Дракон подождет до четверга

Глава 1. Обычный вечер

Глава 1. Обычный вечер

Уважаемые случайные путники и уже почти родные читатели! Раз вы здесь, значит, судьба выдала вам билет в Лиарден. По билету положены: один самоуверенный дракон, одна очень упрямая библиотекарша, несколько тайн, щепотка опасности и трактир, где даже меню выглядит как угроза.

Поставьте лайк, чтобы дверь между мирами не заклинило на самом интересном месте.

Ана Воронцова

Старое здание городской библиотеки пропахло той самой необычной смесью книжной пыли, засохших цветов и полуистлевшей краски, которая была знакома всем посетителям.

Ана Воронцова, библиотекарь, сидела за конторкой и заполняла формуляры. Дверь громко хлопнула. На пороге стоял Игорь Николаевич. Мужчина лет тридцати пяти с высокомерным выражением лица.

Девушка вздохнула и засунула короткую розовую прядь за ухо. Поправила очки в тяжелой роговой оправе и натянула на лицо дружелюбную улыбку.

— Здравствуйте, Игорь Николаевич. Книги принесли сдавать? Все уже прочитали?

Игорь Николаевич брезгливо скривился, увидев Ану.

— Я к вам через день хожу, а вы всегда меня встречаете одной и той же фразой, многоуважаемая Ана Федоровна. Неужели у библиотекаря может быть такой скудный словарный запас?

Выплюнув ядовитую фразу, мужчина хлопнул по стойке двумя книжками и, больше не обращая внимания на Ану, пошел к полкам.

— Но мы через десять минут закрываемся, — девушка кинулась вслед посетителю.

— Ничего, задержитесь! — даже не оборачиваясь, кинул Игорь Николаевич.

Он не видел, как Ана скрипнула зубами и сжала руки в кулачки.

— Или вы хотите, чтобы я пожаловался Ольге Брониславовне? — Он резко повернулся к Ане и едва не толкнул ее.

— Нет, что вы. Я подожду, — девушка вздохнула и пошла к стойке.

Ей нужна была эта работа, а Ольга Брониславовна была с этим индюком в прекрасных отношениях и вполне могла ее уволить.

Иногда Ане казалось, что Игорь Николаевич специально ходит в библиотеку, чтобы помотать ей нервы. Он часто приходил незадолго до закрытия и долго выбирал книги. Ана не спорила, старалась быть как можно незаметнее.

На улице стемнело, а стрелки часов неуклонно приближались к десяти вечера.

Ана уже давно собрала сумку и сейчас ждала, когда Игорь Николаевич закончит свои поиски.

Наконец, он показался с какой-то книжкой в руках и положил ее перед девушкой.

Ана открыла его, уже давно приготовленный формуляр и начала записывать название книги и автора.

— Я вас, пожалуй, провожу, а то уже темно. Не пристало воспитанной девушке ходить ночами одной.

Ана от удивления даже забыла, что писала. Подняв глаза, она увидела, как Игорь Николаевич ее внимательно разглядывает.

— Спасибо, я недалеко живу.

— Даже не думайте отказываться!

Ана молча пожала плечами, выдала ему книгу, быстро накинула плащ и, схватив сумку, двинулась к выходу.

Игорь Николаевич последовал за ней. На улице стояла ранняя осень. Уже начало холодать, но еще не настолько, чтобы достать перчатки и шапку.

Мужчина пристроился сбоку и вдруг попытался взять Ану под руку.

Девушка удивленно вскинула на него глаза, потом медленно опустила взгляд на свою длинную старую юбку, водолазку под горлышко, потрепанную кофту с крупными пуговицами впереди.

Нет, она упорно не понимала, что там такого мог разглядеть в ней Игорь Николаевич. Невзрачная, слишком худая, в мешковатой старой одежде. Она и сама старалась не вызывать ни у кого интереса. Этого нельзя было делать, особенно сейчас. Разве что волосы цвета розовой пыли могли вызвать вопросы, но обычно и они оставались без внимания.

— Так удобнее, не споткнетесь — будто отвечая на ее молчаливый вопрос, тихо произнес мужчина и сам положил ее безвольную руку к себе на локоть.

Они двинулись дальше. Переулок за старым кинотеатром давно прослыл дурным местом.

Днем здесь еще можно было пройти, если очень спешить и не смотреть по сторонам. Слева тянулась кирпичная стена с облупившейся афишей какого-то давнего фестиваля, справа — глухой забор, за которым давно ничего не строили и ничего не охраняли. Под ногами лежали битое стекло, мокрые листья, раздавленные окурки и прочий городской мусор, который почему-то всегда скапливался там, где люди просто проходили мимо и не задерживались.

Ночью же переулок начинал мигать старым грязным фонарем, чудом сохранившимся столь долгое время. Он был молчаливым свидетелем тех преступлений, которые совершались в этом месте.

Вот и сейчас, приближаясь к этому неприятному месту, Ана услышала голоса. Игорь Николаевич тоже их услышал, как-то странно дернул шеей и даже слегка затормозил.

Глава 2. Не будите демона с розовыми волосами!

Глава 2. Не будите демона с розовыми волосами!

Ана Воронцова

Светловолосая худенькая девушка с заплаканным лицом стояла, прижавшись к кирпичной стене. Она прижала к груди небольшой белый рюкзак с брелоком в виде розового пушистого зайца, словно пыталась защититься от рослых парней, что медленно на нее наступали.

— Пожалуйста, — умоляла она. Голос сорвался и стал совсем детским. — Отпустите меня. Я никому ничего не скажу. Честно.

Парни рассмеялись.

Их было трое. Один — в светлой куртке, слишком широкой в плечах. Второй — бритый, с тяжелой челюстью и маленькими злыми глазами. Третий стоял чуть позади, у самой темноты, и пока почти не говорил. Только улыбался так, будто заранее знал, чем все закончится.

— Слышали? — протянул бритый. — Никому она не скажет.

— Хорошая девочка, — сказал тот, что в светлой куртке, и сделал шаг ближе. — Послушная. Ты не переживай, мы отлично проведем время.

Он глумливо и как-то гнусаво засмеялся и добавил.

— Не бойся, не обидим. Только потрогаем немного.

Девушка резко качнула рюкзаком, еще сильнее вцепившись с него побелевшими пальцами.

— Не трогайте меня! — истошно выкрикнула она.

— А то что? — лениво спросил третий.

Она открыла рот, но ответить не смогла. Слезы потекли сильнее. Дыхание стало рваным, коротким. Она оглянулась через плечо, но за спиной была только стена. Холодная кирпичная стена, мокрая от недавнего дождя. Убежать не было никаких шансов.

Вокруг не было ни людей, ни машин. Лишь далекий гул проспекта указывал, где протекает основная жизнь.

Парень в светлой куртке протянул руку к ее рюкзаку, собираясь дернуть его из рук жертвы.

— Оставьте девушку в покое, а то я вызову полицию — раздался голос с улицы.

Парни резко обернулись и увидели Ану. Та держала перед собой старенький телефон и старательно направляла на бандитов.

— О, — сказал бритый и засмеялся. — Смотрите-ка. Ещё одна.

— Ночь-то какая удачная, — подхватил парень в светлой куртке. — На троих как раз хватит двух маленьких девочек. И вновь гнусаво засмеялся.

В этот момент Игорь Николаевич, который и шагу не сделал в сторону переулка, вдруг подкрался к девушке сзади, зажал ей рот ладонь и попытался уволочь назад, на улице.

Он нервно посматривал на парней, которые уже двинулись к ним и заискивающе просил.

— Парни, мы уже уходим. Мы ничего не видели. Нас тут вообще не было.

Бритый засмеялся и повернулся к светловолосой девушке.

— Нам и тебя сегодня хватит.

Вдруг из темноты, куда Игорь Николаевич потащил Ану, раздался пронзительный крик. Послышались шаги, и мимо удивленных парней промчался Игорь Николаевич, придерживая ладонь, на котором красовался след от укуса.

Парни громко засмеялись и снова двинулись к своей жертве. Бритый вырвал рюкзак у девушки из рук и протянул руку к ее рубашке. Девушка хотела крикнуть, но смогла выдавить из себя только тихий писк.

Никто из них не услышал, как с улицу раздался странный стук. Следом послышались мерные уверенные шаги, упала и покатилась пустая бутылка.

Там, где мигал старый грязный фонарь, показался силуэт. Это была невысокая стройная женщина. Мигающий свет падал за ее спину, поэтому лица разглядеть было невозможно. Только очертания — темные брюки, высокие ботинки, капюшон.

Внезапно подул ветер и, подхватив ворох сухих листьев, с громким шуршанием погнал к ее ногам. Листья поднялись, закружились и упали у носков тяжелых ботинок, будто нашли свою хозяйку.

— Я же сказала, оставьте ее в покое! — громко произнесла женщина.

Парни удивленно повернули головы, их лица исказились злостью.

— Захотела развлечься вместе с нами — осклабился бритый — что, мужик твой тебя не удовлетворяет?

— Пока я буду считать до трех, вы еще сможете уйти — насмешливо ответила женщина.

— Слышал? — парень в светлой куртке толкнул бритого плечом. — Нам разрешили уйти.

— Вежливая какая, — сказал тот. — Надо обязательно поблагодарить.

— Слышь ты, героиня, щас мы знаешь что с тобой сделаем — злобно проговорил парень в светлой куртке.

Двое двинулись к ней, а незнакомка начала считать спокойным голосом.

Третий остался рядом со светловолосой девушкой. Он смотрел, как его приятели заходят в тень, туда, где неподвижно стояла эта странная женщина.

Как только прозвучало «три» и парни вошли в круг темноты, что-то звякнуло, затем упало и покатилось. И вновь наступила тишина, разбавляемая только женскими всхлипами и тихим потрескиванием фонаря.

Девушка с рюкзаком зажала рот ладонью. Третий парень дернулся вперед.

— Эй! Вы чего там?

Но ответа не последовало. Вновь послышались шаги и вот, на свет вышла девушка. На ней были широкие чёрные штаны, удобные высокие ботинки, чёрный лонгслив и ременная сбруя поверх него. За спиной, у лопаток, крепились ножны.

В руках она держала два изогнутых серебряных серпа, украшенных какими-то зелеными камнями и красивым витиеватым рисунком. С кончиков серпов срывались темные капли.

Она была невысокая, почти хрупкая на вид, но от этого становилось только страшнее.

Вдруг девушка вытянула руки в стороны. Кончики серебряных лезвий коснулись стен переулка. Пополз неприятный металлический звук. Серпы легко кроши старую штукатурку, оставляя две тонкие светлые полосы.

Третий парень побледнел.

— Ты больная, — заорал он. — Ты вообще понимаешь, что сделала?

Женщина улыбнулась.

— Девочка, — сказала она девушке, не сводя глаз с парня. — Закрой глаза.

Светловолосая девушка не сразу поняла, что обращаются к ней.

— Что?..

— Закрой глаза и не открывай, пока я не скажу.

Девушка всхлипнула и тут же зажмурилась так крепко, что по щекам снова побежали слёзы.

Парень резко выхватил из кармана нож.

— Я тебя сейчас…

Он бросился вперед. Та шагнула ему навстречу. Взмах правой, серебро перемешалось с зеленью, вспыхнуло и обезглавленное тело мужчины рухнуло на грязный асфальт.

Следом что-то покатилось прямо по окуркам и битому стеклу. Голова парня остановилась прямо у рюкзака, лежавшего на земле, и все еще удивленными глазами уставилась на пушистого розового зайца.

Девушка с рюкзаком тихо заскулила, но глаз не открыла.

Несколько секунд в переулке стояла полная тишина.

Потом женщина опустила серпы. Она подошла к девушке, подняла ее рюкзак, взяла за руку и повела из переулка.

— Теперь можно открывать.

Девушка медленно подняла веки. Сначала она увидела чужие ботинки. Потом свои дрожащие руки. Потом девушку в капюшоне, которая взглядом ощупывала ее.

— Ты ранена?

Девушка потрясла головой.

— Не знаю.

— Можешь идти?

Она снова кивнула, хотя ноги подгибались. Женщина вытащила из придорожного куста небольшую наплечную сумку, достала влажную салфетку и принялась буднично вытирать один из серпов. Потом второй.

Движения были аккуратными и выверенными. Закончив, она убрала оружие за спину. Серебряные лезвия исчезли в узких ножнах.

— Как тебя зовут?

— Л-Лиза — девушка с ужасом смотрела на ее действия.

— Лиза, слушай меня внимательно. Сейчас ты одна пойдешь к остановке, там есть люди. Позвонишь кому-то из близких. Если не можешь — зайдешь в круглосуточную аптеку, которая через десять метров на углу и попросишь вызвать полицию.

Лиза смотрела на нее огромными глазами.

— А вы?..

— Меня ты не видела.

— Но…

— Меня ты не видела, — повторила женщина. Она не угрожала, а лишь устало объясняла. — Ты шла домой. На тебя напали. Потом послышался шум на крыше, ты смогла вырваться и убежать, а парни остались там. все случилось слишком быстро. Ты испугалась и убежала. Поняла?

Лиза судорожно сглотнула.

— Вы их… вы…

— Они больше не тронут ни тебя, ни кого-то еще. Они это заслужили.

Девушка закрыла лицо руками и вдруг заплакала — теперь уже не только от страха, а от запоздалого понимания, что она выжила.

Незнакомка не обняла ее. Не стала гладить по голове. Только подняла с асфальта рюкзак, отряхнула мокрые листья и вложила ей в руки.

— Идем.

Они вышли на дорогу вместе. Вдали виднелась автобусная остановка, а чуть раньше аптека. Лиза сделала шаг вперед и оглянулась.

Девушка в капюшоне стояла и смотрела на нее.

— Иди, — сказала она.

Лиза сделала несколько шагов, потом вдруг обернулась.

— Спасибо.

Та лишь кивнула. Девушка поспешила к остановке, больше она не оглядывалась. Да и если бы оглянулась, то никого бы уже не увидела. Девушка в капюшоне пропала.

Глава 4. Воспоминания

Глава 4. Воспоминания

Ана Воронцова

Утро началось с потолка.

Белого, неровного, с тонкой трещиной у люстры и желтым пятном в углу. Квартира давно уже требовала ремонта, но у Аны просто не было на это времени и денег.

Вот уже двадцать минут она лежала на спине, смотрела в потолок и не могла заставить себя подняться. Пришел еще один день одиночества и неизвестности.

Было слышно, как кто-то громко ругался во дворе. Вот хлопнула дверь подъезда, по батарее прошелся короткий металлический стук — соседи снизу снова что-то чинили или, наоборот, окончательно ломали. На кухне, наверное, все еще стояла чашка с недопитым вчерашним кофе. В сумке лежали формуляры, которые она зачем-то принесла домой, хотя прекрасно знала, что не станет заполнять их в выходной.

Сегодня была суббота.

Обычные люди по субботам спали дольше, стирали белье, ходили за продуктами, встречались с друзьями или выбирали кино на вечер, ругались с родными по телефону или решали, стоит ли наконец вымыть окна.

Ана по субботам встречалась с «полезными» людьми. Обычно, это были сомнительные личности, которые за деньги были готовы выкладывать чужие тайны.

Она повернула голову и посмотрела на старую фотографию на тумбочке. Там была мама, обнимающая двух девочек. Одну постарше — с длинными светлыми волосами и вторую — угловатую, похожую на пацаненка.

Эль держала ее за плечи и, кривлялась в камеру, а Ана на фотографии пыталась выглядеть серьезно и ответственно.

Мама тогда сказала, что они получились ужасно хорошо. Именно так: ужасно хорошо. Эль весь вечер передразнивала ее, а потом спрятала снимок в альбом, сообщив, что только дурацкие фотографии самые настоящие, а иначе это не семья, а какой-то музей статуй.

Уже тогда они жили втроем. Папа погиб на несколько лет раньше. Ане тогда едва исполнилось пять и единственное, что она помнила — мама и Эль плакали, а маленькая Ана ходила со старым плющевым мишкой и пыталась всех успокоить. Став старше, она узнала, что отец попал в аварию и умер на месте.

После этого в доме поселилась пустота. Эль пыталась заполнить ее собой: часто включала веселую музыку и заставляла Ану танцевать, читала ей вслух, зимой таскала за мороженым, красила сестре ногти в самые невозможные цвета, а позже сама вдруг выкрасилась в дикой розовый цвет, чтобы быть с сестрой одинакового оттенка.

Потом исчезла Эль, а почти следом, отчаявшись хоть что-то узнать о старшей дочери, скончалась и мама. Ана осталась одна.

А потом случилось это. Появились серебряные серпы, кожаный костюм и желание наказывать.

Ана медленно села на кровати и опустила ноги на холодный пол. На ладонях красовались тонкие светлые шрамы.

Девушка провела по ним пальцем, усмехнулась.

— Доброе утро, — сказала она пустой комнате.

Комната, как обычно, не ответила.

В ванной пахло мятной пастой, влажным полотенцем и старым мылом. Зеркало над раковиной немного темнело по краям, отчего лицо в нем всегда казалось усталым, даже если человек вдруг чудом выспался.

Ана на чудо не рассчитывала. Она открыла кран, умылась холодной водой и подняла голову.

Из зеркала на нее смотрела хрупкая девушка с бледной кожей, слишком большими глазами и короткими волнистыми волосами цвета розовой пыли.

Этот цвет всегда вызывал вопросы. В библиотеке постоянно спрашивали, что за краску она использует, на что девушка только улыбалась и сообщала, что очень редкая и ей ее давно привез отец из Африки.

На самом деле краски не было.

Никогда не было.

В детстве волосы у Аны были светлые, чуть теплее, чем у Эль, но вполне обычные. Розовая прядь у виска появилась примерно через месяц после похорон отца. Мама тогда долго рассматривала ее у окна, осторожно перебирала волосы пальцами, но ничего не сказала.

После исчезновения Эль розового стало больше. Добавилось еще несколько прядей, а после смерти матери светлых волос не осталось.

Она чистила зубы и смотрела на своё отражение.

Смешная библиотекарша. Слишком худая. Слишком бледная. Волосы как у героини аниме, очки как у пенсионерки. Красотка просто…

И руки убийцы. Она снова опустила взгляд на ладони.

Первый раз это случилось через полгода после исчезновения Эль. Она просто искала сестру. Самая обычная восемнадцатилетняя девчонка и ничего больше.

А потом она увидела его у старого подземного перехода. Самый простой и непримечательный мужчина. Темная куртка, вязаная шапка, пакет из продуктового магазина со знакомым логотипом. Ничего особенного.

Но Ана посмотрела на него — и вдруг почувствовала запах мокрого железа, который исходил от него. Ана моргнула, но запах не исчезал. Мужчина пошел дальше, а девушка зачем-то двинулась за ним.

Сейчас, спустя восемь лет, Ана понимала, что тогда ей просто повезло. Глупо, безрассудно, почти чудом. Он заметил её быстро. Свернул во двор. Потом — за гаражи. Она поняла, что это ловушка, слишком поздно.

Он ударил ее почти сразу.

Удар был такой сильный, что мир стал белым. Ана упала на мокрый асфальт, разбила колено, почувствовала во рту кровь и внезапно очень ясно подумала, что Эль, наверное, тоже когда-то лежала вот так. На холодной земле. С пониманием, что никто не придет.

Мужчина наклонился над ней.

— Чего тебе надо, дура? — спросил он зло

Ана хотела отползти, но тело не слушалось. Мужчина схватил ее за волосы, потащил по земле. Девушку пронзила дикая боль.

И тогда что-то внутри оборвалось. Мужчина пронзительно вскрикнул, словно ожегся и отпихнул ее от себя, тряся руками.

Ана встала на колени, ловя воздух ртом. Вдруг черная кожа окутала тело, ремешки портупеи затянулись. Она почувствовала странный холод, а затем тяжесть в ладонях. В ладонях лежали серебряные серпы с красивым витиеватым рисунком, украшенные зелеными камнями.

Ана никогда раньше не держала оружия в руках, но почему-то сейчас появилось осознание, что она умеет пользоваться любым.

Она медленно поднялась с земли, твердо встала на ноги, раскинув руки с серпами по бокам. Мужчина напротив задрожал, попятился, забормотал странные признания.

— Я все расскажу, покажу… укажу, где закопал их. Все, все, клянусь — он отступал, пока не уперся в металлический бок гаража.

Первый удар был неловким. Второй — уже точным.

Потом она сидела в подворотне, прижимая ладони к груди. Серпов уже не было. Черной одежды тоже. На ней снова были джинсы, куртка и разорванный шарф. Мужчина лежал неподвижно в трех метрах от нее и больше не дышал.

На стене гаража остались две глубокие светлые полосы. Ана тогда решила, что сошла с ума, но позже, из новостей узнала, что возле гаражей нашли обезглавленное тело мужчины, который оказался самым настоящим маньяком. На его счету числилось несколько жестоких убийств, но полиция все никак не могла найти его. По месту жительства мужчины был обнаружен подвал, в котором нашли обессилевшую, но еще живую девушку.

Тогда Ана долго лежала на кровати, а потом встала и решительно подошла к оконному косяку. Взяла канцелярский нож и старательно процарапала полоску.

— Зато я спасла невинную жизнь и на одного урода в этом городе стало меньше.

С тех пор прошло восемь лет, а вереница засечек перешла уже не второй оконный косяк.

Глава 5. Новая зацепка

Глава 5. Новая зацепка

Ана Воронцова

Вчера ей позвонил Сыч и сообщил, что есть информация. Разумеется не бесплатная. На самом деле его звали Родион Сычёв, но настоящим именем его, кажется, не называла даже родная мать, если она у него вообще была.

Сыч появлялся в тех местах, где нормальные люди старались не задерживаться: у ломбардов, ночных магазинов, подъездов старых домов, возле гостиниц с плохой репутацией.

Он знал все и обо всех в этом городе: кто кому продал краденый телефон, где сняли комнату странные приезжие, у кого внезапно появились деньги, какой участковый пьет, какой охранник берет взятки, а какой делает вид, что ничего не видит.

Сыч не был другом. У Аны вообще почти не было друзей.

Но несколько раз его сведения оказывались полезными. Однажды он помог найти старую дачу, где бандиты, требовавшие выкуп, держали маленькую девочку. В другой раз — вывел на человека, продававшего чужие документы. За деньги Сыч готов был на все, а за хорошие деньги — мог сделать и невозможное.

Разговор вчера получился неожиданный. Пожалуй, это было впервые, когда Сыч не знал того, о ком говорил.

— Есть один тип. Странный. Очень странный. В «Северной» живет.

— В гостинице?

— Ага. Третий этаж. Номер то ли триста двенадцать, то ли триста девятнадцать. Я уточню.

— Что значит странный?

Сыч шумно дышал в трубку. На фоне играла музыка, кто-то смеялся, звякали стаканы.

— Не как все. Понимаешь? Не пьет, не курит, баб не водит. Выходит не часто и, обычно, ночью. Чем занимается, никто не знает. Но не это самое главное. К нему последняя девка заходила. Ну та, которая после твоей сеструхи пропала.

Ана замерла. Она хорошо помнила фото этой девушки. Ее звали Марина Кострова. Обнаружили ее спустя пять дней после пропажи.

Труп был обезображен, в одном ботинке. Около виска в ее черных волосах появилась тонкая седая прядь.

— Встретимся завтра, — сказал Сыч. — В одиннадцать утра. В холле «Северной». Только одна приходи. И деньги принеси.

— Если врешь, пожалеешь.

— Я всегда жалею, когда с тобой связываюсь, дорогуша. Но деньги мне нравятся больше, чем страх.

И отключился.

Ана сплюнула пасту, прополоскала рот и снова посмотрела в зеркало.

— Ладно, — сказала она своему отражению. — Сходим в гостиницу.

Отражение посмотрело на нее без особого одобрения.

Через полчаса Ана была готова. Все та же длинная темно-серая юбка, мягкая водолазка под горло, старый коричневый кардиган, вместо пальто, удобные ботинки. Волосы она заколола так, чтобы розовый цвет меньше бросался в глаза, хотя это почти никогда не помогало. Привычные очки и сумка. Кошелек, где уже лежала нужная сумма, влажные салфетки и маленький фонарик.

Гостиница «Северная» стояла в старой части города, недалеко от вокзала. Когда-то, наверное, она считалась приличной: широкий фасад, облезшие колонны, тяжелые двери, потускневшие буквы над входом. Теперь в ней пахло сыростью, дешевым кофе, чужими ботинками и моющим средством, которым пытались замаскировать неприятные запахи и удручающую обстановку.

В холле было пустовато. За стойкой сидела женщина с красными веками и читала журнал. У окна дремал охранник. В углу старый телевизор без звука показывал кулинарную передачу: какая-то бодрая ведущая улыбалась над кастрюлей супа и что-то рассказывала.

Администратор вскинула на нее взгляд, но тут же опустила его в журнал. Ей было все равно, что происходит вокруг.

Сыча не было.

Ана пришла без пяти одиннадцать. Потом стало одиннадцать. Потом пять минут двенадцатого. Потом десять.

Она села в кресло у стены так, чтобы видеть вход, стойку и лестницу. Достала телефон. Сообщений не было. Позвонила Сычу.

Абонент был недоступен.

— Странно, — тихо сказала Ана — обычно он пунктуален.

Через минуту в гостиницу вбежал мальчишка в синей куртке. В руке держал сложенный листок. Рассмотрев ее розовые волосы, мальчишка всунул Ане записку и выбежал за дверь.

Ана взяла записку двумя пальцами и осторожно развернула. На листке было написано неровным торопливым почерком:

«Не смогу спуститься. Номер 319. Через полчаса он покинет гостиницу. Быстро».

Ана перечитала два раза. Потом подняла глаза на лестницу. Номер триста девятнадцать. Дежурная снова ничего не сказала, когда девушка начала подниматься по лестнице.

Длинный коридор третьего этажа освещался редкими настенными лампами. За одной из дверей слышался работающий телевизор, а за другой кто-то кашлянул.

Номер 319 находился почти в конце. Ана остановилась перед дверью. Постучала. Тишина. Постучала еще раз.

— Сыч?

Ответа не было.

Она нажала на ручку. Дверь открылась. Это было плохо. Очень плохо.

Ана вошла не сразу. Сначала толкнула дверь носком ботинка. Распахнула ее шире и прислушалась. Было тихо.

Она вошла.

Номер был пустой и слишком чистый. Кровать застелена. Покрывало натянуто ровно, без складок. На столике стоял стакан, перевернутый вверх дном. Пепельница чистая. Шторы задернуты. Воздух неподвижный.

Ана медленно закрыла дверь за собой, но не до конца. Оставила узкую щель.

— Сыч? — позвала она еще раз.

Жжение в ладонях появилось мгновенно. Очень сильное. Ана опустила руки.

Она чувствовала, что это ловушка. Кожа похолодела. Ана распрямила пальцы и почувствовала, как ее тело обтягивает мягкая кожа. В ладонях лежали серебряные серпы.

Капюшон поднялся сам.

Мягко скользнул по волосам, закрыл их почти полностью, оставив у лица только несколько розовых прядей. На скулах холодом легла полумаска — тонкая, черная, с серебряной кромкой. Она не мешала видеть. Наоборот, мир стал резче.

Внезапно в этой тишине раздался странный звук. Он исходил от стола. Ана сделала шаг вперед и замерла. На полированной поверхности лежали старенькие наручные часики на потрепанном кожаном ремешке.

Маленькие. Женские. С круглым потемневшим циферблатом и царапиной на стекле. Ана перестала дышать.

Она знала эти часы. Эль купила их на барахолке за сто пятьдесят рублей и две недели утверждала, что это винтаж, а не «старье, которое нормальный человек выбросил бы».

Однажды она оцарапала стекло, пытаясь открыть бутылку лимонада. В день исчезновения Эль были на ней именно эти часы.

Полиция тогда спрашивала про особые приметы, украшения, вещи. Мама говорила про подвеску-половинку снежинки. Ана — про часы.

Девушка сделала шаг к столу. Часы тикали. Она протянула руку. Пальцы коснулись холодного стекла. Стрелки, как бешенные закрутились в обратную сторону.

Сначала исчез звук, потом все вокруг завертелось, промелькнула высокая башня под светло-зеленым небом. Показались старинные мосты и черные шпили. Ане показалось, что на мгновение она увидела лицо сестры. Она была старше, чем девушка ее помнила, в старинном наряде. Эль что-то кричала ей, но ее не было слышно.

Ана падала вниз. Последнее, что она почувствовала — был сильный удар обо что-то твердое.

Глава 6. Спасение слабого

Глава 6. Спасение слабого

Ана Воронцова

Ана открыла глаза и вновь увидела потолок. В какой-то миг ей показалось, что она видела сон и сейчас снова лежит в своей постели и пытается заставить себя подняться, но это было не так.

Здесь потолок был высокий, расписанный темно-синими узорами. Между завитками сияли маленькие золотые точки, похожие на звезды, а по центру кругом шли три луны: большая белая, тонкая серебряная и почти прозрачная голубая.

Да и сама Ана лежала вовсе не на кровати, а на полу.

Почему-то пахло воском и чем-то горьковато-пряным. Ана почувствовала, как заныли колено и бедро, но времени на это не было.

Ана осторожно села.

Комната была гостиничной — это она поняла почти сразу. Но гостиничной так, будто кто-то взял старый дореволюционный номер из дорогого отеля, смешал его с музеем, алхимической лавкой и театральной декорацией, а потом решил, что получилось недостаточно странно, и добавил магии.

У стены стояла высокая кровать с резными столбиками, укрытая темно-зеленым покрывалом. Над изголовьем висел балдахин из тяжелой ткани, на которой серебряными нитями были вышиты все те же три луны. У окна — круглый столик с тонкими ножками, два кресла с высокими спинками, медный чайник на подставке и несколько чашек из полупрозрачного фарфора. На стене — зеркало в потемневшей раме. Рама была вырезана в виде переплетенных ветвей, и листья на ней, кажется, шевелились.

Ана перестала на него смотреть.

На полу лежал толстый ковер. Но не обычный. Узор на нем медленно менялся: только что там был цветочный орнамент, а теперь — карта незнакомого города с рекой, мостами и башнями.

У двери стоял шкаф с бронзовыми ручками в виде птичьих когтей. На стене рядом с ним висела длинная тканевая лента с кистью на конце — то ли звонок, то ли украшение. Над письменным столом горел светильник — обычный стеклянный шар, внутри которого плавал зеленый огонек.

Ана осмотрела себя. Костюм все еще был на ней. На столе возле кровати стояли маленькие часы под стеклянным колпаком. Не часы Эль. Другие.

Эти были старинными, с тремя циферблатами, причем один был вообще без стрелок. Только маленькая серебристая Луна медленно передвигалась по кругу.

Ана поднялась и подошла к двери. За ней было тихо. Девушка двинулась к окну и на несколько секунд забыла, как дышать.

Там шумел и жил своей жизнью совершенно чужой город. Дома были из черного камня, украшенные узкими башенками. Балконы, фонари из зеленого стекла, яркие вывески, написанные незнакомыми буквами, но почему-то Ана могла с легкостью прочитать их все.

Между домами уходила вниз мощеная улица. По ней проехал экипаж без лошади: черный, блестящий, с двумя светящимися кристаллами спереди.

В глубине, над крышами, поднимались башни — много башен. Некоторые соединялись мостами. На одном мосту двигались маленькие человеческие фигурки. А выше, в сером небе, сквозь дождевые облака едва виднелись три луны.

Ана ухватилась за подоконник и на секунду закрыла глаза. Вдруг снизу донеслись голоса.

Сначала она не разобрала слов. Грубые интонации, резкий смех, какой-то удар — будто кто-то пнул деревянный ящик. Потом тонкий испуганный голос.

— Я все отдам… клянусь. Только не сейчас. У меня нет при себе…

— У тебя никогда нет при себе, — ответил другой голос, низкий и злой. — А вот у господина терпение кончилось.

Ана замерла. Она не знала этого языка. И все же понимала.

Вдруг Ану затопила ярость! Чужой мир и опять несправедливость, когда сильные легко могут обидеть слабых.

Не думая, девушка распахнула окно. Номер оказался на втором этаже. Под окном проходил узкий переулок, зажатый между гостиницей и соседним домом. Там, у стены, трое крупных мужчин окружили худого светловолосого парнишку в очках.

Парень был совсем не похож на героя. Тонкий, бледный, с растрепанными волосами и слишком большим портфелем, который он прижимал к груди. Очки сползли на нос. По лицу текла вода — дождь или слезы, издалека было не разобрать. Он дрожал так сильно, что Ана увидела это даже сверху.

Один из амбалов схватил его за воротник.

— Господин не любит ждать.

— Я отдам, я все отдам, только отпустите. Пожалуйста — парнишка почти плакал от страха.

Видя его страх, троица засмеялась.

Ана встала на подоконник и легко прыгнула вниз, вставая между парнишкой и его обидчиками.

— Отойдите от него, — сказала Ана.

Ее голос прозвучал спокойно. Даже слишком спокойно.

Тот, что держал парня за воротник, моргнул. Второй медленно опустил руку к поясу. Третий, самый широкий, с шрамом у подбородка, осклабился.

— Смотри-ка. Девка с ножичками.

Ана чуть повернула серп. Лезвие поймало зеленый свет ближайшего фонаря.

— Это не ножички.

Парень за её спиной снова всхлипнул.

— Не надо, — прошептал он. — Пожалуйста, не надо. Они… они не специально…

— Я заметила.

Амбал со шрамом сделал шаг вперед.

— Ты хоть знаешь, чьи мы люди?

— Нет, — сказала она. — Но уже догадываюсь, что знакомиться не хочу.

Второй мужчина вытащил короткую дубинку с металлическими кольцами. Кольца вспыхнули синим.

Магия. Надо было испугаться, но вместо этого, в голове вдруг стало холодно и ясно.

— Я повторю один раз, — сказала она. — Отойдите от него и уходите.

— А если нет? — Осклабился главарь.

Ана улыбнулась.

— Тогда я посмотрю, что у вас внутри.

Бритый хотел что-то ответить. Даже рот открыл, но тут, Ана скрестила серпы, раздался громких хлопок и по стенам переулка зазмеились большие трещины.

Трое мужчин переглянулись.

Самый широкий первым отступил.

— Да ну ее, — выдавил он. — Ненормальная какая-то. Уходим.

— А ты, еще пожалеешь! — злобно кинул он пареньку и пошел к выходу из переулка. Остальные пошли следом.

Через несколько секунд в переулке остались только Ана и худой парень в очках. Парень медленно сполз по стене вниз.

— О боги, — прошептал он. — О боги, о боги, о боги…

Ана повернулась к нему. Он тут же вжался в стену, подняв перед собой портфель.

— Я не трону, — сказала Ана.

— Да, конечно, — быстро закивал он и вдруг начал торопливо говорить. — Конечно. Вы только что спрыгнули из окна с серпами и напугали людей господина Рукка до мокрых штанов, но я совершенно спокоен. Почти. То есть не совсем. Простите, это нервное.

Он то и дело срывался на писк. Очки окончательно съехали на кончик носа. Светлые волосы прилипли ко лбу. Вид у него был жалкий и такой беззащитный, что Ана невольно опустила серпы ниже.

— Как вас зовут?

— Лиан. Лиан Весс. Я… я работаю в салоне. «Зеркальная лилия». Это недалеко от Верхнего моста. То есть, если вы вообще знаете, где Верхний мост. Хотя, судя по вашему появлению из окна… вы, возможно, знаете другие пути.

Ана не ответила.

Лиан судорожно полез в карман мокрого жилета, вытащил маленькую прямоугольную карточку и протянул ей двумя пальцами, будто боялся, что серп случайно отрежет руку.

— Вот. Моя визитная карточка. Если вам что-то понадобиться… хоть что-нибудь… украшения, какая-то услуга, заколки, адреса приличных лавок… или неприличных, но с хорошими ценами… Я помогу. Обязательно помогу. Вы меня спасли.

Ана взяла карточку. Бумага была плотная, кремовая.

Лиан явно хотел спросить, но не решился. Вместо этого неловко поклонился.

— Мне… мне лучше уйти, пока они не вернулись. И вам тоже. Господин Рукк не любит, когда его приказы не выполняют, поэтому, они скоро вернутся с подкреплением.

Он сделал несколько шагов к выходу из переулка, потом обернулся.

— Я правда помогу. Если вы придёте. В любое время.

— Идите, Лиан.

— Да. Конечно. Иду. Уже иду.

Он почти побежал, прижимая портфель к груди. Ана осталась одна.

Дождь шумел по камню. Визитная карточка намокала в руке. Серпы все еще были с ней, и почему-то от этой мысли стало заметно легче.

Глава 7. Маг-сыщик!

Глава 7. Маг-сыщик!

Ана Воронцова

Пока Ана обдумывала, куда двинуться дальше, что-то изменилось. Воздух стал плотнее, а капли дождь словно зависли между небом и землей.

Ана повернулась. У входа в переулок стоял он. Это был высокий темноволосый мужчина в длинном темно плаще, под которым угадывался костюм, похожий на мундир.

«Еще полиции мне сейчас не хватало!» — с досадой подумала Ана — похоже, придется бежать, вряд ли тут горожане разгуливают по улицам с серпами в руках.

Мужчина и действительно пристально смотрел на нее, опуская взгляд то на серебряное оружие, то возвращая его к маске. Сделал шаг вперед. Приблизился.

Теперь Ана могла хорошо рассмотреть его. Это был парень лет тридцати, стройный и, если бы не высокомерное выражение лица, то вполне привлекательный.

Он чуть прищурил ярко-зеленые глаза и спросил:

— Кто вы и откуда?

Голос у него был подстать внешности, спокойный и очень властный. Видимо, любого нормального человека он должен был заставить сразу признаться во всех грехах.

Ана нормальной себя давно не считала, поэтому задала вполне себе закономерный, но не вполне адекватный в складывающейся ситуации вопрос.

— А вы?

Мужчина удивленно поднял одну бровь, а в воздухе вокруг него что-то заискрилось зеленым.

— Каэр Равеннар, верховный маг-сыщик Департамента разломов и особых преступлений.

Ана моргнула. «Вот же угораздило попасть! Верховный маг, чтоб его!».

— Очень приятно.

— Я еще не закончил.

— А я подумала, что уже.

— В этом переулке только что открылся незарегистрированный разлом. На месте разлома обнаружена вооруженная неизвестная, не имеющая регистрационных знаков, документов и разрешения на использование боевой магии. Вы объясните, откуда появились прямо сейчас, или предпочтете сделать это в департаменте?

Ана медленно убрала визитку Лиана в карман костюма. Карман, которого минуту назад не было.

— Я предпочту пойти по своим делам, чем тратить время на пояснения.

— Неверный ответ.

Каэр сделал еще шаг вперед и поднял перед собой руку ладонью вверх.

На его ладони вспыхнули тонкие зеленые линии. Из воздуха, прямо из дождя, соткались наручники, словно сделанные из темного стекла. Они медленно вращались в воздухе, оставляя за собой огненные следы.

— Вы задержаны до выяснения личности и природы разлома.

Ана посмотрела на наручники. Потом на него.

— Нет.

— Что значит, нет?! Это не просьба, а приказ! А я верховный маг, если что!

— Вот и подчиняйтесь ему сами! Своему приказу!

Она сделала шаг назад. Каэр вздохнул так, будто она уже успела его утомить.

«Только что несуществующие соринки с костюма не начал сдувать со скучающим взглядом!» — отчего-то пронеслось в голове у Аны — «Напыщенный индюк!»

— Не усложняйте. Вам со мной не справиться. Я самый сильный маг королевства. Никто не может противостоять мне.

— Вы знаете, у меня был очень сложный день, и я мечта о чашке кофе и бутерброде, а посему предпочитаю откланяться!— Насмешливо протянула Ана и ехидно добавила — а еще хвастунов не люблю!

Девушка тут же ехидно продекламировала:

— Я самый сильный маг королевства! Никто меня не может победить! И бла-бла-бла, и бла-бла-бла!

— Хвастунов! Да кто тут хвастается! — Маг сыщик от удивления даже перестал соблюдать вежливость и резко перешел на ты — Ты задержана до выяснения. В моем кабинете будем разбираться, кто хвастается!

Он махнул рукой. Наручники сорвались с его ладони и двинулись к Ане. Та действовала мгновенно. Удар серпа пришелся как раз по вдоль и вот четыре стеклянных половинки со звоном упали на брусчатку.

Каэр удивленно смотрел на произошедшее.

— Этого не может быть! Мои наручники никто не может снять и тем более разбить.

— Поздравляю с почином! В мире вообще много удивительного, не знал?! — засмеялась Ана, решив тоже не соблюдать вежливость и перейти на ты.

Он покраснел, резко поднял вторую руку. Дождь вокруг него испарился, а воздух вокруг начал светиться зеленым. Вот зеленый огонь вспыхнул на мостовой и поднялся стеной между Аной и выходом из переулка. Потом еще одной. Потом третьей. Пламя было странным: оно не жгло камень, не обугливало стены, но воздух внутри сразу стал горячим и тяжелым. Это была клетка.

— Последнее предупреждение, — ухмыльнулся Каэр, когда заметил, что Ана судорожно оглядывается вокруг. — Брось оружие и тогда я попробую опять стать добрым.

Заметив его самодовольный вид, Ана опять осмотрелась и будто приняла решение. Она вытянула перед собой руки с серпами и театрально скуксилась.

— Боюсь, они обидятся.

— Что? Кто обидится? Ты о чем?

— Как кто, серпы, конечно!

Девушка шагнула назад, еще шаг и вдруг ринулась вперед, параллельно мерцающим стенкам. Тяжелые ботинки скользнули по отвесной стене дома, и в считанные мгновения девушка оказалась на красной черепичной крыше.

Каэр удивленно смотрел на происходящее и только глаза у него стали ярче. Он резко поднял руку и на ладони начало сворачиваться зеленое пламя.

Ана кинулась вперед, прыгнула и подтянулась на водосточной трубе, вскочила на узкий карниз, пробежала по нему три шага и прыгнула на следующий. Тот жалобно скрипнул, но выдержал.

— Стоять! — рявкнул Каэр снизу.

Ана оглянулась назад. Он стоял посреди переулка, мокрый плащ развевался за спиной. На ладони зеленым огнем горел огненный файервол.

— После дождичка в четверг! — крикнула она и кинулась дальше.

— При чем тут погода-то? — закричал он вслед.

Ана невольно рассмеялась. И побежала дальше.

Черепица скользила под ногами, и стоило больших трудов удержаться на ней. Она перепрыгнула узкий провал между домами, приземлилась на соседнюю крышу, едва не съехала вниз, вновь ухватилась за трубу, выругалась сквозь зубы.

За спиной грохнуло.

На крыше дома, где она была еще недавно, показался маг-сыщик. Его черная крупная фигура виднелась на дальней крыше.

— Да что ж ты прилипчивый такой, — выдохнула Ана.

Она свернула за башенку, скользнула по наклонной крыше вниз, упала на балкон, проскочила через чужую открытую галерею, перепугав пожилую женщину с чашкой, и вылетела на другую сторону дома. Там оказалась бельевая веревка, натянутая между зданиями, с мокрыми простынями.

Ана даже не успела подумать. Преследователь был слишком близко.

Схватилась за веревку, проехала по ней вниз, ударилась плечом о стену соседнего дома, оттолкнулась ногами и упала на навес над какой-то лавкой.

Навес провалился.

Она вместе с потоками воды и обрывками ткани скатилась прямо в узкий двор, где стояли ящики с капустой.

В одном из ящиков она и приземлилась. Капуста недовольно захрустела.

Ана несколько секунд лежала, глядя в серое небо.

— Ненавижу порталы, — сказала она.

Потом села, выбралась из ящика и, прихрамывая, нырнула в ближайшую арку, затаилась.

На крыше над переулком появился Каэр. Плащ его был мокрым, волосы прилипли ко лбу, на скуле виднелась тонкая царапина.

Он внимательно осмотрел провал, увидел ящик с раздавленной капустой и понял, что там никого нет.

— Невероятно, — сказал, наконец, он.

Каэр медленно сжал пальцы. В воздухе перед ним вспыхнула крошечная серебряная искра — остаток ее магии. Он поймал ее заклинанием, поднес ближе и увидел, как зеленое пламя на его ладони отступило, не желая касаться чужого серебра.

Еще интереснее. Никакая магия в королевстве не могла отражать его магию. Никакая, кроме одной, но таких магов уже давно не рождалось в их стране.

— И причем тут четверг — снова задумчиво проговорил Каэр и медленно двинулся к мобилю, припаркованному на дороге.

Как только он ушел, из арки появилась вполне приличная девушка в длинном сером платье с розовыми волосами, в очках и с косичками-крендельками.

Когда она вышла на широкую городскую улицу, то увидела, как мимо пронесся черный блестящий мобиль. За рулем сидел Каэр.

Посмотрев ему в следу, Ана достала из кармана визитку из плотной бежевой бумаги. Пора было нанести визит Лиану и предложить ему услугу в обмен на помощь.

Глава 8. Бублик

Глава 8. Бублик

Дорогие друзья, если вы дочитали до этого места, значит, портал уже вас заметил. Назад дороги почти нет: впереди драконы, серпы, розовые волосы, подозрительные часы и один белый песик, который считает себя вершиной магической эволюции.

Ставьте лайк, пока Бублик не решил, что ваша кнопка «нравится» — это печенье, и не попытался её съесть.

Ана Воронцова

Опаздывать на встречу с Лианом было неудобно, он делать это из-за Каэра Равеннара становилось почти традицией.

Ана быстро шла, почти бежала по мокрому тротуару, одной рукой чуть приподняв подол длинной темно-коричневой юбки с простой вышивкой, другой — сумку, где лежали разные полезные мелочи.

Блузка с высоким воротником и бантом под горлом душила, но зато позволяла создать тот самый незапоминающийся образ глупенькой секретарши, который Ане и был нужен.

Бублик тогда еще сказал, что это идеальная маскировка для таких, как они. Розовые волосы за три промелькнувших года отросли почти до лопаток и теперь девушка заплетала их в две аккуратных косы-кренделька, крепя по бокам красивыми серебряными заколками в виде снежинок.

Заколки ей в прошлом году подарил Лиан на Зимний круг. Сказал, что они «очень подходят к ее редкому цвету волос, хотел что-то добавить еще, но промолчал.

Очки на носу были большими, круглыми, придавая ей совсем уж глупый вид. По крайне мере, Ана на это очень надеялась.

Три года в Лиардене, столице королевства Эйранн, научили ее придерживаться простых правил: если хочешь выжить и добиться желаемого рядом с магами, драконами, эльфами, следователями и чиновниками, лучше, чтобы тебя считали либо безобидным предметом мебели, либо человеком-неведимкой. Ана выбрала второе.

Сейчас она спешила на встречу с Лианом Вессом, который вот уже десять лишних минут ожидал ее в кафе на углу.

— Ты опять слишком быстро идешь, — сообщил Бублик, перебирая рядом короткими лапками.

Со стороны он выглядел как маленький белый пушистый песик с округлым тельцем, такой же округлой головой и смешной мордой.

Ана была уверена, что окружающие считали, что вся жизнь этого мимимишного песика состоит исключительно из свежих булочек или печенья, мягких бархатных подушечке и голубых бантиков на шее. На самом деле это была серьезная ошибка с их стороны.

— Я не быстро иду, — сказала Ана, кинув быстрый взгляд на своего спутника. — Я опаздываю.

— Это диагноз, дорогая! Наши совместные три года на девяносто пять процентов состоят из «я опаздываю», «не сейчас» и «Бублик замолчи!». В остальные пять попадают «Куда делось дело о ритуальном поджоге» и «как же мне хочется спать».

— Бублик, замолчи!

— Вот, вот! А я говорил.

Ана покосилась на него.

— Между прочим, я опаздываю не просто так! Кое-кто утром улегся на папку с показаниями важного свидетеля и ехидно наблюдал, как мой начальник ругался в попытках ее найти!

— Я проверял, не поддельные ли там показания! — гордо выпятил грудь песик.

— Ты спал.

— Метод глубокого фамильярного анализа внешне часто похож на сон. Пора бы уже это знать! Три года все-таки вместе живем.

— Ты храпел — скептически бросила девушка на бегу.

— Это был не храп. Тебе показалось. Я читал — смутить пушистый комок было невозможно.

Несколько прохожих обернулись. В Лиардене говорящими животными никого особенно удивить было нельзя, но маленькая белая болонка, рассуждающая о преступниках и фамильярном анализе, привлекала внимание.

Ана быстро сделала глупенькое лицо, поправила очки и неловко улыбнулась проходящей даме в синем плаще. Та тут же потеряла интерес к происходящему.

Ну кому может быть интересна обычная работница департамента, пусть даже с говорящим псом. Таких редко принимали всерьез.

И прекрасно. Три года назад Ана мечтала только об одном: найти Эль. Сейчас цель оставалась той же, но действовала девушка уже более методично.

Первую неделю в новом для себя мире, она прожила очень сумбурно. Ее история очень напоминала кораблекрушение и спасение себя любимой после того, как вредные волны нещадно выкинули ее на берег.

Без денег, без жилья, без связей. Чего она могла добиться в этом мире. Разве что, язык она чудом знала и могла прочитать любую надпись, но этого было мало.

Именно Лиан Весс ей тогда очень сильно помог. Он не подал виду, что узнал в ней воительницу, но сразу же уважительно ответил, что рад помочь подруге женщины, что его спасла от бандитов.

Именно она тогда нашел для нее маленькую квартиру под самой крышей в доме у Старого канала. Квартирка была крохотная: узкая кровать, стол, печка, одно окно, из которого виднелась стена соседнего дома и кусочек неба с тремя лунами.

Через день привез ворох одежды. Лиан объяснил, как устроен магический мир и зачем нужны лунные кристаллы в мобилях и в лампах. Строжайше запретил отдавать волосы даже «в качестве образца» и гладить уличных василисков.

Бублик появился на третий день. Ана тогда сидела на полу среди чужой одежды, карт города, справочника бытовых заклинаний и дешевого чайника. Последний почему-то отказывался кипятить воду, травил какие-то непристойные анекдоты и утверждал, что он зачарованный принц.

Ана искала работу и как раз раздумывала, как в анкете заполнить пункт «Степень магической вменяемости», как по оконному стеклу кто-то провел чем-то твердым.

За окном, прямо в воздухе висел маленький белый песик. В пасти он крепко придерживал пышный бублик, щедро посыпанный розовой сахарной пудрой. Возмущенно взглянул на девушку красивыми зеленым глазками, песик снова вытянул лапку и крепкими коготками провел по стеклу. Раздался неприятный скрежет, и она кинулась открывать окно.

— Наконец-то. Я уже начал думать, что ты собираешься проспать все наследие Охотников на этом жалком коврике — пропыхтел песик, на время выплюнув из пасти бублик.

Ана удивленно уставилась на гостя.

— Ты разговариваешь, — сказала она, скорей констатируя факт.

— А ты наблюдательная. Это радует — в устах пса сарказм звучал как-то дико.

— Откуда ты взялся?

— Я твой фамильяр. Ты вернулась в свой мир, вот я и появился.

— Это не мой мир и у меня никогда не было фамильяра.

Песик показательно закатил зеленые глазки и положил лапку на бублик, будто опасаясь, что он улетит по воздуху.

— Твой. Просто ты не знаешь.

— Расскажешь? — спросила Ана и тут же с сомнением посмотрела на маленького, слегка косолапого песика — кстати, а почему ты такой…эээ, как мохнатая подушка с лапками? Разве фамильяры нужны не для того, чтобы защищать хозяйку и все такое.

Песик возмущенно фыркнул.

— Набралась из бульварных романов в своей библиотеке!

Теперь настала очередь Аны фыркнуть.

— Я бульварные романы не читаю! — и вдруг удивленным взглядом смерила пса — а откуда ты знаешь про библиотеку? Песик лег пузиком на коврик, ловко подхватил лапкой бублик и тут же откусил добрую его половину. Вторую лапу подставил под щеку, начал неторопливо жевать сдобу, в перерывах рассказывая.

— Вот глупая мне хозяйка попалась! Разъясняю, два раза повторять не буду. Это — он повел носом вокруг себя и снова пожевал — форма временная, выбранная по моему желанию. Она очень удобна для внедрения, наблюдения и выпрашивания печенья. Есть и другая форма, истинная.

— А как тебя зовут?

Он гордо выпрямился и высокомерно произнес.

— Мое истинное имя не предназначено для смертного слуха.

Ана посмотрела на его круглое тельце, короткие лапы, пушистые уши и бублик на полу, едва сдерживая смех.

— Тогда будешь Бубликом, раз не хочешь говорить имя.

— Я протестую — громко завопил песик — потомственного Следовика назвать Бубликом! Это возмутительно!

— Протест принят к сведению, Бублик, но в изменении имени отказано! — издала смешок, глядя на воинственный вид крошечной собачки.

Тот подскочил, встал на все четыре лапы и вдруг начал увеличиваться в размерах. В секунды на коврике, вместо маленького мимимишного песика оказался огромный белый волк. Его серебрящаяся шерсть шелковой волной опускалась по груди, становилась короче на лапах, таинственно переливалась.

Девушка с уважением посмотрела на этого гордого зверя.

— Прости, погорячилась я с Бубликом!

— Ладно уж, тем более в качестве маскировки сойдет — и вот вместо волка снова стоял маленький песик.

Он подошел к Ане и потерся мордочкой о ее ладонь. Девушка погладила его, подняла и пересадила поближе к недоеденной сдобе.

— Учти, я предпочитаю бублики с сахарной пудрой, печенье с шоколадом и булочки ванильные. Никакой корицы!

Ана засмеялась.

— Договорились!

Так они и стали жить вместе. Чуть позже, Бублик рассказал ей, что Следовики появляются только у Охотников — необычных магов, вершащих справедливость. А значит, она самая настоящая охотница. К сожалению, он не мог рассказать ничего о том, почему этот мир для Аны родной. Бублик только мог чувствовать это. А еще песик добавил, что он чувствует и Эль, только слабо и точно знает, что она жива.

Ана вдруг расплакалась, притянул к себе песика, уткнулась в его белую шерстку и посидела так несколько минут. Бублик не сопротивлялся, а лишь усердно сопел.

Они всю ночь строили план, как отыскать Эль и поймать преступника, а спустя две недели Ана устроилась на работу в тот самый Департамент разломов и особых преступлений.

Ана беспокоилась, что Каэр может узнать ее, но ей повезло. Верховный маг был занят очередным делом и, не глядя, подписал контракт о сотрудничестве на целых пять лет.

На следующий день девушка приступила к своим прямым обязанностям секретарши господина Равеннар.

Глава 12. Серебро, кофе и три минуты

Глава 12. Серебро, кофе и три минуты

Если вам кажется, что драконы — это опасно, вы ещё не знакомы с розововолосыми библиотекаршами. Ставьте лайк, пока Каэр не начал выяснять, кто тут нарушает магический порядок.

Каэр Равеннар

Фолиант насквозь пропах старой пылью и успешно сопротивлялся. Последнее Каэр чувствовал особенно ясно, потому что книга не давала себя прочитать уже третий час.

Страницы то слипались, то вдруг становились почти прозрачными, то начинали проступать старым эйрским письмом, которое не использовали лет шестьсот. Один раз на полях даже появилась надпись: «Не всякий, кто умеет читать, достоин знать».

Устав бороться с непокорной книгой, маг вытянул ладонь, положил на страницы. Полыхнуло зеленым и книга смирно распласталась на столе.

— А говорят, электрошок не помогает! — усмехнулся мужчина и уже спокойно начал перелистывать страницы.

Ища нужную информацию, он попутно вспоминал, что удалось нарыть за эти три года. Немного. Два трактата о свойстве магического серебра, один кранйе сомнительный труд эльфийского алхимика, утверждающий, что у каждой серебряной вещи имеется характер и восемь страниц из драконьей хроники, где слово «серебро» встречалось исключительно в связи с посудой.

Бесполезно. Почти все это было бесполезно.

Обычное серебро не могло противостоять его разломному пламени. Не могло разрезать магические наручники одним ударом. А ее серпы смогли. Да не просто смогли, а сделали это легко.

Единственная зацепка была — это необычная магия, которая могла противостоять его. Единственная, но о которой никто уже давно не слышал. Магия Охотника, но здесь не сходилось. Еще отец рассказывал ему, что последним Охотником был Северин Морр, живший тысячу лет назад. Его все так и называли — Черный Охотник Эйранна. В эпоху, названную Веком Безликих, в Лиардене и других городах действовали аристократические культы, похищавшие людей для продления жизни.

Северин за семь лет вырезал верхушку этого культа, включая нескольких драконов, и исчез в Пепельном разломе. О нем остались только легенды. Отец рассказывал, что Охотники могут видеть вину преступника и, имеют право расправиться с ним без суда и следствия. Насколько это было правдой, никто не знал.

Это не могло быть правдой. Воительница или Жница, как ее все называли, не могла быть Охотницей, хотя все факты указывали как раз на это.

После той погони по крышам и странной фразы про четверг и погоду, она исчезла, но спустя несколько недель появилась вновь. Ее следы встречались теперь везде: в бедных кварталах и у закрытых клубов, на складах, где исчезали должники и у дверей богатых особняков, чьи владельцы строили из себя примерных семьянинов.

Дальше о ней стали писать сначала в дешевеньких газетных листках, продающихся за медяк, а потом и в крупных газетах. И Каэр знал, что ее боятся.

Он сам допрашивал подозреваемых, которые бледнели только от одного упоминания о Жнице, торговца дурманом, который отказывался ходить через знакомый двор только потому, что там видели ее.

Один из людей Рукка даже вцепился в решетку камеры и умолял перевести его в департаментскую тюрьму, потому что там хотя бы стены были толще.

Эти мысли не давали ему сосредоточится, он задумчиво листал страницы, как вдруг они сами раскрылись на нужной. Там было написано:

«…так именуемое серебро охоты не есть металл в полном смысле, но знак древнего права, принимающий форму клинка, цепи, звезды, серпа или иного орудия, соразмерного носителю…»

Каэр замер. Серп, точно! Он наклонился ближе. Строки под пальцами начали расползаться, как тараканы. Клятый фолиант явно не хотел, чтобы его читали дальше.

Каэр прижал страницу ладонью.

— Даже не пытайся, а то еще 220 вольт вкачу! — Рявкнул маг.

Буквы дрогнули, но остались.

«…противостоит магии разломов, крови, подчинения и лжи …»

Дальше текст был залит старым чернильным пятном, будто кто-то специально старался уничтожить важную информацию.

Каэр выругался сквозь зубы, оттолкнул книгу, снова придвинул. Не помогало.

Остро захотелось кофе. Черного, крепкого, без сахара. И немедленно.

— Ана! — выкрикнул он.

За дверью было тихо. Каэр подождал еще минуту и снова закричал.

— Ана!

Никакого ответа.

Он медленно повернул голову к часам.

Три минуты. Обед закончился три минуты назад.

Три минуты — мелочь, но почему-то очень хотелось досадить ответственной и безупречной секретарше, что аж ладошка зачесалась написать выговор этому ходящему недоразумению, а заодно и позлить ненавистного пса!

Бублик! Да одно его имя было настоящим преступлением против магического сообщества! Надо же было такое придумать. Этот пушистый мешок с костями портил все вокруг себя, а точнее вокруг него — Каэра.

Он оставлял гору шерсти на черной ткани рабочего кресла, которая тут же, каким-то чудесным образом перекочевывала на костюм мага. Он грыз и облизывал только те карандаши, которые обязательно умудрялся схватить Каэр и никак иначе.

Но самое раздражающее было то, что это наглое существо комментировало все! Абсолютно все, будь то допросы или совещания, вкус кофе, почерк следователей или даже настроение верховного мага. Однажды этот комок шерсти заявил сразу при трех сотрудниках, что «у верховного сыщика лицо человека, которому срочно нужна булочка, но гордость не позволяет попросить».

Свидетели выжили только потому, что были первоклассными работниками. Сейчас Каэр сидел и пристально смотрел на минутную стрелку, уже мысленно потирая руки и продумывая текст выговора.

Четыре минуты.

Каэр уже почти видел приказ.

«В связи с систематическим нарушением служебной дисциплины…»

Нет, систематическим нельзя. Она не нарушала систематически. К сожалению.

«В связи с недопустимым отсутствием на рабочем месте…»

«Вот, точно! Такой вариант, пожалуй, подойдет!»

На этой мысли его прервали. Ана спокойно вошла в дверь с подносом в руках. На подносе стояла чашка кофе, лежали три папки, стопка запечатанных конвертов и маленькая тарелка с двумя сухими печеньями.

Вид у девушки был привычно спокойный. Розовые косы-крендельки лежали идеально. Снежинки в волосах поблескивали.

Каэр показательно посмотрел на часы, потом на нее.

— Четыре минуты, Ана! — и вдруг с ехидной улыбкой и почти елейным голосом произнес — вы опоздали!

Ана также спокойно поставила поднос на стол и переставила чашку с кофе перед начальником.

— Я тоже рада вас видеть, господин Равеннар.

