

Я бродила по библиотеке в поисках интересной книги на вечер, когда лорд Винсент застал меня врасплох. Мелисса ещё не закрыла сессию, как и все мои друзья и знакомые из академии, так что последние пару дней я была предоставлена сама себе. Не то чтобы мне было скучно: замок Звёздный Свет был огромен, помимо трёхэтажной библиотеки здесь были оружейная, планетарий, кузница, конюшня, бальный зал, тренировочный зал, оранжерея… Мне нравилось бродить одной, любоваться, наслаждаться тишиной.

Здешние слуги сами находили меня, когда наступало время обеда, и сопровождали в столовую. На замке лежали чары, которые позволяли отыскать любого, кто находится в нём. Так что я не удивилась тому, что хозяин дома нашёл меня в местном лабиринте шкафов, удивлял именно его вопрос.

– Боюсь, что нет, лорд Винсент. Это не самый распространённый вид спорта в моём мире.

– А сражения?

– Неактуальны уже больше века, – улыбнулась, поведя плечами.

Мужчина кивнул.

– «Больше»… – повторил он. – Я бы сказал, что они недавно утратили актуальность. Очередное напоминание о том, как по-разному мы воспринимаем время.

– Ага…

На этом разговор мог бы и закончиться, если бы лорд Шайнингскотт относился к тому типу людей, который легко смущается, с трудом находит тему для разговора и не имеет каких-то чётко поставленных целей. Вместо того чтобы уйти, хозяин замка поинтересовался:

– А хотели бы научиться?

Я выглянула в окно. Снег хлопьями усыпал город, и это было прекрасное время, чтобы в одиночестве с горячим чаем читать увлекательную книгу, не связанную с учёбой. Однако я была гостьей, и мне бы не хотелось расстраивать хозяина замка отказом, тем более что почитать у меня ещё будет время, а вот фехтовать я никогда не пробовала и неизвестно, попробую ли. Если понравится, смогу попросить помощи в дальнейшем обучении у Колина. Это будет уместно, пока мы с ним якобы парочка.

– Почему бы и нет? – согласилась я. – Только… мне нечего надеть.

Форменную спортивную одёжку я обнаружила, что оставила в академии из-за спешных сборов.

– Не переживайте, Мия, это не проблема, – успокоил меня лорд Винсент, подставив локоть.

Мы вышли из библиотеки через дверь третьего этажа и направились в тренировочный зал на том же этаже, но ближе к дальней башне. Внутри мужчина проводил меня к незаметной двери – раздевалке.

– Там есть несколько комплектов тренировочной одежды и обуви, которые должны подойти вам по размеру. Выберите, который понравится.

Стоило ли спрашивать, принадлежали ли эти комплекты Мелиссе или его покойной жене? Бросив короткий взгляд на мужчину, взявшего со стойки тренировочную рапиру, решила, что не стоит портить ему настроение подобным вопросом.

Раздевалка замка Шайнингскоттов была нисколько не похожа на раздевалку в школе или даже раздевалку магической академии. Я словно зашла в гардеробную принцессы, в которой были, правда, только брючные костюмы и удобная обувь. Переодевшись в показавшийся практичным чёрный комплект с корсетным поясом и высокими сапогами на нескольких ремешках, я вышла к лорду Винсенту.

– Я готова, – сообщила, приблизившись к мужчине, кто уже держал в руках две рапиры.

– Вы ничего не забыли? – спросил он.

– Ну, да...

– Точно?

Непонимающе пялилась на него.

Лорд Шайнингскотт отложил оружие так, что оно повисло в воздухе за его спиной, и заправил мне за ухо прядь волос. Я почувствовала, как волосы поднялись и собрались в высокий хвост, а следом в пучок.

– Так ведь лучше? – он тут же повернулся к рапирам и протянул мне одну.

– Д-да…

И как я сама себе волосы прибрать не додумалась?!

– Итак, начнём.

Учителем лорд Винсент оказался строгим, но не жестоким. Под конец занятия ему удалось добиться от меня того, чтобы я перестала намеренно стеснять движения, боясь допустить ошибку, и обучилась заклинанию, которое позволяло на короткое время отражать все удары ценой удвоенной боли в мышцах, наваливающейся сразу после использования.

– Это заклинание полезно, когда вам нужно выиграть себе немного времени, чтобы оказаться в безопасном месте, где вы уже сможете позаботиться обо всех своих ранах, – объяснял он, усадив меня отдохнуть.

В бою лорд Винсент был грациозен, искусен и неуловим. Не обучи он меня чарам, я бы ни единой попытки удара не смогла предпринять в его сторону.

Неожиданно над нашими головами из воздуха появился конверт и упал прямо между нашими ногами. Отправителем значился Люк Этиньен.

Глава 55. Почему ты без одежды?

– Вы не успели обустроиться, а вас уже посещают столь важные гости, – подметил лорд Шайнингскотт. – Слухи о вашей популярности не врали.

Смотря куда-то в сторону, чтобы мужчина не видел моё раздражённое лицо, подняла и развернула плотную бумагу:

«Я на площади. Спустишься ко мне, побродяжка? Я поймал твоего кота».

Со стоном прикрыла глаза. После происшествия на зачёте по бытовой магии и беседы с Мелиссой мы с кошаком повздорили, и эта дивная самостоятельная тварь куда-то ушагала, что нормально для фамильяров, но не слишком нормально для домашних животных. Поскольку содержание Мистера Кота в академии у меня оплачено, стоило ему вернуться, его покормили бы и в моё отсутствие… Видимо, красноволосому подлецу Мистер Кот попался раньше.

– Вы не рады посетителю, госпожа Мия? – позвал меня лорд Винсент. – Следует отозвать его разрешение на приземление?

– А оно было им получено? – встрепенулась. – Впрочем, неважно. Лорд Винсент, мой фамильяр объявился после ссоры. Боюсь, я вынуждена пойти забрать его, пока принёсший его посетитель чего не учудил.

– Вам понадобится сопровождающий? – деловито уточнил мужчина.

– Нет, я справлюсь сама, – отмахнулась я. – Идти всё равно недалеко.

– Сопровождающий может понадобиться не только поэтому, – возразил отец Мелиссы, но не стал дальше со мной спорить.

Я быстро переоделась из одного чёрного костюма в похожий, но не пропотевший, решив, что противостоять такому моему решению не будут, раз решили выбирать одежду в первый раз. Мне понравилось, насколько выбранный мною ранее костюм удобен, я была готова даже купить такой, правда, стоил он, наверное, целое состояние.

Когда я вышла из раздевалки, лорда Винсента в зале уже не было. Как можно скорее я побежала вниз по лестницам и коридорам, пока не достигла парадного входа в замок. Выскочив наружу, я сообразила, что забыла плащ или пальто, но не стала возвращаться за ними: торчать с Люком на улице долго и так не собиралась!

Этиньен обнаружился у сверкающего парапета. По нему же бродил гигантский белый кот, теряясь на фоне снежного пейзажа. Обнимая себя за плечи, я стремительно преодолела разделявшее нас расстояние.

– Удивительную компанию ты себе выбираешь, Мия, – с недоброй улыбкой поприветствовал меня Люк. – Почему ты без одежды?

– Я в одежде, – хмуро отозвалась.

– Ты поняла, о чём я, – неодобрительно сказал он, стянув с себя пальто и накинув мне на плечи. Я тут же в нём потонула, словно кошка в пледе. – Ты отказалась от моего покровительства, при этом согласилась погостить у лорда Винсента Шайнингскотта, известного вдовца.

– Во-первых, я в гостях не у него, а у его дочери Мелиссы, – мой тон был жёстким. – Во-вторых, в отличие от тебя, лорд Шайнингскотт ко мне не приставал. В-третьих, я девушка Колина, а не твоя. Что значит, что тебя это в любом случае не касается.

Люк оттолкнулся от парапета, на который опирался, и начал надвигаться на меня. Я испуганно попятилась.

– Я смотрю, побродяжка осмелела, – Люк блеснул драконьими клыками. Как я ни старалась отойти, он схватил меня за плечи и тряхнул. – Мия, Винсент Шайнингскотт – один из самых опасных людей в империи. Ты не можешь слепо ему доверять и оставаться в его доме без защиты.

– А тебе, значит, я должна доверять? – я дёрнулась в его руках. – Прекрати уже лезть ко мне!

– Да я забочусь о тебе, глупая! – рыкнул Люк, и я зажмурилась от страха. – Не доверяешь мне, доверься Колину. Пошли ему письмо – и он скажет тебе то же самое.

– Если бы он считал, что я здесь в опасности, то прилетел бы сам, – возразила я.

– Он переоценивает твою защищённость статусом, – закатил глаза мужчина.

– Или ты придумываешь опасность, будучи мне никем! – мне удалось, наконец, вырваться из его рук.

Глава 56. Разрушенный парапет

Ладно, «удалось» – чересчур громкое слово. Люк сам практически отпустил меня, задетый моими словами. В результате я потеряла равновесие и упала на многострадальную попу. Мистер Кот спрыгнул с парапета и ткнулся мордочкой мне в бок, потёрся, призывая подняться.

– Девушке вредно в такую погоду рассиживаться на холодной земле, – услышала я голос Арчибальда за спиной. Он медленно приблизился к нам и помог мне встать. – Мой лорд взял на себя смелость всё же отправить вам сопровождающего. Вы в порядке, госпожа Мия?

Я посмотрела на целые локти и порадовалась, что решила выйти к дракону в тренировочном костюме – иначе бы у меня появились дырки в немногочисленной одежде. Так всё осталось целым, кроме моей гордости и ноющей под тканью кожи.

– Лорд Люк, я пришёл сказать, что лорд Шайнингскотт отозвал ваше разрешение на пребывание в Звёздном Свете. Я настоятельно рекомендую вам более не злоупотреблять его гостеприимством.

Дракон выслушал с грозным видом, но не стал ничего отвечать Арчибальду. Вместо этого он обратился ко мне:

– И тебя ничего не смущает? Пусть решают за тебя?

Я сняла с себя его пальто и вручила, вытянув руку.

– За меня ничего не решили. Это не мой дом, не мне и командовать. Но и за пределами замка я не хочу с тобой разговаривать, Люк, – я глотнула побольше воздуха перед последней фразой. – Короче говоря, проваливай!

Мистер Кот сопроводил мои слова громким «Мррряяяуу!».

Дракон рывком забрал своё пальто, а дальше… Кажется, я видела, как он протянул ко мне свободную руку, однако в следующее мгновение что-то ударило по ней. Удар был недостаточно силён, чтобы заставить дракона отвлечься от задуманного, чем бы задуманное ни было, но достаточно силён, чтобы хоть немного его замедлить. Я осознала, что Этиньен хотел перехватить меня за талию и отошла на несколько шагов назад, тем самым, как оказалось, предоставив Арчибальду большую свободу действий.

Непонятно откуда, предположу, что из пространственного кармана, в руках Арчибальда появилась трость, которой он и отбивал движения руки Люка, пока тот не перестал упрямиться и не прекратил попытки подступить ко мне.

– Вынужден просить вас уйти, лорд Люк, – улыбка слуги дома Шайнингскотт даже после случившегося была предельно вежлива. – Если только вы не хотите ссоры с хозяином дома.

Этиньен последний раз посмотрел на меня:

– Хотя бы запомни, что я сказал. Напиши Колину.

Люка охватило пламя, и волна горячего воздуха растопила снег и полетела нам в лицо. Уже оторвавшись от камня площади, старшекурсник обратился в дракона и полетел. Прощаясь, он разрушил участок парапета своим тяжёлым хвостом. Блестящие камни разлетелись в разные стороны, но большая часть посыпалась вниз. Я бросилась к краю:

– Фух, ни на кого не упало!

Только после того, как выдохнула, что из-за выходки дракона никто не пострадал, поблагодарила Арчибальда:

– Благодарю вас, что вмешались. Мы с адептом Этиньеном едва ли близкие знакомые.

– Вам следует благодарить лорда Винсента, я всего лишь пришёл по его приказу.

– Всё равно спасибо, – я с грустью посмотрела на разрушения. – Даже не знаю, что могу сделать. Из-за меня этот чудесный парапет пострадал.

– Не переживайте об этом, госпожа Мия, ничего ужасного не случилось, – Арчибальд успокаивающе погладил меня по плечу. – Вот что плохо, так это то, что вы можете простудиться. Идёмте внутрь.

Когда мы уходили, мой фамильяр вспрыгнул мне на плечо с разбега, вцепившись в него дико острыми когтями. Кажется, он всё ещё на меня злится.

Глава 57. Чаепитие со змеями

Мелисса прибыла в Звёздный Свет через три дня и в первый же вечер пригласила гостей. Согласно условиям нашего договора, я присутствовала на чаепитии с её подружками из Стархолда: дочерями редактора местной газеты, владельца ресторана, где постоянно обедает первый принц, когда останавливается в городе, и хозяина второго банка империи.

На мне было одно из новых платьев Мелиссы, чтобы никто не знал, что у меня нет собственного богатого гардероба – это не соответствовало образу девушки принца. Те деньги, что я всё же получала от Колина, я предпочитала тратить на что-то более полезное. Платье было белое, немногим ниже колен, со свободными рукавами три четверти и вышитым сегодня служанками по приказу Мелиссы синим драконом на подоле – чтобы подчеркнуть мой статус. Я сидела на диване рядом с Шайнингскотт, словно была колье, повешенным на её шею на всеобщее обозрение. Что ж, по крайней мере пирожные были вкусными.

– Неужели будучи из такого отсталого мира тебе удаётся поспевать за программой? – спросила черноволосая дочка редактора, сидевшая на диване напротив. Вместо платья на ней был брючный костюм, а из причёски с вплетёнными золотыми и рыжими прядями торчала стилизованная под ручку заколка. Казалось, она прямо сейчас достанет откуда-то блокнот и начнёт записывать, будто интервью берёт.

– Стейси! – деланно (а может и нет, я не столь хорошо разбиралась в играх высшего света) возмутилась дочь хозяина банка. – Спрашивать об этом, как и о количестве денег на счету, крайне неприлично.

– Я без злого умысла, – пожала плечами Стейси. – Не уверена, что у меня самой получилось бы выучиться, если бы до поступления я ничегошеньки не знала о магии. Ни одного заклинания не знала! Это должно быть ужасно тяжело!

