Глава 1

Император Аменемхет Мудрый после ночного происшествия находился в скверном расположении духа. Хотя происшествие, это мягко сказано, на самом деле случившееся было настоящей катастрофой.

Хотя могло быть и хуже. Поначалу Император даже решил, что Источник предал его и теперь повинуется новому хозяину. Но быстрая проверка показала, что источник по-прежнему откликается на зов Императора и послушен его воле. Но это не отменяло того факта, что теперь появился ещё один человек, прошедший ритуал Единения с Источником и который может повелевать потоками энергии Жаровни наравне с самим Императором.

Незнакомец после ритуала исчез, и пока было непонятно, что он предпримет в дальнейшем. Император знал, что по завершении ритуала, Источник по требованию обретшего Власть, может переместить его в любое место, включая и другие Миры. Поэтому таинственный незнакомец может сейчас находиться где угодно. Скорее всего, в столице его не было, поскольку Император чувствовал всех сильных магов, подключённых напрямую к Источнику.

На ночном происшествии неприятности не закончились. К концу дня пришли сообщения из приграничных с Королевством Ночи провинций. Огромная, стотысячная армия противника, пришла в движение, передовые отряды пересекли границу и стремительно двигались вглубь страны. Вторжение началось.

Армия Империи была в целом готова к войне. Передовые заслоны уже вступили в контакт с отрядами противника. Численность имперской армии, готовой выдвинуться навстречу войскам противника, составляла тоже порядка ста тысяч, так что силы были примерно равны.

Но существовала большая проблема. По данным разведки, вторгшуюся армию Королевства Ночи возглавляли, брат короля Ночемира, герцог Маробод и королевский сын, принц Аларих. Оба они были Архидемонами на пике развития, а возможно, даже слабыми Лордами демонов.

Сам Император считался Высшим магом, но на самом деле, благодаря Ритуалу Единения с Источником, он уже достиг ранга полубога. Поэтому в сражении двух армий силы главных магов были бы примерно равны.

Но проблема заключалась в том, что Император в сложившихся обстоятельствах не мог покинуть столицу. Уже не являлось секретом, что в столице зреет заговор и стоит только Императору покинуть столицу, как заговорщики выступят, захватят столицу и ударят императорской армии в спину.

Поэтому Император не мог возглавить армию. В то же время не отправить армию навстречу вторгшимся войскам противника было нельзя, поскольку если не преградить им путь, то вскоре они захватят половину Империи, разобьют по частям войска провинций и затем двинутся на столицу.

Но армия без Императора будет обречена на поражение. Даже все Архимаги Империи не смогут дать должный отпор двум чудовищам, возглавляющим армию вторжения. Императорская армия неизбежно будет разгромлена в сражении.

Проблема, стоящая перед Императором, выглядела неразрешимой. Однако и промедление в принятии решения было смерти подобно.

Когда Стефан исчез, Фридрих поначалу обеспокоился. Приятель пропал неожиданно, и Фридрих решил, что тот попал в неприятности. Но Ширин беспокойства не проявляла и заявила, что господин может сам о себе позаботиться. Она явно что-то знала, но делиться информацией с Фридрихом не спешила. Хотя после ночного покушения они стали достаточно близки и спали теперь в одной постели.

А потом Фридриху стало не до тайн приятеля. Армия Королевства Ночи вторглась в Империю и было объявлено военное положение.

Хотя для его дел введение военного положения и ночного комендантского часа оказалось большим плюсом. Многочисленные военные патрули существенно затруднили действия диверсионных групп Королевства Ночи.

А поскольку в группы охраны важных для армии персон кроме армейских бойцов из специальных частей теперь были включены маги, способные видеть ауры, то полудемонам-оборотням стало трудно подобраться к охраняемым персонам, поскольку их замечали ещё издалека.

Более того, теперь в срочном порядке в столицу собирали магов, способных видеть ауры, даже слабосилков, и включали их в состав военных патрулей. Поэтому боевые группы диверсантов выявляли одну за другой и вскоре те из них, которые ещё не были уничтожены, были вынуждены затаиться.

Так что определённые успехи в выполнении стоящих перед Столичной Стражей задач, были.

А вот с противоборством действиям заговорщиков дела обстояли не так радужно. Сторонников Императора продолжали убивать, и пока Фридрих и его подчинённые ничего не могли с этим поделать.

К тому же Канцлер Кальпурий требовал бросить все силы на защиту важных для армии персон, мотивируя это начавшейся войной. И хотя формально он был прав, но Фридриху не нравилось, что фактически указания Канцлера способствуют действиям заговорщиков. У Фридриха даже начали закрадываться подозрения, что делается это не без участия агентов заговорщиков в Имперской Канцелярии, которые вводят в заблуждения Канцлера, заставляя недооценивать опасность внутренних врагов.

Неожиданно последовал вызов во дворец Императора. Лейтенант Императорской Гвардии в сопровождении десятка гвардейцев и двух боевых магов третьего ранга явился к Фридриху поздно вечером, что было до крайности необычно.

Фридрих занервничал, но на арест это не было похоже. По дороге Фридрих гадал, кому это он мог так срочно понадобиться во дворце. В голову лезли всякие догадки, но чего Фридрих не ожидал, так это того, что его проведут прямо в один из кабинетов Импертора.

И хотя не так давно Фридрих уже встречался с монархом, но тогда он сопровождал Маршала Регенсберга и Канцлера Кальпурия. Но сейчас никого постороннего в кабинете не было, и Фридрих очутился с Императором с глазу на глаз, такая приватность точно не сулила ничего хорошего.

Император сидел за огромным столом, сделанным из необычного дерева, которое мягко светилось изнутри тёплым желтоватым светом. Он некоторое время молча рассматривал стоящего навытяжку Фридриха, а затем махнул рукой:

— Расслабься. В целом я доволен твоей работой, — после чего предложил Фридриху присесть в массивное кресло, стоящее перед столом.

Фридрих опустился в предложенное кресло, однако расслабляться и не подумал. Ночной вызов и личная беседа с Императором наедине явно указывали на чрезвычайную ситуацию, но пока Фридрих не представлял о чём пойдёт речь.

— Ты и твои люди неплохо справились с задачей обеспечения безопасности важных для армии персон и насколько я понимаю, диверсионные группы противника потерпели ряд неудач, а большинство из них к настоящему моменту или уничтожены, или затаились.

Это хорошо. Но в то же время продолжаются нападения на близких к трону людей и их гибель, дело рук уже не шпионов Королевства, а неких заговорщиков. И несмотря на все усилия, гибнут всё более важные для безопасности государства люди. И в этом направлении успехи Столичной Стражи не радуют. Также у нас пока нет никакого представления об этих заговорщиках и тех, кто с ними связан. И мне не совсем понятно, почему в то время как противодействие хорошо подготовленным шпионам Королевства протекает весьма успешно, ситуация с заговорщиками становится всё более опасной. В чём причина?

— Я не снимаю с себя вины, Ваше Императорское Величество, — напрягся Фридрих. — Частично отсутствие успехов объясняется тем, что нам приходится иметь дело с аристократами. В отличие от тех, кто связан с армией или имеет с ней дела, аристократы не выполняют наши рекомендации по организации охраны, не разрешают нашим людям сопровождать их во многие места, рассчитывая на свою охрану. Кроме того, моих людей не всегда допускают до расследований, ведущихся по фактам таких покушений, этим занимаются следователи Тайной Канцелярии, которые в большинстве случаев не делятся с нами деталями расследования и не позволяют опрашивать важных персон.

Но основная причина даже не в этом. У меня имеется прямое указание Канцлера Марка Кальпурия сосредоточить все усилия Столичной Стражи на защите связанных с армией персон от диверсантов Королевства Ночи. Канцлер счёл, что дела высшей знати и политические вопросы, а это именно всё что касается заговорщиков, не наше дело, поскольку этим занимается Тайная Канцелярия. Поэтому мы должны помогать следователям Тайной Канцелярии и агентам, но самим проявлять инициативу и лезть в детали расследования, нам не рекомендовано.

— Возможно, Канцлер действует из лучших побуждений, Тайной Канцелярии действительно сподручней общаться со спесивыми аристократами, но раз его действия не приносят успеха, то не стоит пренебрегать и возможностями Столичной Стражи, — с оттенком сварливого недовольства заметил Император. — Я поговорю с Канцлером, чтобы Тайная Канцелярия не чинила вам препятствий. И ещё хочу напомнить, что я наделил вас чрезвычайными полномочиями, так что если кто-то будет выражать недовольство, будь то даже представители высшей аристократии или служащие Тайной Канцелярии, можете ссылаться на мои прямые указания.

— Будет исполнено, Ваше Императорское Величество, — пообещал Фридрих.

— Но я вас пригласил не для этого. Точнее, не только для этого, — веско произнёс Император, придавив Фридриха тяжёлым взглядом. — У меня есть для тебя, особое, деликатное поручение. О сути которого будем знать только ты и я.

Такое Фридриху не понравилось. Он всегда старался держаться подальше от дворцовых интриг. То, что Император собирался доверить ему важную тайну, пугало неустрашимого генерала. Он слишком хорошо знал, что милость сильных мира сего в любой момент может обернуться смертельной опасностью.

И потом, Фридрих не понимал, что может быть важней вторжения Королевства Ночи и заговора столичной аристократии в такой момент. Он ожидал всякого, но сказанное Императором удивило его.

— Нужно найти человека! — веско произнёс Аменемхет Мудрый.

— Человека? — моргнул от неожиданности Фридрих. — Одного?

Император недовольно взглянул на Фридриха, и тот осёкся, хотя у него было множество вопросов.

— Человека! — веско повторил Император.

— Кого именно мне искать? — после продолжительной паузы всё же поинтересовался Фридрих.

— К сожалению, я и сам не знаю, — вздохнул Император.

— Но как я его тогда найду? — поразился Фридрих. — Мне нужны хоть какие-то приметы.

— Ищите что-то странное. Необычное. Скорее всего, этот человек не так давно появился в Столице. Мужчина. Не старый. Это сильный маг, но, возможно, он скрывает свою силу. Я не знаю, как он выглядит. Не знаю, каковы его цели. Но он обязательно себя проявит. Поэтому ваша задача подобна поиску кругов на воде. Чудовище под водой может быт не видно, но круги на воде всегда выдают его присутствие. Вокруг искомого человека должны происходить необычные события. Ищите их. Обо всех таких личностях, вокруг которых происходит что-то необычное, будете докладывать мне раз в три дня. Лично. И не пытайтесь сами предпринимать что-то против таких людей, только наблюдайте. Я сам приму решение тот ли это, кого мы ищем.

Покидал покои Императора Фридрих в полной растерянности. Искать неизвестного по тем установкам, которые озвучил Император, было всё равно что искать ветра в поле. И что же это за человек такой, если его поиски важнее шпионской сети Королевства Ночи в столице и важнее поиска заговорщиков?

И тем не мене, поставленную Императором задачу нужно было выполнять. И судя по проявленному Императором интересу, человек этот действительно должен быть необычным, а значит, вокруг него должна твориться какая-то чертовщина.

Задача была непростой. Но Фридрих был чертовски упрям, не собирался отступать и уже прокручивал в голове все необычные события, которые происходили в столице в последнее время.

Поиски начались.

Глава 2

Между тем человек, которого искал Император, не мог быть найден, по той простой причине, что находился сейчас в Другом Мире.

Пройдя ритуал Единения с Источником, Стефан переместился в один из демонических Миров. Он бывал здесь и раньше, хотя и редко, поскольку построение межмировых порталов, было процессом сложным и очень энергозатратным.

Обычно Стефан использовал этот Мир как тренировочную площадку для отработки мощнейших заклинаний, которые в любом месте его родного Мира, привлекли бы слишком много внимания других обладателей магии.

Император едва не перехватил Стефана во время прохождения ритуала и теперь его будут усиленно разыскивать. Но Император видел Стефана только со спины, поэтому не сможет описать, кого нужно искать. Единственный шанс опознать Стефана, это по рисунку магической ауры. Но это может сделать только сам Император, остальным это недоступно. Так что если не попадаться Императору на глаза, то опознать в Стефане того, кто проходил ритуал Единения, будет весьма проблематично.

Ну или когда он начнёт применять особо мощные заклинания. Именно поэтому Стефан и переместился на свой тренировочный полигон в другом Мире, чтобы опробовать свои новые способности.

После слияния с двумя Родовыми Источниками, изменилось не только его восприятие магии, но и сама его магическая суть. Если раньше Стефан находился на уровне Высшего Мага или Лорда Демонов, то теперь его уровень повысился. Он сам стал магией, больше не отделяя себя от магических стихий. Теперь надо было научиться управлять своими новыми возможностями.

Сейчас Стефан находился на вершине огромной скалы с отвесными краями. Сама вершина представляла собой большую относительно ровную площадку, как будто вершину скалы срезали чудовищным ножом.

