"Прошу, женись на моей дочери" - попросил человек, которому наш герой был обязан многим. Он не отказался и был даже рад этому предложению. Девушка нравилась ему, стать ее мужем стало для него счастьем - как ему тогда казалось. Но шли годы, он делал для любимой жены все, что она хотела, но вот получить ее любовь нашему герою не удалось. "Я не навижу тебя, хочу развод" - кричили она, когда он хотел узнать, что между ними происходит. И наш герой ушел, ничего не забрав с собой, кроме своего имени, чести и титула, которые оказались не нужны той, которую он любил.Найдут ли наши герои свое счастье, давайте посмотрим вместе...
Глава 1.
Глава 1.
- Войдите, - Рауль Перенгтон поднял голову от своих бумаг, когда раздался стук в дверь его кабинета.
Открылась дверь и вошел молодой мужчина. Высокий шатен, подтянутый, с отличной военной выправкой, с умным спокойным взглядом темно-серых глаз.
- Полковник Перенгтон, капитан Мартин Лайрон прибыл по Вашему приказу, - мужчина вытянулся по стойке «смирно».
Рауль поморщился, махнул рукой, давая понять, чтобы мужчина расслабился. Опять его денщик позволил себе слишком много вольностей. Сколько раз он говорил ему, чтобы вел себя не столь надменно, особенно с командирами отрядов.
- Мартин, прошу прощения. Это был не приказ. Я пригласил Вас, чтобы просто поговорить. Опять мой денщик слишком много себе позволяет. Еще раз прощу простить.
Молодой мужчины кивнул головой, улыбнулся уголками губ, давая понять своему командиру, что все правильно понял.
- Проходите, садитесь.
Рауль указал на кресло перед своим столом. Не всем он предлагал садиться. Но сейчас ему предстоит довольно трудный разговор, от которого многое будет зависеть. Пока Мартин шел от двери к креслу, Рауль быстро глянул на портрет молодой женщины, который стоял на его столе, кивнул своим мыслям. Да, он все сделает для своей единственной дочери, чтобы она была счастлива.
Мартин сел на кресло и спокойно посмотрел на своего командира, ожидая продолжения разговора. Он безмерно уважал этого человека, которому многим обязан. Именно полковник Перенгтон протянул руку помощи молодому человеку в самый трудный период его жизни, выслушал, поддержал. Именно полковнику он обязан своим нынешним положением, который многому научил его - не прощать врагов, но отпускать обиды, а главное - научил жить дальше, когда все отвернулись от тебя, когда отец выгнал из дома без медяка в кармане, лишив права на наследство. Если бы не титул графа, который достался Мартину от матери, отец лишил бы его и титула. И он ради своего командира был готов на многое.
Полковник улыбнулся какой-то смущенно-виноватой улыбкой.
- Мартин, Вы, наверное, уже знаете, что я ухожу в отставку.
- Да, командир, - кивнул капитан. – Это весьма огорчает всех нас. Такого командира, думаю, больше не будет, мы всегда готовы ради Вас пойти на любой подвиг, разбить всех врагов.
Еще три дня назад по гарнизону пронеслась новость, что полковник уходит в отставку. Многие были огорчены данным фактом, а Мартин принял решение, что тоже уйдет со службы, тем более что пятилетний контракт с королевской армией у него истекает на днях. Пора уже задуматься о своей дальнейшей жизни, искать себе место, не будет же он все время служить на границе. Связей, которые помогли бы ему выбиться на верх или перевестись в более спокойный гарнизон у него нет, никому не нужен тот, кого отец выгнал из дома и лишил наследства. Письмо отца навсегда закрыло ему дорогу к Генеральный штаб. Выше должности командира отряда Мартину не подняться. А когда в гарнизоне узнали, кто придет на смену полковнику, понял, что и с этой должностью он может расстаться слишком быстро. Новый командир гарнизона не слишком любит честных и преданных своему делу. И еще поговаривали, что новый командир везет с собой своих людей, которыми собирается заменить все важные должности в гарнизоне. Его сослуживцы тоже задумались о своей дальнейшей службе. Но у всех еще не закончился срок контракта, только Мартину повезло с этим.
- Спасибо, - улыбнулся полковник какой-то застенчивой улыбкой. Его щеки покраснели от удовольствия.
Почти пятнадцать лет он командовал этим гарнизоном, который стоял на самой границе королевства Регенторн с опасным и весьма воинственным соседом – королевством Олендар. Прошел путь от простого командира отряда до командующего гарнизоном. Он еще бы остался на службе, но семейные дела требовали его возвращения в Наверсет, где находился его дом, где жила его единственная и любимая дочь Магда. Год назад он похоронил свою жену Риану, которая до последнего своего дня надеялась, что они смогут устроить счастье своей дочери. Она так и не смогла оправится после того, как бывший жених Магды расторг помолвку и опозорил их дочь перед всем городом.
Два года назад Магда, которой только исполнилось восемнадцать, была счастлива и собиралась выйти замуж за сына знатного торговца Бориана Деренгарна. Уже было сшито свадебное платье, приглашены гости, дом полковника готовился к празднику, спальня будущих супругов была готова распахнуть свои двери и подарить молодым наслаждение, Храм всех святых ожидал жениха и невесту, когда Магда позволила себе, как ей тогда казалось, небольшую вольность. Влюбленная в своего Бориана, она за шесть дней до свадьбы, поддавшись страстному шепоту любимого, его настойчивым рукам как он жаждет узнать ближе свою будущую жену, отдала ему свою невинность, а на следующий день он приехал к ним домой и с наглой усмешкой на своих красивых губах заявил, что разрывает помолвку с Магдой. «Мне не нужна распущенная женщина, которая готова раздвигать ноги перед каждым, - надменно проговорил этот Бориан. – Если она позволяет себе такой шаг до свадьбы, то что будет потом? Я не желаю иметь жену с такой репутацией». «Бориан, но ты же сам говорил, что любишь меня и всегда будешь любить, что наша свадьба – решенный вопрос, ты ждешь того дня, когда мы будем вместе. И наши желания стать ближе только подтверждение нашей любви. Ведь ты был у меня первым, я же люблю тебя», - Магда, рыдая, упала перед ним на колени, пыталась обхватить его ноги, но мужчина только отпихнул ее и вышел из дома.
Дочь тогда хотела наложить на себя руки, им с матерью с трудом удалось удержать ее от этого шага. Полковник вызвал Деренгарна на дуэль, но тот нагло отказался, заявил, что это его право – разорвать помолвку с гулящей девицей. Отец настаивал на дуэли, но Риана упросила мужа отказаться от этого. «Если Деренгарн убьет тебя, я не переживу. На кого ты оставишь нашу дочь?» - она смотрела на мужа глазами, полными слез, в ее комнате пахло сердечными каплями, а лекарь умолял не делать еще хуже, опасаясь за жизнь Рианы. Рауль смотрел в бледное лицо жены, которая холодными пальчиками сжимала его ладонь. «Хорошо, - покорно склонил голову Рауль, - только ради тебя я заберу свое слово». Рауль тогда взял целых два месяца отпуска, чтобы быть с дочерью и женой, которая слегла после этого удара и долго не поднималась с постели. С того дня Магда закрылась в своей комнате и почти никуда не выходила. Их семья стала посмешищем в Наверсете. Говорить о том, что кто-то возьмет ее замуж не приходилось.
Дочь сидела в своей комнате и никого не пускала к себе. Только ее верная служанка Сарина приносила ей еду и сообщала обеспокоенным родителям о состоянии девушки.
Рауль тогда не знал, что Бориан нашел себе более выгодную партию – дочь главы города, которую нельзя было назвать красивой, но за ней давали огромное приданое, чем не могла похвастаться красавица Магда. Пусть он был в звании полковника, командовал гарнизоном, но Рауль был нищ по меркам Наверсета. Он не мог позволить себе несколько парадных выездов, устраивать приемы и балы в своем доме. Пусть Магду называли первой красавицей Наверсета, но богатое приданое дочери главы города перевесило в выборе Бориана. Свадьба Бориана с дочерью главы города была не такой пышной, как предполагалась свадьба с Магдой, но все равно Наверсет долго судачил о ней, а еще долго ходили разговоры о распущенности Магды, которая не смогла удержаться до свадьбы.
С того дня Магда из смешливой девушки, которая радовалась любой мелочи, превратилась в желчную, ядовитую на язык даму. Она почти не выезжала из дома, подруги сразу же отвернулись от нее и больше не приезжали к ней в гости и не звали к себе. Если она и выходила в город, чтобы зайти в магазинчик мадам Эрмины за новым платьем, то каждый раз устраивала скандалы с посетителями магазинчика, которые продолжали шептаться о «ветренной» Магде и всячески старались уколоть ее словами.
- Мартин, я хочу Вас спросить, - проговорил Рауль, боясь посмотреть в глаза капитану.
- Я слушаю Вас, полковник. Вы же знаете, у меня от Вас нет никаких тайн, я обязан Вам многим.
Капитан старался, чтобы его голос звучал ровно и спокойно, хотелось поддержать полковника, который явно был взволнован.
- Спасибо, - мужчина снова неуверенно кивнул головой. – Мартин, скажите, у Вас заканчивается пятилетний контракт. Что Вы собираетесь делать дальше? Вы еще не задумывались над этим?
- Задумывался, - молодой мужчина смотрел на своего командира прямым взглядом. – Да, Вы правы, через пару дней заканчивается мой контракт с королевской армией. Я решил не продлевать его, а начать новую жизнь.
- Вот как? Это хорошо, - Рауль кивнул каким-то своим мыслям, все еще не смотря на Мартина. - У Вас есть куда ехать?
- Нет, - Мартин отрицательно покачал головой. – Вы же знаете, что отец выгнал меня из дома. Мне придется искать место, куда я мог бы отправится.
- Скажите, у Вас есть любимая девушка? – словно кидаясь в холодную воду, спросил полковник.
- Нет, у меня нет любимой девушки, - спокойно ответил Мартин, понимая, что сейчас может услышать и был готов к этому.
- Мартин, - мужчина снова замялся и его щеки покраснели от стыда, - Вы как-то сказали, что Вам нравится моя дочь.
Он снова быстро взглянул на портрет молодой женщины. Мартин перехватил его взгляд и улыбнулся уголком губ. Он неоднократно видел этот небольшой портрет, который всегда стоял на столе полковника рядом с другим портретом – жены полковника. На нем была изображена прекрасная юная девушка с голубыми глазами, легкой улыбкой на красивых губах. Она была так хороша, что однажды Мартин так и сказал полковнику: «У вас прекрасная дочь. Более красивых девушек я еще не видел». Рауль тогда с улыбкой кивнул ему и сказал: «Ее называют самой красивой девушкой Наверсета. Через полгода она выйдет замуж. Я так хочу, чтобы она была счастлива».
- Да, это так. Я говорил, что Ваша дочь прекрасна, - ответил капитан с легкой улыбкой.
- Мартин, я хотел бы предложить Вам договор.
- Я слушаю Вас, полковник.
Мартин подобрался, сосредоточился.
- Вы не могли бы взять в жены мою дочь? - как-то слишком торопливо проговорил полковник и стал нервно кусать нижнюю губу, словно был недоволен собой и ругает сам себя за то, что произнес такие слова.
- Полковник, Вы же говорили, что она собиралась за муж? – Мартин удивленно поднял бровь.
- Да, говорил, - Рауль снова нервно покусал губу. А еще Мартин заметил, как нервно дергается его щека. – Но так получилось, что моя дочь сделала самую глупую и большую ошибку в своей жизни, и ее жених разорвал помолвку.
Мартин поднять в удивлении вторую бровь.
- Нет-нет, не подумайте ничего такого, - Рауль нервно покашлял, сжал пальцы в замок. – Она так любила своего жениха, что отдала ему свою невинность за несколько дней до свадьбы, а он этим воспользовался, назвал ее «распущенной» и расторг помолвку. Слава Богам, эта связь не повлекла последствий в виде детей, но по городу пошли всякие слухи. Теперь моя дочь не выходит из дома, подруги отвернулись от нее. И найти жениха для Магды невозможно.
Рауль замолчал и впервые поднял тревожный взгляд на капитана, словно боялся, что увидит его презрительный взгляд или что тот засмеется, поднимается и уйдет. Но Мартин задумался, его лицо оставалось серьезным, это полковнику показалось хорошим знаком.
- Я знаю, что у Вас нет состояния, что так любят женщины, нет своего дома. Это не важно, я могу все это дать Вам. Пусть у меня не так много денег, но я готов назвать Вас своим наследником, если согласитесь на этот брак.
- А Ваша дочь будет согласна на брак со мной? – спросил Мартин, понимая, что старый полковник предлагает ему не плохое будущее.
Магда была красивой девушкой, она и вправду понравилась Мартину на своем портрете. Да и быть рядом с полковником, который стал для него старшим товарищем, найти себе пристанище в его доме для капитана было очень даже хорошим вариантом. Он не мог осуждать Магду за ее необдуманный шаг, влюбленные девушки готовы на любые необдуманные поступки. Он не вправе судить ее, Мартин и сам не жил монахом все эти годы. Если она согласится выйти за него замуж, то они могли бы стать хорошей семьей. Мартин знал, как Рауль относился к своей жене, которая была для него самым дорогим человеком, и надеялся, что и между ним и Магдой возникнет любовь.
- Согласится, - тихо ответил Рауль, но в его голосе не было такой уверенности, даже дернулось плечо в неуверенном жесте. – Я поговорю с ней. Для нее это тоже будет очень хорошей партией.
- Я согласен, - Мартин поднялся со своего места и склонил голову в поклоне.
- Спасибо, - Рауль тоже поднялся, улыбнулся. – Я буду до конца жизни обязан Вам.
- Когда Вы собираетесь уезжать? – спросил Мартин.
- Через восемь дней. Мне надо дождаться майора Олифера, передать ему все дела.
- Хорошо. У меня через шесть дней заканчивается контракт. Думаю, что не возникнет никаких трудностей. Вы же сможете принять мою отставку?
- Смогу, - теперь улыбка Рауля стала шире. Он даже выдохнул, напряжение, в котором он все это время находился, начало отпускать. – До полной передачи дел новому командующему, я имею полное право принять Вашу отставку и отправить Ваши документы в Генеральный штаб.
Отбытие из гарнизона пришлось отложить почти на две недели. Новый командир майор Олифер не спешил прибыть к новому месту службы. Потом он долго не принимал дела, посещая балы и приемы, которые давали знатные горожане небольшого городка, возле которого находился гарнизон. И Олифер был крайне недоволен, когда узнал, что капитан Мартин Лайрон получил отставку. Хотя он не собирался оставлять Мартина на должности командира отряда, но терять одного из лучших воинов, отмеченного наградами короля, не хотел. Он пытался оставить его на службе, но все документы на капитана уже ушли в Штаб, ему пришлось смириться.
Через две недели после разговора гарнизон простился со своим старым командиром, дорожная карета уже ждала Рауля и Мартина. Путь предстоял не близкий.
Глава 2.
Глава 2.
Мартин сидел в сумраке кареты и вспоминал, как пять лет назад он, молодой парень, который только вернулся из столичного военного корпуса, где обучался по воле своего отца, был вынужден уехать из родного Банкертоуна, где родился и вырос.
Он родился в семье графа Дерека Лайрона, одного из самых богатых жителей города, деспотичного, своевольного, не признающего чужого мнения. Сколько себя помнил Мартин, Дерек никогда не был с ним отцом, граф никогда не играл с ним, не ездил гулять, не разрешал мелкие шалости. Мартин никогда не видел, чтобы отец был мил со своей женой Анной, матерью Мартина. Уже став старше, он узнал, что брак между отцом и матерью был договорным, никогда между ними не было теплых чувств, хотя мать постоянно пыталась найти подход к своему мужу, делала все, чтобы они стали ближе, любила его до последних своих дней. Но после того, как она родила Мартина, Дерек отдалился от жены. Ему было достаточно, что жена подарила ему наследника. С того дня Дерек словно забыл, что у него есть жена.
Матушку Мартин очень любил. Он помнил ее нежную улыбку, теплый взгляд, тихий смех, когда она играла с ним или читала книги. Она была очень красивой женщиной, но вот отец не принял ее. Когда Мартину исполнилось пятнадцать, матушка умерла. Он сильно переживал ее смерть, не смог сдержать рыдания, когда гроб с телом матушки уносили в семейный склеп. Отец тогда посмотрел на сына таким злым взглядом и ранил словами: «Мне не нужны слюнтяи, которые не могут держать свои слезы при себе. Какой же ты мужчина, если позволяешь другим видеть твои слезы?» Сам Дерек стоял у склепа с непроницаемым лицом, словно просто наблюдал за какой-то очередной картинкой из жизни. А еще через два месяца он привел в дом молодую девушку.
- Сын, познакомься, - отец смотрел с каким-то вожделением на невысокую яркую блондинку с кукольным личиком, голубыми глазами, - это моя невеста – Эйра. Она дочь моего партнера. Через месяц ей исполнится восемнадцать и у нас будет свадьба.
- Папа, но разве так можно? – в груди Мартина заклубилась жгучая обида за мать. Они только похоронили Анну, а отец привел в дом какую-то девушку, которой на вид даже нет восемнадцати лет.
- Можно, - резко ответил отец. – Я сказал - через месяц ей исполнится восемнадцать, и мы поженимся, нравится тебе это или нет.
Мартин тогда закрылся в своей комнате, старался не выходить из нее, появлялся только на общих обедах и ужинах, куда отец обязал его являться. Он молча ел и старался скорее покинуть столовую. Он не мог видеть, как отец улыбается этой девчонке, которая с какой-то жадностью рассматривает обстановку в доме, радуется платьям и украшениям, которые дарил ей Дерек. Мартин не помнил, чтобы отец так баловал свою первую жену. Анне приходилось долго уговаривать мужа, чтобы пошить себе новое платье на выход. А эта девчонка получала любую тряпку по первому же капризу. Отец возил ее на все приемы, балы, премьеры театра. Он словно голову потерял от Эйры. Отец даже забыл о сыне, когда тому исполнилось шестнадцать. С днем рожденья его поздравили только слуги и верный Даниель – управляющий в их доме, с которым у Мартина были дружеские отношения. Именно Даниель заменил Мартину отца, занимался с ним, нанимал учителей, обсуждал все подростковые проблемы. Именно он стал опорой после смерти матери. Даниелю было сорок два, но несмотря на возраст они стали близкими людьми, давно перешли на «ты». Именно к нему пришел Мартин, чтобы рассказать о том, как Эйра делала ему намеки, что после свадьбы с его отцом не прочь бы разделить постель с ним.
- Мартин, ты понимаешь, что если ты расскажешь об этом отцу, он не поверит тебе? – ответил Даниель, когда Мартин рассказал об очередном нескромном предложении девицы.
- Понимаю. Но я никак не могу понять, почему отец не видит ее суть? Она же жадная до денег пустышка? Она ведь не будет ему верна, если даже сейчас предлагает мне свое тело.
- Я не в праве судить ее и твоего отца. Но, как твой друг, могу сказать, что придет время, и твой отец очень пожалеет, что ввел в свой дом эту гадину. А пока постарайся не встречаться с ней без свидетелей. Я тоже постараюсь проследить за ней.
О свадьбе графа Дерека Лайрона и девицы Эйры говорил весь город. Отец постарался сделать ее роскошной, не жалея денег. В Храме всех святых он стоял возле своей молодой жены и с надменностью смотрел на своих «товарищей». Мартин хотел избежать своего присутствия на свадьбе, но отец заставил его быть рядом. «Если ты не придешь на мою свадьбу можешь считать себя безродным сиротой. Я вычеркну тебя из списка своих наследников, откажусь от тебя. Если бы наш титул не принадлежал семье твоей никчемной матери, то и титула я бы лишил тебя», - лицо отца было перекошено от гнева.
Сжимая от злости кулаки, Мартин следовал за «молодыми». Отец следил за ним и ухмылялся, когда видел, как сын бледнеет от ярости. «Я научу тебя покорности, щенок», - тихо прошептал отец Мартину, когда они выходили из Храма.
Называть Эйру «матушкой» Мартин отказался категорически даже после того, как отец со всей силы влепил ему пощечину.
- У меня есть своя мать, а твоя жена всего на два года старше меня, - Мартин смотрел на отца, не вытирая кровь на разбитых губах. – Ты можешь убить меня, но я никогда не назову ее «матушкой».
- Убирайся, щенок, и чтобы я не видел тебя, - отец рычал на него, сжимая кулаки.
- Любимый, ну не надо быть таким строгим, - тихо мурлыкала рядом Эйра, прижимаясь грудью к руке Дерека. – Мы с Мартином обязательно найдем общий язык. Вот увидишь, он все поймет. Не надо быть таким строгим и бить его по лицу. Смотри, ты разбил ему губу, может даже останется шрам.
- Убирайся, - глухо прорычал Дерек. – Скажи спасибо Эйре.
Мартин поспешил уйти из кабинета отца, где происходил разговор. В коридоре его встретил Даниель, протянул платок.
- Не стоит сейчас ругаться с отцом. Ты пока зависишь от него. Дождись совершеннолетия.
- Спасибо, - ответил Мартин, прижимая платок к разбитой губе. – Но знаешь, мне все труднее сдерживаться. Я не узнаю отца, его словно подменили. Он не видит, какую тварь пригрел на своей груди.
- Мы все это видим, Мартин. Думаю, что рано или поздно Дерек это тоже поймет.
- Он поймет, но будет слишком поздно, - со вздохом проговорил Даниель.
- Посмотрим.
А через два дня Мартин проснулся от тихого скрипа двери своей спальни. Он поднялся на постели и увидел в сумерках комнаты женскую фигуру в прозрачной ночной рубашке. Эйра на цыпочках шла к его постели.
- Ты что здесь делаешь? – Мартин подскочил с постели, схватил с кресла брюки, рубашку, стараясь быстро одеться.
- Тихо, глупый, не шуми. Я пришла к тебе. Ты мне понравился сразу же, как только я увидела тебя. Я так хочу быть с тобой.
Девушка остановилась возле постели, разглядывая в лунном свете Мартина, который уже успел надеть брюки и натягивал рубашку, путаясь в рукавах. Ему было всего шестнадцать, но он уже мог похвастаться красивой фигурой. Занятия с учителями фехтования давали свои результаты. Кроме этого, он ростом пошел в своего отца, был высок, жилист, по-мужски красив.
- Поэтому ты вышла замуж за моего отца? – Мартин старался быстрее застегнуть пуговицы на рубашке.
- Поэтому и вышла, чтобы быть ближе к тебе. Ты же не замечал меня, когда мы с отцом приезжали к вам в гости. Ты совершенно не обращал на меня внимание, а я влюбилась в тебя, мечтала о тебе. Представь, какая мы будем красивая пара, когда ты женишься на мне после смерти своего отца.
- Я не собираюсь на тебе жениться. И прошу – уходи из моей комнаты. Тебе здесь нечего делать.
- Ма-а-артин, - она протянула его имя нежным голосом и сделала шаг в его сторону, - ну зачем же ты противишься? Я же нравлюсь тебе, я видела твои взгляды.
- Ты не нравишься мне. Убирайся.
- А то что? – она тихо усмехнулась и сделала еще один шаг к Мартину.
- А то я позову слуг.
- Зови, - она тихо рассмеялась. – Все равно ты будешь моим. Рано или поздно, но ты будешь моим.
- Убирайся.
- Ты даже не хочешь попробовать, что значит быть с женщиной? – она кокетливо склонила свою голову и распустила завязку на ночной рубашке, открывая для обозрения свою грудь. – Посмотри, какая она красивая. Я разрешу тебе поцеловать ее. Знаешь, это будет так приятно тебе и мне. А потом я разрешу поцеловать мое тело. Твой отец уже сделал меня женщиной, и мне ничего не мешает стать твоей. Ма-а-а-артин, иди ко мне.
- Пошла вон, - парень разозлился, резким шагом подскочил к Эйре, схватил за плечо и потащил к выходу.
- Ай, что ты делаешь? – она возмущенно вскрикнула.
- Я предупреждал тебя, чтобы ты убиралась…
Он не успел договорить, как Эйра закричала, стала звать на помощь. От неожиданности Мартин остановился, не дойдя до двери, разжал руку. Эйра воспользовалась этим и отбежала в сторону, продолжая кричать. Через какие-то мгновения в его комнату сбежались слуги со свечами. Чуть позже забежал Дерек.
- Что здесь происходит? – заревел отец. – И зажгите нормальный свет.
Когда слуги зажгли еще свечи, он подошел к Эйре, которая успела упасть на колени и прижимала к своей груди разорванную ночную рубашку. По ее лицу текли слезы. Мартин удивился, он даже не успел заметить, когда она порвала на себе свою одежду.
- Что ты натворил? – отец подошел к Эйре, помог подняться с пола, прижал к своей груди.
- Ничего, - ответил Мартин, отступая на шаг. – Твоя жена заблудилась, ошиблась комнатой.
- Дерек, любимый, не слушай его! – она снова зарыдала, пряча лицо на груди Дерека. – Это он затащил меня к себе, хотел совершить насилие. Я только вышла из своей комнаты, чтобы найти свою служанку, а он набросился на меня, затащил в свою спальню. Смотри, - она показала красные пятна на руке от его захвата, - я просила отпустить меня, но он не слушал! Дерек, я боюсь твоего сына.
В тот раз Дерек избил сына так, что он почти месяц не мог подняться с постели. Даниель сидел возле него и хмурился.
- Я все знаю, - говорил верный друг. – Это она сама пришла к тебе. Ее служанка мне все рассказала. Но она никогда не признается хозяину. А господин никогда не поверит мне или тебе.
- Спасибо, Даниель, - слабо улыбнулся Мартин. – Ты прав, она сама пришла ко мне и предлагала стать ее любовником, а потом мужем, когда умрет мой отец.
На это Даниель покачал головой. На сердце мужчины поселилось опасение за жизнь хозяина, но идти с этим к самому Дереку он не мог. Господин даже не будет слушать его.
Когда Мартин выздоровел, отец вызвал его в свой кабинет.
- Завтра ты отправляешься в столицу в военный корпус. Я не желаю больше видеть тебя в своем доме. Скажи спасибо Эйре, она не держит на тебя зла. Если бы не она, если бы ты не был моим единственным наследником, я вообще бы выгнал тебя из дома. А так ты отправляешься на учебу. И постарайся учиться хорошо, чтобы мне не пришлось краснеть за тебя.