От её «не фальшивого» сочувствия хотелось опорожнить желудок.

– Для того и существует факультет попаданцев, – сказала дочь хозяина банка. – Отец просил меня помочь с составлением бюджета. Тогда я и поняла, почему многих попаданцев зовут побродяжками. Быть приличным человеком на такие суммы решительно невозможно!

– Потому я и была удивлена, когда увидела, что Мия со всем справляется, – Мелисса положила ладонь поверх моей ладони на диване. – Ни малейших сомнений, что принц Колин влюбился в её ум. Мы с нетерпением ждём, когда сможем официально представить Мию двору.

– Ты будешь помогать выбирать ей платье? – оживилась дочка владельца ресторана. – И туфли! И украшения! Для первого зимнего празднества образ должен быть сногсшибательным!

– Конечно-конечно, потому Мия и здесь!

Нет, я здесь за бесплатным жильём и питанием, но пусть думают, что хотят.

– Ох, твой сегодняшний чай восхитителен, Мелисса! – похвалила дочка владельца ресторана. Никак не вспомню её имя. – Нам нужно больше чайничков!

– Может, Мия продемонстрирует нам свою магию? – предложила Стейси. – Как тебе такое предложение, Мия? Освежишь нам всем напитки?

Как и предыдущие вопросы, этот был откровенной провокацией. Если я, девушка принца, освежу им напитки, то есть буду им прислуживать, то только укоренюсь в образе побродяжки в их глазах. Но и не показать магию я не могу, потому что тогда эта девица доложит своему отцу о моей бездарности. Я прикрыла глаза – я словно снова окружена чернильными змеями проклятия и хочу метнуть в них огонь. Огонь. Огонь!

Плетение магических нитей у меня перед глазами пульсировало ярко, укреплённое за первый семестр, мощное. Каждая нить взывала к моим эмоциям, моему подавленному гневу, моему раздражению. Я вытягивала одну, вторую, третью, сплетала их в своём сознании в неясный образ…

– Мия, – Мелисса тряхнула меня за плечо.

Я открыла глаза – на моих ладонях плясало пламя, взмывая к потолку красноватыми язычками. Это было незавершённое заклинание, потому что Мелисса отвлекла меня, но и не простейший огненный шар – я переплела слишком много пронизывающих меня магических нитей.

Подружки Мелиссы смотрели на пламя. Я мило им улыбнулась:

– Боюсь, я перекипячу чай.

Глава 58. Неозвученные мысли

Опустив веки, я сделала круг ногой в воздухе, и уронила её вниз. Открыв глаза, обнаружила, что под стопой лишь слегка примялось тренировочное покрытие. Раздражённая, что ничего не получилось, я повторила движение снова. Всё было отлично: держала равновесие, стоя на одной ноге, круг описан, магические нити аж просвечивают через кожу на лодыжке. И всё равно, вместо ожидаемой пущенной вперёд ударной волны, подкидывающей манекен в воздух, я получила только слабое движение воздуха вперёд.

– Вы слишком высоко задираете ногу.

Отвлёкшись, я пошатнулась и чуть не упала. В тренировочном зале обнаружился лорд Винсент, прислонившийся к башне из матов.

– И давно вы тут стоите? – стыдливо отвела взгляд в сторону.

– С момента, когда вы назвали это заклинание «сводящей ноги пыткой», – поделился мужчина.

Я поморщилась – произносила это я около минут пяти назад.

– Вы хотели позаниматься? – спросила.

– Нет, – лорд Винсент сунул руку за пазуху и достал красный большой конверт. – Вам пришло письмо от принца Колина. Могу предположить, что в нём приглашения на ежегодный Императорский Зимний Бал.

Я приблизилась и, забрав конверт, с интересом завертела бархатистую бумагу в руках. С губ сорвался тупейший вопрос:

– Эмм, а как оно открывается?

Я не видела печати, которую нужно сломать, линии, которую нужно оторвать, или ещё чего-то подобного, что бы хоть как-то подсказало мне мои дальнейшие действия.

– Всего лишь переплести одну вашу магическую нить с магической нитью конверта, – охотно пояснил лорд Винсент. – Это волшебное письмо, открыть его может лишь получатель.

– Вот оно что… Тогда потом, – я запихнула письмо в карман. – Сейчас мне есть на что тратить магические силы.

Я уже готова была вернуться к самостоятельной тренировке, когда лорд Шайнингскотт предложил:

– Мия, вы позволите вам помочь?

Сразу вспомнилось, как я изначально обнаружила его присутствие.

– А вы можете? – «что-то сделать» осталось невысказанным.

Мужчина улыбнулся:

– Займите исходную позицию.

Я встала и подняла ногу.

– Чуть ниже.

Опустила.

– А теперь выше.

Подняла.

– Нет, так не пойдёт, – вздохнул лорд Винсент. – Разрешите мне прикоснуться к вам?

– А, ну…

Я как-то вся потерялась, когда мужчина уже был за спиной и ладонями установил мою ногу на нужную высоту. Потом он сам направил мою ногу совершить круг и резко опустил. Ударная волна пошла от стопы и заставила манекен подлететь и отлететь к окну, выбив его.

– Вот так, – лорд Винсент убрал горячие пальцы с моего бедра. – Теперь сможете сами?

Он всего лишь помог мне понять, как именно исполнить боевые чары правильно, а я потеряла любую здравую мысль в голове. Равновесие вместе с ней. То, что длинные пальцы лорда Винсента оказались на моей талии и я не упала, прижатая к его широкой груди, ещё больше повредило мой рассудок. В таком положении и состоянии было куда интереснее узнать, повлияли ли долгие годы жизни на то, как хорошо мужчина целуется.

– Госпожа Мия? – обратился ко мне лорд. – Вам вызвать целителя? Переутомились?

– Да, да… – оттого и мысли непрошеные в голову лезут!

Глава 59. Купидон или трикстер?

Мне дали настойку, укрепляющую магические потоки, и отправили отдыхать. Так что, устроившись на кровати в спальне, я добралась до послания Колина.

– Бред какой-то.

Я вертела письмо в руках, стараясь найти в нём хоть какой-то смысл. Как лорд Винсент и предполагал, в конверте меня и компаньонку по выбору приглашали на Императорский Зимний Бал. А ещё там была записка. Вот она меня и смущала:

Здравствуй, дорогая Мия!

Спешу тебя порадовать: если хочешь, ты можешь провести все каникулы в Цезариусе. Не понимаю, почему ты сразу не обратилась с этой проблемой ко мне: имперская стража нашла и допросила всех адептов, что подставляли тебя на сессии, они обещали больше не бедокурить, а ректор, после того как его хорошо попросили, отозвал своё наказание. Тебе больше нет нужды скучать со стариком Шайнингскоттом в его замке!

Жду тебя на балу! Помни, первый танец мой!

Твой Колин

Выставляя меня из академии, лорд Этиньен был настроен более чем решительно. И тут вдруг передумал? Казалось, его ничто не переубедит, да и статус у него достаточно высокий, чтобы даже имперской страже было нелегко оспорить его решение. Тем более что дело было не только в том, что меня то и дело пытались выставить перед ним в не лучшем свете.

И тут я припомнила кое-что: тогда, когда лорд Фэйтуан напал на меня, Люк напомнил Колину о каком-то соглашении между ними. Может ли быть так, что своим письмом Колин хочет выманить меня из Звёздного Света, раз метод Люка не помог? В чём суть их договорённости? Могу ли я доверять им больше, чем лорду Винсенту, который не предпринял в мою сторону никаких ужасных действий? К тому же, является человеком…

А может, правы были ребята, которые изначально посылали меня к Колину, но я решила, что справлюсь сама, и подоспела Мелисса? Разве Мелисса мне близкий друг? С другой стороны, Мелисса подтвердила свои слова правдой, и она действительно спасла меня с тем же пресловутым Фэйтуаном.

– Грр! – как всё сложно! Ощущение, что меня в магический мир не академия призвала, а местный купидон или трикстер.

Я откинулась на спину и обняла подушку. Мне не хотелось прислушиваться к Люку или думать о том, что Колин мне врёт. Я прикрыла глаза: голова рисовала образ нависшего надо мной Винсента Шайнингскотта и его рук, прижимающих мои запястья к матрасу. Его сильное тело накрывало моё, жар разливался медленно и приятно, как когда пьёшь глинтвейн…

Я подскочила с кровати. Никогда прежде моё воображение не заводило меня так далеко. Лорд Винсент был без сомнений красивым и обаятельным мужчиной, но почему я… Почему я…

Возможно, сегодня, чтобы заснуть, мне понадобится снотворное. Попрошу мне его приготовить.

Я открыла дверь и обнаружила, что за порогом стояла служанка.

– Я пришла спросить, не принести ли вам вечерний чай?

Ошалело кивнула миловидной девушке:

– Да, пожалуйста. И ещё снотворное. И успокоительное. Пожалуйста.

Дождавшись, когда девушка вернётся, я выпила зелье и села читать книгу в кровати, пока меня не сморило.

Сон был не без сновидений. Напротив, яркий, насыщенный, словно кто-то выкрутил цвета на максимум. А вместе с ними и ощущения. Всё вокруг плыло цветными кругами, в то время как я ощущала хватку на своих запястьях и бёдрах, наслаждение. А по пробуждении обнаружила синяки на своих руках.

Глава 60. Амулет

Я тёрла синяки до тех пор, пока не убедилась, что они не являются чьим-то розыгрышем, Мелиссы, например. Это ведь могла быть всего лишь краска. Когда стало понятно, что синяки настоящие, я спустила штаны и осмотрела бёдра. На них тоже были синяки, но в остальном я чувствовала себя нормально. Пижама была такой же мягкой и чистой, как и когда я ложилась спать, ничего не болело. Надо мной повисло ощущение какой-то мистической чертовщины. Самым логичным объяснением было то, что я вертелась во сне и неудачно стукнулась о спинку или подпорки балдахина. Был и другой вариант… но он не мог не отразиться на мне почти незаметно, последствия были бы видны лучше, ведь ничего подобного у меня никогда и ни с кем не было!

Прямо в пижаме я уселась за письменный стол, достала бумагу и ручку и уже хотела написать Колину, а потом подумала, что если отправлю письмо из Звёздного Света, лорд Шайнингскотт непременно об этом узнает. И если он как-то замешан в моём самочувствии, то не глупо ли так поступать…

С другой стороны, откуда вообще подозрения? Это я начала фантазировать о нём всякое, а синяки могут быть отчего угодно… Мне бы постыдиться, что я его подозреваю в чём-то столь непотребном, когда у самой с мыслями не чисто.

Я скомкала бумагу и сожгла её в руке. Пепел осыпался на столешницу. Начался ещё один мой день в Звёздном Свете.

Императорский Зимний Бал ожидался через полторы недели. Приглашение рассылались не заранее, за месяцы, чтобы высший свет не готовил коалиции, которыми будут собираться на балу. Конечно, все они заранее заказывали себе наряды, рассчитывая на приглашения, и так или иначе собирались в свои круги коварства и интриг, но всякий раз им приходилось вносить изменения в свои планы. Стратегией это было или обычным развлечением правящих драконов, лично сказать не могла, хотя автор книги, которую я читала, восхвалял драконью мудрость.

Сегодня я выбралась прогуляться по городу. Допив кофе и убрав книгу в рюкзак, я покинула кафе и позволила морозу защипать мои щёки. Улочки Стархолда – всё равно что сказочный лабиринт, полный комнат с удивительными вещами. Повернёшь направо – набредёшь на магазин артефактов, развернёшься налево – уткнёшься в лавку вкусностей, а пойдёшь прямо, так врежешься в грудь дракона.

– Поймал, – я мгновенно узнала голос прятавшегося под капюшоном Колина.

– Ты что тут забыл? – прошептала я.

– Пришёл за своей частью сделки, – невинно ответил он. – Ты моя девушка, забыла? Нас должны видеть вместе. Так что у нас свидание.

Я рыкнула про себя. Его правда.

– Мог предупредить, – раздражённо вздохнула.

– Зачем? Чтобы ты придумала отговорку? Вряд ли ты бы оделась по-другому, – поддел меня он. Вдруг нахмурился и отвёл ткань моего шарфа в сторону. – Где твой защитный амулет?

Я свела брови.

– Какой ещё амулет?

– Защитный амулет, – принц погладил мою шею. – В виде снежинки. Я дарил его тебе, как оберег от мощной магии.

Я тоже потрогала свою шею – как и ожидалось, ощутила лишь кожу.

– Не помню никакого амулета, Колин, – покачала головой. – Его никогда не было.

Глава 61. Обещанная защита

Если прежде дракона что-то удерживало, то тут он как с цепи сорвался. Титановой такой, ранее невидимой.

– Колин, сейчас же поставь меня! – я со всей силы стукнула дракона по спине, но только скорчилась от боли в кулаке. Теперь у меня болели обе руки, потому что до этого я била другим кулаком.

Принц нёс меня прямиком к порталу Стархолда, не стесняясь зрителей, останавливающихся прямо посреди улицы. Люди шептались, дети указывали на нас пальцами, девушки обменивались многозначительными улыбками, некоторые парни улюлюкали.

– Осторожнее, любовь моя, так можно и кости сломать, – предостерёг меня, незамечающий толпу, Колин, подкинув на плече одной рукой.

Свободной он перебросил лепрекону несколько монет, попросив открыть проход в столицу. Мы вошли в просторное помещение, где в конце зала уже вихрился голубой водоворот портала.

– Колин Цезарион, это действительно не смешно! – взбрыкнула. – Ты правда мне ничего не давал.

Дракон громко вздохнул.

– Ты права, это не смешно, а страшно, потому что давал. Амулет был. Я обещал тебе защиту, хоть это ты помнишь, Мия?

– Помню, конечно, что за дурацкий вопрос?

– Как раз не дурацкий, если с моей стороны посмотреть.

– Колин, нет!!!

Но Колин уже затащил меня в проход. Магия завертелась вокруг меня, пребывающей в не слишком естественном положении. Затошнило. Я зажмурилась, вцепилась в ткань плаща Колина, и сжала губы. Когда дракон вышагнул в столичном зале, тут же потребовала:

– Поставь меня на пол.