— Обед закончился четыре минуты назад — уже хмурясь и не понимая ее спокойствия, рявкнул маг.

— Да, я видела.

— Вы отсутствовали на рабочем месте.

— Нет.

Каэр медленно поднял бровь.

— Нет? Я вас звал, но вы не откликнулись и не пришли.

— Я принимала отчеты у сотрудников из аналитического отдела. Они пришли по вашему распоряжению и принесли документы.

— А может быть я вас для чего-то срочного вызывал?! Почему вы не отложили прием отчетов?

— Потому что вы сами вчера сказали, что отчеты по пропавшим девушкам должны быть у вас на столе до трех часов и никак иначе.

— Сейчас уже шесть минут четвертого!

— Так и отчеты уже здесь — девушка аккуратно положила папки прямо перед ним.

Оба замолчали и только кофе сильно пах прямо перед носом Каэра.

— Пейте, пока горячий — зачем-то сказала Ана.

Он взял чашку, пригубил, закрыл глаза от удовольствия и тут же их открыл. Окинул стоящую девушку внимательным взглядом.

— Вы какая-то не такая сегодня — еще раз осмотрел — заколка новая?

— Нет. Старая.

— Блестит как новая.

— Я ее почистила.

— Снежинка. Красиво — взгляд мага переместился к ее волосам.

— В этом городе что, все сошли с ума по розовым волосам?

Ана моргнула.

— Простите?

— Вчера младшая стажерка из отдела регистрации пришла с розовой прядью. До этого — дочь архивариуса. Сегодня на улице я видел двоих школьниц с такими же, как у вас волосами. Похоже на массовое бедствие розового цвета.

— Боюсь, что я не следую моде.

На эту фразу Каэр понимающе хмыкнул, но что-то будто не давало ему покоя.

— Но ваши волосы. Они же тоже розовые.

— В Эйранне есть говорящие чайники, летающие зонты, отдел по контролю разумных грибов, но вас почему-то смущают розовые волосы у девушек? Со своими я ничего не могу поделать, это природный оттенок, который невозможно закрасить или убрать каким-то другим способом.

— Да вам вроде бы и не надо — вдруг вырвалось у мужчины.

— К сожалению.

— К сожалению?

— От них невозможно избавиться. Я пыталась.

— Зачем?

— Чтобы люди перестали спрашивать, где я беру краску.

У двери что-то фыркнуло. Каэр медленно повернул голову.

Бублик сидел на пороге кабинета. Карэн возмущенно засопел, принялся активнее пить кофе, он сдержаться не смог.

— Ана, ваш фамильяр однажды станет причиной международного конфликта.

Бублик сел у ножки стола.

— Неправда. Я вижу, что во мне недавно умер прекрасный дипломат!

— Может запретить животным находиться в служебных кабинетах? — начал угрожающе рассуждать Каэр.

— Можно. Но тогда вам придется объяснить Совету, почему единственный фамильяр, который трижды находил пропавшие улики, дважды предупреждал о покушении и один раз определил убийцу-садовника, внезапно оказался менее полезен, чем младший следователь Тирс. А Тирс, между прочим, до сих пор пишет «разлом» через две ошибки.

Каэр посмотрел на Ану.

— Он читает служебные документы?

Ана поставила пустой поднос на край стола.

— Он на них спит.

Бублик довольно зевнул.

Не дав разгореться конфликту, на столе зазвенел служебный телефон.

Этот черный аппарат с латунными вставками департамент приобрел еще пять лет назад и теперь почти ежемесячно отправлял его в ремонт на пару дне.

Ана тут же взяла трубку, успев раньше Каэра, который уже протянул руку.

— Кабинет верховного маг-сыщика Равеннара. Секретарь слушает.

Лицо Аны изменилось.

— Где? — спросила она.

Пауза.

— Когда нашли?

Еще пауза.

Бублик поднял голову.

— Поняла, — сказала Ана. — Передам. Выезжаем.

Каэр встал. Кофе остался недопитым.

— Где?

— Старый водосброс у квартала Лунных прачек. На месте городская стража и двое из отдела первичного осмотра. Просят вас немедленно приехать.

Он направился к двери, Ана схватила папки и последовала за ним. Каэр заметил.

— А вы куда?

— В главный офис. Сдать отчеты аналитического отдела. Они должны быть зарегистрированы до четырех часов, иначе утром их вернут с пометкой о нарушении порядка передачи материалов.

— Отправьте курьером.

— Документы доставляются только ответственным лицом.

Ана прижала папки к груди.

— Главный офис по дороге к кварталу Лунных прачек. Вы могли бы меня подвезти.

Каэр медленно повернулся к ней.

— Я еду на место обнаружения тела и быть там нужно как можно быстрее.

— Хорошо, я сама доберусь.

Каэр задержал взгляд на ее лице.

— Хорошо, но фамильяр останется в мобиле! На все у вас пять минут, а потом подождете, пока я буду заниматься осмотром.

— Разумеется.

— Фамильяр остается в машине.

— Это дискриминация по пушистости, — сообщил Бублик.

— Это приказ.

— Ой, я боюсь!

Каэр открыл дверь, но не успел выйти, потому что впереди него прокатился белый пушистый комок, а следом, под руку нырнула Ана.

Магу ничего не оставалось, как молча последовать за ними.

Глава 13. У нее нет часов!

Глава 13. У нее нет часов!

Черный мобиль ждал у бокового входа в департамент. Длинный, блестящий, с узкими зелеными фарами и родовым гербом Равеннаров на двери — он привлекал внимание окружающих. Мальчишки, которые только что стояли возле него, завидя владельца, шмыгнули на другую сторону дороги.

Каэр все же обогнал своих спутников и резким движением открыл заднюю дверцу.

— Садитесь.

Ана уже сделала шаг вперед, как Бублик проскользнул к подножке, прыгнул на сиденье и развалился сразу на двух подушках. Каэр, заскрипел зубами, сжал губы в одну тонкую линию и с силой хлопнул дверцей. Тут же распахнул переднюю и жестом предложил девушке занять пассажирское место.

— Спасибо, господин Равеннар, — тихо сказала она и попыталась забраться внутрь, не выпуская папок.

Получилось плохо. Девушка подскользнулась и начала падать назад. Если бы не маг, подхвативший ее чуть ниже талии, то она бы уже сидела на брусчатке.

Он аккуратно поставил ее на землю и вдруг резко втянул воздух. Волоски на затылке Аны зашевелились.

Ана почувствовав его руки уже на своей талии и густо покраснела.

Каэр снова вдохнул и резко отступил назад.

— Простите — выдавил из себя маг, не смотря ей в лицо.

Ана подняла глаза.

— Это вы меня простите, я неловкая — девушка все еще чувствовала его руки на своем теле и от этого вновь покраснела.

—Все в порядке.

Он отступил еще на шаг, давай ей возможность залезть в машину. Да ничего не в порядке! В голове бушевали мысли, раз дракон начал реагировать уже на самых странных девушек, то пора принимать меры. Надо срочно назначит свидание Грисилле, а иначе…

Но почему-то мысли о Гриссилле Принц — драконице, его сотруднице и попутно любовнице, не вызывали никаких эмоций.

Напротив, он впервые за три года разглядывал девушку, сидящую на переднем сиденье его мобиля. Возникал закономерный вопрос, почему все это время его совершенно не интересовала странная розововолосая секретарша, а сейчас, от одной мысли о прикосновении к ее тонкой талии и тому, что пониже, у Каэра, как минимум, учащалось дыхание.

Чертыхнувшись про себя, Каэр обошел машину и запрыгнул на водительское сиденье. Мобиль тронулся с места и покатил по городским улицам.

— Ана, ваш фамильяр остается на вашей совести.

— Бублик давно ни на чьей совести не помещается, — усмехнулась Ана, устраивая папки на коленях.

— Зато я прекрасно помещаюсь на подушках, — с заднего сиденья сообщил Бублик, перевалившись с одного бока на другой. — И это намного важнее.

Каэр вздохнул. Он уже давно понял, что словесные дуэли с вредным фамильяром ему не по плечу и предпочел промолчать.

Некоторое время они ехали молча. Каэр заметил, что Ана нервничает. Она судорожно сжимала папки пальцами и о чем-то размышляла. Старалась не смотреть в его сторону.

— Вы же знакомы с материалами дела?

Девушка резко дернулась и посмотрела на начальника.

— Да, с теми, которые попадают ко мне для оформления. Простите, если я нарушила какие-то правила.

— Все в порядке. В любом случае, вы сотрудник департамента, а в контракте есть пункт о неразглашении.

Ана опустила глаза.

— Да, конечно, но я только секретарь, а не следователь.

Мужчина посмотрел на нее, подняв правую бровь.

— Ну хорошо. Я видела сводки по трем пропавшим. Первая — Лея Торн, ученица портнихи. Исчезла две недели назад после работы, не дошла домой. Вторая — Мира Сольвей, певица из трактира «У голодного дракона». Пропала на прошлой неделе во вторник, сразу после вечернего выступления. Очередной поклонник собирался проводить ее до дома, но так у гримерки и не дождался, когда заглянул внутрь, девушки там уже не было.

Третья девушка — это Энисса Вард, помощница аптекаря. Исчезла в четверг, когда пошла относить заказ. Ее никто не видел, и капли от влюбленности она так и не отдала получателю. Именно ее сейчас и опознали.

Каэр внимательно слушал ее и при слове «четверг» поморщился. Вместе с тем девушка продолжала.

— Все три не из знати. Ни у кого из них нет серьезной родовой защиты. Маршруты, которыми они двигались, были самыми обычными. Девушки ходили по ним почти каждый день.

Что еще… С магами высокого уровня не пересекались ранее. Я пыталась сопоставить, что их объединяет, но кроме того, что все они молодые девушки, больше их ничего не связывает. Они разные. Лея – рыжая невысокая, Энисса — полненькая брюнетка, а у Миры светло русые волосы и высокий рост. Проверила все, вплоть до размера ноги и любимого цвета. Ничего.

Каэр смотрел на дорогу.

— Да, все это я знаю. Следователи тоже пытались найти что-то общее, но тоже ничего.

— Есть еще одно предположение, но я совсем не уверена — девушка неуверенно начала говорить, но потом замолчала.

— Какое? Говорите, какое бы оно ни было странным. Сейчас любое предположение может помочь — неожиданно маг посмотрел на Ану и улыбнулся.

Ана широко раскрыла глаза. Улыбка преображала мужчину, позволяла забыть о его сложном характере и привычке все время приказывать.

— Они все были без часов — закончила она начатую фразу.

Каэр снисходительно улыбнулся, а потом пожал плечами.

— Ана, но девушки, обычно, не носят часов. Тем более, вы говорите, что все были не из знати, а часы — удовольствие не дешевое.

— Да, конечно, но из показаний аптекаря, у Эннис не так давно появились изящные наручные часики. Белые, с розочкой в середине, нарисованной эмалью. Вы..— Ана смутилась — будете сейчас осматривать тело, посмотрите, есть на ней часы или пропали.

Каэр задумчиво посмотрел на спутницу, а потом снова уставился на дорогу.

— Хорошо, посмотрю — ответил маг, когда уже, казалось, не собирался этого делать — спасибо, Ана. Это важное наблюдение.

Девушка просто кивнула, но потом, когда он не видел, посмотрела на его профиль. Безусловно, Каэр Равеннар был очень красив с его темными волосами, яркими зелеными глазами, чувственным ртом.

«Тьфу, какой еще чувственный рот! Ты о чем думаешь!!! Этого мне только не хватало» — сама себя обругала Ана и с сердитым видом вновь уставилась в окно.

Мобиль остановился у здания Главного канцелярского управления. Ана быстро собрала папки и сама потянулась к дверке, не давай мужчине возможности ее открыть.

— Я на пять минут.

— На три, — сказал Каэр.

Ана кивнула и выбралась из мобиля. Каэр проводил ее пристальным взглядом, отметив, что у секретарши очень стройная фигура. Впрочем, он уже успел это понять раньше, когда поймал ее со ступенек своего мобиля.

«Да что за наваждение такое! Пора к Грисилле, сегодня же вечером».

Но почему-то снова мысли о любовнице вызвали ощущения, как от разжеванной дольки лимона.

И снова кинул взгляд на дверь управления. Девушки уже там не было. Маг улыбнулся, вспомнив, как несколько минут назад она тайком разглядывала его. Опять чертыхнулся и в очередной раз задал себе вопрос, почем именно сейчас его начало тянуть к нелепой секретарше, хотя все предыдущие месяцы она его вообще не интересовала.

Сзади послышался ехидный смешок, будто Бублик каким-то образом умудрился послушать его мысли. Неожиданно для себя Каэр слегка покраснел и хотел уже повернуться и все высказать надоедливому псу, как дверь управления открылась и Ана выскользнула на ступеньки.

Она быстро бежала по лестнице, чуть приподнимая подол коричневой юбки и показывая миру стройные ножки.

Каэр сглотнул, а потом, чтобы скрыть свое смущение, демонстративно посмотрел на наручные часы.

Ана села в мобиль, аккуратно поправила юбку и сложила пустые руки на коленях.

— Три минуты сорок секунд, — сказал Каэр.

— Очередь у окна регистрации — грудь девушки тяжело вздымалась под тонкой тканью блузки.

Мужчина дернул рычаг и мобиль резко тронулся с места. В салоне установилось тяжелое молчание. Только Бублик похрапывал на заднем сиденье.

Глава 14. Тело с белой прядью

Глава 14. Тело с белой прядью

Чем ближе они подъезжали к кварталу Лунных прачек, тем сильнее менялся город. Роскошные фасады постепенно уступили место серым домам, длинным веревкам с вывешенным бельем, узкими проходам между стенами и лавкам с дешевой едой. Здесь пахло мылом, сыростью, углем, рыбой и бедностью.

У старого водосброса уже стояли люди департамента и городская стража. Улица была перекрыта лентами с зелеными печатями и названием департамента.

Зеваки тоже были здесь. Они толпились за ограждением, переговаривались шепотом, вытягивали шеи. На мостовой виднелись следы грязных сапог, лужи, обрывки бумаги, несколько перевернутых корзин.

Каэр вышел из мобиля. Он был серьезен и собран. Снова пошел дождь.

— Останьтесь в машине, — сказал он Ане.

— Но я могу помочь.

— Я сказал, останьтесь — стальным голосом почти приказал Каэр и тут же смягчившись, добавил — не на что вам там смотреть, Ана. Не надо, это зрелище не для молодой девушки.

Она кивнула, а маг-сыщик развернулся и пошел к месту преступления.

Девушку нашли у самого края водосброса, в полузатопленном проходе под старой аркой. Тело лежало на каменных плитах, мокрые волосы прилипли к лицу и плечам. Кожа девушки была синеватого оттенка, почти прозрачной.

Синяя юбка была задрана почти до бедер, одежда была разорвана или разрезана сразу в нескольких местах. На груди виднелись глубокие раны. Крови было немного, что указывало на то, что девушку сюда привезли или принесли и вряд ли здесь можно будет найти какие-то улики. Убийство произошло в другом месте.

Самые страшные были ее глаза. Бледно-голубые, покрытые белой дымкой, уставившиеся в дождливое небо. Они до сих пор были открыты, и в них не было ужаса. Только удивление. В свалявшихся и запутанных длинных черных волосах прямо от виска шла белоснежная прядь.

Девушку уже опознали. Это была помощница аптекаря Энисса Вард. Скромная толстушка, когда-то слишком доверчивая и простая, а теперь изломанная и мертвая.

Каэр присел, не касаясь находки руками. Зеленая магия легко потекла с его рук. Она заскользила над телом, закрутилась и спустя короткое время вернулась к хозяину. Улик, как и предполагал маг, не было.

Маг-сыщик начал ощупывать тело руками и вдруг, вспомнив слова Аны, бросил взгляд на запястье погибшей. Часов не было, но на левом виднелась багровая ссадина. Будто дорогую вещицу грубо содрали с жертвы. Это вполне могли быть и случайные прохожие, ведь район неблагополучный, однако, очевидно, что часы сорвали с еще живой девушки.

Он поднял голову.

— Снимки сделали? Протокол составлен? Целители едут?

Следователь из департамента развел руками.

— Писар еще не доехал. Застрял у внешнего оцепления, ваше высочество. Там драка среди зевак, стража…Целители должны вот-вот появиться.

Равеннар не дал закончить.

— Что, больше записывать некому?

— Господин верховный маг, вы же знаете, господин верховный маг, что не у всех есть допуск к магическому письму. Получается, некому.

— У меня есть допуск — послышалось из-за спины Каэра.

Мужчина тяжело вздохнул, поднялся и повернулся к Ане. Девушка стояла неподалеку. Ненавистного пса не было видно.

— Я же просил вас сидеть в мобиле. Что в моем приказе не ясно — он уже хотел отчитать девушку, но вдруг заметил, что она пристально смотрит на тело и тяжело дышит.

Показалось, что она собирается упасть в обморок и протянул руки, чтобы поймать секретаршу, но Ана шагнула к трупу, совершенно не обратив внимания на его непроизвольное движение.

Казалось, Ана уже взяла себя в руки, но это было не так. Еще на Земле она видела фотографии тел найденных девушек, но вот чтобы так близко стоять рядом с погибшей, еще не приходилось.

Да, Жница легко расправлялась с негодяями, но это были плохие люди, не заслуживающие милосердия. Здесь же. Ана почему-то сразу подумала, что на месте Эниссы вполне могла быть ее сестра. А когда она увидела белую прядь у виска жертвы…

Ану внезапно затрясло, карандаш вдруг выпал из рук. Она как-то изломалась и начала оседать, повторяя очень тихо «Эль, Эль, Эль».

Каэр в одно мгновение оказался рядом и успел подхватить девушку. Развернул к себе лицом и прижал к плечу. Почувствовал, как ее пальцы судорожно вцепились в край его плаща. Девушка дрожала.

Маг мягко провел по голове девушки. Розовые волосы были влажными и мягкими, снежинка-заколка холодила пальцы. Он ощутил нежный запах мяты и старой бумаги.

Ана попыталась отстраниться, но мужчина положил ладонь ей на затылок и прижал к своему плечу. Вторая рука скользнула ей на талию.

— В первый раз всегда тяжело. Даже если думаешь, что справишься. Почти никто не справляется.

Ана молчала, только учащенно дышала.

— Дышите глубже, да. Так будет лучше.

Ана вздохнула глубоко, потом еще раз и еще. С трудом.

— Еще раз.

Она вдохнула снова.

Каэр почему-то подумал, что не хочет ее отпускать и хочет гладить мягкие розовые волосы, прикасаться к ним, распустить эти дурацкие косички-крендельки. Он тут же отмел неожиданную мысль. Это было неуместно и, как минимум, странно, обнимать на месте преступления свою странную секретаршу.

Он медленно убрал руку, но не отступил сразу.

— Может быть, все же посидите в мобиле?

— Нет, я справлюсь, спасибо, мне уже лучше — сказала она и в голосе послышалась сталь. — Простите.

— Не извиняйтесь.

— Я готова.

Он поднял с земли карандаш, протянул ей. И снова отметил, что перед ним совсем другой человек. Взявший себя в руки, смелый, способный справиться с любыми сложностями.

Дальше осмотр пошел по стандартному плану. Каэр диктовал то, что требовалось записать, Ана фиксировала. Иногда уточняла, если были какие-то непонятные термины.

Когда маг-сыщик указал на темную ссадину на запястье и предположил, что она, возможно, от наручных часов, Ана напряглась. Каэр заметил это.

— Я думаю это ниточка. Часы либо потерялись, либо убийца забрал их с собой — сообщил он свою мысль — в любом случае она лишилась их еще при жизни. Нужно будет еще раз расспросить аптекаря, о том, как они выглядели.

— Я уже с ним разговаривала. У меня есть рисунок этих часов.

Каэр удивленно посмотрел на девушку, но ничего не сказал.

Глава 15. В трактире «У голодного дракона»

Глава 15. В трактире «У голодного дракона»

Друзья, вы только подумайте: где ещё можно одновременно расследовать похищения, бегать по крышам, ругаться с верховным магом, пить подозрительные коктейли и выяснять, почему часы ведут себя хуже бывших родственников?

Если хотите продолжения, ставьте лайк. Дракону нужна мотивация. А то он опять решит, что все должны слушаться просто потому, что он красивый.

На город уже начала спускаться темнота, когда забрали тело, а сотрудники департамента начали разъезжаться по своим делам.

Обратно они тоже ехали в тишине. Бублик так и не появился. Ана была погружена в свои мысли и невидящим взглядом смотрела на пробегающие мимо дома и улицы. Каэр не мешал ей, понимая, что для девушки это был тяжелый день.

Она не сразу заметила, что мобиль остановился перед двухэтажным строением с яркой неоновой вывеской «У голодного дракона». Судя по названию это был трактир. Подтверждалось это еще и наличием огромного тролля, стоявшего с дубинкой на перевес прямо у входа и наблюдающего за посетителями.

Ана вопросительно посмотрела на начальника.

— Вы ели сегодня? — спросил он.

— Простите?

— Обед. Вы успели сегодня пообедать?

— А.. я, нет, не успела.

— Вот и я не успел. Предлагаю поужинать. Тем более, я вам должен за услуги писаря.

Ана удивленно смотрела на начальника, будто тот начал медленно сходить с ума. Если бы ей еще сегодня утром сказали, что вечером она пойдет с ним ужинать, то она бы точно рассмеялась над таким предположением.

— Господин Равеннар, вы мне ничего не должны. Это было нужно для дела.

Каэр сам не сразу понял, что сказал это вслух.

— Каэр. Можете называть меня по имени, когда мы вдвоем. И если вы не заметили, то это тот самый трактир, где работала пропавшая певица.

Ана молчала. Это действительно была возможность что-то узнать о второй пропавшей девушке, но вместе с тем, все больше смущало поведение начальника. Да и денег с собой не было.

Словно подслушав ее мысли, маг чуть тронул ее за плечо.

— Вам нужно прийти в себя. Мне срочно требуется кофе, который я не успел выпить в кабинете. С официантами попробуем побеседовать. И вообще, куда еще пойти голодному дракону, как не сюда.

Девушка засмеялась.

— Да, конечно. Давайте побеседуем, только я вам деньги позже отдам. У меня нет с собой кошелька.

Равеннар посмотрел на нее таким взглядом, что сразу стало ясно, что никакие деньги у нее он не возьмет. А если она ему их предложит, то еще и сильно оскорбится.

Маг вышел из машины и галантно открыл дверь со стороны пассажирского сиденья. Протянул руку. Ана уже привычно вложила свою ладонь в его и спрыгнула на брусчатку.

Трактир «У голодного дракона» оказался гораздо уютнее, чем можно было ожидать от места с таким странным названием. Низкий потолок, темные балки, медные светильники, запах жареного мяса, хлеба, специй и крепкого кофе.

Над стойкой висела вывеска: толстый нарисованный дракон с умильно-глуповатой улыбкой держал в одной лапе сковородку, а второй обнимал золотистую картофелину с красивыми голубыми глазками и накрашенными губами.

Выглядел ящер действительно счастливо. Посмотрев на вывеску, маг хмыкнул и пропустил Ану вперед. Они не сговариваясь выбрали столик прямо у стены, откуда открывался прекрасный обзор на зал и на входную дверь.

Отодвинув тяжелый деревянный стул, Каэр помог девушке расположиться и сам сел напротив. Тут же, расторопный официант, очень похожий на лепрекона, положил перед ними две книжечки меню.

Развернув меню, Ана немного оторопела и, посмотрев на Каэра, поняла, что чувствует ог себя примерно также. Спросила, точнее, констатировала факт:

— Вы здесь тоже впервые, господин Равеннар.

Вид у мага и впрямь был немного ошалелый.

— Каэр, я же просил. У меня на лице все написано? — и засмеялся, посмотрев на ее — у вас тоже.

Еще раз оглядев друг друга, молодые люди снова засмеялись.

Вообще, ошалеть было от чего. Меню включало в себя очень колоритные блюда. На первое здесь предлагались борщ «Для ведьмы на шабаше» и уха, почти исполнившая желания.

На второе рекомендовалось взять жаркое из гуся «Дракон в пасти у демона» с гарниром «Попаданка во фритюре», а в качестве десерта можно было попробовать «Неудавшегося Колобка» или «Русалочье пирожное». Запить все это разнообразие предлагалось клубнично-молочным коктейлем «Мэри кровавая с карамелью».

— Даже не знаю, что выбрать, но однозначно буду кофе — со смехом в голосе изучал меню маг-сыщик.

— Лучше возьмите чай из лепестков безумия, думаю, бодрит — в тон ему смеялась Ана.

Внезапно он поднял на нее глаза и как-то задумчиво посмотрел.

— А я ведь был прав утром. Вы какая-то необычная сегодня.

Ана смущенно опустила глаза в книжицу.

— Я всегда такая. А вы, кстати, видели, чем надо рассчитываться за еду? У вас случайно не завалялось сломанных корон, свежесрезанных ноготков гномов, несколько чешуек русалок и пачки справок разного назначения? — девушка снова засмеялась.

— Не ношу с собой, разве что драконью чешую могу добыть и то в ограниченных количествах. Но могу вас успокоить, золото они здесь тоже принимают, внизу мелким шрифтом написано.

В итоге, они заказали по порции «Дракона с попаданкой». Каэр выбрал еще «Селедку под мантией некроманта», а Ана взяла винегрет «После битвы». На десерт выбрали по Русалочьему пирожному и по чашке обычного кофе, который каким-то чудом затесался в этот неожиданный список странных блюд.

Когда подошел официант, Равеннар продиктовал ему заказ и что-то еще тихонько добавил. Лепрекон деловито кивнул, посмотрел на Ану, ухмыльнулся и исчез в направлении кухни.

Через двадцать минут молодые люди уже разглядывали, что им принесли. Ана решилась попробовать первой и сразу же отметила, что все ну просто божественно вкусно!

Ужин подходил к концу, когда к столику снова подошел официант. На подносе у него было два бокала со странным шевелящимся напитком.

Поставив на стол, продекламировал:

Коктейль «Б-52 на ковре-самолете». Горит, летит, приземляется не всегда там, где заказывали. После второго бокала можно очнуться не у себя дома.

— Уважаемый, простите, не знаю, как к вам обращаться — Ана с милой улыбкой обратилась к лепрекону.

— Грекс, госпожа и показал ладонью на небольшую табличку, прикрепленную к форменному пиджаку, где и было написано имя.

— Приятно познакомиться, Грекс, я Ана. Все было очень вкусно! А подскажите, у вас бывает живая музыка в зале? — после ее вопроса, лепрекон как-то заметно нахмурился, а потом отрицательно махнул головой.

— Как жаль! — подал голос Каэр и кинув быстрый взгляд на Ану продолжил — а то мы с женой хотели устроить небольшой праздник и пригласить друзей, а ваше меню нас очень впечатлило. А насчет исполнителей вообще никаких вариантов? Может быть я сам могу с ними переговорить? За оплатой дело не станет. Нам с женой очень бы хотелось повеселиться именно у вас — Каэр вдруг взял Ану за руку и посмотрел на нее таким влюбленным взглядом, что, казалось, еще пару мгновений и лепрекон прослезится.

Он видел, как глаза Аны расширились от возмущения, но та виду не подала, лишь послала ему такой же влюбленный взгляд и милую улыбку. Каэр удивленно уставился на нее и чуть не вышел из роли.

— К сожалению, наша знаменитая певица Сольвей, пропал…— огорченно проговорил Грекс.

Видно было, что ему не все равно и он очень переживает. Вдруг, лепрекон со злостью добавил:

— И ведь говорил я ей, не брать подарков от незнакомцев! Так и вышло. Она в этот же вечер пропала, как ту коробочку ей прислали.

— Вряд ли это ее исчезновение связано с подарком или вы думаете, что она уехала с новым поклонником и никому не сказала? — Откинувшись на спинку кресла, и скучающим тоном поинтересовался Каэр, хотя Ана, которую он все еще держал за руку, почувствовала, что его рука напряглась.

— Да что вы, Сольви такой не была! Мы дружили! Она собиралась поступать в музыкальную академию, копила деньги. Потому подарок и взяла.

— А что за подарок? — Ана сделала глупенькое лицо и как бы случайно поинтересовалась у лепрекона.

— Часы! Дорогущие часы! Красные, внутри белая роза, а по циферблату крошечный узор из зеленых листиков. Очень тонкая работа, уж поверьте. И часы такие стоят целое состояние. Сольви тут же их надела на запястье, а через час пропала — лепрекон расстроено засопел, потом вспомнил о своих обязанностях официанта и вытянувшись по струнке, добавил.

— Извините, что отвлекаю вас от приятного вечера! Надеюсь и коктейли вам понравятся.

— Спасибо, Грекс. А я надеюсь, что ваша подруга обязательно найдется — уже серьезно и без всяких улыбок добавила Ана.

Грекс кивнул и удалился.

— Опять часы…— протянул маг-сыщик.

Ана тут же выдернула руку из его ладони.

— Жена?

— Это же для дела! И мы кое-что узнали — ничуть не смущаясь ответил Каэр и тут же хитро прищурился — а вы тоже на меня так смотрели прямо как на собственного мужа. Еще парочка таких взглядов и я поверил бы, что мы и правда состоит в браке.

Ана закатила глаза, схватила шевелящийся коктейль и не глядя ополовинила стакан. Тут же открыла рот и начала быстро и часто дышать!

Каэр подвинул ей свою чашку с остывшим кофе. Ана быстро сделала глоток и только после этого смогла хоть что-то сказать.

— Да это не коктейль! Это жидкий огонь!

Мужчина рассмеялся, рассматривая растрепанную и покрасневшую девушку, и тоже отпил из своего бокала.

— Его понемногу надо пить, тогда эффект не такой яркий.

— Большое спасибо за совет!

Впрочем, было уже видно, что напиток ей понравился, и она мелкими глотками отпивала его из стакана. Они просто сидели и смотрели на других посетителей, на то, как бармен смешивает какой-то очередной напиток, слушали тихую музыку и старались ни о чем не думать.

Как Каэр и обещал, расплатившись за ужин, он отвез Ану домой.

— Спасибо за приятный вечер, Каэр — девушка улыбнулась.

— Ну наконец-то! Хотя бы по имени — усмехнулся Каэр — Ана, это вам спасибо за незабываемый вечер. Жалко, что я раньше не приглашал вас куда-нибудь.

Вдруг глаза мага засверкали зеленым, он шагнул вперед, притянул девушку за талию и накрыл ее губы своими.

От неожиданности Ана слегка приоткрыла рот и тут же почувствовала, как его язык провел по губам. Ее нежно изучали, гладили, ласкали. Ощущения были необычными и очень яркими.

Жар начал растекаться внутри. Ана даже сама не заметила, как ответила на его поцелуй, прижалась. Очнулась она лишь тогда, когда его ладони начали опускаться ниже.

Девушка вдруг осознала, что ее целует мужчина, который уже три года ищет Жницу. Каэр сейчас целовал преступницу и если узнает правду, то обязан будет посадить ее за решетку.

Она собралась с силами и резко оттолкнула мужчину. Глаза Каэра горели. Он недоуменно посмотрел на девушку .

— Ана, что не так?

Ана медленно выпрямилась, отступила еще на шаг и поправила очки, хотя они и так сидели ровно. Ей просто нужно было сделать хоть что-нибудь руками, пока сердце не перестало вести себя как испуганная птица в клетке.

— Что не так? — переспросила она тихо.

Каэр нахмурился.

— Да. Я думал…

— Что?

Он замолчал. Зеленое свечение в его глазах не исчезло, но стало другим — уже не хищным, а растерянным. Видимо, верховного мага-сыщика Департамента разломов и особых преступлений нечасто отталкивали, а поцелуи так и вообще принимали, как высочайшую милость.

Ана горько усмехнулась.

— Вы решили, что если пригласили меня на ужин, отвезли домой и сказали пару приятных слов, то дальше можно просто взять то, что вам понравилось?

— Я вовсе не собирался делать ничего из того, что тебе бы не понравилось — Каэр перешел на ты и даже не заметил этого. Ситуация его откровенно злила.

— А все выглядело именно так!

Каэр сделал шаг к ней. Ана тут же выставила перед собой руку.

— Не подходите.

Он остановился.

— Ана, ты весь вечер…

— Что я весь вечер? — перебила она. — Ела суп? Пила коктейль? Разговаривала с вами о деле? Скажите, в какой именно момент вы вдруг решили, что можно меня вот так хватать у подъезда?

Его лицо потемнело.

— Я тебя не хватал! И вообще, мне показалось, что ты очень даже была не против!

— Вы поцеловали меня!

Каэр сжал челюсть.

Он был красив, даже очень и особенно сейчас, когда злился. Другая бы уже давно растаяла, но Ана таять совсем не собиралась.

Мужчина с досадой взъерошил волосы.

— Я думал, ты не против, — вновь повторил он.

— А надо было не думать, а спросить.

— Но ты мне улыбалась, — произнес он глухо.

— Не поверите, но люди иногда улыбаются не потому, что готовы лечь с вами в постель, господин Равеннар. Иногда им просто хорошо от приятного вечера и приятной компании, от теплого пледа или от веселой шутки.

— Я не считаю тебя…

— Кем? Доступной особой, простушкой? — негодовала Ана. — Бедной секретаршей, которая должна благодарить судьбу, если на нее обратил внимание верховный маг? Дракон? Красавец с родовым гербом и собственным мобилем?

Он резко выдохнул и криво усмехнулся.

— Ты считаешь меня красавцем, значит, я тебе все же нравлюсь?

— Не нравишься! Не считаю! — Ана разозлилась — ты три года меня не замечал, что изменилось сегодня?

И вдруг, сама от себя не ожидая, ядовито добавила.

— Грисилла Принц в отъезде?

Равеннар смутился. Он не думал, что Ана знает про его любовницу.

— Да причем тут она! — взорвался он и тут же замолчал.

Некоторое время они оба только часто дышали. Дождь снова зашуршал по крыше мобиля. Где-то наверху скрипнула ветхая вывеска сапожной мастерской. В окне второго этажа зажегся свет, и чья-то тень прошла за занавеской.

Ана вдруг почувствовала себя ужасно уставшей. Как-то все навалилось сразу: неизвестная судьба Эль, сначала прекрасный теплый вечер с драконом, а потом вот это, Жница, которую нужно тщательно скрывать.

Она провела по лицу рукой.

— Спасибо за ужин, — девушка не глядела на мага. — Я устала и пойду спать.

— Ана…

— Доброй ночи, господин Равеннар.

Она развернулась и пошла к подъезду.

— Мы же договорились, что Каэр — крикнул он ей вслед.

Ана остановилась у двери, не оборачиваясь.

— Я думаю, что нам лучше вернуться в рамки рабочих отношений господин верховный маг — она скользнула в подъезд, громко хлопнув дверь.

Несколько секунд Каэр стоял неподвижно, глядя на темное стекло подъездной двери. Потом под самой крышей, наверху зажегся свет и возле окна показался знакомый силуэт. Словно заметив, что он смотрит, силуэт отпрянул от окна и свет быстро погас.

Мужчина усмехнулся, резко провел рукой по волосам, взъерошил их, развернулся и направился к мобилю. Сел за руль и еще раз посмотрел на окно. Там было темно, но Каэр был уверен, что Ана стоит и смотрит на него. Улыбнувшись этой мысли, мужчина проговорил вслух:

— А вот это ты ошибаешься, милая. Боюсь назад уже дороги нет. Я понял, что ты совсем не та, за кого себя выдаешь. Я же почувствовал, как ты ответила на мой поцелуй.

Сам не понимаю, почему у него с лица не сходит глупая улыбка, Каэр завел мобиль и выехал со двора. Сегодня ему предстояло еще одно важное дело.

Дома Ана первым делом заперла дверь на два оборота. Потом еще на цепочку. Потом постояла, прислонившись лбом к дереву, и закрыла глаза.

Глупость. Какая невероятная, невозможная глупость.

Она почти позволила себе забыть, кто он. Почти позволила поверить, что вечер был просто вечером, ужин — просто ужином, а мужчина рядом — просто мужчиной, с которым просто хорошо.

Осторожно подойдя к окну, она увидела, что маг стоит внизу и смотрит на ее окно. Девушка отпрянула вглубь комнаты, резко выключила свет и снова подошла к окну. Мобиль все еще стоял внизу и Ана была уверена, что смотрит на ее окно. Через долгие несколько минут мобиль тронулся с места и исчез в арке.

Она оттолкнулась от двери и пошла в ванную.

Глава 16. По следу капель влюбленности

Глава 16. По следу капель влюбленности

Зайдя домой, Ана закрыла дверь и прижалась к ней спиной. Девушка закрыла глаза и так постояла несколько минут.

Глупость. Какая невероятная, невозможная глупость.

Она почти позволила себе забыть, кто он и кто она. Почти позволила поверить, что вечер был просто вечером, ужин — просто ужином, а мужчина рядом — просто мужчиной, с которым может быть просто хорошо.

На Земле Ана лишь однажды ходила на свидание. За неделю до исчезновения Эль, ее пригласил в кафе-мороженое одноклассник Миша. Парень ей не то чтобы очень нравился, но и отвращения не вызывал.

Когда она призналась в этом Эль, та с радостью взялась за подготовку. На следующий день Ана сидела за столиком и маленькой ложечкой ела клубничное мороженое.

На ней было красивое платье, одолженное Эль, туфли на среднем каблуке. Сестра сделала ей необычную прическу, которая придавала девушке взрослости. Мороженое было вкусным, но через некоторое время Ана поймала себя на мысли, что ей скучно. Свидание закончилось робким поцелуем в щеку и прощанием.

Через неделю пропала Эль и Ана вообще вычеркнула из своей жизни все, что хоть как-то было похоже на любовь и общение с парнями.

Сегодня она растерялась. Это было неожиданно. Неожиданно сладко и приятно. Захотелось, чтобы Каэр не отпускал ее из объятий, а продолжил целовать, но она не могла себе этого позволить. Никак не могла.

Да еще внутренний противненький голосок нашептывал, что есть Грисилла, которая ходит к нем у в кабинет как к себе домой и явно не попить чая. Ана удивленно поняла, что ревнует. Ревнует этого красавца-дракона к его подружке.

Отойдя от двери, девушка осторожно подошла к окну, она увидела, что маг стоит внизу и смотрит на ее окно.

Девушка отпрянула вглубь комнаты, резко выключила свет и снова приблизилась к окну. Мобиль все еще стоял внизу, и Ана была уверена, что дракон сейчас сидит на сиденье и смотрит на ее окно. Через долгие несколько минут мобиль тронулся с места и исчез в арке.

Она грустно вздохнула и пошла в ванну. Вода долго не хотела становиться теплой. Ана стояла под душем, запрокинув голову, и пыталась смыть с себя день: запах водосброса, холод мертвой кожи, трактирный дым, сладковатый коктейль и прикосновение Каэра.

Последнее никак не хотело смываться. В ее памяти то и дело всплывали образы. Вот он подтянул ее к себе, положил руку на талию, прижал к себе. Его губы коснулись ее губ. Медленно, неторопливо, будто он сам до конца не понимал, что делает, но остановиться уже не мог и не хотел.

Ана закрыла лицо ладонями. Вода шумела и стекла по коже, смывая соленые струйки со щек.

«Он просто хотел поиграть! Просто поиграть и не более того! Ты ищешь сестру и нечего думать о своем начальнике, тем более у него есть другая. Если он узнает кто ты, то больше не посмотрит на тебя так, как сегодня и сразу же отправить в тюрьму. А кто тогда найдет и спасет Эль!».

Мысли быстро проскальзывали в голове, оставляя после себя только пустоту. Ана уже успокоилась. Выключила воду и потянулась за полотенцем. Длинные волосы рассыпались по плечам и спине.

Посмотрев на себя грустными глазами, она закуталась в пушистый халат и пошла в комнату.

На подоконнике сидел Бублик. Мокрый, грязные, но неимоверно довольный. Он с прищуром посмотрел на хозяйку.

— Не начинай, — устало сказала Ана.

— Я еще молчу.

— Вот и продолжай.

— Не могу. У меня новости, а ты, смотрю тут рептилии мозги вправить успела?

Ана прилегла на кровать и подтянула коленки к животу. Бублик грустно посмотрел на нее, вздохнул, что-то пробормотал про рептилию-переростка и спрыгнул на пол, оставляя после себя грязные мокрые следы.

Повернулся, увидел, что наделал, тут же поднял переднюю лапу и ловко щелкнул. Следы начали растворяться, а сам песик через мгновение приобрел красивый и аккуратный вид. Почему-то в комнате запахло сиренью.

Песик сделал два шага к кровати, подпрыгнул и подлег под руку к девушке. Та обняла его и снова заплакал.

— Ты чего, хозяйка? Некогда нам расклеиваться — проурчал он.

— Прости. Просто грустно стало. Я одна, всегда одна.

— Вот еще, а как же я? А Эль?

Ана слабо улыбнулась и прожала мокрую щеку к шелковистому боку песика.

— Ты прав, я не должна сдаваться. Эль нужна моя помощь. — Ана приободрилась, но вдруг горько добавила — он считает меня доступной простушкой, которая готова упасть к его ногам.

Песик закатил глаза и тут же на его мордочке появилось мстительное выражение лица.

— Ну я ему завтра устрою веселое утро!

— Не надо… Ничего не надо. Я просто постараюсь больше никуда с ним не ездить и оставаться наедине. Это будет правильно.

— Ладно — скрипя зубами, согласился Бублик и тут же вскочил.

— Все хозяйка, хватит рыдать. У нас дело есть и прямо сегодня.

— Сегодня? — удивленно уставилась на него Ана — ты узнал что-то новое.

Песик лег на живот, положил одну переднюю лапку на другую и принялся рассказывать:

— Конечно, узнал. Пока вы там тело осматривали с этим, я отправился в аптеку, где работала жертва, и подслушал странный разговор хозяина с его новой помощницей.

— Говори — Ана уже была серьезной и внимательно слушала своего фамильяра.

Зеленые глаза Бублика опасно засветились зеленым.

— Он заставлял девушку отнести капли влюбленности одному состоятельному господину — песик замолчал, уверенный, что Ана понимает, о чем идет речь

— Капли влюбленности? Что это такое?

— Ты не знаешь? В общем, они давно запрещены в королевстве и любое производство, продажа или иное распространение карается законом. Это зелье позволяет подчинить себе любого, кто выпьет эти капли. Исключением являются лишь драконы — на них капли не действуют.

Ана почувствовала, как внутри все замерло. Ладошки начали гореть.

— Капли производит аптекарь?

— Не совсем. У них там внизу целая лаборатория для изготовления различных зелий. С виду все законно и чисто, но только с виду. Ночью открывается совсем другое производство. Все очень замаскировано магически. Далеко не каждый маг поймет, что там такое.

— Значит, аптекарь виноват. Возможно, девушка случайно что-то увидела, и он вынужден был принять меры, чтобы она замолчала навсегда.

— Может быть и так, но есть еще кое-что. Владеет этой аптекой вовсе не он, а совсем другое лицо. Слышала, наверное, что в городе работает сеть салонов зеркальных украшений «Семь лун». Кажется, наш друг Лиан даже что-то закупает там для себя.

Так вот, владелец этой сети, эльф Лориан Тир-Эллар весьма многоуважаемый горожанин. Внешне он безупречен: тонкий, светловолосый, вежливый, почти печальный эстет. Делает зеркальные броши, гребни, подвески и дамские портреты-отражения, которые двигаются и говорят. Его клиентки — жены магов, наследницы домов, богатые вдовы, актрисы, певицы. Кроме этого он на короткой ноге с мэром, общается со многими знатными господами. Оказалось, что наш эльф владеет еще и аптекой через подставное лицо. Отсюда вопрос. Как думаешь, знает он о подпольной лаборатории? Да лапы даю на отсечение, что знает.

— Ты думаешь, девушки — это его рук дело? — Ана задумчиво сидела на кровати.

— Подозреваю, что он в этом точно замешан.

— Надо бы прощупать этого эльфа, как думаешь?

— Надо, но сделать это нужно сегодня. Во-первых, днем у тебя просто не будет времени, во-вторых, вполне возможно, что днем мы ничего не сможем обнаружить — песик вдруг стал серьезным — и самое главное. Может быть, девушки еще живы и мы успеем кого-то спасти.

Ана кивнула, поднялась с кровати и пошла в ванну. Через несколько минут в комнате стояла Жница. Кожаный костюм плотно охватывал стройное тело, серебряные серпы светились зеленым светом. Маска надежно скрывала лицо. Лишь пряди розовых волос выбивались из под капюшона.

Девушка уже не первый раз ощущала это — она становилась другой, облачаясь в костюм. Смелой, дерзкой, способной на все и чрезвычайно опасной. Как только костюм пропадал, возвращались природная скромность, мягкость. Иногда становилось грустно и страшно.

Бублик тоже преобразился. Посреди комнаты теперь стоял огромный волк с лоснящейся серебристой шерстью. На шее волка висел округлый серебряный медальон с зеленым камнем. — Это не костюм. Это разные стороны твоего характера проявляются в больше или в меньшей степени. Когда ты в маске, ты чувствуешь себя свободнее — низким голосом проговорил Следовик.

Ана ухмыльнулась и сделала несколько шагов к окну.

— Хозяйка, тебе не надоел этот капюшон? Может быть, избавимся от него? — на миг грозный Следовик опять стал похож на милого маленького Бублика.

Ана бросила в зеркало.

— А почему бы и нет!

Воздух слегка засветился и капюшон растаял. Копна вьющихся розовых волос красивыми волнами легла за спиной Жницы. Слева и справа прическу украсили серебряные заколки с зелеными камнями.

Бублик выскочил в окно первым, а следом, сделав изящное сальто в воздухе, выбралась Ана. Она оказалась на черепице соседнего дома, вздохнула полной грудью, и посмотрел на луну, которая сегодня светила ровным светом.

Волк уже сидел рядом.

— Веди, разберемся с этими бизнесменами.

Следовик бесшумно начал скакать по крышам. Жница последовала за ним. Волнистые розовые волосы красиво развевались у нее за спиной. Близилась полночь.

Глава 17

Глава 17

Глава 17 . Проникновение

Лиарден сверху был совсем другим. Несмотря на то, что многие жители уже видели десятый сон, кое-где работали ночные лавки, торгующие горячительными напитками, в тавернах слышался женский смех и веселая музыка.

Ана стояла на остроконечной крыше, держась одной рукой за холодный шпиль, и смотрела на город. Ветер трепал волосы. Без капюшона было непривычно. Слишком свободно.

Длинные розовые пряди разлетались за спиной и лишь заколки с зеленым камнем удерживали их спереди.

— Без капюшона как-то неудобно, — сказала она Бублику.

Рядом на черепице сидел огромный белый волк. В серебристой шерсти мерцали зеленоватые искры, а на груди спокойно светился медальон с зеленым камнем.

Сейчас Бублик вовсе не походил на язвительного белого песика, обожающего булочки, а его огромные зубы в темноте мерцали особенно угрожающе.

— Ты сама решила, я только предложил — напомнил Следовик низким приятным голосом и скосил один глаз в сторону хозяйки — но вообще, тебе идет.

— Внешний вид еще не все, а если зацепятся где-нибудь. Может быть косу заплести.

— Не зацепятся, не переживай.

Ана вздохнула, но решила не отвлекаться на такие мелочи.

— Нам пора.

— Идем, здесь недалеко. Всего два квартала — спокойно сообщил волк.

Он легко поднялся, прыгнул на соседний скат крыши и почти бесшумно побежал вперед. Ана оттолкнулась от шпиля, перелетела через узкий провал между домами и приземлилась рядом. Черепица тихо заскребла под сапогами, но выдержала.

Аптека у Северных ворот находилась в узком доме с облезлым фасадом, двумя темными витринами и вывеской, на которой золотыми буквами было выведено: «Травы, настои, мази и законные зелья». Последние два слова кто-то когда-то обвел мелом и пририсовал рядом ехидно улыбающуюся жабу.

— Жаба, хм. Уже в открытую продают. И куда только наш пещерный ящер смотрит — съязвил Бублик, мягко приземляясь рядом с Аной.

— В другое он место смотрит!

— Хозяйка, ты становишься циничной.

— Это костюм на меня так влияет. И ты!

— Скажешь тоже! Это исключительно работа в департаменте! — волк даже фыркнул от возмущения.

Ана резко достала из ножен серпы. Оружие приятно оттягивало руки. В зеленых камнях внутри рукоятей играл свет, будто оружие жаждало, чтобы его использовали по назначению.

Дверь аптеки была закрыта на магический замок. Внутри не горел свет. Ана повернула один из серпов острием вверх и снизу поддела замок. Что-то тихо щелкнуло, и дверь медленно распахнулась.

— Наконец-то научилась — одобрительно кивнул Бублик.

Ана шагнула в темное помещение. Бублик, осмотревшись вокруг, последовал за ней, не забыв задней лапой прикрыть за собой дверь.

Они оказались в узком подсобном помещении. Здесь стоял запах сырости, сухих трав, мышей и чего-то сладкого. У Аны возникло острое желание вдохнуть полной грудью, но сдержалась.

— Странный запах.

— Так пахнут капли влюбленности. Ты же почувствовала желание сделать глубокий вдох. Вот так они и воздействуют. Сначала вдох, потом стакан воды с тремя каплями, а потом потеря себя. Хорошо, на нас это не действует.

Жница огляделась. Вокруг были многочисленные полочки и шкафчики. В них хранились мешочки с какими-то порошками, коробочки с корнями, склянки с разноцветными жидкостями. На стенках кое-где красовались аккуратно перевязанные шелковыми ленточками пучки сушеных трав. Все выглядело уютно и вполне безобидно.

Ана осмотрелась. Следовик тоже прошелся по углам и вдруг остановился около неприметной стенки, украшенной золотыми завитками.

Жница тоже смотрела именно на нее. Магия струилась вокруг это стенки, обволакивала ее, словно тонкая седая паутина.

— Защита, — тихо сказала она.

Бублик поднял нос, втянул воздух и поморщился.

— Удивительно, что такая дешевая. Я всегда подозревал, что эльфы жадные существа.

— Снимешь?

— Спрашиваешь! — Бублик усмехнулся и двинулся вперед.

Он подошел к стене. Зеленый свет пробежал по его глазам, потом по медальону. На миг его окружило облако зеленой магии, потом оно собралось в один шар, двинулось к стенке, ударило.

На стенке появился глаза. Небольшой, странного желтого оттенка. Видно было, что он еще не очнулся от сна и часто моргал. Раздался неприятный голос.

— Чего надо в такой час?

— Дверь открыл, быстро! — как-то слегка по-собачьи рявкнул Бублик.

Глаз устало дернулся, потом широко раскрылся и произнес:

— Пароль.

Бублик почесал передней лапой затылок.

— Булочка.

— Неверно.

— Две булочки.

— Неверно.

— Ванильная булочка и миндальное печенье.

— Невер…

Ана, стоявшая у него за спиной, закатила глаза, протянул руку вперед и аккуратно двинула по глазу. Тот быстро-быстро заморгал, потом обиженно крякнул, вдруг прищурился и уже мелодичным звонким голоском произнес:

— Так бы сразу и сказали! А то булочки, да булочки — и презрительно глянув на белого волка, вдруг закрылся полностью. Дверь заскрежетала и начала медленно открываться.

— Действенно, хоть и грубо! Учту — волк на этот раз первым вошел в помещение.

В подвал вела лестница. Ступени были узкими и скользкими. Стены слегка светились. Видимо, владелец и здесь решил сэкономить на магических светильниках, просто покрыв кирпичную кладку светящейся краской.

Внизу появилась небольшая площадка, с которой можно было попасть в лабораторию. Здесь странный запах стал еще ярче. Ана чувствовала аромат полевых цветов, ей хотелось улыбаться, танцевать, радоваться, но она понимала, что так воздействует зелье и просто двигалась вперед.

Лаборатория была просторной. Здесь стояли столы с перегонными кубами, медными трубками, стеклянными колбами и тонкими серебряными ложечками. В центре крутилась круглая установка, похожая одновременно на орган, самовар и летающую тарелку.

На полках стояли различные флаконы, а в одном прозрачном кубе плескалась и ярко пульсировала голубоватая жидкость.

Ана подошла к письменному столу, стоявшему чуть поодаль. Там лежало какие-то бумаги. Быстро их пролистала. Это было описание процесса изготовления капель влюбленности, накладные на поставки ингредиентов и списки адресов, куда зелье уже было доставлено, а куда еще только запланирована доставка.

На еще одном листке была начерчена таблица с результатами исследований. Здесь указывалось, как капли воздействуют на оборотней и орков, на троллей и эльфов, на василисков и русалок. Были здесь и люди. И лишь напротив надписи «Драконы», стоял сплошной красный прочерк и от руки было написано «Увеличить дозировку».

— Вот же мерзость, — тихо сказала девушка.

Бублик тоже был недоволен.

— Мне кажется, что они здесь пытаются создать что-то более сильно, чем капли влюбленности. Это уже выглядит, как настоящий поводок.

Ана кивнула, внимательно рассматривая лабораторию.

— Очень хочется здесь все сжечь, но это ничего не даст. Они отстроят новую, оборудуют и начнут заново производить свою отраву.

— Значит, надо пригласить сюда Каэра Равеннара.

— Значит, надо пригласить…. — тяжело вздохнула Ана — но аккуратно. Ведь может быть девушки еще живы. Нельзя спугнуть эльфа.

Глава 18. Зеркальная комната

Глава 18. Зеркальная комната

Еще раз внимательно осмотрев помещение, Ана достала из внутреннего кармана тонкую пластинку. Такие выдавали следователям департамента для записи чего-то важного на месте преступления. Она быстро зафиксировала общий вид лаборатории, сделала снимки документов, что лежали на столе. Пластинка послушно работал. Сунув ее во внутренний карман костюма, Жница вдруг прислушалась.

Звук был странный. Нежный и одновременно пугающий. Ее словно очень тихо позвали по имени. Ана напряглась.

— Ты слышал?

Бублик тоже прислушивался.

— Слышал. Там — волк носом повел в сторону высокого шкафа у противоположной стены.

Ана медленно повернулась и сделала шаг к дальней стене. Шкаф был самым обычным, с пузырьками и снадобьями. Следовик тоже приблизился, понюхал нижнюю створку и предупреждающе зарычал.

Ана подошла ближе, вытащила серпы, развела их в стороны и резко свела назад. Раздался хлопок, и магическая волна прошлась по шкафу. Стекла потемнели, склянки закачались, и вдруг вся стена вместе с мебелью бесшумно отъехала в сторону. За ней виднелась темная арка.

— Думаю, ловушка — проговорила Ана и шагнула вперед.

— Конечно ловушка, как иначе — раздался за ней смешок и послышался цокот когтей по полу.

Комнатка оказалась небольшой, но сразу ударила по Ане многомерным движением. Все здесь, стены, потолок, даже пол были закрыты зеркалами. Это было похоже на витраж, сделанный из квадратных, круглых, остроугольных зеркальных полотен, но пугало другое.

В помещении были слышны звуки: то шорох ткани, то чье-то тихое дыхание, легкий звон. Вот послышался далекий пронзительный плач.

Ана шагнула вперед и ее сразу окружили множественные отражения самой себя. Бублик остался на пороге и сосредоточенно смотрел вокруг.

— Ана, стой! — вдруг резко воскликнул Следовик — ни шага вперед. Иди назад.

— Что случилось? — Жница обернулась к нему. Она не слышала, как в комнате появился и начал нарастать странный звон.

— Потом расскажу, немедленно назад! — Шерсть Бублика засветилась зеленым, он припал на передние лапы и приготовился к прыжку.

Ана сделала шаг назад, но поняла, что это дается ей с трудом. Еще шаг, пауза. Вдруг она увидела, что в одном из зеркал мелькнул силуэт и что-то выпало. Прямо из зеркала скользнуло на пол. Какая-то тряпочка или бумажка.

Девушка не задумываясь, ринулась туда, не обращая внимания на рык Бублика. Быстро схватила то, что выпало, и двинулась назад. Вдруг остановилась и начала осматриваться. Пространство звенело. Ее окружала она сама: вот маленькая девочка с одной розовой прядью, библиотекарь с короткими волосами, секретарша из департамента, Жница. Ана попыталась поднять серпы, которые уже пылали зеленым, но ей это не удалось.

Неожиданно она почувствовала, что ее что-то потащило. Бублик, сделавший один быстрый прыжок, вцепился ей в запястье зубами и тащил из комнаты. Зеркала выли и сопротивлялись, не давали отступить назад, но Следовик не сдавался.

Спустя несколько секунд они кубарем вывалились в лабораторию. Зеркальная комната замолкла. Она вновь была обычной.

Шкаф тихо вернулся на место. Ана и Бублик тяжело дышали, сидя на полу.

Девушка судорожно раскрыла ладонь, на которой лежал клочок сероватой бумаги. Это была квитанция из салона «Зеркальная лилия». В документе было написано, что Мира Сольвей сдала на ремонт часовой механизм и должна была его забрать завтра. Бублик тоже смотрел в квитанцию.

— Не нравится мне это.

—Получается, что Сольви сдала свои новые часы для ремонта Лиану. Но зачем, если они были новые.

— Это надо спросить у самого господина Весса.

— Согласна. Утром и спросим.

Ана спрятала клочок в карман и быстро поднялась.

— Пора уходить. Мы узнали все, что было нужно.

Бублик кивнул и двинулся вперед. Они уже собирались подняться по лестнице, как услышали знакомый скрежет входной двери. Переглянулись. Следовик мгновенно растворился в воздухе, а девушка быстро поднялась по ступенькам в аптечную лавку и притаилась за ближайшим шкафом.

Послышались уверенный шаги, и вдруг раздался слишком хорошо знакомый голос.

— Выходите. Я знаю, что здесь кто-то есть — под потолок скользнул зеленый световой шар.

У входа в лавку стоял Каэр Равеннар собственной персоной. На левой руке он держал зеленый файервол. В правой уже формировались знакомые наручники.

Ана про себя отметила, что он сейчас совершенно, неприлично, красивый и тут же удивленно замерла от такой мысли.

Девушка понимала, что он ее быстро найдет, поэтому смело сделала шаг вперед.

— Господин верховный маг, — сказала она весело. — Какая неожиданность. Вы за мазью от скверного характера?

Глаза Каэра сузились.

— Жница.

— Узнали. Как приятно. А я боялась, что после нашей прошлой встречи вы запомнили только старую черепицу и капусту.

— Я запомнил все! Сегодня ты от меня не уйдешь.

— Боюсь и сегодня у меня плотный график. Нет времени на милое чаепитие и заполнение анкеты.

Он заскрипел зубами и вдруг резко метнул наручники в ее сторону. Ана отметила, что сегодня они были крепче, словно покрытые какой-то армированной сеткой из магии. Но это заставило ее лишь улыбнуться. Мужчина готовился к встрече.

Жница даже не двинулась с места, снисходительно улыбналась и подняла серп. Магия вспыхнула, и осколки темного армированного стекла со звоном посыпались на пол.

Каэр сжал челюсть.

— Все мечтаете, господин Равеннар, мечтаете, — пропела Жница — лучше бы своими прямыми обязанностями занимались. У вас тут под носом запрещенные зелья производят, а вы и ухом не ведете.

Девушка громко засмеялась, а Каэр плотно сжал губы и провел рукой перед собой. Появилось разломное пламя, выросло до колен, стало выше. снова образовалась клетка, но зеленые линии были тоньше, переплетались в сложный рисунок, у потолка замыкались куполом.

Ана посмотрела на плетение с искренним интересом.

— Красиво. Бессмысленно, но красиво.

— Самоуверенность вам не идет.

— А вам на удивление идет, когда вы злитесь. Сразу становитесь красавчиком — вновь послышался мелодичный смех Жницы.

Каэр на мгновение растерялся и опустил руку.

— Что?

— Ничего, просто так, к слову пришлось.

Ана отступила от него по диагонали и скрестила перед собой серебряные серпы. Каэр двинулся к ней. Они застыли друг напротив друга, каждый готовый в любое мгновение напасть.

Ана лениво заметила:

— Вы сегодня какой-то напряженный. Плохо спали или любовная драма?

— Не твое дело!

— Девушка отшила?

Каэр ничего не ответил, но видно было, что крепко сжал губы.

— Просто переживаю. Такие смазливенькие дракончики должны беречь цвет лица.

Каэр моргнул. Потом медленно переспросил:

— Смазливенькие?

— Ну а что? Миленький нос, зеленые глазки, мрачный взгляд еще и титул какой-никакой в придачу. Полный набор. Но сразу скажу, не обольщайтесь, такие мне не по вкусу.

— У тебя весьма странная манера разговаривать!

Каэр шагнул вперед и швырнул ей под ноги зеленый огненный шар. Жница ловко отбила его серпами и тут же приготовилась к новой атаке.

— Продолжим беседу, пока вы собираетесь с силами? Знаете, что забавно? — продолжала она.

Каэр не отвечал, а лишь пристально смотрел на нее.