По отвесным стенам местные демонические твари не могли взобраться, а от летающих чудовищ Стефан прикрылся заклинанием невидимости. Для начала он хотел оценить приобретённые возможности, а потом спуститься на каменистую равнину, где бродило множество местных магически очень сильных, но безмозглых демонических тварей, и опробовать на них боевые формы.

Первое, что Стефан понял, это то, что теперь ему не нужны магические костыли в виде магических конструкций для воздействия магической энергией.

Искусство владения магией зависело от силы мага и его мастерства, и строилось на принципе от простого к сложному, а от сложного к совершенному.

Слабые и начинающие маги могли воздействовать на окружающую реальность сырой магией, то есть просто швыряться неоформленными сгустками энергии. Всё равно что швырять в противника рыхлый снег лопатой, который почти не оказывает воздействия при попадании в цель.

Более опытные и сильные маги использовали магические конструкции, с помощью которых формировали магическую энергию в определённую форму и уплотняя её. Все равно что слепить снежок, который уже может больно ударить при попадании в цель.

Чем больше энергии вкладывал маг, тем плотнее и сильнее получалось заклинание, точнее, формируемая им концентрированная энергия. Причём сырой магии можно было придавать разные формы, например, огонь, лёд, вода, воздух и прочие.

Для создания заклинаний использовались разные магические конструкции, руны, слова силы, магические формулы, магические чертежи.

Наиболее сильные маги использовали комбинаторику, сочетая в одном составном заклинании множество магических конструкций. То есть используя так называемые матрицы, простенькие на вид магические конструкции или руны, внутри которых свёрнутыми слоями были упакованы составные заклинания. Обычно разум сильного мага хранил в себе множество готовых матриц, которые он мог задействовать почти мгновенно.

Раньше и сам Стефан пользовался матричными формами, комбинируя их в различных соотношениях. Но теперь он понял, что перешёл на более высокий уровень, его разум теперь работал гораздо быстрее, и он инстинктивно чувствовал структуру магических потоков энергии и мог преобразовывать её в любые формы одной силой мысли, без промежуточных конструктов.

Ещё он осознал, почему Империю называют Империей Теней. Новые способности позволяли ему ощущать пространство не как единый монолит, а состоящим из нескольких слоёв реальности. При погружении на следующий слой реальности, мир вокруг менялся, он прекрасно видел, что происходит на верхнем слое, представляющем собой первооснову, но сам как бы выпадал из реальности и понимал, что для находящихся на верхнем слое, он исчезал из их восприятия, и они уже не могли на него воздействовать.

Наконец, кардинально изменилось магическое зрение, и Стефан стал видеть внутреннюю структуру вещества. Все материальные тела вокруг состояли из корпускул, неких частиц, в которых парадоксальным образом соединялись материя и энергия. Корпускулы взаимодействовали между собой, составляя сложные конструкции, в результате получалось то или иное материальное тело.

Но главное преимущество, которое давало новое понимание окружающего мира, состояло в том, что Стефан силой мысли мог разрушать связи между корпускулами, разрушая любые материальные предметы с минимальными затратами энергии. Родовая память подсказала, что этот процесс называется дезинтеграцией или энергией Первобытного Хаоса, противостоять такому воздействию не могли никакие защитные заклинания и силовые энергетические щиты.

Проведя первичную оценку своих новых возможностей, Стефан, используя магию левитации, переместился с вершины скалы на каменное плато внизу и принялся отрабатывать новые техники в режиме реальных схваток. Благо монстров в здешней местности хватало. Причём очень агрессивных монстров, которые стекались со всех сторон, торопясь напасть на чужака.

Первыми под раздачу попали существа, похожие на бронированных крыс, достигавшие в холке около полутора метров и двух метров в длину. Нападали они небольшими стаями, что было очень удобно, поскольку позволяло быстро отрабатывать различные виды магических техник.

Прямое преобразование сырой магической энергии в конечную форму имело множество достоинств. Конечная магическая форма создавалась почти мгновенно и если при использовании промежуточных магических конструкций значительная часть объёма первично зачерпнутой сырой энергии терялась, то теперь потери были почти незаметны. Кроме того, если раньше Стефан мог единовременно манипулировать хоть и большими, но всё же ограниченными объёмами энергии, то теперь он даже не мог оценить размеров своей силы.

Постепенно на место бойни подтягивались всё более сильные монстры, привлечённые запахом крови и плоти убитых чудовищ, что позволяло Стефану опробовать более мощные заклинания.

В конце тренировки подтянулись даже несколько тварей уровня Высших Демонов, мощные защитные щиты которых блокировали даже сильные заклинания. Но оказалось, что против магии Хаоса они ничего не могут противопоставить, энергетические щиты тварей оказались бесполезны, и Стефан без проблем дезинтегрировал их.

Внезапно Стефан почувствовал чей-то пристальный, царапающий голодный, полный злобы взгляд. Видимо, бойня привлекла внимание какой-то местной твари, находящейся на вершине пищевой цепочки.

Новые возможности восприятия позволили Стефану вовремя заметить опасного наблюдателя. Он мог бы расширить зону восприятия и более пристально рассмотреть, кто там прикидывает годиться ли он в пищу, но понимал, что этим может спровоцировать противника на атаку. А поскольку Стефан только начинал осваивать свои новые возможности, то вступать в сражение с по-настоящему сильным противником, он пока не хотел.

Некоторое время Стефан выжидал, решится тварь напасть или нет. Но затаившийся наблюдатель нападать не стал и вскоре удалился.

Стефан решил, что на сегодня достаточно, и сначала переместился на плоскую вершину скалы, а после, осмотревшись, построил межмировой портал, вернувший его обратно в свой Мир, на вымощенную каменными плитами портальную площадку в парке занимаемого им особняка.

Наутро Стефан первым делом посетил своего приятеля, генерала Шопенгауэра. Фридрих обрадовался возвращению Стефана и вывалил на него кучу последних новостей, включая странный вызов в императорский дворец.

— Ну, с диверсантами Королевства Ночи, всё понятно. Снижение их активности вызвано не только твоими успешными действиями, сделавшими их деятельность в столице неэффективными, но и начавшимся вторжением основной армии Королевства в Империю. Теперь основная активность диверсионных подразделений сместится в зону боевых действий и держать в столице большое количество агентов им не имеет смысла.

А что касается ночного приглашения в императорский дворец и личного поручения Императора, то здесь всё гораздо сложнее. Видишь ли, в чём дело, дружище. Происходящее очень сильно напоминает семейные разборки, именно поэтому Император просил организовать поиски приватно и докладывать ему лично. А ввязываться в семейные дела людям со стороны не рекомендуется, может очень сильно прилететь с обеих противоборствующих сторон. Родственники свои проблемы между собой скорее всего урегулируют, и им не понравится, что останется кто-то посвящённый в их семейные распри. Поэтому лучше изобразить бурную деятельность, но по факту держаться от этой темы подальше. Тем более что с началом войны проблем у всех и без того прибавится.

— Пожалуй, ты прав, — признался Фридрих. — Я и сам нечто подобное думал. Да и вообще, хочу попытаться вернуться обратно в армию. Началась большая война и моё место на передовой. Там я принесу куда больше пользы.

— Ты ведь понимаешь, что тебя никто не отпустит, — усмехнулся Стефан. — И потом, ты не прав. Армия Королевства Ночи представляет собой стратегическую угрозу, но Империя велика и войска противника будут продвигать не быстро. Война может продлиться достаточно долго. Куда большую опасность в ближайшей перспективе представляют заговорщики здесь, в столице. В случае если им будет способствовать успех, то Империя просто развалится.

— Да что они могут сделать, по большому счёту? — отмахнулся Фридрих. — Пока Император жив, им ничего не светит. Как только они покажут свои лица в попытке захватить власть, Император их сразу же прихлопнет. А убить Императора, они не смогут. Для этого им понадобится помощь бога или сильного полубога, вряд ли они располагают подобными ресурсами.

— Иногда нет необходимости убивать кого-либо, достаточно воздействовать в психологическом плане, так чтобы человек перестал здраво мыслить. Император тоже подвержен эмоциям, и заговорщики наверняка попытаются вывести его из равновесия, воздействуя через семью, близких ему людей. Кроме того, стоит только Императору покинуть столицу, как руки у заговорщиков окажутся развязанными, и они попытаются захватить столицу.

Это означает, что Император не может сам возглавить армию. А без его участия любое решающее большое сражение будет проиграно, поскольку армию Королевства Ночи возглавляют брат короля Ночемира, герцог Маробод и королевский сын, принц Аларих. Они совместными усилиями способны уничтожить любое войско, если в нём не будет мага, равного им по силе. Все ваши боевые маги вместе не заменят Императора в этом противостоянии.

Поэтому разоблачить заговорщиков и предотвратить захват столицы, требуется в ближайшее время, иначе война будет проиграна. Точнее, армия Королевства Ночи захватит большую часть территории Империи, что равносильно поражению в войне.

Доводы Стефана были разумными, умом это боевой генерал понимал. Но не сердцем. Поэтому Фридрих поспешил перевести разговор на другую тему.

— Ладно. Обсудить эти вопросы у нас ещё будет время. Но раз уж ты вернулся, то есть одна тема. Моя сестра Мария замужем за бароном Тристаном Монморанси, и на днях они организуют приём. Будет человек пятьдесят, в том числе множество молодых дам. Сестра категорически требует, чтобы я был на приёме. Ты идёшь со мной, и это не обсуждается. Тем более что Мария давно хотела с тобой познакомиться.

— То есть твоя сестра пытается тебя женить, и на приёме будет целый ряд кандидаток на должность твоей жены. И бравый генерал отчаянно трусит, и пытается спрятаться за мою спину, — проницательно заметил Стефан.

— С чего ты взял? — попытался возмутиться Фридрих.

Но под насмешливым взглядом приятеля сник.

— Ну частично ты прав. Я не тороплюсь повесить себе на шею ярмо законной супруги. Балы эти я терпеть не могу, как и необходимость общаться со всякими расфуфыренными клушами. Меня вполне устраивают временные любовницы.

— Но сестра с этим не согласна.

— Ещё как не согласно, — вздохнул Фридрих. — Взяла меня в такой оборот, что хоть беги из столицы. Так что давай выручай, отвлечёшь на себя часть внимания.

— Ты слишком много просишь. Но я готов согласиться. Правда, при одном условии.

— Всё что угодно, — обрадовался Фридрих.

— Попроси сестру пригласить на приём известную тебе особу.

— Ты сейчас про девицу, из-за которой влип в неприятности, поссорившись с семейством Церингенов? — недовольно скривился Фридрих. — Тебе что мало уже имеющихся проблем?

— Ты меня услышал. Или ты уговариваешь сестру пригласить на приём графиню Женевьеву де Колиньи, или отбивайся от невест без меня.

— Я поговорю с Марией, — тяжело вздохнул Фридрих. — Постараюсь её убедить, хотя она будет явно не в восторге от твоей идеи.

— Думаю, что ты несколько драматизируешь, — возразил Стефан. — Сейчас главной темой для обсуждений является начавшаяся война с Королевством Ночи, поэтому старые прегрешения мало кому интересны. Каролинги не первые и не последние, кто был замешан в заговорах против престола, со временем на прошлые прегрешения начинают смотреть более снисходительно. Тем более в условиях большой войны, когда обстоятельства для государства складываются весьма неудачно. Сейчас не время для старых конфликтов, стране требуется единство.

Получив приглашение на приём, который организовывала баронесса Монморанси, Женевьева де Колиньи удивилась и даже немного испугалась. Она не была знакома с баронессой, и потому это приглашение выглядело странно. Да и после известного происшествия на балу, которое окончилось дуэлью вступившегося за ней мужчину с бароном Церингеном, Женевьева опасалась повторения нового скандала, поскольку их семья по понятным причинам находилась в изоляции.

А молодого отважного мужчину она вспоминала часто. И иногда мысли у неё были весьма нескромные. Но то во сне, где невозможно себя контролировать. Хотя и бодрствуя, она была бы весьма не прочь встретиться со своим заступником снова и познакомиться с ним поближе.

Женевьева осторожно навела некоторые справки и знала, что Стефан иностранец и прибыл в столицу из Султаната.

Спустившись вечером к ужину, Женевьева нарвалась на форменный допрос со стороны матери.

Герцогиня Жюстина Каролинг, хотя и была до сих пор женщиной красивой, но лучшие годы её были уже далеко позади. Видимо, по этой причине, с каждым годом она становилась всё более суровой, а многие бы посчитали её сварливой и даже жёлчной. Герцога Армана Каролинга она уже скорее раздражала, он больше не испытывал к ней тёплых чувств и находил утешение в объятиях молодых любовниц.