Он подчинился моему невнятному приказу. Едва оказавшись на ногах, я прикрыла рот рукой и зашаталась. Портить здешний начищенный пол мне не хотелось, благо, я сумела отыскать сторожа-лепрекона взглядом. Он уже и сам спешил ко мне с ведром.

– Прошу, госпожа.

Не вижу смысла объяснять что-то ещё. Вытерев рот предложенным Колином платком, я посмотрела на дракона так, будто собиралась убить.

– Просила же не тащить меня, – ткнула пальцем ему в живот, всё ещё в полусогнутом состоянии.

– Прости, – надо же, извинился. – Не подумал, что твои потоки не столь привычны к перемещениям и могут не сплестись в оберег тела.

Ладно, допустим, проехали.

– Зачем мы здесь? – спросила. Теперь я застряла тут, пока принц не изволит меня отпустить, потому что мой рюкзак с деньгами у него, вещи у Шайнингскоттов.

Синий дракон подставил локоть.

– Заглянем кое к кому в гости. Обещаю, ты поблагодаришь меня позже.

Я бросила взгляд на лепрекона и, поскольку нам не нужны были лишние свидетели, приняла локоть Колина и вышла с ним на улицу. И только потом спросила:

– С чего мне тебя благодарить?

– Я подозреваю, что на тебя воздействовали мощными чарами, но не могу проверить это сам: моя магическая специализация – некромантия, а не целительство.

– Из-за того, что не нашёл на мне амулет, который не дарил? – съязвила я. – А если никаких чар на мне нет?

– То я подарю тебе другой амулет и успокоюсь. Но до тех пор… давай мы всё-таки тебя проверим, Мия? – он вдруг резко обнял меня. – Позволь мне быть верным своему обещанию тебя защищать.

Было бы жестоко с моей стороны напомнить, что это обещание дано лишь в рамках выгодной нам обоим сделки? Синий дракон казался таким тёплым в сравнении с моими холодными мыслями…

– И кто же меня тогда проверит? – сдалась я.

Колин на мгновение сжал меня чуть крепче, прежде чем отпустить.

– Они… друзья семьи, – как-то печально ответил дракон.

Глава 62. Рози Арамур

Дальнейшее путешествие проходило не на плече дракона, а в нормальном транспорте: Колин оплатил закрытый экипаж, который должен был довести нас до особняка семьи Арамур. Их столичный дом располагался у главных врат в столицу и затрагивал Целебные Сады, цветущие круглый год. Точнее не только затрагивал: эти сады им и принадлежали, но они сделали их свободными для посещения, за исключением одной секции, прилегающей уже непосредственно к дому. Я удивилась, что Арамуры жили так далеко от центра:

– Я, может, и не историк, но разве знатные семьи не должны жить глубже, ближе к центру, чтобы в случае нападения на город не принимать на себя удар первыми?

Колин, сидевший напротив меня, нагнулся и погладил меня по рукам. Они были горячими, потому как я без устали потирала их друг о друга. Прохлада его пальцев была приятна.

– Арамуры – целители, разросшиеся из маленького рода водных драконов, – сказал он так, будто это всё объясняло.

– Так они драконы? – я поёжилась. Сразу стало неуютно, желание ехать к ним уменьшилось вдвое. – Ты не ответил на мой вопрос.

– Водные драконы уступают огненным и ледяным как в размерах, так и в силе. Они были не слишком значимым родом, пока не проявили себя в войнах за цельность империи, врачуя. Благодаря их целебным силам, множество людей и драконов смогли остаться в живых, что и повысило их статус в обществе. Они расширили свои владения, но переезжать в центр отказались. Чтобы в случае чего быть там, где они нужны, именно тогда, когда они нужны. Таков и девиз их семьи: «Там, где нужны».

– Судя по твоему описанию, эти Арамуры – очень хорошие люди…то есть драконы. Прости, никак не привыкну.

Колин щёлкнул меня по носу.

– Как простить, когда моя раса так оскорблена? Ты игнорируешь наше существование! – прижал ладонь к сердцу со смешком. Однако тут же посерьёзнел. – Но ты права. Многие из них были очень хорошими и, как часто бывает, с очень хорошими происходят очень плохие вещи.

Я выглянула в окно. Дорога по столичным улицам в магическом мире была не быстрее, чем в родном Петербурге. Снег благодаря магии здесь расчищался быстрее, но и выпадало его зимой едва ли не больше. А ещё у меня было подозрение, что один синий дракон из императорского рода, повелевающего ледяными чарами, воздействует на погоду, растягивая время.

Что ж, потрачу это время на просвещение. Тем более что ему удалось меня заинтересовать.

– Какие, например?

Колин всмотрелся мне в глаза.

– По-хорошему, это не то, что я должен тебе рассказывать, – прошептал он. – Но я никогда не был чудным хранителем секретов. Да и не секрет это, все в наших кругах ещё помнят об этом.

– О чём «об этом»? – поторопила его я, испытывая раздражение, что меня интригуют.

– Десять, нет, уже почти одиннадцать лет назад, маркграф и маркграфиня Арамур потеряли свою восьмилетнюю дочь Анну-Розу.

– Какое горе! Что с ней случилось? – искренне посочувствовала несчастным родителям я.

– В том и тайна: никто точно не знает. Леди Арамур уложила девочку спать, лорд проверил все защитные чары, но на утро девочки и след простыл. Чары остались на месте, никто не видел, чтобы кто-то покидал или приходил в дом ночью. Рози Арамур просто испарилась и спустя два года расследований и поисков дело пришлось закрыть.

– Но ведь… У вас же есть магия! Не должны вы были искать девочку до последнего?! – ужаснулась я. – Не могу даже представить, каково пришлось её родителям. «Там, где нужны»… Но не смогли спасти своего ребёнка!

– Не поверишь, но ты сейчас говоришь совсем как дедушка Рози… – удивлённо потёр подбородок Колин. – Что же касается расследования… Поверь, в империи едва ли не каждый камень перевернули ради этой девочки. Она ведь была обещана в невесты моему брату Регарду, когда вырастет.

Глава 63. Фигурки

– А сейчас ему в невесты досталась какая-то стерва… – мои слова опять бежали впереди моих мыслей. Пора прекращать уже думать вслух, хотя вряд ли я не права, учитывая, что её родня пыталась меня прирезать.

Колин что-то невнятно пробурчал. Кажется это: «Скучная в придачу».

– Впрочем, может статься, что они с Регом бы никогда не поладили, – развёл руками принц. – Она была весёлым и очень любопытным ребёнком, а Рег, сколько его помню, всегда был отстранённым и занятым.

– Ты хорошо знал её лично?

– В отличие от братьев, я был старше Рози всего на три года. Её привозили во дворец, чтобы с нами познакомить и в качестве подруги для Фрейи, но в итоге большую часть времени с ней играл я…

Дракон погрузился в воспоминания: мечтательная улыбка, затуманенный взгляд и пальцы, вырисовывающие что-то на обивке сиденья.

– Мы обращались в дракончиков, и Рози плевалась в меня водой, а я эту воду замораживал. Так мы превращали наши драконьи силы в фигурки: шарики, скипетры, снежинки, человечков. Фрейя и Эск иногда присоединялись к нам, но никогда Регард. Всегда занят, всегда слишком взрослый для наших забав. Хотя Рози то и дело дарила ему какую-нибудь особо удачную фигурку.

– И тем не менее, она была невестой наследника.

– Да, предполагалось, что кровь Арамуров будет течь в потомках и правителях нашего рода. Благородная кровь, с которой прежде не было договорных браков, целебный дар, которого недостаёт в нашем роду. После пропажи леди Анны-Розы наши планы обратились в погребённые мечты.

– У Арамуров больше нет детей?

– Лишь сыновья, – покачал головой Колин. – У сестры маркграфа, графини Торлей, тоже лишь сыновья.

– Как будто сама судьба высказала своё против, – вздохнула я.

Мой «парень» всё ещё блуждал где-то в своих воспоминаниях, казалось, он, вместо того чтобы покинуть их, закончив рассказ, лишь сильнее терялся в памяти. Я испытывала неловкость, находясь рядом с ним сейчас, понимала, что должна была что-то сказать, но заранее подготовить нужные слова никак не получалось. Мой рот открылся и из него полилось то, что думала. Как обычно.

– Кто знает, если эта девочка была такой славной, может, они с твоим братом бы никогда не сошлись. Он ведь такой… – я замялась, подбирая слово. Вспомнила его острое лицо, внимательные неестественно синие глаза, каштановые волосы, что немного вились, но не делали облик мягче.

– Пугающий, – выдала в итоге.

– Думаешь, страшнее Винсента Шайнингскотта? – вдруг спросил Колин.

– А нет? – вздрогнула.

Принц едко сказал:

– Чего хочет мой брат, я знаю, а вот чего хочет старик Шайнингскотт, сомневаюсь, что знает кто-то, кроме него самого.

– Некорректно сравнивать своего родственника с кем-то, – указала я. –Для простого народа мотивы что одного, что другого неизвестны.

Глаза дракона опасно сверкнули.

– Скажи мне, там, в Звёздном Свете, с тобой ничего странного не происходило? Ответь честно, Мия.

В голове пронеслись увиденные на себе синяки и горячие фантазии. Я упрямо поджала губы:

– Ты бы так переживал из-за своего двоюродного братца Люка.

Наш обмен колкими репликами мог бы разрастись в спор, если бы экипаж не остановился.

– Мы на месте.

Глава 64. Волшебный фейс-контроль

С помощью Колина я вышла из экипажа на тёплую мощёную дорожку у особняка Арамуров. Поглядев влево, я могла увидеть высоченные и толстые каменные стены, покрытые снежными шапками, и железные ворота, мерцающие чарами, как сугробы на свету, да охраняемые стражниками. В то время как при взгляде вправо открывались застеклённые сады – рядом с домом стояло несколько оранжерей. В одной возвышались до самого купольного потолка удивительные синие деревья, в другой выращивались фрукты, овощи и ягоды, третья уходила дальше по улице. Был ещё один сад, но не сокрытый под стеклом. Он лежал впереди, примостившись между городской стеной и особняком цвета кирпича. Его отделял тонкий изящный забор в виде листочков и лозы золотистого цвета. За прутьями я могла разглядеть магию: она выражалась маревом, обволакивающим сад. За ним смутно можно было рассмотреть грядки, яблоневые деревья, малиновый лабиринт… Этот сад будто существовал отдельно от всего мира.

– Ещё одно дерево погибло, – пока я пребывала в восторге, Колин с грустью смотрел вдаль, пробивая взором защитное марево волшебства. Встав ближе к нему, я смогла увидеть несколько деревьев в саду, отличавшихся от остальных: если от грядок, цветов, лабиринта исходило слабое свечение, то над деревьями плавал и клубился чёрный дымок.

– Почему это произошло? – спросила я.

– Наше волшебство отражает состояние нашей души, Мия. Арамуры достаточно талантливы, чтобы поддерживать общественные сады, но в своём личном саду они нашли отражение своему горю, и оно глубоко пустило корни. Идём!

Залитая солнцем тропа привела к крыльцу, ступени которого оказались не каменными, а деревянными. Да и это было не столько крыльцо, сколько пристроенная веранда, уставленная горшками с люминесцентными цветами. Колин трижды стукнул ручкой-кольцом в форме сплётшейся в круг лозы по двери из тёмного дерева.

– Назовите ваше имя, – потребовал обладатель невидимого голоса.

– Колин Цезарион, – представился принц.

Поток магии из миниатюрной замочной скважины закружил вокруг Колина.

– Ваша личность подтверждена. С какой целью прибыли? – спросил всё тот же деловой и прохладный женский голос.

– Я подозреваю, что на мою девушку воздействовали ментальной магией.

– Пусть она подойдёт ближе к двери, – повелел голос.

Дракон отступил на несколько шагов назад, чтобы я смогла сделать шаг вперёд. Как и в случае с ним, из замочной скважины выплыл искрящийся поток и покружил вокруг меня. Я ощутила лёгкое покалывание, после холодок. Когда чары исчезли, повисла тишина.

– Прямо волшебный фейс-контроль, – повернулась я к Колину. – Ты уверен, что нас примут?

– Раньше было по-другому. Они были более открытыми. Какое-то время после потери Рози Арамуры практически не врачевали, потому что их магия шла скорее во вред, чем на пользу. Годилась для проклятий.

– Вами займётся лорд Лоренцо, – объявил голос, и двери в особняк Арамуров открылись.

Колин выдохнул с облегчением, обняв меня.

– Ты что, сомневался, что нас примут? – со скептицизмом уточнила.

– Нет, я радуюсь, какого опытного целителя тебе выбрали. Лоренцо Арамур – прошлый маркграф.

Глава 65. Шестьсот восемьдесят лет

Внутри особняк Арамуров представлял из себя смесь тёмного дерева и золота. Нас встретил холл с большой лестницей, расходящейся в два крыла. Тёмно-зелёные стены были разрисованы золотой краской. Слева виднелись распахнутые двустворчатые двери, откуда дул тёплый ветерок и пахло мятой и апельсинами.

– Вам следует пройти туда, – указал знакомый женский голос. Словно из ниоткуда появилась женщина с пучком сереньких волос, в скромном чёрном платье и фартуке. – Лорд Лоренцо примет вас в саду.

– Благодарю, милейшая Шарлотт, – принц поклонился, хотя, судя по одежде женщины, не должен был этого делать. Она, вероятно, была экономкой Арамуров. – Мне кажется, или ваша улыбка стала очаровательнее?

На лице женщины не было и тени улыбки.

– Идите уже, принц. Ваше обращение звучало, как срочное.

– Оно и срочное, но разве могу я обойти вниманием ту, кто нас впустила? – легкомысленно произнёс Колин, но его легкомыслие звучало, как напускное, не знаю как, но я почему-то физически ощутила, что он лжёт. Создаёт образ. Но мне не удалось заострить на этом внимание, потому что он взял меня за руку и повёл в сад.

И вот мы вышли на улицу, где царила не зима, а мягкое лето. Заблудиться было трудно: дорожка из цветного булыжника вела прямиком к деревянной беседке, внутри которой сидел пожилой мужчина. Когда мы подошли, он, не глядя, предложил:

– Чаю?