Пять лет учебы в корпусе пролетели, как один день. Мартин возмужал, повзрослел. Он не был уже тем мальчишкой, что уезжал из дома. Теперь у него были планы на будущее. Ему предложили неплохую должность при Генеральном штабе. Имя отца, титул сыграли свою роль. Он отправился домой, чтобы заручится согласием отца на свою службу. Дом встретил его суетой и чем-то неприятным. Мартин словно оказался в дешёвых декорациях к плохому спектаклю. Он шел по коридорам дома и не узнавал его. Когда-то обставленный Анной со вкусом дом выглядел как бордель с бордовыми занавесями, картинами с фривольными сюжетами, безвкусными безделушками, вычурной мебелью, которые заменили уют, созданный матери Мартина. А еще запах любимых дешевых духов Эйры душил его.
Отец встретил его в своем кабинете.
- Ты надолго? – был первый его вопрос. – И надеюсь, ты хорошо подумал над своим поведением?
- Я приехал всего на несколько дней, чтобы решить с тобой несколько вопросов. Мне предлагают место в Генеральном Штабе. Нужно твое согласие.
Отвечать на второй вопрос Мартин не стал, разглядывая своего отца. Когда-то крепкий мужчина сдал. Если перед отъездом Мартина седина была только на висках, то сейчас его голова была почти белой. Под глазами появились темные круги, щеки осунулись. Но все равно отец смотрел на него с каким-то презрением и потаенной злобой.
- Ты думаешь, я могу отказать тебе в своем согласии? – отец усмехнулся. – Мне будет приятно, если мой сын замет достойное место.
- Спасибо. Тогда мы должны подписать некоторые бумаги, - он достал из кожаной папки несколько листов гербовой бумаги. – Вот это надо будет подписать в присутствии поверенного.
Отец нахмурился, побарабанил пальцами по столешнице.
- Валис Райнор вернется только через десять дней. Я отправил его по делам.
- Хорошо, я подожду, - ответил Мартин. – Надеюсь, я могу занять свои комнаты?
- Занимай, - махнул рукой отец. – Вечером я жду тебя на семейный ужин.
Мартин поднялся, склонил голову в легком поклоне и вышел из кабинета. Он снова шел по коридорам своего родового дома и в душе все переворачивалось. Целых десять дней ему придется ждать поверенного. Оставаться в этом доме на столь долгое время ему не хотелось. И очень не хотелось встречаться с Эйрой.
Когда он дошел до своей комнаты, открыл дверь, улыбнулся. Она осталась не тронутой рукой Эйры, которая переделала почти весь дом по своему вкусу. Он закрыл за собой дверь, прошел к письменному столу, за которым когда-то делал свои домашние задания, улыбнулся своей шпаге, как старому другу, которая висела над столом. Раздался стук в дверь. Мартин крикнул разрешение войти. Открылась дверь.
- Добрый день, Мартин, - на пороге стоял Даниель и улыбался. – Прошу простить, ездил в город по делам, только сейчас вернулся. Почему не написал, что приедешь? Я бы послал тебе нашу карету.
- Добрый день, дружище, - молодой мужчина подошел к старому другу и крепко его обнял. – Не хотел беспокоить, поэтому добрался на наемном экипаже. Я не на долго, надо подписать у отца пару бумаг. Если бы не нужда, то я бы не приехал. Ты совсем не изменился.
- А ты изменился, вырос, возмужал. Наверное, в столице не было отбоя от девиц?
- Было дело, - улыбнулся в ответ Мартин. – Прошу, расскажи, как тут дела?
- А что рассказывать? Ты сам все видишь – Эйра изуродовала наш дом, установила свои порядки. Отец твой разрешает ей любой каприз. Все надеется, что она родит ему наследника.
Мартин поморщился, вспоминая слова.
- Где она сейчас?
- Уехала к какой-то своей подруге, с которой собиралась прогуляться по магазинам.
Мужчины вздохнули, помолчали.
- Ладно, Мартин. Я схожу к хозяину доложу о делах. Потом после ужина поговорим.
Управляющий ушел, а Мартин разделся, ушел в ванную, долго лежал в теплой воде, раздумывая над своей дальнейшей жизнью. Радовало только одно – он уедет из этого дома, где отец растоптал память о своей первой жене, привел в дом лживую изворотливую тварь, которая готова лечь с его сыном и не скрывает своего желания. До ужина нечем было заняться. Ходить по дому он не мог, поэтому просто лег спать. Вечером Мартин спустился в столовую, где уже за столом сидели отец и Эйра. Девушка за последние пять лет тоже изменилась, потеряла свою девичью хрупкость, приобрела женственные пышные формы. А еще в ее глазах появился опасный огонь хищницы, которая когда-то упустила из своих лап добычу. Но вот сейчас добыча опять оказалась перед ней, и она сделает все, чтобы получить ее. Не стесняясь мужа, Эйра откровенно рассматривала Мартина. На ее щеках появился лихорадочный румянец возбуждения. Отец заметил это, но понял по-своему. Он положил свою ладонь на ее руку, погладил.
- Успокойся, любимая, думаю, что Мартин сделал правильные выводы из произошедшего и больше такого не допустит.
Эйра не ответила, только скривила в ухмылке свои губы, Мартин тоже промолчал. Ужин прошел в полном молчании. Мартин постарался быстрее расправиться со своей едой и покинуть столовую. Выходя, он чувствовал на своей спине тяжелый опасный взгляд хищницы.
Вечером к нему зашел Даниель. Со старым другом они говорили долго, до самой ночи, потом управляющий поднялся, пожелал спокойной ночи и вышел. Мартин уже собрался ложиться спать, как открылась дверь, которую он не успел закрыть после ухода Даниеля.
- Ну здравствуй, Мартин, - раздался голос Эйры, которая вошла и закрыла за собой дверь. – Неужели ты снова не рад меня видеть?
- Не рад. Уходи, - ответил мужчина, останавливаясь возле своего стола, подальше от постели, которую еще не успел разобрать.
- Не уйду. Я ждала тебя долгих пять лет, скучала, мечтала о твоих поцелуях. Ты сильно изменился, стал таким красивым, что я не могу поверить своим глазам.
- Ты чего добиваешься?
- Тебя. Я же говорила уже, что люблю тебя. А сейчас я еще очень хочу ребенка от тебя. Мы же не скажем Дереку о нашей маленькой тайне, если я рожу нашего сына? Или ты хочешь, чтобы он снова избил тебя? Знаешь, как плакало мое сердце, когда он бил тебя ногами.
Она приложила ладонь к своей груди и закрыла глаза в притворном ужасе.
- Если ты так переживала за меня, могла бы признаться мужу, что ты сама пришла ко мне, - ответил Мартин, не двигаясь с места.
Женщина тихо рассмеялась и сделала шаг к нему.
- Ну нет, дорогой мой. Это тебе наказание за то, что отказался от меня. Думаю, что ты не забыл о нем и сейчас будешь более сговорчивым? Я каждый день мечтала о тебе, твоих руках, твоих губах, представляла в постели тебя вместо Дерека. Я даже не хотела рожать детей от него, хотела только от тебя. Мартин, я не могу без тебя…
Она не успела договорить, как распахнулась дверь и в комнату ворвался Дерек. Он был красным от гнева.
- Что здесь происходит? – прорычал он.
- Твоя жена опять заблудись, отец, - спокойно ответил Мартин, не двигаясь с места.
- Любимый? Ты веришь ему? – она бросилась к мужу, обхватила его руками за талию, прижалась всем телом, словно ища защиту. - Это он пригласил меня к себе, сказал, что хочет поговорить о чем-то важном. Когда я пришла, он сказал, что хочет меня.
Отец отстранил Эйру, бросился на сына, замахнулся для удара, но Мартин перехватил его руку, со всей силы сжал ее.
- Еще раз замахнешься на меня, я не посмотрю, что ты мой отец. Я не буду терпеть побои за то, что не делал. Тебе пора открыть глаза на свою жену, которая вот уже второй раз приходит ко мне в комнату предлагает стать ее любовником.
- Ах ты тварь, - отец пытался вырвать свою руку, одновременно второй пытаясь схватить его за одежду. – Ты сегодня же уберешься из моего дома. Никакого согласия я тебе не дам, а еще свяжусь с нужными людьми, они никогда не дадут тебе занять хоть какое-то важное место. И я выгоняю тебя из своего дома, отказываюсь от тебя, лишаю права на наследство. Убирайся.
- Когда-нибудь отец ты поймешь, что был не прав, но будет слишком поздно. Запомни то, что я тебе сейчас скажу. Я никогда не желал твоей потаскухи, которая сама пыталась залезть в мою постель. Это она предлагала мне стать ее мужем после того, как ты умрешь, а также стать отцом ее ребенка. Ты решил лишить меня наследства? Ну что же, так тому и быть. Мне от тебя ничего не надо. Я сейчас же уезжаю из этого дома и никогда не вернусь сюда.
Он с силой отпихнул от себя отца, тот не удержался на ногах и упал на пол. Тут же к нему со слезами подбежала Эйра, опустилась на колени.
- Любимый? Ты же видишь, он мстит мне, что я отказалась стать его любовницей. Я люблю только тебя одного, мне больше никто не нужен. Как только он мог такое сказать? Ты прав, ему нельзя оставаться в нашем доме.
Мартин больше не слушал их, стал собирать свои вещи, которых было не так много. Получился всего один большой дорожный саквояж, к которому он прикрепил свою старую подругу - шпагу. На выходе из дома встретил Даниеля.
- Мартин, я приказал подготовить карету. Ты куда поедешь?
- Подальше отсюда. Я никого из них не хочу видеть.
- Прости меня, что не могу заступиться за тебя.
Мартин обнял мужчину.
- Не переживай, ты ни в чем не виноват. Рано или поздно отец поймет свою вину. А пока я уеду. Прощай, мой друг и спасибо за все. Ты был для меня другом, наставником, отцом.
Он быстро попрощался с Даниэлем, сел в карету, приказал везти его на станцию дилижансов. Когда через долгих шесть дней пути он добрался до столицы и пришел в Штаб, его встретил секретарь командующего.
- Мартин Лайрон, Вам отказано в должности. Вы можете отправится служить в любой гарнизон на границе королевства, где можете рассчитывать на самую низшую должность.
Мартин ничего не сказал, только стиснул зубы. Он вышел из приемной, остановился, раздумывая, куда ему идти. Вдруг у него за спиной раздался голос.
- Лайрон, разрешите задержать Вас на минуту.
Мартин повернулся и увидел крепкого мужчину в годах, который смотрел на него прямым взглядом.
- Я случайно оказался свидетелем Вашего разговора с секретарем. Разрешите представиться – командир гарнизона на границе с королевством Олендар, полковник Рауль Перенгтон. Я предлагаю Вам службу в моем гарнизоне. Обещаю не только трудности, но и поддержку.
- Согласен.
Мартин даже не стал раздумывать.
- Вот и хорошо. Вы готовы прямо сейчас отправится к месту службы?
- Готов. Все мои вещи со мной.
- Тогда поспешим. Наша дорожная карета уже готова к пути. Я и так слишком задержался в столице. Поспешим.
Долгих семь дней они добирались до гарнизона, где его встретили хорошо. Перенгтон стал для Мартина настоящим наставником. Он же не позволил Мартину потерять веру в хорошее, когда тот получил официальное извещение о том, что граф Дерек Лайрон отказался от своего сына и вычеркнул его из числа своих наследников.
Глава 3.
Глава 3.
С отцом Мартин отношений не поддерживал. Иногда он получал письма от Даниеля. Старый друг писал, что в доме все по-прежнему. Отец поверил словам Эйры, и всем объявил, что отказался от своего старшего сына. Через два года после отъезда Мартина Эйра забеременела, но ребенка не доносила, на шестом месяце родила мертвую девочку. Лекари рекомендовали ей длительное лечение, чтобы она смогла родить Дереку наследника. Отец готов на все, чтобы только его Эйра ни в чем не нуждалась. Было ли жалко отца и Эйру? Нет. Мартин прочитал письмо и отложил его к другим таким же.
Служба у Мартина шла своим чередом. Агрессивные соседи королевства Олендар не оставляли своих намерений захватить чужие земли. Каждый год они переходили границу, и каждый раз гарнизон давал достойный отпор. Через три года после начала службы полковник назначил Мартина командиром отряда, он дослужился до звания капитана. В его послужном списке было много хвалебных записей о совершенных им и его отрядом подвигов, в ларце лежало с десяток наград королевства.
Когда наступало затишье, Мартин позволял себе посещать приемы, которые устраивали местные жители в надежде найти достойного мужа своим дочерям. Он знакомился с девушками, но ни одна из них не тронула его сердце. Все их поведение напоминало Эйру – ужимки, уловки, неприятный флирт на грани разврата. Пять лет ему удавалось избегать ловушек, которые устраивали ему родители девушек. У него были женщины, Мартин не жил монахом, но жениться пока не собирался.
Когда подходил к концу срок его контракта, он стал задумываться продолжать службу или оставить, начать новую жизнь. Он даже знал, чем бы хотел заниматься – шить удобную одежду для простых воинов. Он знал, насколько неудобна та одежда, в которой им приходилось служить и которую они получали из королевских складов обеспечения. Мартин поделился своими раздумьями с полковником, который подержал его. За время службы он скопил некую сумму, которая могла бы стать первоначальным капиталом. Оставалось только найти место, где смог бы воплотить свои мысли. И когда полковник предложил ему отправиться к нему, совместно создать мануфактуру, согласился. Во время дороги они обсуждали проект Мартина, и капитан был рад тому, что на землях полковника есть место, где смогут построить мануфактуру. И когда они подъезжали к Наверсету, у них уже был готов план. Оставался только один вопрос – согласится ли Магда на брак с ним.
Дом полковника встретил путников радостной суетой. Почти все слуги выбежали на улицу, чтобы встретить своего хозяина. Мартин смотрел на людей и видел искренние улыбки на их лицах. Не было ни одного, кто бы смотрел на Рауля как-то не по-доброму.
К ним вышел мужчина в годах в строгой темной одежде, с пушистыми бакенбардами и пронзительным взглядом. Капитан сразу понял - это управляющий. Мужчина широко улыбнулся своему хозяину, поклонился.
- Господин Перенгтон, мы ради приветствовать Вас дома.
- Добрый день, Андерн, - улыбнулся ему в ответ полковник. – Я тоже рад всех вас приветствовать. Вот, вернулся домой насовсем. Но не один. Разрешите представить моего хорошего друга и партнера – капитана Мартина Лайрона. А это, - полковник повернулся к Мартину, - мой управляющий Андерн Бергерт. По всем вопросам можешь смело обращаться к нему. Он сможет решить все вопросы. Можешь ему доверять, как мне.
Управляющий улыбнулся и еще раз поклонился.
- А где Магда? – спросил Рауль.
- В своей комнате, - ответит Андерн. – Она с утра неважно себя чувствовала. Приходил лекарь, выписал успокоительные капли. Сейчас с ней служанка.
- Хорошо. Ну что, пойдем в дом? Вы подготовили комнаты для капитана? – спросил Рауль у управляющего.
- Сразу же, как только получили Вашу весточку, что вы приезжаете. Прошу, пройдемте, я провожу Вас.
Мартин кивнул головой и собрался уже достать из кареты свой саквояж, как к нему подошел один из слуг, молодой мужчина не старше тридцати лет, приятной наружности.
- Разрешите, я помогу вам. Меня зовут Нестор.
- Спасибо, - кивнул капитан и проследовал за управляющим.
- Встретимся за обедом, - сказал полковник, заходя в дом. – Пока отдохните с дороги. Если пожелаете, Нестор будет Вашим личным слугой. Тоже можете обращаться к нему по любому вопросу.
Комнаты, которые выделили Мартину, оказались на втором этаже. Большая приемная, она же кабинет для работы, небольшая спальня и ванная были обставлены с большим вкусом. Обстановка даже чем-то напомнила мужчине его дом, когда была жива мама и заботилась, чтобы всем было удобно. Не было золотой лепнины, лишних украшений, все лаконично и функционально. Даже над кроватью не было так любимых в королевстве балдахинов. Большие окна пропускали много света, поэтому в комнатах дышалось легко.
Окна комнат выходили на центральное крыльцо дома. Из спальни был выход на большой балкон, оплетенный розами. Мартин обошел комнаты, улыбнулся. Нестор стоял в приемной, ожидал приказаний.
- Покажи мне дом, - попросил капитан.
- Хорошо, - поклонился мужчина.
Почти час они обходили дом, большой сад вокруг него.
- Здесь так хорошо, - сказал Мартин, когда они возвращались в дом. – Спокойно.
- Это все наша покойная хозяйка госпожа Риана. Все сделано ее руками и по ее проектам.
Мартин повернулся к Нестору, вопросительно посмотрел на мужчину.
- Она умерла год назад. Хозяин сильно переживал. Приказал ничего не трогать, чтобы сохранить о ней память.
Мартин только согласно покачал головой, вспоминая отцовский дом, который превратился в то, где бы он никогда не хотел жить.
Вечером Нестор провел Мартина в столовую, где его уже ожидал Рауль.
- Ну как Вам дом? – спросил полковник с улыбкой.
- Он прекрасен, - с улыбкой ответил мужчина.
- Сейчас к нам спустится Магда, будем ужинать, - потом полковник подошел ближе к Мартину, понизил голос. – Я предварительно поговорил с ней, но пока не говорил о свадьбе. Просто предложил присмотреться к Вам. Сказал, что Вы мой гость, приехали для того, чтобы стать партнером, построить мануфактуру.
- Хорошо, спасибо. Вы правы, полковник, она сама должна решить.
Минуты через две раздались шаги и в столовой появилась молодая женщина. На ней было милое домашнее платье, волосы убраны в простую прическу, которая делала ее совсем молоденькой девушкой. Мартин видел портрет Магды, был готов к встрече, но сейчас он стоял и с восхищением смотрел на эту прекрасную девушку.
- Добрый день, - поздоровалась она тихим, но каким-то равнодушным голосом.
- Магда, разреши представить тебе капитана Мартина Лайрона. Я тебе рассказывал о нем. Думаю, что наше сотрудничество с капитаном будет весьма выгодным нам всем.
Мартин подошел к девушке, протянул свою ладонь. Она вложила в нее свои пальчики, натянуто улыбнулась.
- Магда Перенгтон, - также тихо произнесла она, не глядя ему в лицо. Ее взгляд был опущен куда-то вниз. – Я рада, что отец нашел друга. Это очень важно для нас.
Мартин смотрел в лицо девушки. Она хотела казаться милой, но что-то было в ее лице, что не давало повода сомневаться – она не слишком рада его приезду.
- Магда, я рад познакомиться в Вами, - Мартин поцеловал ее пальчики. – Если мое присутствие в вашем доме будет Вас смущать, будет Вам неприятным, я готов немедленно уехать.
Она наконец подняла на него взгляд, присмотрелась.
«А у нее голубые глаза, - подумал про себя Мартин. – Необыкновенно красивая девушка». Мужчина заметил в ее глазах интерес, и улыбнулся.
- Прошу, давайте за стол, - сказал полковник.
Мартин провел девушку до стола, помог сесть. Потом занял место рядом с полковником напротив Магды.
- Капитан, расскажите о себе, - попросила девушка.
- Что бы Вы хотели услышать? – он посмотрел в ее глаза. Теперь она смотрела на него с каким-то любопытством и слегка улыбалась.
- Все, что посчитаете нужным. Кто и где ваши родители, как вы познакомились с моим отцом.
- О своих родителях могу сказать, что матушка умерла десять лет назад. Отец почти сразу же женился на другой. Из-за наших разногласий мне пришлось уехать из дома. Отец отказался от меня, лишил права на наследство.
- Но отец сказал, что Вы носите титул графа? – она склонила голову, словно ожидала его ответа.
- Да. Титул графа я получил по линии матушки. Отец, даже если бы очень хотел, не мог бы лишить меня его. Поэтому я граф Лайрон без дома и денег.
Он улыбнулся. Девушка улыбнулась ему в ответ.
- Думаю, что мы сможем помочь графу, - с улыбкой вступил в разговор Рауль. – Ты же не возражаешь, если Мартин будет жить в нашем доме? У нас с ним есть весьма выгодный план, придется много общаться. Дом большой, всем хватит места.
- Я не возражаю, - также с улыбкой ответила Магда. – Мне даже будет веселее, хоть с кем-то буду общаться. Вы же не возражаете? Я все еще хочу услышать от Вас историю жизни.
За приятным ужином Мартин рассказывал о своей учебе в корпусе, о том, как полковник предложил отправиться на службу в его гарнизон, как они воевали с врагами. Девушка слушала и слегка улыбалась.
- Знаете, я очень рада, что отец предложил Вам жить у нас, - в конце ужина проговорила Магда. - Вы очень приятный мужчина. Спасибо за прекрасный ужин.
Мужчины поднялись, Мартин помог Магде подняться из-за стола, проводил ее до выхода.
- Пройдем ко мне в кабинет, - предложил Рауль после ухода дочери. – Знаете, Мартин, я очень рад. Вы понравились моей дочери. Я давно уже не видел, чтобы она улыбалась. Буду надеяться, что она сможет согласиться на брак с Вами.
Мартин ничего не ответил, пропустил полковника вперед и проследовал за ним. Довольно уютный кабинет встретил их запахом хорошей кожи, отличного табака и старых бумаг. Рауль занял место за рабочим столом, показывая капитану знак рукой на кресло перед столом, стал раскуривать трубку, с каким-то блаженством выдыхая кольца табака.
- Давно я здесь не был, - с какой-то задумчивостью проговорил полковник, проводя ладонями по столешнице, словно поглаживая старого знакомого. – Последнее время здесь работала моя Риана.
Он посмотрел на небольшой портрет жены, который стоял перед ним на столе, грустная улыбка тронула губы мужчины. Мартин молчал, стараясь не мешать воспоминаниям друга.
- Ладно, давайте решать наши дела, - наконец проговорил Рауль, доставая из ящика стола папку бумаги. – Давайте запишем все наши предложения по мануфактуре. Я предлагаю позвать Андерна, он может очень помочь нам.
Через пару минут в кабинете появился управляющий, занял место рядом с Мартином. Они сидели до самой ночи, много писали, обсуждали. Андерн оказался незаменимым помощником, он действительно много знал и подсказал место, где можно поставить мануфактуру. Вернее, указал на старое здание бывшей фабрики, которая досталась Риане в наследство от ее родителей. Она находилась в очень удачном месте, рядом с рекой и на перекрестке дорог. Сейчас фабрика была закрыта, требовался ремонт. Но вложения, которые требовались для этого, были гораздо меньше, если бы пришлось строить ее с фундамента. Кроме этого, Андерн подсказал, с кем можно заключить договоры на поставки оборудования для мануфактуры и сырья, а также где нанять рабочих. Казалось, что почти несбыточная мечта начинает воплощаться в жизнь. Им даже хватит денег, чтобы запустить мануфактуру в кратчайшие сроки.
- Знаете, друзья, - вдруг сказал полковник, - что-то я устал за сегодня. Предлагаю пойти спать, а завтра мы снова все обсудим, составим подробный план. Андерн, спасибо за помощь. Будь добр, проводи Мартина к его комнатам, пока он не привык к дому.
Мартин хотел отказаться, но принял помощь. Он только успел войти в свои комнаты, как постучал Нестор.
- Вам нужна моя помощь? – спросил мужчина. – Ваши вещи я разложил. Могу подготовить ванну.
- Спасибо, - кивнул ему Мартин с улыбкой замечая, как его шпага заняла место над рабочим столом. – Нестор, хотите стать моим личным помощником?
- Я буду только рад этому.
Мужчина с достоинством поклонился и отправился в ванную, а Мартин вышел на балкон, вдохнул приятный свежий воздух, наполненный запахом свежей травы, цветов, ночи, закрыл глаза. Ему было так хорошо и спокойно, словно вернулся домой. Он постоял минут пять, пока к нему не заглянул Нестор.
- Ванна готова, - сказал помощник. – Извините, разрешите спросить?
- Да, спрашивай, - ответит Мартин.
- Как мне обращаться к Вам?
Мартин задумался. Он отвык от обращений «господин» или «Ваше сиятельство», какими к нему обращались в доме родителей. С Даниелем у него были дружеские отношения, поэтому они обращались друг к другу по именам. В гарнизоне к нему обращались «капитан» или по имени.
- А знаешь, я не знаю, - он улыбнулся какой-то виноватой улыбкой. Я здесь не хозяин, давно не господин. Если можно, называй меня по имени или «капитан». Я привык к этому.
- Хорошо, капитан, - Нестор поклонился.
- Я бы хотел, чтобы мы стали друзьями.
Помощник не ответил, только улыбнулся, еще раз поклонился и вышел. Мартин еще задержался на балконе, всматриваясь в наступившую темноту. Он уже собирался зайти в комнату, как увидел, что по дорожке к дому идет женская фигурка. Судя по всему, Магда просто выходила погулять, а сейчас возвращается в дом. Он улыбнулся, вспоминая их ужин, ее глаза, улыбку. Впервые он не старался избегать интереса девушки к себе, она понравилась Мартину, а в душе рождалась надежда, что их брак будет счастливым.
Глава 4.
Глава 4.
Мартин и не понял, как втянулся в эту новую для себя жизнь. Со следующего дня полковник развил такую деятельность, что к вечеру они уже успели побывать на закрытой фабрике, осмотреть ее с мастерами, которые взялись провести в ней ремонт. На обратном пути они успели заехать в город договориться с поставщиками оборудования. Капитан замечал, как народ с какой-то долей пренебрежения разговаривает со старым полковником, поэтому аккуратно отодвигал его к себе за спину и сам вступал в переговоры. Титул «графа», которым он не забывал представиться, играл решающую роль.
Ужин снова прошел в уютной беседе. Сегодня Магда больше улыбалась, смеялась над шутками отца, пожурила его, что тот совершенно не бережет себя, прямо с дороги нашел себе занятие.
- Магда, вот когда наша мануфактура начнет приносить прибыль, ты сама увидишь, что все наши хлопоты были не напрасными, - с довольной улыбкой ответил отец.
Когда работа по ремонту бывшей фабрики закипела, полковник отправился в столицу, чтобы найти нужных людей в Генеральном штабе, договориться с ними о поставках нового обмундирования. Он вернулся через две недели довольный и счастливый.
- Мартин, вы принесли счастье нашей семье, - улыбался он, когда вышел из дорожной кареты. – У меня на руках заказы на обмундирование, поэтому мы должны запустить нашу мануфактуру как можно быстрее.
Через полгода полковник снова отправился в столицу с первой партией своего товара, вновь вернулся с широкой улыбкой на лице.
- Дорогой Мартин, Вы бы видели, как наши куртки и походные брюки понравились командирам гарнизонов. Мне повезло, я приехал как раз в тот момент, когда их всех собрали на доклады. Думаю, теперь у нас будет очень много работы.
Мартин тоже был доволен. Его замысел воплотился в жизнь. Теперь солдаты будут носить удобную форму, которая не будет мешать в бою, не порвется при неосторожном движении плечом.