— С чего это вдруг баронесса прислала тебе приглашение? Разве вы с ней знакомы? — пристально уставилась на дочь герцогиня.

— Никогда с ней не встречалась. Сама недоумеваю, — искренне ответила Женевьева.

— Ты ведь не думаешь туда идти?

— Почему? Можно подумать, что меня заваливают приглашениями! — возмутилась Женевьева.

— Фи. Приём в доме у какого-то мелкого барона. Баронство Монморанси, одно названье, далеко в провинции, маленькое, бедное. А жена барона, которая прислала тебе приглашение, вообще из простолюдинок. Не нашего круга люди.

— Если ты забыла, дорогая, то мы находимся в таком положении, что нас избегают, — вмешался герцог. — Приглашениями нас не балуют. А молодой девушке нужно вращаться в приличном обществе, надо ведь подумать и о будущей семье. Где она, по-твоему, должна знакомиться с женихами?

— Откуда там приличное общество? — скривилась герцогиня. — Одни прохиндеи и охотники за приданным.

— Не скажи, — не согласился герцог. — Баронство у Тристана Монморанси действительно, так себе. Но барон не последний человек в Министерстве финансов, поэтому человек он влиятельный и далеко не бедный. Так что приглашениями в его дом обычно не пренебрегают, публика там собирается весьма достойная.

— А ты не думаешь, что это может быть очередная провокация? Как на том балу, где на нашу дочь набросился этот ублюдок, барон Церинген.

— Я так не думаю, — возразил супруг. — Начальник Столичной Стражи, генерал Фридрих Шопенгауэр, приходится родным братом жене барона Монморанси, Марии. Он человек порядочный, наверняка будет присутствовать на приёме в доме сестры и не позволит, чтобы гости вели себя непотребным образом. Кстати, именно генерал был секундантом на дуэли того молодого человека, который вступился за честь нашей дочери на балу. Я так мыслю, что и приглашение, которое прислали нашей дочери, как-то с этим связано.

Герцогиня взглядом удава уставилась на покрасневшую дочь.

— Ты думаешь, за этим приглашением стоит этот сомнительный герой? Тоже мне жених. Какой-то там иностранец. Не пойми кто. Что у него там за титул? Как его там, Паша? Это что вообще такое, даже не поймёшь, дворянин или нет.

— Паша в Султанате, это что-то среднее между нашим бароном и графом, — невозмутимо пояснил герцог. — Кроме того, они с генералом Шопенгауэром близкие приятели. А генерал является протеже маршала Гуго Регенсберга и имеет хорошие связи в императорской армии. Что очень важно в условиях начавшейся войны. Такими знакомствами не разбрасываются, особенно в нынешние времена. Думаю, не будет ничего плохого, если Женевьева примет приглашение баронессы Монморанси.

Пререкания за обеденным столом длились ещё долго, но Женевьева твёрдо решила, что на приём в доме баронессы она пойдёт.

Глава 3

Хотя Стефан и не был любителем балов и приёмов, но к приёму у баронессы он готовился с непривычным для него в таких ситуациях волнением. Поскольку девушка, которую пригласили по его настоянию, ему действительно нравилась, и он не знал как она отреагирует на их встречу.

Фридрих и Стефан заявились в особняк четы Монморанси до приезда основной массы гостей. Так сказать, по-семейному. Хозяйка хотела поближе познакомиться с приятелем брата до того, как её вниманием целиком завладеют гости.

С первой минуты знакомства хозяева дома произвели на Стефана благоприятное впечатление. Они были подходящей парой друг для друга.

Баронесса была высокой стройной женщиной с тёмными волосами и пронзительно-серыми глазами. Во всём её облике, несмотря на женственность, чувствовались решительность и непреклонная воля. В этом плане Мария была копией своего брата, который славился крутым нравом.

Супруг же её, барон Тристан Монморанси, напротив, был мужчиной невысоким, полноватым и неконфликтным.

Так что с первого взгляда было понятно, кто заправляет в семье.

Встретили их доброжелательно, но Мария сразу пригрозила брату:

— Я твою просьбу выполнила, пригласила графиню де Колиньи. Тристан был против, и мне стоило большого труда его уговорить. Так что не вздумай прятаться по углам и избегать общения с приглашёнными на приём дамами. Тебе давно пора обзавестись семьёй, и я не отстану от тебя, пока ты не начнёшь относиться к этому серьёзно.

Фридрих страдальчески закатил глаза и укоризненно посмотрел на Стефана. Мол оцени, на какие жертвы я иду ради тебя. Тот с трудом удержался от улыбки. Было забавно наблюдать, как грозный боевой генерал тушуется перед своей младшей сестрой.

— Не то чтобы я возражал лично против этой замечательной во всех отношениях дамы, но её присутствие в нашем доме способно спровоцировать вражду с очень влиятельным семейством Церингенов, — счёл нужным пояснить барон, обращаясь к Стефану. — Но потом я подумал, что брат Марии был вашим секундантом на той громкой дуэли и является вашим другом. Поэтому, зная мстительный характер герцога Людвига Церингена, я полагаю, что он записал во враги всё семейство Шопенгауэров, включая мою горячо обожаемую супругу. Поэтому приглашение графини на приём в нашем доме кардинально ситуацию не меняет.

Стефан подумал, что барон на самом деле не так прост, как выглядит на первый взгляд. И хотя дома он выступает в роли подкаблучника, но на самом деле весьма рассудителен и привык просчитывать варианты на много ходов вперёд. И хотя личной храбростью в обычной жизни не отличается, но при необходимости может весьма упорно отстаивать свою точку зрения и не прогибаться под давлением оппонента.

И это было скорее естественно, потому что рохля не может занимать должность Заместителя министра Финансов, поскольку там, где крутятся большие деньги, скрытые от постороннего взгляда, сражения частенько идут не на жизнь, а на смерть.

После знакомства баронесса умчалась заниматься последними штрихами подготовки к встрече гостей, а мужчины уединились в одном из кабинетов особняка, где за бокалом вина коротали время до начала мероприятия. Обсуждали в основном начавшуюся войну. Барон оказался приятным собеседником, и время пролетело незаметно.

Вскоре настала пора выходить к гостям. На Фридриха сразу насели многочисленные молодые особы, приглашённые Марией с дальним прицелом. Появление Стефана тоже вызывала бурный интерес девиц, но к их большому разочарованию, он сразу решительно направился к одиноко стоящей Женевьеве де Колиниьи и завязал с ней оживлённую беседу. Затем начались танцы, и Стефан опять же всё своё внимание уделил графини, танцуя только с ней.

Пара смотрелась весьма гармонично. Стефан высокий, смуглый, с резкими чертами лица, с короткими тёмными волосами и ярко-синими глазами, и Женевьева, с длинными светлыми вьющимися волосами, мягкими чертами лица идеальных пропорций и с шокирующими жёлтыми рысьими глазами.

Девушка нравилась Стефану не только как женщина, но и как человек. Он слышал раньше выражение — родственная душа, но не понимал, что имеется в виду. Теперь понял. Это всё равно что твоя вторая половина в этом мире и, кажется, свою вторую половину он нашёл.

После приёма Женевьева уехала в семейной карете, которую из-за неспокойной обстановки в столице сопровождали два конных охранника, так что провожать девушку смысла не было.

Но Стефан успел договориться о следующей встрече, и уже через день пара посетила модный спектакль в Императорском Театре. После чего молодые люди под разными предлогами стали видеться почти ежедневно.

Ухаживания Стефана сильно напрягали мать Женевьевы, герцогиню Жюстину Каролинг, но запретить дочери встречаться со Стефаном герцогине не могла, поскольку при всей своей миловидности нрав дочь имела не менее непреклонный, чем у матери.

Принято считать, что заговорщики проводят свои встречи в основном глухой ночью, в местах мрачных, таинственных, всяких там подземельях или пещерах.

Но это смотря какие заговорщики.

Собравшиеся среди бела дня в Солнечных Термах люди, были слишком высокого положения, чтобы прятаться по всяких вонючим дырам. Главные имперские бани представляли собой целый дворцовый комплекс со множеством зданий. Вот в одном из самых дорогих павильонов в небольшом бассейне с горячей водой и возлежали сейчас замышлявшие недоброе против Императора Аменемхета Мудрого.

Поскольку люди эти принадлежали к верхушке элиты Империи, то их встреча со стороны выглядела делом самым обыденным, мало ли какие государственные вопросы обсуждают эти облечённые властью люди, тем более в условиях начавшейся войны с Королевством Ночи.

А десять собравшихся здесь вершителей судеб, были действительно важными персонами, достаточно сказать, что среди них были: Герцог Людвиг Церинген, Заместитель Главы Тайной Канцелярии Мариус Лупу, Заместитель Начальника Столичной Стражи майор Калеви Хейккинен, Кавалерийский генерал Федерико Росси.

Люди не только влиятельные, но и обладающие большими ресурсами.

Встреча не вызывала подозрений не только потому, что все были заняты войной, но и потому, что подобные встречи в Солнечных Термах были некой традицией, где собравшиеся решали важные торговые и политические вопросы.

Да и первоначально, нежащиеся в тёплой воде люди, ничего особо важного не обсуждали. Ну имели место быть разговоры о том, как ограничить единоличное влияние Императора, подвинуть людей из его ближайшего окружения и усилить собственное влияние. Под этим соусом перед членами штаба заговорщиков ставились определённые задачи, конечная цель которых для большинства была не до конца ясна. Словом, обычное собрание оппозиции, которое говорит скорее о зрелости гражданского общества.

А вот когда большая часть присутствующих покинула бассейн с горячей водой и остались только четверо вышеупомянутых важных персон, тогда-то и началось настоящее обсуждение.

Формально инициатором заговора и главным руководителем выглядел герцог Церинген, хотя на самом деле он таковым не являлся, а настоящий кукловод на встрече благоразумно отсутствовал.

Началась беседа в узком кругу с доклада кавалерийского генерала Федерико Росси.

— Как вы знаете, армия Королевства Ночи пересекла границу с Империей две недели назад. Передовые отряды движутся широким фронтом, постепенно захватывая южные провинции. Войсковые подразделения Императорской армии, находящиеся в том регионе, при поддержке боевых отрядов местной знати отступают, время от времени вступая в короткие схватки с отрядами противника. Но существенно задержать продвижение вражеских войск они не могут.

Армия противника пока не форсирует события и продвигается медленными темпами. Но вскоре на её пути окажутся несколько крупных городов, защитить которые мы не в состоянии.

Основная часть нашей армии выступила от столицы сразу же, как вражеская армия начала вторжение. По мере движения, к ней будут присоединяться войска центральных, западных и восточных провинций. Основные силы армии движутся неспешно и постепенно их начнут догонять отряды южных провинций.

Передовые части нашей армии достигнут линии соприкосновения с передовыми отрядами армии противника недели через две, и сопротивление продвижению вражеской армии начнёт постепенно нарастать.

Ещё через две недели на линию соприкосновения подойдут главные силы Императорской армии. Но за это время армия вторжения успеет захватить значительную часть северных провинций, в том числе и с десяток крупных городов.

Дальнейший ход событий будет зависеть от того, какое решение будет принято руководством наших войск. По большому счёту, варианта только два. Дать генеральное сражение или продолжать постепенно отступать, стараясь нанести войскам противника максимальный урон, в надежде, что со временем они выдохнутся и остановятся.

— И от чего это зависит? — поинтересовался герцог Людвиг Церинген.

— Нашу армию возглавляет маршал Гуго Регенсберг. Он опытный военачальник, численность армий примерно равна и при сражении лоб в лоб у него были бы все шансы на успех. Но проблема в том, что армию противника возглавляют два внеранговых мага, противостоять которым может только сам Император. Грубо говоря, если армию возглавит Император, то мы победим с высокой долей вероятности, во всех остальных случаях мы проиграем главное сражение. А Император, как мы знаем, по известной вам причине, покидать столицу не торопится. И чем дольше он остаётся в столице, тем меньше вероятность, что он успеет к генеральному сражению.

— Ситуация сложная, — взял слово герцог Церинген. К его мнению прислушивались, поскольку большинство заговорщиков считали его руководителем заговора. И только несколько человек, включая присутствующих в данный момент при разговоре, знали, что настоящий глава заговорщиков прячется в тени. — Для нас было бы лучше, если бы Император смог принять участие в сражении. И тогда даже неважно кто победит, поскольку обе стороны будут обескровлены. Причём пока Император не покинул столицу, мы не можем начать восстание и захватить Шедоуленд. Но наши союзники настоятельно просят, чтобы мы задержали Императора в столице, чтобы они успели захватить как можно больше территорий. И пока мы зависим от них, нам приходится лавировать.

— И что же нам делать? — поинтересовался Заместитель Главы Тайной Канцелярии Мариус Лупу. — Может организовать покушение на Императора?