Колин ответил за меня:

– С удовольствием после осмотра. А то моя девушка боится целителей, было непросто сюда добраться.

Мужчина хмыкнул. Его полностью седые волосы были собраны в хвост на затылке.

– Зачем же нас бояться, дорогая? Целители призваны помогать, а не пугать, – и он повернулся к нам.

Тогда я обнаружила, что лорд Лоренцо Арамур был слеп, и охнула, не сдержавшись.

– Видите, ни к чему бояться слепого старика, – улыбнулся мне лорд Лоренцо. У него было доброе лицо: усыпанное мелкими возрастными пигментными пятнами, похожими на веснушки, с тёплой улыбкой суховатых губ. Учитывая то, что мужчина был не только магом, но и драконом, я не сдержалась:

– Боюсь спросить, сколько вам лет, лорд Лоренцо.

Мужчина рассмеялся.

– Давно у меня что-то столь искренне не спрашивали. Как тебя зовут, девочка?

– Мия Воронцова, – представилась я.

– Попаданка? – тут же определил он. В его голосе не было ни грамма пренебрежения. – Моя матушка тоже была из попаданцев. Откуда ты?

– С Земли.

– Совсем молоденькая, значит, но очень одарённая, раз оказалась здесь. С Земли не так давно стали призываться. А моя мать попала сюда из далёкого мира в галактике Андромеды.

Я округлила рот. Попаданцы с нашей планеты мне встречались, но чтобы аж из Андромеды?!

– Мне шестьсот восемьдесят лет, Мия, – ответил на ранее заданный вопрос лорд Лоренцо. – Я прожил гораздо дольше, чем кому-либо следует.

Да это же офигеть!!!

– Для шестьсот восьмидесяти лет вы отлично сохранились, – нервно хихикнула я.

– Польщён, – улыбался мне дракон. – Присядешь рядом со мной, дитя? Мне нужно касаться тебя, чтобы осмотреть.

– Но… как вы… – замялась я.

Старый дракон же был слеп.

– Целителю не нужно видеть пациента, чтобы находить болезни, дитя. Это магическое искусство, которое должно чувствовать. Твои магические потоки способны многое мне сказать.

Колин подтолкнул меня в спину, поторопив сесть рядом с лордом Лоренцо на скамейку.

– Да сажусь я, сажусь, – проворчала, усаживаясь.

Мужчина подвинулся, чтобы я могла устроиться удобнее.

– Может, всё-таки выпьешь чаю, Мия? – предложил он. – Мне будет гораздо легче обследовать тебя, если ты не будешь напряжена.

Я вздохнула и кивнула, но прежде, чем поправилась, обозначив согласие вслух, лорд Лоренцо поставил передо мной чашечку с ароматным чаем.

– Бергамот? – уточнила я.

– Мой любимый.

– И мой тоже, – я охотно потянулась к чашке.

Пожилой дракон же стянул с себя белые перчатки и взял меня за свободную руку.

– Хм, – он прикрыл белёсые глаза. Его морщинистое лицо стало ещё более старым, кожа напоминала множество раз скомканную бумагу, но от его рук, сжимающих мою ладонь, исходило лишь приятное тепло, согревающее внутри, как глинтвейн или облепиховый чай. Я смаковала чёрный чай с бергамотом на языке, расслабленность наваливалась на плечи, Колин же стоял позади меня и придерживал за них, хотя мог бы тоже сесть на скамейку в беседке.

Когда лорд Лоренцо отпустил мою руку, то спросил:

– Мия, ты позволишь мне прикоснуться к твоим вискам и затылку?

– Да, конечно, – согласилась. – Что-то не так?

Целитель-дракон освежил мне чай в чашке.

– Ничего такого, чего я не смог бы исправить, дитя, но мне нужен прямой доступ к магическим потокам в твоей голове. Выпей чай и прикрой глаза. Может немного жечь.

Мужчина обхватил моё лицо ладонями, пальцы его скользили по вискам. Сначала всё было нормально, как и в случае с рукой, лишь приятное тепло, но потом мне начало казаться, будто в мою голову впиваются острые иглы. Меня скрючило, рот открылся в немом крике.

– Хватит! – я услышала рычание Колина. – Что с ней?!

Едва в сознании, я ощущала, как Колин обнимает моё дрожащее тело.

– Эта девочка – не человек, Ваше Высочество. Она – запечатанный дракон.

Глава 66. У нас и без того хватает работы!

Что?! Кто я?!

– Н-никакой я… н-не…

– Тшшш, не напрягайся, – Колин успокаивающе меня поглаживал. – Вы уверена, Лоренцо?

– Без всяких сомнений, мой мальчик, – он закряхтел. – Не мне тебе объяснять, что магические потоки людей и драконов не полностью повторяют друг друга. Иначе бы люди, как и мы, могли без проблем обращаться во вторую форму. Но они не могут: двуликие мастера проклятий буквально расщепляют свои тела и души, чтобы менять облики.

Меня ласково погладили по волосам.

– Вся разница, мой принц, здесь, в нашей голове, – продолжал старый дракон. – Особое переплетение магических потоков, которое человеку невозможно повторить. Когда мы обращаемся в драконов, мы переплетаем эти нити естественно. Дар обращаться в дракона нельзя ни отнять, ни получить, с ним можно только родиться.

– Но вы сказали, что Мия запечатана, – Колин обнял меня крепче, и я болезненно застонала. Он тут же расслабил руки.

– Именно. Ты бы дослушал для начала, мальчишка! – крякнул лорд Лоренцо. – Не знаю, кто над этой девочкой так поиздевался, но у неё в голове – самая настоящая каша. Её магические нити повреждены, на них наложена куча заклинаний поверх, которые сковывают магические потоки. В результате Мия не может обратиться в дракона не потому, что у неё нет этого в крови, а потому, что ограничители в её голове не дают ей об этом подумать. Не дают хотеть этого. И не только. На её линиях столько сковывающих чар поверх, что я могу сказать наверняка: кто-то очень умелый играл с её сознанием и профессионально за собой убрал. Сама девочка никогда бы не сломила эти чары.

– Так значит я прав? – Колин не был рад это слышать.

– Да, Ваше Высочество. Мия действительно подвергалась воздействию ментальной магии. На протяжении не одного, не двух и даже не трёх лет.

– Бред, – я, наконец, вновь нашла в себе силы подать голос. – Невозможно… Я о магии-то знаю меньше года…

– В том и проблема, дитя, – лорд Лоренцо сжал в своих тёплых ладонях мои холодные, но вспотевшие. – Кто-то очень жестокий поиграл с твоими знаниями. Изувечил память, перекрыл способности.

– Это возможно вылечить? – Колин звучал собранным. Пока я тряслась, он стал моим щитом и мечом.

Лорд Лоренцо не успел ответить. Ритмичный, быстрый «цок-цок» каблуков и последовавшее за этим восклицание прервали его:

– Шарлотт, почему ты позволила ему впустить их? У нас и без того хватает работы!

Каблуки остановились где-то неподалёку от нас, недовольная женщина обратилась, должно быть, к Лоренцо:

– Папенька! Почему вы приняли пациентку сейчас? Вам следует больше заботиться о своём здоровье!

– Диана, я полон сил и готов делиться ими с другими, не нужно меня так опекать, доченька, – мягко обратился к женщине Лоренцо.

– Нужно, ведь ты же последнее другим отдашь! – отрезала Диана. – А вы, принц? Не могли подумать, прежде чем соглашаться на приём у отца?

– У меня срочное дело, леди Диана, – не шелохнулся Колин. – На мою девушку воздействовали ментальной магией.

Женщина вздохнула.

– Не обижайтесь, мой принц, но о вашей любви к девушкам всем известно! – раздражённо сказала она. – Постойте! Ментальной магией? – голос Дианы тут же переменился, она всё ещё была недовольна, но…

Я почувствовала, как моего лица коснулись на удивление нежные для такой суровой по голосу женщины пальцы.

– Ты позволишь, дитя? – спросила она. Я вяло кивнула. Меня подташнивало, и мне было будто бы всё равно, что со мной происходит.

Её пальцы аккуратно легли на мои виски. И тут меня как ошпарило, я сообразила, что сейчас снова будет больно и дёрнулась. Диана напела что-то убаюкивающее, погладив меня по влажным от пота волосам и прижав к своей груди. Принц всё ещё был рядом, но не препятствовал ей.

На этот раз иглы вонзились в меня не столь яростно, но я всё равно болезненно скулила.

– Не плачь, всё в порядке, – успокаивающе сказала Диана, вернув меня в объятия Колина. – Кто эта девочка, мой принц?

– Мия – попаданка, но лорд Лоренцо уверен, что она дракон и долгие годы подвергалась ментальной магии, что невозможно, потому как она здесь меньше года.

– Если папенька так говорит, то это правда, – заключила женщина. – Чтобы её вылечить, потребуется усилия не одного опытного целителя, уйдут месяцы упорной работы. И пока мой папенька не напомнил мне о врачебном долге Арамуров, я напомню вам о другом. Скажите мне, почему моя семья должна страдать ради вас, когда Цезарионы так и не смогли найти мою дочь?

Глава 67. Традиции

– Мия не должна нести ответственность за ошибки моего клана, леди Диана. Она к нему ещё даже не принадлежит, – Колин стойко выдержал обвинение маркграфини Арамур, но я ощутила, как дрогнули его пальцы. – Она заслуживает к себе лучшего отношения.

– Но когда-нибудь будет принадлежать? – однако уцепилась за фразу женщина.

– Возможно. Если мы оба того захотим.

Ни о каком «возможно» не могло быть и речи в фиктивных отношениях, но, конечно же, принц должен был так ответить. Скажи синий дракон правду – и она может дойти до академии. Тогда Колину, одарённому некроманту, не будет отбоя от девчонок, у которых на уме мальчики, а не учёба.

Я услышала, как колыхнулась юбка.

– Тогда, как матери, мне жаль эту девочку, – маркграфиня была искренна и вместе с тем непреклонна, – но грехи вашего клана ложатся и на неё тоже. Таковы традиции.

– Диана, – позвал женщину лорд Лоренцо. – Я сам позабочусь об этом.

– Нет! – решительности леди Арамур было не занимать. – Как маркграфиня, я обязана беспокоиться об интересах семьи. Папенька, вы нужны нам дома, здоровым и полным сил. Я запрещаю вам содействовать Цезарионам в одиночку.

– Диана! – рыкнул лорд Лоренцо.

Но маркграфиню не проняло.

– Папенька, вы меня слышали. Мой принц, если вам больше нечего сказать, то прошу вас покинуть мой дом.

Женщина балансировала на грани вежливости и агрессии, злобы и затаённой боли. Сквозь полуприкрытые глаза я видела напряжение в хрупкой фигуре леди Дианы.

– А если Мия не будет иметь к моей семье никакого отношения? – спросил Колин. – Вы будете её лечить?

Маркграфиня задумалась. Тишина вокруг была осязаемой, как кисель. Ненавижу кисель.

– Тогда я пересмотрю её случай, – согласилась Диана. – Если девочка в нашем мире меньше года, значит, она первокурсница. Полагаю, ваше драконье собственничество не позволило ей попасть под чьё-либо покровительство? Сие очевидно. Хм… Мы могли бы заняться её лечением, в том случае, если девушка согласится попасть под наше покровительство. Тогда усилия моей семьи в её деле послужат на пользу клану в будущем.

– Полагаю, вы достаточно обсудили меня, – я заставила себя сесть и открыть глаза, держась за больную голову. – Колин, поехали уже отсюда.

– Но, Мия, – он присел передо мной на колени, – никто, кроме них, не излечит столь тяжёлый недуг.

– Никто, кроме них, и не утверждает, что он есть, – встала на пошатывающихся ногах. – Если мне не хотят помогать, я не хочу настаивать.

Я вышла из беседки. Мне захотелось покинуть тёплый сад и выйти в холодную зиму просто для того, чтобы завалиться в сугроб.

– Ваша девушка разумнее вас, Ваше Высочество, – прохладно отметила марграфиня. – Тебе не повезло попасть под раздачу, дитя.

Впервые за всё время я посмотрела на неё, не щурясь, не корчась от боли, не плача.

– У вас есть принципы. Я их уважаю, – и кивнула.

Не успела сделать и нескольких шагов, как меня перехватила рука. И принадлежала она не Колину с его навязчивой заботой.

– Стой! – удержала меня Диана Арамур.

Глава 68. Непонимание

Я с непониманием смотрела на сжимающие выше локтя длинные пальцы. Ногтевые пластины сменились чёрными когтями, впивавшимися в кожу сквозь одежду.

– Б-больно, – икнула я, в надежде привести Диану Арамур в чувства.

Однако хватка женщины не исчезла, она оставалась крепка, будто бы леди боялась, что что-то случится, если она меня отпустит. Страх и неверие читались в её расширившихся светло-зелёных глазах. А ещё надежда, громко кричащая, вырывающая из цепей внутри маркграфини.

– Твои волосы, – обратила внимание леди Арамур, – они ведь сейчас не природного цвета?

– Нет, – женщина казалась столь нуждающейся в ответе, что я сочла, что лучше отвечать, чем вырываться.

– А с каким цветом ты родилась?

– С чёрным. Приходилось не единожды ходить в салон, чтобы добиться результата.

А уж какой проблемой были корни до того, как волосы перестали расти! Но мне хотелось ярких пятен в своей жизни, так что я регулярно красилась.

– И тебе почти девятнадцать? – взгляд Дианы Арамур становился всё более… влажным? Как от подступающих слёз.

– Да. Исполнится…

– В первый день весны? – закончила за меня маркграфиня.

– Да…

Женщина глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Несколько слезинок прочертили дорожки по её белой коже и, упав на земле, вырастили цветы, пробившиеся через булыжник тропинки.

– Поверить не могу. Где же ты всё это время была? Как ты всё это время была? Кто посмел тебя тронуть? Кто над тобой издевался?

Отпустив моё плечо, она в истерике притянула меня в объятия. Её тело тряслось, но я знала: меня держат крепко, не вывернешься. Маркграфиня плакала отчаянно, я слышала, как громко стучит её сердце.

– Диана? – обеспокоенно позвал леди Арамур лорд Лоренцо.