Отношения с Магдой развивались постепенно. Он не спешил стать к ней ближе, прекрасно понимая, что такой напор только отпугнет девушку. Она сама должна быть заинтересована в их общении. Несколько раз он приглашал ее на прогулки, один раз она согласилась поехать с ним на премьеру в театр. Он видел, как девушка была напряжена, когда они вышли из кареты, чувствовал, как дрожала ее рука на его локте. Он слышал разговоры за их спинами, замечал, как смотрят на нее женщины и мужчины. Магда была очень красивой девушкой, умела подчеркнуть свою красоту. Она шла среди всей этой толпы, которая почти три года назад смеялась над ней, как королева, высоко подняв голову. Он шел рядом и смотрел на свою спутницу, восхищался ею. Только в какой-то момент он заметил, что она кого-то увидела в толпе, резко развернулась и повела его в другую сторону от прежнего направления. Он видел, как она сжимала зубы, как побледнело ее лицо, стараясь при этом не показывать своего состояния. Мартин не стал расспрашивать девушку, что ее так взволновало, и получил после премьеры ее благодарную улыбку, когда они вышли из театра в прохладу вечера.
Мартин замечал, как меняется отношение Магды к нему, как она смотрит на него с какой-то задумчивой улыбкой, оценивает его. Пусть она не кокетничала с ним, держалась чуть отстраненно, не позволяя лишних прикосновений, каких-либо вольностей, но мужчина чувствовал ее женский интерес к себе. Он не спешил говорить ей о своих чувствах. За это время он смог полюбить ее и был готов к решительному шагу, но пока откладывал этот важный для них разговор до тех пор, пока его детище – мануфактура не начнет приносить доход. У него будут деньги, и тогда он сможет дать своей женщине то, что она заслуживает.
Когда полковник вернулся из столицы и сообщил, что они получили еще больше заказов, Мартин решился. Вечером он попросил Рауля о беседе. Уже в его кабинете он сказал:
- Полковник, я хочу сделать предложение Вашей дочери. Думаю, что она достаточно узнала меня, кроме того, я сейчас смогу обеспечить свою жену всем, чего она достойна.
Полковник поднялся со своего места, подошел к капитану, обнял его.
- Дорогой мой, я так рад, что ты решился, - мужчина даже не заметил, как перешел на «ты», а Мартин был только рад этому. – Когда ты собираешься сделать предложение? Надо же как-то подготовиться.
- Я бы хотел это сделать завтра. Хочу пригласить вас обоих в сад в красивую беседку у фонтана.
Рауль прикрыл глаза и улыбнулся каким-то своим мыслям, покачал головой.
- Знаешь, Мартин, это наше с Рианой любимое место. Мы часто сидели там, когда я приезжал домой. Хорошо. Ты выбрал хорошее место. Я буду готов.
Ночь Мартин провел в волнении, представляя, как он сделает предложение Магде, подбирал слова, пытаясь найти такие, чтобы она не отказала ему. Утром он попросил Нестора подготовить ему парадный сюртук, тщательно причесал свои волнистые волосы, которые не всегда слушались его, взял коробочку с кольцом, которое купил недавно в самой лучшей ювелирной мастерской города, и отправился в сад. Полковник обещал, что они с дочерью будут его ждать там.
Мужчина шел в сад, щурясь от яркого солнца, которое словно радовалось за него. В беседке уже сидели Рауль с дочерью и о чем-то разговаривали. Девушка иногда звонко смеялась над шутками отца, запрокидывая свою очаровательную головку. Мартин успел заметить взволнованное состояние полковника, который глазами показал, что готов к самому важному. Мартин остановился на мгновение, собрался с мыслями и сделал последние шаги к ним, опустился перед Магдой на одно колено, протянул приготовленную заранее открытую коробочку с кольцом на своей ладони.
- Магда, я прошу Вашей руки, прошу, станьте моей женой. Я давно люблю Вас и хочу стать Вам хорошим мужем, заботиться о Вас, любить и защищать. Я давно бы сделал предложение, но у меня не было денег, чтобы я смог предложить Вам что-то большее, чем свои сердце, имя и титул. Теперь я смогу обеспечить Вас и заботиться, чтобы Вы никогда не знали ни в чем нужды.
Девушка смотрела на него каким-то непонятным взглядом, потом перевела глаза на отца.
- Папа, скажи, а капитан знает, что я…была с мужчиной? – ее лицо после этих слов побледнело.
- Да, я знаю, - вместо Рауля ответил Мартин. – Но меня это совершенно не волнует. Все, что было до меня – это Ваша жизнь. Я хочу, чтобы после этого дня жизнь стала нашей общей.
Она снова посмотрела на стоящего перед ней на колене капитана, на кольцо, и кивнула.
- Я согласна стать Вашей женой, капитан.
Мартин ожидал какой-то улыбки, счастливого смеха, ласкового взгляда, но она как-то слишком спокойно приняла его предложение. Он решил не обращать на это внимание, понимая, что она может еще не верить ему. Но у него будет время доказать, что он готов любить ее, будет ждать ее доверия.
Девушка взяла из его руки коробочку, достала кольцо, рассмотрела нежный розовый камень, потом протянула его на ладони Мартину, подставляя вторую руку, чтобы он надел кольцо ей на палец. Когда золотой ободок скользнул по пальцу, Мартин услышал, как с каким-то облегчением выдохнул полковник, который все это время не дышал.
- Магда, девочка моя, я так рад за тебя, - проговорил отец и вытер набежавшую слезу. – Когда бы ты хотела устроить свадьбу?
Он смотрел на дочь с такой надеждой, что она невольно улыбнулась.
- Я так думаю, что у тебя уже все готово для этого? – спросила Магда, и когда отец кивнул, ответила. – Думаю, что мы могли бы провести ее через неделю. Я не хочу пышную свадьбу, мне некого на нее приглашать. Просто размести в газете, что наша свадьба состоится в день Всех святых. Этого будет достаточно.
Мартин смотрел на девушку, которую сегодня увидел с какой-то другой стороны. Вместо задумчивой и скромной перед ним сейчас появилась расчетливая, даже какая-то хищная женщина. Холодок пробежал по его душе, даже возникла мысль – а не поспешил ли он, но тут же заставил себя улыбнуться и поцеловать Магде руку.
- А сейчас предлагаю пройти в дом и устроить праздничный обед. Мы всем должны сообщить о вашей помолвке. После обеда я поеду в редакцию и дам объявления о помолвке и предстоящей свадьбе.
Магда улыбнулась отцу так, словно давала разрешение на это, потом протянула руку Мартину, чтобы он помог ей подняться, взяла его под руку, и они все вместе направились в дом. Рауль поспешил вперед, чтобы собрать всех слуг в гостиной для объявления радостной новости. Магда чуть замедлила шаг, а перед самым крыльцом остановилась, посмотрела в глаза Мартину.
- Я благодарю Вас за то, что предложили мне стать Вашей женой. Но знаете, я пока не готова на близкие отношения. Ну такие, как между мужем и женой. Вы понимаете?
- Понимаю, - ответил Мартин, хотя не совсем понимал, что она этим хочет сказать.
- Хорошо. Я согласна на брак с Вами, только у меня будет условие, - заметив его вопросительный взгляд, ответила. – У нас будут разные спальни. Для выполнения супружеского долга вы можете приходить ко мне по нашей договоренности.
Мартин все больше не понимал, что происходит с Магдой, она словно снимала маску за маской. В ее глазах он не увидел радости или любви, только холодный расчет. Это не нравилось мужчине, но решил пока ничего не отвечать, только неопределенно кивнул головой. Отказаться от своего предложения он уже не мог, тем более, что полковник выполнил все свои обязательства, которые давал капитану, сделал его своим компаньоном, честно разделил прибыль, подготовил завещание, согласно которому Мартин станет наследником после его смерти, получит в свое полное распоряжение все имущество и счет в банке. Взамен отец просил только одного – не бросать его дочь и обеспечить ей достойное содержание.
Свадьба прошла в доме Перенгтонов в узком кругу. Только перед этим они съездили в Храм всех святых, где святой отец благословил их брак. И снова, стоя возле алтаря со своей уже женой Мартин не чувствовал ее любви к себе. Она словно принимала их брак, как необходимое условие для чего-то. И еще он заметил, как она бросала короткие взгляды в толпу любопытных, среди которых своим мрачным лицом выделялся темноволосый мужчина, который не сводил взгляда с Магды. Рядом с этим мужчиной стояла тёмно-русая женщина с непривлекательным лицом, которая смотрела на Магду с такой злостью, что казалось, она готова бросится на нее. А когда святой отец огласил, что брак между Магдой Перенгтон и графом Мартином Лайроном считается заключенным и Магда получает титул графини, лицо этой женщины побледнело, а потом покрылось яркими алыми пятнами. Магда тоже увидела это, усмехнулась, высоко подняла подбородок, взяла Мартина под руку и вышла с ним из Храма.
Дома за праздничным столом старый полковник улыбался больше всех, он сегодня был самым счастливым, шутил, смеялся. Мартин поддерживал его шутки, Магда улыбалась, но ее улыбки казались какими-то не искренними. Уже вечером, вставая из-за стола, полковник обнял, поцеловал свою дочь и шепнул на ушко:
- Магда, я так счастлив за тебя. Пусть у тебя все будет хорошо. Мартин будет тебе хорошим мужем, он любит тебя.
- Спасибо, папа. Я знаю, что это ты все сделал для того, чтобы я была счастлива.
- А ты счастлива?
- Конечно, - ответила она и отвела взгляд.
Потом полковник подошел к Мартину, тоже обнял его.
- Спасибо за все, - также шепнул ему Рауль. – Я очень рад, что мы теперь с тобой одна семья. Я желаю тебе счастья.
- Вам за все спасибо, - искренне ответил Мартин.
Когда Рауль вышел из большой гостиной, где сегодня был накрыт стол, Мартин подошел к Магде, осторожно взял ее за плечи, заглянул в глаза.
- Скажи, ты счастлива?
- Счастлива, - ответила девушка, но поспешила опустить взгляд.
- Скажи, я могу сегодня прийти к тебе?
Она немного помолчала, но потом ответила:
- Я пока не готова. Прости, мне надо привыкнуть к тебе.
- Я понимаю, - Мартин постарался сдержать свое лицо, чтобы жена не увидела его разочарование. – Можно, я просто поцелую тебя? Я давно этого хочу.
Она снова немного помолчала, потом кивнула. Мартин нагнулся к ее лицу, осторожно коснулся своими губами ее губ, не встречая ответа. Губы Магды были какими-то безжизненными. Он немного надавил, словно приглашая на танец поцелуя, только тогда она ответила ему. Поцелуй был недолгим. Магда прервала его, чуть отстранилась.
- Прости. Я еще не готова к такой близости. Обещаю, что привыкну к тебе.
Мартин проводил Магду до ее комнат, потом прошел к себе. Верный Нестор уже приготовил ему ванну. Капитан прошел по комнате, посмотрел на расправленную постель, невесело усмехнулся.
- Первая брачная ночь, - снова кривая ухмылка дернула его губы. – Что с ней не так?
Мартин не мог понять жену. Почему она согласилась выйти за него и в то же время избегает, словно он неприятен ей? Даже в первое время, когда он только приехал в этот дом, она была с ним более любезной и милой. Со временем она стала меняться, а после того посещения театра она словно застыла в каких-то своих мыслях. В ее взгляде не было больше того тепла, что он видел ранее, она все реже улыбалась Мартину. Если он ей неприятен, то почему согласилась выйти замуж? Этот вопрос больше всего беспокоил мужчину. За это время он успел полюбить девушку, ловил ее взгляды, старался добиться результатов на мануфактуре, чтобы дай ей то, что она хочет. У него появились еще идеи по развитию их дела. Когда он узнал, что Рауль владеет большим стадом коров, мясо которых отправляет на рынки, решил открыть скорняжные мастерские, на которых они из шкур этих коров будут изготавливать походные ранцы, ремни, кобуры и другие необходимые мелочи для солдат. Рауль с радостью принял его предложение и снова вместе с Андерном они несколько дней просидели над планами.
Утром он встретил жену за завтраком.
- Магда, приглашаю тебя на свидание, - улыбнулся Мартин. – Говорят, в городском парке будет играть приглашенный оркестр. Ты хотела бы сходить?
- Да, хочу, - она улыбнулась какой-то хищной улыбкой. – Мы обязательно сходим.
После обеда Мартин ожидал свою жену в холле у выхода. Он предложил приехать чуть раньше начала концерта, чтобы просто прогуляться по парку, зайти в ресторацию. Жена согласилась и попросила время, чтобы собраться.
Когда она вышла к нему, Мартин стоял с открытым ртом. Его жена была самой красивой женщиной, которую он встречал в своей жизни. Но сейчас к нему по лестнице спускалась богиня красоты. Она не шла, она плыла, глядя на него своими невозможно прекрасными голубыми глазами, которые горели предвкушением. Ее волосы были уложены в простую прическу, но которая неимоверно ей шла. Платье глубокого темно-синего цвета окутывало стройную фигуру, ластилась к ногам, как волна, открывая такого же цвета бархатные туфельки. Небольшое, но очень дорогое колье с темно-синими камнями украшало ее шею. Ему вторили серьги, которые качались в ушках жены.
- Ты сегодня прекрасна, как никогда, - наконец смог проговорить Мартин, когда Магда подошла к нему и взяла под руку.
- Ты тоже сегодня превосходно выглядишь.
Отец стоял чуть в стороне, провожая их, и с умилением смотрел на них. Когда они вышли за порог, быстро перекрестил их, прошептал: «Пусть все у них будет хорошо».
Появление Мартина и Магды в городском парке произвело фурор. Все хотели увидеть ту, которую три года назад бросил жених, и которая сейчас идет под руку с мужем, и не просто с мужем, а с настоящим графом. Такой высокий титул был настоящей редкостью в их городе, даже у городского главы не было титула. Все громко шептались, обсуждая наряд Магды и ее украшения. Мужчины раздевали ее взглядами, а женщины ревновали своих мужчин. Она по-прежнему оставалась самой красивой женщиной города. И все женщины, не сговариваясь, пришли к выводу, что ее муж – граф Лайрон, самый красивый мужчина. Взгляды женщин туманились, представляя себя на месте Магды, завидовали ей и вновь рождали новые сплетни. А Магда шла под руку с мужем и словно не замечала всего этого. Она шла с гордо поднятой головой, сохраняя на лице холодную улыбку. Они зашли в ресторацию, которая находилась на территории парка, прошли за столик, который стоял почти в центре зала. Магда обвела взглядом присутствующих и вновь улыбнулась своей надменной улыбкой.
Мартин сидел напротив жены и любовался ею. Она была невозможно прекрасна, словно богиня, сошедшая с небес и ставшая его женой. Он даже был готов простить ей холодную улыбку, которую она держала на лице, когда смотрела на него, чуть приподняв бровь. Только изредка она дарила ему мимолетную игривую улыбку. Ради этой женщины он пойдет на все, кинет к ее ногам весь мир, достанет луну с неба, только чтобы она вот так была рядом.
Вдруг взгляд Магды изменился, стал жестким и каким-то опасным. Но она быстро взяла себя в руки, вновь натянула на лицо улыбку. Мартин хотел обернуться, чтобы посмотреть, кого она увидела, но в это время к их столику подошла пара – темноволосый мужчина и та женщина, которая в Храме взглядом убивала Магду. Женщина улыбнулась и приторно-сладким голосом проговорила:
- Я, смотрю, ты наконец-то нашла себе мужа. Поздравляю. И как только он согласился только взять в жены распутную девку?
Мартин резко поднялся, встал напротив этой пары и, глядя пристально в глаза мужчине, проговорил.
- Прошу прощения, я не знаю, как вас зовут, но хочу предупредить, что я не позволю подобных слов о моей жене. Никому. Если Ваша жена не попросит у нее прощения, я вызову Вас на дуэль. Поверьте, я отлично владею оружием и готов оставить Вашу спутницу вдовой.
Он увидел, как мужчина сжался, его взгляд заметался, пытаясь найти помощь в зале, но все молча наблюдали за ними. Понимая, что ему никто не поможет, схватил свою жену за плечо, с силой сжал.
- Сейчас моя жена попросит прощения. И даю слово, что она больше не подойдет к Вашей жене.
- Я не собираюсь просить прощения…, - начала было говорить женщина, но мужчина дернул ее за руку, развернул к себе лицом, что-то прошипел ей прямо в ухо.
- Она сейчас попросил прощения, - через пару мгновений проговорил он.
Женщина повернулась к Магде и, убивая взглядом, проговорила сквозь зубы:
- Прошу прощения.
- Я услышала тебя, Мирра, теперь можешь идти, - величественно ответила Магда, с лица которой не сходила холодная улыбка. – Запомни, что я – графиня Лайрон, жена графа, а ты – никто. И я не хочу видеть тебя возле себя. Пошла прочь.
Женщина вспыхнула, ее бледное лицо покрылось алыми пятнами, делая его еще больше некрасивым. Она хотела что-то ответить, но мужчина резко дернул ее за руку и повел в сторону от столика. Мартин заметил, как он посмотрел на Магду. В его взгляды было столько эмоций, словно он что-то хотел сказать Магде, но не мог.
Когда они ушли, Мартин опустился на свой стул.
- Спасибо, - проговорила Магда, даря ему благодарную улыбку. – Но я все еще хочу получить свой кофе и пирожное.
Мартин сделал заказ подбежавшему к их столику официанту, потом перевел взгляд на жену.
- Не скажешь, кто это был? – спросил он, не надеясь получить ответ.
Но она пожала плечом и ответила:
- Это был мой жених, который отказался от меня, и та, которую он выбрал вместо меня. Мартин, прошу, давай не будем о них вспоминать. Я так хочу просто погулять, послушать музыку, провести с тобой этот день.
Это был прекрасный вечер. Мартину казалось, что напряженность между ним и Магдой исчезла. Слушая музыку, они прижималась к нему плечом, улыбалась какой-то загадочной улыбкой. Когда они возвращались домой, положила свою руку на его руки.
- Мартин, я хочу, чтобы ты сегодня пришел ко мне, - тихо сказала жена и сердце мужчины чуть не выскочило из груди.
Глава 5.
Глава 5.
Все, за что бы ни брался Мартин, начинало работать и приносить доход, причем весьма существенный. Рауль был доволен, каждый раз радовался, как ребенок, когда они подводили итоги своему очередному новому предприятию, подсчитывали прибыль.
- Мы так скоро станем самыми богатыми в Наверсете, - с улыбкой говорил старый полковник, складывая золотые монеты столбиками перед собой на столе. – Раньше я даже представить не мог, что бывает столько денег. Вот бы была рада моя Риана.
Рауль после таких слов обычно вздыхал, вспоминая жену, а Мартин молчал. Он и сам прекрасно понимал, что за какие-то пару месяцев они заработали раз в пять больше, чем хозяйство Рауля имело доход за пять лет.
Мартин старался, чтобы его жена получала все самое лучшее. Теперь она могла заказывать себе наряды у самых лучших портних, украшения у самых знаменитых ювелиров. Для себя он пошил всего несколько костюмов, чтобы выглядеть более солидно. Он не тратил на себя деньги, стараясь радовать большими и маленькими подарками свою жену. Она благодарила мужа, улыбалась ему, но что-то было в их семейной жизни не то, не так представлял себе Мартин их счастливую семью. Они по-прежнему продолжали жить каждый в своих комнатах, к себе жена пускала мужа не так часто, как он бы этого хотел. Мартин пытался поговорить с женой, узнать, почему она до сих пор не хочет засыпать и просыпаться в одной постели. Но каждый раз она замолкала и не отвечала на этот вопрос. Несколько раз он заводил разговоры о детях, но каждый раз она отговаривалась тем, что еще не готова стать матерью, просила немного подождать.
Мартин не мог понять, что происходит между ними, он делал все, чтобы сделать женину счастливой, она принимала его любовь, подарки, но не спешила отвечать взаимностью, постоянно между ними чувствовался какой-то холодок. Рауль тоже не понимал свою дочь, пытался поговорить с ней, узнать, что ее не устраивает. Но Магда просто уходила от ответов на эти вопросы и довольно резко просила отца не лезть в их отношения. И после таких разговоров отца с дочерью отношения между Мартином и женой становились все более непонятными и напряженными. Он делал все, чтобы жена улыбалась, делал ей подарки, ухаживал, возил ее на приемы и балы, куда она ходила с огромным удовольствием, блистала на них, ловила завистливые взгляды женщин и дразнила мужчин. Но вот они возвращались домой, и Магда превращалась в уставшую раздраженную женщину, которая спешила закрыться в своей комнате. Теперь они в основном встречались только в столовой за обедами и ужинами, отец с тревогой смотрел на дочь и что-то пытался спрашивать у нее. Но Магда только криво усмехалась и не отвечала ему. Когда Рауль спросил у нее: «Магда, а когда ты подаришь мне внука?», она ответила довольно резко: «Отец, прошу, не лезь в мою жизнь. Я сама буду решать, когда мне рожать детей».
Мартин смотрел на свою жену, и не понимал, почему она так себя ведет. Он прощал ей все дерзкие слова, которые она все чаще стала говорить ему, прогоняя из своих комнат. Все реже она пускала его в свою постель. Иногда она не звала его по нескольку месяцев. Он не понимал ее, но терпеливо ждал.
Прошло три года, но их отношения не стали ближе. Казалось, что жена все дальше отдаляется от него, словно не желает больше видеть Мартина рядом с собой. Все чаще ее взгляд становился задумчивым, словно она видит кого-то другого в своих мыслях. Когда он спрашивал у Магды, что ее беспокоит, она начинала кричать на мужа, потом просто закрывалась в своих комнатах и по несколько дней не выходила оттуда.
На четвертый год их супружеской жизни случилась беда. Старый полковник вновь решил отправится по своим владениям, чтобы подумать над новым предложением Мартина – разведение птицы. Но в дороге он простыл, домой вернулся уже в горячке. Лекари боролись за его здоровье, но сердце старого Рауля не выдержало. Утром за неделю до Нового года оно остановилось. Для Мартина это стало настоящим ударом. За все эти годы Рауль стал для Мартина больше, чем командир. Он стал другом, отцом, старшим товарищем. Если бы не Андерн, который взял в свои руки хлопоты о похоронах хозяина, капитан ничего не смог бы толком сделать. Он никак не мог поверить, что больше не сможет зайти в кабинет к Раулю, просто поговорить с ним или предложить ему новое дело, а тот, как мальчишка, радостно улыбнется и начнет со всей горячностью своей натуры воплощать эту идею в жизнь. Они уже давно перестали задумываться о будущем, теперь на их счетах в банке лежали приличные суммы, их признавали в высшем свете города, приглашали в гости, заискивали, старались подружиться, но Рауль помнил о том времени, когда на них смотрели с презрением, обзывали «нищим отцом развратной девки» и оставался дома. Зато новым положением с удовольствием пользовалась Магда, которая старалась не пропустить ни одного бала, ни званого вечера. И вновь Мартин удивлялся тому, как она менялась, входя в наполненный гостями зал. На таких приемах она смотрела на Мартина с какой-то нежной улыбкой, сама брала его за руку, даже подставляла щечку для поцелуя. Но как только они покидали очередное мероприятие, она садилась в карету и из милой ласковой жены превращалась в холодную и раздраженную женщину, которая просила оставить ее в покое, когда муж пытался взять ее за руку. Дома она быстро убегала в свои комнаты и закрывалась там на несколько дней.
Когда по дому разнеслась весть о смерти Рауля, никто не остался равнодушным. Слуги не стеснялись своих слез, даже Андерн, не таясь, вытирал слезы. Мартин был поражен такому горю, которое охватило всех.
Но больше всего его поразило отношение Магды к смерти отца. Когда он утром пришел в спальню жены и сообщил о смерти Рауля, та с равнодушным выражением на лице просто поднялась со стула, подошла к окну, сложила руки на груди.
- Ну что же, - каким-то слишком ровным голосом ответила она, - он наконец встретился со своей любимой Рианой.
Мартин ничего больше не стал говорить, только развернулся и ушел в кабинет, где его ожидали Андерн, поверенный Октерс и лекарь. Они обсудили похороны генерала Рауля Перенгтона, разошлись по делам. Мартин объявил неделю траура на всех их мануфактурах и предприятиях, отпустил всех по домам.
На семейном кладбище, куда отнесли гроб с телом Рауля, он с трудом сдерживал слезы. Но когда посмотрел на совершенно спокойное лицо Магды, он разозлился на нее, не понимая такого отношения дочери к смерти отца. Он хотел поговорить с ней об этом, но Андерн перехватил его за руку и покачал головой.
- Не стоит, - тихо сказал управляющий. – Ты сделаешь только хуже.
Объяснять свои слова Андерн не стал. Мартин поверил мужчине и оставил этот разговор с женой на другое время. У него были другие проблемы, которые следовало решать неотлагательно.
Через месяц поверенный зачитал завещание Рауля. Как и говорил полковник, все свое имущество он оставил Мартину, обязуя его не оставлять свою дочь. Магда слушала последнюю волю отца и хмурилась, нервно комкая в руках кружевной платок. Мартин поймал на себе ее какой-то слишком злой взгляд. И снова он не мог понять, что происходит с женой. После смерти отца она совершенно отдалилась от него, перестала выходить в столовую на обеды и ужины, пускать его к себе в спальню, но всегда с удовольствием принимала приглашения на балы и званые вечера. Только на них она позволяла мужу ухаживать за собой, дарила ему ласковые улыбки и взгляды, полные какого-то обещания. Но они возвращались домой и ее снова словно кто-то подменял. Она снова закрывалась в своих комнатах. Мартин психовал, не в силах понять, что происходит между ними. С каждым днем он надеялся, что жена наконец объяснить ему, что между ними происходит, почему она отказывается принять его заботу и любовь. В таком напряжении прошло еще полгода, они в полном молчании сидя за накрытым праздничным столом отметили четвертую годовщину брака. Мартин хотел устроить по этому поводу званый прием, но Магда отказалась, и они вдвоем за ужином в своей домашней столовой просто выпили по бокалу вина при свечах, а потом жена просто поднялась и ушла в свои покои.