— А смысл? — возразил герцог. — Убить мы его всё равно не можем.

— Тогда я решительно не понимаю, что мы можем предпринять.

— Мы можем ослабить Императора. Чисто физически в значительной степени мы навредить ему не можем. Зато мы можем воздействовать на его эмоциональное состояние, выбить из равновесия, чтобы он начал совершать непродуманные поступки, которые пойдут ему во вред. Когда он в таком неуравновешенном состоянии отправится для того, чтобы, в конце концов, принять участие в решающем сражении, то у его равных по силе противников появятся шансы его прикончить, или нанести серьёзный урон. Именно тогда мы и нанесём свой решающий удар.

— Можно поконкретней? — вмешался Заместитель Начальника Столичной Стражи майор Калеви Хейккинен, самый незначительный из присутствующих по своему положению, но играющий весьма важную роль в планируемом захвате столицы. — Что мы можем сделать, чтобы это, образно говоря, вышибло императора из седла.

— Мы убьём самого дорогого для него человека, любимую внучку Жазмин Луноликую, — веско заявил герцог.

— Это будет непросто. Скорее даже невозможно. Девчонку очень хорошо охраняют. Я знаю, о чём говорю, — с сомнением в голосе проворчал Заместитель Главы Тайной Канцелярии Мариус Лупу. — Но даже если удастся к ней подобраться, то она сама ненамного слабее Императора как маг. Даже не представляю, как её можно убить.

— Наши союзник об этом позаботятся, — неприятно усмехнулся герцог. — Ваша задача, дать возможность убийце приблизиться к Принцессе на расстояние вытянутой руки.

Принцессу Жазмин в народе любили. Девушка была настоящей красавицей. Высокий, стройный стан, густые тёмные вьющиеся волосы, широкое, но с пропорциональными чертами лицо и огромные карие глаза с длинными ресницами.

Нрав у неё был добрым и отзывчивым. Она от лица Императорской Семьи курировала многие благотворительные проекты, в первую очередь связанные с помощью детям и многодетным семьям.

В этот день в одном из залов дворца родителей, Принцесса утраивала смотр детских коллективов, которые она спонсировала за счёт казны.

Принцесса сидела в кресле, а небольшая группа придворных вокруг неё наблюдала за выступлениями детских коллективов стоя.

Закончил выступать детский хор и следом за ним начала выступление акробатическая труппа из мальчиков и девочек, средний возраст которых составлял двенадцать лет.

Юные акробаты, несмотря на свой возраст, творили настоящие чудеса. Их разноцветные трико так и мелькали в сложном рисунке, в то время как группа в центре составляла пирамиды, образуя сложные, композиционно оформленные фигуры, остальные выполняли сальто, пируэты, курбеты.

Всё произошло мгновенно. Мальчик в сером одноцветном трико сделал флик-фляк и начал выписывать сложную связку, разгоняясь в сторону сидящей принцессы и переходя в череду сальто.

В последнем сальто акробат взмыл высоко вверх, внезапно ещё в воздухе выхватывая кинжал, лезвие которого светилось гнилым зеленоватым свечением, вибрируя от наполняющей его мощи.

Ни охрана, ни окружение принцессы не успели среагировать, когда акробат обрушился сверху почти вплотную к Принцессе и нанёс удар отравленным артефактным кинжалом.

Кинжал был мощным артефактом, способным пробить любую защиту. Ну или почти любую. Но, как оказалось, не такую, как вспыхнувшие многослойные энергетические щиты, окутавшие Принцессу. Причём не только от защитных уникальных артефактов, надетых на Принцессе, но и от мгновенно поставленных ею самостоятельно, поскольку Жазмин сама была одним из сильнейших магов в Империи.

В следующую секунду на акробата обрушилась охрана и его буквально искромсали на куски. И трудно было сказать, то ли телохранители чересчур бурно отреагировали из-за критической ситуации, то ли кто-то из них это сделал умышленно, чтобы акробата невозможно было допросить.

А акробат явно был личностью весьма непростой, поскольку при ближайшем рассмотрении оказалось, что это был не ребёнок, а карлик.

Покушение на Принцессу во дворце, чрезвычайное происшествие.

Хорошо, что покушение не удалось.

Как посчитали окружающие.

Ведь всё внимание присутствующих в зале в момент броска карлика было приковано к его атаке. И никто не обратил внимания, на находившегося здесь по праву человека, который стоял несколько в стороне от основной группы придворных, окружавших Принцессу. Как и на его странные действия.

В момент атаки человек незаметно извлёк из кармана камзола стеклянную пробирку, запечатанную плотно притёртой пробкой, и откупорил её.

Из сосуда выпорхнул необычайно крупный комар, явно продукт магических мутаций. Странное существо, не медля ни секунды, метнулась к Принцессе и укусила её в шею. Защитные поля не были настроены на подобное проникновение и беспрепятственно пропустили летающее насекомое. Принцесса машинально хлопнула себя по шее, и тут же забыла о мелком происшествии, слишком незначительном на фоне случившегося покушения.

Магический комар же отлетел в сторону, где через минуту рассеялся невесомой серой пылью.

Дело было сделано. Карлик отвлёк внимание. В то время как капля ядовитой порченой крови, попала в организм принцессы.

Ядовитая порча, от которой не было спасения, начала свою разрушительную работу.

Глава 4

Только все присутствующие облегчённо вздохнули, решив, что происшествие закончилось благополучно, как Принцессе вдруг стало дурно. Девушка побледнела, глаза её закатились, и Жазмин упала в обморок.

А дальше началось совсем странное, кожа Принцессы начала сереть, дыхание сделалось прерывистым и слабым, сердцебиение едва прослушивалось.

Принцессе быстро становилось всё хуже. Все засуетились, началась паника.

Принцессу отнесли в её покои и срочно вызвали лекарей. Но несмотря на их попытки помочь, состояние Принцессы только ухудшалось. Врачи и маги-целители не могли никак облегчить её состояние.

Вскоре прибыл сам Император Аменемхет Мудрый, которого сразу же оповестили о покушении и последовавшей за ним таинственной болезни внучки. Вместе с Императором прибыл главный придворный целитель, Архимаг Парацельс.

Император был взволнован, но пока ещё не паниковал, поскольку Парацельс был одним из сильнейших целителей на континенте, и пока ещё не было случая, чтобы он не справился с поразившим пациента недугом, если тот попадал в его руки живым.

Жазмин выглядела плохо, но была жива, поэтому Император вздохнул с облегчением, когда за дело взялся архиатр Парацельс. Но вскоре понял, что что-то явно пошло не так.

Мэтр пытался применять различные сложные лечебные техники, включая заклинания высшего исцеления, но пациентке явно становилось только хуже. Кожа её становилась всё более серого оттенка и кое-где начали появляться чёрные пятна. Вид отравленной становился всё более безжизненным. Причём магическим зрением Император видел, что могучий целитель уже находится на грани магического истощения после применения нескольких мощнейших лечебных заклинаний. Хуже того, Император заметил, что лучший целитель Империи растерян.

— Что происходит? — обеспокоенно поинтересовался Император, отведя главного придворного целителя в сторонку.

— У меня не получается, — смущённо пояснил Парацельс. — Я даже не могу понять причину болезни Принцессы. Это что-то странное. Одновременно отравление и порча. Что-то разрушает энергетическую систему Принцессы, её энергетическую оболочку, энергоканалы и средоточие. Следом начинает разрушаться тело, оно как будто гниёт. Процесс идёт быстро, и я ничего не могу поделать. Если так пойдёт и дальше, то несколько часов и конец.

— Я могу как-то повлиять на ситуацию? Если отравление носит магический характер, то вы знаете, что моя магическая сила почти безгранична, особенно вблизи родового Источника.

— Тут дело не столько в силе, сколько в понимании. Я не могу определить причину происходящего с Принцессой, из-за этого непонятно, на что воздействовать и как. Единственное, что я могу предложить, это как-то замедлить процесс, чтобы получить больше времени на обдумывание ситуации и поиск способов лечения.

— Вы имеете в виду стазис? — проницательно озвучил Император.

— Именно его, — подтвердил мэтр. — Но такое только вам под силу.

— Хорошо. Давайте сделаем это, — согласился Император.

Заклинание стазиса жрало уйму энергии, но вблизи Источника это было не проблемой. Император привычно задействовал заклинание левитации, поднимая тело Принцессы в воздух и фиксируя его парящим над кроватью, а затем окутал тело девушки мерцающим коконом энергии, сформировав внутри его стазис-поле.

Внутри кокона время остановилось, и все процессы, включая процесс распространения ядовитой порчи, тоже замерли. Парацельс некоторое время изучал магическим зрением тело пациентки, после чего со своей стороны подтвердил Императору, что разрушительное воздействие остановлено.

Император облегчённо вздохнул, радуясь, что теперь есть время спокойно оценить ситуацию и попытаться найти противоядие. После чего отключился от созданного заклинания, поскольку обычно стазис-поле внутри энергетического кокона оставалось стабильным благодаря тому, что во внешний силовой кокон была встроена функция автономной подпитки внешней энергией.

Но не тут-то было. Нет, с подпиткой внешнего контура всё было в порядке, но стабильность стазис-поля без внешнего контроля со стороны Императора сразу же стала сбоить, и время внутри энергетического кокона стало отрывисто колебаться. Флуктуации течения скорости времени были кратковременными, но скорость процессов внутри стазис-поля становилась нестабильной и временами отличной от ноля. В результате процесс разрушения тела Принцессы возобновился, хотя и протекал очень медленно.

Император восстановил контроль. Стазис-поле стабилизировалось, и процесс разрушения приостановился. Но это означало, что Император не мог отойти от парящего в воздухе тела и ослабить контроль.

Ситуация складывалась тупиковая.

Император просидел возле Принцессы несколько часов, размышляя в поисках выхода, но ничего путного в голову не шло. Парацельс за это время несколько восстановил силы и готов был попробовать новые лечебные методики, но для них требовалось, чтобы Император вложил в них дополнительную магическую энергию, используя мэтра как проводник, чтобы придать лечебным заклинаниям повышенную эффективность. Но Император не мог одновременно удерживать неустойчивое состояние равновесия стазис-поля и попутно совершать другие магические манипуляции.

Кроме того, Император вдруг сообразил, что когда-то ему понадобится сон, поскольку хотя он и был могучим магом, но когда-то и ему понадобится передышка, которую Принцесса могла не пережить.

Император напряжённо искал выход из сложившегося положения. Самым очевидным решением было привлечение второго мага, способного удерживать стазис-поле в стабильном состоянии. Но в Империи не было других внеранговых магов, способных управлять стазис-полем.

«Хотя, стоп!», — сообразил Император. — Такой человек имелся, хотя и появился совсем недавно. Поскольку при всей необычности случившегося, пройти Ритуал Единения с Источником, да ещё без ведома самого Императора, мог только близкий кровный родственник. Вот только захочет ли он помочь?'.

Другого выхода всё равно не было, и Император принялся ментально взывать к неизвестному, в надежде, что тот откликнется. Понимая, что скрывающийся родственник не горит желанием общаться, Император транслировал вызов через Источник, так была гарантия, что вызываемый услышит зов. А вот откликнется он или нет, это другой вопрос.

Зов Стефан услышал. Источник транслировал не только сам призыв, но и заложенные в него эмоции. В нём звучали боль, отчаяние и надежда. Стефан понимал, что вызывать через Источник его может только Император и не хотел отвечать.

Но было в этом зове что-то особенное. Стефан впервые понял, что Источник обладает собственным своеобразным разумом, и все прошедшие Ритуал Единения являются теперь частью Источника, процесс слияния был настолько глубоким, что теперь Стефан ощущал Источник, как неделимую часть своего организма.

Стефан не мог не ответить. И он ответил. Ментальная связь сопровождалась визуальным контактом, и перед взором Стефана в протаявшем в воздухе окне контакта проявилась комната дворца и стоящий перед окном мыслезвязи Император.

Некоторое время оба молча смотрели, изучая друг друга. Император заговорил первым.

— Я понимаю, что ты избегаешь встречи со мной. Но у нас безвыходная ситуация, поэтому я вынужден был прибегнуть к помощи Источника. Смотри.

Император посторонился, и Стефан увидел парящее в воздухе тело Принцессы Жазмин. Он видел девушку и раньше, хотя и издалека. Девушка была красивой и почти всегда улыбалась. Но сейчас её вид поразил Стефана, девушка была скорее мертва, чем жива.

— Что с ней? — поинтересовался Стефан.

Император пояснил, рассказав про покушение, и услышанное Стефану крайне не понравилось.

— Что вы хотите от меня?