— Все как-то резко захотели походить на меня. Розовый цвет, серебро, зеленый. Я заметила, что даже ваша секретарша решила пойти по моим стопам.

У мага заходили желваки.

— Оставь Ану в покое.

Голос изменился мгновенно. Стал ниже. Тяжелее.

— А что такое? Дорожите своей папочной феей?

— Она хорошая девушка, не тебе чета.

— Правда? — Жница насмешливо наклонила голову. — Ну да. «Да, господин Равеннар», «Кофе, господин Равеннар».

Каэр побледнел от злости.

— Вы ничего о ней не знаете.

На секунду в его голове вихрем пронеслись воспоминания о сегодняшнем дне. Двор, поцелуй. Голос Аны: «Вы три года меня не замечали, что изменилось сегодня?» И еще раньше — кабинет, розовые волосы, снежинки, фраза про то, что люди спрашивают, где она берет краску.

Каэр медленно сделал шаг вперед. Он больше не хотел разговаривать и бросился на преступницу.

Без магии. По-драконьи быстро. Ана не ожидала такого выпада и еле успела увернуться в сторону. Его рука почти коснулась ее плеча, но тут за спиной Каэра появился какой-то свет.

В следующую секунду маг начал падать назад. За его спиной стоял Бублик с поднятой передней лапой.

— Мог бы и не помогать. Я бы сама справилась — Ана подошла к мужчине.

— Уходим? — белый волк направился к выходу.

— Нет еще. Надо рассказать ему все про лабораторию и капли влюбленности. В образе Аны я не смогу этого сделать. — Девушка посмотрела на Каэра, потом на Бублика — сможешь его связать, чтобы не смог выбраться без помощи?

Следовик усмехнулся, потом подошел к магу, уцепился за воротник и потащил к стене, где виднелась старая чугунная батарея. Осмотрел трубы, потом хмыкнул, повел лапой в воздухе. Из мерцающей магии соткалось что-то напоминающее веревку. Потом она скользнула за спину Равеннара, к запястьям, затянулась, поднялась, уцепилась за батарею.

— Хлипкая батарея, не находишь? — Жница с сомнение смотрела на чугунный агрегат.

— Хлипкая, но моя веревка его точно удержит. Скоро очнется.

Каэр пришел в себя, сидя у батареи. Он сразу почувствовал, что запястья стянуты веревкой, резко дернулся, пытаясь освободиться, но не получилось. Веревка только сильнее врезалась в запястья.

Ноги были свободны, но это ничего не давало, потому что веревка также была привязана к батарее и не давала ему даже двинуться. Не позволяла она ему и сменить ипостась.

Маг качнул головой и в затылке заныло. Кто-то напал на него сзади и ударил по голове. Мужчина попытался сфокусировать взгляд и вдруг его взгляд уперся в огромного белого волка, испускающего серебристое сияние.

Он сразу понял, что это фамильяр, но понял и другое. Перед ним был самый настоящий Следовик. Мама часто рассказывала ему на ночь сказку о Черном охотнике и его фамильяре белом льве. Белый лев был Следовиком — существом, обладающим огромной мощью и способным чувствовать любую негативную магию.

Позже, когда Каэр вырос и спросил отца, а существуют ли на самом деле Следовики, тот рассказал ему, что существовали очень давно, но после исчезновения Черного охотника Морра никто и никогда больше этих существ не видел.

Прямо сейчас самый настоящий Следовик стоял перед ним, да ко всему был еще и фамильяром Жницы. Она тоже заметила, что маг очнулся, тут же замолчала и шагнула вперед. Опустилась перед ним на корточки и улыбнулась.

— Очнулись, господин Равеннар? Прекрасно, а то мой фамильяр уже начал переживать, что перестарался.

— И ничего подобного! Я точно рассчитал силу удара! — послышался низкий голос с легкими рычащими нотками.

Каэр покосился в сторону белого волка, потом перевел взгляд на Жницу, еще раз пошевелил связанными руками и зло сказал:

— Немедленно развяжите веревки.

— К сожалению, не могу этого сделать прямо сейчас.

Девушка была серьезна и больше не улыбалась. Дракон мог внимательно рассмотреть ее длинные розовые пряди, так похожие на волосы Аны, тонкие запястья, обтянутые черной коже. Ему даже на миг показалось, что он почувствовал знакомый запах мяты, но тут же откинул эту мысль, решив, что это пахнет какое-то зелье, разлитое во время драки в аптеке.

— Нам надо поговорить. — Тем временем продолжала Жница.

Каэр дернулся снова в попытке освободиться, но прочная веревка не позволила этого сделать.

— Не пытайтесь. Это серебро охоты и даже вашей разломной магии не под силу развязать такую веревку — послышалось сбоку.

Маг бросил на него гневный взгляд:

— Когда я освобожусь…

— Вы меня точно поймаете, закуете в наручники и посадите за решетку до конца дней. Помню, не тратьте ни мое, ни свое время на эти разговоры. Сейчас важно другое.

Девушка расстегнула карман на груди и достала оттуда знакомую черную пластину. Каэр удивленно поднял одну бровь, но промолчал.

Ана положила ее на подоконник.

— Слушайте внимательно. В подвале лаборатория. Не обычная. Там делают запрещенные зелья подчинения, называя его каплями влюбленности. Однако, это что-то более сильное и страшное. Здесь (девушка кивнула в сторону пластины), снимки результатов тестов нового зелья на представителях магического мира. Там же список поставщиком и покупателей. Проверьте это, поймайте преступников, пока они не натворили бед.

— Продолжайте — Каэр внимательно слушал девушку.

— Да, это еще не все. За шкафом в лаборатории есть странная зеркальная комната. В нее нельзя входить просто так. Даже на меня она подействовала необычным образом. Что это такое, я не знаю. Не пускайте туда никого, пока не изучите.

Маг кивнул, не перебивая ее.

— И последнее. Я видела там отражение девушки. Одна из пропавших девушек работала здесь. Уверена, все это как-то связано с той зеркальной комнатой. Проверьте, но осторожно. Возможно, их еще можно спасти.

Верховный маг внимательно смотрел в лицо, скрытое полумаской и когда Жница закончила, он задумчиво ответил:

— Я все проверю. Но зачем тебе это нужно? Почему ты спасаешь невиновных? Зачем совершать убийства, когда можно попытаться добиться правосудия. Это же преступление и за него придется отвечать перед законом.

Девушка грустно улыбнулась.

— У меня свои причины, вам не понять.

Она резко поднялась и на лице Жницы снова появилось насмешливое выражение.

— Ну что, господин Равеннар, будем прощаться. Боюсь, освободить вас прямо сейчас не смогу и вам придется самому справляться с этой простой задачей. А мне пора.

Она опять засмеялась, чем вызвала очередной скрип зубами.

Следовик исчез, а Жница последовала к двери. Вдруг она развернулась и подошла к нему. Он смотрел на нее.

Снова слишком пристально. Пора было уходить, но девушка мешкала.

Но вместо этого Ана вдруг сделала то, чего сама от себя не ожидала.

Она подошла ближе и перекинула через него ногу, опустилась к нему на колени. Дракон замер, но Ана сразу же почувствовала под собой его напряжение и силу.

Зеленые глаза полыхнули яростью, Каэр резко втянул воздух через нос и вновь почувствовал запах мяты и чего-то еще.

Девушка приблизила к нему свое лицо, чуть приподняла нижний край маски. Ее мягкие красивые губы не улыбались.

Каэр скорей почувствовал, чем увидел, как ее губы прижались к его. Нежные, мягкие, чем-то напоминающие те, которые он ласкал сегодня.

Он не ответил на поцелуй. Девушка резко опустила маску и отпрянула, уставившись на него удивленным взглядом.

— Не ожидала.

— Что я тебя не захочу? — теперь была очередь Каэра усмехнуться — бывает.

И снова этот смех.

Ана быстро поднялась с его коленей, схватила черную пластинку, кинула ему на колени и не оглядываясь направилась к выходу. Вслед послышалось.

— Теперь я знаю твое слабое место, Жница, но я тебя никогда не захочу! — вновь раздался смех.

Девушка вылетела за дверь, там сидел Бублик и ждал ее.

Ана разбежалась, подпрыгнула и ухватилась за какую-то перекладину. Быстро взлетела на крышу и остановилась. Бублик последовал за ней.

— Освободи его — уставшим голосом попросила она белого волка.

— Уверена? Пусть бы еще посидел там.

— Освободи.

Волка растворился в воздухе, а через минуту на крыше не было и Жницы.

Каэр остался один, но почему-то он не пытался освободиться, а думал о двух поцелуях. Какая-то догадка мучила его, но что именно, он не мог понять.

Пора было выбираться.

Напротив, появился белый волк.

— Я сейчас освобожу вас, господин верховный маг, но сразу предупреждаю, моя хозяйка уже далеко и бросаться за ней точно не стоит — Следовик огляделся и добавил — я решил вам немного помочь и уже вызвал ваших сотрудников сюда. И еще одна подсказка. Подумайте, кто производит в этом городе зеркала, и сразу найдете ответы на все свои вопросы.

Он повел носом и веревка соскользнула с запястий мага. Тонкой серебристой змейкой она подлетела к волку, обвила его лапу и исчезла.

Каэр благоговейно посмотрел на магическое существо и не удержался.

— Вы, правда Следовик? Настоящий? — как-то совсем по-детски спросил он.

— Правда.

Маг сделал шаг вперед, но волк тут же растворился в воздухе.

Через полчаса и, правда, прибыли сотрудники департамента. Работа закипела. Лишь Аны здесь не было, но ее и не должно было здесь быть. Каэр собирался утром с ней серьезно поговорить о случившемся.

Глава 20. Снежинка

Глава 20. Снежинка

Ана так и не смогла заснуть, хотя честно пыталась. Натянув одеяло до подбородка, закрыла глаза и вновь попыталась уснуть, но ничего не вышло.

В голове крутились воспоминания. Сначала она вспомнила жуткий зов, который затягивал ее в зеркальную комнату и если бы не Бублик, она просто шагнула бы дальше, прямо в зеркала.

Потом в воспоминания каким-то образом просочился Каэр. Щеки покраснели, когда девушка вспомнила, как сидела у него на коленях и целовала мага. Ана тут же обругала себя, пообещав, что больше подобных глупостей делать не будет. Но несмотря на обещание, почему-то все возвращалась и возвращалась к поцелую. Почему же он не ответил, ведь Жница красивая, опасна, притягательна для мужчин, а вот нелепую секретаршу поцеловал с такой страстью. Думала об этом и не могла никак понять. Лишь к рассвету, ей удалось ненадолго уснуть. Засыпая, она видела перед собой красивые зеленые глаза, его усмешку на лице и ощутила укол ревности. Да, она ревновала Каэра к самой себе.

Проснулась она от храпа Бублика. Нет, он был отличным фамильяром, прекрасным другом и сильным защитником Следовиком, однако и храпел безбожно!

Вернулся он, когда девушка уже вышла из ванной, и доложил, что «рептилия освобождена, но морально запутана». Потом рассказал, что на место приехали следователи, которых он вызвал и теперь можно немного вздремнуть. После чего залез в корзину с чистым бельем, превратился в пушистый белый ком и заснул с чувством выполненного долга.

Сейчас Ана сидела на кровати и смотрела за окно. Свет был серым, а по стеклу редко барабанили дождевые капли.

В такую погоду, как и его жители, Лиарден просыпался нехотя. Внизу во дворе кто-то спорил с молочником, чья коза, судя по возмущенному блеянию, имела собственное мнение по вопросу ценообразования.

На соседней крыше нахохлились две мокрые вороны. Одна презрительно посмотрела на Ану через окно, что-то каркнула своей товарке и они тяжело взмахнув крыльями, слетели с крыши вниз, во дворе.

Ана встала.

Голова была тяжелой, глаза щипало, тело ныло после ночной беготни по крышам. Зато внутри уже был четкий план. Ана была уверена, что Каэр сегодня точно отправится в «Зеркальную лилию» с квитанцией и допросит Лиана. Надо было как-то попасть туда раньше него и расспросить старого знакомого самостоятельно.

Неожиданно настойчиво постучали. Ана удивленно уставилась на дверь. Так рано к ней никто обычно не приходил. Единственная причина чьего-то визита — что-то случилось! Девушка быстро провела рукой по распушенным и слегка запутавшимся волосам, накинула тонкий халат на сорочку, не найдя пояса, просто запахнула его, и совершенно забыв об очках, пошла открывать.

Стук повторился. Из корзины раздалось недовольное бурчание.

— Если это смерть, скажите ей, что я сегодня не принимаю, а если совесть — то, что она ошиблась дверью!

Ана усмехнулась и потянулась к дверному замку. Дверь распахнулась и девушка удивленно уставилась на гостя.

Каэр Равеннар в длинном черном пальто стоял, опершись о косяк, и ждал, когда ему откроют. Он был до ужаса, до дрожи в коленках красив с его слегка влажными от утреннего дождика волосами, с яркими, переливающимися зеленым глазами.

Ана посмотрела на начальника, потом увидела, что он заглядывает ей за спину и ужаснулась.

Незастеленная постель, чулок, который мирно свисал со стула, юбка, лежавшая неподалеку, знакомая блузка с бантом. Девушка была уверена, что маг все это успел рассмотреть профессиональным взглядом.

Это подтверждала и улыбка, появившаяся на его лице. Впрочем, она сошла с нее, когда Каэр сфокусировал свой взгляд на самой девушке. Босая, в тонком, почти ничего не скрывающем халатике, с распущенными волосами. Она была такая мягкая и домашняя, что лицо мага сразу потемнело, а в глазах появился знакомый блеск.

Он открыл рот.

И не сказал ничего.

Ана тоже замерла.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Халат сполз с одного плеча, и Ана тут же резко подтянула его обратно, густо покраснев.

Каэр моргнул и медленно произнес:

— Доброе утро, Ана.

— Доброе утро, господин Равеннар, — выдавила Ана. — Что-то случилось? Вы здесь…

— Да, есть новости, но прежде, я хотел поговорить с тобой о вчерашнем. И мы же договорились, Каэр.

Он снова замолчал. Его жгучий взгляд гулял по ней, по розовым прядям, по лицу, опустился на грудь, от чего, Ана тяжело задышала, ниже, остановился на босых ногах. Видно было, что девушка замерзла.

Нахмурившись, мужчина шагнул вперед, подхватил Ану на руки, быстро донес до постели, посадил на кровать и закутал ее одеялом. Захлопнул дверь и уселся на стул напротив.

Все это занято несколько секунд и девушка даже не успела ничего сказать. Просто сидела и смотрела на его затуманенный взгляд.

— Господин Равеннар? Вы зачем пришли? Мне казалось, мы вчера обо всем поговорили — у уже оправившись от смущения добавила — вовсе не обязательно было носить меня на руках.

Он вздрогнул, словно его поймали за непристойными мыслями.

— Прости. Я не хотел тебя смущать, но ты же замерзла. Нам надо поговорить.

Уголок его рта слегка дернулся. Девушка опустила глаза и начала перебирать пальцами пододеяльник.

— Если вы о вчерашнем, то не надо.

Каэр нахмурился.

— Надо.

— Нет. Давайте просто забудем то, что случилось вчера. Пусть будет все, как раньше. Как и все три года до этого. Я вчера устала, а вы неверно восприняли мои слова и действия.

— Ана.

— Я предлагаю забыть, — девушка говорила быстро, словно опасаясь, что он не позволит ей закончить. — Все. Ужин, двор, разговор. Это точно была усталость, тяжелый день, странный вечер и… коктейль.

— Коктейль тут ни при чем.

— Очень даже при чем. Вы просто поддались его воздействию и вам показалось…

— Я был совершенно трезв.

— Не надо… — тихо пробормотала Ана.

Каэр выпрямился.

— Я хотел извиниться перед тобой за свое неподобающее поведение.

Она подняла на него удивленные глаза. Это было так неожиданно, что Ана на мгновение растерялась. Каэр Равеннар и извинения сочетались в ее голове примерно так же, как Бублик и диета: теоретически возможно, но никто не видел живого доказательства.

— Я принимаю ваши извинения в обмен на то, что мы больше не будем поднимать этот вопрос — кивнула она.

— Но, Ана, я…

Она устало вздохнула и, не дав ему сказать, произнесла:

— Господин Равеннар, правда, давайте вести себя как раньше. Как начальник и секретарь. Не более того.

Каэр несколько секунд молчал, потом сжал упрямо челюсть.

— Хорошо. Если ты так хочешь.

Ана почувствовала облегчение и какое-то другое совершенно новое чувство. Разочарование, что он вот так быстро согласился с ее требованием. Просто кивнул и все.

Неожиданно из закрытой корзины раздался сонный недовольный голос:

— Правильно! Ящер наконец-то начал умнеть. Женщины ценят тактическое отступление, а потом устраивают сцены на ровном месте.

Каэр резко обернулся и удивленно посмотрел, как крышка корзины слегка приподнялась и из нее высунулась знакомая белая мордочка.

— Бублик! — покраснела Ана.

— Что? — отозвалась корзина — Я сплю. Беседуйте дальше.

Каэр ошарашено смотрел на корзину. Потом кинул взгляд на Ану. Потом снова на корзину.

— Ваш фамильяр спит в бельевой корзине?

— А что, завидуешь? — тут же раздался недовольный голос.

— Ему там нравится, — пожала плечами Ана — Так что случилось, господин Равеннар?

Каэр вздохнул, но не стал напоминать о своем имени, а начал рассказ о том, что случилось ночью в аптеке. Когда речь зашла о Жнице, Ана криво усмехнулась, что не укрылось от мужчины. Он удивленно поднял правую бровь, но говорить вслух ничего не стал. Последнее, что он ей сообщил, было о квитанции из «Зеркальной лилии».

— Вы предлагает поехать сейчас туда и допросить владельца?

— Да и мне нужна ваша помощь. Потребуется записать все, что он скажет. Я знаю, что ты с ним знакома и, возможно, тебе он расскажет больше, чем мне.

— Да, конечно, я только оденусь — Ана тут же начала выбираться из постели, не заметив, как Каэр разглядывает ее фигуру.

Девушка быстро подхватила одежду, чулки и скрылась в ванной. В комнате воцарилась тишина и лишь наигранный храп Бублика нарушал ее. Вдруг что-то мелькнуло на полу. Мужчина нагнулся и поднял заколку в виде снежинки. Пока он рассматривал украшение, дверь открылась и в комнату вернулась полностью одетая Ана, придерживая один розовый кренделек у головы. Вторая коса уже была аккуратно пристегнута еще одной снежинкой. Она посмотрела вокруг и увидела ее пару в руках у Каэра. Уже шагнула к нему, намереваясь забрать украшение, но мужчина неожиданно поднялся и подошел к ней.

Ана замерла.

Он остановился совсем рядом. Только поднял руку с заколкой и посмотрел вопросительно.

— Можно?

Одно слово. Простое, но от него почему-то стало трудно дышать.

Ана кивнула.

— Можно.

Каэр осторожно коснулся ее волос. Розовая коса мягко легла ему на пальцы. Он собрал выбившийся край косы, неумело, но очень старательно подхватил его и попытался закрепить снежинку.

Заколка щелкнула и легла в волосы как надо. Косичка-кренделек стала почти идеальной.

Каэр не сразу убрал руку.

Его пальцы задержались возле ее виска, не касаясь кожи. Ана подняла глаза.

Он стоял очень близко и серьезно смотрел на ее.

— Я никогда тебя не обижу, — сказал он тихо.

В комнате стало совсем тихо.

Даже Бублик в корзине не нашел, что добавить.

Ана сглотнула.

— Хорошо.

Каэр опустил руку. Ана отвернулась, подхватила сумку, где всегда лежали блокнот и карандаш, и последовала к выходу. Верховный маг уже стоял за дверь и ждал ее.

Глава 21. Завтра за часами

Глава 21. Завтра за часами

Мобиль быстро двигался по тихим столичным улицам. Было еще слишком рано, и Каэр про себя подумывал, как бы пригласить Ану на завтрак после допроса Лиана.

Девушка прямо сидела рядом с магом, аккуратно сложив руки на сумочке. После всей утренней неловкости ей казалось, что она должна вести себя особенно спокойно, особенно деловито и особенно равнодушно.

Салон «Зеркальная лилия» располагался через несколько кварталов, поэтому, черный мобиль уже спустя десять минут плавно свернул на улицу Серебряных фонарей и почти сразу затормозил.

Здесь мостовая была чище, витрины дороже, а прохожие одевались так, словно в любой момент ожидали приглашения на королевский прием. По обеим сторонам тянулись ювелирные лавки, часовые мастерские, магазины шляп и говорящих зонтиков, салон живых перчаток, где у двери две пары кружевных митенок оживленно спорили о вкусах покупателей.

Каэр покосился на свою секретаршу. Сейчас она выглядела привычным образом, но теперь ни косы-крендельки, ни блузка, застегнутая под самое горло, ни очки, не могли скрыть того очарования, которое излучала девушка.

Верховный маг видел совсем другое: распущенные волосы, замерзшие ступни и аккуратные пальчики на ножках, растерянные глаза и лицо, не спрятанное под очками.

— Обо мне задумалась? — улыбнулся мужчина.

Ана вздрогнула, тут же покраснела, поняв, что выдала себя и поспешно отвернулась к окну.

— Мы приехали — тут же сказал Каэр.

Мобиль и, правда стоял у салона. «Зеркальная лилия» Лиана Весса занимал первый этаж узкого высокого дома с черным фасадом и большими витринами. Над входом серебряными буквами изгибалось название, а по обе стороны вывески были выложены тонкие стеклянные лилии. Их лепестки ловили утренний свет и переливались так, будто внутри каждого стеклянного края спала маленькая луна.

Каэр заглушил мобиль и вышел первым. Обошел машину, открыл дверь Ане. Она на мгновение замялась, потом вложила руку в его ладонь. Он помог ей выйти и сразу отпустил.

Слишком сразу. Именно это почему-то задело сильнее, чем, если бы задержал. Ана мысленно велела себе перестать быть глупой, тем более, раз сама попросила его забыть о случившемся.

В витрине стояли зеркальные гребни, броши, подвески, часовые цепочки, крошечные настольные зеркальца на ножках, дамские портреты-отражения в овальных рамках. Один портрет томно поправлял прядь волос и так выразительно вздыхал на проходящих мужчин, что Каэр невольно нахмурился.

Салон встретил их тихим звоном дверного колокольчика и светом. Здесь было именно, светло. Не ярко, а светло. Мягкое рассеянное сияние, отраженное от множества зеркальных поверхностей, переходило с одного изделия на другое и возвращалось назад.

Над столом висела лампа с матовым зеленоватым плафоном. Сам хозяин стоял у витрины и что-то поправлял в композиции выставленных украшений.

Сегодня Лиан Весс был в светлом костюме цвета сливочного крема, в тонком жилете, с золотистыми очками на переносице и аккуратно уложенными светлыми волосами. Увидев Ану, он сразу улыбнулся.

Улыбка получилась такой мягкой, что у Каэра неприятно дернулась скула.

— Ана! — Лиан обрадованно шагнул навстречу. — Как хорошо, что ты пришла.

Потом увидел Каэра и радость сразу сменилась холодным выражением лица.

— Господин Равеннар, — сказал Лиан, просто кивнув. — Рад приветствовать вас в «Зеркальной лилии».

— Господин Весс, мы прибыли к вам по делу — сухо ответил Каэр, тоже кивнув в ответ.

Ана смущенно улыбнулась Лиану, и это заметил Каэр. Он тяжело втянул воздух. Если бы не дело, то сейчас он бы сгреб Ану в охапку и утащил бы из этого треклятого салона подальше, а самое главное, от этого слащавого красавчика.

— Лиан, — Ана сделала вид, что не заметила поведения начальника, — у нас есть к тебе несколько вопросов. Ты не мог бы помочь?

— Я понял. То есть нет, не совсем понял. Но раз ты с начальником, значит, по делу. Хотя, конечно, люди иногда приходят вдвоем и не по делу, но вы вряд ли… — он осекся, заметив, как Каэр медленно поднял бровь. — Простите. Я нервничаю.

— Успокойся, — сказала Ана — речь идет всего лишь о квитанции, которую ты выписал недавно одной милой девушке.

Каэр решил вернуть себе инициативу и выдвинулся вперед.

— Нам нужны сведения о часах, которые недавно принесла вам певица таверны «У голодного дракона», Мира Сольвей.

Лиан вскинул на него глаза. Он заметно занервничал.

— Я так и думал, что с ней случилась какая-то неприятность! — вдруг выпалил он.

— Но почему ты так решил?

Лиан побледнел еще сильнее. Ана шагнула ближе и, несмотря на тяжелый взгляд Каэра, положила ладонь на его руку.

— Лиан, она пропала. Мы пытаемся понять, что с ней произошло. Тебе что-то об этом известно?

Хозяин салона снял очки, протер их тонким платком, потом надел обратно. Руки у него заметно дрожали.

— Я слышал слухи, но надеялся, что это неправда. В трактире ни раз бывал, и там говорили разное. Что она уехала. Что вышла замуж за богатого поклонника. Что ее приняли в академию тайно и увезли на закрытое обучение. Я хотел верить в самое глупое из этого.

— Часы у вас? — спросил Каэр.

Лиан кивнул.

— Да. У меня.

Ана вытащила блокнот.

— Расскажи все по порядку.

Лиан быстро прошел за прилавок, открыл нижний ящик, достал большую книгу заказов в темно-синем переплете и начал листать страницы. Его пальцы скользили быстро, но не беспорядочно. Видно было, что в своих записях он ориентируется безупречно.

— Вот, — сказал Лиан. — Она пришла ко мне на прошлой неделе в понедельник. Утром, почти сразу после открытия. Очень спешила на работу. Сказала, что ей подарили часы, очень дорогие, но они остановились через несколько часов после того, как она их надела. Она переживала, что сломала подарок.

— Она сказала, кто подарил? — спросил Каэр.

— Нет. Я и не спрашивал, но было заметно, что вещь слишком дорогая для случайного подарка. Решил, что от поклонника.

— Часы оказались очень изящными. Работа тоже была на высоте, — продолжил Лиан. — Красное кожаное крепление, золотой корпус, белая роза на циферблате, зеленые листики по кругу. Очень тонкая работа. Оказалось, что одна шестеренка плохо закреплена. Я не все сразу исправил, говорю же, слишком тонкая работа, поэтому предложил зайти госпоже Сольвей позже.

Каэр и Ана удивленно уставились на него.

— А когда она к тебе приходила? — воскликнула Ана.

Весс удивленно посмотрел на нее.

— Вчера вечером. Но..

— Что, но? — Каэр сверлил Лиана взглядом.

— Она была какой-то странной.

— Странной? Лиан, что в ней было странного? — Ана непроизвольно сжала руку Весса, что очень не понравилось дракону.

— Она все время улыбалась, была слишком веселой. Но самое главное, ее глаза. Они как будто смотрели сквозь меня. Сложилось ощущение, что я разговаривал с заводной куклой, а не с человеком.

Все замолчали, обдумывая сказанное.

— Когда Мира должна была забрать часы? — спросил маг.

Лиан вновь поводил в книге пальцем

— Завтра. После полудня. Я сказал ей прийти к часу.

— Завтра я буду здесь к полудню. Вы ведете себя как обычно. Ничего не меняете. Никому не говорите о нашем визите.

— Конечно.

— Если до завтра кто-то попытается забрать часы раньше, немедленно сообщаете в департамент.

— Да.

— Не преследуете, не задерживаете, не расспрашиваете.

— Я похож на человека, который добровольно задерживает подозрительных посетителей?

Каэр осмотрел его.

— Нет.

— Вот и прекрасно. В смысле не прекрасно, конечно, но я рад, что мы одинаково оцениваем мои боевые качества.

— Ана, может останешься позавтракать, мы в прошлый раз толком и не поговорили — Лиан улыбнулся девушке, полностью игнорируя дракона.

— Госпоже Верис пора на работу! — Вдруг рявкнул Каэр и потянул Ану за руку.

— Прости, Лиан, в следующий раз. До встречи, — едва успела ответить девушка и последовала за своим начальником.

Каэр грубовато дернул ее за собой.

— Госпожа Верис, мы опаздываем.

Дверной колокольчик жалостно звякнул за ними. До мобиля они дошли молча.

Каэр открыл дверцу и подождал, пока Ана займет пассажирское место, потом сел за руль. Мобиль тронулся так резко, что она невольно схватилась за поручень.

— Вы злитесь, — сказала она.

— Нет.

— Злитесь.

— Не злюсь я! — почти вскрикнул Каэр, но тут же спокойно продолжил — почему о тебя все время за руки хватал.

— Разве? — удивленно улыбнулась Ана.

— Разве. Я видел!

— А меня запрещено брать за руку?

— ДА!!! — Каэр понял, что перегнул палку и уставился на дорогу.

Каэр ревновал. Не признался бы ни за что. Но ревновал. И, как назло, эта мысль оказалась приятной.

Ана отвернулась к окну, чтобы он не заметил ее выражения лица.

Но Каэр заметил. И решил, что она думает о Лиане. От этого настроение испортилось еще сильнее.

— На обед вы с ним не пойдете, — сказал он.

Ана медленно повернулась.

— Простите?

— Я сказал…

— Я слышала, что вы сказали. Но вы не имеете мне никакого права запрещать иди с кем-то обедать — Ана начинала злиться — вы мне не муж, не жених, не парень, а всего лишь начальник!

Каэр сжал руль.

— Это может быть опасно.

— Обед?

— А вдруг он не все сказал и связан с похищением и убийством девушек?

— Тем более надо согласиться, но я уверена, что он ни в чем не виноват.

Мобиль дернулся. Каэр вовремя выровнял ход.

— Нет, я сказал.

Ана насупилась и ничего не стала отвечать на его слова. Так они и доехали до департамента.

На ступеньках сидел Бублик, а перед ним лежал бумажный кулек с чем-то, сильно напоминающим пончики с сахарной пудрой.

Ана вышла из мобиля.

— Выспался?

— Еще и позавтракал, а то ведь от начальства бесплатного обеда или завтрака не дождешься! — песик укоризненно посмотрел на хмурого дракона, который шел следом.

— Анаююю — начал было маг, но девушка его проигнорировала и пошла вперед, на свое рабочее место.

Так они и поднялись по ступеням.

Приемная встретила Ану привычным запахом бумаги, чернил и кофе. На столе уже лежали утренние папки. У двери кабинета стояла корзина с корреспонденцией. На подоконнике кто-то оставил чашку, в которой росло нечто подозрительно похожее на маленький разумный гриб. На спинке кресла висела щетка от шерсти, приобретенная Каэром после нескольких месяцев войны с Бубликом.

Все было почти как обычно.

Кроме женщины посреди приемной.

Грисилла Принц стояла у окна, так, чтобы утренний свет выгодно падал на ее фигуру. Высокая, темноволосая, безупречная. Изумрудное платье с черным кружевом облегало фигуру так, что даже воздух вокруг казался подобранным по цвету. На шее мерцало золото. Увидев Ану, она скривилась, но как только следом вошел Каэр, на губах девушки расцвела сама искренняя улыбка.

— Каэр! — воскликнула она и стремительно подошла к Равеннару, поднялась на носки и по-хозяйски обвила руками его шею.

Ана почувствовала, как внутри что-то резко оборвалось и тут же вспыхнуло злым горячим огнем.

Каэр явно не ожидал этого. Он застыл на мгновение, потом аккуратно, но твердо взял Грисиллу за запястья и снял ее руки со своей шеи.

— Грисилла, что ты здесь делаешь?

— Я очень скучала по тебе, дорогой, — пропела девушка, скорчив недовольную гримаску.

Ана не глядя на них, нарочито спокойно села за свой стол, достала блокнот и принялась за работу.

Грисилла посмотрела на нее так, будто только сейчас заметила предмет мебели, который почему-то заговорил.

Гостья прищурилась, посмотрела на девушку, но тут же снова повернулась к Каэру.

— Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.

Ана почувствовала, как пальцы сами собой сжали край папки. Каэр посмотрел на нее. Потом на дверь своего кабинета.

— Хорошо, — сказал он, тяжело вздохнув, — В кабинет.

Ана подняла глаза и поняла, что мужчина пристально на нее смотрит. На одно мгновение ей показалось, что он хочет что-то объяснить. Или извиниться. Или сказать, что это не то, чем кажется.

Но он ничего не сказал.

Только открыл дверь и пропустил Грисиллу внутрь.

Та прошла мимо Аны, оставив за собой тяжелый запах дорогих духов. У самой двери она обернулась и улыбнулась.

— Не беспокойтесь, госпожа Верис. Я ненадолго заберу вашего начальника.

— Он не мой, — сказала Ана.

Слишком быстро, и тут же поняла, что выдала себя.

Грисилла улыбнулась шире.

— Разумеется.

Дверь кабинета закрылась. Щелчок прозвучал неприятно громко. Ана осталась в приемной одна.

Перед ней лежали папки. Неожиданно для себя, она закрыла лицо ладонями, хотелось плакать, кидать папки, написать заявление на увольнение, лишь бы не видеть, как ее начальник входит в кабинет с Грисиллой.

Посидев так несколько минут, девушка взяла себя в руки. В конце концов, она здесь, чтобы найти свою сестру Эль, а Каэр Равеннар ее вовсе не интересует.

Совершенно не интересует! Ни в каком виде! Пусть он там, что хочет с этой Грисиллой делает, но Ана переживать не будет.

Бублик запрыгнул на кресло напротив и внимательно посмотрел на нее.

— Хозяйка.

— Что?

— Он так-то ничего, хоть и ящер — вдруг произнес песик.

— Он же тебе совсем не нравится! — Ана удивленно смотрел на своего фамильяра.

— Не то, чтобы совсем. Я просто о тебе беспокоюсь, но видно же, что он тебе нравится. И даже больше — Бублик наклони голову на бок и внимательно посмотрел на девушку.

Ана резко подняла на него глаза.

— Нет. Не нравится! Совсем! Пусть там со своей Грисиллой целуется.

Бублик усмехнулся.

— Понятно. Значит, очень.

Ана взяла верхнюю папку, открыла ее вверх ногами и уставилась в текст, которого не могла прочитать.

За дверью кабинета послышался приглушенный голос Грисиллы. Мягкий, низкий, слишком знакомый, его голос.

Ана перевернула папку правильно.

Потом снова неправильно.

Бублик вздохнул.

— Кажется, день будет длинным.

Ана не ответила.

Только взяла карандаш и так крепко сжала его, что тот хрустнул пополам.

Глава 22. Не твой

Глава 22. Не твой

Каэр Равеннар

Дверь кабинета закрылась слишком громко. Каэр поморщился. В приемной была Ана и неизвестно что она уже успела себе там надумать, точнее очень даже известно. Почему-то его очень задело, то как тихо и спокойно Ана сказала «Не мой…».

Вообще-то она права, но он не хотел, чтобы так было! Совсем не хотел.

Маг вздохнул и тут же снова поморщился, вспоминая о том, что Грисилла стоит за спиной. На заботясь о вежливости, Каэр прошел к столу, но не сел, вдохнул поглубже и повернулся к девушке.

Грисилла остановилась посреди кабинета и огляделась так, будто все здесь, включая и самого верховного мага, уже принадлежало ей уже по праву будущей хозяйки.

Эффектное платье, цвета темного изумруда, вызывающее кружево, скорей открывающее слишком много, чем хранящее загадку, золото на шее, гладкие темные волосы, безупречная осанка — она умела себя подать, но почему-то на ее месте представлялась другая, нежная и домашняя, босая, с необычным цветом волос.

Раньше Каэру она даже нравилась. Грисилла была опытна в постели и всегда умела разжечь его интерес. И он совсем не задавался вопросом, откуда появились такие навыки. Ему было просто удобно и хорошо. Сейчас же это все раздражало.

— Ты не рад меня видеть, —Грисилла прищурилась и медленно всматривалась в его лицо. — Как невежливо, Каэр. Не рад своей невесте.

— Я занят, Грисилла.

— Ты всегда занят, но раньше тебе это не мешало.

Она подошла ближе. Слишком близко. Духи ее были дорогими, плотными, с тяжелой сладостью черных цветов и разогретого золота.

Этот запах должен был быть знакомым, приятным, привычным. Каэр помнил его на подушках, на воротнике рубашки, на собственных пальцах.

И все равно сейчас ему невыносимо захотелось открыть окно.

— У меня расследование, — сказал он. —Если ты пришла обсудить предстоящий прием у маркизы Эллинор, то выбрала не лучшее утро.

Грисилла тихо рассмеялась.

— Я пришла не из-за приема.

Она вдруг положила ладони ему на грудь. Каэр напрягся.

Грисилла Принц не была случайной любовницей, которую можно выставить за дверь одним движением руки. Она была дочерью лорда Эмриана Принца, первого советника короля по делам драконьих домов, представителя старшей ветви рода Принцев и человека, чья подпись могла остановить половину решений Совета.

Дом Принцев держал несколько разломных застав, имел право голоса в королевском круге. С ним нельзя было не считаться. Да и сама Грисилла вряд ли добровольно откажется от такого лакомого кусочка, как он. Она уже давно видит себя его женой, а с этим статусом и все автоматически возникающие преференции.

Он знал, что девушка не выдаст его тайну, даже если захочет. Магическая печать не даст этого сделать. Но и отказываться от договорного брака она не собиралась и она с уверенностью строила планы на их совместное будущее.

И Каэр прекрасно это понимал.

— Грисилла, — предупредил он.

— Что? — она подняла на него темные глаза. — Я соскучилась. Это запрещено?

— Сейчас не время.

— И давно у тебя на меня нет времени? Еще неделю назад тебе дела департамента не мешали оставаться у меня на ночь.

Она скользнула руками выше, к его плечам, поднялась на носки и попыталась обвить его шею. Каэр поймал ее за запястья.

— Не надо.

Грисилла замерла. На мгновение ее лицо стало совсем другим: злым и некрасивым.

— Не надо? — повторила она тихо. — Каэр, дорогой, ты серьезно?

— Да.

— Как любопытно. И из-за кого же?

Каэр не ответил. Он прислушивался.

Драконья кровь давала не только силу, но и другие возможности. Слух у него тоже был куда лучше человеческого. Он слышал, как за стеной шелестит бумага, как в коридоре кто-то несет поднос с чашками, как на лестнице спорят двое младших служащих, как внизу у входа ворчит старый дежурный.

В приемной было слишком тихо и это его тревожило. Он сжал пальцы в кулак, но тут же, успокоил себя, что Ана хотя бы не плачет.

«Да она и раньше не плакала!» — не вовремя подсказал внутренний голос.

— Ты меня слушаешь? — вновьГрисилла.

— Да.

— Неправда.

Каэр медленно повернулся к ней.

— Что ты хотела?

Грисилла провела пальцем по краю его стола, словно проверяла пыль, которой там не было.

— Сегодня вечером у графини Сейр состоится закрытый ужин. Будут мой отец, лорд Тиррен, представители дома Астор, несколько гостей из Западных башен. Тебя ждут.

— Передай им, что я занят.

— Я уже передавала это три раза.

— Передай в четвертый.

— Каэр.

Он посмотрел на нее.

— Я не поеду на ужин обсуждать брачные союзы, свежие сплетни и то, чей сын наконец-то перестал позорить род на скачках. Я занят! — Рявкнул маг.

Грисилла сжала губы.

— Ты стал грубым.

— Я всегда был таким.

— Нет. Не был.

Каэр промолчал. Она подошла к нему снова, но на этот раз остановилась на расстоянии шага.

— Когда ты приедешь ко мне? — спросила она уже тише. — Ты давно не оставался на ночь.

Еще неделю назад этот вопрос не вызвал бы никаких сложностей. Каэр мог бы устало усмехнуться, сказать что-нибудь резкое, а вечером все же приехать.

Сейчас он думал об Ане, сидящей на кровати в коконе из одеяла, о ее распущенных волосах и о поцелуях только с ней.

И от этих мыслей в груди вдруг стало намного теплее, чем от любого поцелуя Грисиллы.

— Не приеду, — сказал он.

Грисилла моргнула.

— Сегодня?

— В ближайшее время.

— Из-за работы?

— Да.

— Не лги мне.

Каэр почувствовал, как внутри шевельнулся дракон. Медленно, недовольно, почти лениво. Ему не нравился этот разговор. Не нравилась Грисилла рядом. Не нравился еезапах. Не нравилось то, что за дверью была Ана и могла подумать все что угодно. Но, к сожалению, он ничего не мог поделать с этим.

— Я не обязан отчитываться.

— Мне — обязан.

— Нет, ты мне не жена.

Грисилла побледнела. Совсем чуть-чуть, но Каэр заметил.

Она была не из тех женщин, которым часто говорили «нет». Дочь первого советника, драконица сильного дома, красавица, привыкшая к восхищению и власти. Она слишком давно считала его частью собственного будущего, чтобы легко принять отказ.

— Пока не жена — она медленно взяла себя в руки и улыбнулась хищной драконьей улыбкой.

Каэр медленно поднял взгляд. Грисилла поняла, что подошла к границе.

— Осторожнее, — сказал Каэр тихо — ты можешь никогда ею не стать.

— Я осторожна всю жизнь, дорогой. Но это не в твоих силах. Через несколько месяцев мы поженимся и ты не сможешь увильнуть. Наши родители дали клятву, а ты был не против.

Девушка медленно пошла к выходу, обернулась. Ее глаза были злыми.

— Я пришла напомнить тебе, что существуют вещи важнее маленьких секретарш с розовыми волосами.

Вот теперь он разозлился по-настоящему.

— Не трогай Ану.

Грисилла замерла. А потом улыбнулась, чувствуя, что вывела его на чистую воду.

— Значит, все-таки она.

— Я сказал, не трогай.

— Каэр, ну право. Эта девочка? С косичками? В очках? Она ведь даже не понимает, рядом с кем ходит по коридорам.

— Грисилла.

— Что? Я должна ревновать к секретарше? Это было бы почти смешно, если бы не было так оскорбительно.

Каэр сделал шаг к ней.

— Еще одно слово.

— И что? — Грисилла вскинула подбородок.

Он молчал, не зная, что ответить.

Грисилла это прекрасно понимала. Она развернулась и резко открыла дверь. На пальцах Каэра вспыхнуло зеленое пламя.

Грисилла вышла в приемную, и дракон тут же услышал ее мелодичный голос.

— Всего доброго, госпожа Верис. Мой жених был настолько мил, что решил назначить нам сегодня свидание. Позаботьтесь, чтобы он пораньше ушел с работы.

Девушка что-то очень тихо ответила и следом хлопнула дверь в коридор. Каэр провел рукой по лицу. Он не хотел жениться на Грисилле Принц ни сейчас, ни потом. Мысль была простой и четкой. В первый момент она испугала мужчину, а потом обрадовала. Стало как-то заметно легче. Маленькая секретарша с нелепыми крендельками перевернула его жизнь. Смеясь над самим собой, он вдруг ясно понял, что хочет только ее. Вот и все.

Каэр ринулся в приемную.

Глава 23. Корзина цветов для секретарши

Глава 23. Корзина цветов для секретарши

Ана сидела, опустив голову. В приемной было очень тихо, только шлейф запаха тяжелый духов тянулся к двери. Дверь кабинета открылась не сразу.

Девушка успела трижды переложить папку с правого края стола на левый, дважды перевернуть ее вверх ногами, один раз поставить дату не в той строке и сломать второй карандаш.

Бублик сидел напротив, уткнувшись носом в пакет с пончиками, и делал вид, что происходящее его совершенно не касается. Выходило плохо. Он слишком внимательно смотрел на хозяйку и совсем не притронулся к пончикам, что было для него необычно.

Наконец в кабинете что-то глухо стукнуло. Потом послышались шаги. Каэр появился в дверях кабинета.

Он остановился у порога. Мрачный, злой, слишком красивый. На лице мага было написано смущение.

Ана не подняла головы.

— Ана?

— Да, господин Равеннар?

Он поморщился. Она все так же не хотела называть его по имени.

Она показательно перевернула страницу.

— Вы хотели поручить мне какое-то дело?

— Ты все не правильно поняла — начал Каэр.

— Я видела, что госпожа Принц пришла к вам по личному вопросу, — спокойно сказала Ана. — Это не имеет отношения к моей работе.

Каэр шагнул ближе.

— Ничего не было там!

— Это не мое дело.

— Вот как, уверена?

— Господин Равеннар, — Ана наконец подняла глаза, и лицо у нее было такое вежливое, что Бублик почти перестал жевать, — мне совершенно все равно, с кем вы запираетесь в своем кабинете. Это ваша личная жизнь. Я всего лишь ваш секретарь, а не супруга и даже не близкая подруга. Если у вас нет срочных поручений, я продолжу работу.

Каэр несколько мгновений смотрел на нее молча. Очень внимательно.

Ана выдержала этот взгляд. Почти выдержала. Только пальцы предательски сильнее сжали край папки.

— Все равно, значит, — произнес он тихо.

— Да.

Бублик медленно прикрыл глаза лапой.

— Ох, сейчас кто-то обязательно скажет глупость.

Каэр резко повернулся к нему и злобно прищурился. Песик тут же замолчал и залез поглубже в мешок с пончиками.

Каэр снова посмотрел на Ану.

— Хорошо. Раз тебе все равно, я прямо сегодня пойду на свидание с Грисиллой — зло усмехнулся — и останусь у нее на ночь!

В приемной стало тихо. Настолько тихо, что Ана услышала, как в соседнем кабинете кто-то уронил чернильницу и тихо выругался.

Она попыталась изобразить на лице улыбку, но вышло плохо.

— Прекрасно, господин Равеннар. Надеюсь, вечер будет приятным — неживым голосом проговорила девушка.

Каэр побледнел от злости.

— Обязательно.

— Очень рада.

— Не сомневаюсь.

Он развернулся и так хлопнул дверью кабинета, что в чашке на подоконнике испуганно пискнул разумный гриб.

Бублик посмотрел на дверь. Потом на Ану.

— Хозяйка…

— Не надо.

— Но…

— Бублик, не надо.

Она взяла карандаш. Попыталась написать дату. Рука дрогнула. На бумагу упала первая капля.

Ана некоторое время смотрела на нее, словно не понимала, откуда та взялась. Потом быстро провела ладонью по щеке, но это не помогло. Следующая слеза сорвалась почти сразу.

— Вот же глупость, — прошептала она.

Бублик молча спрыгнул с кресла, подошел к ее ногам и ткнулся мордой в колено.

— Это не глупость.

— Глупость. Полная. Мне все равно.

— Ага. Я заметил. У тебя пятый карандаш уже погиб от того, что тебе все равно.

Ана всхлипнула и вдруг закрыла лицо руками. Она тихо плакала. За дверью кабинета тоже было тихо.

Этот день растянулся до невозможности. Каэр то выходил из кабинета, то возвращался, давал распоряжения резче обычного, хмурился на всех подряд и трижды потребовал один и тот же отчет, который уже давно лежал у него на столе. Ана каждый раз отвечала ровно, вежливо и холодно.

Бублик молчал подозрительно много. Каэр вышел из кабинета, ровно за час до окончания рабочего дня. Он уже был в пальто, а в руках держал кожаные перчатки.

— Я ухожу раньше.

Ана подняла глаза.

— Хорошо, господин Равеннар. Срочные бумаги я оставлю на вашем столе.

Он ждал еще секунду. Наверное, хотел, чтобы она спросила куда. Или с кем. Или зачем.

Ана не спросила. Каэр сжал челюсть и пошел к выходу.

— Приятного вечера, — сказала она вслед — вам и вашей невесте.

Он замер на секунду, а потом грохнула дверь. С потолка посыпалась штукатурка.

Когда еще час убирала бумаги, чернила, закрывала шкафы. Все валилось из рук, но она старалась не думать о том, что начальник сейчас обнимает и целует Принц.

— Домой? — Спросил Бублик.

— Да.

— Сегодня никаких геройств. Только травяной чай и пончики. Пончики, разумеется, для меня. А ты в постель, я прослежу.

— Ты ужасный фамильяр — Ана грустно улыбнулась другу.

— Зато живой, пушистый и мудрый.

Дома Ана продержалась ровно до того момента, как закрыла дверь. Потом дошла до кровати, уткнулась лицом в подушку и заплакала по-настоящему.

Плакала из-за Каэра. Из-за Грисиллы. Из-за собственной глупости. Из-за того, что сама сказала ему, что ей все равно, а он поверил или сделал вид, что поверил.

Из-за того, что представляла, как он сейчас сидит напротив роскошной драконицы, смотрит на нее своими невозможными зелеными глазами, улыбается, касается ее руки, может быть, целует.

От этой мысли стало так больно, что Ана сжала подушку сильнее. Слезы лились сами собой.

Бублик забрался на кровать, лег рядом и положил морду ей на плечо.

— Не плачь.

— Я не плачу.

— Конечно. Это просто тучка над нашей подушкой зависла, грозовая.

Ана всхлипнула.

— Он правда пойдет к ней?

Бублик помолчал.

— Не знаю.

— Ты же всегда все знаешь.

— Этого не знаю. Что сейчас творится в голове у одного конкретного ящера, сказать сложно. Там, судя по всему, обвал, пожар и собрание глупых решений одновременно.

Ана слабо улыбнулась сквозь слезы.

— Он сказал, что пойдет.

— Он сказал это тебе назло.

— Значит, пойдет.

— Не обязательно. Мужчины часто говорят одно, делают другое, а потом удивляются, почему женщины хотят ударить их чем-нибудь тяжелым.

— Бублик.

— Что? Я изучал вопрос.

Ана закрыла глаза.

— Я не должна думать о нем. Мне надо найти Эль.

— Найдем.

— А он…

— А его я просто укушу за ногу, и тебе станет легче. Как мысль?

— Не надо. Драконью кожу прокусить практически невозможно. Не трать силы.

— Я же Следовик, ты забыла? С такой ерундой точно справлюсь.

Ана наконец почти рассмеялась. Потом снова всхлипнула, но уже тише. Бублик пододвинулся ближе, подлез к ней под руку.

— Спи, хозяйка. Завтра будет новый день, новые улики и, скорее всего, новый повод назвать дракона дураком.

— Он не дурак.

— Значит умным.

Ана подтянула одеяло и закрыла глаза. Она устала от переживаний и сейчас просто хотела спать.

Каэр тем временем вошел в свой дом в таком настроении, что старые магические светильники в прихожей сначала зажглись сами, а потом с громким треском начали лопаться один за другим.

Дракон больше не сдерживался. Он зарычал и ударил кулаком по стене. Осталась сильная вмятина. Следом на пол полетела кружка с недопитым кофе, которую он оставил утром на полке у зеркала.

Дома был беспорядок, хотя Агата Лорн ушла всего два дня назад.

Ужин, естественно не было, а готовить Каэр не умел от слова совсем.

Каэр медленно закрыл глаза.

— Великолепно.

Дракон внутри тоже был недоволен. Через полчаса Каэр вошел в трактир «У голодного дракона».

Увидев его, тролль у двери даже слегка кивнул и приглашающе помахал дубинкой.

В зале было шумно, пахло жареным мясом, хлебом, пряностями, кофе и чем-то сладким. На вывеске толстый дракон все так же обнимал картофелину, глядя на нее с таким счастьем, будто хотя бы у него в жизни все сложилось правильно.

Каэр мрачно посмотрел на вывеску.

— Везет тебе.

Показалось, что толстый дракон на вывеске подмигнул. Каэр пришел сюда только с одной целью — напиться, чтобы больше ни о чем не думать и не вспоминать.

Грекс заметил его сразу. Маленький официант подлетел к столику, едва верховный маг сел за тот же столик, за которым они в тот вечер сидел с Аной.

— Господин! Рад снова видеть вас. Вы один? Без супруги?

Каэр поднял тяжелый взгляд. Грекс понял, что вопрос был неудачным.

— Кофе? И что-нибудь поесть.

— Нет. Выпить. Много.

— Могу также предложить жаркое «После семейной ссоры».

Каэр посмотрел на него.

— Что?

— Очень популярное блюдо. Подается с картофелем и соусом сожаления. Простите, профессиональная привычка. Сейчас принесу что-нибудь мясное.

Грекс уже собирался исчезнуть, но тут замялся и вдруг наклонился и тихо, почти шепотом сказал:

— Мира вчера была здесь.

Каэр медленно выпрямился, а лепрекон продолжал. Его маленькие пальцы с силой сжали блокнот.

— Она меня не узнала. Смотрела так, будто вспоминала, кто я такой. А мы с ней три года работали вместе. Она мне пироги из дома приносила, когда у меня племянник болел. Она не могла меня забыть.

Каэр почувствовал, как внутри все стало холоднее.

— Что она сказала?

— Что увольняется. Что больше не будет петь. Что встретила человека, которого ждала всю жизнь. Что любит его и теперь все будет иначе. Я спросил, кого. Она засмеялась. Но смех был… не ее. Понимаете? Как будто кто-то заставил ее радоваться. Она все повторяла: «Я так счастлива, Грекс. Так счастлива». А глаза пустые. Совсем пустые.

Каэр вспомнил лабораторный лист. Может быть кали влюбленности.

— А потом она ушла. — Грекс сглотнул — что-то здесь не так.

Каэр не стал лгать.

— Скоро все выяснится.

Официант кивнул. Глаза у него покраснели.

— Я принесу вам ужин.

Он ушел.

Каэр остался сидеть у стены.

Перед ним возникло лицо Аны. Не сегодняшнее холодное, не вежливое, не то, которое говорило: «Мне все равно». А вчерашнее — у водосброса, когда она прижималась к нему и плакала. Лучше бы она плакала сегодня!

А он еще сегодня сказал, что пойдет к Грисилле. Каэр закрыл глаза.

— Идиот.

— Простите? — осторожно спросил Грекс, вернувшись с подносом.

— Это я не вам.

— Понимаю.

Каэр посмотрел на принесенную бутылку.

— Это что?

— Настойка «Драконья выдержка». Горит красиво. После второй порции люди признаются в любви. После третьей — бывшим. После четвертой — мебели. Не рекомендую четвертую.

— Наливайте.

Грекс хотел что-то сказать, но передумал. К полуночи Каэр понял несколько вещей.

Во-первых, Грекс был прав: четвертая порция была лишней.

Во-вторых, трактирная мебель действительно иногда заслуживала признания, особенно стул, который героически не позволял ему упасть.

В-третьих, он совершенно точно не хотел спать рядом с Грисиллой.

В-четвертых, ему очень хотелось сказать об этом Ане.

Он попросил у Грекса бумагу и перо.

«Госпожа Верис, сообщаю, что не нахожусь…»

Каэр посмотрел на строчку и поморщился.

— Нет.

Вторая тоже не удалась.

«Ана, ты ошибалась…»

Он зачеркнул.

На третьей карточке почерк пошел чуть неровнее.

«Ана, я сейчас напиваюсь в «Голодном драконе», а не сплю рядом с Грисиллой. Это, возможно, тоже не самое лучшее мое решение, но в этом виновата ты! И если я свалюсь под стол и останусь здесь спать, то тоже только из-за тебя. А еще, у меня нет ни чистых рубашек, ни носков,

Каэр».

Он перечитал. Пьяно улыбнулся, сочтя, что записка вышла отличная, потом подумал и ниже подписал:

«Цветы не виноваты. Прими их, пожалуйста».

Потом подозвал Грекса.

— Мне нужна корзина цветов.

— Прямо сейчас?

— Да. Самая большая.

Каэр молча положил на стол несколько золотых монет.

Через сорок минут в дверь квартиры под крышей постучали.

Ана проснулась не сразу. Ей показалось, что стук приснился. Потом Бублик поднял голову.

— Если это снова судьба, я подаю жалобу на ее методы!!!

Стук повторился. Ана накинула халат, зажгла маленький светильник и осторожно открыла дверь.

За порогом стоял мальчишка-курьер, почти скрытый огромной корзиной цветов.

Цветы были невероятные. Белые, розовые, серебристо-сиреневые, с тонкими зелеными искрами на краях лепестков. В центре лежала маленькая карточка.

— Госпоже Верис, — сонно сообщил курьер. — Срочная доставка. Сказали, очень срочная.

Ана растерянно поблагодарила мальчишку и забрала корзину. Закрыла дверь. Поставила цветы на стол.

Бублик уже сидел рядом.

— Ого, — сказал он. — Ящер начал двигаться в правильную сторону. Может, и не буду кусать.

Ана взяла карточку. Прочитала. Потом еще раз. Щеки у нее стали розовыми. Глаза тоже подозрительно заблестели, но уже не так, как вечером.

— Что там? — спросил Бублик.

Ана протянула ему карточку.

Бублик прочитал. Фыркнул. Потом прочитал еще раз.

— «Цветы не виноваты». Ну надо же.

Ана прижала карточку к груди и счастливо улыбнулась.

— Он в «Голодном драконе». Пьет. Не с ней.

— Это я понял.

— Бублик…

— Нет. Даже не думай! Следовики этим не занимаются!

— Пожалуйста. Он же может в неприятности попасть.

—Хозяйка, ты сейчас просишь меня спасать взрослого дракона, который сам напился в трактире, потому что не умеет разговаривать с женщинами?

— Да.

— Вот так всегда! А ведь только улегся нормальным клубочком! Прекрасно. Величайший Следовик древней линии Охотников превращается в ночную няньку для пьяной рептилии.

— Бублик.

— Уверен, все из-за цветов. Ладно. Только если ты ляжешь спать.

Девушка радостно закивала в ответ. Он обреченно вздохнул и спрыгнул с кровати, потянулся, и через мгновение вместо маленького белого песика в комнате стоял огромный белый волк. Серебристая шерсть мягко светилась в полумраке, зеленый камень на медальоне вспыхнул и погас.

— Спи, хозяйка. Я доставлю этого умника домой.

Ана улыбнулась уже спокойнее.

— Спасибо.

— Не благодари. Лучше завтра купи ванильных булочек. Много. У меня после таких подвигов будет моральная травма.

Волк легко выскочил в окно. Ана осталась одна.

Она поставила корзину с цветами на подоконник, еще раз прочитала записку, прижала ее к щеке и осторожно улыбнулась. Каэр не был у Грисиллы.

Напиваться было глупо и безответственно, но совершенно по-мужски. И почему-то от этой его глупости на душе стало легче.

Ана легла в постель, положила карточку под подушку и впервые за весь день уснула спокойно.

В трактире «У голодного дракона» к тому времени стало значительно тише. Посетители начали расходиться, и лишь некоторые все еще сидели за столами.

Вдруг посреди зала появилось бело-зеленое свечение, а потом из него соткался огромный белый волк.

Бармен от неожиданности уронил бокал, а один посетитель, уже собиравшийся признаться в любви люстре, передумал и залез под стол.

Бублик оглядел зал.

— Доброй ночи. Где здесь пьяный дракон, потерявший остатки разума?

Грекс круглыми глазами смотрел на живую легенду, а потом медленно поднял руку и указал на дальний столик.

Каэр сидел у стены, положив локоть на стол. Перед ним стояла недопитая бутылка. Выглядел он почти прилично, если не считать расстегнутого воротника, растрепанных волос и задумчивого взгляда, направленного на пустой стул напротив.

— Ана? — спросил он у стула.

Бублик подошел ближе и прислушался к стулу, а вдруг ответит.

Каэр поднял глаза.

Несколько секунд он рассматривал Следовика очень серьезно. Потом вдруг улыбнулся.

— Вы.

— Я.

— Настоящий Следовик.

— По-прежнему.

— А где ваша хозяйка?

— Спит, но я не по этому поводу. Стало жалко одну маленькую девочку, которая сегодня плакала. Я ведь всегда прихожу на помощь, если это кому-то требуется. Вот сейчас тебе нужно. Очень.

Каэр выпрямился.

— Плакала? — и вдруг радостно заулыбался — все же плакала! Значит, ей на меня не все равно! Значит, не все равно!

Следовик удивленно смотрел на грозного мага.

— Вот это проняло!

Но Каэр его не слышал.

— Она получила цветы?

— Получила.

— Прочитала?

— Нет, съела. Конечно, прочитала.

— Что сказала?

— Что ты пьяный и за тобой надо присмотреть.

Каэр некоторое время молчал. Потом почему-то улыбнулся еще шире.

— Она беспокоилась.

— Не обольщайтесь, господин верховный маг. Женщины беспокоятся обо все подряд. Вы просто случайно попали в список.

— Нееет, она беспокоилась именно обо мне — повторил Каэр уже с пьяным упрямством.

Бублик закатил глаза.

— Вставайте. Отведу вас домой.

— Я сам могу.

Каэр поднялся, и тут же сел обратно.

— Разумеется, можете, — Следовик закатил глаза — Сейчас было убедительно.

Грекс подбежал с плащом.

— Господин Равеннар, ваш счет…

Каэр попытался достать кошелек. Не сразу попал рукой во внутренний карман. Бублик посмотрел на Грекса.

— Завтра пришлете в департамент.

— Конечно! Конечно. Лишь бы… то есть я хотел сказать, отношусь с большим уважением к древним фамильярам.