Точку в терпении Мартина поставил очередной прием в доме городского главы, куда Магда собиралась с особой тщательность. Она выглядела просто великолепно в своем платье цвета яркого солнца. На приеме Магда была возбуждена, ее глаза горели, с лица не сходила какая-то непонятная Мартину улыбка. Жена несколько раз сама прижималась к Мартину, подставляя ему щеку для поцелуев, звала танцевать. Такое поведение Магды все больше не нравилось мужчине, но выяснять прямо сейчас отношения с женой не стал. В какой-то момент она сказала, что отправляется в дамскую комнату, он хотел ее проводить, но жена возмутилась. Мартин отошел к буфету, чтобы взять бокал с шампанским, о чем попросила его жена. Она надолго задержалась, Мартин даже забеспокоился и хотел пойти искать ее. Но наконец она вернулась в зал, выхватила из его рук бокал и быстро выпила шампанское. На ее щеках горел яркий румянец, грудь тяжело вздымалась. «Извини, встретила неприятную даму в дамской комнате. Пришлось с ней поскандалить, - объяснила женщина свой взволнованный вид. – Прошу, давай поскорее уедем домой».
Дома она быстро убежала в свои комнаты, даже не стала разговаривать с мужем. Ночью Мартин долго не мог уснуть. Так больше не может продолжаться. Он с трудом дождался утра и пошел к жене. Она сидела у своего туалетного столика, который находился возле открытого окна и смотрела отрешенным взглядом в сад, даже не повернула голову. Было похоже, что она тоже не спала всю ночь.
- Магда, я хочу поговорить с тобой.
Жена повернулась к нему, кивнула головой, словно разрешая говорить.
- Скажи, что происходит? Что вчера произошло на приеме, кто тебя обидел? Почему ты закрылась от меня?
- Закрылась? – она удивленно подняла бровь, оставляя первый вопрос без ответа. – А разве ты хочешь быть со мной.
- Я очень хочу быть с тобой, я люблю тебя.
- Разве? – она усмехнулась с какой-то затаенной злобой. – Любишь? Разве так любят? Ты постоянно в своих разъездах, в своих делах, для тебя важно сколько твои рабочие сшили нового обмундирования, сколько они получают жалования, у всех ли есть жилье, вместо того чтобы быть рядом со мной. Я у тебя всегда на втором плане.
С каждым словом она говорила все громче и громче, переходя на крик. Она поднялась с кресла, встала перед Мартином. Он не узнавал в этой разъяренной женщине свою жену.
- Магда, ты о чем говоришь? Ты для меня всегда на первом месте. Все это я делаю только для того, чтобы ты ни в чем не знала нужды, чтобы у тебя были самые красивые наряды, дорогие украшения. Я работаю, чтобы у нас были деньги. Каждую свою свободную минуту я провожу с тобой. Сколько раз я просил тебя ночевать в одной спальне. Я так хочу засыпать и просыпаться с тобой, но ты сама отказываешься от этого.
- Нет, - она скривила свои красивые губы, - ты никогда не любил меня. Думаешь, что я не знаю о твоем договоре с отцом? Ведь ты согласился жениться на мне только чтобы получить его наследство. Ты презирал меня, потому что я до тебя была с другим мужчиной, и ты не можешь мне этого простить.
- Магда, да мне все равно, что было у тебя до того, как мы встретились. Я женился на тебе потому, что люблю тебя. Я до сих пор люблю тебя и хочу быть с тобой. Ради тебя я готов на все.
- На все? – она снова усмехнулась, и гримаса презрения исказила ее лицо. – Ну тогда оставь свою работу и просто будь рядом со мной.
- Хорошо, - он кивнул головой, начиная злиться. – Я буду рядом с тобой, но тогда и ты будь со мной, как жена, как хорошая настоящая жена - спи в моей постели, роди нам сына и дочь, будь со мной ласкова, люби меня. Я всегда буду рядом, если ты согласна быть мне любимой женщиной.
Она скривилась еще больше и отвернулась, резко покачала головой, словно пыталась вытряхнуть из головы какие-то мысли.
- Нет, Мартин, ты не любишь меня.
- Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал?
- Ничего, - она пожала плечами.
- Магда, а ты любишь меня? – внезапно спросил Мартин и увидел, как она вздрогнула от его вопроса.
Женщина молчала, кусая губу, совсем, как ее отец, когда волновался.
- Почему ты молчишь? Ты говорила, что я не люблю тебя, хотя ради тебя я сделал слишком многое. А вот что ты сделала для нашей любви?
- Для нашей любви? Я стала твоей женой, - вдруг выкрикнула она с какой-то злостью. – Стала женой, хотя могла и отказаться. Ты приехал к нам в дом нищим капитаном. У тебя ничего, кроме титула не было. Только благодаря моему отцу, который дал тебе кров, у тебя появились деньги. И сейчас ты после его смерти получил все, а я – ничего! Ничего! Я – его дочь ничего не получила.
- Ты получила мою любовь и все то, что мы с твоим отцом заработали. Я себе ничего не оставляю, мне ничего не надо.
Он не стал говорить, что все эти деньги они заработали только благодаря его проектам.
- Твою любовь? – она вдруг рассмеялась, подошла к нему, с силой толкнула ладонями в грудь, словно пыталась вытолкнуть его из своей жизни. Мартин пошатнулся, но устоял. – Да не нужна мне твоя любовь! Мне нужен был только твой титул и стать женой, чтобы они все заткнулись. Чтобы Бориан сдох от того, что я досталась другому.
Она кричала так громко, что в комнату стали заглядывать слуги, но Магда этого не замечала.
- Я никогда не любила тебя, Мартин. Я ненавидела тебя за твои взгляды, за то, что заставлял меня чувствовать проданной игрушкой. Я ненавижу тебя Мартин! Я не хочу больше быть твоей женой. Я хочу развода.
Мартин стоял перед женой, на его лице играли желваки. Слов не было. Он видел красивое лицо женщины, которую любил, ради которой он работал с утра до ночи, зачастую забывая поесть, отказывая себе в чем-то, стараясь не тратить на себя лишний медяк только для того, чтобы его Магда сияла и улыбалась.
- Я хочу развода! – она продолжала кричать, снова подошла к нему и ударила его ладонями в грудь. – Я. Хочу. Развода. Прямо сегодня. Я ненавижу тебя, Мартин Лайрон. Будь ты проклят, будь проклят тот день, когда ты приехал к нам в дом, будь проклят тот день, когда ты сделал мне предложение и я согласилась. Все это время я отказывала тебе в близости, пила настойки, только чтобы не забеременеть от тебя! Я не хочу от тебя детей, не хочу быть твоей женой, я хочу развода.
Она била его ладонями по груди. Мартин стоял, закрыв глаза, стараясь не шататься. Потом он резко открыл глаза, перехватил ее руки.
- Хорошо. Ты получишь развод.
Голос мужчины прозвучал резко, холодно, как клинок его шпаги. От этого Магда даже замерла на месте, открыла рот. Она впервые услышала такой тон от мужа. Мартин обвел взглядом комнату и увидел толпу слуг, которые стояли в коридоре и наблюдали за скандалом. Заметив Нестора, он сказал:
- Нестор, будь добр, пригласил в мой кабинет поверенного и Андерна. Я подойду туда через полчаса.
Помощник кивнул и поспешил уйти. Слуги стали расходиться, среди них он заметил управляющего, который отходил от двери с опущенной головой. В комнату проскользнула служанка Магды замерла у входа, ожидая приказов хозяйки.
- Ты получишь развод, - спокойно сказал Мартин, отпуская руки Магды и отступая от нее на шаг. – Если ты не любила меня, зачем тогда согласилась стать моей женой, давала мне надежду, что мы станем настоящей любящей семьей? Ты могла бы сразу отказать мне, зачем ты терпела все эти годы? Мы могли бы договориться ранее о том, как будем жить, изображая счастливую семью. Зачем ты обманывала отца, обманывала меня? Я не понимаю, что я сделал такого, чем обидел тебя, чтобы ты так ненавидела меня. Прости, что верил в то, что мы с тобой станем любящей семьей.
Он развернулся и вышел, прошел в свои комнаты, медленно осмотрелся, потом достал дорожный саквояж, с которым почти четыре года назад приехал в этот дом, стал складывать в него свою одежду, документы, снял со стены свой боевой клинок. Потом он закрыл саквояж, переоделся в дорожную одежду, вышел из комнаты, направился в кабинет, где его уже ждали поверенный и Андерн.
- Господа, я принял решение расторгнуть брак с Магдой. Все, что я получил по завещанию от Рауля Перенгтона и имею на сегодняшний день, я оставляю своей жене. Себе я оставлю немного денег, чтобы устроиться на первое время. Больше я ничего не заберу с собой.
- А мануфактуры, предприятия? – каким-то убитым голосом спросил Андерн.
- Все остается Магде. Найдите хороших управляющих. Мне они больше не нужны. Мне не для кого зарабатывать все эти деньги. Уважаемый Октерс, прошу, засвидетельствуйте наш развод с Магдой.
- Вы желаете оставить ей титул? – спросил поверенный.
Мартин на минуту задумался, потом отрицательно покачал головой.
- Нет, титул оставлять Магде я не хочу. Я вошел в этот дом, имея только титул, и уйду, забрав его. Это единственное, что мне осталось после смерти матери и после того, как отец выгнал меня из дома, лишил всего остального. Я забираю только титул и свое имя, все остальное я оставляю. Теперь она довольно богатая женщина. Думаю, что Магда сможет прожить без титула, найти того, кого она сможет полюбить.
- Хорошо, я понял, - кивнул головой поверенный. – Прошу, разрешите занять стол, чтобы я смог составить необходимые бумаги? Мне потребуется какое-то время, чтобы составить все правильно.
Мартин ни слова не говоря, поднялся со своего места, отошел к окну. Пока Октерс что-то писал, к нему подошел Андерн, встал рядом.
- Мартин, может подумаете?
- Нет, дорогой мой, - он повернул голову в сторону управляющего. – Магда вышла за меня не по любви, за это время так и не смогла полюбить меня. Вы сами слышали ее слова и весь наш разговор. Она даже не хотела от меня детей. Мне добавить больше нечего. Оставаться рядом с женщиной, которая ненавидит меня не понятно почему я не хочу.
Мартин замолчал, говорить не хотелось. Андерн стоял рядом и тоже молчал. Молчал весь дом, слуги затихли, не было слышно их шагов, даже в кухне не гремели посудой.
Прошел почти час, как поверенный оторвался от бумаг.
- Граф, я подготовил все бумаги. Нужны только ваши с Магдой подписи. Можете пригласить ее сюда?
- Нестор, - крикнул Мартин куда-то в пустоту.
Через минуту открылась дверь, вошел помощник.
- Будь добр, пригласи сюда госпожу Магду.
Мужчина кивнул головой и поспешил уйти. Через минут десять Магда появилась в кабинете. Она осмотрела мужчин надменным взглядом, остановилась на Мартине.
- Что ты хотел от меня? – в ее голосе было столько холодной неприязни, что поверенный и управляющий невольно повели плечами, как от холодного ветра.
- Прошу, ознакомься с этими документами и подпиши, - таким же холодным тоном ответил Мартин.
- Что это? – она подошла к столу взяла из рук поверенного бумагу, долго читала ее, потом положила на стол. – Ты все оставляешь мне?
В голосе звучало недоверие.
- Да, я все оставляю тебе. Забираю только свое имя и титул, единственное, что было при мне, когда я переступил порог вашего дома. Тебе они не нужны.
Она взяла перо и быстро подписала бумагу. Мартин тоже подошел к столу, поставил свою подпись там, где указал Октерс. Потом поверенный приложил к их подписям гербовую печать, глухо сглотнул, прочищая горло.
- Согласно законам королевства Регенторн брак между Магдой Перенгтон и графом Мартином Лайроном считается расторгнутым по обоюдному согласию.
- Спасибо, - Мартин склонил голову в поклоне, забрал свой документ, аккуратно убрал в свой саквояж, потом повернулся и молча вышел из кабинета.
В коридоре его догнал Нестор.
- Капитан, я хотел бы поехать с Вами.
- Нет, дружище, - Мартин слабо улыбнулся, улыбка вышла вымученной, кривой. - Я и сам не знаю, куда поеду. Мне некуда ехать, у меня нет денег, мне нечего тебе предложить. Прошу, не обижайся. Ты хороший друг, но я и сам не знаю, что ждет меня. Прости и прощай.
- Я приказал подготовить для вас дорожную карету, - Нестор опустил взгляд. – Мне очень жаль расставаться с Вами.
- Спасибо, - Мартин улыбнулся, положил руку на плечо своего помощника, чуть сжал пальцы. – За все спасибо. Может мы когда-нибудь еще встретимся.
Он вышел из дома, в котором надеялся найти свое счастье, сел в карету.
- Отвези меня на остановку дилижансов, - попросил он кучера.
Карета дернулась, тронулась с места. Мартин последний раз посмотрел на дом, закрыл глаза и тихо произнес:
- Рауль, я знаю, ты слышишь меня. Я сделал все, что мог для твоей дочери. Прошу, не обижайся на меня, но жить с ней я не смогу.
Глава 6.
Глава 6.
Карета довезла Мартина до стоянки дилижансов. За время, пока они ехали, капитан решил добраться до столицы, заключить новый контракт с королевской армией и уехать в самый дальний гарнизон. Ему повезло, дилижанс до столицы отправлялся через пару минут. Он только успел занять место в битком набитом дилижансе, поставил под ноги свой саквояж, как он тронулся с места. Всю долгую дорогу до столицы капитан думал, что происходило между ним и женой все это время, почему она так себя вела. Он отрешился от всех других проблем, остались мысли только о себе и Магде. И постепенно картина стала складываться. Он вспомнил все, что слышал от Рауля, что говорила ему Магда, как вела себя на этих приемах, как смотрела на ту неприятную женщину – дочь городского главы и ее мужа, вспомнил, какими глазами смотрел этот мужчина на Магду. А потом вспомнил, как она кричала в запале имя этого мужчины – Бориан, которому она хотела отомстить своим замужеством. И все встало на свои места. В груди расплылось жгучее чувство, которое затапливало его полностью. Не было у Магды никакой любви к нему. Она просто приняла его предложение, чтобы доказать своему бывшему жениху, что она кому-то еще нужна. Когда Мартин сделал из нее королеву, она просто мстила всему обществу, которое до этого смеялось над ней. Никогда она не любила Мартина, ей были нужны только замужество и его титул, сам муж при этом был не обязателен. Мужчина даже не заметил, как глухо застонал от этого понимания, чем вызвал косой взгляд своего соседа.
Почти сутки Мартин мучился от этих мыслей, которые раздирали его изнутри. Ему не было обидно, что оставил все имущество и деньги Магде. Это малое, чем он откупился от ее ненависти и отплатил полковнику. А потом наступило осознание, что теперь ему не придется рваться изо всех сил только для того, чтобы обеспечить женщине, которая ненавидит его, достойную жизнь. Теперь она сама будет заботиться о том, как и с кем хочет жить, а у него наступает новая жизнь. И наступило облегчение.
Подъезжая к столице, Мартин уже наметил в голове план, что будет делать дальше. Он снял в недорогой гостинице номер, привел себя в порядок с дороги, отправился в Генеральный штаб. Там встретили его равнодушно, как просителя, который что-то клянчит у власти, долго отправляли из одного кабинета в другой, даже имя полковника Перенгтона не открывало перед ним двери. Уже к вечеру он добрался до очередного кабинета, где выслушали о его желании служить королевству. Какой-то сухощавый клерк в гражданском сюртуке записал все его данные, сделал отметку о том, где можно найти Мартина, сказал, что его обращение будет рассмотрено, и отправил его ожидать ответа.
Мартин за этот день устал так, что, добравшись до своего номера, просто разделся, быстро перекусил скудным ужином, который ему принесли в номер, и завалился спать. Он спал без сновидений, только под утра ему приснился полковник, который смотрел на него виноватым взглядом и качал головой. «Прости, Мартин, я не знал. Ничего не знал. Думал, что поступаю правильно. Прости. Я не обижаюсь на тебя, она сама виновата», - прошелестели в голове слова Рауля, когда он стал растворяться в его сне. Зато потом неожиданно приснился отец, который тянул к нему свои руки. От этого видения Мартин проснулся и никак не мог понять, где он находится.
Ждать ответа из Штаба пришлось долго. Прошло уже больше двадцати дней, а письма или вызова в Штаб Мартин так и не получил. Он бесцельно бродил по столице, в которой учился целых пять лет, дошел до своего корпуса, но заходить, чтобы встретиться с командирами, которые обучали их, не стал.
Когда прошло тридцать дней Мартин не вытерпел и сам отправился в Штаб, вошел в кабинет к тому клерку, который принимал его обращение. Мужчина недовольно оторвался от своего занятия, поднял голову, увидел Мартина и растянул губы в фальшивой улыбке.
- Добрый день, капитан Лайрон. А я как раз собирался послать за Вами посыльного.
Мартин ничего не стал говорить, только поморщился.
- Знаете, к нам пришло вот это письмо, - клерк порылся в своих бумагах и достал синий конверт, запечатанный сургучом. – Вы сами понимаете, нам пришлось его вскрыть, чтобы прочитать. Вы сами поймете, прочитав его, что мы не сможем принять Вас на службу.
Мартин ничего не понял, нахмурился, принял из рук мужчины письмо. Сургучная печать была сломана, клерк не соврал. Он открыл конверт, достал оттуда сложенный лист гербовой бумаги и узнал герб своего отца. «Сын, где бы ты ни был, прошу вернуться домой. Мне осталось жить совсем немного. Нам надо обо многом поговорить. Прошу, вернись домой, это очень важно для всех нас».
Мартин хотел скомкать в руках бумагу, но аккуратно сложил лист и убрал обратно в конверт.
- Вы сами понимаете, что поэтому мы не можем принять Вас на службу.
И снова губы клерка растянулись в неприятной улыбке. Мартин развернулся и вышел. Пока шел до гостиницы, думал, зачем он понадобился отцу, разве он не отрекся от него? И что за срочность такая - «…осталось жить совсем немного…», а разве некому быть рядом с отцом? Пусть Эйра ухаживает за ним. Пока он шел до гостиницы вся злость на отца выветрилась. Он решил доехать до Банкертоуна, поговорить с отцом, чтобы навсегда закрыть эту главу своей жизни.
И снова почти десять дней он трясся в дилижансе, который шел со скоростью вяло бредущей лошади, останавливался подолгу в каждом городишке. Родной Банкертоун встретил его прохладным ветерком и мелким дождем. Он поймал извозчика, назвал адрес дома отца. Чем ближе приближался дом, где он родился и рос, тем сильнее сжималось в груди сердце от непонятного чувства. Хотел ли он встретиться с отцом? Нет, не хотел. Он этого человека с трудом мог назвать отцом, никаких родственных чувств между ними не было. Мартину хотелось одного – посетить семейный склеп, поклониться гробу матушки, обнять старого друга Даниеля, а потом окончательно попрощаться со своим прошлым и уехать туда, где попытается построить новую жизнь.
Дом вырос перед Мартином светлой громадой. Пока он выбирался из пролетки, на крыльцо почти выбежал Даниель, который бросился обнимать Мартина. В глазах старого друга, который сильно сдал за эти почти десять лет, блестели слезы.
- Мартин! – мужчина смахнул невольную слезу. – Я так рад тебя видеть. Как ты изменился, возмужал. Пойдем скорее, пойдем. Отец давно ждет тебя.
- Что с ним? Где Эйра?
Мартин назвал имя жены отца и скривился.
- Отец болен, сильно болен. А Эйра? Не знаю. Отец развелся с ней и выгнал из дома вместе с ее нагуляшем. Я писал тебе.
- Развелся? Выгнал? – брови Мартина удивленно поползли вверх. – Я не получал этого письма.
- Не получал? – удивился Даниель, покачал головой и погрустнел. – У нас много событий произошло. Я тебе все написал, хотя господин Дерек просил ничего тебе не сообщать.
Они дошли до старой комнаты Мартина, Даниель открыл дверь.
- Я приказал здесь ничего не трогать, хотя Эйра все время хотела переделать эту комнату.
- Спасибо, - тепло проговорил Мартин, заходя в свою комнату.
- Я прикажу приготовить тебе ванну, чтобы ты освежился с дороги. Ты сначала пойдешь к отцу, а потом поешь?
Мартин задумался, потом кивнул головой.
- Давай я приму ванну, потом схожу к отцу. А уже потом мы с тобой обо всем спокойно поговорим за ужином.
- Я быстро, - ответил старый друг и ушел.
Через полчаса Мартин направился в комнату к отцу. Он застал его сидящим в большом кресле, обложенным подушками.
- Извини, сын, я бы встал, чтобы приветствовать и обнять тебя, но не могу – ноги отказали. Скоро я и сам весь откажу, - его лицо исказилось в какой-то кривой улыбке.
- Добрый день, отец, - Мартин смотрел на этого мужчину и не узнавал. Совершенно седой, почти высохший до костей, с ввалившимися глазами и впалыми щеками не был похож на прежнего Дерека Лайрона. И говорил так, как никогда бы не сказал прежний отец. – Как ты себя чувствуешь?
- Что? Не узнаешь? – отец нашел в себе силы, грустно усмехнулся. – Я тоже не узнаю себя. Спасибо, что приехал. Я не надеялся на это после того, как поступил с тобой.
Отец с каким-то жадным вниманием всматривался с лицо сына, но Мартин промолчал, стараясь не показывать свое состояние.
- Зачем ты меня позвал? – спросил наконец Мартин.
- Я должен извиниться перед тобой, я сильно виноват. Прошу, садись. Разговор предстоит долгим. Я не хочу его откладывать, так как лекари отмерили мне совсем немного времени, - он снова грустно усмехнулся. – Если бы я в свое время услышал тебя, то сейчас был бы в полном здравии. Это все, - он провел перед собой слабой рукой, - действие ядов, которыми кормила меня Эйра в надежде, что я умру и все мое имущество достанется ей и ее нагуляшу. Садись, Мартин. Я должен тебе все рассказать. А там ты уже думай, как быть дальше.
В комнату вошел личный слуга отца, внес на подносе кувшин с каким-то мутноватым питьем, налил в бокал. Дерек кивнул головой. Слуга помог ему выпить половину напитка.
- Это для того, чтобы я смог поговорить с тобой, - пояснил отец, когда слуга вышел из комнаты, оставив их наедине. – Эта настойка и спасла меня, когда Эйра решила меня убить.
Мартин занял кресло перед отцом и дал понять, что готов слушать.
- Ты же знаешь, что мой брак с твоей матерью Анной был договорным. Я никогда не любил ее и не понимал, почему он хочет сделать наш брак настоящим. Она была из старого графского рода, у которого ничего, кроме титула не осталось. Я женился на ней только из-за титула, заключив договор с ее отцом, что оплачу все их долги. Я не принимал ее, не хотел видеть возле себя, меня злило, когда она улыбалась мне, когда добивалась моего внимания. Меня бросало в ярость, когда она на приемах делала вид, что наша семья счастливая. Я всячески старался отдаляться от нее, даже позволил Анне перестраивать этот дом по ее вкусу, только чтобы она не донимала меня, - отец замолчал, закрыл глаза на минуту, потом открыл и продолжил. – Знаешь, мне неожиданно понравилось, как она обустроила наш дом. По моему настоянию она сделала два крыла – свой и мой. Я даже не нашел, что можно было бы изменить в свой части дома. Нашим домом стали восхищаться, наш парк стал предметом подражания. Но я не мог позволить себе признаться ей, что доволен ее работой. Мы встречались только за общими обедами и ужинами, все реже я посещал ее по ночам. Когда родился ты, мне этого было достаточно, и я перестал приходить к Анне, как к женщине. Хотя и был рад наследнику, но отцовских чувств у меня к тебе не было. Ты был сын нелюбимой женщины.
Мартин опустил голову, чтобы отец не увидел в его глазах блеск слез. Он прекрасно помнил матушку, как она вечерами сидела у камина в своей любимой чайной комнате и с грустью смотрела на огонь.
- Когда она умерла, я вздохнул с облегчением, решил, что теперь я заживу новой счастливой жизнью, найду женщину, которую буду любить. И я встретил Эйру. Вернее, не так. Я знал ее раньше. Она была дочерью моего партнера, они бывали в гостях в нашем доме. Но тогда она была совсем девчонкой и совершенно не интересовала меня. Когда я встретил ее после смерти Анны, я увидел, как она расцвела. Да что тебе говорить, ты сам видел, какой красивой женщиной она стала. И я, как мальчишка, потерял от нее голову. Я с трудом дождался ее восемнадцатилетия, сразу же женился на ней. Я видел, как на нее смотрят мои знакомые, завидуют мне, ведь никто не мог похвастаться, что их жены так же прекрасны, как моя Эйра. Я ее страшно ревновал, верил каждому ее слову. И я ревновал тебя к ней. Поэтому и поверил, когда застал ее в твой спальне. Я был готов убить тебя, только Эйра сдержала мой гнев.
Мартин невольно дотронулся до губы, где у него до сих пор остался с того памятного дня шрам. Отец заметил его жест и поморщился.
- Извини меня, сын. Я не мог поверить, что Эйра сама пришла к тебе. Поэтому я отослал тебя из дома. Я не знаю, что со мной делала Эйра, но я верил каждому ее слову, был готов растерзать всех из-за одной ее слезинки. А потом ты вернулся домой и снова увидел ее в твоей комнате. Когда увидел следы твоих пальцев на ее руке, я впал в бешенство и сделал то, о чем сейчас так жалею.
Отец опустил голову, потом повернулся к столику, взял с него бокал с остатками своей настойки, выпил, немного посидел с закрытыми глазами.
- Прости, сейчас мне станет легче, - проговорил он тихим голосом. – У меня отравлен весь организм, я не сразу понял, что со мной происходит, слишком поздно доверился лекарю. Ему удалось только на время остановить разрушение моего тела. Так вот. Когда ты уехал, Эйра снова была рядом со мной, была мила и ласкова, все время твердила мне, что очень хочет родить мне наследника. Я мечтал об этом, старался. Я даже написал завещание в пользу ее и нашего будущего ребенка. Через два года Эйра сказала, что беременна. Я был счастлив. Но она не доносила ребенка, родила мертвую девочку. Я тогда подумал, что это наказание мне за то, что я отрекся от своего первого сына, то есть от тебя. Я обращался в Храм, молился всем святым, хотел написать тебе письмо, но Эйра отговорила меня. Прошло еще четыре года, прежде чем Эйра сообщила, что снова ждет ребенка. Я снова был счастлив. Но у меня внезапно произошел непонятный приступ, я потерял сознание. Осмотревший меня лекарь сказал, что имеются признаки отравления. Он тщательно обследовал меня и сообщил, что я не могу иметь детей. Я отказывался верить, ведь моя Эйра носит моего сына. Я тогда поругался с лекарем, выгнал его. Но когда до родов оставалось совсем немного времени, у меня вновь случился новый приступ, сильнее прежнего. Лекарь вновь пришел ко мне, заставил пить свои настойки и долго хмурился. Потом он вновь сказал, что меня опять хотели отравить. Я отказывался верить в то, что к этому может быть причастна Эйра, ведь она была так мила со мной, беспокоилась и не отходила от моей постели, пока я не мог поняться. По настоянию лекаря я стал принимать его настойку каждый день утром и вечером так, чтобы об этом никто не знал. Я никому не мог доверять, думал, что мои враги хотят убить меня. Да, у меня были трудные времени, пришлось много сил приложить, чтобы удержать все свое дело, не дать уничтожить себя конкурентам.