— Наш придворный Главный Целитель, Парацельс, хочет попытаться воздействовать на болезнь ещё раз, используя для усиления вливание через него потоков моей силы. Нужно немного ослабить интенсивность воздействия стазис-поля, чтобы время начало снова течь внутри энергетического кокона, но очень медленно. Проблема в том, что я не могу одновременно поддерживать стазис-поле, манипулируя им, и вливать энергию источника через целителя в формируемые им лечебные заклинания. Единственный кроме меня, кто в состоянии поддерживать заклинание такого уровня как стазис-поле из находящихся сейчас в Империи, это ты. Если ты поможешь, есть шанс спасти мою внучку. Если откажешься, она умрёт.

— Похоже на шантаж, — поморщился Стефан.

— Нет, это не шантаж. Принцесса Жазмин, насколько я понимаю, твоя близкая родственница тоже, потому что Источник уничтожил бы любого, кто не является членом Семьи, поскольку мы, это и есть материальные воплощения Источника. Не думаю, что у тебя много родственников. Тем более что, какие бы обиды ни были между нами, Жазмин в этом не виновата. Тебе решать, жить ей или умереть.

— Но ведь даже если я соглашусь, это не гарантирует, что Принцессу удастся спасти.

— Ты прав. Целитель не уверен, сможет ли он помочь. Но мы хотя бы можем попытаться.

— Ладно. Дайте привязку к месту, я пройду порталом, — согласился Стефан.

Шагнув через портал, Стефан оказался в комнате дворца, где разместили Принцессу. Кроме Императора и Главного Придворного Целителя, в зале никого не было, поскольку Император распорядился всем покинуть комнату.

Мужчины молча склонили головы, приветствуя друг друга. Стефан осмотрелся и, поскольку время не терпело, приступили к делу.

Стефан легко принял управление контролем стазис-полем и наблюдал, как Парацельс пытается облегчить страдания Принцессы лечебными манипуляциями, в то время как Император вливает в него огромные потоки магической энергии.

Целитель упорно старался около часа, а затем бессильно опустил руки. Никто не сказал ни слова. Стефан передал обратно Императору контроль за управлением стазис-полем и принялся внимательно исследовать тело девушки магическим взором.

Через некоторое время он оставил это занятие и приблизился к стоящим неподалёку и тихо разговаривающим Императору и мэтру Парацельсу.

— Вы заметили ранку на шее Принцессы? — обратился он к мэтру.

— Разумеется. Именно в этой точке, как мы считаем, в тело Принцессы был введён яд, — подтвердил мэтр.

— Яд?

— Возможно, я неправильно выразился. Через эту ранку, что-то попало в тело Принцессы. Какая-то субстанция. Это не похоже ни на один из известных ядов, скорее магическая порча. Или даже комбинация яда и магической порчи. Оно разрушает всю энергосистему Принцессы и её тело. Никогда не сталкивался ни с чем подобным.

— Мне доводилось видеть нечто похожее, — осторожно заметил Стефан.

Собеседники встрепенулись и уставились на Стефана.

— Магия крови. Но кровь необычная и заклинание порчи, тоже необычное. Используется кровь магического существа, которая сама по себе является ядом и порчей для всех остальных, и дополнительное заклинание порчи, только усиливает общую комбинацию. В данном случае мы, по всей вероятности, имеем дело со специально обработанной порцией крови Короля Королевства Ночи Ночемира II. Это почти божественная кровь, которая мгновенно убивает любого, кроме сильно одарённых магических существ. А порчей является демонический вирус, наделяющий носителя способностями оборотня.

Принцесса очень сильный маг, поэтому яд не смог сразу её убить. Но магия Принцессы и магия крови Короля полудемонов-оборотней, являются антагонистами и конфликтуют друг с другом, и результатом этого противостояния является разрушение энергетической матрицы Принцессы и её физического тела носителя магии. Ситуацию усугубляет магический вирус люпизма, который стремится трансформировать тело Принцессы в животную форму.

— То есть это диверсия со стороны Королевства Ночи, целенаправленно подготовленная против членов нашей Семьи при непосредственном участии самого Короля полудемонов-оборотней? Именно для этого в столицу были направлены группы диверсантов, — сжал в гневе кулаки Император.

— Возможно, диверсанты. Возможно, заговорщики, которые действуют в сговоре с врагами Империи. Но сейчас главное не это. Выяснением того, чьих это рук дело, можно заняться и потом. Насколько я понимаю, вы потерпели неудачу? — обратился Стефан к мэтру Парацельсу.

То развёл руками

— Как ни горько мне это признавать, но я бессилен.

— У вас есть какие-либо мысли, как помочь Принцессе? Может, у вас в Султанате, есть какие-то методы воздействия, раз вы уже сталкивались с подобным? — обратился Император к Стефану, не особо, впрочем, рассчитывая на положительный ответ.

— Лечения от подобной заразы не существует. Тем более что в данном случае использована кровь самого Короля Ночемира второго, существа почти божественного. Конфликт двух различных по своей природе магий неизбежно приведёт к полному разрушению энергетической матрицы и физического тела-носителя.

Но, возможно, что выход есть. Поскольку Принцесса уникальна и является вторичным носителям божественной сущности. Можно попытаться Использовать Источник.

— Я уже обращался к Источнику, но, похоже, что это бесполезно, — расстроенно вздохнул Император.

— Можно рискнуть и повторно пройти Ритуал Слияния, — пояснил Стефан. — При его прохождении, Источник полностью перестраивает тело носителя магии по своему образу и подобию. По сути, прежнее тело перестаёт существовать, распадаясь на частицы энергии, и собирается заново. Поскольку вблизи Источника и внутри него его магия почти всемогуща. Поэтому Источник уничтожит заразу и воссоздаст тело Принцессы очищенным от яда. Есть только одна проблема. Принцесса не может самостоятельно пройти должный Путь в сердцевину Источника. Кому-то придётся нести её на руках и проделать этот Путь вместе с ней, заново пройдя Ритуал Единения с Источником.

Слова были сказаны. Возможно, что предложение Стефана, было единственным шансом спасти Принцессу. Но проблема состояла в том, что риск для того, кто понесёт Принцессу и будет проходить Ритуал Единения повторно, был запредельным. И все присутствующие понимали, что если что-то пойдёт не так и Император погибнет, то Империя будет обречена. В этом случае Королевство Ночи захватит часть Провинций Империи, а оставшиеся территории заговорщики поделят между собой, ввергнув остатки Империи в бесконечные междоусобные войны.

Стефан тоже напряжённо размышлял. Он симпатизировал Принцессе Жазмин, по его прикидкам она приходилась ему двоюродной сестрой. Но Стефан никогда не руководствовался только чувствами, при принятии важных решений. Сейчас он скорее анализировал, насколько опасно будет пройти инициацию во второй раз.

Такого никогда раньше не случалось. С другой стороны, раньше и необходимости такой не возникало. По идее Источник не должен был навредить тем, в ком текла кровь Императорской Семьи, поскольку они являлись его неотъемлемой частью.

Стефан предполагал, что если бы кто-то попытался пройти Ритуал Слияния повторно с целью увеличить личное могущество, то Источник, обладая божественным разумом, уничтожать такого смельчака не стал бы, но наверняка наказал. Но в данном случае имелась веская причина для такого шага, и Источник должен был её учесть.

В итоге Стефан сделал вывод, что риск есть, но риск разумный.

— Ладно. Я отнесу Принцессу на Призрачный Мост и пройду вместе с ней Ритуал Слияния с Источником, — объявил он. — Доставьте Принцессу в Главный Зал Павильона Созерцаний через два часа. Я приду туда порталом. А пока мне надо отлучиться, отдать некоторые распоряжения своим людям.

Дождавшись подтверждения от Императора, Стефан создал портал и вернулся на портальную площадку своего особняка.

Глава 5

В оговорённое время Стефан открыл портал к вершине Подпирающей Небо, к самому краю кратера Жаровни, в Павильон Созерцаний, на краю Жерла.

Император уже ожидал его, тело Принцессы Жазмин парило в воздухе рядом, заключённое в слабо мерцающий кокон стазис-поля.

Стефан встал рядом и некоторое время смотрел на Принцессу. Чтобы пройти Ритуал Единения нужно было отключить стазис-поле, и после этого пути назад уже не будет.

Мужчины молча стояли рядом, каждый размышлял о своём.

— Увидев тебя, я понял, что ты сын Дилары, у тебя её глаза, — нарушил тишину Император. — Я частично понимаю твою неприязнь ко мне и остальным членам Семьи, но я не виновен в гибели дочери. Она была слишком своенравна и никого не хотела слушать. Её брак с твоим отцом был ошибкой. Последний в линии наследования, в условиях тех жестоких игр вокруг трона Султаната, он был обречён и увлёк за собой твою мать.

— Вы могли бы уговорить её остаться в Империи, — возразил Стефан.

— Не мог. Она любила Принца Рафаэля и не могла позволить, чтобы он всю оставшуюся жизнь считал себя трусом, отказавшись от возвращения на родину. И я ничего не знал о твоём рождении. Прости за мои слова, но удивительно, что ты выжил. Братья твоего отца, которые, несомненно, причастны к его гибели, должны были покончить и с тобой.

— Система сдержек и противовесов. Вмешалась сестра отца, Мадина, которая теперь является официальной Наследницей. Не думаю, что она это сделала из любви к своему младшему брату или ко мне. Холодный расчёт, который следует признать, оправдался. Без моей поддержки она вряд ли смогла бы стать Наследницей.

Но сейчас это всё неважно. Мы здесь не для разговоров. Если Ритуал Слияния пройдёт успешно, то мы с Принцессой перенесёмся в тот зал дворца, где мы с вами встретились. Ждите нас там.

— Хорошо. Буду там через час.

Император развернулся и покинул Павильон Созерцаний.

Стефан принялся настраиваться на Ритуал. В этот раз он чувствовал Источник по-другому. В такой близи он чувствовал Источник частью себя, а себя частью Источника. Казалось, что Источник понимает, зачем здесь Стефан и Принцесса, и тоже готовился. Потоки магии омывали тело Принцессы, не вступая с ним во взаимодействие, но тем не менее каким-то образом изучая её состояние.

Наконец, Стефан решил, что момент настал. Он левитировал энергетический кокон с телом Принцессы на самый край площадки, нависающей над срезом Жерла, и сам встал рядом.

Как и в прошлый раз, перед ним возник Призрачный Мост. Стефан развеял заклинание стазиса и подхватил тело Принцессы на руки. Затем, решительно выдохнув, ступил на невесомую на вид опору и плавно двинулся вперёд.

Зараза в теле Принцессы встрепенулась и начала вновь пожирать энергетическое тело Принцессы, разрушая при этом физическое тело носителя. Но мощные потоки магической энергии от Источника, пронизывающие тело Принцессы, хотя и не остановили полностью процесс разрушения, но сильно его замедлили. И с каждым шагом, который делал Стефан, процесс разрушения всё замедлялся, пока полностью не остановился.

К этому моменту Стефан уже дошёл до конца Призрачного Моста и находился в самом центре над бездонным кратером энергетического вулкана.

Под ногами была только бушующая огненная бездна.

Почувствовал, как растворяется в потоках бьющей из глубины чудовищной энергии.

И шагнул вперёд.

Парение вне времени и пространства в этот раз, казалось, длилось вечность. То, что было Стефаном, ощущало Источник во всём его могуществе, но не могло охватить всю глубину его величия. Единственное, что успел почувствовать Стефан, это то, что Источник существует сразу во многих Мирах и разных временных потоках, перед его взором мелькали картины этих чужих Миров.

А затем всё кончилось, и Стефан очутился в том самом зале дворца, где он в первый раз встретился с Императором и Принцессой. Причём сам Стефан был одет, поскольку могущество Источника позволяло превращать энергию в материю. Поэтому, хотя та одежда, в которой проходящий Ритуал Слияния погружался в Источник, сгорала бесследно, но в процессе перемещению через портал, силой разума тело окутывало материализованной энергией в виде одежды, которую мысленно пожелал перемещаемый.

Но поскольку Принцесса находилась в странном сне, то материализовалась она на руках перенёсшегося вместе с ней Стефана абсолютно обнажённой. Что привело в некоторое смущение Стефана и Императора, но нисколько не смутило привычного к подобному мэтра Парацельса, который сразу же подхватил Принцессу из рук Стефана и аккуратно уложил спящую девушку на кровать, прикрыв её покрывалом.

Император и Стефан на некоторое время сделались посторонними наблюдателями.

Мэтр Парацельс тем временем тщательно изучал состояние Принцессы и вскоре сделал осторожное заявление, что девушка полностью здорова. Ритуал Слияния полностью перестроил её тело и энергетическую оболочку, уничтожив смертельный яд.

Убедившись, что Принцесса в безопасности, мужчины покинули комнату.

— Нам нужно поговорить, — обратился Император к Стефану. — Я ни к чему тебя не принуждаю, но буду признателен, если ты меня выслушаешь.