– Если бы вы только могли её видеть, папенька, – ответила она. – Её губы, как у меня, её нос, и её глаза… голубые глаза клана. Нашего клана. Как у её отца, вашего сына. Как у вас когда-то. Это Рози, папенька. Моя дочь. Моя взрослая дочь… – Диана отстранилась, чтобы посмотреть мне в лицо. – Я должна была узнать тебя по силуэту, не то что по глазам. Ты выросла такой высокой. У тебя взгляд твоего отца, но я всё ещё могу увидеть мою девочку. Прости меня, прости, прости, умоляю, прости…

Я не знала, что говорить, потому не говорила ничего. Я не понимала, что чувствовать, потому стояла в замешательстве. Мне всё ещё было нелегко стоять на ногах, потому я стала медленно оседать на землю вместе с маркграфиней. А ещё на меня вдруг со всех сторон посыпались чужие эмоции, как если бы я могла их читать, как слова в открытой книге. Я не слышала своё сердце, но слышала других. Магия! Моя магия помогала мне слышать их!

– Диана, Шарлотт доложила мне… – издали долетел мужской голос. – Диана, милая, что с тобой? Ты ранена? Тебя кто-то обидел? Ваше Высочество, приветствую.

Поскольку обнимающая меня женщина не спешила отвечать, мужчина обратился к лорду Лоренцо:

– Отец, Шарлотт объяснила мне, что вы решили принять пациента, и Диана вмешалась. Но что здесь творится?! Почему моя жена сидит на земле с девушкой принца?

Я услышала, как старый дракон поднялся и прошёл мимо нас.

– Почему бы сейчас нам всем не успокоиться, привести себя в порядок и выпить чаю в нашей маленькой гостиной? Данте, ты мог бы позвать своих сыновей? И принести родовой амулет?

– Родовой амулет? Ты о камне предков? Зачем?

– Подумай головой сам! Для чего-то же она сидит у тебя на плечах!

– Ну уж точно не наших родственников ты хочешь через него послушать! – проворчал незнакомый мужчина.

– Мы полагаем, что нашли твою дочь, – серьёзно ответил лорд Лоренцо. – Но мои глаза слишком не зрячи, чтобы в этом убедиться. А вот духи никогда не лгут.

Глава 69. Перевёртыши

Не сказать, что родовые амулеты были чем-то необычным: каждый драконий род, а также человеческий какой-либо имперской значимости имел такой, чтобы избежать… неприятных ситуаций, вроде попытки выдать себя за потерянного ребёнка семьи, снять крупную сумму с банковского счёта, попытавшись подделать внешность, и так далее. Внешний вид и заключённая сила разнились, но что объединяло семейные артефакты, так это то, что для изготовления требовался камень-проводник, соответствующий магии рода, и добровольно отданная капля клановой крови. Через них ушедшие на покой члены семьи могли связываться со своими потомками и лишь на их зов откликались.

Родовой амулет Колина был выполнен из пятисантиметрового сапфира на толстой титановой цепочке. Артефакт Арамуров же представлял из себя изящный небольшой аквамарин в оплетении белого золота.

Мия, устроившаяся подальше от них всех в кресле, с чашкой недопитого чая в руках и скепсисом в глазах, наблюдала за тем, как амулет покачивается на пальце маркграфа, как маятник. Когда она посмотрела на него, Колина, то показательно поджала всё ещё бледные после осмотра в саду губы.

Маленькая гостиная полностью оправдывала своё название: здесь были камин, один шкаф и окружённый двумя диванами и креслом журнальный столик. В центре стола было брошено несколько свежих газет – и в кои-то веки там не было Колина на первой полосе. Он мог бы и даже собирался показушно прогуляться с Мией в самых оживлённых местах. Хотел угостить её ужином, блюдами, которые она точно не пробовала на Земле. Хотел вместе с ней сходить в модный дом, чтобы она сама выбрала платье на бал, чтобы его матушка и сестра не играли с ней в куклы, подбирая для «их девочки» наряды. Он всё ещё был готов потратить на Мию любые деньги, только вот ради её блага, а не ради громких заголовков.

Если Мия – действительно дракон, действительно его подруга детства Рози, то… это поменяет всё. Цезарион не может бросить дочку Арамуров. Им, Цезарионам, нужны Арамуры. Да и даже если отбросить нужды семьи, он не сможет так поступить с этим кланом, с Рози… Он бы смог искупить свою вину перед Мией Воронцовой, когда всё закончится. Но перед Анной-Розой Арамур? Нет…

Но и… Колин не хотел искать другую девушку. Он не хотел прерывать их с Мией игру. С попаданкой было комфортно, потому что она не навязывалась, и с ней было интересно, потому что её следует завоевать. Что совершенно не означало, что синий дракон готов жениться один раз и на всю жизнь.

Маркграф прокашлялся. С момента, как лорд Лоренцо сказал сыну, что посетившая его дом синевласая адептка может быть его дочерью, мужчина казался сам не свой. Он всё смотрел то на неё, то на свою супругу, то на портрет маленькой девочки, который хранил в старых отцовских карманных часах.

– Мия, ты… вы позволите взять немного вашей крови? – спросил маркграф Данте.

– «Немного» – это сколько? – девушка уже практически полностью пришла в себя благодаря чаю с целебным зельем и настроена была недружелюбно. Она как минимум трижды обозначила, что сомневается, что тут все не свихнулись, потому что уверена, что родилась и выросла на Земле. То, что её всё равно уговорами притащили сюда, потому что ей было жалко не отрывающую от неё взгляд Диану, не смягчило её общего настроя.

– Пара капель, чтобы привести амулет в действие, – Данте Арамур сидел на диване с одной стороны журнального столика, Диана – на том, что с другой, оба поближе к предполагаемой дочери. Однако Мия гневно посмотрела не на них, а на него, Колина.

Девушка вздохнула:

– Ладно, давайте уже поскорее покончим с этим.

Мия вложила руку в протянутую маркграфом ладонь и тот остро заточенным когтем надавил на подушечку её указательного пальца. Потом взял амулет и направил палец Мии на аквамарин. Родовой камень вспыхнул так ярко, что даже выносливые драконы, невосприимчивые к слепоте первые пять сотен лет, зажмурились. Младший из сыновей Арамуров, ещё совсем мальчишка, вскрикнул и от неожиданности превратился в дракончика.

Если бы Мия не была членом клана, артефакт бы почернел. Но он засиял, что означало, что она связана с предками рода. Чем ярче сияние – тем чище кровь. Такой ослепительный свет мог исходить только от потомка ведущей ветви клана. К примеру, от Рози Арамур.

Свет потух столь же быстро, сколь вспыхнул. Раздался звук разбитой чашки. Время для Колина словно остановилось, когда он увидел, в какой муке было лицо его девушки. Чешуя и драконьи глаза выступали на её теле и исчезали, она сама билась в конвульсиях на полу, сломав журнальный столик выросшим огромным голубым хвостом, слишком большим для её человеческого тела. Одна её рука превратила в лапу, в то время как остальное тело оставалось человеческим. Очень медленно оно покрывалось чешуёй, доставляя Мие безумную боль.

Леди Диана среагировала быстрее всех в комнате. Женщина кинулась к Мие и впилась когтями ей в левое плечо, прижимая к полу.

– Отец, у неё в крови перевёртыши!

Глава 70. Слепой целитель

Лорд Лоренцо немедля подошёл к шкафу, словно резко помолодел. Он достал что-то оттуда по памяти, не иначе, как судил Колин, и, задрав Мие рукав, вколол ей. Мия завизжала и как дикая попыталась убраться, но за другое плечо её уже держал лорд Данте, а сыновья маркграфа Гилберт и Аргенум держали её за ноги. Семья действовала слаженно и стремительно.

Мия рычала и клацала зубами.

– Что вы ей ввели? – спросил Колин, стараясь смотреть на лорда Лоренцо, а не страдающую Мию.

– Некротический яд, – отчитался пожилой дракон. – Единственное, что способно убить перевёртышей.

Гилберт поднялся, оставив брата одного держать лодыжки Мии, и выбежал из гостиной.

– Но ведь этот яд и взрослого дракона в могилу сведёт! – Колин в ярости сжал кулаки и кинулся вперёд.

– Именно потому ей и подсадили этих тварей, – ровным голосом ответил лорд Лоренцо, перехватив его. Естественно, у него не получилось, и Колин прижал старика к полу. Однако никто из Арамуров не побоялся его гнева, все они остались на своих местах, сосредоточенные на работе, кроме младшего сына Кая, которые наблюдал за всеми широко раскрытыми драконьими глазками, так и не обратившись назад в мальчика.

– Кто вообще такие эти ваши перевёртыши? – Колин, вспомнив о том, какое высокое доверие оказывала его семья Арамурам, заставил себя отпустить Лоренцо и нервно взлохматил волосы. – Почему я впервые о них слышу?

– Это вам не у меня, а у своего старшего брата надо спрашивать. Он привёл нам поражённого им больного в первый раз, – лорд Лоренцо невозмутимо поднялся, обхватил влажное от пота лицо Мии ладонями и зашептал заклинание, так быстро, что Колин улавливал только одно слово древнего языка – «выход».

Затем лорд Данте перевернул Мию со спины и приподнял, леди Диана перехватила её волосы, убрала со лба и щёк, а Гилберт вернулся в гостиную с тазом. Мия издала болезненный звук, неестественно выгнулась в последний раз, а потом её стошнило.

Тогда Колин впервые увидел перевёртышей. Небольших чёрных червяков с невероятно острыми зубками, которые стремились впиться в кожу любого поблизости, однако им не дали покинуть таз: Аргенум аккуратно выжигал содержимое, не задевая Мию.

– Больного? Мой брат? Вы о чём? – Колин ничего не понимал, и это бесило. Всё не должно было быть… вот так! Как вообще они оказались в подобной ситуации, когда он изначально всего лишь шёл к своей любимой попаданке на свидание?

Маркграф Данте аккуратно уложил девушку на диван. Младший принц с облегчением наблюдал за тем, как части драконьего облика возвращаются в её человеческий вид. Сейчас Мия выглядела меньше и слабее, чем когда-либо, но, по крайней мере, не в незавершённом превращении и не в агонии.

Лорд Лоренцо повернул голову в сторону Колина и уставился на него незрячими глазами.

– Пойдёмте, мой принц. Нас ждёт долгий разговор.

Колин не хотел покидать нуждающуюся в его заботе Мию.

– Идём, – повторил старый дракон, подтолкнув его в спину. – Не думаю, что сейчас для девочки есть комнаты безопаснее этой.

Глядя на вытирающую девушке рот леди Диану, принц не мог не согласиться. Нет никого, кто более яростно опекает кого-то, чем драконица-мать.

Когда они оказались в коридоре, лорд Лоренцо прошёл несколько дверей и завёл Колина в кабинет.

– Что вы знаете о противостоянии нашей империи двуликим мастерам проклятий, мой принц? – спросил старик, уверенно сев за стол.

– Причём здесь они? – принц привалился к стене у двери.

– Притом, что перевёртыши – их изобретение. Грубо говоря, они – это искусственные магические нити, подселённые в тело дракона и нисколько не отличные от природных вплоть до тех пор, пока дракон не попытается обратиться. Из-за ментальной магии, не дающей девушке трансформироваться, они не причиняли никакого вреда. Признание Мии членом нашего рода привело нити в действие, и это пробудило перевёртышей, влияние которых Диана вовремя распознала.

Лоренцо постучал пальцами по столу.

– Освобождение Мии от ментальной магии непременно привело бы к тому, что она бы захотела перевоплотиться, у драконов в крови желание летать, а так же обращаться во время эмоций, которые трудно сдержать. Я могу сделать вывод, что кто-то хотел либо чтобы девочка никогда не узнала правды и послужила определённым целям, либо, если хотя бы часть всё же вскроется, умерла. Потому что спасти от перевёртышей практически невозможно без некротического яда. Перевёртыши – живые существа, и могут быть только убиты. Уничтожить их, но спасти носителя – невероятно трудно. Мне удалось это лишь однажды – именно тогда я лишился зрения.

– Но я думал… – растерялся Колин.

– Что целитель не уследил за собственным здоровьям? – хекнул мужчина. – Нет, моё зрение послужило на благо империи.

– И чьё спасенье обошлось вам столь дорого?

– Вашего старшего брата, принца Регарда.

Глава 71. Золушка в серебряных кедах

Несмотря на огромное количество пузырей, я погрузилась под воду с головой. Вода была настолько горячей, что казалось, что кожа слезает с костей, но мне это и нужно было, чтобы начать думать. Я задержала дыхание, сосредоточившись на отсчитывании секунд. В этот ритм я вписывала новые знания, забивала их себе под кожу: я дракон, я Арамур, я богата, я больна, мои воспоминания ложные, я не знаю, кто я на самом деле, меня зовут Рози…

Я резко вынырнула, глотнув воздуха. Вода смыла подступившие слёзы, я стёрла с лица пену и оглядела уютную, но чересчур роскошную ванную комнату, чтобы убедиться в реальности происходящего. Снова нырнула. Попробуем ещё раз: я дракон из клана целителей Арамур, всё, что я знала о себе, было кем-то поправлено, мои родители – не мои родители… Резкий вдох и я чуть не захлебнулась мыльной водой.

Перевалившись через бортик ванны, я откашлялась и вытерла тыльной стороны ладони нос. Дверь отворилась без стука, но быстро, и в просторной ванной комнате оказалась леди Диана. Она уже переоделась в своё бальное платье цвета летнего неба, усыпанное тонкой россыпью бриллиантов. На её руках были высокие голубые перчатки, на плечи спадали каштановые густые волосы, прикрывая толстые бретели. Платье было великолепным – и в нём женщина опустилась рядом с ванной на колени, прямо в лужу налитой мной воды.

– С тобой всё в порядке? Не тошнит? – уточнила Диана обеспокоенно.

Я испытывала неловкость, что маркграфиня сидит передо мной так.

– Вы чего… платье же… – промямлила я.

– Пфф, платье, – фыркнула женщина. – Не стоит беспокойств. Меня больше волнует, как чувствует себя моя дочь.

Я вздрогнула. Слышать, как эта красивая и гордая женщина зовёт меня своей дочерью было как-то неправильно. То, как нежно она относилась ко мне, было неправильным. И Диана видела мою реакцию.