Эйра родила сына, и я был счастлив. Я осыпал ее подарками, устроил в ее и сына честь большой прием. Мои приступы какое-то время не повторялись, но когда сыну исполнился год, я вновь упал без сознания на ужине, когда у нас в гостях был мой новый партнер. Он вызвал своего лекаря, приказал ему осмотреть меня полностью. И его лекарь подтвердил, что меня хотят отравить, травят постепенно, добавляя в еду яд. Он также приготовил мне настойку, похожую на ту, которую давал мой лекарь. Он уже собрался уходить, как в доме началась суета, крики. Я подняться не мог из-за слабости, а лекарь поспешил выйти. Он вернулся через полчаса и сказал, что мой сын Эдмон по недосмотру няни упал и разбил нос. Лекарь осмотрел ребенка, прописал ему настойки, успокоил Эйру, которая суетилась возле сына. Когда лекарь вернулся ко мне, был хмур и его вопрос просто раздавил меня. «Господин Лайрон, вы уверены, что Эдмон Ваш сын?» Я тогда хотел накричать на него и выгнать, как сделал бы со своим лекарем, но мой партнер, который был в это время в комнате, остановил меня, предлагая выслушать лекаря. «Я лечу людей очень давно, более тридцати лет, неоднократно принимал роды, наблюдал за младенцами и их родителями». «К чему Вы ведете?» - я не мог терпеть, пока он дойдет до самого важного. «Прошу, не перебивайте, - остановил меня лекарь. Я все расскажу. Каждый ребенок несет частичку своих родителей, иногда в нем проявляются черты других родственников. Но, насколько я могу судить, в вашем роду никогда не было рыжеволосых и зеленоглазых. И в роду вашей жены таких тоже не наблюдалось. Мне приходилось общаться с ее отцом и его братьями, видеть ее матушку. Они все были светловолосыми и голубоглазыми. Рыжих и зеленоглазых среди них никогда не было. В Эдмоне я не увидел ни одной частички вашего рода. Возможно, черты лица имеют общее с Эйрой, так как она его мать. Но вы совершенно не можете быть его отцом». Знаешь, Мартин, я был разбит его словами, не хотел им верить. Но после этого я стал присматриваться к Эйре, приказал своим людям следить за ней. А еще я поручил своему слуге тщательно следить за тем, что подают на обед, не подпускать к еде Эйру. Мне даже стало легче, когда почти два месяца я ел только то, что мне приносил мой слуга и я пил настойку своего лекаря. Однажды мне сообщили, что выследили Эйру, она встречается с неким Гербером Онтаром. Я приказал его привести ко мне, но так, чтобы об этом не узнала Эйра. Когда я увидел его, у меня не осталось ни тени сомнения – он и Эдмон одно лицо. Он сам признался в этом. И сказал, что дочка Эйры, которая так и не родилась, тоже была его ребенком. Я приказал его увезти из города так далеко, чтобы он не смог связаться с Эйрой, а сам приказал продолжать следить за ней. Я чувствовал, что приближается развязка, но не ожидал, что наступит так скоро. Эйра стала что-то подозревать, заметалась. Однажды она сказала, что хотела бы съездить вместе с сыном в гости к своим родителям. Я сделал вид, что согласился, предложил ей вместе позавтракать, а потом просто вытрясти из нее признание. Но я не сдержался, стал говорить с ней прямо за столом. Она плакала, просила никому не верить, а только ей, что Эдмон мой сын. Тогда я пригласил поверенного и при Эйре приказал ему составить новое завещание, по которому она лишается всего, сама отправляется в тюрьму, как отравительница. Она сделала вид, что упала в обморок, началась суматоха. Я и не заметил, как она успела добавить мне в кофе яд. Когда Эйру увели, я, ни о чем не подозревая, выпил кофе. В этот раз я чуть не умер. Хорошо, что лекарь оказался в доме. Ему удалось выцепить меня из лап смерти, но мои ноги больше не могут ходить. И все мое тело умирает. Я приказал поверенному расторгнуть брак с Эйрой, лишить ее всех денег, которые она получала от меня. Я не стал отправлять ее в тюрьму из-за сына, не хотел оставлять ребенка сиротой. Я отправил Эйру с ребенком в самый дальний дом ее родителей с приказом никуда не выпускать под страхом смерти. Я написал новое завещание, по которому моим наследником остаешься ты единственный. Я написал письмо королю с просьбой восстановить тебя во всех правах рода и получил ответ, а также грамоту о том, что ты являешься единственным и последним наследником рода Лайрон со всеми правами и привилегиями. Я отправил в Наверсет письмо с просьбой, чтобы ты приехал. Я боялся, что ты не успеешь. Прости меня, сын.
И когда-то сильный мужчина, который теперь был похож на высохшую ветку старого дерева, склонил седую голову в покаянном поклоне.
- Я прощаю тебя, отец. Очень жаль, что ты слишком поздно понял свою ошибку.
- Знаешь, сын, только недавно я понял, что у меня была настоящая семья с твоей матерью. Она любила меня до последнего своего вздоха, я никогда не слышал от нее ни слова упрека. Она ничего не требовала от меня, не просила. Наоборот, она отдавала мне все, что у нее было – свое сердце, любовь, заботу и надежду, что мы сможем стать семьей. Ничего не просила взамен. Нет, просила только одного – поверить ей, что она любит меня. А я не хотел в это верить. И не увидел рядом с собой ту, с кем мог бы почувствовать настоящее счастье. Я променял ее на красивую пустышку, так ни разу не поблагодарил ее за все ее терпение, за сына, которого она родила и воспитала. Мне осталось немного, надеюсь, что я встречусь с ней там, на Небесах, и встану перед ней на колени. Я бы сейчас тоже встал перед тобой на колени, но не могу этого сделать.
- Я прощаю тебя, отец, - с тихим вздохом ответил Мартин. Говорить отцу нечего.
- Спасибо, сын. Все необходимые бумаги я оставил Валису Райнору, Даниель тоже в курсе моей последней воли. Они помогут тебе. Все документы по нашим предприятиям, торговым лавкам ты найдешь в кабинете. А сейчас прости, я очень устал, хочу отдохнуть.
Мартин поднялся и вышел. Почти сразу же в комнату отца прошел его верный слуга. Мартин еще не успел дойти до своей комнаты, как раздался крик слуги:
- Господин Дерек умер.
Глава 7.
Глава 7.
Прошло три месяца со дня смерти старого графа Лайрона. На его похороны пришел чуть ли не весь город, но скорее не для того, чтобы проститься с его телом, а чтобы посмотреть на Мартина. Многие женщины кидали в его сторону любопытные взгляды, кто был посмелее, напрашивались к нему в гости, приглашали к себе. Некая баронесса Арнира Ногерман, которую последнее время называли первой красавицей Банкертоуна, подошла к Мартину. Ей на вид было не больше двадцати двух, хотя поговаривали, что ей давно исполнилось тридцать лет и до сих пор она ищет для себя достойного мужа – богатого и красивого.
- Дорогой граф, я прекрасно понимаю, как тяжело хоронить родных. Я тоже недавно похоронила любимую бабушку. Поэтому я хочу поддержать Вас в Вашем горе. Я завтра приду к Вам на ужин, чтобы вместе почтить память графа Дерека Лайрона. Мы были с ним знакомы, поверьте, это был достойный и уважаемый человек.
- Спасибо, баронесса, но, к сожалению, я не готов пока принимать гостей в своем доме, - Мартин постарался говорить так, чтобы эта наглая дама сразу поняла, что он не желает ее видеть. – И у меня были совершенно другие планы на вечер. За сочувствие – благодарю.
Он поспешил отойти от дамы и увидел в ее взгляде злобный огонек. Судя по всему, ранее никто и никогда не отказывал этой красавице. Мартин надеялся, что она поймет его слова правильно, но недооценил настырность баронессы. Она явилась к нему на следующий день в полдень. Когда Даниель проводил ее в кабинет, где Мартин разбирался с бумагами отца, она выдала ему свою самую очаровательную улыбку. Он остался сидеть за столом, пренебрегая всеми нормами хорошего тона, чтобы встать и приветствовать женщину. Она оценила это, но сделала вид, что не обратила внимание, вновь улыбнулась ему самой соблазнительной улыбкой и подошла к его столу, уперлась рукой о столешницу рядом с ним, стараясь достать своим бедром его колени и наклоняясь так, чтобы он увидел ее соблазнительную грудь в довольно низком декольте. Мартин отодвинулся от не вместе с креслом, сложил руки на груди. Девушка недовольно поджала губы.
- Дорогой Мартин, я понимаю, что Вы очень заняты и не можете уделить мне внимание на ужине. Поэтому я пришла в полдень, чтобы вместе отобедать. Вы же не откажете даме в подобной милости?
Она склонила свою голову на бок, провела пальчиками по груди, ожидая его реакцию. Когда мужчина остался спокойно сидеть в своем кресле, она поморщилась. Все ее уловки не действовали на Мартина. Она оттолкнулась от стола и встала с боку от него, смиренно сложила руки перед собой, надевая маску невинности и покорности.
- Послушайте, Арнира, я не хочу показаться невежливым, но я не люблю, когда приходят ко мне без приглашения и мешают мне работать.
Он старался держать себя в руках, но получалось плохо, хотелось подняться, схватить ее за шиворот и вытолкать из дома. Она сейчас напоминала ему Эйру, когда та пришла к нему в спальню и нагло предлагала ему свое тело.
- Вы такой бука, - женщина надула губки, делая вид, что не заметила резкость его слов. – Я на этот раз прощаю Вам такой тон. Но я хотела бы, чтобы в будущем Вы говорили со мной более ласково. Мы могли бы подружиться с Вами, дорогой Мартин. Мы могли бы стать красивой парой.
- Даниель, - крикнул Мартин, не поднимаясь со своего места. Когда через пару мгновений управляющий появился в кабинете, он сказал: - Даниель, баронесса Арнира покидает наш дом. Проводи, пожалуйста, даму до кареты, чтобы она не потерялась в наших множественных коридорах и комнатах.
Управляющий скрыл улыбку, кивнул головой.
- Баронесса? – обратился он к женщине, которая застыла с искаженным от гнева лицом и глотала воздух, не в силах поверить, что ее вот так выгоняют из дома. – Прошу проследовать за мной.
- Ты еще пожалеешь об этом, - только и смогла выкрикнуть женщина, которая развернулась так, что ее юбки подняли небольшой ветер, и поспешила на выход, громко стуча своими каблуками.
Когда управляющий вернулся в кабинет и сообщил, что баронесса уехала, Мартин улыбнулся.
- Дорогой Даниель, проследи, чтобы ее больше не пускали в наш дом. Думаю, что будет лучше закрывать ворота, чтобы никто не появился в нашем доме без спросу.
Арнира сдержала свою угрозу и стала распускать по городу самые нелепые слухи о Мартине, но никто не ожидал, что это будет иметь обратный эффект. Сам граф совершенно не обращал на них никакого внимания, а вот другие с особым вниманием стали следить за его жизнью, ему стали поступать новые предложения по партнерству. Позднее, когда Мартин спросил у Даниеля, почему так происходит, тот улыбнулся.
- Баронесса Ногерман слишком много о себе мнит. Ей уже двадцать шесть, но до сих пор не вышла замуж, никто не устраивает ее в качестве мужа. На каждом приеме она устраивает скандалы. Женщины ее ненавидят, а обиженные ею мужчины, которых она отвергла, готовы мстить вздорной женщине.
Они тогда изрядно повеселились. Демарш Арниры помог Мартину заключить еще несколько выгодных сделок. Свои дела отец вел весьма щепетильно, был надежным партнером, его имя имело вес. И Мартин, приняв дела отца, доказал, что он тоже что-то стоит.
Кроме баронессы Арниры были и другие дамы, которые открыто предлагали Мартину брачные союзы. Некоторые также, как баронесса, приезжали к нему домой, и выгнать их было весьма трудно. Была еще одна – Мантина Фалента, вдова купца, которая распустила по Банкертоуну слух, что Мартин сделал ей предложение и в самое ближайшее время состоится их свадьба. При встрече на каком-то очередном приеме Мантина с криками, что она наконец дождалась его – своего жениха, кинулась на шею Мартина, желая впиться в него поцелуем. Он просто вежливо взял ее за руки, отстранил от себя и громко, чтобы услышало как можно больше гостей, сказал: «Женщина, Вы кто? Я вас не знаю и не желаю знакомиться. И знаете, последнее время я не впадал в беспамятство во время которого мог бы назвать вас своей невестой. Поверьте, я бы запомнил такое событие. Поэтому прошу, не стоит больше кидаться мне на шею с подобными криками». Над Мантиной тогда долго потешался весь город, ей даже пришлось переехать в другое место.
Он смотрел на этих женщин и видел в них только хищниц за чужим состоянием. Отец входил в десятку самых богатых людей Банкертоуна, а он преумножил его состояние и уже через год со дня принятия дел входил в тройку самых богатых горожан. Его назвали почетным гражданином города, приглашали на всевозможные приемы, балы, открытия новых предприятий, ресторанов. Как мог, Мартин отказывался, ссылаясь на занятость. Но последнее приглашение главы города на бал он не смог проигнорировать. Праздновался юбилей его жены, на который был приглашен почти весь город. Мартин уважал эту женщину, с которой он часто обсуждал вопросы благотворительности, поэтому согласился прийти к ним в дом, чтобы поздравить ее.
Мартин не старался как-то по-особому наряжаться на все эти балы и приемы – темный костюм, зачесанные назад темные волнистые волосы, которые отросли за последний год, как он вернулся в родной город, белоснежный платок на шее – вот и все украшения. Он не любил кольца, бриллиантовые булавки, которыми так любили украшать себя богатые мужчины.
Вечером он на своей простой карете без гербов приехал к дому городского главы. На крыльце его встретили слуги, которые проводили его в огромный зал, где было полно гостей, казалось, что весь город собрался здесь. Бал был в полном разгаре. Где-то в дальнем от входа углу играла музыка, некоторые гости уже кружились в танце, остальные стояли группами и что-то обсуждали, поглядывая на танцующих. Было много мамочек, которые вывели своих незамужних дочерей на поиски хорошей партии. Таких было сразу видно по хищным прицельно-направленным на потенциальных женихов взглядам. Когда Мартин вошел в зал, их взгляды сразу же устремились на него. Мужчина улыбнулся, оглядывая присутствующих, легко поклонился, словно здороваясь со всеми.
Он с трудом отыскал в толчее хозяина приема, с трудом пробился к нему, поздоровался. Он видел по выражению лица городского главы, что если бы у того были незамужние дочери, то сейчас он точно бы стал сватать за одну из них. Но Мартину повезло, у главы было два сына и дочь, которую он выдал замуж два года назад. Чуть позже к ним подошла жена главы. Сегодня она выглядела очень счастливой, на щеках играл румянец, глаза сияли. Мартин сердечно поздравил женщину, поцеловал ее в щечку, которую она ему подставила, преподнес милый подарок, получил от нее благодарственный поцелуй в щеку. Дочь головы стояла чуть позади своего отца под руку с мужем и сравнивала его с Мартином. Муж в ее мыслях явно проигрывал последнему. И Мартин видел по ее глазам, что она не отказалась бы от танца с ним. Жена главы пожелала Мартину хорошо провести вечер, оставила мужчин и поспешила к другим гостям, а они обсудили некоторые вопросы пожертвований Мартина в казну города, потом мужчина пожелал приятного отдыха и отошел, заметив в толпе знакомого. Мартин снова осмотрелся.
Все незамужние дамы смотрели на него глазами хищниц, сидящих в засаде, выбирая момент, когда смогут напасть на него. Он не стал ожидать этого и, прикрываясь одной из танцующих пар, пробрался на балкон, занял тихую нишу, погруженную в темноту. Хотелось просто отрешиться от всей этой ненужной ему толчеи, не видеть лживых улыбок, не слышать притворных и ядовитых приветствий. Вечер был довольно прохладный, со стороны парка он приносил запах зелени и воды. Над головой в темном бархатном небе мерцали звезды. Луны сегодня не было и на улице царила почти полная темнота. Только из открытой двери на плиты пола балкона падал свет. Мартин закрыл глаза, подумал, что он еще немного побудет здесь и постарается незаметно убежать домой.
На балкон выходили пары, но прохладный ветер быстро холодил оголенные плечи дам, и парочки спешили вернуться в духоту зала. Мартин уже собрался возвращаться в зал, как на балкон быстрым шагом вышла незнакомая ему молодая женщина, которая, судя по ее виду и движениям, пыталась от кого-то скрыться. Мартин мог дать ей около двадцати – двадцати пяти лет. Одета в сравнительное скромное платье какого-то светло-голубого цвета с оголенными плечами, которое открывало ее длинную красивую шею. На ней не было никаких украшений, только темные волосы убраны в простую косу и украшены простым белым кружевом. Она оглядывалась в поисках убежища, уже хотела пройти в темный угол, где прятался Мартин, как следом за ней на балкон выбежал молодой мужчина, которых обычно называли «хлыщами» - не старше двадцати пяти лет, модный костюм, закрученные кудрями волосы, множественные кольца на пальцах. Он схватил женщину за запястье и дернул на себя. Женщина не устояла и полетела прямо в наглые объятия хлыща.
- Ну куда ты все время убегаешь от меня, ведь все равно будешь моей.
И хлыщ засмеялся противным смехом, потянулся, чтобы поцеловать женщину. Мартин видел, как женщина задергалась в его руках, пытаясь вырваться, уклоняясь от поцелуя.
- Отпусти меня, Генри, или я закричу, - прошипела она.
- О! Ты отрастила зубки? Не боишься, что я скажу твоему папочке, что это ты бросилась в мои объятия? Ты же знаешь, что ждет тебя?
- Отпусти. Я ненавижу тебя.
- Я, смотрю, что брак с бароном Лурансом не пошел тебе на пользу, он так и не смог укротить твой нрав? Но ничего, я сам укрощу тебя.
- Отпусти, я закричу, - она не оставляла попыток вырваться из рук хлыща.
- О да, Ирма, ты будешь кричать, - он рассмеялся. – Будешь кричать подо мной, когда я сделаю тебя свой женщиной.
Мартин больше не мог ждать, чем все это закончится и вышел из своего укрытия, схватил женщину за руку, выхватывая ее из объятий подонка. Он сразу прижал ее свой рукой за талию к свой груди и чуть повернулся, чтобы убрать женщину с линии возможного удара. Он ожидал, что она испугается, закричит и был готов закрыть ее рот поцелуем, чтобы успеть шепнуть ей нужные слова. Но она вдруг сама прижалась к нему, словно ища защиту в его руках, а еще она повернула голову и посмотрела с дикой ненавистью на этого Генри. А Генри застыл от неожиданности, открывал рот, не зная, что сказать.
- Ирма, я искал тебя по всему залу, а ты с кем-то обнимаешься? Ты же знаешь, что я весьма ревнив? Ты хочешь, чтобы я прямо здесь убил этого мальчишку? – с наигранным недовольством сказал Мартин.
Женщина замерла в его руках, но когда он слегка сжал пальцы на ее талии, вскинула голову и проговорила:
- О, прости дорогой. Просто встретила старого друга, который был просто сам не свой от счастья от нашей встречи. Вот и полез обниматься.
- Тебя я прощаю тебя, - громко проговорил Мартин, а потом наклонился к ее ушку и прошептал. – Ничего не бойся. Я граф Мартин Лайрон, - потом проговорил громко в сторону Генри. – А этого хлыща желаю вызвать на дуэль.
Он коснулся губами ее ушка, а Генри, который отошел от первого шока, закричал:
- Ты еще кто такой? Отпусти ее немедленно. Это моя женщина.
- Она не может быть твоей женщиной, потому что она моя невеста, - спокойно ответил Мартин и коснулся губами виска Ирмы, которая замерла в его руках и еще больше прижалась к нему.
И вдруг Мартин понял, что он не сможет отпустить ее, что вот так – стоять и прижимать ее к своему телу – правильно. И так будет. Всегда. Никому не отдаст.
- Невеста? – лицо хлыща вытянулось. – Когда это ты успела?
- Мы обручились сегодня, - спокойным голосом ответила Ирма, а Мартин снова поцеловал ее в висок, чувствуя губами, как под бархатной кожей нервно бьется жилка.
- Да, Ирма согласилась стать моей женой, чем сделала меня самым счастливым мужчиной. Что тебя так удивляет? – он посмотрел на Генри, который застыл в немом удивлении. – Что ты хотел от моей будущей жены? Вопрос о дуэли все еще открыт.
- Я? Дуэль? – он заозирался, но не нашел поддержку. На балконе никого больше не было. – Я просто…хотел с ней поздороваться. Нет. Дуэль нет…
Генри сделал шаг назад, собираясь немедленно сбежать.
- Послушай меня, знакомый, - с усмешкой сказал Мартин. – Еще раз я увижу, что ты желаешьтак поздороваться с моей будущей женой, я просто убью тебя. Без всякой дуэли. Поверь, мне приходилось убивать, даже имею награды от короля за убийства. Ну что скажешь?
- Я? Я? – он стал отступать в сторону выхода на балкон. – Ничего.
Потом он развернулся и быстро убежал в зал, а Ирма выдохнула. Мартин осторожно развернул ее к себе лицом.
- Мне очень приятно познакомиться Ирма…?
- Ирма Луранс, вдова барона Олда Луранса, урожденная Перье.
- Граф Мартин Лайрон, - представился он еще раз. – Разведен год назад.
Они только успели улыбнуться друг другу и тихо рассмеяться, как на балкон почти выбежал пожилой мужчина в криво сидящем на нем сюртуке, явно не первого года носки. За ним следовала пухленькая женщина, которая смотрела на мужчину каким-то затравленным взглядом. Она увидела Ирму и остановилась, а мужчина подбежал к Ирме, схватил за руку, с силой дернул на себя, но Мартин крепко держал ее в свои руках.
- Отпусти ее немедленно, - прокричал мужчина. – Это моя дочь и она сейчас же уйдет со мной.
- Она никуда не уйдет с тобой, - спокойно ответил Мартин. – Она моя невеста, и сейчас мы вместе с ней поедем ко мне домой.
- Невеста? – мужчина даже опешил, отпустил руку Ирмы и сделал шаг назад. – Когда ты, дрянь такая, успела стать чьей-то невестой? Ты же знаешь, что я собирался просватать тебя другому…
Явно отец в ночных сумерках не сразу узнал графа и не так оценил его простой костюм. Он не успел проговорить, как Ирма спокойно ответила.
- Отец, я больше никогда не пойду замуж за того, кому ты продал меня.
- Так, а я хотел бы узнать подробности, - с глухим рыком проговорил Мартин, снова прижимая женщину к своей груди. Сказано всего несколько слов, и он понял, что происходит в этой семье. - Кому на этот раз ты продал свою дочь?
- Что здесь происходит? – пролепетал мужчина, переводя злой взгляд с дочери на Мартина. – А ну быстро говори, негодная, что происходит. И немедленно иди ко мне.
- А что говорить? – Ирма усмехнулась, глядя отцу прямо в глаза. – Я дала свое согласие стать женой графа Мартина Лайрона. И к тебе, отец, я больше не пойду.
Она посмотрела открытым взглядом на Лайрона, он улыбнулся ей, поцеловал в губы и повел к выходу.
- А ну стой! – закричал мужчина, стараясь догнать Ирму и Мартина. – Ты сейчас же вернешься домой.
- Она не вернется в твой дом, - Мартин остановился, развернулся к Виору Перье. – Она моя невеста, будущая жена. Она поедет в мой дом. К тебе она никогда больше не вернется.
- Тогда ты должен мне заплатить за нее! - с каким-то отчаянием закричал мужчина, до которого только что дошло, кто перед ним. Отдать дочь в жены настоящему графу – это же самый богатый выигрыш, что мог прийти в руки Виору и отпускать такую возможность он не собирался. В его голове уже послышался звук золотых монет, что отсыплет ему этот граф за Ирму.
- Ты ничего не получишь от меня, - теперь голос Мартина звучал холодной сталью, что отец Ирмы сделал испуганный шаг назад.
- Но я хотел…, ты должен заплатить мне за дочь, - потребовал Виор.
- Моя невеста – не товар, - отрезал Мартин. – Она взрослая женщина и сама может решать свою судьбу. Твоего согласия нам не требуется.
- Ирма, доченька, ты не имеешь права так поступать со мной! – его голос дрожал, выражая страх. Все надежды на хороший выкуп рассыпались в прах.
Мать все это время стояла на границе света и тьмы, прижимая ко рту свою пухлую ручку. Она не вмешивалась, терпеливо ждала, что скажет муж.
- Отец, это ты не имеешь права так поступать со мной. Ты второй раз собираешься продаешь меня. А я не хочу, с меня хватит. Я выйду замуж только за того, кого полюблю.
Ирма не ожидала от себя такой смелости, она дерзко отвечала отцу, а потом ушла с незнакомым ей мужчиной.
Она не испугалась, когда оказалась в руках Мартина, когда он спас ее от Генри, была благодарна ему, сразу поверила ему и подыграла, когда Генри пытался надавить на нее. А потом смело ответила отцу. И вот сейчас мужчина, который назвался Мартином Лайроном, вел ее за руку к своей карете. Но все хорошее заканчивается. Ирма не верила, что он вот так отвезет к себе домой и оставит у себя только потому, что перед этим подонком и отцом назвал ее своей будущей женой. Это слишком хорошо, чтобы было правдой. Она остановилась, попыталась забрать свою руку из ладони графа, но тот только крепче сжал пальцы.
- Прошу, отпустите. Спасибо, что помогли, дальше я сама.
- Прошу прощения? – Мартин удивленно поднял бровь. – Что это значит? Моя невеста хочет бросить меня? Вы первая женщина, которая хочет от меня сбежать. Все больше я сбегаю от женщин. И как я могу отказаться от своих слов?
- Каких?
Она удивленно смотрела в глаза мужчины и видела в них… смешинки? Неужели он действительно хочет отвезти ее к себе?
- Как каких? Я же сказал, что Вы будете моей женой? А свои слова я привык держать. Так что мы сейчас поедем в наш дом и будем решать, когда и какой у нас будет свадьба.
- Но…, - Ирма не нашлась, что сказать.
- Никаких «но». Мы едем домой. К нам домой.
И она поддалась. Просто решила довериться судьбе.
Глава 8.
Глава 8.