Стефан подумал и не нашёл причины отказаться. Он добился того, за чем приехал на родину своей матери, прошёл Ритуал Единения с Источником. Но возвращаться в Султанат было ещё не время, и Стефан не очень хорошо себе представлял, что делать дальше. Почему бы и выслушать, что скажет Император.

Для беседы они переместились в Большой Императорский Дворец и расположились на открытой галерее дворца, который располагался на склоне Подпирающей Небо. С галереи открывался величественный вид на мерцающие огни огромного ночного города, раскинувшегося далеко внизу.

Собеседники расположились в удобных креслах возле приземистого столика, на котором стояли несколько хрустальных графинов с вином, и вазы с фруктами и сладостями.

Стефан выбрал хорошо ему знакомое вино из Султаната, под названием Рубиновый Закат, красное как кровь и сладкое, как поцелуй девственницы. Император налил себе белого вина терпкого и даже слегка горьковатого, с привкусом дыма и тревоги. Он не любил сладкого, как и большинство мужчин в Империи. В отличие от Султаната, где сладости были в какой-то степени предметом культа.

— Насколько ты в курсе того, что происходит в столице? Да и в целом в Империи? — первым нарушил молчание Император.

— Заговор! Война! Ничего необычного. Всё как всегда, — равнодушно отозвался Стефан.

— И это, по-твоему, ничего необычного? Покушались на Принцессу. — удивился Император.

— После Султаната, меня уже ничего не удивляет. В Султанате возня вокруг трона и заговоры, дело самое обычное.

— Может, и так, — задумался Император. — Но у нас не Султанат. Поэтому такое наглое нападение выглядит весьма вызывающе. Тем более что, судя по твоим словам, заговорщики действовали заодно с Королевством Ночи. Означает ли это, что все их действия согласованы, или это была разовая акция?

— Полагаю, что это временный союз. Просто на данном этапе их интересы совпали. Диверсанты Королевства не имели возможности осуществить самостоятельно нападение на Принцессу, а местные заговорщики не имели необходимого оружия, чтобы в достаточной мере навредить Принцессе. Принцесса слишком хорошо охраняется, и она достаточно сильный маг, чтобы заговорщики не могли её убить обычными средствами, которыми они располагают.

— Это несколько облегчает положение. Но ситуация всё равно остаётся слишком серьёзной. Армия Королевства Ночи постепенно захватывает всё большие территории северных провинций. Пока это не критично, хотя уже несколько крупных городов были захвачены и разорены.

Наша армия, под руководством маршала Регенсберга, движется им навстречу, и через пару недель её передовые части вступят в боевое соприкосновение с отрядами вражеской армии. Но вот что делать дальше? По численности армии примерно равны, но армию Королевства Ночи возглавляют два внеранговых мага, брат и сын Короля Ночемира. Возможно, что они не внеранговые маги, а Высшие Демоны, кто их разберёт, какова их истинная природа. Но это не меняет того, что превосходство в магической мощи армии противника подавляющее.

Чтобы уровнять силы, мне нужно самому возглавить нашу армию. И тут возникает дилемма.

Без меня сражение будет проиграно, поэтому я должен возглавить армию. Но стоит мне надолго отлучиться из столицы и проявят себя заговорщики. Они захватят столицу и развяжут в Империи междоусобную войну. Прекратить которую потом будет очень непросто, не говоря уже о том, что от столицы останутся одни руины и её потом придётся долго восстанавливать. Да и оставшиеся в столице родственники могут пострадать или их надо заранее вывезти в безопасное место. Хотя, при таком раскладе может оказаться так, что таких безопасных мест в стране просто не останется, поскольку мы не знаем, кто участвует в заговоре.

Император выжидающе замолчал.

Стефан понимал, к чему ведёт дело Император, но не собирался облегчать ему задачу.

— Стефан, я вынужден снов просить тебя о помощи, — вздохнул Император, не дождавшись ответной реакции собеседника. — В конце концов, эта страна не чужая тебе.

— Я в этом не уверен, после того как вы поступили с моей матерью, — возразил Стефан.

— Это было её решение, и она никого не слушала. Да, я был против её союза с твоим отцом, потому что понимал, чем это может закончиться. Принц Рафаэль, как младший в линии наследования, не представлял собой никакой опасности для остальных претендентов на трон Султаната. Он не интересовался политикой и был слабее остальных своих близких родственников в плане магической мощи. Но только до тех пор, пока на женился на твоей матери. После этого он стал опасен. Имея за спиной родню главной Семьи Империи, несмотря на прохладные отношения, он получал в своё распоряжение значительные ресурсы. А сама Дилара была очень сильным магом, значительно сильнее, чем твой отец. Поэтому то, что случилось, было неизбежно. Остальные претенденты на престол, поспешили избавиться от опасных конкурентов.

— Но вы не пытались ничем помочь и оставили свою дочь наедине с проблемами.

— Я не мог ничего предпринять, поскольку это означало бы прямое вмешательство в дела Султаната и с большой степенью вероятности привело бы к войне между нашими государствами.

— Вы рассуждаете как государственный деятель, но не как отец, — констатировал Стефан.

— Я вынужден так рассуждать, — сердито проворчал Император. — Поскольку от меня зависят судьбы миллионов жителей Империи.

— К счастью, я не политик, поэтому воспринимаю всё что происходило, как личное, — достаточно резко отрезал Стефан.

На некоторое время опять наступила тягучая тишина, после чего Император всё же решился.

— И всё же мы Семья. Насколько я понял, возвращаться в ближайшее время в Султанат ты не собираешься, да и в дальнейшем твоё положение там будет оставаться шатким. А когда узнают, что ты теперь являешься Посвящённым двух Источников, то решат, что ты представляешь большую опасность, и попытаются тебя ликвидировать. Ты, конечно, можешь отправиться путешествовать по миру, но не думаю, что тебе настолько безразлично, что творится в обеих странах, с которыми ты неразрывно связан, хочешь ты того или нет. Поэтому вариант остаться в Империи выглядит как неплохое решение. И повторюсь ещё раз, Семье твоя поддержка была бы очень кстати.

— И как же вы видите моё участие в ваших планах? — неохотно поинтересовался Стефан.

— Я хочу, чтобы ты тайно возглавил армию Империи, отправленную навстречу армии Королевства Ночи. Ты будешь находиться там инкогнито, руководя всем через маршала Регенсберга и нескольких доверенных командиров. Руководство вражеской армии будет всячески стремиться навязать вам генеральное сражение. Причём будучи уверенными в своём абсолютном превосходстве в магической мощи, они наверняка решатся принять бой даже в самых невыгодных для себя условиях. За счёт неожиданности ты имеешь все шансы прикончить их главных предводителей, брата короля, герцога Марабода и Принца Алариха. А без их поддержки, наша армия под командованием опытнейшего маршала Регенсберга, наверняка одержит решающую победу.

— Допустим, я соглашусь. Но какие у меня будут полномочия и как мы будем договариваться с маршалом?

— С маршалом свяжемся посредством мыслесвязи с визуальным контактом. Я представлю тебя как Принца крови и моего полномочного представителя. Твоё слово будет решающим, маршал и доверенные лица будут выполнять все твои распоряжения. Но я бы советовал вам распределить обязанности. Твоя задача, нейтрализовать внеранговых магов армии Королевства Ночи. Что же касается самого сражения двух армий, то здесь лучше положиться на опыт и талант маршала Регенсберга.

— В целом мысль понятна. Но долго сохранять режим секретности, после того как я присоединюсь к армии, вряд ли удастся. Поэтому правильным будет, если я присоединюсь к войскам в последний момент, накануне сражения.

— Согласен. Проблема только в том, что с маршалом мы должны связаться заранее, чтобы во время разговора он видел нас вместе. Это исключит лишние сомнения. Сколько тебе понадобится времени, чтобы добраться до места предположительной встречи с войском? Сам я владею магией порталов, но подобные заклинания при всей моей мощи даются мне с трудом, и перемещаться я могу только на короткие расстояния. Поэтому обычно для быстрых перемещений я чаще пользуюсь магией теней для перемещения через теневые пространства, но даже так у меня путь до точки рандеву занял бы несколько дней. Но насколько я осведомлён, семейная магия Семьи Султана, более приспособлена для магии порталов, что позволяет осуществлять быстрые длинные переходы.

— Это верно. Добраться до армии не представляет для меня проблемы. Я даже смогу провести с собой небольшой отряд своих бойцов. Чтобы переместиться, мне понадобится менее часа. Но перемещаться мы будем не в сам лагерь армии, чтобы соблюсти режим секретности, так что точку встречи, в которой меня будут ожидать люди маршала, наметим на расстоянии пары часов конной езды от лагеря.

— Будем считать, что мы предварительно договорились, — подвёл итог Император. — На днях свяжемся с маршалом и обговорим подробности. Я благодарен тебе, что в эту трудную минуту ты пришёл на помощь своей Семье. Но армия Королевства Ночи, это только часть наших проблем. Заговор в столице беспокоит меня не меньше. И я не знаю, кому вообще можно доверять. Как бороться с заговорщиками? Султанат славится своими придворными интригами, а тебе поневоле с малых лет пришлось вариться в этом котле. Так что некоторый опыт у тебя есть. Что можешь посоветовать?

— Вы правы Ваше Императорское Величество, что доверять в нынешние непростые времена нельзя почти никому, — согласился Стефан. — Вопрос только в том, есть ли необходимость оказывать это доверие. Я имею в виду, что доверие людям и организациям зависит от того, насколько они полезны и необходимы в данный критический момент. Есть те, без кого в условиях войны и заговора обойтись нельзя, и именно в отношении их встаёт вопрос доверия или недоверия. В отношении всех остальных, решение вопроса о доверии можно отложить до лучших времён и просто не посвящать их в те вопросы, в которых они могут навредить.

Согласитесь, что есть ключевые фигуры и организации, от которых в данный момент зависит благополучие государства. Это прежде всего армия, некоторые члены Правительства, Тайная Канцелярия, Столичная Стража и несколько Герцогов, чьи земли имеют стратегическое значение и которые располагают крупными военными отрядами.

— То есть верить или не верить тому, без кого можно пока обойтись, вопрос риторический, и решение можно отложить на потом, — усмехнулся Император. — И без кого, по-твоему, нельзя обойтись?

— Ну, с армией, насколько я понимаю, более-менее понятно. Маршал Гуго Регенсберг, вне подозрений. Остальным воякам приходится в той или иной мере доверять, но проверять.

Самым слабым местом, когда большую опасность представляет заговор и заговорщики перешли к решительным действиям, является Тайная Канцелярия, которая в первую очередь призвана бороться с этими самыми заговорщиками. Глава тайной Канцелярии, муж вашей дочери Стефании, герцог Зигфрид, скорее всего, тоже верен трону. Но поскольку пост свой он занимает благодаря родственным связям, то толку от него немного, поскольку всем известно, что в делах своего ведомства разбирается он слабо и влиянием среди подчинённых не пользуется. Тем более что господин сей прозевал даже покушение на свою собственную дочь, Принцессу Жазмин. А учитывая то, что успехами в борьбе с заговорщиками Тайная Канцелярия в последнее время похвастаться не может, то, скорее всего, заговорщики имеют своих людей в руководстве этой организации.

В этих условиях основную ставку в борьбе с заговорщиками я бы сделал на Столичную Стражу. Тем более что её Начальника, генерала Фридриха Шопенгауэра я знаю очень хорошо и считаю своим другом. Я уверен, что он не замешан в заговоре, и в то же время он является тем человеком, который реально может осложнить жизнь заговорщикам. Тем более что генерал пользуется большим уважением в армейской среде и может рассчитывать на поддержку и ресурсы столичного гарнизона и частей специального назначения, в которых он нёс службу до того, как вы поставили его командовать Столичной Стражей.

Что касается ситуации в целом. То предлагаю сосредоточиться на выявлении возможных руководителей заговора и их связей, но пока не предпринимать против них активных действий. По сути, действия заговорщиков и их возможные успехи зависят от ситуации на фронте. Пока вы находитесь в столице, заговорщики не решатся на открытый мятеж. Если же наш план по разгрому армии вторжения увенчается успехом, то тогда заговорщики окажутся в весьма затруднительном положении. Именно в этот момент мы и нанесём по ним решающий удар.

И вот ещё что, Ваше Императорское Величество. Я бы не доверял Канцлеру Марку Кальпурию. Объективных причин считать, что он находится в стане заговорщиков, нет, но его должность и влияние, делают его одной из главных фигур, которая могла бы этот самый заговор возглавить и в случае успеха устроить большую часть оппозиции. То есть данный персонаж имеет возможность при определённых обстоятельствах претендовать на высшую власть в стране, а это уже само по себе причина для подозрений. Именно он получит наибольшую выгоду в случае смены власти в стране.