Бублик хмыкнул и вновь обратил внимание на дракона. Каэр все-таки поднялся. Бублик осторожно подставил ему бок, не позволяя упасть.

— Я не маленький.

Следовик ничего не сказал, а только подошел к нему ближе. Вдруг их окутало серебристо-зеленое сияние. Каэр и Следовик просто растворились в воздухе.

Квартира мага встретила их темнотой и легкой атмосферой заброшенности. Бублик довел Каэра до спальни почти без происшествий. Почти — потому что на лестнице верховный маг остановился, посмотрел на портрет какого-то строгого предка, а потом, ткнув в него пальцем, доверительно сообщил ему:

— Я не женюсь на Грисилле.

Портрет промолчал, а Бублик одобрительно кивнул.

— Наконец-то в этом доме прозвучала здравая мысль.

— Ана сказала, что ей все равно.

— Женщины часто говорят «все равно» именно тогда, когда им совсем не все равно.

Каэр покосился на него.

— Откуда вы знаете?

— Я древний фамильяр Охотницы, потомственный Следовик. Я знаю многое.

Они вошли в спальню. Каэр сел на край кровати и стал расстегивать пуговицы на рубашке. Получалось плохо.

Бублик сел напротив, глядя на это безобразие.

— Хотите совет?

— Хочу.

— Надо действовать хитростью, а не напролом.

— Это как?

— Используйте это. Он ткнул лапой в заявление на увольнение, которое добработница оставила несколько дней назад.

Дракон с трудом сфокусировался на его жестах, потом пьяно покачал головой и начал падать на кровать.

Комната медленно погружалась в сонную тишину. За окнами вновь зашумел дождь. Следовик постоял еще какое-то время, потом лапой аккуратно потянул плед и укрыл мага.

— И что она в нем нашла? — усмехнулся волк — разве что, нос ничего, но и то, сомнительно. Тут же воздух заискрился и Бублик исчез. Следом за этим послышался громкий храп, и дракон заворочался, подминая под себя подушку.

Глава 24. Домработница для дракона

Глава 24. Домработница для дракона

Каэр Равеннар

Утром дракону показалось, что голова отделилась от тела и начала жить самостоятельной жизнью. Сразу вспомнился четвертый, а потом пятый и даже шестой стаканы «Драконьей выдержки». Внезапно мелькнула мысль, что, возможно, дальше, чем он, никто в этом вопросе не заходил.

Каэр просто лежал на спине, смотрел в темный балдахин над кроватью и старательно не двигался. Любое движение отзывалось в висках глухим ударом, будто где-то внутри черепа маленький старательный гном бил молотом по наковальне и делал это с мстительным удовольствием.

Мужчина вдруг вспомнил о Следовике и о том, как он разговаривал с портретом, потом о записке и о корзине цветов.

Он громко застонал и накрыл лицо подушкой. Несколько минут слышалось только тяжело сопение, потом подушка отодвинулась, и Каэр медленно повернул голову к окну.

За тяжелыми шторами только начало светать. Дождь почти стих. Пора было подниматься и приводить себя в порядок. Сегодня Мира Сольвей должна была прийти в «Зеркальную лилию» за часами. Эта мысль наконец заставила его сесть.

Мир тут же качнулся. Каэр поморщился, еще некоторое время посидел на краю кровати, вспоминая все известные ему заклинания от похмелья. Ни одно не подходило. В основном потому, что боевые маги умели закрывать разломы, ломать проклятья, держать защитный купол над кварталом и находить следы крови под тремя слоями маскировки, но никто из преподавателей Академии почему-то не счел нужным включить в программу раздел «Что делать, если верховный маг напился из-за секретарши».

Он поднялся, кое-как добрел до ванной и долго стоял под холодной водой. Помогло не сразу. Каэр выключил воду и, обмотав полотенце вокруг бедер, вышел в спальню.

На полу у шкафа валялась вчерашняя рубашка. На спинке кресла — камзол с оторванными пуговицами. Маг тяжело вздохнул, рассматривая этот беспорядок. Потом взгляд его скользнул на тумбу. Там лежало заявление от домработницы. Именно на него вчера указал лапой Следовик, посоветовав действовать хитрее.

Еще раз посмотрев на листок, Каэр вдруг хитро улыбнулся. Теперь он знал, как действовать. Впрочем, чтобы реализовать свой план, сначала надо было одеться и попасть на работу.

Дракон распахнул шкаф. На плечиках висело три жилета, нуждающихся в чистке, несколько сюртуков. Рубашек не было.

Хорошо хоть в ящике с бельем нашлась последняя чистая пара носков. Мужчина вздохнул и потянулся за рубашкой, которая валялась на полу.

Минут через сорок он уже садился в мобиль, застегнутый на все пуговицы. Если камзол еще выглядел сносно, то рубашка явно нуждалась в стирке.

В департамент Каэр приехал раньше Аны и тут же записал в ежедневник, что надо после работы заехать и купить себе одежду, а то завтра он на работу просто не сможет пойти.

Все остальное время он потратил на обдумывание того, как вести себя с секретаршей после вчерашнего. На ум так ничего и не пришло.

Он сел за стол, положил перед собой бумаги и попытался принять вид начальника, увлеченного работой.

Вдруг пуговица на камзоле тихо оторвалась, упала на пол, зазвенела и покатилась под стол.

Каэр закрыл глаза.

— Замечательно.

Ана появилась, когда верховный маг стоял на коленях и пытался достать злосчастную пуговицу из под стола.

Девушка удивленно замерла в дверях. Каэр смущенно поднялся, держа в руке пуговицу. Она посмотрела на его рубашку, потом на расстегнутый камзол и не смогла сдержать сочувствующей улыбки, вспомнив текст ночной записки.

— Я же тебе написал вчера, что рубашек и носков у меня не осталось! — Каэр кинул пуговицу на стол и сам уселся за него.

— Доброе утро, господин Равеннар! Кофе? — Ана продолжала улыбаться.

— Было бы неплохо — устало ответил Каэр.

Ана снова посмотрела на пуговицу, рубашку и, уходя, бросила.

— А потом будем приводить вас в порядок. Подчиненные не должны видеть начальника таким.

Каэр вскинул бровь, но тут же довольно улыбнулся. Следовик был прав, женщины любят всех жалеть, значит, этим надо пользоваться.

Девушка вернулась через несколько минут, неся на подносе чашку с кофе и папки с документами. Оставив все это на столе, она подошла к Каэру. Полилась легкая магия. Это были простейшие бытовые заклинания, которые дракон всегда считал чем-то ненужным.

Спустя несколько мгновений рубашка мужчины стала свежей и хрустящей, а пуговица сама подпрыгнула, вцепилась в камзол. Каэр удивленно посмотрел на свою улыбающуюся секретаршу, потом на себя, а потом потянулся вперед и быстро чмокнул ее в губы.

Ана покраснела и тут же оттолкнула его.

— Вы опять! Да что же это за такое!

— Это благодарность! И вообще, от неожиданности! — Каэр оправдывался, хотя было видно, что ему ни сколечко не стыдно. Да и Ана не так сильно возмущалась.

Она вылетела в приемную и громко хлопнула дверью, когда дракон снова потянул к ней руки.

Через час Каэр появился в приемной, уже серьезный и готовый к делу. Пора было выдвигаться в «Зеркальную лилию».

— Ана, я в салон, скоро должна явиться Мира. — Каэр остановился возле стола и внимательно смотрел на смущенную девушку.

— Хорошо — Ана вдруг покраснела еще сильнее — Будьте осторожны Каэр.

Глаза дракона вспыхнули зеленым, он хотел протянуть руку, чтобы погладить ее по щеке, но тут же одернул себя.

— У меня к вам просьба. Найдите мне, пожалуйста, к вечеру домработницу, переговорите и покажите все, что требуется у меня дома.

Ана растеряно на него посмотрела.

— Но я никогда не была у вас дома, не знаю, что и где находится.

Равеннар хмыкнул.

— Не поверите, но на днях я открыл для себя много нового. Оказывается, что я тоже не знаю, где и что находится!

Они не сговариваясь, рассмеялись. Дракон не сводил глаз с раскрасневшейся девушки и чтобы не сделать ничего лишнего, быстро сунул руки в карманы и пошел к выходу.

— Хорошо, я все сделаю — послышалось в след.

Только дверь закрылась, в воздухе материализовался Бублик.

— Думаешь, справится там один? — Песик пристально смотрел в окно.

—Он все же дракон.

— Дракон… — Бублик прыгнул на папку с делами.

— Тут владелец прачечной виноват, к девушке приставал, а она ему в лоб теркой для стирки белья треснула. Работница не причем — как бы между делом, сообщил Следовик, поудобнее укладываясь на мягком картоне.

Ана встрепенулась, быстро вытащила из под него папку, чем вызвала недовольство зверя. Но тут же ему улыбнулась.

— Пойду Тирсу отнесу, скажу, что ты подсказал. Девушку чтобы освободили, а то она же внизу запертая сидит.

— Иди — благосклонно махнул лапкой Бублик и сладко зевнул во всю собачью пасть — что бы вы без меня делали. То дракона в подпитии тащи, то девушек из-за решетки спасай.

Глава 25. Зеркальная дива

Глава 25. Зеркальная дива

До «Зеркальной лилии» он добрался быстро. Лиан Весс встретил его бледный, нервный и до раздражения изящный. В светлом костюме, с тонкими очками на переносице, среди зеркал, часов, серебряных цепочек и стеклянных лилий он казался неживым, а каким-то предметом, дополняющим интерьер.

До полудня оставалось еще полчаса.

— Она приходила? — спросил он без приветствия.

— Еще нет, господин Равеннар, — Лиан сжал пальцы на краю прилавка. — Никто не приходил и о часах или о Мире Сольвей больше не спрашивал.

— Прекрасно, подождем.

Лиан нервно поправил очки и опустился на стул за стойкой. Мужчины молчали. Лишь тихое потренькивание хрусталя разбавляло эту давящую тишину.

— А Ана не смогла прийти? — вдруг спросил хозяин салона.

Каэр свел брови и уставился на Лиана тяжелым взглядом.

— А какое вам дело до госпожи Верис?

Лиан удивленно вскинул брови.

— Мы друзья, вот уже три года.

Каэр нахмурился еще больше.

— Как вы с ней познакомились?

Весс задумчиво, и как показалось Каэру, мечтательно, улыбнулся и посмотрел на витрину.

— Она спасла меня от наемников господина Рука.

— Что?!!! — от громогласного восклицания дракона, зазвенели всех хрупкие изделия на витрине.

Лиан как-то весь сжался, а потом понял, что сболтнул лишнего.

— Они напали на меня, а тут Ана шла мимо. Бандиты увидели ее и испугались.

— Увидели мою секретаршу? Вы уверены? С розовыми крендельками-косичками и в очках? Эту маленькую девочку? — Равеннар скептически поднял брови.

Лиан не успел ничего ответить, над дверью громко звякнул колокольчик. В салон вошла она. Это действительно была Мира Сольвей, но что-то с ней точно было не так.

Каэр это сразу понял. На первый взгляд с ней все было в порядке. Красивая прическа, чистое платье, улыбка и легкая походка, но вот глаза были совершенно пустые. Не испуганные, не растерянные, не смеющиеся. Просто пустые, безжизненные.

— Добрый день, господин Весс, — сказала она певуче, подойдя к стойке и бросив взгляд на мага. — Я пришла за часами. Я очень рада. Сегодня прекрасный день.

Лиан суетливо полез за книжкой.

— Госпожа Мира Сольвей?

— Да. Это я. — девушка механически улыбнулась.

Каэр шагнул к ней.

— Госпожа Сольвей, я глава Департамента разломов. Мне необходимо задать вам несколько вопросов.

Она повернула голову, не испугалась, не начала волноваться, а снова бездумно улыбалась.

—О, какой красивый господин. Вы тоже придете вечером?

— Куда? — Каэр слегка растерялся.

Мира продолжала кокетливо улыбаться.

— На праздник.

— Какой праздник?

— Там будут гости. Музыка. Нас покажут и дадут выбрать. Я буду хорошей.

Лиан тихо выдохнул и посмотрел на Каэра. Тот скользил взглядом по лицу девушки. Вдруг маг вытянул руку.

Тонкая зеленая магия скользнула к Мире. Обвилась вокруг запястья, воздух задрожал, и на мгновение рядом с девушкой возникла ее копия. Мира, которая стояла в салоне стала почти прозрачной, появилось серебристое свечение. А потом все резко пропало.

Каэр сжал кулак.

— Это не человек.

Лиан вскинул глаза.

— Что?

— Это отражение.

Мира улыбалась.

— Я Мира. Мне сказали, что я Мира.

Каэр аккуратно взял ее под руку.

— Вы пойдете со мной.

— Конечно. Если так велено господином. — И девушка беспрекословно пошла с магом.

На пороге Равеннар обернулся и посмотрел на Лиана.

— Никому не слова о том, что здесь произошло. Мира к вам пришла, забрала часы и ушла.

Хозяин салона растеряно кивнул.

Каэр привез ее в департамент через двадцать минут. Ана увидела девушку и сначала обрадовано улыбнулась, что та жива, но потом подняла взгляд на хмурое лицо начальника и поняла, что что-то не так.

— Мира? — тихо сказала она.

Певица повернулась к ней и механическим голосом проговорила, глядя в стену.

— Да. Это я. Я Мира. Я умею петь. Хотите, я спою?

Бублик, лежавший на папке, мгновенно поднялся. Его зеленые глаза вспыхнули.

— Отражение!!! — Зарычал он — это же древняя запрещенная магия!

Ана непонимающе посмотрела на Каэра.

— Что с ней?

— Это отражение. Не оригинал — все также хмурился маг — Бублик прав, здесь использовали запрещенную магию, создав зеркальное отражение живого человека.

Она побледнела.

— Но где настоящая Мира? Она еще жива?

— Жива, раз здесь сейчас стоит отражение, но нужно попытаться допросить ее отражение, чтобы понять, где она сейчас. — Каэр подвел девушку к креслу, усадил ее.

Та сложила руки на коленях и уставилась в стену. Взгляд был все такой же бессмысленный, а на губах держалась жуткая улыбка.

Каэр скинул камзол, закатал рукава и склонился над девушкой. Из его пальцев опять вырвалась магия и окутала отражение. Бублик стоял рядом. Было видно, что он очень напряжен и готов действовать в любой момент.

Девушка закрыла глаза и выпрямилась.

— Мира, — мягко начал Каэр. — Ты знаешь, где сейчас настоящая ты?

Отражение улыбнулось.

— Она спит.

— Где?

— В красивом доме.

— Чей это дом?

— Дом господина. Там стеклянный сад. Зеркальная лестница. Семь лун над дверью.

— Лориан Тир-Эллар, — сказал Каэр — я знаю этот дом.

Ана быстро записывала показания.

— Что будет вечером? — спросил Каэр.

Мира повернула к нему голову.

— Праздник.

— Какой праздник?

— Аукцион.

В приемной резко похолодало. Ана перестала писать.

— Что будут продавать на этом аукционе? — вдруг спросила она.

Мира продолжала улыбаться, но по ее щекам вдруг заструились слезы. Они текли и текли.

— Нас. Красивых девушек. Послушных девушек. Нас всех. Господин сказал, что я буду дорогой, потому что хорошо пою. Меня купят. Я стану наложницей. Любимой вещью. Это большая честь.

Карандаш в руке Аны треснул. Бублик беззвучно оскалился.

Каэр медленно распрямился и сжал кулаки, но продолжил допрос.

— Когда?

— Когда третья луна коснется шпиля над стеклянным садом.

— Ты знаешь кто там будет из покупателей?

— Господа. Дамы. Те, кто платит за красоту, а потом пользуются.

На мгновение ее улыбка дрогнула, по лицу прошла судорога.

— Не отдавайте меня, — прошептала она уже совсем другим голосом. — Пожалуйста.

Ана резко поднялась и присела перед ней, взяла за холодную руку.

— Мы не отдадим. Слышишь? Мы найдем тебя. Ты только потерпи еще немного.

Мира посмотрела на нее. В глазах мелькнул страх, а потом взгляд снова стал пустым и отражение произнесло.

— Я Мира. Я умею петь.

Глава 26. Аукцион под третьей луной

Глава 26. Аукцион под третьей луной

Зеркальную Миру поместили в магический сон и теперь никто не мог проникнуть в ее мысли. Каэр сразу попросил Ану вызвать к нему Коррена и Тирса, старших магов закрытого отряда и удалился в кабинет.

Через минуту маги прибыли. Началось совещание. Спустя полчаса Ане вновь поступило указание сообщить в отдел обеспечения, чтобы они подготовили нейтрализаторы зеркальной магии, печати против зелья подчинения и раздали сотрудникам обереги от сглаза.

Ана полностью погрузилась в работу, записывая все четко и передавая по инстанциям. Сама она уже знала, что ее ждет вечером. Жница собиралась наведаться в гости в дом на холме и отплатить господину Тир-Эллару за все. Бублик не ел, не спал, даже не язвил, а просто сидел рядом, прислушиваясь к настроению хозяйки, готовый в любой момент реализовать древнее право охоты.

Девушка очнулась только, когда рядом оказался Каэр.

— Госпожа Верис, вы сегодня остаетесь здесь и готовите документы по Лориану Тир-Эллару. Необходимо собрать все сведения по его связям, фондам, собственности и последним закупкам. А потом займетесь моим поручением.

Она не сразу поняла.

— Поручением?

— Домработница.

— Господин Равеннар, ведь сегодня вечером будет аукцион — Ана помялась — вы же пойдете туда. Я бы могла…

Дракон не дал ей закончить и стальным тоном произнес.

— Нет, Ана. Не могла бы. Сегодня ты будешь как можно дальше от места операции.

— Но там живые девушки. Может быть, я мгла бы чем-то им помочь. Отвлечь участников аукциона, пока вы входите внутрь. — Ана пыталась подобрать слова.

Лицо верховного мага потемнело и он почти рявкнул.

— Нет, я сказал! Ты никуда не пойдешь. Ты обычная секретарша, что тебе там делать! Я пойду туда с сильными магами.

— Там живые девушки…

— И я собираюсь их спасти. С отрядом, у которого подготовка. Ты будешь мешать.

Слова обидели, но Ана взяла себя в руки, понимая, что сейчас не место для спора.

— Разумеется, господин Равеннар.

— Ана…

— Я займусь вашими поручениями — девушка опустила голову в бумаги.

— И домработницей.

— Да. И домработницей тоже.

Он подошел ближе.

— Ана, пойми, я не хочу, чтобы ты пострадала.

Девушка тут же подняла на него глаза. Некоторое время смотрела, потом грустно улыбнулась.

— Я все понимаю. Просто не могу спокойно сидеть на месте, зная, что там кому-то причиняют боль.

— Мы поможем им. Все будет хорошо.

Ана снова улыбнулась, но улыбка вышла болезненной.

— Будьте осторожны, господин Равеннар.

— Буду, если ты начнешь уже называть меня по имени и обращаться на ты. —И тут же попытался пошутить — и если найдешь мне домработницу, иначе завтра я приду на работе, завернувшись в простыню.

Девушка прыснулась, но тут же снова стала серьезной.

— Будь осторожен, Каэр. Там очень опасно.

Маг протянул руку, хотя провести по щеке, но тут в кабинет ввалился Тирс и сообщил, что уже все готово, можно отправляться.

Маги уехали через полчаса, а Ана засела за отчет. Еще было время все доделать. Ее внимание привлекли план дома и накладные, указывающие, что в доме нет никаких подвалов, а в последнее время эльф почему-то увлекся закупкой хрусталя в огромных количествах.

— Но зачем ему столько хрусталя? — задумчиво вслух произнесла девушка.

— Это усыпальницы, хозяйка — тут же подал голос Бублик.

— Усыпальницы? — Ана удивленно посмотрела на фамильяра.

— Хрустальные саркофаги нужны для того, чтобы спрятать жертву, пока ее зеркальная копия разгуливает по городу.

— Ты хочешь сказать, что в его доме много саркофагах и в каждом девушка?! — Ана ужаснулась.

— Да. — Бублик почти зарычал.

Ана поднялась и сжала кулаки. Ее пальцы засветились серебром.

— Нам пора.

— А домработница?

— Господин верховный маг подождет!

Бублик усмехнулся, потянулся и поднялся на лапы.

— Вот это по-нашему, а то совсем зазнался дракон! Домработницу ему найди! Горжусь тобой.

Взяв вещи, Ана вышла за дверь. Пора было отправляться в гости.

Глава 27. Продано и отсечено!

Глава 27. Продано и отсечено!

Вечер сгущался. Над башнями уже поднимались луны. Первая — белая, большая. Вторая — серебряная. Третья — тонкая, голубоватая, опасно близкая к шпилям северо-западного квартала.

Дом Лориана Тир-Эллара красовался на холме и сверкал в ночном Лиардене, как звезда, упавшая с неба. Улица так и называлась Семилунной и пролегала в одном из самых элитных районов столицы.

Его стеклянные фасады, подсвеченные магическими светильниками, были украшены необычной лепниной из красивого лунного камня, а на воротах резиденции красовался герб Тир-Элларов, изображающий семь лун, вплетенных в изящный цветочный орнамент.

Горожане знали, что здесь проживает господин Лориан Тир-Эллар, богатый ценитель искусства, благотворитель, покровитель певиц, актрис и молодых художников.

Сегодня дом готовился к торжественному мероприятию. То и дело прибывали важные дамы и господа. Вдоль широкой подъездной дороги пылали магические факелы. Огненные всполохи то и дело отражались на лицах гостей, но не показывали их. Каждое скрывалось под богатой маской.

Гости входили по одному и парами.

Все — в длинных плащах. Мужчины, женщины, кто-то высокий и грузный, кто-то тонкий, почти бесплотный, кто-то в полумаске, кто-то с лицом, скрытым глубоким капюшоном. На запястьях у многих мерцали защитные браслеты. У некоторых на пальцах виднелись гербовые перстни, но печати были прикрыты черным туманом.

Они боялись узнавания, но боялись недостаточно, раз приняли приглашение хозяина. Каэр Равеннар вошел в зал одним из последних.

На нем тоже был длинный черный плащ с капюшоном, черные перчатки и изящная полумаска, скрывающая верхнюю часть лица.

Дракон знал, что его люди уже занятии позиции вокруг дома, но внутрь смог попасть только он один. Защита была слишком сильной.

Сейчас главное было спасти девушек, а потом уже задержать и гостей, которые собирались участвовать в аукционе.

Он оглядел зал. Зеркала были повсюду. Высокие, в человеческий рост. Маленькие, как ладони. Овальные, острые, вытянутые, похожие на лезвия. В каждом отражались не только гости, но и что-то еще: тени, лица, вспышки чужих движений, которых в зале не было. От этой игры света у Каэра неприятно стягивало кожу на затылке. Помещение остро напомнило ему зеркальную комнату в аптеке.

Он чувствовал сильную запрещенную магию. Зеркальную, скользкую и будто живую.

На дальней стороне зала висел тяжелый занавес из черного бархата, расшитый серебряными нитями. За ним скрывалось что-то важное, потому что перед занавесом стояло сразу четыре огромных тролля-охранника.

Каэр сжал пальцы. Где-то там должна была быть настоящая Мира. Возможно, и другие девушки тоже были здесь.

Подхватив с подноса у мимо проходящего официанта бокал лунного вина, он двинулся по залу, пытаясь узнать людей, которые прибыли на аукцион. Пить он точно не собирался и не только потому, что после вчерашнего спиртное вызвало отвращение, но и потому, что неизвестно что могло оказаться в бокале.

Мелькнула и разлилась внутренней теплотой мысль, что Ана сейчас сидит в кабинете и составляет отчет. Что она далеко от торговцев живыми девушками.

Еще раз осмотревшись, Каэр не заметил, что в десяти шагах от него, у колонны, с таким же бокалом в руках стоит женщина в черном плаще и смотрит на него. Ее лицо скрывала черная полумаска, украшенная серебром.

Жница стояла неподвижно, оценивая обстановку. Серпы надежно были спрятаны под плащом, как и костюм. Розовые волосы не выбивались из под капюшона. Она была готова и ждала только появления хозяина дома.

Бублика рядом не было, но Жница знала, что он уже в зале. Ана смотрела на гостей и чувствовала, как внутри поднимается волна отвращения.

Они пришли покупать девушку. Не вещь или украшение, не антиквариат, не зеркало, а живую девушку. Может быть и Эль вот также продали когда-то.

Ана сжала руки в кулаки. Захотелось вытащить серпы и разнести в этом зале все зеркала, что красовались на стенах, но она сдержала себя. Пока оставалась надежда спасти девушек, опрометчиво действовать было нельзя.

Она увидела, как высокий человек прошел мимо нее. Что-то отозвалось внутри. Мужчина повернулся к ней в профиль, начал осматриваться.

Каэр. Это был он. Ана скользнула за колону, чтобы не попасться ему на глаза. В это время зал стих. Факелы вспыхнули и загорели ярче.

На возвышение, которое было у противоположной стены, появился хозяин дома.

Ана видела его впервые, но сразу поняла: это он.

Эльф был красив той красотой, которая не согревает, а пугает. Высокий, светловолосый, тонкий, в бело-серебряном камзоле, расшитом так изящно, будто на ткань легли морозные узоры. Лицо почти печальное, глаза светлые, спокойные, губы чуть тронуты мягкой улыбкой. Дополнялось это все волной роскошных белых волос до пояса, собранных в красивую прическу.

Он, безусловно, был красив, но от этого становилось только страшнее. Тир-Эллар поднял руку.

— Дамы и господа, — голос его легко прошел по залу, отражаясь в зеркалах тонким серебряным эхом. — Я рад приветствовать вас в доме «Семи лун». Сегодня у нас особенный вечер. Редкий. Почти невозможный. Перед вами будет представлена певчая роза Лиардена. Молодая, прекрасная, с голосом, который уже знают многие трактиры и частные гостиные города.

В толпе кто-то тихо рассмеялся.

— Она обучена? — спросил мужчина в маске ворона. Голос был низкий, хриплый, глумливый. — Или покупателю придется тратить время?

Лориан улыбнулся.

— Она будет послушна.

— Насколько?

— Полностью.

Женщина в темно-фиолетовом плаще наклонила голову.

— Вы говорите это каждый раз, господин Тир-Эллар. Но зеркальные вещи иногда портятся.

— Потому я и усовершенствовал метод, — мягко ответил эльф. — Теперь копия остается там, где ей положено быть. На виду. В городе. Среди знакомых. Она улыбается, говорит, иногда даже поет. Все считают, что девушка жива и свободна. А оригинал принадлежит покупателю.

В зале прокатился шепот. Каэр почувствовал, как разломное пламя отозвалось под кожей.

Вдруг женщина в серебряной маске спросила:

— А если ее будут искать?

— Нет.

— Уверены?

— Разумеется. Вчера копия покинула мой дом и вернулась к себе. Оригинал уедет с победителем аукциона. Копия будет работать, улыбаться и постепенно убедит всех, что слухи были преувеличены. Через месяц она уедет. Через два ее забудут.

— А если не забудут? — спросил полный мужчина в маске кабана. — Мне не нужны неприятности. Я плачу за удовольствие, а не за магов департамента у дверей.

— Неприятностей не будет. Копия проживет столько, сколько потребуется.

Каэр вдруг медленно повернул голову. Что-то привлекло его внимание.

У колонны справа стоял высокий мужчина в сером плаще и такой же серой неприметной маске. Он почти не двигался, но пальцы его время от времени касались кольца под перчаткой, будто проверяли, на месте ли оно. Было ясно лишь одно — перед ним аристократ.

Человек чуть наклонился вперед.

— Можно увидеть товар? — вдруг спросил он властным тихим голосом.

Лориан поклонился и хищно улыбнулся.

— Разумеется.

Он щелкнул пальцами. Бархатный занавес разошелся.

Из темноты выехала хрустальная капсула на низкой серебряной платформе. Ее катили двое слуг в масках без лиц. Хрусталь был прозрачным, но слегка мерцал изнутри, будто наполненный замерзшим лунным светом. Под крышкой лежала светловолосая девушка.

Бледная, неподвижная, в белом платье, с распущенными светло-русыми волосами. Руки сложены на груди, на запястьях — тонкие серебряные браслеты с зеркальными вставками. Она выглядела так, словно спала.

Ана перестала дышать. Каэр почувствовал, как в нем окончательно поднялась ярость.

Лориан провел ладонью над крышкой.

— Жива. Неповрежденная. Голос сохранен. Память частично заблокирована, но при желании покупатель сможет вернуть отдельные фрагменты. Или не возвращать.

— Стартовая цена? — спросила женщина в темно-фиолетовом плаще

— Три тысячи золотых корон.

— Пять, — сразу сказал мужчина в маске кабана.

— Семь, — отозвалась женщина в серебряной маске.

— Десять, — произнес серый плащ.

В зале снова зашептались. Лориан улыбался и уже мысленно потирал руки.

— Десять тысяч золотых корон. Великолепное начало.

— Двенадцать, — сказал мужчина-ворон. — Я хочу голос. С телом или без тела.

— Голос отдельно не продается, — ответил эльф. — В этот раз.

— Пятнадцать, — сказал серый плащ.

— Шестнадцать, — женщина в серебряной маске подняла бокал. — Для коллекции.

Ана почувствовала, как ногти впились в ладони. Коллекции. Каэр сделал шаг вперед.

Но Каэр уже видел достаточно.

— Двадцать тысяч, — сказал серый плащ.

Лориан повернулся к нему.

— Двадцать тысяч золотых корон. Есть ли иные предложения?

Пауза.

— Двадцать тысяч — раз.

Кто-то нервно рассмеялся.

— Двадцать тысяч — два.

— Двадцать тысяч золотых корон — три! Продано!

Удара аукционным молоточком не прозвучало. Каэр сдернул капюшон и одним движением скинул маску.

— Департамент разломов и особых преступлений. Всем оставаться на местах.

Зал замер. Взгляд Лориана заметался.

Каэр поднял руку. Зеленое пламя разом вспыхнуло вокруг зала, сворачиваясь в файерволы у дверей, окон и зеркальной лестницы. Зеркала задрожали, в них метнулись искаженные лица гостей.

— Лориан Тир-Эллар, вы задержаны по подозрению в похищении людей, создании запрещенных зеркальных копий, торговле живыми существами и производстве зелий подчинения. Всем присутствующим — снять маски, держать руки на виду и не пытаться использовать магию. Дом окружен сотрудниками департамента.

В этот миг зал взорвался движениями и шумом.

Кто-то закричал. Кто-то бросился к дверям и врезался в зеленую стену пламени. Двое гостей попытались уйти через зеркало — но в нем мелькнула белая тень, зеркало почему-то лопнуло, выплюнув их обратно на пол.

Впрочем, не все подались панике. Женщина в серебряной маске кинула в сторону Каэра тонкую иглу с голубым светом. Та впилась ему в плечо. Каэр застонал, но не сдвинулся с места.

— Я сказал, руки держать на виду, что не ясно, мадам!

— Господин Равеннар, — Лориан мягко улыбнулся. — Какая неприятная ошибка. Это закрытый художественный вечер. Вы вторглись в частный дом.

— Это не ошибка и вы это прекрасно знаете, господин Тир-Эллар.

— Раз так, то вы не оставляете мне другого выбора.

Эльф вдруг раскинул руки в стороны, пошевелил пальцами, будто пробуя свою магию на ощупь, и резко свел ладони вместе. Раздался хлопок, и ударная волна полетела в верховного мага.

Каэр успел установить щит, но тут на него сзади напал мужчина в маске ворона. Ана не видела, как в его руках появился изогнутый клинок, и как он быстро шагнул к дракону. Но услышала, как Равеннар вдруг застонал и покачнулся. На камзоле, справа расползалось кровавое пятно.

Он не упал, но и шансов на победу уже почти не было. Дом был защищен магией, и проникнуть внутрь магам департамента было невозможно.

Сейчас напротив Каэра стояло четверо: сам хозяин дома, человек в маске ворона с окровавленным клинком, женщина в фиолетовом и женщина в серебряной маске, перед которой висела игла, сверкающая голубым светом. Никто не заметил, что из-за колоны за ними наблюдал мужчина в сером плаще.

Равеннар держался рукой за бок, но через пальцы крупными каплями выходила кровь. Ее было много. Видя, что Каер едва стоит на ногах, Лориан рассмеялся.

— Вы очень вовремя, господин Равеннар, — сказал он. — Я как раз хотел проверить новую защиту от разломной магии.

Зеркала вспыхнули, задрожали, начали двигаться. Из каждого зеркала выскользнули белые огоньки, окружили Каэра, закрутились в вихрь. Дракон едва успел выставить щит.

Кровь потекла под рубашку. Дракон внутри поднялся во весь рост.

Верховный маг больше не мог сдерживаться. Кости начали полыхать древним жаром. Тело готовилось к обороту. Еще пару секунд и от стеклянного дома не останется и следа. Равеннар застонал. Этого нельзя было допустить, пока внутри находились хрустальные саркофаги.

Светлячки кружились вокруг него, пытались проломить защиту. Он слабел.

В этот момент с галереи вниз скользнула черная тень, прыгнула в центр защиты мага, резко развернула серпы и серебро будто вспороло вихрь из огоньков. Еще одно движение и он рассыпался.

Каэр сполз на пол.

— Вам же всем сказали, держать руки на виду и сдаваться, что не понятного!

Между ним и гостями стояла Жница. Черная кожа боевого костюма, блеск ремней, розовые волосы, свободно рассыпавшиеся по спине. На лице — полумаска. В руках — два серебряных серпа, уже горящих холодным зеленым светом.

Послышались возгласы удивления. Лишь серый плащ внимательно наблюдал за происходящим.

Она не посмотрела на гостей. Не посмотрела на Лориана. Повернула голову к Каэру.

— Дракончик, ты живой?

— Жница! У тебя удивительная привычка появляться в самые неподходящие моменты, — выдохнул он и сморщился от боли.

— Сейчас самое время. — Она скептически подняла бровь.

— Я почти справлялся, — прохрипел маг.

— Конечно. Просто решил снести дом вместе с заложницей, своей упитанной драконьей тушкой!

Он хотел ответить, но не успел. Каэр потерял сознание.

Вдруг зал заполнил низкий рык.

На зеркальной лестнице появился огромный белый волк. Шерсть его сияла серебром, по бокам текли зеленые искры.

Человек-ворон захрипел.

— Следовик, Этого не может быть!

— Поздравляю с открытием.

Вдруг раздался визг и к Жнице кинулась женщина в фиолетовом. Полы ее плаща развивались, словно крылья странной гигантской птицы. Следом за ней просвистела иголка второй дамы.

Мелькнуло серебро, Жница увернулась от нападающей, подставила серп под иголку, та отрекошетила и угодила прямо в затылок нападающей даме.

— Ой, кто-то промазал — звонко засмеялась Жница и, вытянув вперед руку, в перчатке поманила гостью в серебряной маске — продолжим, а то с вами становится скучно.

Та не заставила себя ждать. Достала большой кинжал и кинулась на девушку.

В этот момент Бублика атаковал человек-ворон. Он довольно умело орудовал своим клинком, пытаясь достать фамильяра, и очень удивился, когда белый волк одним движением перекусил закаленную сталь. Последующий удар лапой отправил мужчину в нокаут. Маска слетела с него. Это был светловолосый мужчина лет сорока. Из уголка его рта сочилась кровь.

— Хозяйка, нокаут с первого раза! — Бублик громко зарычал, оскалился и мягкой походкой двинулся к замершему эльфу.

— Кто там у нас следующий на очереди?

Жница уже отвернулась от серебряной маски, которая тоже лежала без сознания рядом с дамой в фиолетовом и громко засмеялась. От ее смеха у оставшихся гостей зашевелились волосы.

— Лориан Тир-Эллар, — сказала она, указывая кончиком серпа на эльфа. Тот сильно побледнел, хотя, казалось, куда еще больше.

Ана улыбнулась и двинулась к Лориану. Шаг, другой, повернулась к Бублику.

— Мы как раз хотели проверить новый магический прием, правда.

Эльфа затрясло, он огляделся, но уже не у кого было просить помощи.

Ана подошла ближе. В это время за ее спиной послышался стон. Каэр приходил в себя. Бублик закатил глаза.

— Вот так всегда, самое интересное наш дракон пропустил.

Жница подошла к Лориан, вытянула серп и коснулась его сердца самым кончиком.

— Говори!

Эльф поднял подбородок.

— Мне нечего сказать убийце.

— Убийце! — Девушка вновь засмеялась, но потом она замолкла и сделала еще шаг к нему — ты так ничего и не понял? Я Охотница.

Серпы в ее руках вспыхнули ярче.

Каэр, пришедший в себя, вдруг почувствовал, как воздух изменился. Это была не обычная магия. Не разломная, не зеркальная, не драконья. Что-то древнее. Суровое. Очень тихое. И от этого почти невыносимое. Оно поднималось изнутри, заставляя выдавать свои самые тайные и мрачные секреты.

Серебро охоты работало. По залу прошел тихий звон. Вдруг перед эльфом замелькали картинки.

Подвал.

Девушки в хрустальных гробах.

Лориан, стоящий рядом с зеркалом и проводящий пальцами по лицу спящей Миры.

Молодая рыжая ученица портнихи, плачущая, пока из нее вытягивают отражение.

Энисса Вард, дрожащая в аптечной лаборатории, увидевшая лишнее.

Часы.

Красные, белые, золотые. Много часов!

Капли влюбленности в лаборатории.

Женщины, смотрящие из зеркал пустыми глазами.

Смех покупателей, забирающих только что купленную жертву.

И Лориан, везде спокойный, назидательный, говорящий: «Красота должна принадлежать тем, кто способен за нее платить».

Каэр стоял, не двигаясь. Вина Лориана видели все.

Жница подошла еще ближе.

— Сколько?

Лориан молчал. Она слегка повернула серп. Капнула первая капля крови. Эльф побледнел.

— Семнадцать, — выдохнул он.

— Девушек?

— За этот год.

— Сколько живы?

Он закрыл глаза.

— Пять. В доме. Остальные проданы.

Каэр почувствовал, как ярость стала ледяной. Он попытался подняться, но не смог. Сил не было, хотя драконья регенерация уже начинала действовать.

— Кому?

Лориан усмехнулся.

— Вы думаете, они назвали настоящие имена?

Жница наклонила голову.

— Тогда начнем с тех, кто сегодня здесь.

Он молчал.

— Ты убил Эниссу Вард?

— Нет. Клянусь! Она просто пропала! Я ничего с ней не делал! — закричал эльф.

Каэр вновь попытался подняться и ему это почт удалось.

Жница заговорила вновь.

— За все то, что ты совершил, приговариваешься к смерти.

Серпы загорелись. Каэр не понял, как произошло то, что произошло, но в следующий миг серебряное оружие зазвенело и к ногам мага покатилась голова. Белые длинные волосы тоже срезанные на уровне шеи эльфа стали осыпаться вокруг его, все еще стоящего тела, будто пепел. В следующую секунду тело рухнуло.

Несколько секунд никто не двигался.

Жница сделала шаг к хрустальному гробу. Откинула крышку. Там лежала бледная, как мел Мира. Она была жива.

«Как Эль», подумала Ана и тут вдруг опустила голову. Дышать стало тяжело. Она уперлась руками о край гроба, попыталась удержаться, но не могла. Следовик скользнул к хозяйке. Все вокруг Жницы заискрилось, зазвенело, раздался громкий взрыв. Ударная волна прокатилась по залу, круша на своем пути все, ненавистные зеркала, хрустальный гроб, мебель, оружие.

Каэр ее успел накинуть защиту на себя и девушку в хрустальном гробу, но ударная волна все равно на миг его вырубила.

Затихло. Жница приходила в себя. Выпрямилась, повернулась к магу.

— Ты ранен.

— Ничего серьезного. Раны уже начали затягиваться. — несмотря на то, что боль в боку была сильной, а плечо ныло от раны зеркальной нитью, дракон и правда чувствовал себя неплохо.

— Упрямый дракон, — тихо сказала она и устало улыбнулась — покажитесь целителям.

— Приказываете?

— Советую.

Вдруг Жрица скривилась от боли и схватилась за запястье. Секундой позже зашипел Каэр и принялся сдирать с левой руки кожаную перчатку.

На его запястье, прямо над пульсом, проявлялся знак: тонкая серебряно-зеленая линия, похожая одновременно на половину снежинки, крыло дракона и лезвие серпа.

На запястье Жницы светился такой же.

Нет. Не такой же. Вторая половина единого целого.

— Нет, — не веря своим глазам, растеряно прошептал Каэр.

Жница молчала.

— Этого не может быть!

Она медленно сжала руку, будто хотела спрятать метку, но свет уже проступал между пальцами.

Каэр почти сразу почувствовал тонкую связь. Это была не любовь, это был приказ. Сама судьба распорядилась его жизнью.

К Жнице шагнул белый волк. Серебряно-зеленая дымка поднялась над полом, и они просто исчезли.

Каэр остался стоять среди разбитых зеркал, раненый, злой, ошеломленный, с горящей меткой на запястье и чувством, что вся его жизнь только что повернула не туда.

Глава 28. Я хочу удалить ее!

Глава 28. Я хочу удалить ее!

Бублик утверждает, что эта глава стала бы лучше с булочкой, но лайк тоже подойдёт. Особенно если булочка уже занята фамильяром!

Ана вернулась к образу секретарши в просторной гостиной своего начальника.

Черная кожа растаяла с тела, словно ее никогда не было. Серпы исчезли первыми — послушно растворились серебристым дымом у ладоней. Следом ушли ремни, маска, сапоги, плотная темная ткань, зеленые искры в волосах.

Через несколько секунд посреди комнаты стояла уже не воинственная Жница, а скромная и незаметная секретарша Департамента разломов.

Осталось лишь заплести косы и приколоть на место снежинки. Ана тут же плюхнулась на диван и занялась волосами. Получалось плохо. Руки сильно дрожали, а взгляд то и дело возвращался к левому запястью, где горел магический узор.

Ана положила руку на колени, осторожно потрогала метку. Та запульсировала. Девушка испуганно отдернула руку, будто обожглась, а потом резко натянула пониже рукав блузки и закрыла лицо ладонями.

— Хозяйка… — послышалось тихое шуршание внизу.

Бублик снова был пушистым песиком. Он запрыгнул на диван и прикоснулся кончиком темного носа к метке. Взвилось магическое пламя, заискрилось и стихло. — Связь пока слабая, но если она укрепится, то он сможет нас почувствовать.

Ана стиснула зубы.

— Бублик…как же так! Почему эта метка появилась у меня только сейчас, а не три года назад, когда мы встретились впервые? И потом, мы каждый день были рядом, а метка появилась только сегодня.

Фамильяр помолчал, а потом вздохнул и продолжил.

— Ты сама изменилась, — наконец произнес он.

Ана нахмурилась.

— В каком смысле?

— Все три года тебя прятала магия Охотницы, которую ты сразу приняла. Она помогала тебе выжить и защищала, чтобы ты смогла достичь своей цели — найти сестру. Сильные эмоции тоже были под замком.

Ана медленно опустила взгляд на метку.

— Что же изменилось сейчас?

Бублик опустил голову, но потом вздохнул.

— Сегодня все сломалось окончательно. Началось, когда появились пропавшие девушки и когда Лиан показал тебе часы. Хлынули воспоминания про Эль, но барьер удержал их, хотя трещина уже появилась. Именно это и почувствовал Каэр, именно поэтому и поцеловал тебя. Его дракон почувствовал истинную. Его потянуло. Потом ты смотрела на труп и увидела белую прядь. Все повторялось здесь. Сегодня, глядя на Миру в хрустальном гробу, ты думала про Эль и защита Охотницы рухнула окончательно. Теперь для дракона не будет препятствий.

Ана громко застонала.

— Но как же быть?! Можно удалить метку?

Бублик с насмешкой посмотрел на хозяйку.

— А ты правда этого хочешь? Ведь он тебе очень нравится. Кто недавно переживал, с кем спит дракон?

Девушка густо покраснела.

— И ничего я не переживала. Точнее, не из-за этого, а чтобы он не попал в неприятную историю. — Сделаем вид, что я поверил — Бублик положил голову на лапки и зевнул — устал я сегодня что-то. Да и стальные мечи кусать так себе удовольствие, скажу тебе. И вообще, почему ты не хочешь ему все рассказать про Жницу? Мы уже не вне закона. Право охоты здесь признано. Ты для них почти богиня.

Ана погрустнела.

— Он не простит и не поймет. Скажет, что я его обманула, что издевалась над ним. Он гоняется за Жницей уже три года и все эти три года я ему врала. И еще надо найти Эль, не забывай. А в роли неприметной секретарши это удобнее сделать — и снова покраснев добавила —Жница целовала его, привязанного к батарее, а Ана на следующее утро варила кофе и делала вид, что ничего не знает. Он не простит.

Бублик хмыкнул.

— Думаю, ты ошибаешься, у батареи ему как раз понравилось — и продолжил — метку удалить нельзя. Это неподвластно никому. Но пока ты с ним не спишь, чувствовать он тебя будет очень слабо. Могу попробовать чуть заглушить, тогда будет рядом и ярко не почувствует.

Ана вспыхнула и вскочила с дивана. Зашагала по комнате.

— Вот еще, спать с ним! Обойдется! — потом остановилась посредине и протянула песику запястье — глуши!

Бублик встал, шерсть заискрилась, магия собралась в красивую серебряную змейку, проскользнула по воздуху к руке девушки, обвила ее около метки, замерла и исчезла.

— Готово! Но и ты будь готова, что тянуть его будет к тебе очень сильно. И самое главное, — песик вдруг улыбнулся — тебя к нему тоже будет тянуть.

Ана хотела уже что-то сказать, но послышалось, как открывается входная дверь. Девушка прижала к губам палец и пошла в коридор.

И еще немного видов города. А самое главное, карта Лиардена! Она вам точно поможет в расследовании!

Глава 29. Раненный дракон — капризный дракон!

Глава 29. Раненный дракон — капризный дракон!

В коридоре стоял Каэр Равеннар собственной персоной. Он был без плаща, камзол расстегнул, а на жилете расплылось кровавое пятно.

Бледное лицо указывало на то, что ему до сих пор плохо. Дракон слабо улыбался. Он сделал шаг, и вдруг уперся о стену.

— Ты с ума сошел! — Ана кинулась к нему на помощь. Метка сразу же сильно запульсировала.

Глаза дракона стали вертикальными и он внимательно огляделся.

— Ты не одна?

Она подлезла под его руку, положила ее себе на плечо и поддержала.

— Мы с Бубликом. Ты почему не обратился к целителям?! — девушка злилась на него.

Каэр попытался выпрямиться.

— Странно, а мне показалось, что здесь есть кто-то еще — и тут ухмыльнулся и попытался посмотреть на Ану — ты назвала меня по имени и на ты сама, а значит, я правильно сделал, что не обратился.

Из под мышки послышался тяжелый вздох.

— Ана, мне просто надо полежать. Драконий иммунитет справится. Уже начал справляться.

Несмотря на то, что девушка его поддерживала, он вдруг начал медленно сползать вниз. Через мгновение верховный маг во весь рост расположился у ее ног.

Ана с тревогой уставилась на начальника. Опустилась на колени.

— Каэр! — похлопала его по щеке — очнись! Надо дойти до спальни.

— Только если с тобой — дракон на мгновение пришел в себя, на его лице мелькнуло что-то мягкое, счастливое, и снова отключился.

— Бублик! Помоги! — раздался громкий крик.

Песик появился тут же, прижал свою лапку к руке мужчины и начал считать пульс.

— Драконий иммунитет, значит, справится, — мрачно произнес Бублик. — Да конечно!

— Что с ним? Можешь помочь?

Песик молчал, слушая биение сердца мага, потом вдруг низко зарычал.

— Ну что?

— Рана не смертельная, но неприятная. Это откат. В него попали зеркальной иглой.

Ана побледнела.

— Надо целителя срочно. — Девушка кинулась к двери.

— Не надо, я справлюсь, только помолчи немного.

Бублик в мгновение превратился в огромного волка. Белая шерсть встала дыбом. Он весь заискрился, вокруг него поплыла магия, сорвалась и направилась к дракону. Окутала и скользнула в рану. Там что-то звякнуло, а потом на пол вывалился острый зеркальный осколок и попытался вернуться назад.

Бублик быстро встал на него лапой, потом когтем другой лапы ударил по зеркалу. То задрожало и рассыпалось на множество мелких черных черепков.

— Все. — Устало выдохнул Бублик, вновь принимая облик песика — одни убытки от твоего дракона! Спать его теперь надо уложить.

Ана растеряно посмотрела на мага, который был намного больше нее.

— Но как?!

Бублик посмотрел на нее с выражением оскорбленного достоинства.

— Хозяйка, я все-таки не декоративная подушка с лапами и не коридорный в отеле, чтобы без конца таскать эту рептилию!

Но увидев растерянное лицо Аны, оскалился и подошел к магу.

Зеленое сияние вспыхнуло вокруг песика. Воздух дрогнул. Ана на секунду почувствовала, как пол уходит из-под ног, а стены смазываются темными полосами. Потом они все оказались в спальне.

Спальня Каэра была большой и просторной. Темная кровать с высоким изголовьем, тяжелые шторы, полки с книгами, кресло у камина, на котором лежал сложенный плед. На прикроватном столике стояла лампа с зеленым кристаллом.

Каэр лежал на полу у кровати.

— На кровать сама! Я обессилен! — Бублик с весьма театральным видом скользнул на диван, лег на спину и раскинул лапки в разные стороны.

Ана не смогла сдержаться от смешка, глядя на него, а потом снова взглянула на мужчину своей мечты, лежащего у ног.

Снова усмехнулась от этих мыслей и потянулась к дракону.

С большим трудом она затащила мужчину на кровать.

Ана быстро расстегнула камзол, потом жилет, рубашку. Рана выглядел уже вполне прилично. Драконья регенерация и правда действовала очень быстро.

Пальцы дрожали так сильно, что одна пуговица отлетела куда-то в сторону.

— Надо промыть и забинтовать.

Ана сорвалась с места. Нашла ванную медицинский ящик, в котором были бинты и антисептик. Набрала в миску воды, взяла салфетки. Подумала и прихватила бутылку крепкой настойки, что стояла почему-то на тумбочке в ванной.

От настойки так пахло, что Бублик сразу проснулся и чихнул.

Ана села на край кровати. Осторожно смыла кровь вокруг раны. Каэр дернулся и застонал.

— Тише, — прошептала она. — Тише, я рядом.

Он не открыл глаз. Но его рука вдруг слабо шевельнулась и легла поверх ее пальцев.

Ана замерла. Левое запястье опять обожгло.

Она резко посмотрела на свою руку. Манжет случайно задрался и теперь их метки были рядом. Надо было что-то срочно придумать, чтобы спрятать магическую вязь.

— Бублик…

— Вижу.

Ана стиснула зубы и продолжила промывать рану. А потом она долго сидела рядом с ним, в одной руке держа мокрое полотенце, а в другой — его ладонь.

Каэр был горячим. Слишком горячим. На лбу мужчины выступила испарина.

Ана, не отрываясь, смотрела на его лицо. Без привычной усмешки он выглядел моложе. Усталый, бледный, раненый и все равно красивый до невозможности. Темные ресницы отбрасывали тени на скулы. На губах осталась тонкая складка упрямства, будто даже во сне он пытался с кем-то поспорить.

Бублик растворился в воздухе полчаса назад, сообщив, что пошел разведать обстановку, но Ана была почти уверена, отправился за ванильными булочками.

Девушка осталась одна.

— Ты только очнитесь, — прошептала она. — А потом злись сколько угодно. Кричи, обижайся, только очнись. Я все тебе расскажу.

Но Каэр не отвечал, а его пальцы неподвижно лежали в ее ладони.

Ана закрыла глаза и впервые за долгое время позволила себе быть просто девушкой, без масок и тайн. Девушкой, которая боялась потерять того, кого уже успела полюбить.

Глава 30. Серый гость

Глава 30. Серый гость

После исчезновения Жницы из дворца Тир-Эллара все как-то разом зашевелились. Оставшиеся гости попытались выскользнуть в дверь, но там их уже ждали сотрудники департамента.

Одна женщина вдруг сорвала с себя маску и заплакала, прижав ладони к лицу. Тело хозяина дома лежало в окружении битых зеркал. Белый камзол был испачкан кровью и больше не походил на нарядную праздничную вещь.

Он был просто мертв. Серый человек, стоявший неподалеку, пристально смотрел на это тело. Его плащ почти сливался со стеной. Под капюшоном, как и прежде, не было видно лица. Только серая мгла клубилась, будто живая.

— Любопытно, очень любопытно — произнес он задумчиво — Вот ты какая, маленькая Жница. Что же с твоей сестрой я ошибся, но ты сама пришла ко мне, чтобы стать отличным трофеем Коллекционера.

Никто не услышал его, потому что в зале появились первые сотрудники департамента и подошли к Каэру, который бледный сидел у стены. Со смертью эльфа защита ослабла, и сломать ее теперь было не сложно.

Серый человек лениво поднял правую руку. На запястье под перчаткой тускло блеснул браслет — тонкое кольцо из темного металла, на котором двигались крошечные белые отметки.

Он коснулся браслета двумя пальцами. Тьма под капюшоном дрогнула. Браслет ярко вспыхнул, метки забегали и серый человек исчез. Никто даже не обратил на это внимания.

Через секунду он появился, но уже совсем в другом месте. Глаза быстро привыкли к свету и он привычным взглядом окинул спальню Грисиллы Принц.

Тяжелые шторы скрывали окна. В камине догорали угли, окрашивая стены мягкими красноватыми отблесками. На туалетном столике стояли раскрытые тюбики с косметикой, гребни, перчатки, несколько писем, перевязанных лентой, и маленькая серебряная шкатулка с зеркальной крышкой.

Грисилла спала на широкой кровати под темным покрывалом.

Даже во сне она выглядела так, будто знала, как лежит. Черные волосы рассыпались по подушке, голые смуглые плечи, верхние половинки грудей, губы чуть приоткрыты. Все это манило. Лишь выражение лица даже во сне оставалось все таким же высокомерным.

Несколько секунд он стоял неподвижно, разглядывая ее. Потом снял перчатку. Очень медленно. Положил ее на край туалетного столика рядом с раскрытым письмом, где знакомым почерком было выведено имя Каэра Равеннара.

Подошел к кровати, сел. Край матраса едва заметно прогнулся, но девушка не проснулась. Его рука скользнула под покрывало и двинулась вверх. Накрыла левую грудь, чуть сжала ее.

Девушка застонала. Его движение было неторопливым, почти ленивым, но в нем не было нежности. Скорее — право владельца, проверяющего, на месте ли принадлежащая ему вещь. Он передвинул руку на правую грудь и снова сжал, но уже сильнее.

Грисилла снова застонала, а потом открыла глаза. Они сразу вспыхнули от возбуждения и узнавания. Девушка чуть стянула покрывало, освобождая от ткани уже затвердевшие соски. Поерзала, устраиваясь удобнее.

Он усмехнулся, заметив, что она раздвинула ноги и чуть согнула их в коленях. Потянул руку снова вверх и зажал между пальцами твердый сосок. Грисилла от неожиданности выгнулась, застонала уже от боли.

Он потянул сильнее, доставляя ей уже сильную боль, зная, что ей так нравится. Она также любила боль, как он сам и это их объединяло.

Его холодная рука двинулась вниз, скользнула между ее ног, начала двигаться. Грисилла уже не сдерживалась.

— Ты пришел, — вытолкнула она из себя.

— А ты ждала? — Снова эта холодная насмешка.

— Я всегда тебя жду! — Почти закричала она.

Приподнялась на локтях и потянулась к нему. Тонкие пальцы скользнули по краю его капюшона, но он перехватил ее запястье прежде, чем она успела коснуться тьмы.

— Нет.

— Ты всегда так говоришь.

— Мы договаривались.

Грисилла недовольно изогнула губы, но не отстранилась.

— Когда я, наконец, увижу твое лицо?

Он тихо рассмеялся.

Смех был красивым. Низким, мягким, почти ласковым. Но от него почему-то становилось холодно.

— Всему свое время.

Грисилла хотела сказать что-то резкое, но он наклонился и поцеловал ее. Грубо, почти насильно.

Спор закончился сразу.

Она обвила его шею руками, жадно отвечая на поцелуй. Серый плащ упал на пол у кровати. Тьма под капюшоном склонилась ниже.

Его рука вновь скользнула под покрывало. Девушка вскрикнула, почувствовав его палец внутри и начала быстро расстегивать его камзол и рубашку, мечтая прикоснуться к прохладной коже.

Он резко встал. Отошел от нее. И сам медленно стянул с себя плащ, потом камзол, потом рубашку.

Девушка часто дышала, облизывала губы. Видя как он раздевается, тоже резко сдернула с себя покрывало. Ее тело было прекрасно. Оно жаждало новой ласки. Жаждало его.

— На колени! — вдруг резко и холодно произнес он.

И девушка сразу выполнила его приказ. Послышался удар, еще один. Еще, а затем, раздался ее глубокий удовлетворенный стон.

Комната наполнилась тяжелым дыханием и резкими хлопками.

Потом все стихло.

Грисилла лежала на животе, лениво подложив ладонь под щеку. Черные волосы закрывали плечи и спину. В полутьме ее кожа казалась почти фарфоровой. Лишь красные отпечатки ладоней на ее ягодицах портили общую картину.

Серый человек сидел у изголовья. В его пальцах медленно тлела тонкая черная сигарета с серебристым фильтром.

Грисилла приоткрыла один глаз.

— Дашь?

Он посмотрел на нее сквозь тьму.

— Дурная привычка.

— У тебя научилась.

Она протянула руку. Он усмехнулся и все же передал ей сигарету.

Грисилла затянулась, поморщилась, но тут же довольно улыбнулась.

— Мерзость.

— И все равно берешь.

— Мне нравится, когда на ней твой запах.

Он ничего не ответил. Некоторое время они молчали. Потом серый человек спросил:

— Как продвигаются дела с Каэром Равеннаром?

Улыбка Грисиллы исчезла.

Она села, натянув на грудь простыню, и раздраженно ответила.

— Плохо.

— Насколько?

— Настолько, что он хочет отказаться от женитьбы.

Серый человек не пошевелился.

Но в комнате вдруг стало холоднее.

— Хочет?

— Да. Он почти сказал это вслух.

— А ты?

Грисилла зло усмехнулась.

— А что я. Я прекрасно знала, что он не любит меня и между нами только постель. Меня это устраивало. Мне нужен был брак, статус, положение при дворе. Но теперь он ведет себя так, будто все в прошлом.

— Какая неприятность. Надо же.

— Не издевайся.

Она снова взяла у него сигарету, затянулась и нервно стряхнула пепел в хрустальную чашу у кровати.

Он повернулся к ней. Тьма под капюшоном медленно заклубилась гуще. Коллекционер злился.

Он провел пальцами по ее плечу. Грисилла вздрогнула, но не отстранилась.

— Слушай меня внимательно, — сказал он подозрительно мягко. — Ты должна стать женой Каэра Равеннара во что бы то ни стало.

— Я пытаюсь.

— Недостаточно хорошо.

Серый человек наклонился ближе. Его ладонь легла ей на шею — легко, почти ласково. Но Грисилла замерла.

— Ты умная девочка. Найдешь способ.

— А если нет?

— Тогда перестанешь быть полезной — его рука начала медленно сжиматься на тонкой хрупкой шее.

Девушка стала задыхаться, ее лицо покраснело. Она почти потеряла сознание, когда он наконец отпустил шею.

Грисилла закашлялась.

— Ты угрожаешь мне после того, как пришел в мою постель?

— Я напоминаю тебе, зачем ты в этой игре.

— А если я больше не захочу играть?

Он рассмеялся. На этот раз смех был почти настоящим.

— Хочешь. Еще как хочешь… — его ладонь вновь легла на ее шею, чуть сжалась, но уже не так сильно.

Девушка замерла, но тут же улыбнулась, видя, как он наклоняется к ней. Поцелуй получился почти нежным, но это были обманчивые ощущения.

Он ушел от нее через час. В комнате вновь стало тихо. Грисилла еще несколько секунд смотрела туда, где он стоял. Потом медленно опустилась на подушки, сжала простыню пальцами и улыбнулась.

Улыбка получилась нехорошей.

— Хорошо, — прошептала она. — Я стану женой Каэра Равеннара. Обязательно стану. Казалось, зеркальная крышка на шкатулке подмигнула в ответ.

Глава 31. Новые часы

Глава 31. Новые часы

Лиан Весс сидел в своем салоне, когда зазвонил дверной колокольчик. Он поднял глаза и увидел на пороге красивую юную девушку. Ее длинные темные волосы, волнистые от природы, ниспадали почти до талии. Гибкая, с тонкой талией, большими темными глазами — она сразу привлекала внимание окружающих. Но еще больше внимание привлекала длинная белая прядь у виска.

Сердце кольнуло, будто предчувствуя что-то нехорошее.