Мартин смотрел на женщину, которая стояла перед ним. Она явно была немного не в себе – напугана, шокирована, смущена, но не сломлена. Назвать ее красавицей было нельзя. Но чем дольше он смотрел на нее, понимал, что никого красивее не видел. Темные волосы убраны в простую косу, лицо чистое, открытое, темные глаза смотрят на него без капли притворства. Он сразу понял, что происходит в ее семье, поэтому он должен спасти девушку, увезти отсюда, чтобы никто и никогда больше не обидел ее.
- Ирма, прошу, доверьтесь мне. Я никогда не обижу Вас. Но сейчас поздно. Я так думаю, что ехать Вам некуда, поэтому предлагаю поехать ко мне, - сейчас он говорил серьезно и видел, что она внимательно слушает его, что-то решает для себя. – Поверьте, я никогда не причиню Вам зла, мне очень хочется помочь Вам.
Она кивнула головой, помощь от него она готова принять.
Мартин помог подняться в карету. Пока они ехали домой, он снова рассматривал молодую женщину. Что-то было в ее глазах, от чего он не мог прекратить смотреть на нее. Боль, отчаяние, надежда. Она сжимала свои руки в кулаки, нервно теребила юбку своего платья, стараясь успокоиться. Мартин не спешил начинать разговор. Сейчас они приедут в его дом, он попросит принести им горячий чай, тогда они обо всем поговорят. И он был рад, что за этот год он полностью переделал все то, что успела натворить Эйра. Он словно стирал следы ее пребывания, возвращая дому тот уют, который был при его матушке. Сейчас он знал, куда отведет свою гостью. И был твердо уверен, что не просто гостью, а свою будущую жену.
В доме их встретил Даниель, улыбнулся, когда увидел Мартина в компании Ирмы, поклонился женщине. Мартин провел ее в чайную – небольшую комнату на первом этаже в бывшем крыле матушки, куда приглашали самых дорогих гостей. Простая, но очень удобная мебель, большой камин, небольшой столик – вот и вся обстановка. Но здесь жил дух Анны, которая очень любила эту комнату. Эйра не успела добраться до нее, поэтому здесь все оставалось так, как было при Анне. Мартин и Ирма расположились на креслах у столика, Даниель поспешил принести им чай.
- Спасибо, что спасли меня, - первой заговорила Ирма.
- Я готов Вас спасать каждый день, - Мартин почти не шутил. С каждым мгновением он понимал, что нашел свою женщину. – Прошу, расскажите мне о себе. А потом я поведаю Вам свою историю. Поверьте, она не менее занимательна, чем у других.
Женщина усмехнулась и улыбнулась. Ее улыбка была спокойной, даже немного грустной. Вошедший с подносом Даниель расставил на столике чашки и большой чайник с чаем, вазочку с печеньем, поклонился и оставил их наедине.
- Что Вам рассказать? – Ирма пожала плечом, задумалась. Потом вздохнула и начала рассказывать.
Всю жизнь она боялась своего отца Виора Перье, лавочника средней руки, заядлого игрока, который проиграл все наследство своей жены Игнес - матушки Ирмы. Поэтому он всегда был зол, поколачивал жену и дочь. Свою жену он запугал до того, что она просто боялась сказать при нем лишнее слово, исполняла любое его приказание. Ирма тоже боялась отца, старалась спрятаться от него, но отец находил дочь и колотил всем, что попадалось ему под руку. Говорил, что таким образом он приучает ее к покорности и послушанию. Он мог даже просто так, без повода побить ее. Матушка никогда не заступалась за дочку. Она тихо сидела в своей комнате и плакала.
Виор научил дочь читать и считать, когда ей исполнилось четырнадцать, поставил за прилавок в своей лавке. Она научилась улыбаться покупателям, не спорить, не обижаться. При ней даже чаще стали приходить покупатели, доход лавки увеличился, но Виор Перье быстро спускал все деньги в кости. Ирме приходилось по несколько лет носить одну и ту же одежду, перешивая ее. Она научилась не обращать внимание на свой жалкий вид. Единственным ее украшением была улыбка.
Никто не хотел брать Ирму в жены, никому не нужна была бесприданница, дочь игрока, который должен всему городу. Девушка молила всех богов, чтобы они помогли ей выбраться из родительского дома, послать ей хорошего мужа, лишь бы больше не терпеть побоев отца.
Однажды в лавку случайно зашел Генри, сын зажиточного гражданина. Он делал девушке непристойные предложения, обещая заплатить ей за ночь любви. Когда в лавке не было покупателей, он приставал к ней, пытаясь поцеловать и запустить руку ей под юбку. Девушке удавалось от него отбиваться. На это Генри только смеялся и говорил: «Не дергайся, Ирма. Рано или поздно ты станешь моей». Жаловаться отцу не имело смысла. Он бы только побил ее за то, что осмелилась оказывать сопротивление сыну такого человека. С каждым днем приставания Генри становились злее и настойчивее. Возвращаясь домой, она тихо плакала в своей комнате, стараясь, чтобы ее слезы не увидел отец.
Когда Ирме исполнилось девятнадцать, отец посадил ее в наемный экипаж, так как свой он давно продал, и отвез в соседний город. Когда ее ввели в мрачный дом и она увидела старого мужчину с улыбкой маньяка, отец радостно потер руки. Мужчина, наверное, был вдвое старше ее отца.
- Ну вот, Ирма, это твой будущий муж – барон Олд Луранс. Будешь послушной женой, он будет баловать тебя.
- Она будет очень послушной, - проговорил барон, разглядывая Ирму. – Все мои жены были очень послушными.
Барон передал Виору мешочек с золотыми монетами, махнул рукой, словно выгонял господина Перье. Тот поспешил убраться из дома. А Ирма стояла посреди огромного холла и умирала от страха. Барон обошел ее кругом, осматривая, словно корову в товарный день.
- А ты красивая. Не все мои жены были такими красивыми, - он хрипло рассмеялся. – Пошли за мной.
Мужчина развернулся и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Они долго шли по длинному темному коридору, пока он не привел ее к двери в самом конце, открыл ее.
- Здесь будет твоя комната.
Она прошла во внутрь, осмотрелась. Было видно, что здесь кто-то жил до нее, все какое-то старое, поношенное, даже постельное белье было не свежим. Ирма не заметила, как Олд вышел из комнаты, услышала только, как хлопнула дверь и провернулся ключ в замке. Она до темна просидела в комнате. Никто не приходил. Ей хотелось есть и в туалет Ирма стала осматривать каждый угол в надежде найти отхожее место. Потом под кроватью нашла дурно пахнущий горшок и сделала в него все дела. После этого по комнате пополз неприятный запах. Она стала стучать в дверь. Долго никто не открывал, наконец в коридоре раздались шаги, заскрипел ключ в замке. За дверью оказался еще один старый мужчина, который недовольно смотрел на Ирму.
- Чего надо? – спросил он дребезжащим голосом.
- Я прошу – вынесите горшок. А еще я хочу есть.
Мужчина ничего не ответил, захлопнул дверь, закрыл ее на ключ. Ирма разрыдалась, не в силах что-либо изменить. За ней пришли только утром. За дверью стояли будущий муж и тот старик, что приходил вечером. На Олде был какой-то парадный старомодный костюм. У старика в руках было женское платье. Они прошли в комнату, старик кинул платье на постель.
- Переодевайся и побыстрее, - приказал барон.
Ирма хотела попросить мужчин выйти, пока она переодевается, но барон цыкнул на нее.
- Переодевайся или я отхлестаю тебя розгами.
Глотая слезы, она скинула с себя свое старое платье, надела «новое», явно ношеное ранее. Оно была велико Ирме, но она молча надела платье и встала перед бароном. Он осмотрел ее каким-то жадным взглядом.
- Вот и молодец. Послушная девочка. Будешь хорошей женой.
Они вывели ее из комнаты, посадили в какую-то повозку, привезли в местную церквушку, где пьяный святой отец совершил ритуал бракосочетания. Потом они вернулись в дом, где наконец Ирме удалось поесть.
Ее муж барон Олд Луранс оказался настоящим извращенцем. Он был так стар, что как мужчина уже ничего не мог. Он только щупал Ирму за все места, а потом приказывал своему старому слуге Парсию бить ее розгами. При этом Олд смотрел на все это и получал самое настоящее удовольствие, когда видел мучения Ирмы.
Жаловаться Ирме было некому, в доме почти никто не жил, только приходила кухарка, которая готовила обеды, и еще приходила пожилая женщина, которая убирала в доме. Обе женщины избегали Ирму, никогда не отвечали на ее вопросы.
Полгода она терпела побои. Но однажды ее жизнь в этом доме немного изменилась. Как-то служанка забыла закрыть одну из комнат, находящихся на втором этаже. Это оказалась довольно неплохая библиотека. Ирма взяла книгу и присела на небольшой диванчик почитать. Она так увлеклась, что не заметила, как в комнату вошел барон.
- Ты что здесь делаешь? – раздался над головой девушки недовольный голос мужа.
Ирма подскочила от испуга, чуть не выронила книгу.
- Ты умеешь читать? – удивился Олд.
- Да, умею, - Ирма стояла и тряслась от страха, ожидая наказания.
- Хорошо. Будешь читать мне перед сном, - сказал барон и вышел, а Ирма опустилась на диванчик, не веря, что ее не накажут.
С того дня она каждый вечер читала барону. Он даже смягчил свое отношение к девушке, теперь наказывал ее розгами примерно раз в месяц, но сил у него становилось все меньше и удары розгами становились слабее. Все меньше он тискал ее и бил розгами, но постоянно требовал читать ему книги. Она научилась улыбаться мужу, держать себя в руках, когда он был чем-то недоволен. Барон привык к Ирме, даже купил ей несколько платьев, в которых она несколько раз выходила с мужем на какие-то приемы. В основном она все время проводила в доме и читала книги. Больше заняться было нечем.
Как она прожила в его доме почти шесть лет, она и сама не знает. Она даже привыкла к такой жизни. Последний год барон почти не вставал с постели, но требовал, чтобы Ирма сидела рядом с ним и читала.
Однажды утром она пришла в его комнату. Муж лежал мертвым. Ирма сидела возле его постели, не зная – радоваться или плакать. Олда похоронили в тот же день. На следующее утро пришел поверенный с какой-то женщиной в годах. Она неприязненно посмотрела на Ирму.
- Очередная шлюха, на которой женился мой бывший муженек?
Ирма не стала отвечать, а отошла в сторону. Поверенный достал какие-то бумаги и зачитал последнюю волю барона Олда Луранса. Все свое имущество он оставлял своей первой жене, а вот титул передал Ирме. Бывшая жена кричала так, словно Ирма отобрала у нее все. Но поверенный быстро успокоил женщину, заявив, что и на это есть распоряжение барона. Если она будет чем-то недовольна, то все имущество перейдет во владение монастыря Первой слезы. Женщина замолчала и убралась из дома, приказав Ирме немедленно уезжать. Девушка не стала спорить, быстро собрала свои немудренные пожитки и убралась из этого дома. Но в отцовском доме ей были не рады. Отец долго кричал на нее, обвинял в том, что она ничего не получила после смерти мужа и что теперь ему опять придется кормить ее, искать выгодную партию. Она снова работала в его лавке, куда снова стал приходить Генри. Теперь его издевательства и приставания стали еще более изощренными.
Месяц назад Ирма, как вдова барона Олда Луранса получила приглашение на бал в дом городского главы. Отец обрадовался, даже расщедрился и повел ее в лавку, купил дочери новое платье.
- В нем ты пойдешь на прием к городскому главе. Ты должна показать себя во всей красе. У меня есть на примете несколько вдовцов. Думаю, что я смогу поговорить с ними, чтобы они взяли тебя в жены. Хоть что-то я должен получить за тебя.
Ирма до последней минуты надеялась, что родителей не пустят на этот бал. Но слуга посмотрел на приглашение Ирмы, поклонился и пропустил ее вместе с родителями. Отец был доволен, а матушка покорно шла следом за ним. В зале отец отвел дочь в сторону.
- Подожди здесь, я пока поговорю кое с кем.
Он не успел отойти, как к Ирме подошел Генри, пытался облапать прямо при всех. Но она оттолкнула его и убежала на балкон.
- Знаешь, думаю, что сама судьба свела нас, - сказал Мартин, беря ее руки в свои ладони. – Не знаю, что произошло, но как только я обнял тебя, понял, что не смогу больше отпустить. Ирма, стань моей женой. И я не шучу. Просто я знаю, что буду любить тебя всегда.
Она смотрела на него серьезным взглядом и что-то пыталась увидеть в его глазах. Но Мартин был очень серьезен.
- Не ищи подвоха. Я честен с тобой. Давай, я расскажу тебе свою историю, и ты поймешь, что я никогда не говорю то, в чем не уверен.
Ирма слушала его историю, не убирая свои руки из его ладоней и также смотрела в его лицо.
- Мартин, я готова попробовать быть твоей женой, - ответила она, когда мужчина замолчал. – Если тебе не противно взять в жены дочь игрока и пьяницы, вдову. Я очень хочу поверить, что мы будем счастливы. Я хочу любить, но я боюсь.
- Ничего не бойся. Мне не важно, кто твой отец. Даю слово, что он никогда не переступит порог этого дома и никогда больше не сможет заставит тебя плакать. Все, кто хоть слово плохое скажет про тебя – поплатятся. Я хочу быть с тобой, хочу любить тебя, сделать счастливой.
Она закрыла глаза, словно прислушивалась к своему внутреннему голосу.
- Я постараюсь не бояться.
- А сейчас давай спать, - улыбнулся Мартин. – Я провожу тебя в комнату. Мы должны отдохнуть. Завтрашний день будет для нас весьма насыщенным.
Она вопросительно посмотрела на мужчину.
- Мы завтра должны пожениться. Я не собираюсь откладывать наше счастье.
Ирма тихо засмеялась и помотала головой. События развивались слишком быстро, что она не могла в это поверить.
- Ты не веришь? – Мартин усмехнулся и шуточно нахмурился. – Ах вот ты как?
Он с улыбкой смотрел на нее, а потом поднялся со своего кресла, опустился перед ней на колено, снова взял ее руки в свои, посмотрел в глаза.
- Ирма, выходи за меня замуж. Обещаю быть тебе хорошим мужем. Я сделаю для тебя все, главное, сделаю все, чтобы ты никого не боялась.
Они дошли до бывших комнат Анны.
- Здесь когда-то жила моя матушка. Я ее очень любил. На сегодняшнюю ночь мы с тобой выберем тебе что-то из ее вещей, а завтра поедем в лавки и купим все, что необходимо.
Когда Мартин оставил Ирму одну, поцеловав перед уходом в щеку, она долго сидела на пуфике перед большим зеркалом и рассматривала свое отражение. На ней было все то же платье, та же прическа, но Ирма не узнавала себя. Ее глаза стали другими – не глаза испуганной девочки, забитой своим отцом, истязаемой своим мужем, а глаза женщины, в которых жила надежда, что она будет счастлива, будет любима. Когда она на том балконе оказалась в руках Мартина, внезапно в ее голове пронеслась мысль: «Я бы так и стояла в его объятиях всю жизнь». И оказалось, что шутливые слова мужчины, что они будут мужем и женой, стали правдой. Пусть на ее пальчике нет колечка, но она знала, что завтра Мартин обязательно наденет его. И она улыбнулась. Впервые за последние годы своей жизни улыбнулась широко, счастливо. И она была уверена, что Мартин никому не даст ее в обиду. Она тоже очень хотела любить его.
Служанка – приятная женщина лет сорока помогла ей подготовится ко сну. Ирма переоделась в прекрасную тончайшую ночную рубашку, легла в мягкую постель, которая пахла свежестью и провалилась в сон.
А следующий день пролетел для Ирмы в приятных волнениях. С утра Мартин собрал всех слуг и сообщил им, что Ирма – его жена. Все смотрели на нее и улыбались искренними улыбками. После завтрака он повез ее по модным лавкам, накупил ей гору платьев, прочих женских мелочей, которые отправили в дом, привел ее в ювелирную мастерскую, где купил очень милое колечко, которое тут же при всех надел ей на палец, встав на колено. А потом они отправились в Храм всех святых, где святой отец заключил их брак.
- Ирма, я не могу ждать всех этих приготовлений к свадьбе. Разве для того, чтобы стать счастливыми нам нужны все эти гости с неискренними поздравлениями? Или ты хотела бы пригласить на нее своих родителей?
В дом графа Лайрона она вернулась его женой – графиней Ирмой Лайрон. Здесь их ждал накрытый стол, свечи и любовь. Мартин смотрел на свою жену и не мог отвести взгляда. А когда они поднялись из-за стола, он сказал, что их ждет их общая спальня, и не собирается спать отдельно. Он хочет засыпать и просыпаться рядом с ней, встречать восходы и делить свою жизнь с ней. От всего у Ирмы кружилась голова. Она стояла посреди спальни, которую слуги украсили лепестками роз и маленькими свечками, от которых по комнате плыл незабываемый аромат. Пусть целых шесть лет она была замужем, но до сих пор она не знала, как быть с мужчиной. Мартин был с ней нежен, внимателен. Он целовал ее так невесомо, словно касался лепестками роз ее разгоряченного тела. И она плакала от того наслаждения, которое доставлял ей муж.
Муж. Она улыбалась, легко касаясь его лица, когда он заснул, обнимая ее. Могла ли Ирма подумать, что станет когда-нибудь женой такого мужчины, как Мартин? Она мечтала выйти замуж, но ей было достаточно, чтобы муж хотя бы не бил ее и не издевался. А Мартин был с ней нежен, и она не могла в это поверить. Она сделает все, чтобы они были счастливы. Он никогда не пожалеет, что взял ее в жены.
Следующее утро началось с визита Виора Перье, который устроил настоящий скандал на крыльце дома, когда слуги отказались впустить его за порог.
- Я требую немедленно пустить меня, я отец Ирмы, вашей госпожи!
Ирма смотрела на отца через окно спальни, кусала губу. Ей было страшно и стыдно за своего отца. Мартин подошел к ней, обнял, нежно поцеловал в губы.
- Тебе не о чем переживать. Я сейчас выйду и поговорю с ним. Он больше никогда не посмеет побеспокоить тебя.
Муж быстро оделся и вышел, а Ирма осталась у окна. Она видела, как отец пытается что-то требовать у Мартина, кричал, размахивал руками. Но муж просто взял его за шиворот и скинул с крыльца, что-то сказал, от чего Виор сжался в какой-то комок, а потом поспешил убраться. Ирме хотелось плакать, и она не стала себя останавливать. Впервые она чувствовала себя защищенной. Когда Мартин вернулся, увидел ее слезы, обнял свою жену, осторожно пальцем вытер их и нежно поцеловал.
- Он никогда больше не придет. Я дал ему последний шанс остаться целым. Я люблю тебя и никому не дам в обиду.
Он прижал ее к своей груди, и вновь Ирма почувствовала, что никогда не может жить без этого мужчины. Они – единое целое.
С каждым днем Ирма все больше влюблялась в своего мужа. Она видела, как он работает, как общается с домашними и слугами, с какой заботой относится к ней, и расцветала с каждым днем. О них в городе ходили совершенно невероятные сплетни, но ей было все равно. Она только улыбалась, когда слышала очередную гадость про себя. Она прекрасно понимала, кто их выдумывает и разносит по городу – обиженный Генри был подонком и повел себя соответствующе.
Ее муж был одним из самых богатых людей города, но жил так просто, что Ирма вновь невольно восхищалась им. Она сама не требовала новых нарядов и дорогих украшений. Ей не нравились все эти приемы и балы, куда они старались не ходить, предпочитая провести вечер дома вдвоем у камина. Они много разговаривали, Мартин любил слушать ее, рассказывал о себе, о своих планах на будущее. Она смотрела на его лицо, горящие новой идеей глаза и улыбалась. Не нужны ей наряды и украшения. Она была счастлива тем, что рядом любимый и любящий муж, и его объятия – самый лучший ее наряд.
Однажды Ирма предложила Мартину свою помощь в делах. Он улыбнулся и предложил заниматься благотворительными делами. Она с огромным удовольствием занялась этим и быстро втянулась. Однажды, посещая очередную ночлежку, чтобы узнать о нуждах бедняков, увидела своего отца, который сидел на топчане в грязной оборванной одежде и смотрел куда-то в потолок, ничего не замечая вокруг. Отец даже не узнал Ирму. Осторожно расспрашивая смотрителя ночлежки, Ирма узнала, что ее мать умерла. После смерти жены Виор окончательно спился, продал дом, лавку. Было ли жалко отца? Нет. Было ли жалко мать? Тоже нет. Они никогда не были близки, мать никогда не заступалась за нее, не читала на ночь, не разговаривала, как с дочерью. Она ни разу не улыбнулась ей. Ирма ушла из ночлежки с непонятным чувством, словно попрощалась со своим прошлым.
За ужином, на котором она рассказывала Мартину о встрече с отцом, почувствовала недомогание. Муж тут же заволновался, позвал лекаря, несмотря на возражения Ирмы о том, что это она просто переволновалась и ей нужен небольшой отдых. Прибывший лекарь долго осматривал ее, а потом мягко улыбнулся.
- Ирма, хочу Вас поздравить. Вы скоро станете мамочкой.
И именно в этот день, когда муж, не скрывая своих слез счастья, качал ее на своих руках, как маленького ребенка, поняла – она самая счастливая женщина на свете.
Глава 9.
Глава 9.
Когда карета скрылась из виду, Магда отошла от окна, подошла к туалетному столику, опустилась на кресло. Мартин уехал, оставив ей все, кроме титула. Но и без этого она проживет. Теперь она свободная женщина, никто не будет ее попрекать и называть брошенной невестой. Теперь для всех она – самая богатая женщина Наверсета, которая сама выгнала мужа, который недостоин ее. Теперь Бориан бросит ради нее свою Мирру, вернется к ней, и они будут счастливы. До сих пор она любит этого подлеца, который отказался от нее перед самой свадьбой, которому отдала свою невинность, который растоптал ее.
В Бориана Деренгарна, сына торговца, зажиточного гражданина Наверсета, Магда влюбилась, когда ей было шестнадцать. Матушка взяла ее с собой на какой-то прием. Бориан пригласил девушку танцевать, нежно обнял, заботливо кружил в танце, шептал всякие милые комплименты и вскружил ей голову. Он был так красив, что она просто не могла не смотреть на него, весь вечер следила за ним глазами, когда мужчина кружил в танце других женщин, страшно ревновала и мечтала, чтобы он стал ее мужчиной.
Два долгих года она мечтала о нем, шептала его имя ночами. Несколько раз они встречались на приемах, куда она ходила с матушкой. Отец всегда был занят в своем гарнизоне, приезжал домой так редко, что Магда не успевала привыкнуть к отцу. Он проводил дома не больше месяца, потом снова уезжал. Матушка пыталась приучить ее к ведению хозяйства, но Магда упрямилась. «Матушка, зачем я буду учить сколько надо купить муки, когда у нас есть кухарка, есть слуги?» Мать качала головой и вновь пыталась ее чему-нибудь научить. Магда не желала учиться, когда мать нанимала ей учителей. Кроме танцев и музыки ее ничего не интересовало. А еще она с удовольствием изучала придворный этикет, представляя себя на таких уроках на приеме где-нибудь в королевском дворце. Магда прекрасно осознавала, что она очень красивая девушка, а разве такие, как она не достойны самого лучшего?
Когда Бориан стал проявлять к ней интерес, Магда была самой счастливой. Она делилась своим счастьем со своей подругой Миррой – дочерью городского главы, у которой не было шанса выйти за такого красавца, как Бориан. Мирру даже нельзя было назвать симпатичной, молодые люди не спешили подходить к ней, чтобы познакомиться. Магда не замечала, как Мирра бледнеет от зависти и злости, когда Магда делилась с ней секретами о тайных встречах с Борианом, их поцелуях, как мечтает о свадьбе.
Тайком от матери она несколько раз встречалась с мужчиной в городе, куда уезжала под предлогом заехать в лавку, чтобы купить каких-нибудь мелочей. Бориан встречал ее в небольшой ресторации недалеко от центра города, угощал шампанским, которое матушка запрещала ей пить, пирожными. А потом они гуляли в городском парке по самым укромным аллеям, стараясь не встречаться с другими, и целовались до головокружения.
Когда Бориан сказал, что хочет жениться на Магде, она не могла поверить в свое счастье, и каждый раз спешила поделиться с ним со своей подругой Миррой, которая зеленела от ее слов все больше и больше, но Магда этого совершенно не замечала. Когда отец приехал домой, Бориан приехал к ним в дом и попросил ее руки. Родители сомневались в искренности чувств мужчины, но Магда убедила их, что только с Борианом она будет счастлива. Началась подготовка к свадьбе, Магда была самой счастливой, ничего не замечая вокруг, никого не слушая. Отец не жалел денег, чтобы свадьба единственной дочери была красивой и богатой, было сшито самое восхитительное свадебное платье, которое висело в ее комнате и по вечерам Магда любовалась им, представляя, как на нее будет смотреть ее будущий муж. Оставалось совсем немного, и они станут мужем и женой. Магда ничего не видела вокруг себя, в ее сердце, в ее мыслях был только один Бориан. Она не замечала, что Мирра перестала встречаться с ней, что Бориан как-то поник, когда отец озвучил, что он дает в приданое своей дочери, как он все чаще о чем-то задумывается, когда они встречались в городе, не поверила, когда однажды Мирра закричала ей в лицо: «Не радуйся, Бориан не женится на тебе. Он будет моим». Магда тогда только посмеялась и решила окончательно порвать с завистницей Миррой.
За шесть дней до самого важного дня она поддалась ласкам Бориана, отдала ему свою невинность. Она никогда не забудет, как он привел ее в самый роскошный номер гостиницы, здесь при свете свечей он долго целовал ее, вызывая неистовое желание принадлежать ему. Его руки гладили ее тело нежно, но настойчиво, губы шептали самые красивые слова, обещали вечную любовь. И Магда не устояла, отдала ему девичью честь. Ночь была жаркой, страстной. Бориан был как голодный зверь, ни на минуту не отпуская ее из своих рук. Утром они проснулись в одной постели, но вот в глазах Бориана не было той страсти, что горела всю ночь, только какая-то усталость и задумчивость. Они оделись, жених проводил ее до кареты, быстро поцеловал в щеку, и она уехала, увозя в своем сердце эту прекрасную ночь и надежду, что таких ночей у них будет множество.