Разговор продлился до самого утра. Были достигнуты некие договорённости, реализацией которых и занялись на следующий же день.

Глава 6

Поскольку Стефан не знал, кому он сможет доверять в армии кроме маршала и не хотел использовать для поручений посторонних людей, то с собой он собирался взять своих бойцов, которые постепенно, незаметно прибывали всё это время в столицу и её окрестности из Султаната. Стефан решил взять отряд из сотни опытных бойцов, включая два десятка сильных магов. Ещё несколько сотен человек оставались в столице, и Стефан собирался их использовать не только для охраны поместья, но и в противостоянии с заговорщиками.

С заговорщиками ситуация была откровенно дерьмовой. Хотя пока Император оставался в столице, выступить открыто они не могли, но безусловно, постараются использовать то, что основные военные силы ушли вместе с армией. Теперь количество нападений на важных персон возрастёт, увеличится количество нападений на ночные патрули Стражи и количество провокаций, приводящих к локальным беспорядкам.

Поскольку Император теперь тоже не знал, кому можно доверять, то основную ставку в борьбе с заговорщиками решили сделать на Столичную Стражу, поскольку Стефан ручался за командовавшего ею генерала Шопенгауэра.

При этом Стефан понимал, что таким образом он ставит под удар своего приятеля, поскольку заговорщики будут считать генерала главной опасностью для их планов. Поэтому Стефан собирался обеспечить Фридриху некоторые дополнительны преимущества на время своего отсутствия в столице.

С этой целью он на следующий же день после ночной беседы с Императором, ближе к ночи навестил Фридриха в его особняке, а не на службе, где вокруг крутилось множество людей, среди которых наверняка было определённое количество агентов заговорщиков.

— Через неделю я уезжаю, — ошеломил с ходу приятеля Стефан своим заявлением.

— Этого и следовало ожидать, — уныло вздохнул Фридрих. — Понимаю, что сейчас столица Империи не самое приятное место. Мне будет тебя не хватать. Куда направишься? Ведь, как я понимаю, в Султанат возвращаться ты пока не собираешься.

— Ты не понял, — перебил его Стефан. — Я отправляюсь на войну, чтобы присоединиться к армии маршала Регенсберга.

— Куда? — удивился Фридрих. — Нет, я, конечно, понимаю, что тебе скучновато и ты давно не участвовал в боевых действиях. В своё время мы с тобой неплохо повоевали. Но ты уверен, что тебе надо ввязываться в нашу войну с Королевством Ночи? Что по мне, так не самое разумное решение. Тем более что сейчас в твоём распоряжении совсем небольшой отряд твоих людей, и ты окажешься на фронте в невыгодном положении, когда не сможешь самостоятельно планировать свои действия, а будешь вынужден действовать в качестве вспомогательного отряда, которому буду поручать всякое дерьмо.

— У меня не было выхода. Император попросил меня помочь маршалу, и я не мог отказать.

— Ты встречался с Императором? — удивился Фридрих. — И он лично просил тебя принять участие в войне? Но в качестве кого? Ты же не выступаешь в данном случае, как официальный представитель Султаната, поскольку это означало бы прямое участие Султаната в войне.

— Разумеется, нет. У меня нет полномочий представлять в этом конфликте Султанат. Я участвую как личный представитель Императора. Это семейное дело, — туманно пояснил Стефан.

— Погоди, — напрягся Фридрих. — Ведь твоя мать родом из Империи. И она из какого-то знатного рода. Видимо, настолько знатного, что Император в курсе, из какой Семьи ты происходишь.

— Я никогда тебе не говорил, кто мой отец.

— Верно. Я знаю, что он из Семьи, близкой к трону Султаната, но кто именно я не знаю, — подтвердил Фридрих. — Знаю также, что он трагически погиб.

— Мой отец, младший сын Султана Сулеймана Молниеносного, Принц Рафаэль, — тщательно подбирая слова, медленно произнёс Стефан.

— Подожди! — поражённо воскликнул Фридрих. — Я помню громкий скандал, связанный с твоим отцом. Подробностей не знаю, поскольку я тогда был ещё мал и такие вещи меня мало интересовали. Но тогда, — осёкся Фридрих. — Тогда получается твоя мать…?

— Да. Всё верно. Моя мать, дочь Императора Дилара Многоликая, — подтвердил Стефан.

— Забодай меня комар! — густо покраснел Фридрих. — Ваше Императорское Высочество! Прошу простить, что частенько я вёл себя слишком вольно, возможно, даже вызывающе.

— Прекрати, Фридрих! — оборвал его Стефан. — Мы ведь друзья. И моё происхождение не имеет в данном случае значения. Я всё тот же Стефан, твой боевой товарищ.

— Мне надо к этому привыкнуть, — мрачно пояснил Фридрих, озадаченно потирая правую бровь, что случалось с ним, когда он сильно волновался.

— Тогда может вина? — предложил Стефан. — Чтобы согнать это несвойственное тебе растерянное выражение с твоей обычно самодовольной рожи.

— Думаю, что не помешает, — согласился Фридрих.

Перейти к обсуждению насущных проблем приятели смогли только после второй бутылки, когда Фридрих немного расслабился.

— Значит, вы готовите для наших противников засаду. Они понадеются, что одним махом с помощью мощной магии уничтожат главные силы нашей армии, а тут вы как жахнете! — рассуждал генерал. — План хорош, поскольку будет для противников полной неожиданностью, ведь Императора на поле боя не будет. Вопрос в том, насколько объективно ты оцениваешь свои силы. Сможешь ли ты на равных противостоять двум внеранговым магам.

— Я справлюсь, — довольно уверенно заявил Стефан. — Но даже если я не сумею их прикончить, то своей цели мы так или иначе достигнем. Мне не обязательно их убивать, достаточно просто отвлечь и не дать вмешаться в ход сражения. Наша армия лучше подготовлена, а маршал Регенсберг, лучший из полководцев, кого я знаю. В условиях, когда исход боя будет зависеть от честной стали, стойкости бойцов и мастерства командиров, победа будет за нами. А после того как сражение будет выиграно, даже если герцог Марабод и Принц Аларих уцелеют, то будут слишком измотаны, чтобы кардинально изменить ситуацию.

Армия противника будет ослаблена и, находясь на чужой территории, быстро восстановить боеспособность войска противника не смогут. В этих условиях вторжение потеряет всякий смысл, и армия Королевства Ночи будет вынуждена отступать.

Так что всё будет в порядке. Но это моя задача. А тебе нужно сосредоточиться на делах здесь в столице, не дать заговорщикам организовать массовые беспорядки и подготовить почву для их разоблачения и разгрома, после того как мы решим проблемы на фронте.

— Ну, возможностей у меня не так уж и много, — поскучнел Фридрих. — Заговорщики теперь в основном нападают на важных персон, которые общаются даже со мной свысока, не говоря уже о моих подчинённых. Прислушиваться к нашим рекомендациям по организации охраны они не желают. Так что у меня руки связаны. Сами заговорщики, по крайней мере, их руководство, тоже наверняка из знати, в их окружении у меня информаторов мало, а даже если мы кого и подозреваем в причастности к заговору, то никаких действий в отношении них предпринять не можем. Да и Тайная Канцелярия постоянно вставляет нам палки в колёса, их следователи даже не допускают нас до расследования дел о покушениях на знатных персон. Делаю что могу.

— Вот об этом я и хотел с тобой поговорить. На днях мы с тобой приватно посетим Императора. На встрече он вручит тебе документы на титул барона и пожалованные земли, это придаст тебе необходимый вес в общении с представителями знати. Подчиняться отныне ты будешь только лично Императору, ему же будешь докладывать о ходе расследования заговора. Остальных, кто бы ни пытался тобой командовать, включая Тайную Канцелярию и Канцлера, молча слушай и кивай головой. Но действуй, как посчитаешь нужным, Император тебя прикроет.

Что касается методов, используемых при расследовании, то в обычных условиях Столичная Стража имеет слишком мало возможностей для эффективной работы по таким делам. Но времена то сейчас необычные, идёт война. Поэтому Император согласился, что действовать тебе придётся теми методами, которыми ты привык во времена твоей службы в армии. Считай, что ты находишься на территории потенциального противника и используешь методы диверсионных подразделений.

Разумеется, твои нынешние подчинённые для этих целей не особо годятся. Поэтому исполнителей для острых акций и тайных дел придётся привлекать нелегально. Ты получишь контакты людей, которые тебя будут снабжать деньгами. На эти деньги ты наймёшь резких ребят из числа своих прежних сослуживцев, которые сейчас в отставке и не ушли в качестве наёмников с армией маршала. Можешь даже привлекать тех, кто после службы занялся преступным промыслом, если ты им доверяешь. Конечно, поскольку действовать они будут вне закона, то риски для них остаются. Но ты их при необходимости прикроешь. Только сильно не наглейте, действуйте по возможности без огласки, не привлекая внимания.

Кроме того, в твоём подчинении остаётся Ширин, в распоряжении которой находится порядка нескольких сотен отличных бойцов, которые в последние недели тайно прибывали в столицу из Султаната. Некоторых из них ты знаешь по прошлым делам, когда мы воевали вместе против Ханства Салгаров. Ты имеешь представление, на что оны способны.

Так что возможности влиять на ситуацию у тебя будут. В твоём распоряжении будут люди и деньги. Причём Император согласился, что суровые времена, требуют суровых решений. Поэтому он до определённого предела закроет глаза, если твои люди начнут действовать теми же методами, что и заговорщики или диверсанты Королевства Ночи. То есть, если вы уверены, что тот или иной человек, пусть и дворянин, имеет связь с заговорщиками, а официально вам предъявить ему нечего, и арест невозможен, то допускается ликвидация такого человека, если это будет целесообразно.

Фридрих внимательно слушал приятеля. Вопросы, которые они обсуждали, были непростыми, и разговор затянулся до самого утра.

Глава 7

К войне Стефан был привычным, но подготовка к длительному походу, дело серьёзное и хлопотное, даже для опытных воинов. Стефан потратил на сборы неделю. Времени отчаянно не хватало, поскольку две армии неуклонно сближались и вскоре должен был наступить тот момент, когда маршалу Регенсбергу придётся принимать решение, сражаться или начать отступление.

В военном плане Стефан был готов к выдвижению. Отряд из ста бойцов, включая два десятка боевых магов, мог выступить хоть завтра. Сам Стефан к противостоянию с предводителями вражеской армии тоже подготовился и был уверен в своих силах.

А вот с точки зрения дел на личном фронте, его срочный отъезд был совершенно некстати.

Отношения с Женевьевой развивались в нужном направлении. После ежедневных встреч и походов по театрам, ресторанам и совместных прогулок на природе, они уже перешли к тем отношениям, которые возникают между взрослыми женщиной и мужчиной, которые уже имеют некоторый житейский опыт и понимают, как устроена жизнь.

Стефан снял в городе неприметный домик с садиком, где влюблённые встречались теперь ежедневно, и занимались они там отнюдь не только беседами.

Однако, их отношения находились в такой точке, когда они могут повернуть в любую сторону, и отъезд даже на продолжительное время, мог сказаться крайне негативно.

Поэтому, когда Стефан сообщил Женевьеве, что отправляется на войну, девушка этому вполне естественно не обрадовалась. Хотя и понимала, что ситуация в Империи складывается такая, когда война становится главным фактором, определяющим поведение большинства населения Империи. Серьёзность ситуации была видна невооружённым глазом, поскольку в сторону фронта отправлялись не только подразделения Императорской армии, дворянские дружины и отряды наёмников, но и спешно шла мобилизация в ополчения простых горожан и крестьян.

Поэтому после короткой ссоры, влюблённые быстро помирились. Между тем Стефан не собирался пускать дело на самотёк, тем более что жизнь в столице становилась всё более беспокойной, чувствовалось грозное дыхание далёкой пока ещё войны. В столице было неспокойно, по ночам на улицах стало опасно, несмотря на увеличенное количество патрулирующих отрядов Столичной Стражи и военных патрулей.

Стефан приставил к Женевьеве телохранителей, которые теперь незаметно сопровождали её, когда она покидала родительский дом. Он считал, что эта мера будет нелишней, хотя девушку и сопровождали везде теперь двое охранников из семейной гвардии Каролингов.

Кроме того, за девушкой должны были присмотреть Фридрих и Ширин. Что касается светской жизни, то над Женевьевой теперь взяла шефство сестра Фридриха, баронесса Монморанси, в доме которой Женевьева теперь была частой гостьей. Мария также брала с собой девушку на некоторые приёмы у своих хороших знакомых, которые не проявляли негативного отношения к опальному семейству Каролингов.

Все эти дни Стефан также, тайно встречался с Императором, и отношения между ними не сказать чтобы стали более тёплыми, но и прежней неприязни больше не было. Скорее отношения были деловыми, поскольку обсуждать приходилось множество важных вопросов.