– Я понимаю, тебе сейчас, наверное, хочется на кого-нибудь покричать, – предположила она. – Мне часто хочется, но Данте, твой отец, останавливает. Позволишь помочь тебе с волосами?

Я не нашла в себе сил ей отказать. Маркграфиня встала позади меня и, сняв перчатки, набрала в руки шампунь.

– Люди, которые тебя вырастили… твои родители на Земле… какие они? – осторожно спросила женщина, мягко касаясь моей головы.

Я слабо улыбнулась.

– Мама похожа на вас. Гордая, уверенная, красивая. Я немного разочаровала её, когда оказалась здесь, но она рада, что у меня будет хоть какое-то высшее образование.

Я спиной чувствовала лёгкую улыбку женщины.

– А твой отец? – она осторожно смыла шампунь и потянулась к ароматному маслу на полочке рядом с ванной.

– Он много работает. И очень любит маму.

– А тебя?

– Тоже. Просто… сложно было объяснить, что я теперь учусь в другом мире. Не уверена, что он рад этому. Тем более, что обошлось письмами. Он наверняка беспокоиться, как я без всего, а может думает, что я сбежала в другую страну.

– Отчасти так и есть.

– Да, так и есть…

Физически ощущая неловкость, я всё же невольно начала расслабляться, когда леди Диана закончила с волосами и помогла мне вылезти из ванны на мягкий белоснежный ковёр и магией притянула с вешалки полотенце. Накрыв им меня, женщина внимательно посмотрела мне в глаза и глубоко вздохнула:

– Тебе сейчас очень не просто. Я хочу, чтобы ты знала, что это нормально. Я не буду называть тебя Рози или Анной-Розой, если ты не готова или не хочешь принимать это имя, мы можем даже поменять его на Мию, хотя когда-то это имя выбиралось в честь твоей прабабушки, которая очень помогла мне в этом клане. Я всего лишь хочу сказать, что… ты не одинока в этом мире. Тебе может быть больно, страшно, непонятно, ты можешь даже нас ненавидеть за то, что мы не смогли уберечь тебя от такой судьбы. Просто знай, что тебе не надо от нас убегать или закрываться. Мы дадим тебе решать свою судьбу, как ты захочешь.

Я сама потянулась обнять леди Диану. Её глаза блестели, но навряд ли она беспокоилась о макияже, который могла поправить. А вот мои руки её беспокоили, она обхватила меня крепко в ответ.

Мы вышли из ванной комнаты, и я увидела его. Платье…

– Мы подумали, что, возможно, ты пока не захочешь надевать цвета семьи, – объяснила леди Диана, взмахивая руками и убирая пятна со своего наряда. Её руки вновь скрылись за перчатками. – Но, быть может, тебе понравится моё девичье платье, немного поправленное? Раз уж мы лишили тебя возможности походить по магазинам.

Я хекнула, вспомнив разгневанное письмо от Мелиссы, в котором она жаловалась, что я не дала ей подготовить меня по высшему разряду инадеялась, что она хотя бы всё ещё приглашена в качестве моей компаньонки. Я отписалась, что в связи с проблемами со здоровьем мои вещи заберёт Колин, но на балу буду – и да, Мелисса может пользоваться статусом компаньонки. Это, вроде как, успокоило Шайнингскотт, потому что больше она не писала. У неё и времени не хватало, за подготовкой-то. Она же собиралась одного из принцев охомутать.

За полторы недели я оправилась физически, но не морально. Однако…

– Я никогда не видела платья прекраснее! – я сказала чистую правду. Забыла, как дышать, глядя на него.

Платье цвета ночного неба, с высоким воротом и плащом, вышитым мелкими звёздами, образующими созвездия. Рукавов не было, но они и не были нужны. Я знала, что, когда буду кружить в этом платье, ткань плаща будет мягко скользить по плечам.

– Я надеялась, что ты захочешь его надеть, – выдохнула Диана. Что-то подсказывало мне, что это не одно из её девичьих платьев. Этот наряд Арамуры добыли за полторы недели именно для меня.

– Такое полагается носить с туфлями, – замялась я. – Мне кажется, я его испорчу, если встану на каблуки.

Диана улыбнулась.

– Это не проблема!

Она достала коробку, обвязанную подарочной лентой. Она не скрывала, что уж обувь точно была куплена именно для меня.

– Мы поспрашивали немного о моде на Земле.

Я потянула за голубую ленточку.

– Это… кеды?

Но не просто кеды. Это были самые дорогие и изысканные кеды, которые только можно создать. Они казались выполненными из серебра, но были очень мягкими, тёмно-синие шнурки выглядели атласными. Они были и странными, и волшебными.

– Так ты не перенапряжёшься после всего случившегося, правда?

Не выдержав, я осела на пол и разрыдалась. Ко мне относились с заботой, теплом, так хотели угодить, но сама я была потерянной. Очень-очень потерянной.

– Я совсем запуталась…

– Не распутывай ничего. Просто побудь принцессой один волшебный вечер. Ты всегда успеешь подумать о проблемах позже. Поверь мне на слово.

Даже если я не могу отличить правду от лжи, сейчас Диана Арамур – фея-крёстная, собравшая меня на мой первый настоящий бал. И кто знает, может, мне он даже понравится?

Глава 72. Ледяной принц

Мелисса завистливо вздохнула, окинув меня взглядом.

– Кто подарил тебе такое шикарное платье? – спросила она, поправляя юбку собственного наряда, как по мне, не менее прекрасного. Оно было тёплых оттенков и состояло из красного нижнего платья с цветочной вышивкой на длинных рукавах и лифе, и кремового верхнего сарафана, золотые нити на котором украшали лямки. Её распущенные кудрявые волосы ниспадали вниз, и я подумала, какая бы прекрасная Рапунцель из неё вышла.

Я предпочла собрать свои волосы в высокий хвост с обрамляющими лицо несколькими прядями.

– Ничем не лучше твоего, – деланно пожала плечами. Чего я точно не хотела, так это откровенничать с Мелиссой Шайнингскотт касательно своего сложного положения. Никто при дворе пока не должен об этом знать, потому мы и не едем на бал вместе с Арамурами.

– Это несомненно, но тебе известно, что на тебе подводный шёлк? Один отрез стоит, как экипаж, и то, если купить его напрямую, а не через доставившего посредника, – она взмахнула рукой, на которой блестели тоненькие колечки. – Я просто удивлена, что принцу Колину разрешили так потратиться, вот и всё. Может, тебе его подарила императрица? Говорят, она всегда хотела больше дочерей.

Я раздражённо спросила:

– Мелисса, тебе какая разница, а? Ты хотела, чтобы я выглядела соответствующе, – и я выгляжу. Хотела попасть на бал в качестве моей подруги – и ты сидишь со мной в одной карете. Хочешь – лично тебя за ручку провожу к принцам. Чего ты докопалась?

Шайнингскотт удивлённо приоткрыла, затем поджала губы.

– Ладно-ладно, не веди себя так, словно тебе дракон зад подпалил. Я всего лишь пыталась поддержать беседу, думала, тебе после болезни не хватает общения. В конце концов, Арамуры тебя у себя продержали полторы недели. Ты точно выздоровела?

– Точно. Тебя не заражу.

– Да я не к тому… А ладно, забудь, что я вообще что-то спрашивала!

Как славно! Оставшийся путь до замка мы проехали в молчании, но я видела, как Мелисса будто бы сканирует меня, будто бы пытается увидеть какие-то ответы на мучащие её вопросы с помощью своего дара предвидеть. А ещё я чувствовала её с одной стороны зависть, а с другой – жалость. Она точно для себя решила, что что-то произошло, но не могла догадаться, что. Я сама не верила в правду, куда уж ей её предположить?

Когда карета остановилась, я выскочила из неё так быстро, что даже не посмотрела, кто именно открыл мне дверь и подал руку. И только когда встречающий шепнул мне на ухо:

– Здравствуй, принцесса, – только тогда и поняла, что Колин решил привести меня в замок лично.

Мелиссу же встретил обычный стражник, как и положено. Колин поспешил сразу увести меня подальше от Шайнингскотт, и я догадалась, что дело нечисто:

– Не доверяешь?

– Разумеется, – хмыкнул он. – Голова не болит?

– Нет.

– Хорошо. Значит, защитный амулет от ментальной магии работает.

– Не думаю, что Мелисса на меня воздействовала.

– Как знать, чему её научил отец.

Мы прекратили шептаться, потому что пересекли уставленный экипажами двор и вошли в распахнутые пред нами двери замка. С порога на нас полилась музыка. С зачарованного потолка на гостей падал снег, в окнах вместо вида на улицу танцевали чёрно-белые парочки, словно нарисованные небрежной кистью художника, высоко над головами кружили подносы с едой и напитками, опускавшиеся к тем, кто изъявлял желания чего-нибудь отведать. Лестницы с двух сторон вели к тронам, на которых расположилась правящая семья, а проходы справа, слева и позади них, которые вели в другие крылья замка, были заслонены стенами из тонкого искристого льда.

– Мия, дорогая, здравствуй, – стоило нам с Колином подняться на этот, скажем так, королевский балкон, как Лорелей Цезарион поднялась с трона и обняла меня. – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, спасибо клану Арамур, – неловко ответила. – Они здорово обо мне позаботились.

– Мы рады, что ты сегодня здесь, – Регард встал со своего трона рядом с матерью. Трон императора пока что пустовал.

Наследный принц подошёл ко мне и усьавился, будто чего-то ждал. Его синие глаза опустились вниз и, взяв мою руку, он поднёс её к своим холодным губам. Мурашки побежали вверх по коже.

– Проклятье, ты не предупредил, что она уже здесь! – выругался Колин, увидев, как какая-то девушка поднимается к нам по лестнице.

– Она моя невеста, – Регард отпустил мою руку. – Разумеется, она уже здесь.

– Мог предупредить магической почтой! – шикнул брату Колин и поспешил по другой лестнице вниз, оставляя меня со своей семьёй.

Блондинка в платье с пышной синей юбкой, из-под которой выглядывали кружева, держась за дорогую ткань, приблизилась к нам.

– Мне показалось, или я видела Колина? – голос у неё был высокий и миленький. Она потянулась поцеловать Регарда в щёку и хозяйски положила руки ему на локоть. – О, и мы ещё не представлены!

Она кивнула на меня.

– Сесилия, позволь представить тебе девушку Колина, госпожу Мию Воронцову, – принц Регард оставался равнодушен ко всему, что блондинка делала. – Мия, позвольте представить вам леди Сесилию Фэй, мою невесту.

Сесилия улыбнулась мне, продемонстрировав ямочки на щёчках.

– Вижу, Колин нашёл спутницу себе под стать, – пропела она. – Отчего же он не представил вас лично?

– Вы можете спросить у него сами, – натянула улыбку в ответ я.

– Я-то могу, – сказала Сесилия. – Мне просто кажется, что он не здесь, потому что мог бы обидеть вас своим ответом.

Мало того, что её родственник серьёзно ранил меня, так ей хватало наглости на провокации. Уж насмешки я могла распознать, в школе училась!

– А мне кажется, что будь он здесь, его ответ бы обидел вас, – серьёзно ответила я.

Взгляд Сесилии потемнел.

– Что ж, пойду и поищу его. Давно не виделись, нужно поздороваться! – она ещё раз поцеловала Регарда, прежде чем спуститься по лестнице в зал, где Колин прятался.

Я оглянулась на остальных членов семьи Колина. Регард так и остался стоять, будто его ничего не волновало, его мать смотрела на меня так, что я видела, что сейчас она захочет меня снова обнять, и вдруг Эсквар присвистнул:

– Мне одному стало немного жарко? Может, наколдуем побольше льда?

Лорелей посмотрела на пятого сына неодобрительно.

– Что? Тут претензии к Колину, а не ко мне, – невинно отозвался он.

– Который, кажется, убежал куда-то в восточное крыло, – отметила наблюдающая, опёршись на перила, Фрейя.

Из зала к нам по лестнице поднялась бабушка Колина. Алисия обмахивала себя веером.

– Не кажется ли вам, что мой сын уже давно должен дозволить танцы? Мне начинает становиться скучно, – пожаловалась она.

– Не все гости прибыли, – Лорелей посмотрела на Алисию. – К тому же, у Версаля серьёзный разговор с маркграфом Арамуром.

– В этом году они все приняли приглашение? Мне стоит рассчитывать на то, что и Лоренцо изволит потанцевать? – Алисия игриво крутанулась, прежде чем присесть на диван, спрятанный за тронами. Рядом с ним стоял стол с множеством напитков и закусок.

– Не мне тебе на такие вопросы отвечать, – Лорелей потёрла переносицу.

– Тебе бы тоже потанцевать, Лора, – посоветовала бабушка Колина.

– Я непременно потанцую с моей императрицей, – лёд, закрывающий правый коридор, на мгновение растаял, и оттуда вышел маркграф Данте Арамур и незнакомый мне мужчина. Оба облачённые в красивые чёрные костюмы, только на одном была лишь крупная аквамариновая опознавательная брошь, а на другом – венец с сапфирами. Глаза и волосы незнакомого мужчины были синими и практически столь же холодными, сколь у его старшего сына Регарда.

Лорд Данте поклонился членам императорской семьи и прежде, чем уйти, легонько, незаметно, ободряюще сжал мою руку. Я проследила за тем, как мужчина… мой отец скрылся внизу, едва удержавшись, чтобы не последовать за ним и не спросить, о чём он говорил с императором, кто и что сейчас обо мне знают.

– Ты, должно быть, Мия, – обратил на меня внимание дракон-император. – Добро пожаловать на императорский бал. У тебя очень сильная магия.

– Вы её почувствовали? – неловко отозвалась я, только потом спешно поклонилась.

– Оставим церемонии, сегодня день празднества, – мужчина приподнял меня за плечи. – Хм, я не наблюдаю Колина. И Сесилии. Что ж, можешь пока встать рядом с троном Регарда, – наказал он.

Боясь ослушаться императора-дракона, я проследовала к подлокотнику трона наследного принца, только сейчас заметив, что он всё это время не двигался с места и сел, лишь когда я пошла, куда сказано. Братья и сестра сели, где следует, прошлая императрица непринуждённо осталась сидеть на диване и подмигнула мне, когда я обернулась на неё:

– Возраст позволяет плевать на некоторые формальности, девочка.