Магда не рассказала родителям о том, что было между ней и Борианом, отговорилась, что была весь вечер и ночь у своей подруги Мирры. На следующий день Бориан приехал к ним домой и заявил, что расторгает помолвку с Магдой, назвал ее легкодоступной девицей. Мать схватилась за сердце, отец вызвал Бориана на дуэль. А Магда не могла поверить в то, что происходит. Она стояла и смотрела на человека, который недавно называл ее любимой, умолял ее дать ему то, что он так хотел, обещал, что всегда будет любить ее. Она хотела покончить с собой, выбросится из окна своей спальни. Ее служанка успела заметить, как девушка открывает окно и поднимается на подоконник, закричала, подбежала к ней, обхватила руками, стала звать на помощь. Прибежал отец, упал перед Магдой на колени, умоляя не совершать непоправимое. Но и это было еще не все. Через шесть дней глава города объявил, что его дочь Мирра выходит замуж за Бориана Деренгарна.
С того дня Магда закрылась в своей комнате и почти никуда не выходила. Она не могла появиться в городе, где вокруг нее сразу же собиралась толпа и начинала смеяться. Мирра успела подговорить своих подружек извести Магду оскорблениями.
Мать слегла, отец постарел за эти дни на десяток лет. В городе открыто смеялись над их семьей. Лежа по ночам в свой постели Магда мечтала им всем отомстить. Она представляла, как обязательно выйдет замуж за богатого и титулованного мужчину, станет баронессой или графиней, отправится в город в самом красивом платье, чтобы все сдохли от зависти. Пусть ее бывшая подруженька Мирра умрет от того, что она замужем за каким-то сыном лавочника, а она – Магда, обязательно станет графиней.
Матушка прожила после скандала всего один год, так и не смогла оправиться. Отец после похорон жены сказал, что ему надо дослужить еще один год, чтобы получить хорошую пенсию от короля и убыл в свой гарнизон. Почти год Магда оставалась одна под присмотром управляющего и служанки, но иногда тайком выбиралась в город, следила за Миррой и Борианом, которые, как на зло, появлялись везде, где только можно, и в ярости сжимала кулаки, мечтая о том, как она отомстит им.
Отец вернулся домой не один, а с капитаном Мартином Лайроном и сказал ей, что надеется, что Магда сможет разглядеть в нем достойную пару. Мужчина был молод, красив. Но не это было главное – он был графом. Когда отец представил ей мужчину, она с интересом разглядывала его, представляя, как она под руку с ним появится в городе. Огорчило Магду то, что у этого графа не было денег и от него отказался отец, вычеркнул из завещания. Она уже собиралась отказаться от своего замысла стать графиней, но Мартин и отец за короткий срок смогли построить мануфактуру, открыть несколько предприятий, которые стали приносить хороший доход. И в скором времени у них появились деньги, много денег. Каждый раз отец радовался, как ребенок, когда получал все новые и новые заказы. Они с Мартином без устали мотались по своим мануфактурам и заводам, а Магда сидела дома и думала – сможет ли она стать женой графа? Теперь он был богат и мог дать Магде то, что она так хотела – титул и богатство.
Магда наблюдала за Мартином. Да, это была бы не плохая для нее партия. Она позволяла ему ухаживать за ней, покупать платья, украшения, приглашать на прогулки, в театр. Несколько раз она видела в толпе Мирру, которая смотрела на нее презрительным взглядом.
Магда видела, как смотрят на них, шепчутся за их спинами и боялась, что Мартин, наслушавшись разных сплетен и слухов о ней, отвернется от нее. Кто же захочет взять в жены ту, кто отдала свою девичью честь до брака и о которой говорит весь город? Она старалась быть милой с Мартиным, улыбалась ему, старалась как можно больше проводить с ним время. Когда он сделал ей предложение, Магда сразу согласилась. Титул графини и состояние мужа будут ей к лицу. Она была уверена, что у мужа и отца все получится, деньги текли к ним. Она заказывала себе самые роскошные наряды, муж никогда не скупился на нее. Он смотрел на нее с восхищением, любовался. «Ты самая прекрасная женщина, которую я видел в своей жизни. Я самый счастливый мужчина».
Теперь Магда сама искала возможности появиться с красавцем мужем под руку на любом приеме.
Однажды, когда Мартин пригласил ее в парк послушать музыку, а перед этим они зашли в ресторацию, Мирра снова подошла к ней, пыталась унизить ее. Следом за Миррой к их столику приблизился Бориан. Магда видела, как он смотрел на нее восхищенным взглядом, присваивал, в то время как Мирра кричала, пытаясь оскорбить, и Магде захотелось рассмеяться, так смешно выглядела бывшая подруга – некрасивая, раскрасневшаяся, потолстевшая, злая. Она смотрела в глаза Бориану словно хотела сказать – вот, смотри на кого ты променял меня. И еще ей понравилось, как Мартин заступился за нее – красиво, по-мужски. Да, именно такого мужчину она хотела иметь рядом – красивого, сильного, богатого, который будет ее защищать.
Она видела завистливые взгляды жителей города, которые теперь старались вновь подружиться с их семьей, как женщины с завистью смотрят на ее наряды и не сводят взглядов с Мартина. Но больше всего ей нравилось, когда Мирра начинала то бледнеть, то краснеть, а Бориан застывал на месте, когда они с мужем появлялись в зале. Теперь улыбка торжества не сходила с ее лица. Но вот было одно – она до сих пор любила того, кто предал ее, растоптал. Она даже с мужем не сразу смогла разделить постель. Она вспоминала свою единственную жаркую ночь с Борианом, его настойчивые руки, жадные поцелуи, которыми он осыпал всю ее, дарил такие ласки, о которых она даже не могла подумать. Он был напорист, страстен, а Мартин обращался с ней, как с нежным цветком. Он боялся сделать ей больно, нежно целовал и ласкал легкими прикосновениями. После нескольких ночей с мужем она поняла – она не хочет быть с ним. Пусть он старается доставить ей удовольствие, но это были не те руки, не те губы, не тот мужчина, о котором она мечтала. Магда отказалась спать с мужем в одной комнате, у каждого из них были свои покои. Чем больше проходило времени, чем чаще она встречалась на приемах с Борианом, тем яснее она поняла – она не любит Мартина, ее сердце по-прежнему принадлежит изменнику. По ночам она плакала от досады, что согласилась на этот брак. Пусть теперь у нее было все, о чем она мечтала – богатство, титул, месть за свое унижение, но не было одного – любви. Муж говорил, что любит ее, но его любовь Магде была не нужна. Она психовала, когда он за ужином смотрел на нее влюбленными глазами, надеясь, что она пригласит его сегодня к себе в постель. Она разрешала ему прийти к ней, но на месте мужа представляла Бориана, закрывала глаза и хотела плакать – снова на ее теле другие руки.
Несколько раз муж заводил разговоры о детях. Она улыбалась ему, отвечала, что тоже хочет детей, но каждый раз пила настойку от случайной беременности. Она не хотела детей от Мартина. Она видела, как муж смотрит на нее и не понимает, что между ними происходит. А ей так и хотелось кричать ему в лицо – я не люблю тебя, я люблю другого.
Прошло два года, как она стала графиней Лайрон. Она научилась улыбаться Мартину, терпеть его ночные визиты к ней в спальню. Она с удовольствием принимала от него дорогие подарки, была с ним…мила. Она была мила с мужем на приемах, чтобы все видели, как она счастлива со своим мужем, как он любит ее, боготворит. Особенно она была мила с мужем, когда на них смотрела Мирра и зеленела от зависти. Она позволяла мужу нежности, но возвращались домой, и она вновь замыкалась в себе. Это все, что она могла дать ему.
В один из приемов, куда Магда собиралась с особой тщательностью, чтобы Бориан потерял от нее голову, произошло то, что вновь перевернуло душу Магды. Она станцевала несколько танцев с мужем и попросила немного отдыха. Он улыбнулся ей, отвел к небольшим диванчикам, стоящих в укромных уголках зала. «Отдохни здесь, - он поцеловал ее ручку, - а я пока переговорю с нужным нам человеком. Тебе не будет скучно?» Магда заверила мужа, что она будет его ждать. Когда муж отошел, затерялся в толпе, неожиданно рядом с ней на диванчик опустился Бориан.
- Магда, любимая, я рад, что наконец могу поговорить с тобой. Мне так много надо тебе сказать, - он смотрел на нее с такой жадностью, что у Магды покраснели щеки от удовольствия.
- Я не желаю с тобой разговаривать, - она постаралась, чтобы ее голос звучал холодно.
Магда попыталась подняться и уйти, но мужчина схватил ее за руку.
- Прошу, выслушай меня. Я по-прежнему люблю тебя одну, - он громко шептал слова, оглядываясь, чтобы их никто не услышал.
- Но женился на Мирре, - в ее голосе звучало злое отчаяние. – Я отдала тебе невинность, а ты придел меня, оболгал, унизил, растоптал.
В ее глазах заблестели слезы.
- Умоляю, прости. Я не мог поступить иначе. Я был вынужден согласится на этот брак, - он продолжал страстно шептать и оглядываться по сторонам. - Я не знаю, как произошло, но глава договорился с моим отцом, что даст за Мирру огромное приданое. А нам тогда очень были нужны деньги, отец был на грани банкротства. В противном случае, если я бы отказался от брака с ней, глава сделал бы все, чтобы посадить отца в долговую тюрьму.
- И поэтому ты так поступил со мной? Ведь я же любила тебя!
- Да, я не видел другого выхода. Отец поставил мне условия – или я женюсь на Мирре, или он отрекается от меня. Прости, умоляю, прости. Я проклинаю тот день, когда я дал согласие на брак с Миррой. Я не люблю ее.
- Но ты живешь с ней до сих пор! – она почти закричала и тут же на них стали оглядываться любопытные.
- Да, я вынужден жить с ней, но мы спим отдельно! Я делаю все, чтобы у нас не было детей. Я до сих пор люблю тебя.
- Я не верю тебе, подлец.
Магда вырвала свою руку из его захвата и убежала в толпу, стараясь затеряться. Как он может говорить такие вещи – любит до сих пор. Подлец! Какой же он подлец. Она не верила ни одному его слову. Магда забежала в дамскую комнату и долго остужала горевшее гневом лицо. Когда она вышла в зал, ее нашел взволнованный Мартин. Он обнял ее, с тревогой вглядывался в ее лицо.
- Поехали домой, я неважно себя чувствую, - попросила Магда.
Ни слова не говоря, муж подставил ей локоть, и они ушли с приема. Всю дорогу муж смотрел на нее каким-то слишком внимательным взглядом, а когда подъезжали к дому, спросил:
- Скажи, ты случайно не беременна?
И на его лице появилась улыбка в которой было столько надежды, что она невольно поморщилась.
- Нет, - довольно резко ответила Магда. – Я не беременна. Я просто устала, в зале было жарко и душно, поэтому мне стало плохо.
И она увидела, как медленно погасла улыбка на его лице.
Почти два месяца Магда не пускала мужа в свою постель, а он терпеливо ждал, не упрекал, не настаивал. Он просто смотрел на нее влюбленным взглядом и ждал. Делал ей подарки и ждал. Она разрешила быть с ней, когда увидела, как он осунулся, словно от болезни. Да еще отец каждый раз попрекал Магду, что она слишком резка с мужем. И вообще ей пора задуматься о детях.
Она немного успокоилась. Теперь по вечерам она прокручивала в памяти слова Бориана – «до сих пор люблю». И в сердце билась надежда – а вдруг правда, он до сих пор любит ее? Вдруг его вынудили жениться на Мирре?
На следующий прием она снова собиралась, как королева. Муж даже не смог найти слов, чтобы выразить свое восхищение, когда увидел ее спускающуюся по лестнице к выходу. Всю дорогу на прием он улыбался, глядя на нее, а Магде хотелось кричать, залепить ему пощечину, чтобы он не смел так смотреть на нее. На прием она прибыла в отвратительном настроении, которое немного поднялось, когда вновь видела восхищенные взгляды мужчин и зависть во взглядах женщин. Она искала единственного человека во всей этой толпе, чтобы увидеть, как он будет смотреть на нее. Но ни Мирры, ни Бориана на этом приеме не было. Она ходила среди гостей и злилась. Она остановилась возле группы каких-то женщин, которые что-то бурно обсуждали, Магда прислушалась. Какая-то сплетница рассказывала своим подругам, что Мирра неважно себя чувствует в последнее время, возможно потому что ждет ребенка. Обида, ревность, злость обожгли душу Магды. Она схватила Мартина за руку.
- Я хочу домой. Немедленно.
И он просто подставил ей локоть и повел к выходу. Это разозлило ее еще больше. Пусть бы он накричал на нее, потребовал остаться, сказал, что устал от ее капризов, но муж только улыбнулся, поцеловал ее в щечку.
- Я сделаю все, что ты хочешь, - ответил он.
В карете они ехали в полном молчании. Магда от досады и злости кусала губу, а Мартин смотрел на жену, стараясь понять, что с ней происходит.
Прошло еще два года ее эмоциональных качелей. То она ненавидела Бориана, то хотела вновь увидеть его. Новость, что Мирра не беременна немного успокоила Магду. Она даже позволила себе улыбаться, а также несколько раз пригласить Мартина в свою постель. И снова она лежала, получая его ласки, а в голове билась только одна мысль – не те руки, не те губы, не тот мужчина.
Теперь она оставалась совершенно равнодушной, когда муж приносил ей очередной дорогой подарок. Она просто жила от одной мимолетной встречи с Борианом на очередном приеме до другой. Даже смерть отца оставила ее равнодушной. Она не плакала, когда его хоронили. У нее никогда не было близких отношений с отцом, который все время пропадал в своих гарнизонах. А сейчас в душе полыхала совершенно другая буря – снова по городу поползли сплетни, что Мирра беременна. Она с трудом сдерживала себя, чтобы не закатить истерику Мартину, который носился вокруг нее, как наседка возле своих цыплят. Хотелось ударить его, выгнать. Но она надевала на лицо маску спокойствия и вновь ждала очередной встречи с Борианом, чтобы узнать – это права о беременности его жены или нет.
Неожиданно они получили приглашение в дом городского главы. Сначала Магда решила не ехать туда. Мартин спокойно отнесся к ее отказу. И только это разозлило ее, а еще хотелось сделать ему больно.
- А впрочем, я передумала, мы поедем, - сказала она мужу за ужином. – Скажи, ты хочешь сегодня прийти ко мне?
- Я всегда хочу быть с тобой. Я столько раз говорил, что хочу…
- Да-да, - Магда резко перебила его, - знаю. Засыпать и просыпаться со мной. Я жду тебя сегодня.
И с какой-то предвкушающей злостью смотрела на счастливое лицо Мартина. Когда он пришел к ней, сказалась больной и попросила уйти. Не могла она быть с ним сегодня. И получила удовольствие, когда увидела в его глазах разочарование. И снова ни слова упрека, ни крика. Ничего.
- Как же я тебя ненавижу, - проговорила Магда, когда муж ушел из ее комнаты.
Глава 10.
Глава 10.
На прием в дом городского главы она ехала, как на войну. На ней было самое очаровательное платье, какое можно было только представить, оно переливалось золотым светом, окутывая ее стройную фигуру. Самые дорогие украшения заставили всех женщин восхищаться и завидовать ей. Она сразу увидела Бориана и Мирру, которые стояли возле главы. Мирра победно смотрела на Магду, положив свою руку на живот, показывая, что она добилась своего – ждет ребенка. А Бориан смотрел на Магду так, словно она снова принадлежит ему. Ей хотелось кричать, плакать, истерично смеяться, но вновь нацепила на лицо маску холодной стервы, улыбнулась им одними уголками губ, взяла мужа под руку и прижалась к нему. Ее порадовала реакция Мирры, которую передернуло от этого.
А Мартин ничего не замечал. Он был счастлив, что Магда вновь улыбается ему, даже захотела танцевать. Но потом она сказала, что хочет отойти в дамскую комнату и попросила мужа взять для нее в буфете бокал шампанского, чтобы освежиться, когда вернется к нему. Магда была уверена, что Бориан пойдет за ней, им надо поговорить. Это будет их последний разговор, она должна сказать ему, что между ними ничего не может быть – он женат, его жена ждет ребенка, она замужем, пусть он больше не смотрит на нее таким взглядом.
Магда направилась на выход из зала, стараясь не торопиться. Она поймала взгляд Бориана, который не прекращал следить за ней глазами, дала ему понять, что хотела бы поговорить с ним. Она не успела сделать несколько шагов в сторону дамской комнаты, как горячая рука схватила ее за талию и потащила куда-то по коридору. Бориан вел ее, прижимая к себе со всей страстью, а Магда умирала в его руках. Ее голова кружилась, взгляд туманился. Она не поняла, как они дошли до какой-то небольшой темной комнаты, куда ее втолкнул Бориан, закрыл за ними дверь, прижал ее к стене и стал покрывать лицо, шею, грудь жаркими жадными поцелуями. Она вновь вспыхнула, как в тот день, когда отдала ему себя. Он был страстен, неумолим, снова шептал ей какие-то милые слова, но сквозь грохот крови в ушах она ничего не слышала. Она только чувствовала его горячее сильное тело, не стала сопротивляться, когда он поднял ее юбку, вошел в нее со всей мужской голодной страстью. И она вновь умерла от того ощущения, которые он дарил ей в их первый раз. Магда даже не слышала, как они вместе кричали от удовольствия. Ей хотелось, чтобы это продолжалось и продолжалось. Но вот Бориан замер, прижимаясь к ней, потом медленно отстранился, наклонился и медленно поцеловал.
- Магда, я умираю без тебя. Я так больше не могу. Я хочу тебя до одури.
- Но твоя жена ждет ребенка от тебя, - в ее словах было столько боли, что Бориан поморщился.
- Я не знаю, как это произошло. Я всегда контролировал наши ночи. Я уже собирался сообщить Мирре, что хочу развода, как она заявила, что ждет ребенка.
- А ты не думал, что она может тебя обманывать? Хочет удержать тебя несуществующей беременностью?
Бориан с каким-то непониманием посмотрел на Магду, которая чуть отстранилась от него, стараясь привести свою одежду и прическу в порядок. Ее сердце продолжало грохотать, лицо пылало, а сердце вновь желало этого мужчину.
- Мирра изворотлива и обманчива. Она могла тебя обмануть.
- Магда, скажи, если я уйду от Мирры, мы сможем быть вместе? Ты же оставишь своего мужа, ты же не любишь его. Я вижу твои глаза, когда ты смотришь на него и как смотришь на меня. Давай бросим все и уедем? Мы будем вместе – ты и я. У тебя же есть деньги? Если ты разведешься с мужем, он же оставит тебе деньги?
- Ты хочешь, чтобы я развелась? – снова сердце грохотало в ее груди.
- Да, я хочу, чтобы ты развелась, и я уйду от Мирры. Мы уедем далеко, будем там, где нас никто не найдет.
Он снова прижал ее к стене, стал осыпать лицо и шею поцелуями.
- Я сплю с женой, а представляю тебя, - шептал он. – Я схожу с ума, когда вижу тебя. Магда, решайся. Если Мирра не беременна, я брошу ее, и мы уедем. Любимая.
- Бориан, отпусти меня, я так больше не могу. Прошу, отпусти.
- Давай ты разведешься, и мы уедем! – он не слышал ее, продолжал жарко шептать.
Она уже собралась сказать, что готова развестись с мужем, но какая-то мысль прострелила ее – «ты разведешься, я уйду». Не «разведусь», а «уйду». Стало так обидно, что она оттолкнула от себя Бориана, выбралась из его рук, рывком открыла дверь и побежала по коридору. Она и сама не помнила, как оказалась в зале, что-то ответила мужу, который с тревогой всматривался в ее лицо, как ехали домой. Она всю дорогу ехала с закрытыми глазами, не могла видеть обеспокоенного взгляда мужа. Боже, как она устала притворяться, как хочется, чтобы все это закончилось. Они доехали до дома в молчании, она сразу убежала в свои комнаты, даже не ответила мужу, когда он пожелал ей спокойной ночи, да она вообще ничего и никого не слышала. Всю ночь она металась в своей постели, вспоминая слова Бориана. А вдруг он действительно любит ее? Что будет, если она разведется с Мартином? Разведется ли из-за нее Бориан со своей Миррой? Только к утру она успокоилась, смогла заснуть на пару часов. Но потом поднялась, села к зеркалу, вглядываясь в свое лицо.
Раздался стук в дверь. Как она не хотела бы сейчас видеть мужа, но его голос звучал обеспокоено, поэтому она разрешила ему войти, отвернулась к окну, чтобы не встречаться с ни взглядами. Он хотел узнать, что между ними происходит. Магда не сдержалась, напряжение, в котором она находилась последние года, вчерашняя близость с Борианом, ненависть к мужу, который стоял и смотрел на нее с тревогой и ожиданием сорвали ее. Она что-то кричала мужу, зачем-то придумала что хочет, чтобы он был рядом с ней. И когда он согласился быть рядом с ней постоянно, но выдвинул свои условия – стать ему настоящей женой, ночевать вместе, не выдержала. Она сказала ему все, что накопилось в ее измученной душе. Даже призналась, что никогда не хотела от него детей.
Она кричала и видела, как меняется лицо мужа – от тревожно-взволнованного до бледно-холодного. Он ушел, а она осталась. Руки тряслись от злости, обиды, досады. Ее служанка жалась к стене у входной двери. Магда что-то схватила со своего туалетного столика и кинула в служанку:
- Убирайся, и чтобы я тебя не видела.
Потом в закрывшуюся дверь полетело все, что попадало Магде в руку. Когда не осталось сил, она опустилась в кресло, закрыла лицо руками. Сколько она так просидела, сказать не может. Но снова раздался стук в дверь. Кто-то попросил ее пройти в кабинет мужа. Она поднялась. Что он еще хочет от нее?
Магда вошла в кабинет совершенно спокойно. Гнев на мужа прошел, осталась какая-то пустота в душе. Когда он сказал, что дает ей развод и оставляет ей все имущество, даже не поверила. Она долго читала какой-то документ, который ей дал поверенный. Действительно, муж расторгает с ней брак, оставляет все имущество, но забирает свое имя и титул. Она старалась не улыбаться, когда подписывала этот документ. Муж не смотрел на нее. Когда поверенный передал ему его экземпляр, муж спокойно убрал бумагу в саквояж и вышел. Он даже не оглянулся. Магда вернулась в свою комнату, подошла к окну. Муж попрощался со своим слугой, сел в карету. Он даже не посмотрел на дом. Ушел с одним саквояжем и шпагой, которую нес в руке. Теперь она свободная и богатая женщина. Но чувствовала ли она радость и облегчение? Магда не могла ответить самой себе. Было обидно, что Мартин даже не сказал ей: «Прощай», просто повернулся и ушел, словно никогда между ними ничего не было, он никогда не любил ее.
Слух о разводе Магды быстро облетел город. Она ждала, когда Бориан приедет к ней, скажет, что ушел от жены и теперь они будут вместе. Каждый день она стояла у окна своей спальни и смотрела на дорогу, ведущую к ее дому. Он приехал на седьмой день, в глазах горел непонятный огонь. Бориан не бросился обнимать ее, просто подошел, поцеловал ее протянутую руку.
- Нам надо поговорить, - сказал он.
Магда провела его в курительную комнату, приказала принести им чай.
- Магда, скажи, ты правда развелась с мужем? – спросил он, когда слуга вышел из комнаты.
- Да, - она кивнула головой, не понимая, почему он так холоден с ней.
- Это хорошо, - как-то слишком задумчиво проговорил он, глядя куда-то в сторону. – Скажи, сколько денег тебе оставил муж?
- Он оставил мне все.
- Все? – Бориан не поверил, уставился на нее.
- Да. Он оставил мне все имущество и все деньги. Зачем ты об этом спрашиваешь?
Магда не понимала, что происходит, где тот влюбленный в нее и страстный Бориан, который несколько дней назад вновь заставил ее умирать от удовольствия. Перед ней сидел совершенно другой человек, который больше интересовался ее деньгами, а не ею.
- Скажи, а много денег? – вновь спросил он и у Магды испортилось настроение.
- Зачем тебе знать, сколько у меня денег? – спросила она довольно резко.
- Понимаешь, я хочу начать свое дело, а ни отец, ни тесть не дают мне денег.
- И ты надеялся, что я дам тебе денег?
- Да, - задумчиво ответил Бориан, вновь уходя в свои мысли.
- Я могу дать тебе деньги, если ты разведешься с Миррой и женишься на мне.
Она заметила, как поморщился Бориан, но быстро взял себя в руки.
- Понимаешь, Магда, я не могу развестись с ней сейчас. Она и правда ждет нашего ребенка.
Магду словно кинули в холодную воду.
- Ты же говоришь, что уйдешь от нее, - проговорила она, задыхаясь от боли.
Бориан молчал.
- Ответь мне. Ты собирался уходить от нее, разводиться? Не молчи – ответь, - она хрипела от боли, что разрывала ее сердце, которое превращалось в ледяной комок. Рушилась последняя надежда, что она будет счастлива.
- Нет, - он поднял голову и посмотрел ей в глаза. - Я не могу от нее уйти. У меня слишком много обязательств перед главой.
- А зачем же ты тогда на приеме говорил мне все это? – в груди Магды билось заледеневшее сердце.
- Извини. Я действительно тогда потерял от тебя голову. Ты была так прекрасна. И ты была моей, я хотел тебя.
- А сейчас не хочешь меня? – она как-то криво усмехнулась, чувствуя, что еще немного и заплачет.
Он опустил голову, промолчал.
- Магда, ты могла бы дать мне денег? – вдруг спросил Бориан, поднимая голову и глядя ей в глаза.
Вопрос был очередным ударом, который привел ее в чувство. Она вдруг смогла сделать вдох, пронимая, что она больше не хочет видеть Бориана.
- Нет, - она поднялась. - Убирайся из моего дома. Я не хочу тебя видеть.
- Магда, прошу, мне очень нужны деньги, - его голос задрожал. – Понимаешь, ни отец, ни глава не дают мне деньги, а мне они нужны.
- Ты проигрался? – внезапно догадка промелькнула в голове Магды и увидела, как он дернулся от ее вопроса.
- Да, - он снова опустил голову.
- И сколько ты должен? – она зло усмехнулась. Когда Бориан назвал сумму, она удивленно подняла бровь. – Знаешь, Бориан, я сожалею, что позволила тебе вольность на этом приеме. А теперь убирайся. Я не дам тебе ни медяка.
- Магда, умоляю! Мне нужны деньги! – он упал перед ней на колени.
- Андерн, - крикнула Магда, отходя от Бориана на несколько шагов. Когда управляющий появился в комнате, приказала. – Вышвырнете этого человека из моего дома. И чтобы его ноги здесь не было.
- Магда, прошу, умоляю! Помоги мне!
- Андерн, что я приказала? – она повернулась к управляющему. – Почему я должна повторять?