О том, кто такой Стефан, знали пока только Принцесса Жазмин и её отец, Глава Тайной Канцелярии, муж дочери Императора Стефании, герцог Зигфрид.

Принцесса буквально вцепилась в деда, чтобы узнать, кто её таинственный спаситель и Император не смог отказать любимой внучке. Принцесса хоть и была девушкой, но тайны хранить умела, поэтому можно было рассчитывать, что болтать лишнего она не станет.

Герцога Зигфрида пришлось посвятить в тайну в силу занимаемой им должности, поскольку, учитывая, что от самого герцога толку в борьбе с заговорщиками было немного, пришлось представить ему генерала Шопенгауэра, чтобы тот мог заручиться незримой помощью Тайной Канцелярии.

Ещё о Стефане в силу случившихся обстоятельств знал мэтр Парацельс, но тот был человеком мудрым и проверенным.

В целом все вопросы в столице Стефан более-менее порешал, и настала пора отправляться в дорогу. Поздним вечером Император и Стефан уединились в кабинете Императора, и тот активировал канал ментальной связи со ставкой маршала Регенсберга, армия которого разбила временный лагерь на расстоянии недели пути от движущейся навстречу армии Королевства Ночи.

В окне канала связи появилось изображение шатра маршала, в котором, кроме него, находились Верховный Маг Империи Архимаг Симеон Гнев Небес и герцог Фернандо Ксавьер, которому подчинялись объединённый боевые дружины дворян Империи.

Стефан до поры до времени держался немного в стороне от восседавшего за столом Императора, так что находившиеся в шатре маршала особы, его не видели.

— Настала пора определиться с главным вопросом. Какую выбрать стратегию. Мы с вами обсуждали, как быть, готовиться к решающему сражению или медленно отступать, сдерживая продвижение армии врага вглубь Империи, — начал Император. — Вы все понимаете, что из-за заговора я не могу покинуть столицу. И тем не менее я принял решение в пользу решающей битвы.

Лица присутствующих в шатре маршала словно закаменели. Опытные военачальники понимали, что без поддержки Императора им грозит разгром, но возражать никто не посмел.

— Я понимаю, как это звучит, — продолжил Император, убедившись, что возражений не последует. — Враг имеет колоссальное преимущество в магической мощи, но при этом он будет небрежен при подготовке к сражению и примет бой в невыгодных для себя условиях, которые вы должны ему навязать. И хотя сам я присутствовать не могу, но я направлю к вам в помощь члена Императорской Семьи, обладающего сильным магическим даром. Это позволит несколько уравнять разницу в магической мощи с противником.

Люди в шатре озадаченно переглянулись. Близкие родственники Императора были сильными магами, но значительно уступали в силе самому Императору и среди них не было грозных боевых магов. Было совершенно непонятно, кого имеет в виду Император.

— Этот человек, будет моим личным представителем, — Император подал знак Стефану и тот подошёл ближе, так чтобы люди с той стороны окна мыслесвязи могли его видеть.

Все трое непонимающе смотрели на стоящего рядом с Императором мужчину, который был им незнаком.

— Я понимаю ваше удивление, — усмехнулся Император. — Хочу представить вам Стефана. Принца Стефана! Сына Дилары Многоликой и моего внука.

Маршал, Верховный Маг и герцог, были настолько удивлены, что не смогли сдержать изумления.

— Стефан будет моим личным представителем, так вы представите его войскам. О его истинном статусе и происхождении до поры знать должны только вы трое. Но решающее слово при принятии решений будет за ним.

Император некоторое время молчал, выжидая реакции на своё заявление. Его собеседник хотя и были крайне удивлены, но возражать не стали, демонстрируя своё согласие с волей Императора.

— Ваше Императорское Величество, — заговорил маршал. — Армия Королевства Ночи уже близко. Сражение может произойти уже в ближайшее время, поскольку если мы начнём отступать, то окажемся на равнинах, где нам не удастся найти удобного места для главной битвы, такого, которое давало бы нам преимущества. Путь от столицы неблизкий. Поэтому осмелюсь спросить, как скоро мы можем ждать прибытия Принца Стефана?

— Принц со своими людьми будет ждать в условленном месте в нескольких часах пути от вашего лагеря завтра вечером, — произнёс Император, видя, как на лицах маршала и герцога проявляются выражения удивления и недоверия.

И только лицо Верховного Мага оставалось невозмутимым, только взгляд Архимага Симеона, которым он впился в Стефана, стал задумчивым. Верховный Маг понимал, что для того, чтобы в такие сроки добраться до лагеря армии из Столицы потребуется воспользоваться порталами. Причём Симеон был одним из немногих кто знал, что в такие сроки, на такие расстояния, да ещё целый отряд, даже Император не мог переправить, при всей его мощи.

А получается, что внезапно объявившийся Принц, мог.

А это, в свою очередь, говорило…

Говорило о многом.

Возможно, что план Императора был не настолько безумным, как казался людям непосвящённым.

Глава 8

Всю неделю после памятного разговора со Стефаном Фридрих крутился как белка в колесе, по максимуму используя новые возможности.

Как и обещал Стефан, он организовал встречу генерала Шопенгауэра с Императором, и тот подтвердил дополнительные, хотя и не совсем официальные, полномочия. И это была не единственная встреча с монархом в эти дни.

На следующей встрече Император представил Фридриха Главе Тайной Канцелярии, мужу своей дочери Стефании, герцогу Зигфриду, которому поручил оказывать негласное содействие генералу Щопенгауэру.

Кроме того, Император познакомил генерала со своим доверенным лицом, Советником Вильгельмом, через которого теперь следовало держать связь и при необходимости договариваться о встрече с Императором.

А ещё, для организации тайного финансирования неофициально привлекаемых Фридрихом помощников для решения деликатных вопросов, то есть тайных агентов для грязных дел, его свели с чиновником из Казначейства, который будет снабжать генерала деньгами из секретных фондов, причём расходы эти не будут проходить по официальной отчётности.

Теперь у Фридриха были развязаны руки, и он мог действовать теми методами, которыми привык действовать на войне, во время проведения диверсионных рейдов.

Первым делом он встретился со своим бывшим сослуживцем лейтенантом Серхио Ферейро, по прозвищу Зоркий. Когда-то Серхио служил под его началом, и они вместе побывали во множестве переделок. В своё время лейтенанту не повезло, и во время одного из рейдов стрела попала тому в лицо, зацепив глаз. После чего к нему и прилипло прозвище Зоркий.

Серхио выжил, потому что Фридрих вытащил его на собственном горбу и пёр полсотни километров до условной линии фронта. Выйдя в отставку и получив нищенскую пенсию, Серхио оказался перед выбором, нищенствовать, поскольку одноглазый калека нормальную работу найти себе не мог, или использовать свои выдающиеся таланты головореза, что ставило его вне закона. Разумеется, он выбрал последнее.

Зоркий сколотил небольшую компанию из таких же как он армейских ветеранов и промышлял выполнением опасных поручений. Действовал он осторожно и скрытно, поэтому в криминальном мире столицы в лицо его мало кто знал.

Предложение прежнего командира поработать на него, Серхио принял с радостью. Он давно соскучился по прежней работе, тем более что платить Фридрих обещал хорошо и что не менее важно гарантировал в определённых пределах прикрытие со стороны властей.

Кроме Серхио с его ветеранами, теперь в распоряжении Фридриха были и головорезы Стефана под руководством Ширин. А о том, на что способны эти бойцы, Фридрих знал не понаслышке по прежней совместной военной кампании против Ханства Салгаров, где они со Стефаном знатно покуролесили.

Как только игра перешла на другое поле, где обе стороны действовали без оглядки на закон, пошли первые результаты.

У Стражи на подозрении давно находились некие мутные личности, но предъявить им было нечего. Некоторых из этих типов даже арестовывали, но те на допросах упорно молчали, а использовать пытки было чревато, поскольку у тех имелись покровители, благодаря которым арестованные вскоре оказывались на свободе.

Но когда за дело взялись ветераны Зоркого, большинство этих мутных личностей заговорили. Вот только допустить, чтобы болтуны доложили потом о любопытствующих своему начальству, ветераны не могли. На войне они привыкли решать вопросы с отработанным материалом после допросов просто, а поскольку в столице фактически шла тайная война, то церемониться с пособниками заговорщиков никто не собирался. А избавляться от трупов ветеранам было тоже не привыкать.

И в процессе этих «дружеских» бесед всплыло имя следователя Тайной Канцелярии Матео Эрнандеса. По странному совпадению именно этот следователь возглавлял расследования большинства покушений на верных Императору людей, в которых Стража подозревала заговорщиков. И именно он всячески препятствовал участию представителей Столичной Стражи в проводимых расследованиях.

Несомненно, этот господин знал значительно больше о руководстве заговорщиков, чем простые исполнители. Нужно было с ним побеседовать. Но привлекать к этому ветеранов из команды Серхио, Фридрих не стал. Хотя генерал им и доверял, но те уже давно вращались в мире криминала, и их верность со временем могла потускнеть.

Уголовный мир накладывает на людей свой отпечаток, и Фридрих не хотел рисковать, поскольку в этом искажённом мире преступников всё имеет свою цену, и со временем люди переосмысливают некоторые ценности, и кто знает, не польстится ли кто-нибудь, если предложенная за предательство цена будет достаточно высока.

Слишком велики был риск. Всё же чиновник Тайной Канцелярии не то лицо, убийство которого можно спустить на тормозах. Поэтому для этой деликатной миссии решено было использовать бойцов, подчиняющихся Ширин.

Когда Фридрих спустился по ночной поре в подвал полуразрушенного дома на городской окраине в одном из криминальных районов столицы, где стражники даже днём появляться не рисковали, то Эрнандес сидел возле стены подвала привязанный к стулу и с мешком на голове.

В подвале кроме Ширин и двоих её подручных, находился ещё седой человечек небольшого роста с водянистыми равнодушными глазами. Тоже один из людей Ширин, маг-менталист Фархад. Ну в самом-то деле, не пытать же следователя Тайной Канцелярии, как обычного бандита. На это не было ни времени, ни желания. Чиновник Тайной Канцелярии слишком заметная личность, и вскоре его хватятся, так что действовать нужно было быстро.

— Снимите с него мешок, — распорядился Фридрих.

— Ты⁈ — проморгавшись, удивился на генерала Эрнандес.

На лице пленника выражение страха, сменилось сначала удивлением, а затем облегчением. Эрнандес уже попрощался с жизнью, а увидав Начальника Столичной Стражи, решил, что убивать его не станут. А зря.

— Ты, псих, Сыч! Похитить следователя Тайной Канцелярии! Тебе конец! Скажи своим людям, чтобы они меня развязали.

— Это не мои люди, — равнодушно сообщил Фридрих. — У них есть к тебе несколько вопросов, поэтому ты здесь. Их интересуют твои хозяева и всё, что ты знаешь о заговоре против Императора.

— Нет, ты точно псих, Сыч. Я всё равно ничего не скажу. Что ты меня пытать будешь?

Фридрих посмотрел на Ширин.

— Пытать его бесполезно, — доверительно сообщила женщина. — Не то чтобы он ничего не сказал, мои парни умеют развязывать языки. Наоборот, он скажет слишком много. Вот только как мы поймём, где правда, а где ложь. Мы ведь не можем позволить себе роскошь ошибиться. Поэтому придётся покопаться у него в мозгах.

— Он по роду службы допущен ко многим секретам. Обычно чиновникам его уровня ставят ментальный блок. И учитывая в чём замешаны его истинные хозяева, это блок высокого уровня, который убьёт его при допросе, — задумчиво процедил Фридрих.

— Фархад, очень опытный специалист, высокого ранга, — возразила Ширин. — Он справится. Вытащит из этого мудака всё, что нас интересует. Потом, правда, этот тип всё равно сдохнет. Но мы ведь по любому не можем оставить его в живых.

— Нет! Вы этого не сделаете! — в ужасе взвыл Эрнандес. — Генерал, скажите этой стерве. Вас же будет искать вся Тайная Канцелярия, моё убийство вам с рук не сойдёт.

Но пленника уже никто не слушал. Седой маг с ласковой улыбкой подошёл к привязанному к стулу человеку и заглянул ему в глаза.

Пленник рассказал много интересного, перед тем как сдохнуть.

Назвал множество имён, самых разных людей. Важных, и не очень.

В том числе прозвучало и имя Заместителя Начальника Столичной Стражи майора Калеви Хейккинен, что расстроило Фридриха.

Но одно, главное имя, не то чтобы напугало Фридриха, но сильно его напрягло. Имя Заместителя Главы Тайной Канцелярии, Мариуса Лупу.

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ

От автора

В этом Цикле книги не связаны общими героями. Объединяет их несколько иное. Хаос!

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@ — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: По праву сильного 2