Несмотря на красоту, одета девушка была, как обычно одевается прислуга или девушки из среднего сословия. Простая коричневая юбка, жакет, украшенный простым кружевом. Из украшений только небольшие золотые сережки.

Девушка держала в руках небольшую сумочку и нервно сжимала ее ручки.

Заметив хозяина, она ринулась к Лиану, открыла сумочку и на столе оказалась дорогая шкатулка из малахита.

Лиан вздрогнул. Он уже понял, что увидит там внутри, на мягкой подушечке. Девушка будто прочитала его мысли и откинула крышку. Это были изящные женские часы.

Корпус был глубокого изумрудного оттенка, отполированный до холодного блеска. Сбоку возле крепления ремешка распускалась маленькая золотая роза — не нарисованная, а объемная, тончайшей работы, с лепестками, в которых угадывалось почти живое движение. Ремешок был не кожаный. Он состоял из мелких звеньев, украшенных изумрудами и цитринами. Зеленое и золотое переплетались так красиво, что даже самая пылкая сторонница отказа от модных вещей не осталась бы равнодушной.

Руки Лиана затряслись. Он хотел взять вещь, но с первого раза не получилось.

— Здравствуйте! Мне подарили часы, но они вдруг сломались. Вы же сможете их починить?

Весс побледнел, но постарался спокойней спросить.

— Поклонник, наверное, подарил?

Вопрос прозвучал слишком резко. Девушка моргнула.

— Поклонник.

— Дорогая вещь, наверное, красиво ухаживает?

Девушка слегка покраснела.

— Дорогая, но я его ни разу не видела. По почте прислали — и вдруг, словно пытаясь доказать своим слова, быстро заговорила — вы не подумайте ничего. Там имя мое было и карточка с розой, но я бы их не взяла, если бы обратный адрес был. А так даже и вернуть некуда.

— Я починю, только за несколько дней. Заказов много. Давайте квитанцию заполним.

Девушка благодарно улыбнулась.

— Хорошо. Спасибо! Меня зовут Нерина, и я работаю в ночном клубе «Черная Луна».

— Просто Нерина?

— Да, просто. — Девушка вновь покраснела от смущения — меня там все знают.

Лиан поднял глаза.

— Вы танцуете у Салмеи Рисс?

— Да.

Лиан кивнул. Он получил необходимую информацию.

— Когда они остановились?

— Сегодня утром. Вернее… — Нерина нахмурилась. — Я проснулась, а они не шли. Хотя ночью работали. Я помню, как смотрела на них перед выступлением.

— Вы надевали их во время выступления?

— Да.

— И после?

— Да.

— Ночью плохо себя чувствовали?

Девушка удивилась его вопросу и явно собиралась оставить его без ответа, но тут вдруг задумалась.

— Вы правы, я ведь третьего танца почти не помню, а потом появилась эта белая прядь. Я думала, что какой-то поклонник магией случайно попал. Они так иногда делают, вроде как восторг выражают, но последствия не осознают.

Лиан нервно постучал пальцами по крышке шкатулки.

— Помню зал. Музыку. Салмея сказала, что за центральным столом сидит важный гость и нужно быть особенно любезной. Потом я танцевала. И провал. Ничего не помню. Совсем.

Девушка подняла руку к виску и дотронулась до белой пряди.

— А потом это.

В салоне стало очень тихо. Один из дамских портретов-отражений в витрине перестал поправлять локон и испуганно замер.

Лиан обошел прилавок.

— Нерина, послушайте меня внимательно. Вы сегодня никуда не пойдете. Вы остаетесь у меня. Я сейчас отлучусь по делам, но это ненадолго, а потом устрою вас лучшим образом.

Она насторожилась.

— Простите? Но..

— Никаких но. Вы остаетесь здесь. Наверху есть жилые комнаты. Я сейчас покажу вам вашу. Кроме меня никому не открывайте. Я еще наложу дополнительную защиту. Кроме меня и сотрудников департамента.

— Департамента? — девушка побледнела. — Нет. Нет, господин Весс, я не могу. Если Салмея узнает, что я сорвала вечернее выступление, она меня выставит за дверь.

— Лучше потерять работу, чем жизнь.

Нерина смотрела на него все шире раскрытыми глазами, а потом перевела взгляд на шкатулку.

— Это все из-за часов?

— В них опасное заклинание, — сказал он наконец. — Я постараюсь его снять.

— Но почему я? У меня нет врагов.

— Преступник просто любит хорошеньких девушек.

Нерина покраснела, но взгляд ее все равно оставался тревожным.

— Я умру?

Лиан заставил себя посмотреть ей в глаза.

— Нет, если вы сейчас сделаете все, как я скажу.

Она судорожно кивнула.

Через десять минут Лиан уже спешил в Департамент.

Ему нужно было срочно поговорить с Аной. Лишь Жница сейчас могла справиться с ситуацией и защитить девушку. Тем более, что это было связано с ее сестрой. Мысль сообщить о случившемся господину Равеннару, почему-то не возникла.

У виска Нерины уже была белая прядь, значит, жить ей осталось недолго. И это пугало Лиана очень сильно.

В приемной Каэра Равеннара пахло кофе и ванильными булочками, хотя Бублика нигде не было видно.

Ана сидела за столом, разбирая корреспонденцию. Метку она почти не чувствовала, хотя стоило подумать о начальнике, как она начинала тихо пульсировать. Это раздражало и грело одновременно.

После той ночи в его доме все изменилось и не изменилось ничего.

Каэр утром очнулся, был отвратительно упрям, отказался лежать, почти довел ее до истерики фразой «я вполне работоспособен» и только после угрозы позвать Бублика согласился хотя бы выпить лекарство.

Разговора о Жнице так и не случилось: сначала пришел младший следователь с сообщением из дома Лориана, потом примчался Тирс с протоколами, потом Каэру пришлось ехать в департамент.

Ана все утро ждала момента, но он, как назло, не наступал.

Дверь приемной распахнулась.

На пороге стоял Лиан Весс — растрепанный, бледный и совершенно не похожий на себя.

— Ана!

Она вскочила.

— Лиан? Что случилось?

Он шагнул к ее столу, оглянулся на дверь кабинета Каэра и понизил голос. Вдруг сунул руку в карман, вытащил небольшую малахитовую шкатулку и с громким стуком поставил ее на стол.

— Часы. Мне принесли новые часы в ремонт. И новая девушка. Уже с белой прядью.

У Аны похолодело внутри.

— Где она?

— Пока у меня дома. Заперта на замок и очень испуганна. Я побоялся отпустить ее одну.

Ана облегченно выдохнула.

— Ты большой молодец! Кто она такая и как ты узнал?

— Ее зовут Нерина и она работает танцовщицей в ночном клубе «Черная луна». Девушка очень красивая.

Она прищурилась.

— Ночной клуб? Что за место?

— Для аристократов и богатых мерзавцев. Хозяйка — Салмея Рисс. Девушка рассказала, что ей прислали вот эти часы, а потом, хозяйка отправила ее танцевать для особого гостя. Она его совсем не помнит и танца не помнит, но потом часы сломались, и у нее появилась белая прядь.

— Ты правильно сделал, что пришел.

Лиан сел на стул напротив ее стола, будто ноги больше не держали.

— Ана, я больше не понимаю, что происходит. Эти часы не должны были оказаться у меня. То есть я понимаю, почему они приходят ко мне, но тот, кто их сделал, не должен был этого допустить. Он либо не знает, кто я, либо…

— Либо?

— Либо здесь что-то другое.

Ана протянула руку и коснулась его плеча.

— Мы разберемся.

И именно в этот момент дверь кабинета Каэра открылась.

Верховный маг-сыщик появился на пороге и уставился на руку Аны, лежащую на плече Лиана. Воздух в кабинете стал тяжелым, наэлектризовался. Даже в чашке с кофе начали появляться круги.

На подоконнике подозрительный разумный гриб втянул шляпку и притворился обычным.

Ана медленно убрала руку.

— Каэр…

Он не смотрел на нее. Он смотрел на Лиана. Слишком спокойно.

— Господин Весс, — произнес он.

Лиан поднялся так быстро, что стул жалобно скрипнул.

— Господин Равеннар.

— Какой неожиданный визит.

— Лиан пришел по делу. Есть новости! — быстро заговорила Ана, загораживая собой Весса.

Каэр, наконец перевел взгляд на нее и у Аны перехватило дыхание. Его глаза светились. Дракон что-то чувствовал, но не мог объяснить сам себе. Он увидел рядом с ней другого мужчину и приготовился напасть.

— Каэр, — мягче сказала она, подойдя к магу ближе. — Лиан принес важную улику.

— Улику можно было передать следователю или пройти сразу ко мне! — Рявкнул мужчина.

— Так, все хватит! Это что за выходки, господин Равеннар! Прекратите немедленно!

Лиан за ее спиной очень тихо выдохнул.

Каэр смотрел на Ану. В глазах все еще полыхало зеленое, но теперь в этом свете появилась растерянность. Он будто сам не понимал, почему его так сорвало.

— Он держал тебя, — глухо сказал Каэр.

— Он никого не держал. Я сама положила руку ему на плечо. Потому что он прибежал сюда бледный, напуганный и с часами, которые могут привести нас к следующей жертве.

— Следующая жертва?

Несколько секунд он молчал. Потом медленно выдохнул и отступил на шаг. Зеленое свечение вокруг пальцев погасло.

— В мой кабинет, — сказал он Лиану. — Ана, ты тоже. Надо все записать.

Лиан обреченно опустив голову, пошел за магом. Через полчаса Каэр уже был в курсе событий. Он резко нажал на магический кристалл. В кабинете появился Тирс.

— Ты прямо сейчас отправляешься с господином Вессом и охраняешь его гостью столько, сколько потребуется. Возьми с собой кого хочешь — отдал приказание маг и уже глядя на Лиана, продолжил — и вы, господин Весс, тоже не выходите из дома. Пока не ясно, почему все сломанные часы вдруг попадают в ваш салон.

Лиан мгновенно посерьезнел, кивнул и улыбнувшись Ане под скрип зубов хозяина кабинет, вышел за дверь.

Каэр продолжил рассуждать вслух.

— Салмея Рисс. Очень умная, очень опасная. Формально все законно. Музыка, танцы, частные ложи, дорогие напитки, охрана, договоры с артистами. На деле там настоящий рассадник незаконности.

— Идеальное место для выбора жертв, — тихо сказала Ана.

Каэр кивнул.

— Идеальное место для засады.

— Ты пойдешь один? — вдруг спросила Ана.

— Пока не знаю. Нельзя спугнуть преступника. Никак нельзя.

Ана хотела прямо сейчас рассказать ему, что она Жница, что может помочь. Что не пустит его туда одного, тем более, еще не оправившегося от ран, но тут в кабинет ввалилось сразу несколько сотрудников, сообщив, что наконец-то поймана семейка вампиров, за которыми они гонялись целых два месяца и требуется присутствие начальника, чтобы их допросить.

Каэр поднялся и направился к выходу. Остановился около Аны, зачем-то втянул воздух, словно принюхиваясь, неожиданно ей улыбнулся.

— Все будет хорошо. Не переживай, пожалуйста. Я буду осторожен. — И, вдруг соблазняющее улыбнулся — но если ты и сегодня дождешься меня в моем доме, я постараюсь вернуться пораньше.

Ана подняла бровь, но потом согласно кивнула. Ей необходимо было посоветоваться с Бубликом, что делать в этой ситуации, а вечером она обязательно скажет Каэру Равеннару всю правду о Жнице.

Глава 32. Госпожа Марта и проклятая кобра

Глава 32. Госпожа Марта и проклятая кобра

День тянулся медленно. Ана до вечера не видел начальника, а перед самым завершением работы он зашел в кабинет вместе с Тирсом, а через полчаса они также вместе удалились.

Каэр бросил на девушку теплый взгляд, улыбнулся и исчез за дверью.

Бублик тоже куда-то запропастился. Ана сначала злилась, потом начала волноваться, а потом снова решила быть злой, потому что так было проще.

— Великолепно, — сказала она пустому кабинету, занося очередной отчет. — Просто прекрасно. Взрослый самостоятельный дракон. И подумаешь, что рана еще до конца не зажила. Нам же надо себя показать во всей красе!

Кабинет молчал и только подозрительно разумный гриб мирно дремал на подоконнике, подложив под щеку кусочек вчерашней булочки.

— Ну и пожалуйста, — буркнула она, доставая из шкафа пальто.

Вечерело, и пока не наступили сумерки, Ане необходимо было добраться до своей квартиры, переодеться, привести себя в порядок и отправляться к Каэру, чтобы провести собеседование.

Как бы ей не хотелось достать серебряные серпы, сегодня она этого делать не собиралась. Каэра больше обманывать не хотелось.

По дороге домой почему-то ее не отпускала мысль, что дракон сегодня отправился в ночной клуб. Какая-то внутренняя тревога поселилась еще утром и не давала ей покоя.

Ана сжала пальцы.

— Нет! Не пойду.

Домой она добралась быстро. Осенний Лиарден пах мокрым камнем, дымом и горячими пирожками из лавки на углу.

На площади Малых часов толпились прохожие. С высокого циферблата башни сыпались серебряные искры — часы отбивали вечерний час. Где-то кричал торговец живыми зонтами, уверяя, что его товар не кусается после заката. По мостовой проехал белый мобиль с гербом одного из драконьих домов.

Ана не замечала почти ничего. Она думала о Каэре. И злилась на себя за это.

В своей маленькой квартире у Старого канала она зажгла лампу, сняла перчатки, поставила чайник и только тогда услышала знакомое сопение.

Ана медленно повернулась.

— Бублик.

Занавеска дрогнула.

— Меня здесь нет, а то, что ты слышишь, это всего лишь ветер!

— Ветер сопит и пахнет булочками?

— Я что виноват, что в Лиардене такая подвижная погода!

Ана подошла к окну и отдернула ткань. На подоконнике сидел маленький белый песик, немного взъерошенный, с виноватым видом и крошкой теста на носу.

— Где ты был весь день?

— В разведке.

— В какой именно булочной проходила разведка?

Бублик оскорбился.

— Между прочим, я занимался делом государственной важности.

Ана скрестила руки на груди.

Бублик выдержал ее взгляд три секунды, потом вздохнул.

— Ладно. Немножко в булочной. Но только чтобы собрать сведения. Люди очень откровенны, когда думают, что рядом просто милый песик.

— А рядом не просто милый песик?

— Рядом великий фамильяр, Следовик и просто красавчик, вынужденный работать под прикрытием из-за отсутствия бюджета на нормальную агентурную сеть.

Ана села на край стола.

— Бублик, Каэр сегодня идет в «Черную Луну».

Песик сразу перестал изображать обиженного. Его взгляд стал серьезным.

— Знаю. Разведка была не бесполезной.

— Ты что-то узнал?

Бублик спрыгнул с подоконника, прошелся по комнате, обнюхал чашку, убедился, что в ней нет ничего вкусного, и только потом посмотрел на Ану.

— Плохо все.

У Аны внутри все сжалось.

— Насколько плохо?

— Если по шкале от «лучше бы просто пожар» до «почему все красивые женщины в этом городе опасны» — где-то между «зови целителей» и «копай могилку».

Ана тихо выругалась. Бублик одобрительно кивнул.

— Ну вот, ты уже начала меня понимать!

— Говори нормально! Я не поняла!

— Хозяйка «Черной Луны» — нагайна.

Ана нахмурилась.

— Нагайна? Это кто?

— Очень красивая гадина.

— Бублик.

— Ну а что? Если коротко: женщина-змея. В человеческом облике — роскошная, обаятельная, вся такая бархат, шелк и змеиная кожа, улыбка, ресницы и «ах, господин Равеннар, какая неожиданная встреча». При обращении — огромная кобра. Ядовитая. Древняя, очень умная и крайне опасная.

Ана медленно поставила чашку на стол.

— Каэр знает?

— Скорее всего, нет.

— Почему?

— Потому что она тщательно скрывает природу. У нее хорошие документы, правильные связи, репутация благотворительницы и обольстительная улыбка. Официально Салмея Рисс — владелица приличного клуба для аристократов.

— Приличный ночной клуб? А такое бывает? — Ана скептически подняла бровь.

Бублик фыркнул.

— Ну, приличного по меркам аристократов. То есть дорого-богато, позолота, все дела. Мебель антиквариатная и трупы прятать умеют, если что.

Ана встала.

— А почему департамент ей не занимается? Каэр же должен знать, он верховный маг все-таки.

— Молодой твой Каэр еще! Голос для приказов звонкий, а опыта маловато. А почему не занимаются. Кто-то прикрывает ее сверху. Понимаешь о чем я? Аристократы…

Ана вдруг побледнела.

— Но ведь он уже там. И он собирается опять идти один!

Бублик закрыл лапками глаза.

— И что эту рептилию в неприятности вечно тянет!!! — и убрав лапы уже серьезным голосом продолжил — боюсь, нашему дракончику она не по зубам.

Увидев, что Ана села на кровать и побледнела еще больше.

— Да ты не переживай. Убить сразу не убьет. Сначала поиграет с ним. Так-то у драконов высокая сопротивляемость, но и кровь их для нее все равно, что сладкое вино…Тоже древняя и сильная.

И удобно усевшись, песик задумчиво продолжил.

— Есть еще одна проблема. Салмея не просто нагайна, она кобра. Ее взгляд, голос, движения, запах — все это позволяет гипнотизировать жертву, заворожить ее, прежде чем ужалить. Жертва сама захочет этого. Сама захочет, чтобы ее поцеловали.

— Поцеловали?

Бублик пожал плечами.

— Ну у нее зубы же. Конечно, чтобы ввести яд с поцелуем. Все просто.

— Он не станет целовать какую-то змею.

— Если она его одурманит, он и не поймет, что делает. Есть и хорошая новость. На Охотников и Следовиков яд не действует, но вот убить она нас вполне может, если начнет сражаться магией.

Ана отвернулась к окну.

За стеклом темнел Старый канал. В воде дрожали фонари, будто город раздваивался: один настоящий, второй — зыбкий, опасный, зеркальный.

— Я не пойду, — сказала она.

Бублик моргнул.

— Что?

— Я не пойду. Я обещала себе. Я не могу опять бежать за ним в маске. Он и так злится на Жницу, а если я снова пойду, не рассказав ему….Нет. Буду ждать.

Бублик хмыкнул, но промолчал. Ана попыталась улыбнулась, но улыбка тут же погасла.

— Нет, Бублик. Сегодня он должен сам разобраться. Он не беспомощный, а я ему не нянька. Я же не могу вечно решать за него, что для него опасно, а что нет.

— Не можешь, — согласился Бублик.

Ана с облегчением посмотрела на него.

— Правда?

— Конечно. Ящер спасется сам. Может быть.

— Бублик, я серьезно!

— Я тоже. Нагайна — не шутка.

Ана провела ладонью по лицу и пробормотала.

— У меня еще собеседование с домработницами в доме Каэра.

— Какой насыщенный день. Утром Департамент, вечером прислуга, ночью спасение дракона от змеиной женщины. Ты уверена, что тебе не нужен отпуск?

— Мне нужен нормальный фамильяр!

Бублик презрительно хмыкнул, подняв глаза куда-то в потолок.

— Что-нибудь реалистичное загадывай!

Ана бросила в него перчатку. Бублик увернулся и довольно завилял хвостом. Девушка и песик вместе рассмеялась.

Через полчаса они уже были в доме Каэра.

Особняк встретил их тишиной и зелеными лампами в холле. Аной овладело необычное чувство. Всего пару недель назад она была обычной секретаршей, на которую начальник если и обращал внимания, то только для того, чтобы как-то поддеть. И вот, она уже знала, где спальня Каэра, обращалась к нему на ты и даже целовалась с драконом целых два раза.

Девушка тяжело вздохнула и отправилась в гостиную, чтобы приготовиться к встрече с домработницами. К восьми пришла первая кандидатка.

Это была круглая женщина с лицом святой мученицы, которая, едва увидев Бублика, перекрестилась каким-то местным жестом и сказала:

— С животными не работаю. Они портят ковры и ауру.

Бублик высунулся из-за кресла.

— А вы портите настроение и воздух, но я же молчу.

Женщина недовольно пожала губы, а Ана кашлянула, возвращаясь к разговору. Кандидатка ушла через четыре минуты, заявив, что в доме темная энергетика, странные собаки и недостаточно уважения к опыту сотрудника.

— Первый блин комом — сказал Бублик, когда дверь за ней закрылась — я бы сам от нее сбежал, а я терплю нашего дракона.

Вторая кандидатка оказалась совсем юной девушкой, которая все время краснела и спрашивала, часто ли господин Равеннар ходит по дому без камзола.

Ана выдержала три вопроса. На четвертом Бублик закашлялся так, будто подавился собственной нравственностью.

— Мы вам напишем, — сказала Ана, сильно злясь на эту жеманную девицу.

— Правда?

— Нет, — честно ответил Бублик. Тут же послышалось рыдание, и девица вылетела за дверь.

— Без комментариев! — тут же остановила пса девушка, глядя как он открыл рот, чтобы отпустить очередную шпильку.

Третья была спокойной, сухощавой женщиной лет пятидесяти, с аккуратно убранными седыми волосами и серьезным взглядом. Она представилась, как госпожа Марта. Всем своим видом домарботница как бы показывала, что уже пережила не одного хозяина и собиралась пережить еще столько же.

Она не удивилась Бублику, не спросила, женат ли Каэр, зато цепко осмотрела кухню, кладовую, прошлась по прачечной и сказала:

— Готовить умею. Стирать умею. В чужие дела не лезу, если эти дела не пачкают пол кровью.

Ана и Бублик переглянулись.

— А если пачкают? — осторожно спросила Ана.

Госпожа Марта пожала плечами.

— Тогда надо знать, чем отмывать — и вдруг добродушно улыбнулась.

Ана и Бублик одновременно выдохнули, поняв, что женщина пошутила.

Бублик торжественно поднялся и чинно произнес:

— Берем.

— Это решает господин Равеннар, — сказала Ана.

— Господин Равеннар сейчас где-то на свидании с коброй и ему точно не до кадровой политики.

Ана протянула руку и чуть дернула его за ухо. Он взвизгнул исключительно для драматического эффекта.

Домработницу это нисколько не удивило. Через полчаса они попрощались, договорившись, что к своим обязанностям госпожа Марта приступит завтра с утра.

Когда дверь закрылась за последней кандидаткой, дом снова стал слишком тихим.

Ана пошла на кухню. Она не собиралась готовить ужин. Просто хотела занять руки. Но в итоге достала овощи, мясо, травы, нашла тяжелую сковороду и через полчаса уже мешала соус, который пах так уютно, что даже Бублик на время перестал комментировать.

— Ты прекрасно готовишь, когда нервничаешь, — сказал он, сидя на стуле. — Может тебя нервировать почаще?

— Я не нервничаю.

— Ты уже почистила морковь на шесть человек.

Ана посмотрела на стол.

Моркови действительно было много.

— Может, он будет голодный.

— Кто? Дракон после клуба с подозрительными танцовщицами?

Ана резко стукнула ложкой по краю кастрюли.

— Бублик.

— Молчу.

Он помолчал ровно семь секунд.

— Но если он все-таки поест у нагайны, я бы не обижался.— Бублик!

— Все. Теперь точно молчу.

Ужин был готов к одиннадцати.

К двенадцати он остыл.

К двум часам ночи Ана уже не находила себе места от беспокойства.

Каэра не было. Кристалл связи тоже молчал.

Бублик лежал на ковре у камина, но не спал. Ана видела, как его уши каждый раз дергаются, когда за окном проезжает мобиль.

— Может, он просто задержался?

— Может.

— Или допрашивает кого-то. Это же не быстро.

— Может и допрашивает.

Ана села на диван и опустила голову. Вдруг уткнула голову в ладошки и заплакала.

— Ну ты чего! Нечего плакать! Все с ним в порядке. Просто задержался. — Бублик тут же оказался рядом и начал утешать хозяйку.

— Я чувствую, что с ним что-то случилось. Метка горит.

Бублик поднял голову.

— Тогда ты знаешь, что делать.

Ана сжала руку.

— Знаю.

Песик сел.

— Наконец-то. Собираемся?

— Сегодня я не буду Жницей.

Он моргнул и тут же удивлено посмотрел на Ану.

— Интересно.

— Я не хочу снова лгать ему. Не хочу появляться в маске. Если я пойду как Жница, это опять будет обман.

Песик задумался, потом осмотрел ее.

— А если ты пойдешь как роковая красотка в красном платье? Тем более, там все ходят в масках. Тебя никто и не узнает.

Еще раз осмотрел девушку.

— Замаскируемся. Как тебе малиновый оттенок для волос и красное платье?

Ана удивленно посмотрела на него?

— У меня нет красного платья.

— У тебя есть я и этого достаточно. Подъем.

Девушка несмело улыбнулась и поднялась.

Бублик заискрился, засиял. Его серебряная магия собралась в длинный жгут и двинулась к Ане, обматывая ее по спирали.

Через несколько минут посреди гостиной Каэра Равеннара стояла настоящая роковая красотка с длинными волнистыми волосами алого оттенка, собранными в необычную прическу. На ней было темно-красное, как дорогое вино, платье. Оно мягко облегало талию, открывало плечи, струилось по бедрам и уходило вниз тяжелыми складками.

— Ух ты! Даже не ожидал, что так получится!

Ана подтянула ткань на груди.

— Оно слишком…

— Красивое.

— Заметное.

— Ты идешь в ночной клуб. Туда не приходят в халате и с бубликами на голове! Ты же не хочешь, чтобы тебя выставили раньше времени.

Ана повернулась боком.

— Я выгляжу странно.

— Ты выглядишь так, что Каэр слюной подавится, как увидит.

Она покраснела.

— Не говори так.

— А что? Может, хоть молчать научится.

Бублик спрыгнул с пуфа и коснулся лапой края платья. По ткани прошла слабая серебристая дрожь. Цвет стал глубже, складки легли мягче.

Он обошел ее кругом, нахмурился, потом щелкнул зубами. На лице Аны появилась тонкая красная маска, больше похожая на кружево, чем на настоящую маскировку.

— Он меня прибьет, если узнает… — тяжело вздохнула Ана.

— Сейчас главное, чтобы его не прибили — пробурчал песик.

Ана не нашлась что ответить.

Глава 33. Роковая красотка

Глава 33. Роковая красотка

Через час она стояла перед входом в «Черную Луну».

Клуб выглядел красиво и опасно. Черный фасад блестел после недавнего дождя. Серебряный полумесяц на вывеске медленно поворачивался вокруг своей оси. У дверей стояли двое швейцаров в темно-зеленой форме, а над входом дрожала тонкая магическая завеса не позволяющая проходить внутрь всем.

Бублик устроился в ее маленькой сумочке, уменьшившись настолько, что теперь больше напоминал пушистый снежок с глазами и теперь внимательно следил от туда за всем происходящим вокруг.

Швейцар оглядел ее с ног до головы и поклонился.

— Госпожа?

Ана улыбнулась так, как, по ее мнению, улыбались роковые женщины.

— Я к госпоже Рисс. Мы договаривались о встрече.

Швейцар даже не стал задавать вопросы, лишь тоже улыбнулся в ответ и просто открыл дверь.

Ану тут же окатила волна горячего воздуха. Внутри было жарко, душно и красиво до тошноты.

Музыка текла по залу густой темной рекой. Под потолком плавали светящиеся сферы. На сцене танцовщицы кружились в полупрозрачных покрывалах, поддерживаемых только тонкими золотыми цепочками.

В ложах и за столиками сидели люди и смотрели на девушек, то и дело отхлебывая из хрустальных бокалов что-то светящееся и живое. Кто-то скрывал лицо маской, а кто-то сидел с открытым лицом, совершенно не опасаясь последствий.

Ана остановилась на верхней ступеньке. Сердце застучало слишком быстро. Метка задрожала, нагрелась. Связь натянулась, значит, Каэр был где-то поблизости.

Ана медленно спустилась в зал. Ее заметили. Мужчины поворачивали головы, женщины оценивали, кто она и стоит ли ненавидеть ее заранее. Один седой аристократ расплылся в пьяной ухмылке и попытался преградить ей путь с бокалом вина, но Ана так посмотрела на него, что он остался стоять на месте и растеряно хлопать глазами.

Бублик одобрительно шепнул:

— Хороший взгляд. Даже зубы мне показывать не пришлось. Надо перед зеркалом тебе его будет отрепетировать.

Девушка хотела что-то ответить, но тут увидела своего начальника. Он стоял у дальней ложи, рядом с хозяйкой клуба.

Салмея Рисс действительно была невероятно красива. Той опасной, выверенной красотой, которая сразу привлекает внимание: темные гладкие волосы, золотистая кожа, черное платье, обнаженные плечи, тонкие запястья, загадочная улыбка. От нее будто исходило тепло — мягкое, убаюкивающее и слишком сладкое.

И Каэр смотрел на нее. Не так, как смотрел обычно, а каким-то мутным, осоловевшим взглядом.

Салмея что-то сказала. Каэр наклонился ближе. Женщина подняла руку, провела пальцами по его груди.

Ана почувствовала, как внутри поднимается горячая волна злости.

— Спокойно, — прошептал Бублик.

— Я спокойна.

— Меня тут чуть в сумочке не опалило! Спокойна она!

Ана не отрывала взгляд от странной пары. Салмея улыбнулась. Каэр поднял ее руку и поцеловал пальцы.

Ана перестала дышать.

— Он целует ей руку.

— Дракон одурманен. Я же говорил!

— Он. Целует. Ей. Руку.

— Ана, я вижу, но он не понимает, что делает. Не сердись на него.

— Я не сержусь.

— Вижу.

Салмея еще ближе потянулась к дракону. Прижалась к нему. Руки Каэра скользнули ей на талию.

Ее губы что-то шепнули почти у самого его рта.

Каэр не отстранился.

Ана сначала просто стояла, тяжело дышала. Потом посчитала до десяти, а потом быстро пошла вперед что-то бормоча про гадину и про случайно оторванный хвост.

Нагайна почувствовала ее приближение и повернула голову. Победно улыбнулась. Каэр стоял рядом, словно живая безвольная кукла. Салмея собственнически положила ладонь ему на грудь.

Ана остановилась в двух шагах.

— Добрый вечер, — сказала она.

Голос прозвучал спокойно, хотя внутри у девушки все кипело. Салмея приподняла бровь.

—Мы знакомы?

— Пока нет, но я намеренна это исправить.

Услышав ее голос, Каэр вдруг нахмурился и заморгал. Нагайна заметила это и злобно прищурилась.

— От вас пахнет псиной, милочка, а у нас приличное заведение. Пожалуй, вам лучше уйти.

Бублик оскорблено дернулся и как пружина выскочил из сумочки.

— А от тебя коброй, древней, как… В общем, очень древней! Я же молчу!

Улыбка сошла с лица женщины, и вдруг появились какое-то змеиные черты. Она вдруг вся как-то зашаталась, замерцала и уставилась на Ану.

В голове девушки вдруг зазвучал тихий манящий голос:

— Развернись и покинь клуб. Покинь клуб…

Каэр резко моргнул и очнулся.

— Что здесь происходит? — выдохнул он едва слышно.

У Аны дрогнуло сердце, глядя на его растерянный вид, но Салмея тут же подняла руку и коснулась его подбородка.

— Не отвлекайся, дорогой.

Дорогой. Ана посмотрела на ее пальцы. Потом на Каэра, глаза которого вновь покрылись поволокой. Потом снова на Салмею.

— Руку убрала от него! А то я тебе ее сломаю.

Нагайна растеряно уставилась на девушку.

— Ты же должна быть под гипнозом!

Снова высунулся Бублик и злобно захихикал.

— Что, хвост затупился, гадина?!

— Этого не может быть! — Салмея отступила назад, на миг забыв про Каэра.

Каэр вновь резко вдохнул. Его взгляд на миг прояснился.

— Что?…

Глава 34. Танец в маске

Глава 34. Танец в маске

Ана стояла напротив Салмеи Рисс и Каэра Равеннара, чувствуя, как под красной перчаткой горит метка. Она вдруг оглянулась и поняла, что весь тоже внимательно наблюдает за ними. Привлекать внимание сейчас было никак нельзя.

Ана широко улыбнулась и протянула руку магу.

— Господин Равеннар, — произнесла она, вкладывая в голос всю уверенность, которой у нее на самом деле не было. — Потанцуете со мной?

Салмея вновь выступила вперед и не дала ему ответить.

— Боюсь, господин Равеннар занят. Тем более, он, кажется, возражает.

Девушка перевела взгляд на Каэра, но мужчина молчал. Метка вспыхнула болью. Тогда Ана сделала шаг ближе. Салмея напряглась, но не отступила.

— Каэр, — сказала Ана тихо.

Он едва заметно вздрогнул, но Салмея тут же повернула его лицо к себе.

— Дорогой, не слушай. Здесь слишком много шума.

Дорогой.

Ана почувствовала, как внутри нее голову подняла очень недовольная женщина.

Она резко взяла Каэра за левую руку и дернула на себя. Салмея зашипела, но уже ничего не могла сделать. Ана стянула с руки перчатку и прикоснулась своим запястьем к его. Метки сложились и засветились серебряно-зеленым светом.

— Истинная! Этого не бывало уже тысячи лет!

Салмея зашипела и отступила к занавесу. Каэр резко вдохнул, будто его вытащили из глубокой воды. Его пальцы сжались на ее руке. Зал вокруг качнулся, музыка стала громче.

Он не пришел в себя полностью. Но откликнулся. Ана почувствовала это всем телом.

Салмея обнажила зубы. На долю секунды вместо красивой женщины опять промелькнуло нечто. Ана успела увидеть холодные черные глаза, раздвоенный блеск языка, тень капюшона, похожую на раскрытый змеиный воротник.

Ана потянула Каэра за руку, как бы подталкивая к танцу. Он нахмурился, а потом вдруг сам притянул девушку к себе.

Музыка подхватила их и Ана позволила ему вести. Зазвучала красивая музыка и почему-то в голове у девушки всплыло воспоминание.

Еще на Земле они с Эль ходили в кино на фильм «Последняя маска Зорро», где и звучала эта ритмичная, но в то же время страстная и очень живая музыка. Ана не успела этому удивиться, потому что танец ее захватил с первых аккордов.

Первые круги. Первые повороты. Юбка ее платья раскрывалась темно-красным цветком. Разрез мелькал при каждом шаге, открывая чулок и тонкую серебряную застежку на бедре. Несколько мужчин в зале явно забыли, зачем пришли. Одна дама уронила веер.

Они сделали поворот, и Ана на мгновение оказалась спиной к залу, а Каэр — лицом к ней. Зелень в его взгляде уже начала проступать сквозь туман.

— Глаза, — сказал он — ваши глаза мне знакомы.

У Аны дрогнуло сердце. Каэр сжал пальцы на ее талии.

— Кто вы?

Девушка промолчала. Второй круг танца пошел уже иначе. Быстрее, ближе друг к другу.

Он начал вести увереннее. Туман сходил с него слоями. Ана чувствовала, как под ее ладонью возвращается напряжение его мышц, как выравнивается дыхание, как пальцы на ее руке становятся не безвольными, а живыми и горячими.

Девушка откинулась назад, и тут же его голова склонился прямо к глубокому вырезу на груди. Она почувствовала его горячее дыхание и закрыла на мгновение глаза.

Музыка поднялась выше. В зале расступались, давая им место.

Он снова сделал поворот, резче, чем требовал танец. Ана прижалась к нему ближе. Еще поворот, прикосновение ладоней, вновь объятия. На мгновение между ними не осталось почти ничего: только дыхание, музыка и метки, горящие на запястьях.

Каэр замер на долю секунды.

— Мята, — сказал он.

Ана похолодела.

— Что?

— От вас пахнет мятой.

— В клубе подают коктейли.

— Кто вы?

Она улыбнулась, но снова промолчала. Музыка пошла к финалу.

Последний круг. Последний поворот. Каэр уже почти полностью пришел в себя. Ана чувствовала это, но не подавала вида.

Салмея и гости клуба пристально смотрели на них. Нужно было быть осторожными, потому что человек в сером плаще мог быть где-то неподалеку и только он что-то знал об Эль.

Вдруг что-то вспыхнуло внутри, Ана поднялась на носки и поцеловала дракона. Всего лишь на миг прижалась губами к его губам. Дракон закаменел и резко выдохнул. Руки сжались на ее талии. Глаза позеленели и засветились. Гипноз рассеялся окончательно.

Танец закончился, и все вновь занялись своими напитками и спутниками. Маг отодвинул ее.

— Жница…

Ана прикрыла глаза.

— Добро пожаловать обратно, господин Равеннар.

Каэр сморгнул. Оглядел зал, потом посмотрел на нее. На свое запястье.

— Почему я танцую в ночном клубе, да еще и с тобой?

— Потому что я вас очень убедительно пригласила.

— А почему я тебя решил вдргу поцеловать?

— Технически это я вас поцеловала. Могла, конечно, прописать «двоечку», но, боюсь, это бы не помогло.

— Зачем? — Каэр начинал злиться.

— Чтобы избавиться от гипноза. Салмея нагайна и ядовитая кобра. И, кажется, сейчас у нее гости.

Маг бросил взгляд в сторону. У дальней зеркальной арки стояла Салмея, а рядом с ней появился человек в сером плаще. Под капюшоном клубилась тьма.

Они говорили быстро. Салмея была зла. Серый человек — спокоен. Он слегка коснулся браслета на запястье, потом кивнул на боковой коридор. И оба исчезли за зеркальной аркой.

— Проклятье, — сказал Каэр.

Ана уже бежала, путаясь в платье.

— Стоять! — рявкнул он.

Она, разумеется, не остановилась.

— Почему никто никогда не стоит?! — выкрикнул Каэр и бросился следом.

Зеркальная арка вела не в общий коридор, а в узкий проход с черными стенами. Музыка осталась позади, раздалось странное эхо. Ана чертыхнулась. Красное платье мешало бежать, но не настолько, чтобы остановить разъяренную женщину.

— Жница! — Каэр нагнал ее почти сразу. — Назад!

— Щас прям!

— Я сказал назад!

— А я сказала, нет!

В этот момент из боковых ниш вылетели тени. Тонкие фигуры в серых масках, с руками, похожими на длинные острые лезвия. Они двигались рывками, будто их дергали за невидимые нити. У каждого на груди блестел осколок зеркала.

— Зеркальные пустыши, — Каэр вскинул руку.

Зеленый огонь ударил в первую тень и швырнул ее в стену. Зеркальный осколок треснул, фигура осыпалась черным прахом.

Ана сорвала с лица клубную маску.

Под ней тут же легла другая — черная, тонкая, охотничья. Красное платье дрогнуло, собираясь выше, становясь удобнее, чернея, а в ее руках вспыхнули два серебряных серпа.

Каэр увидел это.

— Вы еще и переодеваетесь по ходу драки?

— Завидуете?

— Нет!

— Тогда не отвлекайтесь!

Они ударили одновременно. И это было почти красиво. Каэр — сила, зеленое пламя, драконья злость, точные разрушительные плетения.

Ана — скорость, серебряные дуги серпов, шаг в сторону, разворот, удар по зеркальному осколку, исчезновение из-под лезвия, снова удар.

Последнюю тень Каэр прибил к стене зеленым огненным шаром, а Ана одним ударом серпа разбила зеркальный осколок у нее на груди.

На все ушло не больше минуты, но преступники уже добрались до конца черного туннеля. Послышалось, как впереди хлопнула дверь.

— Они уходят, — сказала Ана и снова бросилась вперед.

— Жница!

— Да что уже?! — она была недовольна.

— Не ходи, я справлюсь. Там опасно. — Каэр попытался удержать ее за локоть, но девушка вырвалась и быстро кинулась вперед.

Каэр снова выругался и побежал за ней. Салмею они увидели у черного выхода. Серый человек стоял рядом. Его браслет вспыхнул.

Ана метнула серп. Он ударился уже о дверную раму, сорвав кусок дерева и серебряный знак.

Серый человек исчез. Салмея отступила в переулок и бросилась в темноту. Ана подхватила серп и кинулась за ней. Следом слышались тяжелые шаги и дыхание дракона.

— Вам бы спортом заняться, господин Равеннар. — насмешливо крикнула Ана.

— Да я точно быстрее бегаю! — и маг ускорившись, почти догнал Жницу.

Они вылетели на улицу. Ночной Лиарден был мокрым, блестящим и почти пустым. Салмея бежала впереди — слишком быстро для женщины в длинном платье. Тень огромной кобры скользила по стенам рядом с ней, хотя сама она оставалась в человеческом облике.

Вдруг она свернула к низкому каменному зданию без вывески. Дверь перед ней распахнулась сама. Нагайна исчезла внутри.

Ана была на пороге уже через миг. Каэр как раз успел схватить ее за плечо.

— Стой.

— Она там.

— Именно поэтому стой. Это ловушка.

— Я знаю.

— И все равно пойдешь?

Ана посмотрела на него через черную маску. Видно было, как она усмехается. Каэр сжал челюсти.

— Проклятье, — и пошел вперед, задвинув ее за свою спину.

Глава 35. Признание

Глава 35. Признание

Друзья, если вы оказались на этой странице, значит, разлом открылся правильно. Устраивайтесь удобнее: дракона можно гладить только мысленно, Жнице лучше не перечить, а Бублику желательно сразу отдать печенье. Так безопаснее для всех участников процесса.

Лайкните главу, а то магический замок заржавеет, дверь захлопнется, и придётся вызывать верховного мага. А он опять будет недоволен.

Внутри было темно. Помещение походило на старую контору или склад: высокий потолок, пустые полки, пыльные ящики, разбитые зеркала у стен.

Дверь за спиной резко захлопнулась. Окна вспыхнули золотым светом. По стенам побежали змеиные письмена.

— Не хочу никого расстраивать, но нас закрыли.

Каэр медленно повернулся к Ане.

— Замечательно. Только не начинайте!

— Что не начинать! Я же говорил, что ловушка!

— Между прочим, я спасла вас от нагайны и ее гипноза. А то целоваться с коброй так себе радость.

Каэр возмущенно засопел, и продолжил:

— Ты сорвала операцию!

— Кто бы говорил! Сам стоял там, как статуя и со змеюкой зажимался!

— Я бы справился! И что значит, зажимался! Я под гипнозом был, сама сказала!

— Вы с ней почти целовались.

— Ревнуешь?

Этот вопрос вдруг заставил Ану замолчать. Она действительно ревновала. И сильно ревновала. Поэтому, она просто отошла к окну и устала возле него.

Каэр пожал плечами, прошелся по помещению, проверяя стены, двери, окна. Магия на его пальцах вспыхивала и гасла. Заперто было крепко.

Он повернулся к ней. В темном помещении его глаза светились зеленью. Каэр вдруг прищурился.

— А вообще, нас удачно заперли. Теперь мне не придется за тобой бегать и я, наконец-то узнаю, кто у нас скрывается под маской Жницы. Сама снимешь?

Ана повернулась к нему лицом. Он шагнул ближе.

— Ты моя истинная и пора с этим что-то делать.

— Да что тут сделаешь! Следовик сказала, что избавиться от метки невозможно.

Он остановился в нескольких шагах.

— Я люблю другую женщину, не тебя.

Ана почувствовала, как сердце больно дернулось.

— Знаю, — сказала она. — У вас есть невеста Грисилла Принц.

— Не знаете. Я люблю другую женщину, а не Грисиллу. И никакая метка не сможет разлучить меня с ней. Я этого не хочу и смогу противостоять физическому притяжению непонятного происхождения. Если надо, то переверну все архивы, но найду, как удалить ее.

— А я, по-вашему, хочу? — Ана, вдруг разозлилась, не отдавая отчет, что ревнует-то дракона она к самой себе.

— Тогда снимите маску и скажите, кто вы. Попробуем разобраться с этой проблемой вместе.

— Да что вам даст моя личность и моя внешность?! Метка у меня на руке, если что! — Ана демонстративно дернула вверх руку.

— Чтобы я мог найти способ разорвать это. Прекратить нашу нелепую и вынужденную связь! Возможно, причина в вашей крови или в вашем происхождении!

Каэр говорил жестко. Зло. Не потому, что хотел ранить. Потому что был загнан в ловушку рядом с женщиной, которую считал чужой.

— Вы уже пытались? — вдруг спросила она.

Он отвел взгляд. Этого хватило. Ана усмехнулась.

— Понятно.

— Сегодня пытался. Не получилось…Я так ничего и не сказал девушке, которую люблю об этом, потому что, она скажет, что я теперь принадлежу другой и она не сможет быть со мной вместе.

— Если любит, по-настоящему, то сможет. Если вы любите ее на самом деле, то расскажете.

— Ты ее совсем не знаешь и меня тоже не знаешь, чтобы говорить такие вещи.

Ана громко рассмеялась.

— Я все про вас знаю, господин Равеннар. Вы каждое утро входите в кабинет с недовольным лицом. Будто уже было совершено с десяток преступлений и все раскрыть не выйдет.

Вы пьете кофе, пока он горячий, но забываете про него, если читаете дело. Вы беситесь, когда отчеты кладут не по алфавиту, но сами оставляете книги раскрытыми. Вы делаете вид, что вас не волнуют люди, а потом лично проверяете, дошел ли до дома младший писец после ночного дежурства.

Пока она говорила, Каэр менялся в лице. Он прищурился и начал внимательно осматривать Жницу. Остановился на ее лице, волосах, перешел на губы и, наконец, уставился в глаза.

Вдруг вкрадчиво спросил:

— И откуда ты все это знаешь?

Ана поняла, что сказала слишком много, а дракон продолжил:

— От тебя пахнет мятой и бумагой. У тебя иногда знакомый, очень знакомый голос. Эти розовые волосы, которые явно просятся заплестись в косы, а какие глаза. Именно тот самый серый оттенок.

Ана закрыла глаза, но Каэр не замолкал.

— А еще у тебя белый Следовик, который мне кого-то сильно напоминает.

Его глаза сузились. Ана отступила.

— Каэр…

Зрачки у дракона стали вертикальными. Он был зол.

— И мое имя так произносит лишь она! — рявкнул он.

— Сними маску.

Он двинулся к ней, Ана вновь отступила, но было поздно. В следующий миг девушка оказалась прижатой к каменной стене.

Одна его рука стальным захватом удерживала ее запястья над головой, другая легла рядом с ее лицом. Он тяжело дышал. В зеленых глазах кипели злость, подозрение и что-то еще — почти страх. Страх разочарования. Он сам боялся увидеть под маской любимое лицо и все же надеялся на это.

Ана стояла неподвижно. Маска все еще была на ней.

— Я… — прошептала она. — Каэр, я хотела…

Его лицо изменилось. Потому что она сказала это уже своим обычным голосом. Каэр потянулся к маске и резко дернул ее.

Девушка тихо всхлипнула.

— Я хотела сказать. Прости…

Повисла тишина. Дракон стоял и пристально разглядывал знакомые серые глаза без очков. Сейчас они были испуганными. Губы девушки дрожали.

Без маски Ана стала просто собой. Его Аной, его секретаршей. Женщина, которую он любил и женщина, которая три года водила его за нос.

Мужчина смотрел на нее так, будто мир только что перевернулся и рухнул.

— Каэр…

— Нет.

— Я, правда, хотела…

Пожалуйста, сейчас молчи.

Девушка замолчала. Еще несколько секунд Равеннар рассматривал ее, а потом отпустил и сам отступил назад, отвернулся и зарылся рукой в волосы.

— Когда? После того как я надену на тебя наручники? Или после того как ты снова исчезнешь через окно?

В ее глазах было столько страха, что злость на миг захлебнулась.

— Я боялась.

— Меня?

— Того, что ты возненавидишь меня.

Каэр резко отпустил руки и отошел к окну. Остановился там и молчал. Вдруг резко подтянул манжет левой руки. Метка сияла очень ярко.

Ана сидела и смотрела на свой рисунок. Видно было, что она очень расстроена.

Каэр чертыхнулся, подошел и сел рядом с ней у стены.

— Значит ты моя истинная. Странно, что все три года метка не появлялась.

— Как сказал Бублик, меня защищала магия Охоты, прятала.

Дракон покосился на девушку. Сейчас он чувствовал себя как-то необычно. С одной стороны это была Ана, а с другой, смелая женщина, способная одним ударом серпа отсечь голову убийце.

— Белый волк, легендарный Следовик и Бублик — один и тот же фамильяр.

Ана слабо улыбнулась и кивнула. В ответ послушался стон и легкий удар затылком о стену.

— Ответь мне только на один вопрос. Зачем тебе это все понадобилось? Зачем нужно было устраиваться ко мне секретаршей и скрываться все это время? Из-за доступа к документам или были еще какие-то причины?

Девушка потупилась, потом кивнула. Вздохнула и уже заговорила.

— Я не отсюда. Я попала сюда с Земли. Хотела найти свою старшую сестру Эль, которую восемь лет назад похитил маньяк, который сейчас похищает девушек здесь.

И Ана начала рассказывать Каэру свою историю. Дракон слушал и в груди расправлялось что-то от облегчения. Нет, она оставалась все той же Жницей, но больше не была вне закона. Скрываться тоже были причины. Главное, что она жива, что его истинная именно Ана, и что маньяк не добрался до нее самой.

Все это мелькало в голове мужчины, пока он слушал ее, сидя на полу. И от этого хотелось и начать целовать ее, и отшлепать, и запереть в самой защищенной комнате Лиардена, предварительно вынеся из нее окна, зеркала, серпы и Бублика. Особенно Бублика.

Девушка замолчала, закончив свой рассказ. Они посидели еще какое-то время, но пора было выбираться отсюда.

— Вставай, — сказал он.

Ана осторожно поднялась.

— Ты меня арестуешь?

— Нет.

Она моргнула.

— Нет?

— Не радуйся. Я еще не решил, что именно с тобой сделаю.

— Звучит тревожно.

— И должно!

Ана покраснела, а Каэр отвернулся к зеркальной двери и начал создавать какие-то сложные магические плетения. Оглянувшись на девушку через плечо, с усмешкой пояснил.

— Все же, я Верховный маг. И да, я не хвастаюсь, опережая твой вопрос, а только констатирую факт.

Плетение было готово. Светящаяся сетка легла на дверь, стянулась, начала сиять сильнее. Раздался хлопок и дверь разнесло на мелкие части.

Каэр взял Ану за руку и потянул на улицу. Молча они добрались до знакомого мобиля, припаркованного в переулке.

Красное платье вернулось назад и теперь казалось слишком ярким для этой обстановки. Каэр также молча накинул ей на плечи плащ, заметив, что девушка дрожит, и усадил на переднее сиденье.

Молчали, пока мобиль несся по ночному Лиардену.

— Каэр, — не выдержала Ана.

— Ничего не говори. Я все еще слишком злюсь на тебя.

— Ты даже не знаешь, что я хочу сказать.

— Знаю. «Прости». «Я боялась». «Я хотела сказать». «Не сердись». «Бублик не виноват, это все я». Или все же, виноват?

Ана поджала губы.

— Последнее я не собиралась говорить — она вздохнула. — Куда мы едем?

— Ко мне.

— Зачем?

Каэр некоторое время молчал и Ана уже решила, что он не будет отвечать на ее вопрос, но, наконец повернул голову.

— Потому что с этого дня ты живешь у меня.

Ана уставилась на него.

— Что?

— Ты моя истинная.

— И?

— Ты плохая секретарша, раз не знаешь самых простых законов нашего государства. Метка истинности между драконом и женщиной признается основанием для немедленного объявления брачной связи.

— Что?

— Фактически, ты теперь моя жена.

— Прости, что?!

— Ты слышала.

— Я не соглашалась! И я не переезжаю к тебе только потому, что у тебя взыграли драконьи инстинкты.

— А я не соглашался три года быть дураком в собственном департаменте. И переезжаешь! Сегодня день открытий для всех, дорогая госпожа Равеннар! Поздравляю! — рявкнул он.

— Но ты же не собирался жить с Жницей…

— Не собирался, а с тобой собираюсь!

Она посмотрела на него несколько долгих секунд и отвернулась к окну. Несмотря на ситуацию, на душе стало заметно легче. Теперь Каэр все знал и не придется больше его обманывать.

«Госпожа Равеннар» — проговорила она про себя и тихонько улыбнулась.

Глава 36. Госпожа Равеннар

Глава 36. Госпожа Равеннар

В доме Каэра все было тихо. В холе все также горели лампы, а на резных перилах красовались рельефные драконы.

Бублик, уже в форме белого волка встретил их у подножия лестницы.

— Так, — сказал он. — По лицам вижу: либо свадьба, либо катастрофа.

Каэр кинул взгляд на волка и прошел мимо.

— Наш дракон сильно разозлился?

Бублик громко прошептал Ане и та нервно кивнула. Каэр резко развернулся и уставился на Бублика.

— Еще одно слово и я не посмотрю, что ты ее Следовик!

Бублик мгновенно превратился в красивого песика и выставил перед собой лапки.

— Предупреждаю: я маленький, пушистый, социально значимый и нравлюсь читателям.

— Каким еще читателям? — устало спросила Ана.

— Потом объясню.

Каэр закрыл глаза, развернулся и снова потянул Ану за собой. Он провел девушку на второй этаж и открыл дверь в соседнюю от своей спальни комнату.

Она была большая, светлая, с камином и широким окном и тяжелыми шторами цвета красного вина. На столике уже горела лампа, хотя Ана была уверена, что никто ее не зажигал. Дом Каэра иногда вел себя так, будто все знал заранее.

Каэр остановился у двери, не решаясь войти внутрь.

— Здесь ты будешь спать сегодня.

Она снова покраснела. Он тоже понял, как это прозвучало, и на мгновение отвел взгляд.

Ана сжала край плаща.

— Я хотела рассказать, Каэр. Правда. Но каждый раз… не выходило. Да и что бы я сказала. «Знаете, господин Равеннар, это я три года портила вам статистику раскрываемости. Позвольте представиться, Жница!».

Он слабо усмехнулся. Совсем чуть-чуть, но она заметила.

— Я бы немного позлился, но точно бы тебя выслушал. — Сказал он.

— Все. Ложись спать. Сегодня был тяжелый день, а завтра поговорим.

— Каэр…

— Завтра.

И ушел. Ана осталась стоять посреди комнаты в красном платье, с его плащом на плечах. Бублик материализовался в воздухе и тут же запрыгнул на кровать.

— Ну, в целом могло быть хуже.

Ана повернулась к нему.

— Хуже?

Она сняла плащ, аккуратно положила его на кресло, потом села на край кровати.

— Он очень обижен и зол, хотя и делает вид, что все не совсем так.

— Конечно, он же дракон и просто мужик, а у них инстинкты.

Ана провела пальцами по метке.

— Я не знаю, что теперь делать. Он сказал, что я теперь его жена.

Бублик свернулся клубком у подушки и сонно пробормотал

— Поздравляю, я и не сомневался. Все, спать. Иногда это единственное действие, которое не портит ситуацию.

Она попыталась засмеяться, но вместо смеха вышел дрожащий выдох.

Прошел час. Было слышно, как на башне часы пробили три.

Ана не спала.

Она лежала на чужой широкой кровати, под тяжелым покрывалом и слушала, как в камине потрескивают угли.

За стеной находился мужчина, который несколько часов назад сдернул с нее маску Жницы, узнал правду и заявил, что теперь она его жена и ушел. Просто повернулся и ушел.

Раздумывая о случившемся, Ана автоматически сделала себе в голове пометку, что с законами Лиардена нужно было срочно внимательно ознакомиться.

— Просто замечательно, — прошептала она в темноту. — Легла спать секретаршей, проснулась почти замужней женщиной. Ну а что! Очень удобно. Никаких хлопот, платьев, гостей, нормального предложения…

Откуда-то из кресла донесся сонный голос Бублика:

— И первой брачной ночи, между прочим, тоже!

Ана приподнялась на локте и фыркнула.

— Не подслушивай! Ты спать собирался. И про брачную ночь я ничего не говорила даже.

Белый песик тяжело вздохнул и высунул мордочку из пледа.

— Ана, ты уже полчаса ворочаешься и не даешь мне уснуть! Не говорила, но думала. И я это чувствую.

Она села и обняла колени.

— Я не знаю, что делать.

— Не знай. Само разрулится. Я сторонник простых решений.

Ана посмотрела на дверь. За ней был коридор. За коридором — дверь Каэра. Совсем рядом. Ее дыхание стало чаще.

Она не знала, спит ли он. Наверняка, нет. Он злился и она это понимала. Что же, имел право.

Три года она сидела у него под носом. Носила отчеты. Не спорила. Не возмущалась. Делала вид, что ничего совсем не интересуется Жницей. А сама по ночам надевала маску, вытаскивала серпы и шла рубить головы местным бандитам.

Но и он тоже был виноват! Вел себя, как последний… Все время ворчал, считал минуты, искал, что бы такого придумать, чтобы сделать ей выговор.

— Может мне самой к нему пойти?

Бублик помолчал. Потом сказал очень серьезно:

— Иди.

Она опустила руки.

— А если он не захочет меня видеть?

— Каэр Равеннар не захочет тебя видеть? Два раз ха! Да он сейчас лежит в своей постели с кислой миной и мечтает оказаться рядом с тобой. Уверен и могу даже поспорить на огромную коробку булочек, но не буду.

Ана невольно улыбнулась, но тут же снова посмотрела на дверь.

— А если я все испорчу?

Бублик выбрался из кресла, подошел к кровати и положил подбородок ей на колено.

— Ана, вы с Каэром за последние сутки успели поссориться, подраться, потанцевать в ночном клубе, сбежать от кобры, попасть в ловушку, раскрыть Жницу, пожениться. Не думаю, что один честный разговор станет самым опасным пунктом списка.

Она провела пальцами по его мягкой шерсти.

— Спасибо!

Потом встала. На ней была длинная рубашка, а чтобы не смущать дракона, она завернулась в плед.

Несколько секунд она стояла босиком у кровати, пытаясь набраться смелости, потом подошла к двери, взялась за ручку, выдохнула и резко распахнула.

Каэр стоял на пороге.

Она вздрогнула и он тоже. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Каэр был в темных брюках и белой рубашке с расстегнутым воротом. Волосы чуть растрепались, лицо было бледным, а глаза — тревожными.

— Я… — начал он.

— Я… — одновременно сказала Ана.

Они замолчали.

Из комнаты донесся шепот Бублика:

— Великолепно. Продолжайте. Диалог уже захватывает.

Каэр медленно перевел взгляд за ее плечо.

— Он здесь?

— Угу — девушка тоже оглянулась — Бублик.

— Да ухожу я, ухожу! Я не помеха семейному счастью. Конечно, мог бы пару дельных советов дать, но это завтра. Сегодня сами справляйтесь.

Песик с достоинством прошел мимо них в коридор. Остановился, посмотрел на Каэра, потом на Ану и тяжело вздохнул.

— Только не поубивайте друг друга, очень вас прошу!

— Бублик! — Раздался одновременный крик.

Но песика уже не было. Он просто взял и как всегда растворился в воздухе.

Ана и Каэр остались одни. Мужчина сделал вдох.

— Ана, я не смог уснуть. Все думал о тебе, о нас. О том, что вообще случилось.

— Я тоже! Думала о нас — девушка шагнула ему навстречу.

Он едва заметно улыбнулся, а потом стал серьезным.

— Ты хочешь быть со мной? Не как Жница. Не как моя секретарша. Не как истинная, которую выбрала метка. Не потому что я могу помочь найти Эль. И не потому что по закону ты теперь моя жена. Просто быть со мной, как девушка, которой я не безразличен.

Она тихо выдохнула.

Он шагнул еще ближе. Взял за плечи.

— Я помогу тебе найти сестру. Клянусь. Мы поймаем того, кто это сделал. Я сделаю все, что смогу, и даже больше. Но мне нужно знать другое.

Голос у него стал ниже.

— Ты любишь меня?

Ана смотрела на него и вдруг поняла, что больше не боится ответа. Боится только не сказать его вовремя.

Она сделала последний шаг и прижалась к нему.

Каэр замер, будто не ожидал этого. Ана обняла его за талию, уткнулась лбом ему в грудь и закрыла глаза.

— Я люблю тебя Каэр Равеннар. Очень люблю.

Он резко выдохнул.

— Ана…

— Люблю, — повторила она тише. — Не из-за Эль. Не из-за метки. Не потому что ты дракон, начальник и верховный маг. Просто люблю.

Его руки легли ей на спину, погладили. Крепко прижали.

— Я тебя тоже люблю, — сказал он. — Иногда даже сам себя боюсь. Боюсь сделать тебе как-то больно из-за того, что я дракон.

Он обнимал ее, гладил по спине, а потом чуть отодвинул и спросил:

— Ты согласна быть моей женой?

— Если честно, то я еще и невестой не была ни разу, но зато сегодня вдруг стала замужней дамой.

Каэр усмехнулся.

— Да, у нас с тобой все выходит не очень правильно, но, как бы сказал твой фамильяр, зато не скучно. Так ты согласна стать госпожой Равеннар?

Она улыбнулась.

—Согласна.