Меня привлёк громкий голос императора, притом… он не излучал радости, только лёд:

– Вы всё пришли сюда сегодня, чтобы вместе с нами насладиться последними мгновениями уходящего года, полного как вашей работы, так и ваших ошибок! Пусть музыка играет громко, а танцы расчертят полы зала. Я объявляю, что чем больше радости вы получите во время сегодняшней ночи, тем благополучнее год нас ждёт! И пусть бокалы будут ваши полны, а сердца – горят пламенем магии.

Стоило императору произнести свою речь, как он сам первым и взял свою императрицу за руку и повёл вниз по лестнице. Едва музыка сменилась с ненавязчивого мотива на что-то ритмичное и невероятно меланхоличное, как уже на лестнице правитель-дракон и его избранница начали кружиться и, оторвавшись от последней ступени, взлетели над гостями. Их крылья были не менее изящны, чем ноги и руки. Еда, ранее парившая в воздухе, опустилась на расставленные по углам зала столы.

– Надеюсь, вы позволите, – наследный принц Регард встал с трона протянул мне руку.

– Что?

– Танец, – дракон кивнул на море пар внизу, среди которых я сумела увидеть Диану и Данте. – Следом за императором главный танец всегда за наследным принцем, и я приглашаю вас составить мне пару.

Я огляделась, но в какой-то момент принцы и принцесса, и даже их бабушка исчезли. Мы остались вдвоём, наверняка привлекая внимания кого-нибудь, кто сумел не вовлечься в танцующее море.

– Но я ведь… вместе с принцем Колином… – попыталась отступить я.

– А я с Сесилией. Они оба знают про правила и должны были бы уже быть наверху, с нами. Я не могу танцевать один.

– Тогда… кто-нибудь другой из зала?

– Мы оба временно находимся без пары. Не вижу смысл искать кого-то другого.

Несмотря на то, что в последнее время мне невероятно хорошо удавалось читать эмоции, я не могла прочесть, что на душе у Регарда. Казалось, он весь непроницаемый, бронированный дракон, бронированный принц, бронированный наследник. Как вообще могла существовать договорённость, согласно которой Рози Арамур стала бы его женой в один день?

Внезапно, музыка оборвалась. Моё сердце ухнуло вниз. Регард положил руку мне на талию. Я коротко вздохнула.

– Могу я попросить вас довериться мне, Мия?

Вместо ответа я неуверенно положила кисть ему на плечо и позволила прижать себя крепче.

Глава 73. Два принца

В синих глазах наследного принца мелькнул проблеск улыбки, поглощённый ледяным безразличием слишком скоро, чтобы поверить, что она была настоящей.

– Вы ведь никогда не танцевали прежде? – спросил Регард, поднимаясь со мной в воздух на синих крыльях, выпущенных под громкие аплодисменты толпы. Они были больше, чем у Колина, и, казалось, поглощали всякий свет, создавая вокруг нас тёмную и устрашающую атмосферу.

Я старалась не смотреть под ноги, что было сложно, так как не хотелось наступить принцу на ногу, но вместе с тем не хотелось видеть, что мы оторваны от пола.

– Подобных танцев танцевать не доводилось.

По ногам вдруг пробежался холодок, и я ощутила изумительную лёгкость в них. Подняв взгляд на принца, я ожидаемо не прочитала ничего на его невозмутимом лице, но он подтвердил мою невысказанную догадку, ещё раз попросив:

– Доверьтесь мне, я не подведу вас.

Мы приземлились посреди гостей, и Регард закружил меня среди них в вихре танца. Мне казалось, я не ногами переступала по земле, а летала, моё тело вздымалось и опускалось, как воздушный шарик, пока музыка отдавалась в ушах. Шарик этот был на ленточке и подёргивал за ленточку не кто иной, как наследник Подлунья.

– Вы владеете ментальной магией? – предположила я с подозрением.

– Если бы и владел, думаете, сказал бы? – хмыкнул дракон. – Но нет, я не влиял на ваше сознание. Моя специализация – защитные чары. Я всего лишь применил к вам заклинание лёгких ног. Оно изменяет ваше ощущение гравитации и делает тело невосприимчивым к любому урону на десять минут.

– Я не просила применять ко мне магию, – нахмурилась.

– Даже если она не вредит вам?

– Даже так. Мне принимать решение, а не узнавать о чём-то постфактум.

Наши перешёптывания вряд ли были слышны за загадочно-печальной музыкой, но я всё же понизила голос до того, что Регард наверняка разбирал, что я говорю, по губам.

– Я учту, – кивнул он.

Стоило мелодии оборваться на высокой ноте, как я отстранилась, поклонилась наследному принцу и поспешила найти какое-нибудь тихое место, чтобы меня снова не втянули во что-то нежеланное. За лестницами был открыт проход в восточный коридор, и я скользнула туда, придерживая юбку.

Мой путь лежал через пребывающую в полумраке галерею, заставленную высокими статуями мужчин и женщин из гранита, мрамора и оникса. Снег ниспадал с потолка, как и в главном зале, а между статуями были альковы, обрамлённые чёрными шторами. Свет лился внутрь из окна в конце коридора, высокого, выполненного в немыслимой форме дракона.

Я приблизилась к одному из альковов, между ониксовой статуей мужчины и мраморной женщины, когда услышала что-то, похожее на приглушённый стон. Не мне одной хотелось уединиться. Собираясь поискать другое место, я вздрогнула, когда услышала, как женский голос прозвучал в тишине:

– Колин…

Резко развернувшись, я уставилась на занавешенный альков. Тело как обычно было быстрее разума: я дёрнула тяжёлую ткань. В темноте на диване сидел Колин, а у него на коленях – Сесилия Фэй.

Глава 74. Ненавижу тебя

Пальцы Сесилии застыли на мелких пуговицах рубашки Колина, в то время как его скользнули ей под юбку. На шее седьмого в списке претендентов на трон виднелся след от помады. Скользнув взглядом по ошеломлённым лицам любовников, я вернула штору на место и направилась прочь, с каждым шагом ускоряясь.

– Мия! – услышала я крик причины моей скорой ходьбы.

Когда я влетела в зал, гости закружили в очередном танце, как детская карусель с лошадками. У меня не получилось вовремя затормозить, из-за чего я невольно толкнула в бок мужчину с красными волосами, который стоял без партнёрши скучающе, – сделала вывод по карманным часам у него в руке и кислому лицу. Такому кислому, что я не узнала его, пока он не заговорил.

– Хэй, осторожнее, принцесса, – придержав меня, произнёс мужчина.

– Люк? – удивлённо вскинула голову.

– Чему ты так удивляешься? – он беззаботно улыбнулся. – Разве может племянник императора отсутствовать на подобном торжестве?

– И как это я сразу не сообразила, – закатила глаза. – В любом случае, спасибо, что не дал упасть. А теперь мне пора.

Хватка Люка на мне стала крепче. Что ж, ожидать, что Этиньен потерял ко мне интерес после последней встречи было слишком неразумно с моей стороны?

– Разве может главная красавица покинуть бал первой? – вкрадчиво произнёс красный дракон. – Что говорят истории твоего мира, побродяжка?

Он проскользил руками по моим плечам, задержался на запястьях, пуская жар мне под кожу. Поднёс мою кисть к губам и поцеловал внутреннюю сторону ладони. Переплёл вместе пальцы наших рук. Всё это он проделал медленно, умело привлекая к себе моё внимание. Не спрашивая, Люк вовлёк меня в кольцо танцующих, умудрившись не сбить никого с ритма. Мы танцевали посреди всех – и другие пары сейчас служили теми, кто не давал мне уйти, пока танец не завершится.

– Ненавижу тебя, – шепнула красному дракону.

– Что произошло между тобой и Колином?

Вопрос сработал, как пощёчина. Я запуталась в собственных ногах, и Люк поднял меня за талию, покружив и аккуратно поставив на пол.

– Причём тут Колин? – хрипло спросила я.

– Притом, что он появился в зале после тебя и смотрит на нас сейчас глазами побитой собаки. Так что произошло?

Опустив взгляд, я следила, куда наступаю.

– Я ведь всё равно узнаю, – настаивал на ответе Люк. – Ты же не хочешь, чтобы из-за тебя на балу произошла драка?

– Издеваешься? – зашипела на него я. – Какая ещё драка?

– Такая, какую я затею, если ты продолжил молчать. Давненько я не таскал Колина за хвост.

– Поступай, как знаешь. Только меня не втягивай в ваши разборки. Оставьте меня уже все в покое.

Люк поцеловал мои пальцы.

– Мия… – начал он, но, словно услышав мои внутренние крики, чтобы музыка скорее закончилась, прозвучала последняя низкая нота, и все танцующие поклонились друг другу.

– Приятного бала, лорд Этиньен, – пожелала я Люку, уже второй раз сбегая сразу после танца.

Я отошла к столам с закусками, но не успела откусить кекс с алой ягодой, как увидела спускающегося ко мне с балкона императорской семьи Колина. С кексиком в руке, я хотела покинуть зал и спрятаться в экипаже, но недалеко от выхода меня подстерегло напоминание, что мои дела на балу не закончены:

– Воронцова!

Мелисса подбежала, раскрасневшаяся от танцев. В отличие от меня она выглядела по-настоящему счастливой.

– Спасибо за приглашение, – чопорно поблагодарила меня однокурсница. – Я прежде не обращала внимание на принца Эсквара, а он оказался довольно приятным собеседником. Просил найти тебя – хочет, чтобы мы вшестером погадали, ведь нет ночи более подходящей, чем эта.

– Вшестером?

– Ты, я, Эсквар, Колин, Регард и Сесилия. Звали ещё принцессу Фрейю, но она занята своим женихом, а остальные принцы не любят предсказания Эсквара.

– И почему же?

– Не хочешь узнать сама? – глаза Мелиссы хитро блеснули.

Но её ждало разочарование, потому что я ответила:

– Нет.

– Почему? – девушка прозвучала обиженно.

– Если уж Эсквар уже пригласил тебя наверх, моё присутствие тебе без надобности. Развлекайся.

Я выскочила на улицу, где не было никого, кроме стражников у дальних ворот и на окружающих стенах, однако и тут нашлось то, что помешало мне уйти. Ступеньки вниз были перепачканы смолой.

Глава 75. Желание

Я дёрнула ногу, но кед прилип к ступени намертво. То же самое касалось и второго.

– Так и знал, что ты окажешься здесь, – самодовольно произнёс Колин, выходя на крыльцо вслед за мной. Зал остался позади нас высоким светлым пятном. – Тебе гордость не позволила бы принять приглашение.

– Это ты разлил здесь смолу? – сложила два и два. – Когда только успел?

– Я знал, что ты, скорее всего, захочешь сбежать с бала пораньше, и отдал приказ слугам заранее, – Колин опустился передо мной на колено, но я попыталась отшатнуться и чуть не упала в смолу мягким местом.

Синий дракон укоризненно глядел на меня, когда всплеснул руками:

– Я же помочь хочу!

– Не нужна мне твоя помощь, – отказалась я. – А если бы вляпался кто-то другой?

– Это были бы их проблемы, – отмахнулся младший принц Подлунья. – Применили бы заклинание. Это ещё одна причина, почему я выбрал именно такой способ задержать тебя: ты единственная на балу, кто подходящих бытовых чар не знает.

– Вот значит как? – я скривила губы. – Что уединишься в алькове с Сесилией Фэй ты тоже знал?

Колин поморщился:

– Это вышло… случайно.

– Случайно?! – закипала я. – Как можно целоваться с девушкой вдали от чужих глаз случайно? У меня слов нет!

У меня более чем хватало слов.

– Мия, – дракон попытался взять меня за руки, но я спрятала их за спину. Колин вздохнул без тени стыда. – Сесилия – девушка из прошлого. Я не хотел с ней общаться, но…

– Но она напала на тебя в коридоре, затащила в тот проклятый альков, усадила на тот проклятый диван и сама засунула твои руки себе под юбку? – с сарказмом закончила за него я.

– Что? Нет! Она… мы… а почему ты решила танцевать с Регом? – пошёл в атаку принц.

– Потому что ты оставил меня одну! Я не могла отказать наследному принцу! Неужели у тебя такое же оправдание? – с каждой секундой я злилась всё больше.

Я ощутила уверенную хватку на своей талии, следом губы Колина смяли мои губы. Он был на вкус, как свежая мята, с горьким послевкусием имбиря, напоминающим мне о том, что не так давно он целовал невесту своего брата. Я хотела стукнуть его по груди, но, предугадав мои действия, он одной рукой сжал мои запястья, так удобно убранные мною за спину ранее.

Оторвавшись от меня, принц дал мне перевести дыхание и сказал:

– Я желаю тебя, Мия. Это твои синие локоны сводят меня с ума, твой запах книг и кофе тревожит мысли, ты в этом восхитительном платье пробуждаешь во мне жажду касаться, любить, обладать. Ты, а не Сесилия. Но хоть ты и моя девушка…

– Любит тебя другая.

Мы стояли и смотрели друг на друга, и я читала его чувства, как открытую книгу: я знала, что последние его слова были правдивы. И хоть я и не разделяла его бушующую страсть, терпеть, что за моей спиной будет происходить подобное, я не могла. Что, если об этом станет известно другим? Что о нас обоих будут думать? Изначально наша договорённость должна была спасать его от лишнего женского внимания, в то время как я получала средства к существованию. Но сейчас… Мне нужно подвести итог неприятному разговору:

– Думаю, нам следует расстаться.

Глава 76. Чтец сердец

Колин опешил: отшатнулся, глаза потерянные – это был мой шанс удрать. Я вздёрнула юбку, развязала шнурки кедов, пообещав себе, что позже их верну, и, вышагнув из обуви на кусочек лестницы, не измазанный смолой, помчалась по ступенькам прочь. Я практически не чувствовала холода, когда лавировала между экипажами по холодному булыжнику. Ощущение в голове и сердце были такие паршивые, что хотелось вырвать их из тела.

У меня закололо бок, и я остановилась за одним из экипажей, прислонившись к нему спиной. Холодный воздух колол рот и нос, ноги покраснели, из хвоста выбились пряди, которые лезли в глаза. Я осмотрелась: до кареты, выделенной Арамурами, оставалось недалеко, но я не знала, куда хочу в ней направиться.