Мужчина подошел к Бориану, поднял его за локоть и повел к выходу. У двери он остановился, повернулся к Магде и почти кричал ей страшные слова:
- Я никогда не любил тебя, мне от тебя были нужны только деньги твоего отца. Но глава предложил мне за брак с дочерью гораздо больше, чем твой отец мог бы дать тебе в приданое. В гостинице я просто имел тебя, как шлюху, чтобы был повод разорвать помолвку, и чтобы все узнали, как ты готова раздвигать ноги перед первым встречным. Я смеялся над тобой. И если бы мне сейчас не потребовались деньги, я бы никогда не пришел к тебе. Я не люблю тебя. Ты глупая, самовлюбленная, надменная девка, которая любит только себя.
Андерн дернул Бориана за руку, выводя из дома, а Магда осталась стоять в курительной комнате. Хотелось умереть прямо здесь и сейчас. Все эти годы она была влюблена в подлеца, который хотел от нее только одного – денег. И он выбрал деньги, а не любовь, когда женился на Мирре, за которой давали огромное приданое.
Бориан не слова не соврал Магде, когда от отчаяния кричал все эти слова. Да, когда-то он увлекся красивой девочкой, даже хотел жениться, думая, что у ее отца – полковника, командира гарнизона есть деньги. Но когда узнал, что полковник беден по меркам Наверсета, разочаровался. Однако он уже успел сделать Магде предложение, и она готовилась к свадьбе. Он искал способ разорвать помолвку, перебирал разные варианты. Однажды его к себе пригласил городской глава.
- Бориан, я слышал, ты собираешься жениться на Магде Перенгтон?
- Да, это так, - ответил Бориан, не понимая, к чему глава клонит.
- Скажи, если я дам хорошее приданое за своей дочерью, ты женишься на Мирре?
- Сколько? – без раздумий спросил Бориан.
Он очень любил деньги, шикарную жизнь, а еще любил играть в карты. И сейчас ему очень были нужны деньги, так как недавно он проигрался в пух и прах. Отец отказался выплачивать его долги, обещал выгнать сына из дома.
Когда глава назвал сумму, Бориан кивнул.
- Я согласен.
- Ты же понимаешь, что должен порвать с Магдой?
- Понимаю.
- И ты должен это сделать так, чтобы все об этом узнали. Ты должен испортить ее репутацию, чтобы ее никто и никогда не взял в жены. Сможешь? И тогда я буду тебе каждый год еще платить.
Глава назвал сумму, от которой у Бориана забилось сердце. Да ради таких денег он готов жениться на самом главе, не то что на его страшиле дочери. Глава увидел жадный блеск в его глазах и все понял, усмехнулся.
- Ну вот и ладно. Даю тебе три дня, чтобы решить вопрос с Магдой.
И Бориан ушел, думая, как он порвет помолвку с Магдой. И ему было интересно, чем так неугодна девушка главе. А все было просто. Год назад глава, который остался вдовцом, просил Рауля отдать ему в жены Магду. Принципиальный полковник отказал. «Вы старше ее, годитесь в отцы. Моя дочь не любит Вас. Я не могу согласиться на этот брак». Глава тогда только кивнул головой, но затаил злобу на полковника. Он уже мысленно представлял красавицу Магду в своих объятиях, как будет хвастаться ею перед городской знатью, а этот гордый никчемный полковник отказал ему. И когда несколько дней назад к нему прибежала Мирра вся в слезах, требуя сделать все, чтобы Бориан порвал с Магдой и женился на ней, у главы родился план. И он с удовольствием наблюдал, как в семье полковника разворачивается трагедия. И Бориану он потом отомстил, отказался платить ему деньги, которые обещал. Этот никчемный муж Мирры обижался, требовал, кричал, устраивал настоящие истерики, но всегда уходил ни с чем. Глава знал, что он – заядлый игрок, причем весьма неудачный. Он проигрывал огромные суммы. Но Мирра даже не хотела слышать отца, была влюблена в него, как кошка, раз за разом давала ему деньги, выплачивала его долги из наследства, что остались ей после матушки.
Когда Магда вышла замуж, что-то дернулось в душе Бориана. Он встречал ее на различных приемах, видел, как она преобразилась, стала невероятно красивой. Его Мирра даже близко не могла сравниться с его бывшей невестой. Он злился, когда снова и снова встречал ее – такую прекрасную, недосягаемую. Он видел, как на нее смотрит муж, как она ластится к нему и ревновал. А дома после таких встреч его ждал очередной скандал. Он давно бы развелся с Миррой, но глава крепко держал его. А еще Мирра всегда давала ему деньги на игру. Отказаться от денег он просто не мог.
Недавно Бориан вновь проигрался. На этот раз сумма была просто огромной, самому заработать ее он просто не мог, да и негде было заработать. Он ни дня не работал, жил за счет жены, которая была готова ради него на все. Когда он пришел к ней и сказал, что ему нужны деньги, Мирра закатила ему скандал и впервые отказалась давать ему деньги. Он перебирал в уме все варианты, как и где можно быстро получить деньги. И вспомнил о Магде. Теперь она жена одного из самых богатых людей города. Стоит ей только намекнуть, что он до сих пор любит ее, предложить интрижку, а потом попросить денег, она пойдет ради него на все. Он и сам не понял, как на этом приеме набросился на Магду. Воспоминания о той ночи в гостинице ударили ему в голову. Он взял ее прямо в одной из гостевых комнат в доме главы. Он что-то говорил Магде и даже сам верил в свои слова. Он хотел выждать время, а потом встретиться с ней снова, под предлогом совместного побега взять у нее деньги. Но когда узнал, что она развелась, приехал к ней в надежде, что она, влюбленная в него, будет рада дать ему эти деньги. Но Магда приказала его выгнать. Бориан ехал домой к беременной Мирре и понимал, что его жизнь закончена. Теперь глава точно что-нибудь сделает с ним.
Магда вернулась в свою комнату, упала на постель, уткнулась лицом в подушку и зарыдала. Она рыдала в голос, оплакивая свою разбитую в мелкие осколки любовь, растоптанное сердце, несчастную жизнь, где она так и не нашла свою любовь. Каким же подлецом оказался Бориан. Все это время она любила ничтожество, которое ради выгоды предал ее, растоптал, унизил, заставил страдать. Ей никто не был нужен, а он просто использовал ее, осрамил перед всем обществом.
Магда рыдала долго, не в силах остановиться. К ней в комнату заглядывала служанка, но не рисковала тревожить хозяйку.
Глава 11.
Глава 11.
После предательства Бориана Магда снова закрылась в своем доме, она никуда не выходила, никого не принимала. Да к ней никто и не приезжал. Снова по городу поползли о ней нехорошие сплетни.
С трудом Магда успокоила себя – теперь она свободная и богатая женщина. Чтобы забыть о предательстве и сбежать от сплетен и слухов о себе, которые продолжали ходить по городу, она отправилась в столицу в надежде найти себе достойного мужчину. Знакомых в столице у нее не было, поэтому ни на какие приемы ее не приглашали, нигде не ждали. Она просто гуляла по улицам, заходила в ресторации, несколько раз посещала театр. Иногда знакомилась с мужчинами, которые были не прочь пофлиртовать с красивой женщиной. Однако дальше предложений приятно провести время других не поступало. Если и были предложения руки и сердца, то только от старых и ни на что не годных. «Молодые» мужчины предлагали ей стать не больше, чем содержанкой. Каждый раз глядя на мужчин, которые предлагали ей подобное, морщилась. Они не походили ни на Бориана, ни на Мартина, при этом были давно и безнадежно женаты, имели кучу детей, никаких обязательств на себя не брали. Деньги, что она брала с собой, заканчивались. Домой вернулась в отвратительном настроении.
Магда решила заняться своим хозяйством, пыталась вникнуть в дела. Андерн пытался объяснить ей работу мануфактуры, фабрик, показывал какие-то документы, но скоро Магде это надоело, она совершенно ничего не понимала во всем этом. Она несколько раз выехала в город, посетила театр, где давали премьеру модного спектакля. На нее смотрели, шептались за спиной, но она гордо держала голову, стараясь показать, как ей все равно на все эти разговоры. С жадностью ловила слухи о Бориане и Мирре, и радовалась, когда узнала, что Мирра потеряла ребенка, после чего у ее бывшей подружки случился нервный срыв и отец отправил ее на лечение. Ей хотелось приехать к ним домой, надменно посмотреть на Бориана, а потом гордо уйти. Она даже представляла, как он будет бежать за ней, обнимать ее ноги и просить остаться с ним.
В своих метаниях Магда не заметила, как пролетел год, а потом еще один. Все чаще она стала закрываться в своей комнате, не интересуясь делами. Первым ударом стало для нее известие, что королевская армия отказалась заключать с ее мануфактурой новые договоры и расторгла последний заключенный Мартином, и у нее потребовали деньги, которые были уплачены в качестве предоплаты. Когда Андерн назвал сумму, которую пришлось отдать, она была шокирована.
Вторым ударом был пожар на фабрике, в котором сгорело все, что можно, погибли люди. Пришлось выплачивать семьям погибших большие суммы. И снова она была шокирована этими суммами.
Все эти года Магда продолжала жить на широкую ногу, заказывая себе новые наряды, покупая драгоценные украшения. Она никогда не задумывалась, сколько у нее осталось денег, все дела вел Андерн. Но после пожара он пришел к ней и сказал, что хочет попросить расчет. Не задумываясь, она подписала ему все необходимые бумаги. Когда управляющий уехал, сразу поняла, что он значил для семьи. Практически все заботы лежали на нем, которые теперь пришлось решать самой Магде. На нее навалилось столько проблем, что Магда не знала, за что ей браться в первую очередь.
В доме стали увольняться слуги. С оставшейся фабрики тоже стали уходить рабочие. Нанятый Магдой новый управляющий обещал ей, что разрешит все проблемы, но через два года он внезапно уехал, а к ней приехали представители королевского банка. Ее счета оказались почти пусты, новый управляющий успел опустошить их, а еще он набрал кредитов на ее имя и скрылся со всеми деньгами. Магда долго плакала в своей комнате, но пришлось принимать решение. Она продала свой дом, земли, деревни, которые принадлежали когда-то ее семье, продала все, что можно было, даже часть украшений пришлось отдать. Она перебралась в небольшой дом на окраине города. Постепенно ей пришлось продавать свои оставшиеся украшения, прощаться с дорогими нарядами, которые хозяйка лавки брала за очень низкую цену. Теперь ее никуда не приглашали, встретив на улице, долго смотрели ей в след и сплетничали. Выйти замуж у нее так и не получилось. Никто не хотел брать ее в жены практически нищую и без титула.
Все чаще она вспоминала Мартина. Она хорошо помнила их первую встречу – молодой, подтянутый мужчина в военной форме с дорожным саквояжем в одной и шпагой в другой руке, остановился перед ней, склонил голову в поклоне и улыбнулся своей мягкой улыбкой, глядя на нее с каким-то восторженным восхищением. Теперь, вспоминая его лицо, его глаза, как он смотрел на нее, как ухаживал, как трепетно целовал ее пальчики, она замирала, сердце начинало биться сильнее. Она вспомнила их ночи – столько нежности и трепетности было в его ласках, что она до сих пор помнит их. И почему это не нравилось ей ранее? Мартин давал ей все. Ради нее он стал богатым, бросил к ее ногам целый мир, дарил свою любовь, заботу, нежность. А она? А она любила подлеца, который окончательно уничтожил ее. Она вспоминала, как он уходил от нее – молча, с прямой спиной, не оглянувшись. Разве так уходят, если не любят – оставив все жене? Так уходят те, кто любит и готов простить. И Магда решила - она должна найти Мартина. Она долго думала, где он сейчас может быть. Потом вспомнила письмо, которое пришло на следующий день после его отъезда. Там был указал адрес его отца в городе Банкертоуне. Она тогда отдала письмо управляющему и просила переслать туда, куда уехал муж. Что было дальше с письмом, ей не известно. Но название города она запомнила. Прошло больше четырех лет с того дня, как Мартин ушел от нее. Наверное, он уже простил ее и будет рад увидеть?
С такой мыслью Магда впервые уснула сразу. Она обязательно должна найти Мартина, ведь не мог он разлюбить ее так быстро. Ведь она до сих пор помнит его и хочет вернуть все обратно. Она снова хочет увидеть восхищение в его глазах, почувствовать его трепетные поцелуи, хочет снова слышать его – «я люблю тебя» и восхищенно принимать от него дорогие подарки.
Утром Магда проснулась с улыбкой, пересмотрела всю свою одежду, выбрала несколько самых красивых платьев, нарядную обувь. Ведь не может же она приехать к Мартину заморашкой, он не должен узнать, что у нее ничего не осталось от прежней жизни. Она сложила вещи, которые собралась брать с собой. Получилось два больших дорожных саквояжа. Она долго думала, что делать с остальной одеждой и домиком, но пока решила все оставить так, как есть. Она добралась до станции дилижансов, пришлось два часа ждать нужный ей, потом загрузиться в него, сидеть в тесноте и духоте. Она вспоминала их дорожную карету, в которой было так удобно, что можно было даже спокойно выспаться, и тяжело вздыхала, стараясь сесть так, чтобы толстая тетка соседка не наваливалась на нее во время поездки.
Дилижанс шел так долго до этого Банкертоуна, что Магда успела устать, разозлиться, поругаться с соседями, которые постоянно то шумели, то ели свою противно пахнущую еду. Она вышла на конечной станции, выволокла свои саквояжи, опустила их на землю, стояла и раздумывала, куда ей поехать. Была мысль, что надо сначала поехать в гостиницу, чтобы привести себя в порядок, а уже потом ехать к мужу. Но денег у нее при себе было так мало, что могло и не хватить на хороший номер в гостинице. И зачем тратить деньги, когда все это есть в доме мужа, который ждет ее и будет безумно рад ее возвращению. Тогда она решилась, нашла наемный экипаж и попросила довезти ее до дома графа Лайрона.
Возница покосился на нее, на ее потрепанный вид, два больших саквояжа, кивнул головой, помог сесть, потом направился по адресу. Магда ехала и рассматривала город. На удивление, он ей понравился. Здесь было как-то уютно, чисто, много зелени. Дом графа Лайорна находился в пригороде, где жили самые богатые граждане. Она ехала мимо домов-дворцов и пыталась угадать какой из них дом Мартина.
- Приехали, - возница остановил экипаж возле закрытых кованых ворот. – Дальне мне не проехать. Здесь частная территория.
Магда поморщилась, но вышла из экипажа, расплатилась с возничим, который помог ей спустить на землю саквояжи. Перед ней были красивые кованные ворота, за которыми открывался прекрасный вид – большая подъездная дорога, ведущая к дому, по обе стороны от нее газоны с зеленой травой и цветами. Перед парадным крыльцом небольшой фонтан. Дом, окрашенный в приятный молочный цвет, Магде понравился сразу – три этажа, балконы, черепичная крыша, стены оплетены розами. Сердце забилось в предвкушении, как она будет жить здесь с Мартином, устраивать приемы, приглашать друзей. И да – они обязательно будут спать в одной спальне, больше никаких раздельных комнат.
Она подняла саквояжи и пошла к воротам. Пока шла, к ним со стороны небольшого домика слева от ворот вышел слуга.
- Вы чего-то хотели? – спросил слуга, не торопясь открыть ворота.
- Да, открывай. Скажи графу Мартину, что приехала его жена.
- Жена? – мужчина удивился, даже не скрывал своей эмоции, подняв брови. – Прошу прощения. Но Вы не жена графа Лайрона.
- Открывай, болван. Я долго буду тут ждать? Ты видишь, я с дороги, устала. Открывай быстрее, иначе я пожалуюсь мужу, и он накажет тебя розгами, - от нетерпения она даже топнула ногой.
Магде хотелось кричать, она была так зла, что закрыла глаза, чтобы немного успокоиться. Она устала, ей нужна ванна, еда, а еще ей нужен Мартин, который возьмет ее на руки и отнесет в свой дом, долго будет целовать ее пальчики, благодарить за то, что она вернулась к нему, сама приехала, говорить, как долго ждал ее, как любит до сих пор.
Пока она стояла с закрытыми глазами и пыталась успокоиться, слуга куда-то ушел. Магда подошла к кованой решетке, схватилась за нее руками и стала трясти, требуя немедленно ее впустить. Она кричала долго, пока не увидела, что открылась дверь огромного красивого дома, по ступенькам спустилась мужская фигура, которая направилась в ее сторону. Издалека Магда узнала его – Мартин, ее муж. Он идет к ней, он рад ее видеть. Она отошла на шаг, стараясь быстро привести руками в порядок свою растрепавшуюся прическу. Муж должен увидеть ее во всей красе. Она широко улыбнулась – пусть он видит, как она рада этой встрече.
Мартин подошел к воротам, остановился в паре шагов от них, сложил руки за спиной.
- Мартин, любимый, я приехала к тебе. Я так долго ехала, устала. Открывай быстрее ворота, я так хочу обнять тебя.
Она снова подошла к воротам, схватилась за прутья, разглядывая своего мужа, который стал еще красивее, чем она его помнила. Сердце забилось с такой силой, что Магда даже задохнулась на какое-то мгновение. «Ну же, открывай ворота, иди ко мне, окутай объятиями!» - кричал внутренний голос женщины.
- Магда, что ты здесь делаешь? – его голос прозвучал довольно холодно.
Магда нахмурилась, поморщилась, не понимая, что происходит. Неужели он не рад видеть ее? А где – «здравствуй, любимая. Я так рад, что ты приехала»?
- Как что? Я приехала к тебе. Думаю, что ты за это время простил меня. Я очень сожалею, что мы расстались, и вот, я решила приехать к тебе, чтобы быть с тобой, сказать, что люблю тебя.
- Магда, мы не просто расстались. Мы развелись. Ты сама этого хотела, - его голос по-прежнему оставался холодным, как зимний ветер. - Я оставил тебе все и ушел. Что ты еще хочешь от меня? Думаю, что тебе лучше уехать.
- Мартин, разве ты не рад мне? –Магда вдруг поняла, что муж не рад видеть ее, снова нахмурилась, но быстро натянула на губы свою лучшую улыбку.
- Нет, Магда, я не рад тебя видеть.
- Но ты же любил меня? – в ее голосе зазвучала растерянность. Неужели он разлюбил ее? – Ты же говорил, что жить без меня не можешь, что ради меня готов на все.
- Да, я говорил такое, надеясь, что ты тоже полюбишь меня. Я очень любил тебя и никогда не скрывал своих чувств к тебе.
- Так давай же вернем наши чувства! Мартин, пусти меня. Это не прилично держать женщину на улице и не пускать в наш дом.
- Нет, Магда, всвой дом я тебя не пущу. Я тебе оставилтвой дом, где хотел быть с тобой счастливым, любить тебя, растить наших детей.
- Прости меня, Мартин. Я много наговорила тебе в тот день. Я жалею о каждом сказанном мною слове. Но это все не правда, просто я тогда устала и была зла на тебя. Но я люблю тебя. Пусти же меня. Ты же обещал моему отцу заботится обо мне.
- Нет. Тебе лучше уехать. Нас с тобой ничего не связывает, мы развелись. Я больше не люблю тебя. Да, я обещал твоему отцу заботиться о тебе. Я выполнил свое обещание. До последнего надеялся, что мы будем счастливы. Но тебе не нужна была моя любовь, ты ненавидела меня настолько, что не хотела от меня детей. У меня нет больше к тебе никаких чувств, кроме досады, что я так долго надеялся, что мы будем счастливы. Прошу, уезжай. Я не пущу тебя к себе.
- Но, Мартин! Я только что приехала, проделала долгий путь, устала. Мне нужен отдых, нужна ванна, я хочу есть.
- Все это можно найти в гостинице. В нашем городе есть хорошие гостиницы. Выбирай любую. В моем доме тебе нет места.
- Но у меня нет денег на гостиницу! – в запале крикнула Магда.
- Нет денег? – его бровь иронично поднялась. – Я оставил тебе огромное состояние, и у тебя нет денег на гостиницу?
- Извини, так получилось, - она опустила взгляд. – Прошу, пусти меня. Мы поговорим, я тебе все расскажу, и мы забудем все наши обиды.
- Нет, Магда. Я не хочу тебя прощать. Тем более я не собираюсь возвращаться к тебе. Я женат и счастлив.
- Ты…женат? – она побледнела, в ушах появился шум, ноги ослабли, она еще крепче уцепилась за прутья ворот, чтобы не упасть. – Но как? Ты же любишь меня?
- Я любил тебя, пока ты сама не разбила мою любовь на мелкие части. А сейчас я женат и очень счастлив.
В это время на улице появилась красивая карета, запряженная в четверку ухоженных лошадей. Мартин увидел ее, махнул рукой слуге, который поспешил открыть ворота.
- Дамочка, отойдите в сторону, - сказал слуга, открывая ворота. – А то Вас карета заденет.
Магда как во сне сделала несколько шагов в сторону. Карета проехала ворота и остановилась. Мартин подошел к дверце, которая открылась, и Магда увидела в ней молодую женщину.
- Мартин, что здесь происходит? – с какой-то доброй улыбкой спросила женщина, не выходя из кареты.
Он не успел ответить, как из двери кареты на руки Мартина прыгнул живой комок и закричал на всю улицу:
- Папоська, а мы лешили с мамоськой плиехать ланьше. Я соскучился.
- Я тоже очень соскучился, сынок, - ответил Мартин, прижимая к себе маленького ребенка. – Ты мне расскажешь, как Вы съездили?
- Да! – почти закричал мальчишка.
- Мартин, это кто? – как во сне спросила Магда.
Он повернулся и словно только сейчас заметил ее, поморщился.
- Это моя любимая жена и наш любимый сын.
- А это кто? – спросила женщина, которая выглянула из двери кареты, чтобы разглядеть Магду. – Мартин, ты почему не приглашаешь ее в дом?
- Женщина просто спрашивала адрес. Я ей подсказал. Думаю, что не время принимать нам гостей. Я слишком соскучился за вами.
Он махнул рукой слуге, который стал закрывать ворота. Мартин с ребенком на руках поднялся в карету, быстро поцеловал женщину, закрыл дверцу, и карета тронулась в сторону дома. А Магда стояла и смотрела ей в след. «Это моя любимая жена, наш любимый сын», - громом гремели слова Мартина. Как он мог так быстро забыть ее, разлюбить? Разве так можно? Ведь она простила его, хотела все вернуть, а он…изменил ей?
Магда долго стояла перед воротами и все ждала, когда Мартин вернется к ней, скажет, что все это шутка, обнимет ее и поведет в дом. Но шло время, а бывший муж не выходил из дома, не спешил к ней. Магда подняла свои саквояжи и пошла по дороге в сторону города. Она долго добиралась до станции дилижансов. Надо убраться отсюда как можно быстрее, чтобы не видеть того, кто изменил ей, кто сразу же нашел другую.
Снова она долго тряслась в душном дилижансе, возвращаясь в родной Наверсет, где остался ее небольшой домик. Она ехала и всю дорогу вспоминала холодный взгляд Мартина, его слова – «…нас с тобой ничего не связывает, мы развелись. Я больше не люблю тебя… ты ненавидела меня настолько, что не хотела от меня детей…». Сейчас она очень хотела от него детей, она приехала к Мартину, чтобы быть с ним, родить ему детей. Только одно его слово и она родила бы ему столько детей, сколько он захочет. Как он мог так поступить с ней? Она плакала, не стесняясь своих слез и не обращая внимания на соседей, которые всю дорогу косились на нее.
Она добралась до своего дома уже в вечерних сумерках, вошла в дом, устало опустилась на стул в холодной кухне, осмотрелась. Маленький домик на две комнаты, кухню – вот все что осталось у нее от того состояния, что оставил ей Мартин. Он ничего не взял себе. Забрал только то, с чем пришел к ним в дом – имя и титул. Она думала, что проживет без него. Но только сейчас поняла, какую она совершила огромную ошибку в своей жизни. Сейчас она лежала бы в объятиях Мартина, который нежно целовал бы ее. Они жили бы в их прекрасном доме, он баловал бы ее дорогими подарками и говорил, как любит ее. И почему она не захотела этого тогда, когда все это было рядом с ней? Почему каждый раз выбирала не его, думала о том, кто раздавил ее, разбил ее сердце? Одиночество. Бедность. Нелюбовь. Вот все, что ей осталось от той жизни, от которой она сама отказалась.
Карета подъехала к крыльцу дома. Мартин вышел из нее с сыном на руках, помог Ирме спуститься на землю. Он снова обнял ее, поцеловал, широко и счастливо улыбнулся. Для него в этом мире существовала только одна женщина – его Ирма, которая дарила ему любовь, нежность, заботу, которая подарила ему прекрасного сына, которого он решил назвать в честь того, кто помог и поддержал в трудное время – Раулем. А недавно они узнали, что она снова ждет ребенка. Девять дней назад по рекомендации врачей Ирма с сыном уехали на море, чтобы отдохнуть и набраться сил. Он скучал без них каждый день и сейчас безумно рад, что они приехали раньше.
Они прошли в дом. Служанка забрала Рауля и повела в его комнату. Мартин с женой прошли в их комнату, которую они так любили.
- Мартин, ты не сердишься? – спросила Ирма, когда Мартин обнял ее и прижал к своей груди. – Я не смогла там больше без тебя. Да и Рауль все время просился домой.
- Ирма, если бы ты знала, как я вас ждал, - он вдыхал такой родной любимый аромат своей жены с закрытыми глазами.
- Скажи, а кто это женщина? Ну у ворот.
- Это? – он усмехнулся, открыл глаза, посмотрел на жену. Нет, она не сердилась и не ревновала. Ей просто было интересно. – Это моя бывшая жена, которой не нужна была моя любовь, которая ненавидела меня все четыре года нашей жизни, которая не хотела наших детей, которая выбрала того, кто ее предал и опозорил. Я все честно рассказал тебе об этом.
Жена кивнула и внимательно посмотрела ему в глаза, подняла руку, ласково провела по щеке. Мартин перехватил ее ладошку, прижал к своей щеке, закрыл глаза. Какое счастье – вот так стоять и прижимать к себе любимую женщину.
- Мартин, я люблю тебя. Я никогда не променяю тебя ни на кого. Я счастлива с тобой.
И уже ночью она разглядывала лицо спящего мужа, любовалась им и не понимала, как можно не любить такого мужчину, как Мартин. Между ними не было никаких секретов. Муж все честно рассказал ей о своем первом браке, как любил свою жену и как она не любила его. Ирма даже была благодарна этой Магде, которая не поняла своего счастья, что не поняла, кто был рядом с ней и что они разошлись. Теперь этот мужчина принадлежит ей полностью – душой, телом, сердцем. И она принадлежит ему.
- Я очень хочу любить тебя, - внезапно прошептал Мартин, открывая глаза, притягивая жену к своей груди.
Конец