Глаза мужчины вспыхнули огнем, и он обнял ее так сильно, что дышать стало почти не возможно.

— Я больше не сбегу, — прошептала она.

Он пристально посмотрел на нее, а потом наклонился и поцеловал ее.

Сначала почти осторожно, будто еще спрашивал разрешения. А потом Ана ответила и он сорвался. Застонал и впился в столь желанные губы своими. Его горячий язык скользнул внутрь, нашел ее язык, погладил. Через секунду он подхватил девушку на руки, не прекращая целовать, и понес по коридору.

Дверь в его спальню была открыта. С сожалением разорвав поцелуй, Каэр опустил ее на кровать и лег рядом. Он почувствовал, как тело девушки дрожит от предвкушения. Видел, как пульсирует метка.

Каэр нежно провел кончиками пальцев по ее щеке, потом по чуть влажным губам, которых только что касался.

— Если ты передумаешь…

— Не передумаю.

Он замер на мгновение, глядя ей в глаза. Потом снова поцеловал. Ана потянулась к нему. Ее пальцы зарылись в жесткие, чуть волнистые волосы. Девушка втянула запах любимого мужчины, от которого у нее кружилась голова.

Каждое его прикосновение, каждая ласка дарили невероятные ощущения. Ана не помнила, когда он успел стянуть с нее рубашку. Ощутила лишь прохладу на своей коже, которую тут же заменили мужские губы.

Он нежно целовал и ласкал ее грудь, прикасался к соскам, дразнил ее, видя, что это доставляет ей удовольствие.

Когда голова Каэра опустилась на ее живот, Ана сильно покраснела, чуть дернулась и хотела оттолкнуть. Каэр не дал ей этого сделать.

Первые прикосновения заставили ее застонать. Влажный горячий язык проникал все глубже, гладил, ласкал ее, заставляя изгибаться и кричать от немыслимого наслаждения. В какой-то миг оно стало таким сильным, что держаться было уже невозможно. Ана выгнулась ему навстречу, прижалась сильнее и закричала. Внизу живота запульсировало, охватывая ее тело небывалой негой.

Девушка задыхалась от переизбытка эмоций. Он приподнялся и пристально смотрел на Ану.

Открыв глаза, Ана увидела, что он стоит на коленях между ее ног и стягивает рубашку. Потом настал черед брюк. Она с волнением смотрела на его гладкую грудь с рельефом мышц, на плоский живот и на то, что скрывалось там, внизу. Его возбуждение не оставляло никаких сомнений о том, что произойдет дальше в этой комнате. Каэр опустил руку ей на живот, провел большим пальцем по горячим складочкам, тяжело задышал. Чуть согнул ее ноги в колени и лег сверху.

Девушка сразу почувствовала легкое давление между ног, которое нарастало. Он был сосредоточен и в какой-то момент прохрипел:

— Девочка моя, прости, но сейчас будет немного больно. Я не могу этого исправить. Прости.

Сделал резкое движение вперед, и Ана почувствовала, как он проник в нее. Заполнил. Боль была лишь несколько мгновений, но Каэр не двигался.

Вдруг наклонился и очень нежно поцеловал ее. Потом еще раз. Когда Ана ответила, он резко засунул ей в рот свой язык и стал медленно двигаться.

Девушка застонала. Поцелуй стал глубже и грубее. Каэр больше не мог сдерживаться. Амплитуда движений нарастала. Все быстрее и быстрее он погружался в нее, входил и снова погружался.

Ана уже стонала и извивалась под ним. Царапала ему спину, опускалась ниже.

Еще несколько глубоких толчков и Каэр тоже застонал. Ана почувствовала, как тугая горячая струя ударила внутри. Он крепко сжал ее, заскрежетал зубами, прижался лицом к ее шее.

Все затихло. Каэр перекатился на спину, притянув Ану к себе на грудь. Убрал с ее лица влажные пряди и нежно прижался к ее губам.

Ана счастливо улыбнулась и, положив руку ему на грудь, почти сразу заснула. Дракон обнял ее и тоже погрузился в сон.

Метки на запястьях пылали ярко-зеленым светом.

Глава 37. Хрономанты

Глава 37. Хрономанты

Ана открыла глаза и обнаружила, что лежит на руке Каэра. Его другая рука лежала у нее на талии, теплая и тяжелая. Сам он был совсем близко, с растрепанными волосами, слегка сонный и с таким выражением лица, от которого у нее сразу потеплели щеки.

— Доброе утро, — сказал он.

—Ты всегда рассматриваешь людей, когда они спят?

— Только любимую женщину, которая прекрасна!

Ана слегка покраснела и опустила голову, но Каэр тут же чуть приподнял ее за подбородок.

— Ана тебе нечего стесняться. Ты действительно очень красивая. И я тебя люблю.

— Тебе нравится меня смущать?

— Очень, но сначала мне бы хотелось сделать кое-что другое.

Мужчина наклонился и нежно поцеловал девушку сначала в уголок губ, а потом накрыл ее губы своими. Поцелуй был мягким, нежным, словно говорящим о том, что вчера между двумя любящими людьми случилось нечто прекрасное.

Его рука поползла с талии выше, Ана задышала чаще и тут в дверь постучали. Оба замерли и стали прислушиваться.

— Господин Равеннар, это ваша новая домработница. Госпожа Ана рекомендовала напоминать вам утром о времени, чтобы вы не опоздали на работу.

Каэр удивленно уставился на Ану.

— Это кто? И почему я должен опоздать на работу, если я никогда этого раньше не делал?

Ана резко села в постели, прижав к груди одеяло.

— Это твоя новая домработница, госпожа Марта! Мы вчера договорились, что она завтра придет. Стук повторился.

Каэр хитро улыбнулся и потянул одеяло с девушки, но та на него свирепо взглянула и толкнула локтем.

— Ответь! Человек же ждет!

Каэр тяжело вздохнул и отпустил одеяло.

— Наедине с собственной женой побыть не дадут! Сейчас еще и это белый мешок шерсти заявится!

— Госпожа Марта, я сейчас оденусь и спущусь. Спасибо, что разбудили.

За дверью тут же ответили.

— Пожалуйста, господин Равеннар. Завтрак готовить на две персоны?

Каэр засмеялся, глядя на то, как Ана краснеет.

Из-за двери послышался знакомый голос:

— Уважаемая госпожа Марта, на три. Персон будет три и побольше ванильных булочек, пожалуйста! Пойдемте, я вам продиктую меню на сегодняшнее утро.

Послышались шаги, и домработница с Бубликом пошли к лестнице.

Каэр тут же выдернул из рук Аны одеяло, подхватил ее на руки и понес в душ. Девушка завизжала от неожиданности, а потом засмеялась, когда ее поставили посредине душевой кабины.

Через несколько мгновений ей стало не до смеха, когда Каэр прижал ее спиной к гладкой плитке и притянул к себе за бедра.

Пока они девались к завтраку, Ана вдруг поняла, что хочет видеть его таким каждый день. Не грозным и раздраженным, а просто счастливым.

Госпожа Марта ждала в столовой. Как всегда с аккуратной прической, в строгом платье, строгая и надежная как монумент.

Совершенно не удивившись, что господин Равеннар спустился к завтраку вместе со своей секретаршей, да еще и держал ее за руку, госпожа Марта пожелала молодым людям доброе утро.

Бублик уже сидел на стуле и уминал пышные, ароматно пахнущие булочки.

— Госпожа Марта, — сказал Каэр. — Рад знакомству. Каэр Равеннар. Очень рад, что вы согласились работать в моем доме. Скажите, если вам что-то потребуется.

— Спасибо, господин Равеннар, буду рада оказаться полезной. На сегодня я составил список необходимых дел, а также список нужных покупок и хотела бы, чтобы вы с ними ознакомились.

— Прекрасно! — Каэр скривился от мысли, что придется заниматься хозяйством и тут же улыбнулся — Госпожа Марта, вчера Ана вам не сообщила одну важную деталь, но это все по моей просьбе. Эта девушка моя жена и именно она теперь будет решать все хозяйственный вопросы в нашем доме.

Ана замерла.

Госпожа Марта посмотрела на нее, потом улыбнулась открытой добродушной улыбкой.

— Поздравляю вас! Тогда я чуть позже пришлю вам списки, госпожа Ана.

Ана растерянно моргнула.

— Да, конечно. Спасибо.

И тоже постаралась улыбнуться женщине в ответ. Подав кофе, домработница удалилась на кухню. — Она мне нравится, — прошептал он Ане. — Но я ее побаиваюсь.

— Правильно делаешь, — сказала Ана — она знает, как отмыть кровь с пола!

Каэр удивленно заморгал, а потом, увидев, что Ана шутит, громко рассмеялся. Они одновременно посмотрели на часы.

— Мы опаздываем, — сказала Ана.

— Да, похоже — сказал Каэр — кстати, сегодня надо забрать твои вещи. Мне, конечно, ты нравишься и без одежды, но, думаю, госпожа Марта не очень это оценит.

Бублик фыркнул и продолжил жевать булочку. Через десять минут Ана и Каэр сидели в мобиле, который мчался по улицам Лиардена. Фамильяр, сославшись на то, что у него разведка, исчез прямо из-за стола с недоеденной булочкой в лапке.

— Ана, у меня сегодня будет несколько дел в городе, но это быстро.

— Да, конечно. Я пока займусь составлением отчетов и сбором информации по Салмее.

Каэр нахмурился.

— Хорошо. Когда я вернусь, ты еще раз все подробно расскажешь про свою сестру и про убийства, которые происходили в вашем мире. Возможно, появится какая-то зацепка, и мы выйдем на след преступника.

— Есть еще одна зацепка, помимо часов. Ты должен знать. Я не могла тебе сказать, потому что…

Каэр улыбнулся девушке.

— Потому что это узнала Жница?

Ана смутилась и кивнула, потом снова стала серьезной.

— Маньяк хрономант. Он может забирать у девушек время. Отсюда и побелевшая прядь.

Каэр резко остановил мобиль у обочины и повернулся к Ане.

— Хрономант! Этого не может быть. Откуда ты это знаешь?

— Но почему? Мне Лиан рассказал. Он нашел шестеренку в первых часах, которую мог установить только хрономант.

Каэр нахмурился еще больше, а потом откинулся на сиденье и начал рассказ.

— Ана, хрономантов уничтожили еще много веков назад. Мне отец еще рассказывал. Это давняя история. Когда-то Орден хрономантов считался одним из самых могущественных объединений Эйрана. Его мастера создавали сложнейшие механизмы, способные управлять временем. Сначала они спасали жизни, останавливая время и отматывая его вспять, но потом все изменилось. Постепенно хрономанты уверовали в собственную безнаказанность и начали тайно отнимать у людей годы жизни, наполняя украденным временем часы, амулеты и другие адские устройства.

Тогда Северин Морр — последний Охотник, воспользовался древним правом Охоты. Он преследовал членов Ордена одного за другим, находил их тайные мастерские, уничтожал механизмы и убивал каждого, кто участвовал в похищении человеческого времени. Никому не удалось скрыться от него.

Последним остался глава заговора, не знаю, как его звали. Именно он создавал главные механизмы Ордена и управлял остальными хрономантами.

Морр вышел на его след, но их последняя встреча так и осталась тайной. Главный хрономант исчез. Вместе с ним исчез и сам Северин Морр.

С тех пор никто больше не слышал ни об Ордене, ни о его страшных механизмах. Считалось, что хрономанты уничтожены окончательно, но вот сегодня я узнаю, что кто-то уцелел.

Ана задумчиво теребила ручку сумочки, слушая мужа.

— Если преступник хрономант, то понятно, зачем он использует часы и дарит их девушкам. Не ясно, как он с Земли попал сюда.

— Ходили слухи, что хрономанты иногда рождались сильными портальщиками. Возможно, преступник обладает такой силой. Но надо поговорить с отцом.

И вдруг Каэр замер.

— Ты сказала, что это Лиан рассказала тебе о шестеренке, которую установил хрономант?

Ана растеряно посмотрела на мага.

— Да, несколько недель назад.

Каэр продолжал.

— И он знает, что ты Жница?

— Точно не знает, но уверена догадывается. Я спасла его тогда от наемников Рукка, а потом мне не к кому было обратиться.

— Лучше бы от меня не бегала по крышам. Уже бы три года назад ко мне переехала! — ревниво добавил Каэр.

Ана едва не рассмеялась, но увидев серьезное выражение лица мужа, спросила:

— Что? Причем тут Лиан? Он неплохой человек.

Каэр закрыл глаза и выдохнул.

— Ана, почувствовать и понять, что в устройстве есть деталь, которую изготовил хрономант, может только такой же хрономант. Никто другой ее просто не сможет увидеть. Все это время ты была рядом с преступником, Ана. Лиан хрономант и это точно.

Глава 38. Ближайший хрономант

Глава 38. Ближайший хрономант

Через час они оказались в кабинете. Оставив Ану в приемной, Каэр вызвал Тирса и еще несколько магов. Они еще раз обследовали часы, которые принесла Нерина при помощи магии, и обнаружили слабый артефакт.

Выяснилось, что часы искусственно ломались после первого использования и приводили жертву к тому самому хрономанту, который их и изготовил. Именно тогда и появлялась у девушки белая прядь.

Девушки даже не думали, почему идут именно в Зеркальную лилию. Они просто шли.

Маги, включая Каэра, были уверены, что Лиан Несс и есть Коллекционер, жестоко убивающий девушек, но Ана не могла в это поверить. Она сомневалась, чем разозлила Каэра.

Дракон вдруг решил устроить сцену ревности и потребовал перестать защищать преступника. В итоге, не успев пожениться, они успели поругаться, что Бублик прокомментировал, как начало Кубинского кризиса.

Ана помнила, что Лиан показал ей шестеренку хрономанта сразу же, как обнаружил ее. Но зачем ему было это делать, если он и есть Коллекционер? И про Нерину рассказал и даже спрятал ее. Нессу просто не было смысла так рисковать. Что-то в этом деле совершенно не складывалось, но Каэр Равеннар, ее нынешний супруг, уперся одним драконьим рогом и все на это.

Поняв, что перегнул палку, Каэр подошел к девушке и накрыл ее руку своей.

Прикосновение было коротким, но Ана как-то сразу успокоилась. Она еще не привыкла к тому, что теперь он мог просто взять ее за руку. Не приказать или сделать язвительное замечание, а просто коснуться.

— Милая, я не считаю тебя глупой, — ласково начал он. — Но прежде всего надо опираться на улики, а не на внутренние ощущения. Улик у нас достаточно для заключения Лиана Весса под арест.

Девушка вздохнула и прижалась лбом к его плечу.

— Каэр, пообещай, что ты разберешься во всем досконально и проверишь каждую улику лично.

— Обещаю.

Метка на ее запястье отозвалась мягким теплом. Ана посмотрела на Каэра и на мгновение забыла о часах, Лиане и Коллекционере. Но только на мгновение.

Каэр нахмурился.

— Ты думаешь, я отправлю человека на казнь без доказательств?

— Нет.

— Тогда и не смотри на меня так.

— Как?

— Будто я собираюсь самолично сложить для него костер, а потом спокойно пойти пить кофе.

С ближайшей папки донеслось язвительное.

— Да вам и не надо, господин дракон! Достаточно перевоплотиться и разинуть пасть!

Дракон засопел, но потом Ана улыбнулась и он сразу же успокоился, махнув на надоедливого фамильяра рукой, как на помеху, от которой избавиться невозможно.

— Белым волком ты мне нравишься больше! И вообще мог бы остаться дома. Там госпожа Марта и наиссякаемый запас булочек.

Песик фыркнул.

— Вот еще, и пропустить самое интересное? У булочек ног нет, они от меня не сбегут, а вас без присмотра оставлять нельзя. Кстати, Ана права, Лиан тут не причем, и это сказал самый величайший Следовик в мире, но арестовать его надо и срочно.

Каэр и Ана одновременно уставились на белую собачку, которая развалилась на папке с очередным делом.

— Почему?

— А вы не подумали, что ему тоже может грозить опасность, раз он ремонтирует чужие часы и спасает девушек, уводя жертв из под носа Коллекционера.

Каэр нахмурился, а Ана непроизвольно с силой сжала ему ладонь. Дракон с удивлением вкрикнул и посмотрел на их переплетные руки. Девушка смущенно покраснела.

— Прости, это все Жница.

Потирая руку, Каэр усмехнулся.

— Да зачем тебе серпы вообще!

Каэр собрал людей в малом зале совещаний. Через десять минут к «Зеркальной лилии» отправились три мобиля. В первой ехал сам Каэр, во второй — следователи и два боевых мага, в третьей — специалисты по защитным контурам.

Лиан Весс не сопротивлялся.

Когда Каэр вошел в салон, он стоял за прилавком и держал в руках маленькие часы с перламутровым циферблатом. Белый костюм, светлые волосы, спокойное лицо. Только под глазами залегли тени.

Он посмотрел на людей Департамента и тихо спросил:

— Нерея добралась домой?

— Добралась, — ответил Каэр. — Часы оставила у нас.

Лиан заметно расслабился. Каэр это увидел.

— Лиан Весс, вы задержаны по подозрению в незаконном использовании хрономантии, создании запрещенных механизмов и причастности к исчезновению девушек.

Лиан аккуратно положил часы на бархатную подложку.

— Я ждал этого раньше.

Он спокойно вытянул руки вперед и дал застегнуть на себе уже знакомые наручники. Браслеты щелкнули.

— Я не собирался убегать и все расскажу, но сделаю это только в присутствии Аны.

Каэр нахмурился.

— Нет. Ана моя жена и я не стану подвергать ее опасности.

Лиан шагнул к магу и очень тихо, чтобы другие не слышали, сказал.

— Я знаю, кто она и то, что я хочу сказать, касается ее и Жницы напрямую. Поэтому, вам придется меня выслушать, если вы хотите поймать Коллекционера.

Равеннар вздрогнул, дернул Лиана за наручники и повел к выходу. Он не хотел, чтобы Ана присутствовала при разговоре, но, похоже, выбора не было.

Глава 39. Ты не знаешь, кто он!

Глава 39. Ты не знаешь, кто он!

В приемной было непривычно тихо.

Ана сидела за своим столом, склонившись над отчетом о незаконном разведении огненных саламандр в жилом квартале. Отчет был составлен человеком, который явно считал запятые личными врагами и старательно избегал встреч с ними. Посмотрев на составителя, Аня тяжело вздохнула и принялась исправлять ошибки. Тирса было не переделать, но он был отличным следователем.

Она дочитала предложение до конца, вернулась к его началу и все равно не поняла, кого именно покусали саламандры: владельца, соседей или прибывшим на место магам тоже сильно досталось.

— Потрясающе, — пробормотала Ана. — А вообще саламандры кусаются?

Бублик спал на папках с делами. Он устроился прямо поверх отчетов, подложил одну папку под голову, другую прижал лапой, и время от времени тихо посапывал. Судя по довольному выражению морды, государственные документы обеспечивали ему удивительно крепкий сон.

Рядом, на самом краю стола, сидел подозрительно разумный гриб. Сегодня он почему-то покинул свой привычный подоконник и с любопытством поглядывал на Ану.

Гриб сидел на попе. Иначе назвать его круглое мягкое основание Ана не могла. Он сосредоточенно перебирал огромную связку ключей. Поднимал каждый ключ двумя маленькими лапками, внимательно рассматривал, иногда пробовал на зуб, а потом перекладывал в другую кучку.

Ана, отвлекшись от отчета, некоторое время наблюдала за ним.

— И где ты их взял, малыш?

Гриб поднял шляпку и невинно посмотрел на нее.

— Даже не изображай, что не понимаешь. Знаю, что прекрасно понимаешь.

Он сначала попытался спрятать ключи за спину, но не вышло, поэтому, просто прижал связку к животу.

— Не трогай его, он играет — раздалось сонное. Бублик даже не подумал открыть глаза, и продолжил — саламандры кусаются, но магов не могу, поэтому, пострадали, скорей всего соседи, а хозяин дома, который их разводил, скорей всего врет.

Гриб, воспользовавшись тем, что Ана отвлеклась, развернулся и потащил ключи по столу, к своему подоконнику.

Бублик приоткрыл один зеленый глаз, а гриб довольно оскалился, потряс связкой и испарился за горшком с каким-то фикусом.

Ана вернулась к отчету, но работа не ладилась. Мысли были о Лиане. Девушка не верила, что он Коллекционер.

Лиан много ей помог, старался поддержать и, казалось, искренне верил в то, что Ана найдет сестру. Опять же, если бы не он, то Нерина, скорей всего, погибла бы.

Нет, Лиан Весс точно не был замешан в убийствах. Он не мог.

Каэр обещал не делать поспешных выводов, но что-то тревожило Ану.

Мысли прервали открывшаяся в приемную дверь. Решив, что вернулся Каэр, Ана подняла голову, но на пороге стояла Грисилла Принц.

На ней было светло-лиловое платье, безупречно подчеркивающее фигуру. Темные волосы как всегда были причесаны волосок к волоску, а на губах играла улыбка, от которой сразу становилось ясно: пришла она не по делу.

Оглядев Ану и отметив, что она без очков и с распущенными волосами, девушка сморщилась.

— Как неожиданно.

— Доброе утро, госпожа Принц, — вежливо сказала Ана.

Бублик громко захрапел. Ана кинула на него взгляд, но ничего говорить не стала.

Грисилла прошла дальше без приглашения и оглядела приемную так, будто была здесь впервые. Остановилась взглядом на подозрительно разумном грибе, который все копошился с ключами.

Гриб посмотрел на нее из-под яркой шляпки и состроил ей мордочку.

— Уберите это, — сказала Грисилла.

— Что именно?

— Гриб.

Он медленно прижал связку ключей к груди и нахмурился.

— Боюсь, это невозможно, — ответила Ана. — Он не принадлежит Департаменту.

Бублик, не открывая глаз, добавил:

— Как и половина сотрудников.

Грисилла резко посмотрела на него.

— А что собака делает на папках с делами? Что вы вообще тут за бардак развели? Каэр в курсе?

Ана снисходительно пожала плечами, и хотела вернуться к работе, но Грисилла ей не дала этого сделать.

— Я пришла не обсуждать ваших зверей.

Гриб оскорбленно выпрямился.

— Он не зверь, — сказала Ана. — Он подозрительно разумный гриб.

— И я не зверь! — проворчал Бублик. — Я — фамильяр!

Грисилла закатила глаза и брезгливо фыркнула.

— Я пришла поговорить о Каэре.

— Господина Равеннара сейчас нет, она уехал по делам.

— Я знаю и пришла к тебе.

Грисилла наклонилась к столу и ее глаза стали вдруг вертикальными .Черты лица приобрели какую-то странную хищность.

— Оставь его в покое и останешься жива!

Бублик вскочили уже хотел что-то сказать, но Ана вытянула перед ним ладонь, как бы показывая, что она сама справится. Она медленно поднялась, также уперлась руками о стол и уставилась на Грисиллу. Жница никогда не отдает свое, стучало у нее в голове.

— А теперь послушай меня, ящерица. Каэр Равеннар мой. И если ты еще раз появишься здесь и попробуешь к нему сунуться, я сначала оторву тебе хвост, а потом …— и тут Ана обещающе и многозначительно улыбнулась — а потом я подумаю, как еще можно использовать шкурку свежеубитого дракона!

Грисилла, не ожидая такого отпора, отшатнулась, Бублик засмеялся в голос, а подозрительно разумный гриб уселся на подоконнике, закинул ногу на ногу и с восторгом смотрел на схватку.

Ана встала ровно, снова посмотрела на Грисиллу и спокойным, но полным стали голосом добавила:

— А теперь пошла вон отсюда.

Брюнетку затрясло от такой наглости, но что-то изменилось в этой странной секретарше, что-то останавливало ее и не давало напасть.

Будто что-то вспомнив, Грисилла вдруг тоже улыбнулась.

— Я уйду, но хотелось тебе кое-что сказать напоследок. Драконы часто увлекаются. Особенно женщинами, которые оказываются рядом в подходящий момент. А наш брак — дело решенное. Его отец всегда считал, что именно я должна стать женой Каэра.

Послышался тихий смех Бублика и его фраза, которую услышали только Ана и гриб.

— А наш — уже реализованное!

Она знала, что Грисилла пришла именно за этим. Чтобы заставить ее сомневаться. Нет, она не позволит ей этого добиться.

Однако воображение все равно услужливо рисовало Каэра рядом с этой красивой, знатной, безупречной драконицей. Они действительно подходили друг другу.

По происхождению. По миру, о котором Ана до сих пор знала не многое.

А Грисилла продолжала.

Лицо Грисиллы изменилось.

— Ты мне не соперница.

— Тогда зачем вы пришли?

— Чтобы объяснить тебе твое место.

Грисилла шагнула к ней.

— Каэр все равно вернется ко мне. Его отец поддерживает наш брак. Наши семьи равны. У нас одно положение, один круг и одна кровь. А ты кто? Выскочка, обычная секретарша. И самое главное, ты ведь даже не знаешь, кто он такой на самом деле.

Ана нахмурилась.

— Что вы имеете в виду?

Грисилла увидела ее настороженность и сразу оживилась.

— Каэр рассказал тебе о своей семье? О настоящем имени? О том, почему его отец может решать, на ком он женится?

— Хватит!

Властный голос раздался от двери. В приемной заметно похолодало. Каэр стоял на пороге.

Глава 40. Кольцо с драконом

Глава 40. Кольцо с драконом

Он только что вернулся с операции. Черный камзол был расстегнут, на воротнике остался след дорожной пыли. Лицо выглядело уставшим, но зеленые глаза горели так ярко, что воздух вокруг него дрожал.

Ана не успела ничего сказать. Каэр подошел, взял ее за плечи и мягко, но решительно задвинул себе за спину.

— Каэр, — начала Грисилла.

— Продолжай!

Она растерялась.

— Что?

— Расскажи моей жене, кто я такой.

— Жене? Но, как же…

Вдруг тяжелая магия заполнила комнату. Такая, которую еще никогда не встречал Ана. Грисилла вздрогнула. Ее спина согнулась едва заметно, а взгляд опустился.

Гриб быстро спрятал связку ключей в угол, а Бублик вскочил сразу на четыре лапы и посмотрел на хозяйку, словно проверяя, нуждается ли она в защите.

Каэр, тем временем, не отрывал взгляда от Грисиллы, продолжал давить взглядом.

— Ну же. Ты так хотела открыть Ане правду. Кто я?

— Каэр, прекрати.

— Почему? Я слушаю.

— Ты давишь на меня! Это даже неприлично! — Грисилла почти завизжала.

— Да? А приходить и оскорблять мою жену прилично? Но тебя же это не остановила.

Грисилла еще больше съежилась и отступила к двери.

— Тогда я скажу сам, — продолжил Каэр, печатая каждое слово — Я не твой жених, Грисилла, я верховный маг и муж Аны Равеннар. Я истинный этой женщины, как и она моя.

Он сделал еще шаг вперед, а Грисилла вновь отступила.

— И если ты еще раз подойдешь к ней, чтобы унижать, угрожать или рассказать что-то обо мне, то очень об этом пожалеешь.

Грисилла резко подняла голову.

— Ты унижаешь меня при ней?

— Нет. Ты сама прекрасно справляешься.

— Твой отец никогда не примет этот брак.

Каэр застыл. В глазах Грисиллы на миг мелькнуло торжество.

— А он даже не знает…да?

В кабинете зазвенели стекла. Магия стала еще тяжелее. Грисилла сильно нагнулась, сжала кулаки и почти прокричала.

— Будьте вы прокляты оба!

В этот самый момент, подозрительно разумный гриб торопливо достал из-под шляпки ключ и протянул ей. На ключе висела табличка: «Запасной выход».

Несколько секунд все смотрели на гриб. Бублик первым не выдержал и фыркнул. Ана закрыла рот ладонью и засмеялась.

Тяжелая магия вдруг рассеялась и Каэр громко засмеялся. Грисилла густо покраснела от злости и кинулась к выходу, не забыв громко хлопнуть дверь.

Гриб довольно позвенел ключом.

— Молодец, — сказал Бублик. — Быстро сориентировался.

Каэр медленно повернулся к Ане. Она скрестила руки на груди.

— И что она такого хотела рассказать мне о тебе?

— Что я очаровательный мужчина и что я очень люблю свою молодую жену. — Каэр напрягся только на долю секунды, но Ана этого не заметила.

Лишь Бублик поднял правую бровь и странно посмотрел на дракона.

Мужчина подошел и быстро притянул жену к себе. Ана почти сразу почувствовала его горячие губы на своих. Послышалось возмущенное фырканье и бурчание Бублика, а потом тихое звяканье ключей, но молодым людям было все равно.

Каэр с трудом отпустил жену, мягко улыбнулся ей. Усталость все еще была видна на его лице, но глаза стали мягче.

— Я твой, — сказал он тихо — и больше ничей.

Ана перестала смущаться. Сделала шаг и обняла его за талию.

— Только мой.

Он прижал ее к себе и поцеловал в волосы. Некоторое время они просто стояли так.

Бублик вернулся на папки, улегся и демонстративно прикрыл лапой глаза. Гриб осторожно выполз из-под своей шляпки и снова начал перебирать ключи.

Каэр отстранился первым.

— У меня кое-что есть. Надеюсь, понравится.

Он полез во внутренний карман камзола и достал небольшую бархатную шкатулку.

— Каэр…

— Я хотел сделать это вечером. Дома. Но разу уж так получилось, почем бы и не сейчас.

Каэр открыл шкатулку. Внутри лежало кольцо из светлого золота с крупным изумрудом. Камень был глубокого зеленого цвета, а тонкая оправа напоминала сложенные крылья дракона.

Ана смотрела на него, не дыша.

— Оно принадлежало моей матери, — сказал Каэр. — А теперь я хочу, чтобы оно было у тебя.

Каэр взял ее левую руку.

— Можно?

Ана кивнула. Мужчина надел кольцо ей на палец. Изумруд сразу вспыхнул.

По золоту пробежали тонкие зеленые нити. Они поднялись к ее запястью, коснулись метки и отозвались на руке Каэра. На мгновение приемную заполнило мягкое сияние.

Гриб замер с ключом во рту. Бублик поднял голову.

— Ого.

— Что? — испугалась Ана.

— Ничего. Просто красиво. Я редко это говорю, поэтому запомните такой славный момент!

Каэр провел большим пальцем по ее кольцу.

— Теперь оно признало тебя.

Ана смотрела на изумруд.

— Оно очень красивое!

— Ты красивее. — Каэр ухмыльнулся.

У Аны слегка покраснела.

— Я рассчитывал на короткий поцелуй.

— Какой у меня наглый муж!

— Зато твой. — и снова притянул девушку к себе.

Она обняла его за шею и поцеловала. Бублик снова закрыл глаза лапами.

— Предупреждать надо!

Гриб, явно вдохновленный происходящим, надел маленькое медное колечко себе на лапку и важно выставил ее вперед.

Каэр первым отстранился и коснулся лбом лба Аны.

— Мне нужно рассказать о Лиане.

Она сразу стала серьезной.

— Вы его арестовали? Нашли что-нибудь?

— Да он и не сопротивлялся. Да, нашли разные хрономантские формулы. Шестеренки. Несколько разобранных механизмов.

— Но это не доказывает, что он убийца. — Ана задумчиво потерла себе подбородок.

— Знаю. Но я подумал, что нам бы надо отвлечь преступника от того, что мы поняли его схему с девушками и часами.

Ана удивленно посмотрела на него. Каэр продолжил:

— Лиан отказался давать полные показания Тирсу. Сказал, что расскажет все только в твоем присутствии.

— Почему?

— Утверждает, что это что-то важное и тебе тоже необходимо присутствовать — Каэр понизил голос — а еще он знает, что ты Жница.

— Я подозревала, что он догадался — Ана улыбнулась и покосилась на мужа. — Надеюсь, ты не ревнуешь?

— Я не обязан радоваться, что еще один мужчина доверяет моей жене больше, чем следователям. В любом случае, одну я тебя к нему не пущу.

Бублик открыл один глаз и язвительно проговорил:

— Зато как удобно! Скоро все подозреваемые будут приходить сразу к Ане, а Департамент можно закрыть. Меня назначьте, пожалуйста, главным советником. Обязательные требования — отдельный кабинет и секретарша.

Каэр мрачно посмотрел на него.

— Тебя нельзя назначать советником. Ты фамильяр.

Бублик глянул на него так, будто верховный маг сказал какую-то глупость.

Ана рассмеялась. Каэр подал ей руку.

— Пойдемте, госпожа Равеннар.

Она посмотрела на кольцо, потом на него и вложила пальцы в его ладонь.

— Пойдемте, господин Равеннар.

Они направились к двери. Позади раздался звон. Ана обернулась. Гриб сидел на столе и радостно тряс связкой ключей. Среди них отчетливо виднелся один большой черный ключ с табличкой: «Нижние камеры».

Каэр медленно остановился.

— Где он его взял?

Бублик начал устраиваться поудобнее и с усмешкой сказал:

— Кто-то что-то потерял?

Гриб улыбнулся. И спрятал ключ под шляпку. Со стороны двери раздалось тяжелое сопение.

Глава 41. Сын хрономанта

Глава 41. Сын хрономанта

Каэр смотрел на всех присутствующих и видимо, подумывал прямо сейчас начать производить грибную икру, но тут подошла Ана и обняла его за талию.

— Не сердись — девушка улыбнулась и посмотрел на него.

— В моем Департаменте гриб получил доступ к камерам — Каэр закатил глаза и глубоко вздохнул.

— Зато он пока никого не выпустил.

— Ты так уверена в этом? — маг хмыкнул, и посильнее прижал жену к себе.

— А и правда, все камеры проверяли? Всех пересчитывали? — Бублик обеспокоено смотрел на хозяйку и дракона.

Каэр положил ладонь Ане на спину.

— После допроса найдем его и заберем ключи. И заключенных пересчитаем! — последнюю фразу дракон почти рявкнул.

— И что ты сделаешь с грибом! Он же разумный, даже если подозрительно!

— Пока не решил, но есть мысль о клетке для попугаев! — сразу три пары глаз уставились на дракона. Ана и Бублик хмурились, а подозрительно разумный гриб показывал из-за угла кулак.

В этот момент в дверь постучал Тирс и Каэр облегченно выдохнул. Теперь не придется оправдываться за слова о клетке.

— Господин Равеннар, задержанный доставлен в допросную.

— Идем, — сказал он Ане и взял ее за руку.

Бублик поднялся и за несколько мгновений изменился. Маленькое тело вытянулось, лапы стали мощными, пушистая шерсть легла густой белой гривой на шею. Вместо комнатного песика рядом с ними стоял огромный белый волк с зелеными глазами.

Тирс попятился.

— Это как??

Бублик посмотрел на него сверху вниз.

— Вот так! И да, я еще помню ту историю с украденной ванильной булочкой! Да, она была позавчерашней, но моей! — Бублик приглушенно рыкнул.

— Но я честно не брал! Это кто-то другой. — Тирс почти заикался.

— Ладно, я подумаю, что с тобой делать дальше! — и гордо задрав нос, прошел мимо сотрудника.

Белый волк первым вышел в коридор.

— Наконец-то серьезная работа. А то одни ключи, грибы и бесконечные семейные объятия!

Бублик фыркнул, глянув, как Каэр ведет Ану за собой, держа за руку.

Допросная находилась в старой части Департамента. Небольшая комната с каменными стенами, тяжелым столом и тремя стульями. Вдоль потолка тянулись защитные руны. Они не позволяли применять магию, открывать порталы и воздействовать на сознание тех, кто находился внутри.

Лиан Весс уже сидел за столом. Светлые волосы растрепались, очки немного съехали на переносицу. Запястья стягивали черные браслеты, подавляющие магию.

Он выглядел усталым, но не сломленным. Когда Ана вошла, Лиан поднял голову и едва заметно улыбнулся.

— Ты пришла.

Каэр отодвинул для Аны стул.

— Вы же сами потребовали ее присутствия, господин Весс — Каэр пристально уставился на Лиана.

— Я попросил, — поправил Лиан — и да, это очень важно. Ане необходимо знать то, что я расскажу.

Каэр кивнул, а Бублик прошел вдоль стены и лег рядом с Аной. Даже лежа, он доставал головой почти до края стола.

Лиан внимательно посмотрел на волка и вдруг произнес:

— Раньше вы были гораздо меньше.

— Раньше и вы были на свободе, — ответил Бублик, слегка покосившись на Равеннара — День вообще полон перемен.

Каэр сел напротив задержанного, рядом с Аной.

— Говорите, — сказал Каэр.

Лиан посмотрел сначала на него, потом на Ану.

— Рассказ получится долгим.

— Лиан, мы никуда не торопимся, расскажи, если знаешь что-то — ответила она.

Каэр покосился на нее.

— Вообще-то торопимся.

Ана положила ладонь на его руку.

— Но выслушаем всю историю до конца.

Он перевернул ее ладонь и переплел их пальцы. Вздохнул.

— Разумеется — согласился он.

Лиан заметил этот жест. Его улыбка стала чуть теплее.

— Значит, вы все-таки разобрались.

— Не отвлекайтесь, — сказал Каэр.

Лиан снял очки, достал из внутреннего кармана платок, протер их и снова надел.

— Моего отца звали Тарион Элвард. Фамилию Весс я получил от матери. Она не хотела, чтобы я носил его имя.

Дракон громко хмыкнул и понимающе кивнул.

— Почему? — спросила Ана, глядя сначала на Лиана, а потом на супруга.

— Потому что к тому времени имя Элварда уже внушало страх.

Лиан помолчал, собираясь с мыслями.

— Когда-то отец был хорошим человеком. По крайней мере, бабушка всегда говорила именно так. Он изучал хрономантию, создавал механизмы для целителей, помогал замедлять действие ядов, сохранять редкие лекарства. Тогда Орден хрономантов еще не был преступным.

— Что изменилось? — спросил Каэр.

Лиан опустил взгляд на свои скованные руки.

— Моя мать долго болела. Отец пытался остановить ее время. Создал механизм, который должен был удерживать жизнь в теле, пока он искал лекарство. Но механизм не сработал.

— Она умерла? — тихо спросила Ана.

— Да. А отец решил, что ему не хватило сил, справиться с ее болезнью.

В комнате стало тихо. Даже Бублик не вставил замечания.

— Вместо того чтобы принять потерю, он объявил войну самому времени, — продолжил Лиан. — Сначала хотел вернуть мать. Потом решил, что смерти вообще не должно существовать для тех, кто способен ею управлять. Чем больше он работал, тем дальше уходил от реальности.

— И начал забирать время у людей, — сказал Каэр.

Лиан кивнул.

— Сначала по несколько минут. Потом по часу. По дню. Никто даже не замечал. Человек чувствовал усталость, мог забыть часть вечера или внезапно проспать до утра.

— Но этого оказалось мало, — догадалась Ана.

— Отцу всегда было мало. Он говорил, что обычные люди растрачивают жизнь впустую. Спят, ссорятся, стареют, повторяют одни и те же ошибки. А хрономанты якобы могли использовать их годы правильно.

Бублик тихо зарычал.

— Люблю таких. Сначала решают за всех, как правильно жить, потом почему-то сразу начинают убивать.

Лиан грустно посмотрел на него, а потом кивнул.

— Примерно так все и произошло.

Орден поддержал Тариона не сразу. Некоторые мастера ушли, когда поняли, чем он занимается. Другие остались из страха. Но нашлось достаточно тех, кому понравилась сама мысль о власти над временем.

Они создавали часы, амулеты, зеркала и огромные механизмы, спрятанные под городом. Каждый из них отнимал понемногу. Но вместе они собирали сотни лет человеческой жизни.

— Зачем? — спросила Ана.

— Отец хотел открыть Великий разлом времени. С его помощью он собирался видеть любое прошлое, менять настоящее и выбирать будущее. Он верил, что сможет повелевать миром, потому что будет знать все, что случится.

Каэр нахмурился.

— Такое невозможно.

— Да, невозможно, но отец верил в это.

Бублик фыркнул, а Лиан горько улыбнулся.

— О последствиях отец давно не думал. Он уже не хотел вернуть мою мать. Думаю, со временем почти забыл, зачем все это начал. Осталась только жажда власти.

— А потом появился Северин Морр, — вдруг сказал Каэр.

Лиан посмотрел на него и ответил просто.

— Да.

— Морр был Охотником. Одним из тех, кому разрешалось применять древнее право Охоты против магов, угрожавших всему Лиардену. Он долго собирал доказательства. Потом Совет признал Орден опасным, и Морр начал преследование.

— Да, мой отец рассказывал эту историю — задумчиво проговорил Каэр — Морр был последним Охотником.

Лиан перевел взгляд на белого волка.

— У него еще был фамильяр. Белый лев по имени Сайрен.

Бублик поднял голову.

— Белый лев?

— Огромный. С серебряной гривой и зелеными глазами. Говорили, что Сайрен чувствовал искажения времени и мог находить хрономантов даже через закрытые порталы.

Бублик задумался.

— Звучит достойно.

Каэр посмотрел на него.

— Ты его знал?

— Нет.

— А задумался так, будто вспоминаешь.

— Я просто оценил коллегу. Белые фамильяры должны поддерживать репутацию, тем более, Следовики.

— Ты ешь бумаги, если что! — Каэр сказал почти возмущенно.

— Только неважные и только по утрам! — Бублик немного зарычал.

Лиан продолжил:

— Морр преследовал членов Ордена много лет. Находил одного за другим. Уничтожал мастерские, ломал механизмы и убивал тех, кто участвовал в похищении времени. И нашел всех.

— Всех? — спросила Ана.

— Да, всех, кроме моего отца. Тарион постоянно уходил. Менял имена, открывал временные коридоры, прятался в прошлом на несколько минут или в будущем на несколько часов. Но Морр все равно его догонял.

Лиан говорил спокойно, но Ана видела: ему тяжело вспоминать.

— Последний бой состоялся у Северного разлома. Я не видел его. Мне потом рассказывала бабушка. Морр пришел вместе с Сайреном. Отец ждал его возле своего главного механизма.

— Того самого, который должен был открыть Великий разлом? — уточнил Каэр.

— Да.

Лиан провел пальцами по краю браслета.

— Они сражались. Разлом становился все больше. В какой-то момент механизм не выдержал. Время вокруг них начало рушиться. Появился коридор, который не вел ни в прошлое, ни в будущее.

— А куда? — спросила Ана.

— Никто не знает.

— Они упали туда?

— Отец, Морр и белый лев. Разлом закрылся сразу после этого.

— И никого потом не нашли?

— Нет. Ни тел, ни оружия, ни механизма.

Каэр задумался.

— Значит, нельзя с уверенностью утверждать, что кто-то из них погиб.

— Именно поэтому я и молчал, — сказал Лиан.

Ана почувствовала неприятный холод.

— Ты боялся, что Коллекционер — твой отец.

— Да.

Ответ прозвучал тихо, просто и от того особенно страшно.

— Ты знал, что он может быть жив? — резко спросил Каэр.

— Я не знал. Боялся. Что я должен был думать? Что мой отец, исчезнувший много лет назад в неизвестном временном разломе, возможно, вернулся и начал делать часы? Снова убивать? Да и доказательств у меня не было доказательств.

— Были мертвые девушки.

Лиан вздрогнул.

— Вначале я не знал о смертях.

Каэр сжал челюсти, но Ана коснулась его руки, сжала ее. Дракон не успокоился, но продолжил слушать.

— Что было с тобой после исчезновения отца? — спросила она.

Лиан посмотрел на нее с благодарностью.

— Меня отдали в приют.

— А бабушка?

— Умерла через год. У нее было больное сердце. Родственники матери не захотели брать сына Тариона Элварда. Даже под другой фамилией.

Ана почувствовала жалость.

— Сколько тебе было?

— Пять...

Бублик тихо переставил лапы.

— Плохое место?

— Обычный городской приют, — ответил Лиан. — Как везде.

Он попытался улыбнуться, но получалось плохо.

— Тебя били? — вдруг тихо спросила Ана.

— Иногда. Сначала за то, что был слишком тихим. Потом за то, что перестал быть тихим.

Каэр посмотрел на него чуть иначе. Жесткость не исчезла, но в ней появилось понимание.

— Когда проявился дар?

— Да, это случилось в двенадцать лет. Один из старших мальчиков столкнул меня с лестницы. Я испугался. Все вокруг остановилось. На несколько секунд. Но мне хватило, чтобы отойти в сторону. Мальчик не понял, как я оказался у него за спиной.

Бублик одобрительно хмыкнул.

— Хорошая история, надеюсь, он упал.

— Упал — Лиан продолжил — после этого я понял, кто я. Нашел старые книги. Начал читать. Но пользоваться хрономантией почти не пытался.

— Почему? — спросил Каэр.

— Я знал, кем стал мой отец.

— Дар сам по себе не делает тебя преступником.

— В приюте считали иначе. Однажды смотритель увидел, как я остановил сломанный механизм часов. Меня три дня держали в кладовой.

Каэр помрачнел. Ана почувствовала, как внутри поднимается злость.

— Как они посмели издеваться над ребенком.

— Они боялись, — сказал Лиан. — Люди часто называют страх добродетелью, когда хотят оправдать жестокость.

На некоторое время все замолчали.

— Когда мне исполнилось шестнадцать, меня выпустили, — продолжил он. — Я устроился подмастерьем к старому часовщику. Оказалось, что я хорошо чувствую механизмы. Не магией. Просто понимал, что и где сломалось.

— Потом появилась «Зеркальная лилия», — сказал Каэр.

Лиан кивнул.

— Старый хозяин салона решил уехать. Я хотел выкупить мастерскую, но денег не было. Господин Рукк дал мне заем.

Бублик фыркнул.

— Рукк никому ничего просто так не дает.

— Я понял это слишком поздно.

— Насколько поздно?

— Когда уже выплатил всю сумму, а он заявил, что я должен ему еще столько же за «риски, ожидание и хорошее отношение».

— Хорошее отношение у него дорогое, — заметила Ана.

— Очень.

Лиан поправил очки.

— Я отказался платить. Тогда Рукк прислал людей. Они разбили витрины, забрали часть украшений и собирались сломать мне руки, чтобы я больше не мог работать.

Он посмотрел на Ану.

— Тогда появилась Жница.

Каэр сразу напрягся, а Ана смутилась. Бублик поднял голову с явным интересом.

— Вот эта часть мне особенно нравится.

— Что произошло? — спросил Каэр.

Лиан усмехнулся.

— Вашу жену лучше спросить.

— Ана?

Она кашлянула.

— Они вели себя грубо.

— Насколько грубо?

— Один попытался ударить меня.

— И?

— Я сломала ему руку. Но он первый начал.

Каэр улыбнулся.

— И правильно сделала. Рукка и его головорезов давно пора было проучить.

Тем временем, Весс опять заговорил.

— В записях отца было много сведений о Морре. И я сразу понял, кто она.

Ана почувствовала, как все внутри замерло.

— То есть, ты хочешь сказать, что Морр...

— Да, я думаю, он твой отец.

Глава 43. Часы с красной розой

Глава 43. Часы с красной розой

Ана почти не помнила, как они дошли до кабинета Каэра. Коридоры Департамента мелькали перед глазами. Каменные стены, зеленый свет тревожных кристаллов, бегущие мимо маги, голоса, приказы, стук каблуков. Все это сливалось в один шум.

Опять пропала девушка, и она опять может умереть. Ана открыла дверь приемной так резко, что та ударилась о стену.

Бублик вошел следом. Он все еще был огромным белым волком. Шерсть на загривке стояла дыбом, зеленые глаза светились. От лап по полу разбегались тонкие искры.

Ана остановилась посреди кабинета, сжала кулаки. Ее руки начали светиться зеленым огнем. Сначала слабо. Потом ярче. Пламя поднялось по пальцам, лизнуло запястья, добралось до метки. Внутри словно что-то рвалось наружу.

Жница просилась наружу. Она хотела уже расквитаться с этим маньяком и все узнать о своей сестре.

— Я найду его, — сказала она тихим голосом, но в нем звучала сталь.

Бублик поднял голову.

— Хозяйка…

— Я найду его, Бублик. Найду и убью.

— Найдешь, — сказал он. — Но желательно не так, чтобы потом Каэр собирал его по кусочкам. Мы же за правосудие.

Дверь снова открылась. В кабинет вошел Каэр.

Он выглядел спокойным. Слишком спокойным. Только Ана уже знала: это не спокойствие. Это было то состояние, в котором он мог одним взглядом заставить человека пожалеть о собственном рождении.

Он закрыл дверь и подошел к ней.

— Ана.

Она резко повернулась.

— Я пойду с вами.

— Нет.

Слово прозвучало мягко, но в нем послышался четкий запрет. Ана отступила на шаг.

— Что значит нет? Ты не можешь мне запретить. Речь идет и о моей сестре тоже.

Каэр подошел ближе. Его взгляд скользнул по ее горящим рукам, по лицу, по дрожащим губам. Он не стал ругаться и давить. Просто взял ее ладони в свои.

Зеленый огонь коснулся его кожи и тут же стал тише.

— Это значит, что ты останешься здесь.

— Каэр…

— Послушай меня.

— Нет, это ты меня послушай! — Ана дернула руками, но он не отпустил. — Нерина пропала. Эль до сих пор у него. Если это Коллекционер, если он опять начал действовать, я не могу сидеть здесь и ждать!

— Можешь.

— Не могу!

— Ана.

Каэр притянул ее к себе и обнял. Крепко и надежно, словно пытаясь спрятать от всего мира.

Ана сначала уперлась руками ему в грудь, но потом пальцы сами вцепились в его камзол. Она уткнулась лбом ему в плечо и с трудом вдохнула. От него пахло дождем, металлом, такой дорогой и знакомой магией.

— Я боюсь, — сказала она почти беззвучно.

Каэр наклонился к ее волосам.

— Знаю.

— Он забрал Нерину. Она же еще девочка. Она добрая. Она просто хотела жить нормально, без этого всего. А теперь, она у него. У этого маньяка.

— Я знаю.

— А если он сделает с ней то же, что с теми девушками?

Каэр сжал ее сильнее.

— Не сделает. Я отыщу ее раньше.

Ана подняла на мужа расстроенное лицо.

— Возьми меня с собой.

В глазах Каэра что-то дернулось. Там перемешались боль и страх, а потом появилась любовь. У Аны перехватило дыхание от его взгляда.

— Нет.

Она закрыла глаза.

— Ты не имеешь права решать за меня.

— Имею, если ты сейчас готова броситься в ловушку.

— А ты не готов?

— Готов. Поэтому ты и останешься здесь.

Бублик рядом тихо фыркнул.

— Как фамильяр, я обязан заметить, что вы оба сейчас выглядите странно и немного озабоченно!

Каэр не отрывал взгляда от Аны.

— Бублик останется с тобой.

— Я вообще-то хотел пойти кусать преступников. И не обязан слушаться рептилий!

— Останешься с Аной. — Кинул на него взгляд Каэр.

Белый волк прищурился.

— Тирания в чистом виде. И как я с вами живу!

Ана попыталась улыбнуться, но не смогла. Каэр провел ладонью по ее щеке.

— Я отправлю группы по всем портальным следам. Тирс уже был на месте? Он не приходил с докладом?

Дверь приоткрылась, и на пороге появился сам Тирс. Он был бледный, растрепанный и явно бежал сюда без остановки. В руках у него была папка, из которой торчали листы. Один лист был прижат локтем, второй держался каким-то чудом.

— Был, господин Равеннар.

Каэр повернулся.

— Рассказывай.

Тирс сглотнул.

— Прибежал младший брат Нерины. Мальчик совсем маленький, лет десять. Сказал, что к ним домой пришел человек в сером плаще.

Ана побледнела. Каэр сразу снова положил ладонь ей на плечо.

— Что он сделал? — спросил он.

— Мальчик не понял. Сказал, что незнакомец стоял в прихожей и говорил с Нериной. Очень тихо. Потом достал что-то вроде часов или медальона. Мальчишка испугался и спрятался за дверью. Воздух в комнате потемнел, а потом Нерина и человек в плаще исчезли.

— Мальчик видел лицо?

— Нет. Только серый плащ, перчатки и голос. Сказал, что голос был вежливый. Даже ласковый.

Ана сжала кулаки.Огонь снова вспыхнул на пальцах.

— Ласковый, — повторила она, словно запоминая это слово.

Бублик тихо зарычал.

— Очень жаль, что законом запрещено сначала откусить преступнику голову, а уже потом выяснять подробности.

Тирс бросил на него нервный взгляд.

— Господин Весс сказал, что это не обычная портальная магия. Там есть хрономантский след. Мы его брали с собой. Браслеты с него сняли, как вы и приказали.

Ана резко посмотрела на него.

— Значит, Коллекционер точно хрономант?

— Или использует хрономантский механизм, — ответил Тирс. — Лиан сказал, что след похож на небольшой разрыв, словно его проделали тонким скальпелем.

— Очень образно, — буркнул Бублик. — Теперь мне хочется укусить преступника еще больше.

Каэр быстро подошел к столу и начал собирать бумаги.

— Где сейчас Лиан?

— На месте пропажи. С двумя магами надзора. Он помогает восстановить направление перехода.

— Хорошо. Подготовь три поисковые группы. Первая — дом Нерины и соседние улицы. Вторая — все заброшенные мастерские часовщиков. Третья — старые портальные узлы.

— Уже начал.

— Подключи архив. Все дела, где фигурируют серый плащ, часы, розы, зеркала, пропавшие девушки.

— Да, господин Равеннар.

Каэр остановился.

— И проверь, кто знал, где живет Нерина.

Тирс кивнул.

— Понял.

Ана сделала шаг вперед.

— Я тоже иду.

Каэр повернулся к ней.

— Нет.

— Каэр!

— Я сказал нет.

В комнате стало холоднее. Тирс осторожно отступил на полшага. Бублик посмотрел то на Ану, то на Каэра и пробормотал:

— Прекрасно. Сейчас преступник сам испугается и сдастся, чтобы не мешать семейной беседе.

Ана не улыбнулась.

— Ты не можешь запереть меня здесь.

— Могу попросить тебя довериться мне.

— А если я не смогу?

Каэр подошел к ней и взял за руку.

— Сможешь.

Ана смотрела на него и молчала. Каэр поднес ее руку к губам и поцеловал пальцы. На ее кольце вспыхнул зеленый изумруд.

— Жди меня здесь. Пожалуйста. Я вернусь, а потом поедем домой.

От этого «пожалуйста» у нее больно сжалось сердце.

Он редко просил. Обычно приказывал, спорил, язвил, давил своим ужасным драконьим упрямством. А сейчас просто просил.

Ана кивнула.

— Хорошо.

Каэр выдохнул.

— Спасибо.

Он наклонился и быстро поцеловал ее. Поцелуй вышел коротким, почти сдержанным. Но в нем было столько тревоги и нежности, что Ана едва не заплакала.

Каэр отстранился, посмотрел на Бублика.

— С нее глаз не спускать.

— А можно два? Так надежнее.

— Бублик.

— Да понял я!

Каэр еще раз посмотрел на Ану. Потом вышел вместе с Тирсом. Дверь закрылась и в кабинете сразу стало тихо.

Ана осталась стоять посреди приемной. Пальцы еще помнили его руку, а губы — его поцелуй.

Бублик уменьшаться не стал. Огромный белый волк прошел к столу, лег рядом и положил голову на лапы.

— Я не люблю это, — сказала Ана. — Не люблю ждать! Я бы могла помочь.

— Никто не любит ждать.

— Я должна была пойти с ним.

Ана подошла к окну. За стеклом темнел город. Вдалеке мигали городские башни. Над крышами вспыхивали зеленые линии портальных переходов. Поисковые группы уходили одна за другой.

Где-то там была Нерина и Эль. Где-то там был ее любимый дракон.

Ана прижала ладонь к стеклу. Волк поднялся и подошел к ней. Она опустилась на диван у стены и закрыла лицо руками.

— Не волнуйся. Он вернется, а я обязательно найду способ искусать врага.

Ана рассмеялась. Тихо, почти без сил. Бублик осторожно ткнулся носом ей в колено.

— Вот. Уже лучше. Смеющаяся Жница пугает врагов гораздо сильнее, чем плачущая.

— Ты сейчас придумал?

— Нет, это экспромт.

Ана провела рукой по его шерсти.

— Как думаешь, Каэр найдет ее?

— Уверен.

— Ты просто так говоришь?

— Нет. Он злой, умный, упрямый и очень любит тебя. Преступникам обычно плохо, когда все четыре качества собираются в одном человеке.

Ана снова посмотрела в окно. Время тянулось медленно, слишком медленно.

Она пыталась сидеть. Потом вставала. Ходила от стола к двери. Потом обратно. Несколько раз бралась за ручку, но Бублик просто поднимал голову, и она отпускала.

Прошел час. Может, меньше или больше. Иногда мимо приемной пробегали сотрудники. Кто-то нес карты. Кто-то — ящики с артефактами. Кто-то громко ругался, что снова не работает северная портальная линия.

Подозрительно разумный гриб тихо высунулся из-за фикуса. Он держал в лапках маленький ключ и смотрел на Ану с редким для себя сочувствием.

— Даже не думай, — сказал Бублик, не поворачивая головы.

Гриб обиженно моргнул.

— Ключи сегодня никого не спасают.

Гриб медленно спрятал ключ под шляпку.

— И не делай вид, что ты не понимаешь.

Гриб показал ему язык и снова исчез за горшком. Ана покачала головой.

— Я однажды проснусь, а он уже будет министром.

— Не министром, — сказал Бублик. — Серым кардиналом. Министры слишком много работают, а этот только ключи тащит.

Раздался стук в дверь. Ана вздрогнула. Бублик мгновенно поднялся. Шерсть на загривке снова встала. Он тихо шагнул вперед, заслоняя собой хозяйку.

— Кто там? — спросила Ана.

Дверь приоткрылась. На пороге стоял почтальон. Обычный почтальон в темно-синей форме, с кожаной сумкой через плечо. В руках он держал черную коробку.

Небольшую. Узкую. Перевязанную темной лентой.

— Доставка для госпожи Аны Равеннар, — сказал он.

Ана похолодела. Бублик тихо зарычал.

— Кто передал?

Почтальон сглотнул.

— Не знаю. Коробка появилась в приемном окне. На ней стоит печать срочной доставки. Я обязан был принести.

Ана медленно подошла ближе. На крышке коробки серебряными буквами было написано:

«Для Аны Равеннар».

Ее новое имя. Ана протянула руку, но Бублик резко встал перед ней.

— Не трогай.

— Бублик…

— Я сказал, не трогай.

Почтальон попятился и почти выбежал за дверь. Черная коробка осталась на столе.

Ана и Бублик смотрели на нее. Несколько секунд никто не двигался.

— Дождемся Каэра, — сказал Бублик.

— Надо посмотреть, а вдруг там то, что поможет найти Нерину?

— Ана.

Она вздрогнула. Бублик редко называл ее по имени просто так.

— Не открывай ее.

— Я знаю, что внутри.

— Тем более не открывай.

Ана все-таки подошла к столу. Коробка была холодной. Даже воздух вокруг нее казался тоньше, чем должен быть. Лента сама расползлась под ее пальцами.

— Хозяйка, я сейчас укушу тебя за рукав.

— Не надо.

Ана открыла крышку. Внутри лежали часы. Черные.

Тонкие. Невероятно красивые. На крышке была красная роза. Не нарисованная. Вырезанная из какого-то темного металла, а лепестки будто светились изнутри глубоким рубиновым огнем.

Ана не дышала. Она уже видела похожие…, но эти были особенно прекрасны.

Бублик тут же оскалился.

— Вот теперь точно зовем Каэра.

Ана не ответила. Под часами лежал сложенный лист. Девушка взяла его. Почерк был красивый, тонкий. Почти изящный.

«Госпожа Равеннар.

Вы стали гораздо интереснее, чем я ожидал. У вас есть то, что принадлежит старой Охоте. У меня есть то, что принадлежит вам.

Если хотите снова увидеть сестру, приходите одна. Если придете с мужем, фамильяром или магами Департамента, Эль исчезнет навсегда.

Нерина продержится недолго. Часы покажут путь, когда пробьет полночь. Не опаздывайте.

Коллекционер».

Ана дочитала и медленно опустила лист. В комнате стало очень тихо. Бублик смотрел на нее.

— Нет.

— Бублик…

— Нет.

— Ты даже не знаешь, что я скажу.

— Знаю. Ты скажешь какую-нибудь самоотверженную глупость. Например: «Я должна идти». Или: «У меня нет выбора». Или еще хуже: «Не говори Каэру».

Ана молчала. Бублик резко ударил хвостом по полу.

— Нет!

— Если я не пойду, он убьет Эль.

— Если ты пойдешь, он получит тебя, а потом убъет Эль, Нерину и тебя!

— А если я скажу Каэру, он пойдет со мной. Или вместо меня. И тогда Коллекционер убьет их обеих.

— Это он так написал. Преступники иногда врут. Представляешь? Ужасное открытие.

Ана сжала записку.

— Я не могу рисковать Эль.

— А собой можешь?

Она отвернулась.