Сделав последний рывок, я запрыгнула в карету и закрыла за собой дверь. Положив руки на колени, я увидела, как они трясутся, сжатые в кулаки.

Кап. Кап. Кап.

Я судорожно вздохнула, стараясь не разрыдаться, и вытерла тыльной стороной ладони лицо.

– Как же сильно хочу убраться отсюда подальше, – собственный голос был позорно похож на хныканье.

Карета будто услышала моё желание, потому что вдруг пришла в движение и направилась к воротам. Это мгновенно заставило меня собраться и вскрикнуть:

– Стоп! Стоп!

Экипаж замер. Так значит, экипажами, двигающимися без кучера, управляют силой приказа, высказанного вслух? Или я случайно сделала что-то ещё? Дёрнула за магические нити?

В окно кареты постучал стражник у ворот.

– У вас всё в порядке?

– Д-да… Мне нездоровится, и я покидаю бал раньше, – выглянула я.

– Госпожа Воронцова, – стражник поклонился, – согласно повелению Его Императорского Величества императора Версаля, мы не можем выпустить вас одну из замка. В целях вашей безопасности вас приказано сопровождать куда угодно по вашему желанию, но вам не разрешено ни в одиночку, ни со стражей покидать замок до окончания бала. Если вам нехорошо, позволите сопроводить вас к целителю?

Я вскинула брови. Это ещё что за новости? Сам император отдал приказ не дать мне покинуть замок?! А Колин об этом знает? Скорее всего, нет, иначе не было бы смысла проворачивать этот трюк со смолой. Что происходит на этом балу?! Сначала маркграф Данте беседует с императором, потом наследный принц приглашает меня потанцевать, потом невеста принца целуется в укромном уголке с моим парнем… уже бывшим парнем, а сейчас меня не выпускают?!

– Когда был отдан этот приказ? – спросила я.

Стражники переглянулись. Тот, что стоял ближе к карете, решил ответить:

– Ещё неделю назад.

Неделю… Конкретно неделю назад ничего примечательного не случилось, но полторы недели назад стало известно, что я Ро… в общем, Арамур.

– Госпожа Воронцова, вас сопроводить к целителю?

– Да не нужен мне никакой целитель! – вспылила я и тут же успокоилась. – Что ж, спасибо за ответ.

Отъехав на прежнее место парковки экипажа, я поджала под себя босые ноги. То ли музыка стала громче, то ли я настолько явно чувствовала себя беззащитной, что мир стал громким и огромным, но я слышала вальс из зала. И боялась драконов в этот час. Драконов, что что-то решали за меня, драконов, которые ограничивали свободу моего перемещения. Правы были старшекурсники, когда говорили держаться от них подальше. Но ведь и я могу быть одной из них… Тот день, когда я узнала…Брр…

Дверь кареты распахнулась, и в неё заглянул принц Регард. С ледяным безразличием, синий дракон держал в руках мои серебряные кеды. Должна признаться, выглядел он с ними комично, и изо рта у меня вырвался смешок.

– Вы оставили их из-за выходки брата, – видимо, дракон решил не заметить, что я над ним смеюсь. – Позволите вернуть?

Вернуть понравившиеся кеды мне хотелось.

– Ну, ладно? – я села нормально и потянулась за ними, но Регард не передал мне их в руки. Вместо этого он взял в свои прохладные ладони мою стопу и надел на неё кед.

Не отрываясь, я смотрела, как он завязывает бантик из шнурков и проделывает то же самое со вторым кедом.

– Вам н-не стоило, – с этими драконами я скоро стану заикой.

Регард, будто так и надо, сел ко мне в экипаж и закрыл за собой.

– Мия, мне, как и вам, довелось пройти через заражение перевёртышами, – сказал он. – Вы осознаёте, что находитесь в опасности?

– Почему именно я?

– Потому что вас хотят видеть либо живой и податливой чьей-то воле, либо с моим и вашим кланами, но мёртвой. Однако судя по тому, что вам позволили получить помощь, живая вы нужнее. И дело не только в том, что вы из клана Арамур. Я знаю, в чём ещё.

– И в чём же?

– Вы – чтец сердец, Мия.

– Мне это ни о чём не говорит.

– Это магическая специализация. Вы способны читать чужие мысли и души. При должной практике, вы можете одним словом убивать или исцелять раны вплоть до воскрешения.

Меня передёрнуло. Хотелось уйти в отрицание, пинком вышвырнуть принца из кареты, чтобы не навлекал на меня беду.

– Это всё, конечно, интересно, но я не понимаю, почему вы пришли со мной поговорить…

– Потому что я тоже чтец сердец, – неожиданно признался синий дракон. – За что двуликие мастера проклятий и пытались меня убить, натравив целую кучу перевёртышей. Им каким-то образом удалось узнать о моём даре, как и о твоём. Чтобы вытравить их понадобилось гораздо больше яда и магии, чем чтобы помочь тебе. Меня хотели видеть однозначно мёртвым, но вот ты… ты должна быть осторожна. Ты должна быть под нашей постоянной защитой.

Глава 77. Пожар в ледовом доме

– Пожар! В бальном зале пожар! – голоса долетели до нас быстрее, чем площадь стала заполняться людьми и драконами.

– Сидите здесь, – приказал Регард, выскакивая из экипажа. На ходу он принял обличье большого синего дракона и взмыл в воздух так скоро, что показалось, он ускорился, как супергерой.

Я выглянула в окно – стражников на улице стало значительно больше, словно они стояли наготове и выбрались из-под земли. Они направляли гостей к их экипажам, не давали задавить друг друга и удерживали от возвращения в замок, где прежде сказочный снежный холл заполняло чёрное пламя. Хуже другое – из пламени, как из мешка, валились уже знакомые мне чёрные черви. Перевёртыши. Их сопровождали выходящие из того же пламени фигуры в чёрных плащах с красными отворотами – ну, классические злодеи из не слишком изобретательного фэнтези. Проблемка в том, что это вполне себе реальная угроза, я живу в этом фэнтези.

– Проклятийники! – по площади, как волны, покатили возгласы и шёпотки. Кто-то выражал презрение, кто-то ужас, кто-то ярость, кто-то отвращение.

Вскоре мне стало ясно, почему эмоции жителей империи так разнились. Фигуры скинули с голов плащи, и я увидела, что у всех у них искажены какие-либо черты лица. И это были не просто кривые носы, это были змеиные глаза и кожа, три пары глаз, шерсть на щеках, огромные зубы… Когда у драконов прорывались их драконьи черты, это было устрашающе и неправильно для меня. Но ничто так не пугало своей неестественностью, как эти… застывшие трансформации в каких-то существ, отражённые в образах проклятийников.

Однако как бы неприятно они ни выглядели, важнее было то, что они творили. Они взмахнут рукой в одну сторону – и целая орда перевёртышей рванёт на гостей. В другую – и, блеснув красным светом из глаз, обратятся в волков, гигантских змей, тигров и неведомых чудовищ, рвущихся в атаку.

Синий дракон невероятных размеров смело приземлился прямо на перевёртышей, которые пытались пробраться ему под чешую. Он сминал их в слизь, замораживал, разбивал замороженное когтями, превращал в тонкие кусочки льда. Регард помогал ему и был лишь чуть меньше – тот, кто больше, – это император?

Кусочки льда таили в огне красного дракона, палящего в двуликих проклятийников. В этом крылатом я узнала Люка.

Я видела, как маркграф Арамур перекинулся в крупного голубого дракона, который своим телом защищал не обратившихся и не уехавших гостей, видела изящную светло-зелёную драконицу с ним рядом, подталкивающую гостей под созданный голубым драконом защитный купол. Редкие добирающиеся до него перевёртыши не могли его преодолеть.

А ещё я видела, что усилий стольких драконов было недостаточно, потому что… совсем рядом с моей каретой упал мужчина с трансформировавшейся драконьей рукой. Он разбил ею стекло кареты и, закатив глаза, перестал шевелиться. С другой стороны дверь экипажа открылась – и я увидела фигуру в капюшоне, скрывающую лицо. Она тянула ко мне руку в красной перчатке, на которой лежало несколько перевёртышей. По руке застывшего мужчины позади также скользили перевёртыши. Карета была крытая – некуда бежать. Паника застила разум, но вдруг в моей голове мелькнуло слово. Лишь одно слово, которое сорвалось громко и чётко с моих губ:

– Испаритесь!

«Испаритесь, потому что ваши души уже уничтожены», – звучало логичное продолжение в моей голове.

– Испаритесь!!! – второй раз прокатился, казалось, по всей площади перед замком, как гром.

Глава 78. Мир покинули все звуки

Стало так тихо, будто мир покинули все звуки, кроме моего голоса. В груди закололо – такой адской боли я никогда не испытывала! Дышалось тяжело, словно после бега в пустыне. А вскоре на площади появились и дюны – началось всё с перевёртышей. Они превратились в чёрный песок на ладони угрожающей фигуры. Потом с неё слетела перчатка.

Я осторожно подняла с пола перчатку, от неожиданности уронив её туда, откуда взяла, – на пол кареты. Мне на пальцы осыпался всё тот же чёрный песок. Подняв глаза на фигуру в плаще, я поняла, что то, что высыпалось из перчатки, – это рассыпавшаяся кисть проклятийника. Все люди в плащах, как и перевёртыши, рассыпались, будто песчаные скульптуры на пляже, уничтоженные капризным ребёнком. Цветастые драконы и гости стояли посреди чёрных дюн, пустых плащей и раненых стражников. И все как один смотрели на меня, высунувшуюся в раскрытую дверь экипажа.

Я втянула голову в плечи и закусила большой палец.

– Эмм… Бал закончился? – сказала я первое пришедшее на ум, и, поскольку все молчали, они так и продолжали на меня пялиться. Да и голос мой оставался всё таким же громким.

Резко захлопнув дверь кареты, я плюхнулась на сиденье и тут снова наткнулась на упавшего мужчину. Ему не довелось стоять и смотреть на меня поражённо вместе со всеми, перевёртыши успели забрать у него жизнь…

В горле застрял ком, и я зажала рот ладонями. Мой экипаж снова открыли, но на сей раз это был принц Колин. Он смотрел на меня виновато и протягивал руку:

– Мия, ты… пойдём отсюда подальше, хорошо?

Я не хотела никуда с ним идти, но и оставаться на месте тоже не хотела. Вцепившись в него, я позволила ему практически вынести меня наружу. Прячась от множества взглядов в сгибе его шеи и плеча, я уловила аромат женских духов и запах свежей крови. Он пронёс меня через всю площадь, в замок и по коридорам до уже знакомых старых покоев Алисии Цезарион. Оставив меня на кровати, он попросил:

– Отдохни тут, ладно? Тебе не стоит сейчас напрягаться. Там дальше… наша работа.

Колин явно подбирал слова, потом спешно вышел. Кровь, которой он пах, была его собственной – он был ранен в бок.

Я устало откинулась на подушки. Казалось, из меня высосали все соки, оставив только пустую оболочку. Я испарила тех нападавших вместе с их тварями. Испарила всего двумя словами. Я.

– Невозможно, – говорила самой себе, поднося ладони к лицу. Они смели со мной не соглашаться, всё ещё со следами чёрного песка на коже, подтверждающего, что всё возможно.

Мне следовало бы долго терзаться, но правда в том, что у меня не хватило сил на размышления. Опустив веки, уснула я практически мгновенно, а когда проснулась, наступил уже новый день: за окном ярко светило солнце, площадь была чиста и усыпана похожим на кристаллы снегом. На мне была чистая пижама, и сама я была умыта: на бледных руках были только следы от складок подушки, никаких тёмных пятен. Словно никакого бала, а значит, и нападения, никогда не проходило. Однако почищенные кеды в гардеробной заставили события прошедшего бала захлестнуть меня волной.

А ещё у меня пропал голос. Буквально – я не могла произнести и слова нормально, только с хрипом или шёпотом выдавливала из себя какие-то звуки.

– Это пройдёт.

Я резко отвернулась от окна, у которого стояла, – в комнату вошла леди Диана Арамур.

– После того, как ты вложила в голос столько магии, неудивительно, что ты совсем не можешь говорить, – сказала маркграфиня и приподняла поднос у себя в руках. – Несколько дней попьёшь отвар червянника – и о болезни и не вспомнишь.

Я поморщилась:

– Звучит жутко неаппетитно.

– И выглядит также, – хмыкнула Диана и передала мне кружку. – Но вкус тебя приятно удивит.

Я взяла отвар грязно-фиолетового цвета и скривила губы.

– Мне обязательно это пить? – прохрипела.

Диана кивнула, и я заставила себя сделать глоток. Ожидая, что буду давиться, я с неожиданным удовольствием выпила напиток едва ли не залпом. Он походил на что-то среднее между горячим вишнёвым соком и лимонным пирогом.

Леди Арамур забрала у меня кружку.

– Вот так, – маркграфиня улыбнулась. – Нужно будет попросить нашего повара приготовить для тебя пирог из червянника. В холодную зиму с чаем с чабрецом нет ничего вкуснее.

– С удовольствием попробую… Диана, почему мы в императорском замке?

Судя по тому, как помрачнела женщина, она сама не была в восторге от того, что они тут. Она запустила руку в пространственный карман и достала оттуда газету, которую и передала мне. От вида первой же страницы мне стало дурно: «Попаданка уничтожила армию мастеров проклятий! Какой из принцев станет её мужем?»

Диана достала другую газету. Первая статья там кричала: «Нападение на императорский замок! Попаданка-героиня победила проклятийников словом!»

В третьей газете писали следующее: «Попаданка стала самой завидной невестой империи! Проклятийники забрались в самое сердце страны – что же предпримет император?»

– По крайней мере, они всё ещё не знают, что я Арамур, – вздохнула я.

Маркграфиня с печальной улыбкой протянула мне четвёртую газету: «Спасительница империи оказалась пропавшей дочерью клана Арамур! Разорвёт ли теперь принц Регард помолвку с Сесилией Фэй? Ждём официальных комментариев: готовится ли нам к клановой борьбе?»

Моя жизнь кончена.

Конец первой книги. Вторая книга уже на сайте!

Данный текст был приобретен на портале (№87405392 11.08.2026).

– новая эра литературы