— Она моя сестра.

Огромный белый волк стоял у стола, и в его зеленых глазах не было ни шутки, ни обычной насмешки.

— Я не могу тебя потерять — сказал он.

У Аны задрожали губы.

— Бублик…

— Не позволю.

— Тогда он убьет ее.

— Мы найдем другой способ.

— У нас нет времени.

Она закрыла глаза. Каэр. Его руки. Его голос. Его «жди меня здесь». Его «вернусь». Он просил ее довериться, а теперь она собиралась уйти.

Где-то в коробке тихо тикнули часы. Ана медленно повернула голову. Стрелки стояли на без пяти двенадцать.

Но в приемной еще не было полуночи.

— Они уже идут, — прошептала она.

Черная крышка часов дрогнула. Красная роза на ней раскрылась чуть шире. Изнутри поднялся тонкий красный свет и лег на стол, как нить.

Нить тянулась к двери. Бублик тихо выругался.

— Я знал, что день испортится. Чувствовал с самого утра. Еще когда гриб украл ключ от камер.

Ана взяла часы.

— Прости.

Бублик оскалился. Она подошла и обняла его за теплую и пушистую шею. Бублик замер.

— Я постараюсь не дать ему этого сделать.

— Это худший план из всех, что я слышал. А я жил рядом с тобой достаточно долго.

— Передай Каэру…

— Нет.

— Бублик.

— Нет. Я не буду передавать твоему мужу посмертные нежности, потому что ты не умрешь.

Ана закрыла глаза.

— Передай ему, что я его люблю.

Волк зарычал.

— Сама передашь.

— И скажи, что я не могла иначе.

— Вот это точно не скажу. Он и сам догадается. И будет очень, очень зол.

— Я знаю.

— Нет, не знаешь. Я видел злых драконов. Они портят мебель и много чего еще.

Ана отстранилась. Часы в ее руке стали горячими. Красная нить у двери вспыхнула ярче. Она вытерла слезы ладонью.

— Мне пора.

Бублик встал у нее на пути.

— Хозяйка.

Она посмотрела на него.

— Пожалуйста.

Это слово остановило его сильнее любого приказа.

Бублик закрыл глаза на миг. Потом отступил.

— Я тебя ненавижу.

— Знаю.

— Это не правда.

— Тоже знаю.

Он шагнул к столу, зубами схватил край записки и резко дернул. Половина листа осталась у него.

Ана ахнула.

— Бублик!

— Что? — невинно спросил он. — Улики надо сохранять. Я фамильяр, а не декоративная подушка.

Она посмотрела на него, и сердце сжалось от любви и боли.

— Спасибо.

— Не благодари. Я сейчас же найду Каэра.

Волк прищурился и посмотрел на хозяйку.

— Я дал тебе выйти. Больше уступок сегодня не жди.

Ана сжала часы.

— Тогда дай мне хотя бы несколько минут.

Ана наклонилась и поцеловала его в лоб.

— Я вернусь.

— Обязана.

Она подошла к двери. Красная нить легла ей под ноги и повела вперед. Часы тикали тихо, почти ласково.

Ана еще раз оглянулась. Бублик стоял посреди приемной. Огромный белый волк с зелеными глазами. Рядом с ним из-за фикуса выглядывал подозрительно разумный гриб. Он держал в лапках связку ключей и, кажется, тоже понимал, что случилось что-то плохое.

— Присмотри за ним, — сказала Ана грибу.

Гриб серьезно кивнул. Бублик хмуро посмотрел на него.

— Только попробуй опять украсть что-нибудь важное.

Гриб медленно спрятал ключи за спину. Ана открыла дверь и вышла. Коридор был пуст. Красная нить скользнула вперед. Ана пошла за ней.

В приемной Бублик досчитал до двух. Потом поднял голову и завыл так, что по всему Департаменту вспыхнули тревожные кристаллы.

— КАЭР!

Гриб подпрыгнул от испуга, выронил связку ключей, поймал только один и тут же спрятал его под шляпку.

Бублик рванул к двери. На полу осталась половина записки. И на ней черными буквами были видны слова: «Если хотите снова увидеть сестру…»

Глава 44. Комната из черного зеркала

Глава 44. Комната из черного зеркала

Красная нить скользила по пустому коридору. Ана шла за ней, крепко сжимая в ладони черные часы. Их металлический корпус становился все горячее, но девушка почти не чувствовала боли.

Внезапно за спиной раздался вой Бублика. Громкий и страшный, от которого вспыхнули тревожные кристаллы и задрожали стекла в окнах. Он звал дракона.

На несколько мгновений ей захотелось вернуться. Бросить часы на пол, дождаться мужа, рассказать ему обо всем. Знала, что Каэр разозлится, может быть даже накричит. Скорей всего вообще запрет ее в кабинете и поставит у двери сразу двух боевых магов. Зато она будет рядом с ним.

Часы в ладони резко обожгли кожу. Красная нить натянулась, словно почувствовала ее сомнения.

Перед глазами появилось лицо Эль. Веселое, живое. Сестра держала в руке мороженое, смеялась и что-то говорила. Потом картинка изменилась. Эль стояла по ту сторону зеркала. Бледная, испуганная, с длинной белой прядью у виска.

— Я не могу иначе, — прошептала Ана и двинулась дальше.

Красная нить привела ее в старую часть Департамента. Здесь почти не было сотрудников. За закрытыми дверями хранились архивы, списанные артефакты и вещи, изъятые у давно пойманных преступников.

Ана свернула за угол. В конце коридора стояло зеркало. Она была уверена, что раньше его здесь не было.

Высокое, почти до потолка, в узкой черной раме. Гладкая поверхность не отражала ни стены, ни светильники, ни саму Ану. Она была совершенно черной, словно за рамой находилось не стекло, а глубокая безлунная ночь.

Красная нить уходила прямо внутрь. Ана остановилась в нескольких шагах.

— Эль?

Зеркало не ответило. В глубине что-то шевельнулось. На мгновение показалась женская фигура в светлом платье. Светлые волосы, тонкие плечи.

— Эль!

Ана бросилась вперед. Черная поверхность дрогнула. Стала мягкой, податливой. Пальцы провалились в холод, похожий на густую воду.

Девушка в какой-то миг поняла, что совершила ошибку. Попыталась отдернуть руку, но зеркало уже держало ее. Холод обвил запястье, пополз вверх. Ана уперлась ногами в каменный пол, но черная поверхность резко выгнулась и потянула ее к себе.

Она лишь успела услышать далекий рык Бублика. Потом мир исчез. Ана упала на колени. Под ладонями оказалась гладкая холодная поверхность. Она попыталась подняться, но пальцы скользнули, и девушка едва не упала снова.

Вокруг было темно. Не просто темно. Эта темнота казалась плотной и живой. Она прижималась к коже, забиралась под одежду, мешала дышать.

Постепенно на стенах начали проступать слабые серебряные линии. Ана осмотрелась.

Комната была круглой или квадратной. Понять было невозможно, потому что стены, пол и потолок были сделаны из одного и того же черного зеркала. Границы терялись, углы исчезали. Девушка видела десятки собственных отражений, но каждое вело себя немного иначе.

Одно повторяло ее движения с опозданием. Другое стояло неподвижно. Третье отражение медленно повернуло голову, хотя сама Ана не двигалась. Она резко вскочила.

— Где я?

Ее голос разошелся по комнате множеством отражений.

«Где я?..»

«Где…»

«Я…»

Ана посмотрела на часы. Красная роза на крышке почернела. Стрелки замерли ровно на полуночи. Красная нить исчезла.

Девушка коснулась двери, через которую, как ей казалось, вошла, но под пальцами было только гладкое зеркало. Никакой щелочки, сплошная ровная черная стена.

Она ударила ладонью по стене. Зеркало даже не дрогнуло.

— Бублик!

Тишина. Ана закрыла глаза и попыталась почувствовать фамильяра. Обычно связь с ним находилась где-то глубоко внутри, но сейчас там была звенящая пустота.

— Бублик! — закричала она громче.

Ответа не последовало. Кольцо на пальце сильно похолодело, а изумруд потемнел, словно его залили чернилами. Ана потерла камень большим пальцем.

— Каэр?

Ничего. Из темноты раздался тихий смех. Ана резко обернулась.

— Кто здесь?

— Маленькая Ана! Был уверен, что ты клюнешь на мою уловку.

Голос был мужским. Спокойным, даже странно приятным и отчего-то смутно знакомым. Ана всматривалась в зеркала, но видела только собственные отражения.

— Покажитесь.

— Как быстро ты перешла к приказам, а мы ведь еще даже не познакомились толком. Лорд Равеннар плохо на тебя влияет.

— Так давайте знакомиться. Может быть выйдете из тени и покажете лицо?

Мужчина громко рассмеялся. В одном из зеркал появилась фигура. Сначала она была размытой, потом приобрела очертания. Высокий человек в длинном сером плаще стоял за спиной Аны.

Девушка резко повернулась, но там никого не оказалось. Она снова посмотрела в зеркало. Человек оставался там, за ее спиной.

Капюшон скрывал лицо. На руках были серые перчатки. Единственной заметной деталью оказалась тонкая серебряная цепочка, исчезающая под плащом.

— Коллекционер, — словно хотела подтвердить самой себе, произнесла Ана.

— Мне нравится это имя.

— А настоящее какое или очень страшно его назвать даже сейчас?

— Имена слишком многое говорят о людях. Мне оно не нужно.

Человек сделал шаг в зеркале. В следующее мгновение он стоял уже в комнате. Ана не увидела, как это произошло. Только что он находился в отражении, а теперь был напротив нее.

— Где Нерина?

— В безопасности. Пока.

— А где моя сестра?

— Даже обидно, что ты не хочешь узнать обо мне побольше, а сразу стараешься перейти к делу, но так оно может и лучше!

— Вы обещали рассказать мне про Эль.

— Обещал.

— Так рассказывайте.

Человек в сером плаще медленно обошел ее. Ана поворачивалась следом, не позволяя ему оказаться за спиной.

— А ты очень похожа, — произнес Коллекционер.

— На кого?

— На Северина Морра. Та же привычка смотреть так, словно уже решили, куда нанести первый удар.

Ана сжала кулаки.

— Вы знали моего отца?

— О да.

В голосе мужчины исчезло веселье.

— Когда-то я служил тем, кто называл себя великими домами. Драконам, эльфам, магам с длинными родословными и пустыми головами. Они пользовались моим даром. Просили остановить яд в крови, сохранить молодость очередной любовницы, продлить жизнь умирающему наследнику. Но никогда не считали меня равным.

Он остановился перед одним из зеркал. На его поверхности отразился огромный зал. Люди в дорогих одеждах сидели за длинным столом. Чуть поодаль стоял молодой мужчина в сером одеянии. Его лицо оставалось размытым.

— Им нравилась хрономантия, пока она им служила, — продолжил Коллекционер. — Но стоило нам понять, что время делает всех равными, как они испугались.

Изображение изменилось. По ночному городу шел высокий мужчина с двумя клинками. Рядом двигался огромный белый зверь. За ними горели дома.

Ана подошла ближе.

— Морр.

— Твой отец называл это Охотой. Мы называли это уничтожением. Он ломал механизмы, сжигал мастерские, убивал тех, кто не соглашался подчиниться Совету.

— Они крали время у людей.

— Они изучали его.

— Но хрономанты же убивали!

Коллекционер повернул к ней скрытое капюшоном лицо.

— Так говорит наследница Охотника, обезглавившая больше преступников, чем некоторые палачи за всю жизнь.

Ана почувствовала, как вспыхнули ладони.

— Я никогда не трогала невиновных.

— Каждый убийца уверен, что его жертвы заслуживали смерти.

— А молодые девушки, которых вы истязали, тоже заслуживали?

Мужчина помолчал, но было видно, что ее слова задели его. Затем ухмыльнулся.

— Они даже не успевали понять, каким сокровищем обладали, кроме как красивым телом.

— Жизнью?

— Будущим.

Он поднял руку. На серой перчатке лежали маленькие женские часы. Серебряный корпус, белый циферблат, роза из красной эмали.

Глава 45. Он найдет меня!

Глава 45. Он найдет меня!

— Люди считают временем то, что уже прожили. Воспоминания, прошлое, годы. Это ошибка. Самая драгоценная часть человека — то, чего еще не случилось. Любовь, дети, разочарования, открытия, старость. Тысячи несделанных выборов.

Крышка часов открылась. Внутри закружился золотистый свет. Ана увидела молодую девушку, танцующую на сцене. Потом ту же женщину с ребенком на руках. Потом седую старуху у окна.

— Это ее жизнь? — прошептала Ана.

— Одна из возможных.

Коллекционер закрыл часы и все образы сразу исчезли. Ана воскликнула.

— Вы украли ее будущее, то будущее, которое было вероятнее всего.

— Зато я сохранил его в часах.

— Но девушка же мертва!

— В этом нет ничего необычного. Футляры иногда ломаются.

Ана сжала кулаки и рванулась к нему, черная кожа начала обтягивать тело. На запястьях вспыхнули серебряные линии. В ладонях появилась знакомая тяжесть.

Серпы почти сформировались, почти. Черные зеркала зазвенели, отражая Жницу, которая почти отобразилась в них. Но через мгновение она исчезла. Серебряное оружие, появившееся только в зеркалах рассыпалось черной пылью.

Ана снова попыталась призвать силу Охотницу, но ладони лишь слабо полыхнули зеленым.

Черные стены ответили тяжелым гулом. Свет вырвался из ее пальцев, потянулся к зеркалам и исчез внутри.

Девушка недоуменно посмотрела на руки, потом на зеркала.

Коллекционер спокойно наблюдал со снисходительной ухмылкой.

—Что, не получается?

Ана тяжело дышала.

— Что вы сделали?

— Ничего. Это место было создано задолго до вашего рождения. Черные зеркала не отражают магию. Они забирают ее. Здесь нет древнего права Охоты. Нет вашего фамильяра. Нет связи с драконом. Здесь только пустота.

Он посмотрел на кольцо и хмыкнул.

— И даже драгоценная семейная безделушка королевской семейки здесь бесполезна.

Ана прижала руку с кольцом к груди.

—Королевской?

Коллекционер громко рассмеялся.

— Наивная Жница. Кто бы мог подумать! Девочка влюбилась и даже не поинтересовалась, кто же ее избранник. Ты даже не знаешь, как полное имя твоего супруга?

Ана молчала, а Коллекционер продолжал насмехаться.

— Каэр Равеннар или Его королевское высочество Каэриан Элиар Северин Валент Равеннар-Эйранн, первый принц крови, наследник короны Эйранна, архимаг разломов, верховный маг-сыщик Департамента разломов и особых преступлений.

Глаза Аны широко распахнулись.

— Он наследник короны…

— От этого ты еще ценнее в моей коллекции. Не только Охотница и Жница, но и истинная наследного принца.

Девушка снова сжала кулаки и выпрямилась, упрямо подняв подбородок.

— Тем более, Каэр найдет меня. А вам лучше сразу сделать то, что позже сделаю я или мой муж.

— Вы действительно его любите. Какая прелесть. Возможно и найдет, но сейчас ты здесь, а я успею забрать твое время и будущее.

—— Не смейте говорить о нем.

— Почему? Лорд Равеннар стал важной частью вашего будущего. Именно поэтому ваше время теперь стоит гораздо дороже.

Он медленно двинулся вперед. Ана тут же отступила, но прижалась спиной к гладкой черной поверхности.

— Не приближайтесь.

— Почему же, я давно хотел рассмотреть тебя вблизи.

— Мы раньше встречались? — Ана прищурилась и пристально посмотрела на врага.

Мужчина остановился. На короткое мгновение ей показалось, что он улыбается под капюшоном.

— Я наблюдал за вами гораздо дольше, чем ваш дракон.

По спине Аны прошел холод.

— Где?

— Вы были очаровательны. Длинные юбки, нелепые кофты, очки на половину лица. Вы так старались казаться незаметной.

Голос и эти его интонации. Ана была уверена, что уже слышала их, но в другом месте и в другой жизни. Она снова попыталась вспомнить, но воспоминание снова ускользнуло от нее.

— Вы были на Земле.

Мужчина промолчал.

— Вы знали меня там.

— Я знал о вас достаточно. Знал, что однажды наследие Морра проснется. Ждал, когда боль сделает вас сильнее. Наблюдал, как вы ищете сестру, как наказываете тех, кого считаете виновными.

— Это вы оставили часы Эль в гостинице.

— Разумеется. Иначе вы никогда не попали бы сюда.

Ана вновь бросилась вперед. Зная, что серпы не появятся, она просто ударила его кулаком, целясь в нос. Рука прошла сквозь серый плащ и врезалась в зеркало.

По пальцам прошла боль. Коллекционер стоял уже в нескольких шагах.

— Здесь вы не сможете меня коснуться.

Она отступила к стене.

— Вы обещали рассказать про Эль, но так и ничего не ответили.

— Ах да. Ваша драгоценная сестра.

— Где она?

— Я солгал.

Ана почувствовала, как что-то оборвалось внутри.

— Ваша сестра давно попала в лапы одного из местных драконов.

Ана побледнела.

— Лжете.

— Молодая, красивая, беззащитная девушка из другого мира. Разве дракон мог пройти мимо такого подарка?

— Замолчите.

— Насколько мне известно, она стала его любимой постельной игрушкой.

Ана закричала, ударила по зеркалам, снова и снова, пока кулаки не покрылись кровью. Но Ана не чувствовала боли.

Лжец! Лжец!

Смех окружал ее со всех сторон.

— Вы столько лет искали сестру, а она все это время согревала постель какого-то ящера.

И снова этот холодных хохот.

— Я убью вас!

Ана закричала и рухнула на колени. Через мгновение она почувствовала холод. Он приближался. Ана попыталась подняться, но ноги не слушались.

Коллекционер подошел ближе. В его руке появились небольшие часы без стрелок.

— Что вы собираетесь делать?

— Получить первый образец.

— Не трогайте меня.

— Я буду действовать постепенно. Слишком быстро забранное время теряет часть вкуса.

Он нажал на маленькую кнопку и крышечка странных часов открылась. Изнутри донесся тихий звон. Все отражения Аны одновременно изменились.

В одном зеркале она оставалась молодой. В другом была старше на десять лет. В третьем стояла седая женщина. В четвертом отражении Ана лежала на полу с открытыми глазами.

Девушка попыталась отвернуться, но не смогла. Она смотрела и смотрела на эти отражения. В груди появился тот холод, что исходил от Коллекционера.

Ана почувствовала, как что-то вытягивается из нее тонкими невидимыми нитями. Сначала ушло тепло. Потом силы. На мгновение она забыла, как пахнет библиотека на Земле. Забыла голос матери. Не смогла вспомнить лица сестры.

— Нет…

Паника захлестнула ее. Лишь лицо мужа все еще было в ее памяти. Она что было сил вцепилась пальцами в кольцо.

Зеленые глаза, улыбка, слегка растрепанные волосы. Его голос: «Я твой».

— Каэр…

Из груди вырвалась серебристо-зеленая нить. Она потянулась к часам Коллекционера. Тот удивленно замер.

— Великолепно.

Ана пыталась удержать силу. Сжимала зубы, упиралась ладонями в пол, но поток становился все ярче.

В зеркалах замелькали кусочки возможного будущего. Каэр держал ее на руках. Появился дом с зелеными окнами.

Белый волк лежал у камина.

Маленький мальчик с розовыми волосами смеялся, сидя на плечах у отца. Все образы тянулись к часам.

— Не смейте!

Ана закричала так пронзительно, что кольцо вспыхнуло, но черные зеркала мгновенно поглотили свет.

Коллекционер захлопнул крышечку часов и отражения пропали.

Ана упала на бок, тяжело хватая воздух. Все тело дрожало. Волосы рассыпались по лицу. У виска появилась тонкая белая прядь.

Мужчина в сером плаще присел рядом, стянул с руки перчатку. Это была белая рука с тонкими пальцами. Он почти нежно провел по щеке девушки. Коснулся ее губ.

— Совсем немного. Несколько дней. Возможно, недель. Для первого раза достаточно.

Ана подняла на него полный ненависти взгляд.

— Я все равно вас убью. Без суда. Просто ради удовольствия.

— Поэтому ты мне и нравишься, малышка. Ты никогда не сдаешься. Никогда не сдавалась. Но сейчас твое время истекает.

Он медленно поднялся.

— Каэр найдет меня.

— Не сомневаюсь. Лорд Равеннар оказался гораздо интереснее, чем я ожидал. Но я уже кое-что предпринял, чтобы этого не произошло.

Коллекционер шагнул к зеркалу. Его тело начало растворяться в черной поверхности.

— Отдыхайте, госпожа Равеннар. Скоро я вернусь, и мы продолжим.

— Стойте!

Он остановился наполовину в зеркале.

— Нерина жива?

— Пока да.

Серый плащ исчез, а зеркало стало гладким и пустым. Ана осталась одна.

Несколько минут она лежала на холодном полу, пытаясь восстановить дыхание. В голове шумело. Перед глазами плавали темные пятна.

Потом девушка медленно села. Кольцо на пальце оставалось холодным. Изумруд не светился, а значит, связи с Каэром не было. Бублика она тоже не чувствовала.

Вокруг тикали невидимые часы. Сотни, тысячи. И, казалось, каждое отражение смотрит на нее.

— Он лжет, — сказала Ана вслух.

Отражения повторили:

— Лжет…

— Эль не могла…

Голос сорвался. Она закрыла глаза. Перед ней снова возникло смеющееся лицо сестры.

Нет. Она не поверит человеку, который уже обманул ее, чтобы заманить сюда. Он хотел причинить боль. Хотел лишить ее сил, заставить сомневаться.

Ана вытерла кровь с разбитых пальцев о юбку и поднялась. Ноги дрожали, но она заставила себя встать ровно.

— Каэр найдет меня.

Отражения молчали.

— Бублик поднимет на ноги весь город.

Где-то в зеркалах что-то шевельнулось.

— А потом я найду тебя.

Ана подошла к ближайшей стене и положила ладонь на черную поверхность.

— И ты очень пожалеешь, что оставил Жницу в живых.

Ее отражение улыбнулось. Но сама Ана не улыбалась.

Девушка медленно отняла руку. Отражение продолжало смотреть на нее с улыбкой. А потом приложило палец к губам.

Глава 46. Я пошел спать.

Глава 46. Я пошел спать.

Прошли сутки, но никакой новой информации о девушке так и не поступило.

Аны не было. Охранные кристаллы показали, как она вышла из приемной, повернула в старое крыло и исчезла за углом.

Следующий кристалл ее уже не увидел.Через два часа Каэр лично разнес стену в том месте, где ее видели в последний раз. За каменной кладкой обнаружились старые трубы, дохлая мышь и служебный проход, которым, судя по пыли, не пользовались лет пятьдесят.

Аны не было. Через четыре часа вернулся Бублик. Он обыскал крыши, переулки, мосты и городские разломы. Проверил квартиру Аны, их дом, любимое кафе Лиана и даже трактир «У голодного дракона».

Ничего. Следовик снова попытался почувствовать хозяйку. Закрыл глаза, замер посреди приемной. Серебряный свет пробежал по шерсти, зеленый камень на медальоне вспыхнул.

Потом погас. Бублик открыл глаза.

— Ее нигде нет.

Каэр стоял у окна.

— Она есть и она жива.

— Откуда ты знаешь?

Каэр сжал руку. На пальце было кольцо истинного. Изумруд казался почти черным, но в самой глубине оставалась крошечная зеленая искра.

— Знаю.

Бублик подошел к нему.

— Тогда мы ее найдем.

Каэр ничего не ответил. К вечеру Департамент перестал напоминать государственное учреждение и превратился в военный штаб.

В приемной толпились следователи, маги, стражники, специалисты по разломам и зеркалам. На стенах висели карты. По ним двигались светящиеся точки поисковых отрядов.

Тирс сидел за столом Аны и исследовал записку.

Он обложил ее пластинами, кристаллами, справочниками и тремя чашками холодного кофе. Рядом лежал протокол, в котором слово «исчезновение» было написано четырьмя разными способами и ни разу правильно.

Каэр ничего не сказал. Сейчас ему было все равно.

Подозрительно разумный гриб вернулся из вентиляции весь в пыли и паутине. Шляпка помялась, один ключ потерялся.

Он забрался на стол, сел рядом с чашкой Аны, и опустил голову.

— Не нашел? — спросил Бублик.

Гриб покачал шляпкой. Потом обнял чашку обеими руками. Бублик отвернулся, потому что не мог смотреть на это спокойно.

Ночь прошла без сна. Каэр выезжал с каждой группой, если появлялась хотя бы малейшая зацепка.

В одном из старых домов нашли зеркало, которое не отражало людей. Оно оказалось дешевой подделкой, купленной хозяином для сокрытия любовницы.

У Северных ворот обнаружили след хрономантии. Там жил старый часовщик, который незаконно возвращал клиентам по несколько минут молодости, вытягивая их из соседских котов.

В подвале «Семи лун» нашли закрытый склад зеркальных заготовок.

Ни одна не вела к Ане. К утру Каэр уже почти не разговаривал и лишь отдавал приказы.

Сотрудники старались не попадаться ему на глаза без веской причины. Когда один из младших следователей попытался сказать, что поисковые группы устали и людям необходимо хотя бы немного отдохнуть, Каэр посмотрел на него так, что тот сам вызвался проверить городские канализации.

Бублик больше не спорил с драконом. Он лежал на полу возле стола Аны, положив морду на лапы. Иногда поднимался, снова пытался почувствовать хозяйку, а потом ложился обратно.

Гриб сидел рядом. Время от времени он гладил волка по хвосту.

Начинались вторые сутки.

Ровно сутки с того мгновения, как Ана вышла из приемной.

Каэр стоял над картой города. На ней почти не осталось непроверенных мест. Только несколько серых участков под дворцами знатных домов и древние подземелья, куда нельзя было попасть без разрешения Совета.

— Проверим все, — сказал он. — Мне плевать на разрешения.

Тирс поднял голову от записки.Он выглядел так, будто постарел лет на десять.

— Господин Равеннар, я нашел еще кое-что.

Каэр мгновенно оказался рядом.

— Говори.

— Черная роза нарисована не чернилами.

— А чем?

— Я не знаю. Она вообще не находится на бумаге.

Тирс поднес к записке тонкое зеркало. В отражении лист был чистым. Ни текста, ни розы.

— Послание существует только тогда, когда на него смотрят прямо. В отражении его нет.

— Черное зеркало, — произнес Бублик.

Все повернулись к нему и волк медленно поднялся.

— В аптеке была зеркальная комната. Она тоже не отражала то, что происходило снаружи. И затягивала внутрь.

— Комната запечатана, — сказал Каэр. — Мы проверяли ее трижды.

— Значит, есть другая.

— Где?

— Не знаю.

Каэр стиснул край стола и дерево жалобно затрещало. В этот момент в приемную вошла Грисилла Принц. Как всегда безупречно одетая и причесанная.

Сейчас она выглядела почти скромно, без привычных разрезов и декольте.

Бублик сразу поднял верхнюю губу, показывая клыки. Гриб вскочил и спрятался за чернильницей. Каэр медленно выпрямился и зло посмотрел на нее.

— Что тебе нужно?

Грисилла остановилась у двери.

— Я услышала об Ане и хочу помочь.

— Весь город уже слышал. Мне не нужна помощь, я найду ее и без тебя.

— Каэр…

— Уходи.

Грисилла опустила глаза.

— Я понимаю, что ты не хочешь меня видеть. И заслужила это.

Каэр молчал.

— Я вела себя отвратительно, — продолжила она. — Пришла сюда, угрожала Ане, оскорбляла ее. Пыталась доказать, что имею на тебя какие-то права. Это было унизительно и для нее, и для меня самой.

Бублик недоверчиво сощурился, а Гриб выглянул из-за чернильницы.

— Я не прошу забыть все, что сказала, — продолжила Грисилла. — Но сейчас пропала твоя жена. Мои люди могут помочь. У отца есть доступ к закрытым подземельям знатных домов. Я могу поднять драконьи патрули и договориться с дворцовой стражей. Несмотря на то, что ты наследник, без Совета это займет несколько часов, а отец может попросить аристократов добровольно пустить к себе твоих сотрудников.

Каэр посмотрел на карту. Серые области под дворцами оставались единственными местами, куда его люди еще не попали.

— Хорошо, — сказал он.

Грисилла подняла глаза.

— Ты принимаешь мою помощь и извинения?

— Принимаю.

Каэр устало провел рукой по лицу. Ему не хотелось говорить с ней. Не хотелось разбираться в старых обидах, угрозах и нелепых планах их родителей.

Где-то была Ана, где-то в руках у маньяка и если до сих пор Жница не убила его и не появилась в приемной, значит, ей самой требовалась помощь. Каждая минута могла стоить ей жизни.

— Считай, что я тебя простил.

Грисилла вздрогнула, словно не ожидала услышать это так легко.

— Правда?

— Мне сейчас не до нашей ссоры. Хочешь помочь — помогай. Не хочешь — не мешай.

— Я помогу.

Она шагнула ближе. Бублик тихо зарычал.

Грисилла покосилась на него, но на этот раз ничего не сказала. Только достала из сумочки список фамилий и положила на стол.

— Здесь командиры патрулей, которые подчиняются моему отцу. Я уже отправила им сообщение. Через полчаса они начнут осмотр.

Каэр взял лист.

— Спасибо.

— Я не хочу быть твоим врагом, Каэр.

Он снова посмотрел на нее.

— Чего ты хочешь?

— Просто остаться твоим другом. Хотя бы другом. Мы слишком давно знакомы, чтобы все закончилось ненавистью.

Каэр усмехнулся без веселья.

— Друзья не угрожают.

— Я знаю. И мне стыдно.

В ее голосе дрогнуло что-то похожее на искренность. Но Каэр был слишком уставшим, чтобы разбираться.

— Хорошо. Больше никаких угроз, разговоров о браке и вмешательства в мою жизнь.

— Обещаю.

— Тогда на этом все.

Грисилла кивнула.

— Ты ужасно выглядишь. Ты спал, ел?

— Нет. Не помню. Это не важно, пока я не найду ее.

— Ана убила бы тебя за такое отношение к себе.

Имя жены больно ударило по сердцу. Каэр отвернулся к карте.

— Когда получишь ответ от патрулей, сообщи Тирсу.

Грисилла сделала шаг к двери, потом остановилась.

— Каэр.

Он раздраженно обернулся.

— Что еще?

— У тебя воротник завернулся.

Она подошла прежде, чем он успел отстраниться.

Тонкие пальцы коснулись черной ткани. Каэр хотел перехватить ее руку, но Грисилла уже поправляла край воротника.

— Я сам.

— Уже все.

Что-то тихо щелкнуло. Совсем незаметно.

Никто не заметил, как под тканью камзола появилась тонкая серая булавка, похожая на крошечную часовую стрелку. На ее конце на мгновение блеснул черный камень. На будто живая быстро поползла дальше и залезла под воротник.

Грисилла провела пальцами по его плечу и отступила.

— Береги себя.

Она развернулась и направилась к двери. Бублик внимательно смотрел ей вслед. Что-то в ее запахе ему не нравилось.

Каэр остался стоять у карты. На несколько мгновений все вокруг затихло, потом он медленно моргнул и зеленый свет в его глазах стал как-то тусклее, а потом и вовсе погас.

Разломное пламя, которое все это время едва заметно дрожало вокруг его пальцев, исчезло.

Каэр оглядел приемную, безразличным взглядом прошелся по Бублику, по грибу. Все смотрели на него.

— Что? — спросил Каэр.

Бублик наклонил голову.

— Ты в порядке?

— Разумеется.

Каэр вдруг улыбнулся. Совершенно спокойно и обычно.

Он аккуратно сложил карту, убрал ее в папку и застегнул камзол.

— Продолжайте поиски.

— А ты куда?

— Домой.

В приемной стало тихо. Бублик медленно выпрямился.

— Куда?

— Домой, — повторил Каэр. — Я не спал больше суток. Мне нужно отдохнуть.

— Отдохнуть? — переспросил Бублик.

— Да.

— Сейчас?

Каэр посмотрел на него с легким недоумением.

— А что тебя удивляет?

Волк сделал шаг вперед.

— Как же Ана?

Каэр на мгновение задумался, будто пытался вспомнить, о ком идет речь. Потом улыбнулся еще раз.

— Найдется.

Бублик застыл, а гриб даже от удивления выронил связку ключей.

В это время, Каэр спокойно направился к выходу.

— Сообщите мне, когда появятся новости.

— Каэр, — позвал Бублик.

Мужчина не обернулся, лишь негромко хлопнув дверью.

Несколько мгновений никто не двигался. Потом гриб сорвался с места. Подбежал к Бублику, схватил его за шерсть на щеке и второй рукой указал на дверь.

— Я видел, — тихо произнес волк.

Гриб замотал головой и принялся торопливо показывать на собственную шляпку, потом на шею, словно что-то прикалывал.

Бублик нахмурился.

— Она что-то прицепила к нему?

Гриб яростно закивал. Зеленые глаза Следовика вспыхнули. Он втянул воздух, снова пытаясь почувствовать неприятный запах. Отчетливо пахло сырым железом и чем-то еще. И чужой магие, которая заставила истинного дракона, не поддающегося на всевозможные привороты и воздействия, спокойно уйти домой, забыв о любимой жене.

— Вот же чешуйчатая дрянь. Ну ты пожалеешь, что явилась сюда.

Серебряный свет вспыхнул в приемной. В следующую секунду Следовик исчез.

Глава 47. Голоса за стеклом

Глава 47. Голоса за стеклом

Ана сидела на черном зеркальном полу, прижав колени к груди. Она не знала, сколько времени прошло с того момента, как она вышла из приемной.

Здесь вообще не существовало времени в привычном понимании. Не было окон, часов, смены света. Черные стены одинаково тускло блестели, отражая ее со всех сторон. Десятки Ан сидели на полу, такие же бледные, ослабевшие и растерянные.

Только одна из них иногда улыбалась. Это была не настоящая Ана, а та, которая уже поселилась в зеркале. Жница старалась туда не смотреть.

После ухода Коллекционера она снова и снова гладила кольцо с изумрудом, тянулась к мужу, потом начинала искать связь с Бубликом, но ответа не было. Связь словно перерезали.

Кольцо молчало, а изумруд потемнел и казался обычным холодным камнем. Ана несколько раз сжимала его, пыталась почувствовать Каэра, но вместо знакомого тепла встречала пустоту.

Девушка не позволяла себе думать о плохом, а сердце подсказывало, что с мужем все в порядке и он ищет ее. Они с Бубликом ищут ее.

Ана медленно поднялась. Ноги дрожали, и пришлось опереться ладонью о стену. Зеркало оказалось ледяным, но чуть прогнулось под пальцами, словно. Оно чуть прогнулось под пальцами, словно черная упругая жижа, а потом снова стало твердым. Ана отдернула руку.

— Ладно, — тихо сказала она. — Еще раз.

Она закрыла глаза. Вспомнила переулок на Земле. Холодный асфальт, кровь во рту, мужчину, тащившего ее за волосы. Вспомнила, как внутри что-то оборвалось и появились серпы.

Вспомнила девушек, которых не смогли спасти. Эниссу у водосброса, пропавшую Нерину. Последней в списке была Эль. Ярость пришла мгновенно, она развела руки в стороны.

— Давайте же!

Ладони вспыхнули слабым серебряным светом. Магия тонкими нитями пробежала по пальцам, собралась в центре ладоней и погасла. Ничего не выходило. Она сжала кулаки до боли. Ногти впились в кожу, но даже кровь не появилась. Коллекционер забрал слишком много.

Тело казалось пустым, словно из нее вынули не только силы, но и что-то гораздо более важное. Каждый вдох давался с трудом. В висках пульсировало, а белая прядь у правого виска стала шире.

Ана медленно пошла вдоль стены. В первый момент комната показалась ей квадратной, но девушка быстро поняла, что углов у нее нет. Ее пальцы лишь касались гладкой поверхности и все. Она обошла примерно четверть комнаты, когда услышала звук. Это был совсем тихий скрип, будто кто-то провел ногтем по стеклу. Еле тихо поскреб.

Ана прислушалась, но в помещении было тихо. Она сделала еще шаг и звук повторился. Тот же самый скрежет, но громче. Жница затаила дыхание и тут, послышался голос.

— Ана…

Девушка резко обернулась. В зеркалах никого не было, кроме нее самой и той страшно улыбающейся Жницы.

— Кто здесь?

Отражения одновременно шевельнули губами, но ответ пришел не от них.

— Услышь…

Голос был молодым, женским и еле слышным. К нему присоединился другой, потом еще один. Они шептали, переговаривались

— Она слышит нас.

— Правда слышит.

— Посмотри сюда.

— Нет, к нам.

— Ана…

Шепот зазвучал со всех сторон, окружил девушку. Десятки голосов накладывались друг на друга. Кто-то плакал, кто-то просил связаться с родными и повторял одно и то же имя, кто-то звал на помощь. Ана закрыла уши ладонями, но тут же резко убрала руки.

— Тише! — крикнула она. — Пожалуйста, по одной!

Шепот оборвался, и несколько мгновений стояла полная тишина. Потом поверхность одного из зеркал напротив задрожала.

Черное стекло посветлело, и в глубине появилось лицо. Молодая темноволосая девушка смотрела на Ану огромными бледными глазами. Одна сторона ее лица была покрыта тонкими трещинами, как разбитый фарфор. У виска белела прядь.

Ана медленно приблизилась.

— Кто ты?

Губы в зеркале шевельнулись.

— Энисса.

Ана и так узнала ее, и вопрос задала, скорей автоматически. Это была она. Та самая помощница аптекаря, найденная у старого водосброса.

— Ты умерла, — прошептала Ана.

Энисса грустно улыбнулась.

— Да.

Рядом ожило другое зеркало. В нем появилась светловолосая девушка с красивыми большими глазами. Потом еще одна и еще. Четвертая, пятая, шестая. Много девушке. Зеркала быстро заполнялись лицами.

Совсем юные девушки и женщины постарше. Светлые, темные, рыжие. В старинных платьях Лиардена, земных куртках, ночных сорочках, рабочих передниках. И у каждой была белая прядь у виска. Ана отступила на шаг.

— Вы все…

— Его коллекция, — печально ответила девушка в красном платье.

— Он забрал наши жизни, — прошептала другая — наше время и наше будущее, а души сохранил здесь, в черных зеркалах.

Энисса прижала ладонь к стеклу изнутри.

— Он любит приходить сюда и смотреть на нас. Вспоминать, как мучил нас. Как убивал.

— Почему я вас раньше не слышала?

Девушки переглянулись.

— Потому что мы не могли говорить. Зеркала подчиняются ему, но когда твоя сила коснулась их, мы почувствовали, что сможем все рассказать тебе. Ты другая, ты Охотница и Жница.

Последнее слово прокатилось по комнате шепотом.

Жница.

Ладони Аны снова засветились. Слабое серебро легло на стекло и поползло тонкими прожилками. Там, где оно касалось зеркал, черная поверхность становилась прозрачнее.

— Вы чувствуете ее, — поняла Ана.

Энисса кивнула.

— Твоя сила видит мертвых.

— Не мертвых, — тихо поправила девушка в красном. — Убитых.

В ее голосе прозвучала такая боль, что Ана сжала зубы.

— Вы можете выйти отсюда?

Лица в зеркалах померкли.

— Ненадолго, мы можем переходить в другие отражения, где есть свет или вода. Пока он не вернулся назад.

У Аны быстрее забилось сердце.

— Тогда найдите Каэра.

Девушки затихли.

— Моего мужа, — продолжила она. — Каэр Равеннар. Верховный маг Департамента разломов. Высокий, темноволосый, зеленые глаза. Его дом недалеко от центра города. Там много изображений драконов.

— Дракон, — прошептала одна из девушек — мы знаем его. Видели в отражениях.

Ана приложила ладонь к зеркалу.

— Скажите ему, где я. Покажите эту комнату. Скажите, что Коллекционер вернется и будет вытягивать из меня время. Он должен торопиться.

— Он услышит нас?

— Должен.

— Живые редко слышат.

— Он услышит, он дракон— твердо сказала Ана. — Он мой истинный.

Кольцо на пальце едва заметно вспыхнуло зеленым. Девушки заметили эту вспышку, и по зеркалам прокатился легкий вздох.

— Истинные…

— Тогда он почувствует.

— Он придет.

Энисса посмотрела на Ану.

— Мы попробуем.

Зеркала начали темнеть. Лица исчезали одно за другим, превращаясь в легкие серебристые силуэты. Они скользили по черному стеклу, собирались в тонкий поток. Перед тем как исчезнуть, Энисса тихо сказала:

— Не бойся.

Ана попыталась улыбнуться.

— Я не боюсь.

Это было неправдой, но мертвым девушкам не обязательно было знать. Последний серебряный отблеск растаял и комната снова стала пустой.

Глава 48. У меня нет жены!

Глава 48. У меня нет жены!

Каэр стоял под горячей водой и улыбался. Вода стекала по волосам, плечам и спине. Пар заполнил ванную, затянул зеркало белой дымкой. Вокруг было тихо и спокойно.

Настолько удивительно спокойно, что мужчина искренне не мог понять, почему он так сильно нервничал несколько часов назад.

Кажется, в Департаменте что-то произошло. Кого-то искали. Сотрудники бегали по этажам, Тирс размахивал запиской, а белый волк рычал на него.

Глупости, сами разберутся. Каэр запрокинул голову, позволяя воде бить в лицо, и тут же снова улыбнулся. Перед его глазами стояла Грисилла. Ее тяжелые темные волосы были собраны в низкий узел, а темно-синее, весьма откровенное платье, лишь подчеркивало статную фигуру.

Вот она подняла изящную руку с тонкими пальцами и поправила прядь у виска. Каэр подумал, что она стала намного спокойнее и мягче, чем раньше.

Каэр вспомнил, как она просила остаться друзьями, и улыбнулся шире. Может быть, все еще можно исправить.

Их брак был почти решенным делом, да и Грисилла имела прекрасное происхождение. Драконица из хорошего рода, красивая, умная, воспитанная. Они знали друг друга много лет. Почему он вообще сопротивлялся? Кажется, была какая-то причина.

Каэр нахмурился, но так и не смог поймать быстро ускользающей мысли. Все, что удалось увидеть, это облако чего-то розового, которое быстро растаяло.

— Странно, — пробормотал Каэр.

Золотой шарик, спрятавшийся глубоко в слуховом проходе, едва заметно нагрелся. Чары снова мягко легли на сознание, и Каэр вновь вернулся к размышлениям о Грисилле Принц.

Вот о ком нужно думать. Он выключил воду и уже протянул руку за полотенцем, когда зеркало напротив дрогнуло.

Пар пополз в стороны, а на запотевшей поверхности появилась женская ладонь.

Каэр замер от неожиданности, наблюдая, как появляется еще одна ладонь, и еще одна. В глубине зеркала появились бледные женские лица.

— Каэр…

Он резко повернулся и вскинул руку. Зеленое пламя вспыхнуло на ладони.

— Кто вы?

Девушки в зеркале одновременно заговорили:

— Найди ее.

— Она в черной комнате.

— Он забирает ее время.

— Ты должен торопиться.

— Ана ждет тебя.

Каэр нахмурился.

— Кто?

Лица замерли. Энисса придвинулась ближе к стеклу.

— Ана. Твоя жена.

Каэр медленно опустил руку.

— У меня нет жены.

По зеркалу пробежала трещина.

— Есть…

— Истинная…

— Розовые волосы…

— Жница…

— Она любит тебя…

Внутри что-то болезненно дернулось, и Каэр схватился за грудь. На мгновение ему показалось, что он вспомнил мягкие розовые пряди на подушке. Женский смех, какие-то вспышки и серебряные серпы. Чашку с мятным чаем и родной голос, звонко говорящий: «После дождичка в четверг».

Но золотой шарик снова нагрелся и воспоминания погасли. Каэр раздраженно провел рукой по лицу.

— Я не знаю никакой Аны. И нет у меня никакой жены и истиной! Скоро я женюсь на Грисилле Принц!

Девушки смотрели на него с ужасом.

— Но кольцо…

Каэр опустил взгляд. На пальце действительно было кольцо. Светлое золото, большой изумруд в оправе, похожей на драконьи крылья. Но он совершенно не помнил, откуда оно взялось.

Попытался снять, но на удивление, кольцо не сдвинулось, лишь изумруд вспыхнул зеленым. Палец пронзила резкая боль, но тут же исчезла.

Дракон разозлился и почти закричал.

— Уходите, — приказал Каэр. — Кто бы вас ни послал, передайте, что подобные шутки плохо заканчиваются.

— Она умирает.

— Я сказал, уходите!

Зеленое пламя ударило в зеркало. Стекло вспыхнуло, но не разбилось. Женские лица дрогнули и начали исчезать.

Последней осталась Энисса.

— Ты вспомнишь, — сказала она грустно, глядя на мага. — Но можешь не успеть.

Зеркало снова затянулось паром. Каэр несколько секунд смотрел на собственное отражение. Потом пожал плечами, взял полотенце и вышел из ванной.

Глава 49. Ищите Бублика!

Глава 49. Ищите Бублика!

Ана почувствовала возвращение девушек раньше, чем увидела их. Зеркала вновь зашептали и тут же из черной глубины проступили призрачные лица.

Ана шагнула к ним.

— Вы нашли его?

Никто не ответил, и лишь Энисса опустила глаза. У Аны внутри все похолодело.

— Что случилось?

— Он был в своем доме, и мы говорили с ним. Она нас видел и слышал.

— Тогда почему он не пришел?

Девушки молчали. Ана подошла ближе.

— Что он сказал?

Энисса подняла на нее полный боли взгляд.

— Он сказал, что не знает тебя.

Ана не сразу поняла смысл слов.

— Что?

— Он не помнит. Сказал, что у него нет жены. Что он не знает никакой Аны.

Комната качнулась и Ана едва успела упереться рукой в зеркало.

— Нет.

— Мы показали на кольцо. Говорили о Жнице и о твоих розовых волосах, но он прогнал нас.

— Нет, — вновь повторила Ана.

Она посмотрела на собственное кольцо. Изумруд оставался темным.

— Он не мог забыть.

— На нем чужая магия, — вдруг сказала девушка в красном платье. — Мы почувствовали. Странная и золотая. Она сидит внутри головы и закрывает твой образ.

Ана закрыла глаза. Хотелось заплакать, но слез не было. Наверное, Коллекционер успел забрать и их.

— Последняя просьба. Найдите Бублика.

— Белого зверя?

— Да. Он мой фамильяр. Огромный белый волк с зелеными глазами. Иногда выглядит как маленькая пушистая собака. Он услышит вас. Найдите его и приведите сюда.

— Мы попробуем.

— Поторопитесь.

Ана прижала ладонь к стеклу.

— Пожалуйста.

Энисса накрыла ее руку своей с другой стороны. Прикосновения Ана не почувствовала, только слабый холод.

— Держись.

Девушки снова превратились в серебристые тени. Они почти исчезли, когда в комнате раздался медленный хлопок.

Один.

Второй.

Третий.

Ана обернулась.

Коллекционер стоял посреди комнаты. Серый плащ неподвижно спадал до пола. Лица под капюшоном не было видно. Только клубилась густая тьма.

— Как трогательно, — произнес он. — Мертвые девушки спешат спасать ту, которая скоро присоединится к ним.

Последние серебряные тени метнулись в зеркала. Коллекционер повернул голову, провожая их взглядом.

— Значит, ты их услышала.

Ана отступила.

— Не трогай их.

Он рассмеялся.

— Поздно. Я уже сделал с ними все, что хотел.

— Ты чудовище.

— Это слово слишком часто используют те, кому не хватает ума понять величие чужой работы.

Он поднял руку. На его ладони лежали знакомые черные часы с красной розой на циферблате.

Стрелки быстро двигались назад. Ана почувствовала знакомую слабость.

— Подойди, — приказал Коллекционер.

Она осталась на месте.

— Я сказал, подойди.

— А я сказала бы, куда тебе пойти, но ты там, похоже, уже давно живешь.

Под капюшоном стало тише, а потом мужчина усмехнулся.

— Даже сейчас пытаешься огрызаться. Именно это мне всегда в тебе нравилось.

Ана замерла. Его слова показались странно знакомыми. Даже не сам голос, а какие-то едва уловимые интонации.

Так уже кто-то говорил с ней раньше. Высокомерно, растягивая слова, словно делал одолжение самим фактом разговора. Но мысль ускользнула, когда Коллекционер сжал часы.

Из зеркального пола поднялись тонкие черные нити. Они обвили лодыжки Аны, поползли вверх по ногам и стянули запястья.

Девушка попыталась вырваться. Ее ладони вспыхнули серебром. Свет был таким слабым, что Коллекционер даже не отступил.

— Вот и все? — спросил он. — Это знаменитая наследница Морра? Жница, которой боятся убийцы и драконы?

Ана скрестила руки, пытаясь разорвать нити, но они затянулись сильнее.

— Отпусти меня.

— Нет.

— Каэр найдет меня.

— Тот самый Каэр, который только что сообщил твоим мертвым подругам, что никогда о тебе не слышал?

Ана из последних сил подняла голову.

— Что ты с ним сделал?

— Я? Ничего. Драконицы бывают очень изобретательны, когда хотят вернуть мужчину.

— Грисилла — Ана почти застонала — вы с ней заодно.

— Она работает на себя. Такие люди особенно удобны.

Он приблизился.

— Обычные яды на драконов не действуют. Заклинания подчинения их кровь сжигает еще до того, как они успевают коснуться разума. Но если взять чешую самого дракона, добавить каплю слюны той женщины, чей запах он знает много лет, и заключить все в золото…

Коллекционер показал пальцами крошечный шар.

— Получается прекрасное зерно забвения. Защита принимает его за часть собственного тела. Оно входит через слух и начинает нашептывать нужную историю.

— Каэр избавится от него.

— Возможно. Когда-нибудь.

Он поднял часы и красная роза раскрылась.

— Но ты этого уже не увидишь.

Стрелки завертелись быстрее. Черные нити дернули Ану вперед. Боль пришла сразу.

Она началась в виске и прошла по всему телу, словно тысячи тонких крючков впились внутрь и потянули в разные стороны.

Ана закричала. Из ее груди вырвался серебристый свет.Тонкая нить потянулась к часам. Коллекционер замер от удовольствия.

— Да, — прошептал он. — Вот так.

Серебро заполняло циферблат. Красная роза становилась ярче.

Ана пыталась сопротивляться, но ноги больше не держали. Она упала на колени. Черные нити удерживали руки разведенными в стороны.

— Удивительное ощущение, правда? — спросил Коллекционер. — Сначала кажется, что уходит сила. Потом воспоминания становятся тусклее. Затем исчезают желания.

Он наклонился к ней.

— А потом тебе становится все равно, будет ли завтра.

Ана с трудом подняла голову.

— Ты… проиграешь.

— Кому?

— Мне.

Коллекционер рассмеялся.

— Ты даже стоять не можешь.

— И все равно… проиграешь.

Он сжал часы сильнее, и боль девушки стала невыносимой.

Белая прядь у виска поползла дальше, захватывая розовые волосы. Ана уже не могла кричать.

Глава 50. Дракон!

Глава 50. Дракон!

Каэр остановился посреди спальни. Он успел надеть только брюки. В одной руке держал рубашку, но вдруг забыл, что собирался делать.

Кольцо на пальце вспыхнуло и зеленый свет залил комнату.

— Что за…

Боль ударила в голову. Каэр выронил рубашку и схватился за виски. Перед глазами вдруг мелькнуло чужое лицо. Розовые волосы и серебряные серпы.

Улыбка, нежный поцелуй, потом все снова исчезло. Каэр пошатнулся.

— Да кто же ты?..

Кольцо обожгло палец и боль продолжалась усиливаться.

Теперь она шла не только из головы. Где-то далеко кричала женщина. Каэр не слышал голоса, но чувствовал ее ужас, слабость и мучение так, словно черные нити стягивали его собственное тело.

Он сделал шаг к двери, но его ноги подогнулись. Мужчина упал на колени. Вдруг в его голове что-то зашевелилось. Маленькое, но твердое.

Оно будто прокатилось глубже и снова зашептало. Грисилла. Тебе нужна Грисилла. Ты всегда хотел быть с ней. Другой женщины не существует. Каэр зарычал.

— Вон… из моей головы.

Шепот стал громче. Он ударил ладонью по виску. Не помогло. Тогда Каэр поднялся и с размаху ударился головой о стену. На штукатурке появилась трещина. Боль вспыхнула белым светом.

Он ударился снова. Что-то звякнуло внутри уха.

— Вон!

Третий удар оказался еще сильнее. По шее скользнуло что-то горячее. На пол упал крошечный золотой шарик. Он подпрыгнул один раз, второй, покатился по плитке.

Каэр посмотрел на него. Шарик раскрылся. Внутри лежала тонкая черная игла и свернулась крошечная полупрозрачная чешуйка. Его чешуя.

Воспоминания вернулись сразу. Ана за столом в приемной. Ее розовые косы-крендельки и очки, вовсе не делающие ее глупой. Снежинки в волосах. Погоня по крышам и Жница, сидящая на его коленях.

Их первый поцелуй и ее слезы. Метка истинности. Розовые волосы на подушке и ее нежный голос, произносящий его имя, говорящий, что она любит его.

Каэр медленно поднял голову. Его глаза пылали зеленым. Золотой шарик на полу начал плавиться.

— Грисилла.

Ее имя прозвучало как обещание смерти, но почти сразу кольцо полыхнуло еще ярче. Каэр согнулся от боли, что пронзила его грудь.

Ана. Он вновь чувствовал ее. Впервые за сутки черная стена между ними треснула. Там, далеко, она кричала. Из нее вытягивали жизнь. Каэр прижал ладонь с кольцом к груди.

— Я здесь.

Неизвестно, могла ли она услышать.

— Ана, я здесь.

Зеленое пламя взвилось вокруг его тела. Стены дома задрожали. Стекла зазвенели, по полу побежали трещины.

Каэр схватил рубашку, но тут же отбросил ее. Натянул сапоги, набросил длинный черный плащ прямо на голое тело и выбежал из спальни.

Дом почувствовал хозяина. Двери сами распахивались перед ним. Лампы вспыхивали зеленым. Резные драконы на перилах поднимали головы и провожали его светящимися глазами.

Каэр почти сбежал по лестнице и оказался на площадке перед домом. Над Лиарденом висело тяжелое серое небо. Начинался дождь. Первые капли ударили по ступеням, по лицу, по черному плащу.

Кольцо тянуло его вперед, не показывало точного места, но направление стало ясным. Куда-то на север, где были старые башни. Там была его любимая, его жена.

Каэр сделал несколько шагов по двору и остановился. Ехать на мобиле было долго, поэтому, он раскинул руки. Разломное пламя вспыхнуло под кожей.

Сначала зеленым светом налились вены. Потом тело выгнулось, кости начали меняться. Плечи расширились, пальцы вытянулись, превращаясь в огромные когтистые лапы.

Плащ сгорел в зеленом огне. Черная чешуя покрыла грудь, спину и руки. Она была не гладкой, а состояла из крупных пластин, похожих на осколки обсидиана. По краям каждой чешуйки пробегало изумрудное свечение.

Каэр запрокинул голову. Человеческий крик перешел в драконий рев.

Череп изменился. Вдоль затылка поднялись острые гребни. Два длинных изогнутых рога ушли назад, словно черная корона. Глаза остались зелеными, но стали огромными, яркими, лишенными всего человеческого. Из спины вырвались крылья.

Сначала показались костяные дуги, затем между ними развернулись широкие перепонки цвета ночного неба. По ним ползли зеленые молнии. Когда крылья распахнулись полностью, они закрыли половину двора.

Перед домом стоял огромный черный дракон. Его хвост с шипастым наконечником ударил по каменным плитам, оставляя глубокую борозду. Между пластинами на груди пылало разломное пламя. Из пасти вырывался зеленый дым.

Каэр поднял голову. Он чувствовал Ану, ее боль, ее угасающую силу и ее упрямство. Его Жница все еще сопротивлялась.

Дракон взревел. Звук прокатился над городом, ударился о башни и заставил жителей Лиардена замереть у окон.

Это был не рев верховного мага, не голос наследника древнего рода. Так ревел истинный дракон, у которого украли любимую.

Каэр ударил крыльями, и каменные плиты под ним раскололись. Огромное черное тело поднялось в небо и исчезло в грозовых облаках, оставляя за собой след зеленого огня.

Глава 51. Последние удары сердца…

Глава 51. Последние удары сердца…

Сначала Ана перестала чувствовать кончики пальцев, а потом чувствительность потеряли и руки. Собственное тело стало каким-то далеким, чужим, словно, принадлежащим другой женщине.

Ана еще пыталась сопротивляться, дышать, вырваться из черных нитей, окутавших ее. Глупая, может быть стоило просто закрыть глаза и не вспоминать. Не думать о Бублике, о подозрительно разумном грибе, о сестре.

Не вспоминать любимого. Особенно его. Только это и удерживало Ану на краю. Его образ оставался и продолжал гореть внутри яркой искрой. Зеленые глаза, темные волосы, руки, которые касались ее.

«Я твой».

Ана судорожно вдохнула. Серебристо-зеленая нить, тянувшаяся из груди, дрогнула. На мгновение поток ослаб.

Коллекционер ухмыльнулся.

— Удивительно, — произнес он. — Обычно к этому моменту уже никто не сопротивляется.

Ана хотела ответить, но язык уже не слушался. Она с трудом заставила себя поднять голову.

— Разочарованы?

Голос получился тихим, хриплым, но ей все еще удавалось насмешка.

Коллекционер вновь усмехнулся.

— Напротив. Редкие вещи ценятся выше.

— Не очень из вас ценитель.

— И почему же?

— У ценителей обычно есть вкус, а здесь я его что-то не заметила. Банальное убийство девушек, которые не могу защититься.

Улыбка исчезла. Совсем ненадолго, но Ана заметила. И даже смогла почувствовать слабое удовлетворение. Значит, не все из нее еще забрали. Раз она по-прежнему способна раздражать мерзавцев, жизнь продолжается.

Коллекционер раздраженно подкрутил маленький винт на часах. Красная роза внутри циферблата раскрылась шире. Боль вернулась.

Ана выгнулась, но черные нити удержали ее на месте. Из груди вырвалось еще больше света, и он потек в часы, заполняя тонкие каналы между лепестками.

Вокруг все замельтешило, заискрилось. В одном зеркале Ана стояла у кафедры перед залом студентов. В другом держала на руках маленького мальчика с розовыми волосами. В третьем сидела на широком подоконнике, а Каэр, уже поседевший у висков, что-то сердито ей доказывал. Она смеялась для него.

Коллекционер смотрел на отражения с почти нежным интересом.

— Столько возможностей, — прошептал он. — Редкое будущее. Очень насыщенное, но вот только не случившееся.

Ана тоже увидела мальчика. У него были глаза Каэра. Что-то болезненно сжалось внутри, но это была уже другая боль. Не та, которую причиняли часы.

— Не смейте, — выдохнула она.

— Смотреть? Почему нет, очень яркие образы и могло бы быть яркое будущее.

— Забирать — с трудом прохрипела девушка.

— Почему? Вы же еще ничего из этого не прожили. Нельзя потерять то, чего у вас никогда не было.

Одна из черных нитей резко дернулась. Ана вскрикнула и упала на бок. Щека коснулась холодного пола.

Часы теперь были почти наполнены. Серебро двигалось внутри циферблата, жило, пульсировало. Среди него вспыхивали крошечные образы: дом, библиотека, снег, детские руки, раскрытые крылья.

Коллекционер некоторое время любовался своей работой, а потом закрыл крышку. С Аны исчезли черные нити, но у нее уже не было сил подняться. Все, что у нее оставалось, это стук собственного сердца.

Медленно, но оно все еще билось.

Коллекционер убрал часы во внутренний карман плаща.

— Превосходный образец! Посмотрим, сколько ты еще продержишься, хотя..

Он произнес это почти буднично, как врач, обсуждающий следующую процедуру. Потом отошел к одному из зеркал, поправил манжету и некоторое время рассматривал свое размытое отражение.

Ана попыталась дотянуться до кольца, в последней попытке быть ближе к мужу. Преступник заметил.

— Все еще надеетесь? Зря.

Ана закрыла глаза и вдруг почувствовала еле заметный жар. Даже не огонь, а еле сдерживаемую ярость, огромную, живую и летящую к ней. Каэр, это мог быть только он.

Губы девушки дрогнули. Коллекционер заметил и это.

— Что вас так развеселило? Неужели это сумасшествие или улыбка обреченного?

— Прикидываю, как очень скоро буду вас убивать.

— Похоже, все же сумасшествие.

Ана хотела сказать об этом вслух, однако силы снова оставили ее. Голова опустилась на пол, и по зеркалам поплыл туман.

Он подошел ближе и присел рядом.

— Не спешите терять сознание, я еще не закончил и хочу развлечься.

Она попыталась отодвинуться, но не получилось.

— Ваше будущее я уже отобрал, — продолжил он. — Теперь хотелось бы уделить внимание вашему телу.

В его руке появился нож с узким лезвием. Простой, удобный, напоминающий скальпель. И от вида этого оружия, Ане стало еще страшнее, но она держалась.

— Нож? — прошептала она. — После хрономантии и черных зеркал? Как-то дешево.

— Иногда простые вещи доставляют больше удовольствия.

— Купили бы себе набор для вышивания. Говорят, успокаивает.

Он провел кончиком ножа по ее щеке, не касаясь кожи.

— Вы храбритесь, но это все зря.

Лезвие опустилось к воротнику блузки. Ана дернулась, но Коллекционер прижал ее к полу. Силы в его движении почти не было — она просто не могла сопротивляться.

— Не трогайте меня. Вы и так уже забрали у меня все.

— Зачем же я буду отказывать себе в удовольствии.

Нож легко подцепил верхнюю пуговицу. Раздался тихий щелчок. Пуговица покатилась по зеркальному полу, отражаясь десятками маленьких черных кругов.

— Можно и немного поразвлечься, — сказал Коллекционер.

Вторая пуговица отлетела следом. Ана собрала последние силы и ударила его. Удар вышел слабым, почти детским, но голова мужчины все же дернулась.

В комнате стало тихо.

Коллекционер медленно повернулся к ней.

— Вот теперь, — прошептала Ана, — мне намного лучше.

Он схватил ее за волосы. Резкая боль заставила девушку вскрикнуть. Нож скользнул в сторону, рассек ткань у воротника и задел кожу. От шеи к ключице протянулась тонкая красная линия, мгновенно набухшая капельками кров. Блузка быстро пропиталась.

Коллекционер замер, заворожено наблюдая за происходящим. Лишь в этот момент Ана окончательно поняла, что перед ней психически неуравновешенный человек.

Ана почувствовала настоящий, животный страх. Не перед смертью, а перед тем, что он собирался сделать дальше, медленно, наслаждаясь ее беспомощностью.

Вдруг в комнате из черных зеркал раздался легкий хлопок, будто пробка вылетела из бутылки. В дальнем углу возник белый пушистый песик.

Глава 52. Маленький пес с большими зубами

Глава 52. Маленький пес с большими зубами

В первую секунду Бублик пошатнулся, но потом выпрямился и оглядел помещение. Увидев Ану и кровь у нее на шее, в мгновение оказался возле хозяйки.

Обнюхал ее, лизнул порез и, опустив голову, угрожающе зарычал.

— Убрал от нее свои поганые руки, урод!

Коллекционер склонил голову набок и снисходительно смотрел на маленького белого песика.

— И это есть великий Следовик, фамильяр Охотницы. — Послышался неприятный смех — выражается, как псина из подворотни.

Бублик оскалился и попытался превратиться в белого волка. Шерсть вздыбилась, зеленое сияние пробежало по лапам, тело на мгновение вытянулось — и тут же сжалось обратно. Черные зеркала загудели, поглощая магию.

Бублик остался все тем же маленьким белым песиком.

Коллекционер захохотал. Смех бился о стены, множился, возвращался со всех сторон.

— Очаровательно! Просто великолепно! Я ожидал белого волка, древнего зверя Охоты, грозу преступников. А получил плохо причесанную подушку.

Бублик сцепил зубы, понимая, что маньяк превосходит его по силе и возможностям, а тот, отсмеявшись, продолжил.

— Ты ничего не можешь здесь сделать. Черные зеркала поглощают магию. Здесь ты всего лишь маленькая слабая собачонка.

Коллекционер сделал шаг к нему. Бублик не отступил, закрывая собой лежащую Ану.

Он был совсем маленьким на фоне мужчины. Белый комок шерсти, который удобно было поднять одной рукой и вышвырнуть за дверь.

— Бублик… — едва слышно позвала девушка, на долю секунды придя в себя.

Он быстро посмотрел на хозяйку, на ее бледное лицо, на кровь, стекающую по шее. Его глаза полыхнули зеленым.

— Все хорошо, хозяйка, — сказал он.

— Уходи отсюда! Спасайся.

— Я остаюсь, и это не обсуждается! Не переживай, мы быстро с ним разделаемся.

Коллекционер презрительно усмехнулся.

— Какая трогательная преданность. И совершенно бесполезная.

Бублик повернулся к нему.

— Возможно, сейчас я и маленький песик.

Он шагнул вперед.

— Возможно, ваши зеркала не позволяют мне стать Волком.

Еще шаг.

— Возможно, вы считаете, что одержали победу.

Коллекционер опустил нож, стараясь понять, к чему клонит фамилья.

— Но зубы, — закончил Бублик, — всегда при мне.

И белый клубок шерсти и ярости бросился вперед. Коллекционер от удивления даже не успел отступить.

Пес с силой вцепился ему в ногу чуть выше щиколотки и намертво сомкнул челюсти. Мужчина заорал.

Впервые с момента встречи в его голосе не было ни высокомерия, ни скучающей насмешки. Только чистая, искренняя боль.

Бублик повис на ноге, радостно рыча сквозь сжатые зубы. Коллекционер начал прыгать на одной ноге и трясти той, к которой прицепился песик.

— Отцепись, тварь!

Бублик мотнул головой, впиваясь глубже.

— Пусти! — Почти выл маньяк.

Коллекционер попытался ударить его ножом, но Бублик резко дернулся в сторону, не разжимая челюстей, и лезвие прошло мимо.

Мужчина продолжал прыгать на одной ноге, стараясь сохранить равновесие. Серый плащ путался в коленях, нож резко рассекал воздух.

Ана, наблюдавшая это представление, вдруг почувствовала слабое злорадство. Великий хрономант, похититель чужих жизней и возможных судеб, скакал по комнате на одной ноге, пытаясь избавиться от болонки.

Судьба все же иногда обладала чувством юмора. Дешевым, жестоким, но все же чувством.

— Убери его! — крикнул Коллекционер Ане.

Она с трудом приподняла голову.

— Бублик не слуга! — и с трудом, добавила уже песику — милый, не отвлекайся, поднажми.

Песик еще сильнее сжал челюсти, на что Коллекционер взвыл.

— Мелкая дрянь!

Коллекционер наконец отбросил нож, наклонился и схватил его обеими руками.Мужчина дергал его за шерсть, бил о колено, пытался разжать челюсти. На штанине расплывалось темное пятно.

— Пусти! Иначе я сверну тебе шею!

Коллекционер сдавил пальцы сильнее и Бублик тихо заскулил. Ана попыталась рвануться вперед, но тело не поднялось. Ладони заскользили по зеркалу.

— Не трогайте его!

Коллекционер не обратил на нее внимания. Он снова ударил песика, а потом еще раз.

Бублик вздрагивал от каждого удара, но продолжал держаться. Его маленькие лапы бессильно скребли по серой ткани. В зеленых глазах выступили слезы.

— Бублик, отпусти! — закричала Ана. — Слышишь? Отпусти его!

Песик посмотрел на нее всего на мгновение. В его взгляде было упрямство, боль и что-то почти человеческое.

Коллекционер воспользовался этим мгновением. Одной рукой он сжал Бублику горло, второй наконец разжал его челюсти. На ткани остались кровь и глубокие следы зубов. Бублик попытался укусить снова. Не успел.

Коллекционер размахнулся и швырнул его через всю комнату. Белое тельце пролетело над зеркальным полом и ударилось о стену.

Раздался глухой звук. По черному стеклу пошла тонкая трещина. Бублик упал на пол, перекатился через бок и остался лежать неподвижно.

— Бублик!

Ана поползла к нему. Пальцы не слушались. Ноги волочились следом. Расстояние между ними было небольшим — всего несколько шагов, — но сейчас казалось огромным.

— Милый, вставай! — еле слышно стонала Ана.

Он не двигался.

— Пожалуйста. — Слезы текли по ее щекам.

Никакого ответа. Белая шерсть разметалась по зеркальному полу. Одна передняя лапка была неестественно подвернута, а зеленые глаза закрыты.

Ана продолжала ползти. В груди что-то рвалось, но силы Охоты не возвращались. Черные зеркала молча пили ее боль, отражали десятки неподвижных белых песиков и одну женщину, которая никак не могла до него добраться.

Коллекционер тяжело дышал. Его прежнего спокойствия не осталось. На серых брюках темнела кровь. Его трясло от злости.

— Мерзкое создание.

Ана остановилась и очень медленно повернула к нему голову.

— Когда я выберусь отсюда…

Голос был тихим. Коллекционер вновь усмехнулся.

— Вы не выберетесь.

Девушка упрямо посмотрела на маньяка и продолжила.

— Когда я выберусь, даже выяснять не буду, кто вы и зачем это все делали. Я просто отрублю вам голову и выкину в самую глубокую помойную яму в городе.

Она снова посмотрела на Бублика.

— Я просто оторву вам голову.

Коллекционер поднял с пола нож.

— Для этого надо еще выбрать!

Маньяк вновь двинулся к Ане и легким движенеим отрезал остальные пуговицы и распахнул ее блузку. Потянул руку, чтобы сжать ее грудь, как вдруг, комната вздрогнула. По поверхности одного из зеркал пробежала зеленая искра.

Коллекционер замер, а Ана тяжело выдохнула и закрыла глаза, совсем обессилив. Слабая, почти счастливая улыбка коснулась ее губ.

— Кажется, это за мной!

Еще один удар и черные зеркала глубоко зазвенели. С потолка посыпалась мелкая стеклянная пыль.

Коллекционер посмотрел вверх, затем на стены. На долю секунды показалось, что маньяк испугался, но он быстро справился с собой.

Выпрямился. Поправил плащ и вновь склонился над Аной.

— Значит, придется закончить быстрее начатое.

Он приблизился к девушке вплотную. Ана попыталась отползти, но он наступил на край юбки, не позволяя сдвинуться. Потом наклонился и перевернул ее на спину.

Ана посмотрела ему в лицо, но не отвела глаз. Коллекционер медленно поднял нож. В этот момент где-то снаружи раздался драконий рев. Лезвие приближалось к шее Аны.

Глава 53. Нулевая секунда

Глава 53. Нулевая секунда

Ана больше ничего не слышала и не чувствовала. Последнее, что осталось с ней — это белое неподвижное тельце у дальней стены, да маленькая искра воспоминаний о Каэре и сестре.

Она еще сделала несколько движений, но потом исчезла сама. Коллекционер подождал немного, пристально всматриваясь в помертвевшее лицо девушки, провел пальцами по ее губам, будто проверяя дыхание, тонким лезвием коснулся шеи, оставляя красный след.

Ничего. Ана умерла.

— Вот и все, — тихо произнес он.

В его голосе не было ни сожаления, ни удовольствия. Только легкое разочарование мастера, чей редкий материал оказался менее прочным, чем хотелось.

Он посмотрел на часы. Серебристо-зеленый свет внутри циферблата успокоился. Красная роза закрыла лепестки, бережно спрятав в себе украденные годы, несостоявшиеся встречи, еще не сказанные слова и лица детей, которым теперь уже не суждено было появиться.

Коллекционер провел большим пальцем по крышке.

— Хотя стоит сказать, что образец получился почти совершенным.

Он не успел убрать часы в карман, потому что по зеркальной стене побежала широкая трещина. Коллекционер повернул голову и с досадой произнес:

— Какая неприятная разновидность мужчин — эти навязчивые супруги.

Он вновь наклонился к Ане с ножом, потянул за тонкую белую прядь, и хотел было отрезать, как черная стена взорвалась миллионами осколков. Они разлетелись по комнате, смешались с разломным зеленым пламенем и упали на пол.

Посреди комнаты стоял Каэр Равеннар. Одним взглядом он охватил картину, что его любимая неподвижно лежит на зеркальном полу с запрокинутой головой. Ее блузка распахнула, а кружевная рубашка вся пропитана кровью.

И мужчина в сером плаще, который склонился над девушкой с ножом.

Долю секунды дракон не двигался, а потом его глаза почернели. Воздух вокруг начал темнеть и быстро ползти по зеркальному полу.

Тяжелая магия быстро заполняла комнату, окружая заботливым коконом мертвую девушку. Коллекционер сразу почувствовал опасность, но все еще был уверен в себе.

— Господин Равеннар или лучше Ваше Высочество? — Произнес он. — Вы наконец-то добрались и почтили нас своим присутствием. Поздравляю. Но, боюсь вы опоздали. Ваша истинная оставила нас.

Каэр заскрипел зубами, и черная магия рванулась вперед.

Коллекционера сорвало с места. Он пролетел через всю комнату, врезался спиной в зеркальную стену и вместе с крупными осколками рухнул на пол.

Нож вылетел из его руки, но Каэр уже не смотрел на него. Он бросился к жене и упал рядом на колени, осторожно коснулся ее лица.

— Ана.

Девушка не отозвалась. Каэр быстро запахнул края ее блузки, прикрыв тело, и положил ладонь ей на грудь. Никакого движения не было. Пальцы переместились к шее. Ни удара.. пульса не было.

— Ана, — резко позвал дракон, но в ответ было все то же молчание.

Каэр прижал ладонь к ее груди и направил внутрь разломное пламя. Зеленый свет проник под бледную кожу, прошел по неподвижному телу и вернулся.

Маг повторил попытку, но сильнее и почти умоляюще прошептал.

— Дыши.

Каэр наклонился к ее губам и прислушался, но в ответ вновь тишина.

— Нет.

— Нет, — повторил он.

Сзади раздался тихий смех. Коллекционер уже поднялся. На сером плаще показалась кровь, там где прошли зеркальные осколки, но было заметно, что сильно он не пострадал.

— Поздно, она уже давно мертва, жаль, что мы не успели как следует с ней поразвлечься.

Каэр медленно убрал руку с груди жены и очень осторожно положил ее голову на пол. Поднялся и повернулся к врагу.

Черная магия заклубилась у его ног, словно послушный пес, готовый в любой момент защищать хозяина.

— Я буду долго убивать тебя…

И сделал шаг вперед, двинулся в сторону маньяка. Коллекционер тут же провел перед собой рукой и перед ним появился циферблат из серебряных линий.

Стрелка дернулась, и из зеркал начали выходить отражения мага. Их было ровно двенадцать, и у каждого в руках было какое-то оружие: ножи, мечи, кинжалы, у одного был топор.

Они окружили Каэра и спустя мгновение бросились на него. Черная магия вперемешку с магией разлома закружилась вокруг мага и быстро раскидала нападающие, однако, Каэр не заметил, что Коллекционер оказался у него за спиной и нож с тонким лезвием вошел под лопатку.

Каэр дернулся, но не вскрикнул, а маньяк склонился к его уху.

— Она звала вас, принц. Все время звала, пока умирало. Пока под конец совсем не осталось сил, и тогда она просто замолчала.

Каэр замер.

— А вы как всегда не успели — вновь раздался издевательский смех.

Пальцы дракона сомкнулись на его запястье, хрустнула костью и Коллекционер закричал от боли. Каэр резко развернулся и ударил его головой о ближайшее зеркало. Стекло разбилось. Потом еще раз.

Каэр вырвал нож из своей спины и швырнул в сторону. Потом толкнул маньяка и тот отлетел к стене и направился туда. Раздался сильный удар и хруст ломающихся костей, потом еще один и еще.

Коллекционер попытался поднять часы, но дракон схватил его за горло и приподнял над полом.

— Я же говорил, что ты пожалеешь о том, что вообще узнал о ней.

На руке Каэра появились когти, и он с размаху вонзил их в живот Коллекционера. То завизжал, а из раны хлынула кровь.

В последний момент маньяк вскинул руку, и часы на его запястье раскрылись. Красная роза распахнула свои лепестки и все в комнате замерло.

В воздухе зависли осколки. Черная магия остановилась, превратившись в тяжелые неподвижные волны. Даже кровь на шее Коллекционера перестала стекать.

Только он мог двигаться.Мужчина с трудом выскользнул из пальцев Каэра и согнулся пополам.

Дышал он тяжело. Одна рука висела беспомощно, плащ пропитался кровью. Он с опаской посмотрел на застывшего дракона и снова прижал руку к животу. Не было времени, чтобы расквитаться с Равеннаром.

Каэр не двигался, но черная магия вокруг него задрожала. В ней появились тонкие зеленые трещины.

Коллекционер нахмурился.

— Пора уходить, жалко, что идеальный образец остается здесь.

Зеленых трещин начало становиться все больше и больше, а черная магия начала яростно клубиться. Коллекционер поспешно отступил к черной стене.

Он поднял обе руки, невзирая на сломанное запястье. В воздухе появился тонкий круг, разделенный на двенадцать секторов. В каждом двигалась собственная стрелка.

— Жаль, что не сегодня, Ваше Высочество, но, клянусь, я расквитаюсь с вами.

Зеленые трещины разорвали остановленное время. Комната оглушительно выдохнула. Осколки рухнули на пол. Кровь снова потекла. Черная магия бросилась к Коллекционеру.

Тот едва успел закончить рисунок, после чего круг развернулся в глубину.

За ним открылся узкий временной коридор, заполненный мелькающими образами: незнакомыми улицами, заснеженными полями, автомобилями, многоэтажками.

Коллекционер шагнул в портал, и, обернувшись насмешливо произнес.

— Передайте супруге мои извинения, — произнес он. — Хотя, боюсь, теперь это будет несколько затруднительно.

Каэр, уже очнувшийся, рванулся к нему, но портал захлопнулся перед самым его носом.

Черная магия ударила в пустоту.

Там, где только что стоял Коллекционер, осталось несколько капель крови и часы, с красной розой внутри, заполненные чем-то прекрасно серебряным.

В комнате снова стало тихо. Ана лежала там же, где он ее оставил. Неподвижно, будто уснувшая кукла.

Чуть дальше, Каэр увидел мертвого Бублика. Он медленно подошел к жене и опустился на колени прямо на осколки, не почувствовав, как они прорезали ткань и вошли в кожу.

Он еще раз коснулся ее шеи, но пульса не было. Провел ладонью по груди, но сердце было безмолвно.

Каэр осторожно поправил распахнувшуюся блузку, застегнуть которую было уже невозможно. Снял с себя разорванный плащ и укрыл Ану, будто она могла замерзнуть.

Потом подсунул руку ей под плечи, вторую — под колени и поднял. Тело оказалось слишком легким, а ее голова безвольно легла ему на плечо.

Розовые волосы безжизненно рассыпались по его руке. Каэр прижал ее к себе.

— Ана.

Он уже не ждал ответа, а просто продолжил говорить.

— Я пришел.

Голос сорвался. Каэр опустил лицо к ее волосам. В них еще оставался запах мяты, бумаги и едва заметный аромат ее духов.

— Слышишь? Я пришел.

Он обнял ее крепче.

— Можешь сказать, что я опоздал. Ты же любишь это. Скажи, что верховный маг опять все испортил.

Тишина.

— Назови меня ящером. Индюком. Самодовольным идиотом.

Губы дрогнули.

— Только скажи.

Каэр прижался лбом к ее виску. Первая слеза упала на белую прядь.

Он не сразу понял, что плачет. Просто лицо стало мокрым, а вдохи — короткими и неровными. Он пытался их сдержать, по привычке заставлял себя замолчать, выпрямиться, взять происходящее под контроль.

Не получилось.

Каэр согнулся над Аной, закрывая ее собой, и заплакал так, как не плакал ни ребенком, ни после смерти матери, ни в самые страшные годы войны.

Он гладил ее волосы, целовал холодный лоб, снова искал пульс, хотя знал, что не найдет.

— Ты не можешь уйти, — шептал он. — Мы еще не закончили ругаться. Ты обещала мне четверг. Помнишь? Все откладывала до четверга.

Он коротко, беспомощно рассмеялся сквозь слезы.

— Сегодня даже не четверг, Ана. Это нечестно.

Она лежала у него на руках, тихая и холодная. Каэр прижал жену к груди так крепко, словно еще мог удержать ее здесь одной силой объятий.

Но Ана ничего не сказала, и сердце ее не билось.

Прошла минута, две, полчаса. Вдруг дракон вскинул голову и взгляд его упал на изумрудное кольцо на пальце любимой. В нем еще теплилась крошечная искорка.

Он некоторое время смотрел на эту искру, а потом вдруг поднялся. Поднялся вместе с любимой на руках. Он был страшен. Черное пламя охватило их и взвилось до небес.

Голос дракона был подобен грому.

— Я принимаю силу наследника Эйранна! Я отказываюсь от поста начальника департамента разломов. Я больше не просто маг. Я следующий король империи! Я приношу сейчас клятву роду и клятву королевству, даю слово защищать их всем, что у меня есть.

Как только он произнес последние слова клятвы, пламя стало золотым. Оно бушевало, заставляло их сгорать заживо и возрождаться из огня.

Но Каэр ничего не чувствовал. Он просто смотрел на бледное лицо любимой, что лежала у него на руках.

В какой-то момент ее ресницы дрогнули, и Ана вздохнула, еще раз. А потом, открыла глаза и посмотрела на мужа.

Глава 54. Возвращенное завтра

Глава 54. Возвращенное завтра

Первым Ана увидела лицо Каэра. Он склонился над ней так низко, что его волосы касались ее щеки. Зеленые глаза горели, но не привычным разломным пламенем. В них были страх, надежда и такое отчаяние, что Ана не сразу поняла, на кого смотрит.

Сейчас он просто держал ее на руках и боялся пошевелиться. Ана медленно вдохнула. Воздух обжег грудь. Сердце тяжело ударило один раз, второй, потом забилось быстрее.

— Каэр…

Он вздрогнул.

— Еще раз.

Голос у него был хриплым и совершенно непохожим на обычный.

— Что?

— Скажи мое имя еще раз.

Ана попробовала улыбнуться.

— Каэр.

Он зажмурился и прижал ее к себе так крепко, что стало трудно дышать.

— Осторожнее, — прошептала она. — Ты меня сейчас задушишь в объятиях.

Каэр резко ослабил руки и посмотрел на нее с таким ужасом, что Ана пожалела о своей шутке.

— Прости.

— Я пошутила!

— Больше так не шути.

— Никогда не буду, прости меня!

— Даже когда мне будет восемьдесят.

Ана моргнула и вдруг хитро улыбнулась.

— А тебе сколько сейчас?

— Неважно.

— Значит, больше ста? Или все двести?

— Ана.

Она слабо засмеялась. Смех отозвался болью в груди, но это была уж живая боль.

Каэр провел ладонью по ее волосам, коснулся лица, шеи, снова положил пальцы на запястье. Он проверял пульс уже, наверное, в десятый раз, но останавливаться не собирался.

— Я живая, — сказала Ана.

— Вижу.

— Тогда почему смотришь так, будто я могу исчезнуть?

Каэр не ответил, а лишь отвел глаза. Вдруг на его щеке блестела влажная дорожка. Ана подняла руку. Пальцы плохо слушались, но ей все же удалось коснуться его лица.

— Ты плакал?

— Нет, просто здесь было дымно, вот слезы и потекли.

Девушка ничего не стала говорить, просто прижалась к любимому покрепче. Каэр хотел что-то ответить, но вместо этого наклонился и поцеловал ее.

Сначала осторожно, словно боялся причинить боль. Коснулся губ и сразу отстранился, всматриваясь в лицо. Ана сама потянулась к нему. Тогда он поцеловал снова, только теперь уже крепче.

В этом поцелуе было все, чего он не смог сказать. Страх, который только начал отпускать. Ярость на Коллекционера и вина за опоздание. Любовь, от которой у Аны снова защемило сердце.

Она обняла его за шею. Каэр прижал ее к груди и поцеловал еще раз, а потом уткнулся лицом в ее волосы.

— Я думал, что потерял тебя.

— Не потерял.

— Я держал тебя на руках, и ты не дышала.

Ана закрыла глаза. Последние воспоминания возвращались медленно. Черные зеркала. Коллекционер. Часы с красной розой и серебряный свет, который вытягивали из ее груди. Бублик, лежащий неподвижно на полу.

Она резко распахнула глаза.

— Бублик!

Каэр поднял голову. Ана попыталась сесть, но тело тут же отозвалось слабостью.

— Где он? Каэр, где Бублик?

— Ана…

Дракон попытался заслонить собой неподвижное пушистое тельце, но ему это не удалось, Ана уже успела увидеть своего фамильяра. Слезы полились из ее глаз, она хотела к нему, взять на руки, прижать к себе. Но не было сил это сделать. Тогда девушка закричала так пронзительно и громко, что остатки черных зеркал вокруг завибрировали.

Магическая волна прошлась по помещению и коснулась белого песика. Вдруг его охватило зеленоватое свечение, и тельце поднялось в воздух. Стола увеличиваться в размерах и в какой-то момент превратилось в огромного белого волка.

А потом что-то ярко вспыхнуло, свечение пропало, и на полу уже стоял белый волк. Через секунду он уже был около Аны.

Серебристая шерсть потемнела от крови. Одна лапа подгибалась. На шее тоже виднелась кровь, но Бублик был жив.

Ана заплакала и потянулась руками к своему фамильяру. Тот не сопротивлялся и прижался головой к плечу хозяйки. Так они и сидели. Ана обнимала белого волка, а Каэр держал на руках свою жену.

— Ты живой.

— Да вроде бы, это ты меня вернула…

— Я думала…

— Я тоже много чего думал, пока лежал мертвый. В основном о том, что надо было утром съесть вторую булочку. Жизнь слишком коротка для необоснованных ограничений в питании. Поэтому, пора подумать о завтраке.

Каэр фыркнул, а Ана прижалась лицом к серебристой шерсти. Бублик тихо заскулил, потому что девушка задела рану, но не отстранился.

— Больше так не делай, — прошептала она.

— Это ты сейчас мне говоришь?

— Тебе.

— Ты тоже потом умерла, если что!

— Но ты умер из-за меня.

— Зато я ему ляжку прокусил! Не будет больше пренебрегать маленькими белыми песиками!

Каэр засмеялся и добавил.

— Королевская магия вернула вас обоих, — сказал он. — Ты связана с Бубликом. Когда вернулась твоя жизнь, часть силы ушла к нему.

Бублик покосился на дракона.

— То есть меня оживили за компанию? И теперь я еще и ящеру жизнью обязан?!

— Получается, так.

— Просто возмутительно!

Ана рассмеялась сквозь слезы и еще крепче обняла фамильяра. Тут Бублик вдруг поднял голову и его зеленые глаза сузились.

На полу, недалеко от того места, где исчез Коллекционер, лежали часы с красной розой. Они все еще тикали, а внутри циферблата переливалось серебро.

Оно двигалось между лепестками, словно живое, и при каждом ударе стрелки вспыхивало мягким светом.

Бублик оскалился.

— Вот оно.

Каэр тоже посмотрел на часы.

— Не трогай. Там может остаться ловушка.

— Там осталось время Аны.

Волк, хромая, двинулся к часам. Каэр поднялся следом, приготовился отразить атаку.

— Бублик!

— Я уже один раз сегодня умер. Второй раз будет не так интересно.

— Стой!

Бублик не остановился, поднял лапу и вдруг с силой ударил по часам. Красная роза внутри циферблата вспыхнула. Из корпуса вырвались черные нити и обвили его лапу.

Бублик зарычал и вдруг стекло треснуло. Из часов полился серебряный свет, возвращая Ане ее воспоминания и возможное будущее.

Часы вспыхнули так ярко, что Ана закрыла лицо руками. Раздался звон.

Стекло рассыпалось, но осколки не упали. Они зависли в воздухе. Вместе с ними поднялись крошечные шестеренки, пружинки и стрелки.

Ана резко вдохнула. Розовые волосы поднялись вокруг ее головы. Белая прядь у виска дрогнула. Цвет медленно вернулся, от корней к кончикам, будто кто-то осторожно провел по ней кистью.

В комнате стало тихо. Бублик посмотрел на обломки.

— Вот теперь все и пора бы убираться отсюда. Ане нужен отдых.

Не долго думая, дракон подхватил жену на руки и понес к выходу. Через полчаса они уже были в знакомом холле.

Госпожа Марта стояла, сложив перед собой руки.

Увидев окровавленного Каэра, Ану в разорванной одежде и черный плащ, которым она была укрыта, госпожа Марта совершенно хладнокровно проговорила.

— Я так понимаю, ужин можно не подавать.

— Госпожа Марта… — начала Ана.

— В спальню, немедленно! Отдыхать и набираться сил. Господин Равеннар, проследите за своей супругой.

Каэр только кивнул и послушно направился к лестнице. Ана удивленно посмотрела на него.

— Ты ее слушаешься?

— Она знает, чем отмывать кровь с пола.

За их спинами послышался смех. Это Бублик появился в холле.

Но даже при виде окровавленного волка госпожа Марта не дрогнула, а лишь церемонно заявила.

— На кухне целый поднос свежих булочек, но сначала в ванну.

И Бублик тоже послушно поплелся в ванну, опасаясь перечить домработнице.

Через десять минут Ана лежала в постели. Каэр успел укрыть ее двумя одеялами, принести три подушки, поставить рядом воду и вызвать королевского лекаря.

Потом он в очередной раз поправил подушку и сел на край кровати. Ана улыбнулась, будто что-то вспомнила.

— Ты оказывается настоящий принц.

Каэр замер.

— Ана… Я собирался рассказать.

— Когда?

— Скоро.

— До или после того, как станешь королем?

— До.

— Насколько до? За пять минут?

Каэр вздохнул.

— Я родился первым принцем крови. После смерти матери стал наследником короны.

— И просто забыл сказать жене?

— Не забыл.

— Тогда почему молчал?

Он некоторое время разглядывал свои руки.

— Потому что не хотел быть наследником.

Ана нахмурилась.

— А так можно?

— Я отказывался приносить королевскую клятву и принимать силу рода. По крови я все равно оставался первым наследником, но пока не приносил клятву, отец не мог передать мне власть.

— А почему ты отказывался?

Каэр посмотрел на нее.

— Я не хотел жить во дворце. Не хотел сидеть на заседаниях Совета, слушать споры о том, кому принадлежит лес, мост и кто может получать с них прибыли. Не хотелось рассуждать о том, кто имеет право носить золотую пряжку на левом плече. Я хотел заниматься настоящей работой.

— Ловить преступников.

— Да. В Департаменте я видел результат. Пропал человек — мы ищем. Открылся опасный разлом — закрываем. Кто-то решил, что закон для него не писан, — объясняем.

Ана коснулась его руки.

— А теперь?

— Теперь я принес клятву.

— Чтобы вернуть меня…. — Ана вздохнула — и теперь ты не сможешь работать в Департаменте. Ты отказался от любимой работы из-за меня.

Он наклонился ближе.

— Я выбрал тебя.

— Но…

— Ана, департамент никуда не исчезнет. Я могу назначить нового руководителя, остаться куратором или работать с особыми делами. В крайнем случае, стану наследником, который лично бегает за преступниками.

— Корона не свалится?

— Я не собираюсь бегать в короне.

Бублик просунул морду в дверь.

— Очень жаль. Я бы посмотрел.

Каэр не обратил внимания.

— Ты была мертва. У меня оставался единственный способ вернуть тебя. Я бы принял не только корону. Я бы отдал силу, титул, Департамент, дом и все остальное.

Ана почувствовала, как к глазам подступают слезы.

— Не говори так, потому что я заплачу.

— Плачь, если хочется.

Он сел ближе и обнял ее, а Ана уткнулась лицом ему в плечо.

— Я тебя люблю, — прошептала она.

— А я тебя люблю.

— Даже если ты принц или обычный человек.

— Очень великодушно — хмыкнул дракон.

— Но я не буду называть тебя «ваше высочество».

— Даже не вздумай.

— Я буду, — заявил Бублик, который удобно устроился у кровати. — Особенно когда он станет требовать кофе. «Ваше высочество, ваша чашка. Не обожгите свой королевский язык».

Внизу громко хлопнула дверь. Через несколько секунд послышались быстрые шаги. Дверь спальни открылась, и на пороге появился Лиан.

Обычно аккуратный и спокойный, сейчас он выглядел так, будто всю ночь бегал по городу. Волосы растрепались. Очки съехали на кончик носа. Длинный жилет был застегнут не на те пуговицы.

В руке он держал небольшой серебряный прибор, похожий на компас.

— Ана!

Он увидел ее живой и остановился. Лицо Лиана сначала побледнело, потом на нем появилось облегчение.

Ана приподнялась и постаралась улыбнуться.

— Лиан, рада тебя видеть. Все в порядке уже. Каэр нас спас с Бубликом.

Лиан улыбнулся, но потом вдруг вспомнил о серебряном приборе и выпалил.

— Мне кажется, я нашел Эль.

Глава 55. Нашлась!

Глава 55. Нашлась!

Эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба. Несколько мгновений Ана осознавала то, что услышала, а потом быстро откинула одеяло и хотела встать.

— Где она? — Голос был хриплым от волнения.

Каэр тут же удержал ее за плечи.

— Лежи. Тебе нельзя вставать!

— Лиан, где она?

Лиан поправил очки.

— В соседнем городе Мерране. Она прислуга у дракона.

— Что? — Одновременно с Аной спросил Каэр. Он перестал удерживать жену, и та быстро поднялась с постели.

Комната качнулась, но она удержалась.

— Мы едем туда.

— Нет, — тут же отреагировал Каэр — конкретно ты никуда не едешь, а ложишься в постель. За твоей сестрой поедем мы с Лианом и еще Тирса возьмем.

Ана была настроена серьезно. Видя, как они возмущенно стоят друг против друга, Лиан сделал быстрый шаг назад, а госпожа Марта поспешила убрать чашку из под руки Каэра. Со стороны камина послышался спокойный голос Бублика.

— Новички. Я обычно под мебель прячусь или растворяюсь в воздухе.

Каэр заговорил медленнее:

— Ты останешься дома. Я найду Эль и привезу ее к тебе.

Ана посмотрела ему в глаза.

— Восемь лет я ее искала.

— Знаю.

— Восемь лет просыпалась и думала, что она где-то зовет меня.

— Ана…

— Я не останусь здесь, когда моя сестра где-то там прислуживает противному дракону!

— Ты не в состоянии сражаться, да и может он не такой противный, этот дракон. Не все же такие.

Было очевидно, что Каэр намекает на себя. На это Ана хмыкнула и подняла руки. Сначала ничего не происходило, а потом по ее пальцам волной прокатился серебряный свет.

Он стал ярче, собрался в ладонях и поднялся выше. Воздух вокруг задрожал. На запястьях появились тонкие узоры Охоты.

За спиной Аны возникли полупрозрачные очертания двух серпов.

Серебро вспыхнуло, смешалось с золотыми искрами королевской магии и ударило вверх. Занавески разлетелись, а стекла в окнах зазвенели. По потолку пробежала светлая полоса.

Лиан открыл рот, а госпожа Марта крепче сжала чашку. Перед ними стояла Жница, как ее прозвали в народе и Охотница по праву крови.

Бублик довольно оскалился.

— Вот теперь узнаю хозяйку, а то в постель, под одеяло! Охотники — это всегда охотники!

— Это моя сестра и ты не можешь мне запретить!

Каэр смотрел на нее несколько долгих секунд, а потом перевел взгляд на Бублика.

— Ты тоже собираешься ехать?

— Разумеется.

— Да ты даже на лапу наступать не можешь!

— У меня еще три — ответил Бублик.

Каэр провел ладонью по лицу.

— Раненый Следовик. Только что почувствовавший силу хрономант. Жена, недавно вернувшаяся с того света. И я — дракон, которого никто не воспринимает всерьез!

— Принц, — напомнила Ана.

— Ну да, немного принц, правда, это совсем не помогает.

Госпожа Марта поставила чашку.

— Я пойду соберу вещи для дороги.

Каэр повернулся к ней.

— Госпожа Марта…

— Вы все равно поедете и лучше путешествовать в комфорте.

Бублик восхищенно улыбнулся!

— Обожаю эту женщину.

Каэр тяжело вздохнул, но кивнул, соглашаясь со Следовиком.

Ана улыбнулась.

— Значит, едем?

— Да, но на моих условиях или ты остаешься дома!

— На каких?

— Ты сидишь в мобиле до самого дома. Не споришь. Не бегаешь. Не прыгаешь с крыши. Не входишь в неизвестные зеркала. Не идешь одна. Не исчезаешь. Не жертвуешь собой.

— Что-то еще?

— Да. Держишь меня за руку.

— Это самое сложное условие?

— Для тебя — возможно.

Она подошла и вложила ладонь в его руку.

— Договорились.

Каэр сжал ее пальцы и внимательно на нее посмотрел.

— Ты согласилась подозрительно быстро.

Ана только потупила голову, но ничего не ответила. За ее спиной раздался смешок фамильяра.

Через полчаса черный мобиль выехал из Лиардена.

За рулем сидел Каэр. Ана расположилась рядом, укутанная в теплый плащ. На заднем сиденье лежал Бублик в облике маленького белого пса. Перевязанные лапа и шея придавали ему вид участника очень неудачной войны с тапком.

Лиан сидел рядом с песиком и держал серебряный прибор обеими руками. Стрелка уверенно указывала на север.

Госпожа Марта снабдила их двумя корзинами еды, лекарствами и нескольким одеялами, как она выразилась «на всякий случай».

Дорога поднималась все выше. После того, как город остался позади, исчезли дома, фонари и башни. Вокруг появились темные леса, серые скалы и снег, лежащий вдоль обочин.

Они ехали уже больше часа, но пока не было ясно, приближаются ли к месту или нет. Вот уже показались редкие одноэтажные дома, какие-то поля, засаженные злаковыми растениями.

Мобиль оказался перед развилкой и Лиан сразу же указал направо. Еще через полчаса впереди, между черных скал показался огромный дом. Высокие стены были сложены из темного камня. Узкие окна смотрели на дорогу холодным зеленым светом.

Серебряная стрелка дрогнула и указала прямо на ворота. Ана перестала дышать.

— Она там, — прошептала девушка. — Каэр, Эль там.

Мобиль остановился у закрытых ворот. Было тихо и пустынно. Вдруг, створки разошлись сами собой.

Каэр остановил мобиль перед широкой каменной лестницей, заглушил магический двигатель и внимательно посмотрел на дом.

Дом красного дракона оказался огромным и был похож не то на крепость, не то на старый дворец. Темно-красный камень стен блестел под снегом. Над центральной башней развевался флаг с изображением красного дракона, свернувшегося вокруг золотого меча.

— Уютненько, — с глубоким сарказмом сказал Бублик с заднего сиденья. — Особенно башни. Сразу видно: хозяин гостеприимный, добрый и никого в подвале не держит.

Он уже успел снова принять облик огромного белого волка. Повязка на лапе осталась, но хромал Бублик скорее для порядка. Когда Ана не смотрела, он вполне уверенно наступал на больную лапу.

Каэр вышел из мобиля и открыл дверь перед Аной.

Она вложила ладонь в его руку и осторожно ступила на снег. Слабость почти прошла, но Каэр все равно придержал ее за талию.

— Я могу идти сама, — тихо сказала Ана.

— Знаю.

Но руку не убрал. Сегодня они оба выглядели вполне обычно. Каэр был в черном дорожном костюме и длинном темном плаще без знаков Департамента. Только родовой перстень, да общая стать выдавали в нем дракона из старшего королевского рода.

Ана надела простое теплое платье темно-синего цвета и серый плащ. Розовые волосы она собрала в одну длинную косу. Магия Охоты спокойно спала под кожей.

На верхней ступени их уже ждал пожилой мужчина в темной одежде. Он поклонился Каэру, потом перевел взгляд на Ану и задержал его на ее волосах.

— Ваше Высочество — произнес он. — Лорд Эллмор ожидает вас.

Ана почувствовала, как Каэр напрягся. Дворецкий чопорно повернулся и пошел вперед, указывая гостям дорогу. Посредине пути он вновь обернулся и, покосившись на белого волка, холодным тоном сообщил:

— Госпожа может подождать в малой гостиной.

— Госпожа пойдет со мной, — спокойно ответил Каэр.

— Лорд Эллмор пригласил только вас.

Ана подняла глаза на мужа.

— Иди. Поговори с ним.

— Я не оставлю тебя одну.

— Я буду с Бубликом, а у него прекрасный характер.

Белый волк оскалился, показывая клыки. Ана сжала пальцы Каэра.

— Все хорошо. Я подожду здесь. Ты быстрее узнаешь, что произошло с Эль, если не будешь тратить время на спор у двери.

— Я быстро.

Каэр наклонился и тихо произнес:

— Почувствуешь что-то странное — зови меня.

— И не превращайся в Жницу.

Ана невинно моргнула.

— А я собиралась?

Бублик кашлянул. Каэр посмотрел сначала на него, потом на жену.

— Именно поэтому и предупреждаю.

Дворецкий проводил Каэра по длинному коридору. Ана осталась в холле с Бубликом.

Внутри дом был не таким мрачным, как снаружи. Под потолком горели хрустальные светильники. На стенах висели старые картины, а на полу лежали мягкие ковры. В нишах стояли вазы с живыми цветами, хотя за окнами лежал снег.

На круглом столике у лестницы лежала раскрытая книга. Рядом стояла чашка с недопитым чаем и блюдце с печеньем.

Бублик сразу повернул голову.

— Я чувствую важную улику.

— Даже не думай.

— Почему? Вдруг печенье отравлено? Я должен проверить.

— Ты только что съел половину корзины госпожи Марты.

— Именно поэтому мой организм отлично подготовлен к дополнительным испытаниям.

Ана подошла к столу. Книга была написана от руки. Между страницами лежали высушенные цветы и несколько листков с хозяйственными записями.

Почерк показался ей знакомым.

Ана провела пальцами по строчке.

«Купить новую ткань для занавесей в западной гостиной. Рейнар опять прожег старую, когда рассердился на управляющего».

Ниже другим цветом было дописано:

«Купить Рейнару успокоительные капли. Ведро. А лучше два!!!».

Ана застыла. Этот почерк она видела сотни раз. В старых тетрадях. На записках, приклеенных к холодильнику. На открытках, которые Эль дарила ей на день рождения.

Сердце ударило сильнее.

— Это она, — прошептала Ана.

Бублик подошел ближе и понюхал страницу.

— Эль.

Сверху раздались шаги, и Ана резко подняла голову. На лестнице стояла женщина.

Она была выше Аны. Светлые волосы опускались почти до талии. У правого виска проходила широкая белая прядь. На женщине было простое, но красивое домашнее платье цвета темного вина. На плечах лежала теплая светлая шаль.

Лицо стало взрослее. Исчезла девчоночья округлость щек, появились тонкие морщинки у глаз. Но это была она.

Эль. Живая и невредимая Эль.

Несколько секунд сестры смотрели друг на друга. Эль первой прижала ладонь ко рту.

— Мелкая?..

Ана не смогла ответить. Что-то сжалось в горле. Она сделала шаг вперед, потом еще один.

Эль начала спускаться, но на середине лестницы остановилась. Вцепилась пальцами в перила, словно боялась, что ноги подведут.

— Ана?

Голос задрожал, и Ана бросилась к ней. Они встретились на последних ступенях.

Эль крепко обняла сестру. Ана вцепилась в нее обеими руками, прижалась лицом к плечу и заплакала.

Она рыдала, не пытаясь сдерживаться. Плечи тряслись. Воздуха не хватало. Все восемь лет одиночества, страха и надежды вырвались сразу.

— Ты живая, — повторяла Ана. — Ты живая. Живая.

Эль гладила ее по голове, целовала в волосы, в лоб и тоже плакала.

— Я думала, что больше никогда тебя не увижу.

— Я искала тебя. Не переставала искать.

— Сестренка, я уже и не надеялась, что мы когда-нибудь встретимся. Каждую минуту думала, как ты там одна.

Ана немного отстранилась и взяла ее лицо в ладони.

— Ты настоящая?

Эль рассмеялась сквозь слезы.

— Да, но хочешь, потрогай еще раз.

Ана снова обняла ее.

— У тебя белая прядь.

Эль осторожно коснулась волос у виска.

— Осталась после Коллекционера.

Лицо Аны изменилось.

— Он причинил тебе боль?

— Да. Но я выжила.

— Я убью его. Клянусь, найду и убью.

Ана снова заплакала, а Эль притянула ее к себе.

— Все, маленькая, мы вместе и больше не расстанемся.

Бублик сидел в нескольких шагах. Он отвернул голову и усиленно рассматривал портрет на стене, а сам тихонько стирал с глаз слезы.

— У вас тут пыльновато, — сообщил он. — В глаза попало что-то!

— Эль, знакомься, это мой фамильяр Бублик.

Бублик подошел ближе. Эль осторожно протянула руку и погладила его по голове. Он замер, а потом неожиданно прижался к ее ладони.

— Да, — сказал Бублик. — Точно сестра. Пахнете одинаково. Только Ана мятой, а вы яблоками и неприятностями.

— А ты действительно говоришь.

— И очень хорошо. В отличие от некоторых косноязычных и вечно заикающихся драконов.

Эль посмотрела на Ану.

— Ты пришла не одна?

— С мужем.

— С мужем?

Эль снова оглядела сестру, словно пыталась найти на ней признаки тайного замужества.

— Ты вышла замуж? И за кого?

— Да, вышла, правда, никто особо не спрашивал. За Каэра Равеннара. Это вышло совершенно случайно.

— За черного дракона и принца?

— Да.

— Ты случайно вышла замуж за наследника престола?

Бублик тяжело вздохнул.

— Поверь, это еще самая нормальная часть истории.

Эль взяла сестру за руки.

— Значит, Рейнар сейчас разговаривает с твоим мужем.

— Получается, что так. А кто такой Рейнар?

Улыбка Эль немного погасла и Ана сразу это заметила. Эль отвела глаза.

— Хозяин дома.

— Красный дракон?

— Да.

— Он тебя спас?

— Да.

Эль спустилась с последней ступени и повела сестру в гостиную. Бублик пошел следом.

Комната оказалась просторной и теплой. В камине горел огонь. У окна стоял большой письменный стол, заваленный бумагами. На подоконнике лежало шитье. На спинке кресла висел мужской камзол.

Ана заметила все это сразу.

Здесь не было похоже на комнату прислуги.

Скорее на место, где человек жил и чувствовал себя дома.

— Расскажи мне все, — попросила Ана.

Эль села рядом с ней на диван.

— После того как Коллекционер забрал меня, я долго не понимала, где нахожусь. Он держал меня в зеркальном переходе. Забирал время понемногу. Наверное, хотел использовать меня так же, как остальных.

Ана сжала ее руку.

— Потом что-то произошло. Один из переходов разрушился. Я упала в горах. Рейнар меня нашел.

— И спас.

— Да. Я была почти мертва. Он отнес меня в дом, вызвал лекарей. Несколько недель я вообще не вставала.

— Почему ты не вернулась ко мне?

Эль опустила голову.

— Я не знала как.

Ана почувствовала, как в груди начинает подниматься гнев.

— Эль скажи, он держит тебя здесь силой?

Эль ответила не сразу.

— Не совсем.

— Что значит «не совсем»?

— Двери никогда не были заперты. Я могла выходить из дома, гулять, ездить в город. Но когда пыталась уехать далеко, Рейнар возвращал меня.

— Возвращал?

— Он говорил, что защищает меня.

— Очень удобно.

Эль слабо улыбнулась.

— Рейнар неплохой, просто..

Бублик расположился у камина.

— Что просто…? Собственник и абьюзер?

Ана внимательно посмотрела на сестру.

— Что ты здесь делала?

— Сначала помогала по дому.

— Прислуживала ему?

— Ана…

— Ты была его служанкой?

Эль помолчала.

— Поначалу он именно так меня называл.

Глаза Аны сузились.

— Поначалу?

— Он очень упрямый. Когда я немного поправилась, то заявила, что не стану просто сидеть в комнате. Мы сильно поссорились и тогда сказал, что раз уж я живу в его доме, то могу быть полезной.

— Полезной?

— Я занималась счетами. Следила за хозяйством. Разбиралась со слугами. Принимала торговцев. Потом управляющий уехал, и я стала заниматься всем домом.

Ана оглядела гостиную.

— То есть ты была здесь хозяйкой.

— Рейнар бы подавился, если бы услышал это вслух.

— Он заставлял тебя с ним спать?

Эль резко смутилась, а Ана пристально смотрела на сестру и вдруг очень тихо спросила:

— Эль.

— Не надо. Давай закроем этот вопрос.

— Он тебя заставил?

— Нет.

— Ты уверена?

— Ана, я не ребенок.

— Ты была одна в чужом мире. Он спас тебя, не давал уйти, называл служанкой, а потом уложил к себе в постель.

— Все было не совсем так.

— А как?

— Сложно.

— Я сейчас очень упрощу и заставлю этого ящера сильно пожалеть обо всем, что он сделал!

Ана поднялась.

— Где они?

Эль тоже встала.

— В кабинете, наверное, но не надо, не ходи туда. Пусть мужчины сами поговорят. так будет лучше.

— Я знаю, как они поговорят! И знаю, как будет лучше!

Внезапно ее ладони загорелись серебром, и через короткое время на месте милой девушки стояла Жница в черной коже и с серпами.

Эль удивленно уставилась на сестру, но ничего не сказала. Лишь быстро пошла за ней, когда Ана направилась за Бубликом прямо по коридору. Туда, где ранее скрылись мужчины.

Глава 56. Сестра дракона не боится!

Глава 56. Сестра дракона не боится!

В кабинете тем временем тоже шел сложный разговор. Лорд Рейнар Эллмор стоял у окна, заложив руки за спину.

Он был высоким, широкоплечим мужчиной лет тридцати пяти на вид. Длинные рыжие волосы были собраны на затылке черной лентой. Короткая борода казалась почти медной. Под правой бровью проходил тонкий шрам. Глаза у него были янтарными, с узкими драконьими зрачками.

На нем был темно-красный камзол с золотыми застежками. От мужчины исходило жаркое сухое тепло, будто рядом горела печь.

Рейнар был сильным магом. В любом другом месте его сила заставила бы окружающих быть осторожнее.

Но рядом с Каэром она ощущалась всего лишь ярким костром возле лесного пожара.

— Я нашел женщину в горах, — холодно говорил Рейнар. — Она была ранена. Ее магия почти исчезла. Коллекционер мог почувствовать ее в любую минуту.

— И поэтому ты никому не сообщил.

— Кому я должен был сообщить? Восемь лет назад Департамент не умел искать хрономантов.

— Департаментом уже руководил я.

— Именно поэтому я и не сообщил.

Каэр прищурился.

— Объясни.

— Ты бы забрал ее в Лиарден, провел через десяток допросов, зарегистрировал как жертву межмирового преступления, а потом посадил под защитный купол. Коллекционер нашел бы ее через неделю.

— Ты очень низкого мнения о моих способностях.

— Тогда ты был слишком самоуверен и уж прости, но слыл невероятным снобом!

Каэр сделал шаг вперед. Воздух в кабинете потемнел. Между пальцами появилось зеленое пламя. Рейнар усмехнулся. На его ладонях вспыхнул красный огонь.

Он был слабее и оба это знали, но отступать красный дракон явно не привык.

— Где Эль? — спросил Каэр.

— В доме.

— Почему ты ее удерживал?

— Я не удерживал. Ей просто некуда было идти.

— А ты этим и воспользовался!

—Да — последовал простой ответ.

Каэр коротко рассмеялся.

— Поразительное качество всех драконов. Мы всегда точно знаем, что лучше для женщины. Рейнар посмотрел на него с интересом.

— Ты говоришь так, будто уже получил по голове за подобное поведение.

— Не один раз.

— И не помогло?

— Иногда помогает. Ненадолго.

Рейнар прошел к столу.

— Эль жила здесь в безопасности. У нее было все необходимое.

— Кроме свободы.

— Она могла уйти.

— Но ты ее возвращал.

— Потому что это было опасно для нее самой. Коллекционер наверняка хотел получить ее назад, а здесь она была спрятана ото всех.

Рейнар замолчал. Каэр вдруг заметил на столе женскую заколку. Простую, серебряную, с маленькой снежинкой.

Рядом стояли две чашки, а на спинке кресла лежала светлая шаль.

В кабинете явно бывала Эль. Не как служанка, которой разрешали принести чай. Она здесь жила и была хозяйкой.

— Кто она тебе? Служанка, жена или любовница? — прямо спросил Каэр.

— Она занималась домом. Вела счета. Следила за слугами, но она не хозяйка и не моя жена.

— Любовница?

Рейнар резко посмотрел на него и с силой ударил кулаком по столу. Хотел что-то сказать, но тут за дверью что-то громко ударило.

Мужчины одновременно повернулись. Раздался треск и тяжелая дубовая дверь с силой вылетела из проема и проехала по ковру до самого письменного стола.

В кабинете появилась Жница. Черная кожа покрывала стройное тело. Розовые волосы развевались за спиной, хотя в комнате не было ветра. В руках горели серебряные серпы.

Позади стояла Эль с широко раскрытыми глазами. Рядом с ней возвышался огромный белый волк. Бублик оскалился и громко клацнул зубами.

— Добрый вечер, — сказал он. — Извините за дверь. Она оказалась недостаточно крепкой для него стука!

Рейнар ошеломленно смотрел на Жницу.

— Кто это?

Каэр тяжело вздохнул.

— Моя жена.

— Это Жница.

— Одно другому не мешает.

Ана шагнула в кабинет.

— Значит, служанка?

Рейнар перевел взгляд на Эль.

— Что ты ей рассказала?

— Ничего — ответила Эль и как-то вся сжалась.

Ана подняла один серп и шагнула к красному дракону.

— Значит так, тупоголовая ящерица! Сейчас ты лишишься не только хвоста, но и головы, а потом я скормлю твои все твои запчасти собачкам!

Каэр широко раскрыл глаза. Он еще никогда не видел, чтобы Ана была так зла и сделал шаг к ней, опасаясь за своего собеседника.

Рейнар нахмурился.

— Ты врываешься в мой кабинет, ломаешь дверь и угрожаешь мне в моем доме?

— Да.

— Она всегда такая? — спросил Рейнар у Каэра.

— Сегодня еще довольно спокойная.

Ана указала серпом на красного дракона.

— Я забираю сестру.

— Нет.

В комнате стало тихо.

Бублик перестал ухмыляться.

Каэр закрыл глаза и медленно провел рукой по лицу.

— Рейнар, — сказал он. — Подумай еще раз.

— Ей нельзя уезжать.

Ана улыбнулась.Улыбка вышла очень нехорошей.

— Кажется, ты меня не понял. Я не спрашиваю разрешения.

Рейнар расправил плечи.

Красный огонь появился вокруг его рук.

— Эль останется здесь.

Серпы в руках Аны вспыхнули серебром, но она в последний момент сдержала себя и повернулась к сестре.

— Ты остаешься?

Эль посмотрела на Рейнара. В его лице впервые не было ни высокомерия, ни раздражения.

Только страх. Он боялся, но лишь одного. Что Эль сейчас уйдет навсегда.

— Я поеду с сестрой, — тихо сказала она.

Рейнар побледнел.

— Эль.

— Мне нужно побыть одной.

— Сколько? День, неделю, год? Сколько?

— Я не знаю.

— Рейнар, я сказала, что не знаю.

Он шагнул к ней. Ана тут же встала между ними.

— Не подходи.

— Уйди с дороги.

— Попробуй убрать.

Красный огонь взметнулся выше. Серебряные серпы загудели. Бублик припал на передние лапы. Каэр оказался между ними за одно мгновение.

Разломное пламя ударило в пол и разошлось широкой линией. Красная магия Рейнара сразу погасла. Серебро Аны осталось, но она опустила оружие.

— Хватит, — сказал Каэр.

— Скажи это ему, — ответила Ана.

— Говорю обоим.

Рейнар сжал челюсть.

— Она не понимает, что делает.

Эль вдруг рассердилась.

— Перестань говорить обо мне так, будто меня здесь нет!

Все повернулись к ней.

— Восемь лет, Рейнар. Восемь лет ты решал за меня. С кем мне говорить. Куда ездить. Что опасно, а что нет. Ты даже письма не позволял отправлять.

— Коллекционер мог их перехватить.

— Возможно. Но ты мог найти способ!

Рейнар замолчал, а Эль быстро вытерла слезы.

— Я благодарна тебе за то, что ты спас меня. Я не забуду этого. Но Ана — моя сестра. Она прошла в другой мир, чтобы найти меня. А ты все это время знал, как сильно я хочу вернуться.

— Эль…

— Я поеду с ней.

— А потом?

— Потом решу сама.

Рейнар тяжело дышал. На лице играли красные отблески затухающего огня.

— Ты вернешься?

Эль не ответила.

Ана подошла к ней и протянула руку.

— Идем.

Эль посмотрела на ее ладонь, а потом вложила в нее свою.

Сестры направились к выходу. Бублик двинулся следом, но у порога остановился и повернул голову к Рейнару.

— Небольшой дружеский совет. За женщинами не обязательно запирать двери. Иногда достаточно просто дать им время вернуться.

— Я не запираю двери.

— Это была метафора. Очень красивая. Я сам придумал.

Рейнар ничего не ответил, а Бублик снова показал зубы.

— И да. Попытаетесь вернуть Эль силой — я откушу то, что хозяйка не успеет отрезать.

— Бублик! — возмутилась Ана из коридора.

— Я сказал «хвост»!

Белый волк вышел за сестрами.

В кабинете остались двое мужчин. Рейнар смотрел на пустой дверной проем.

Каэр поднял с пола обломок двери, осмотрел его и положил обратно.

— Крепкая была.

— Была, — глухо ответил Рейнар.

— Пришлю мастера.

— Не надо.

— Как хочешь.

Каэр поправил плащ и направился к выходу.

— Равеннар.

Он остановился.

— Что?

— Она действительно твоя жена?

Каэр посмотрел туда, где исчезла Ана. В коридоре уже слышался ее голос:

— Бублик, не хромай так сильно. Я видела, как ты бежал к печенью!

— Это был вынужденный рывок, но мне было больно!

Каэр улыбнулся.

— Действительно.

— И тебя все устраивает?

— Нет.

— Тогда почему ты улыбаешься?

— Потому что изменить ее все равно не получится.

Каэр вышел в коридор, но через несколько шагов обернулся.

— Рейнар.

Красный дракон поднял голову.

— Что?

— Ты совершил главную ошибку.

— Какую?

— Решил, что если любишь женщину, то получаешь право выбирать за нее.

Рейнар отвел взгляд.

— А ты никогда так не делал?

— Делал.

— И что?

Из холла раздался голос Аны:

— Каэр! Мы уезжаем или мне самой вести мобиль?

Каэр торопливо направился к выходу.

— Бегал за ней по крышам, а потом был привязан к батарее.

Он догнал женщин уже у лестницы.

Ана все еще держала Эль за руку. Сестры шли рядом и не переставали смотреть друг на друга, будто боялись, что одна из них снова исчезнет.

Каэр накинул на плечи Аны теплый капюшон.

— Ты зачем сломала дверь?

— Она была закрыта.

— Можно же было просто постучать.

Ана сделала вид, что не слышит, но услышал Бублик.

— Зато открыли быстро.

Эль оглянулась на дом. В одном из окон кабинета стоял Рейнар. Даже издалека было видно его рыжие волосы и широкие плечи.

Он не вышел и не попытался ее остановить. Только тоскливо смотрел им вслед.

Глава 57. То, о чем молчат сестры

Глава 57. То, о чем молчат сестры

Вот уже четыре дня Эль жила в доме сестры. Ана была безумно рада дому, что она нашлась, а вот сама Эль с каждым днем становилась все грустнее.

И Ана никак не могла понять, в чем причина происходящего. Что-то точно было не так. От той веселой и раскованной девушки, которой была Эль, осталась лишь тень.

Ана замечала, что сестра часто подходит к окну и долго смотрит на улицу, будто ждет кого-то или думает о чем-то важном.

Да и улыбка у Эль была слишком старательной, будто приклеенной. Ана поделилась своими наблюдениями с мужем, на что тот лишь снисходительно хмыкнул, будто догадывался, о чем идет речь, и предложил напрямую спросить у сестры, что происходит.

Ана не стала откладывать разговор в дальний ящик и вечером отправилась в комнату к Эль, где застала ее опять сидящей у окна. Девушка поджала под себя ноги.

На ней было простое темно-синее платье с длинными рукавами. Светлые волосы свободно лежали на плечах. Белая прядь возле виска почти терялась среди них.

На коленях лежала книга, раскрытая в самом начале. Сразу стало понятно, что за последние полчаса, Эль не перелистнула ни странички.

Ана села на широкий подоконник напротив нее и подтянула ноги. Несколько секунд разглядывала сестру.

— Что?

— Ничего, просто смотрю на тебя.

Эль тихо рассмеялась и Ана тоже улыбнулась в ответ.

— Между прочим, у меня новости.

— Какие?

— Я сегодня познакомилась с отцом Каэра.

Эль оживилась.

— Рассказывай, как все прошло!

Ана поправила подол платья.

— В общем, все прошло гораздо лучше, чем я ожидала. Папе его я очень понравилась, а еще больше ему понравилось, что скоро можно будет отправиться на покой и переложить все на сына.

Эль снова громко засмеялась, почти как раньше, а Ана продолжила.

— И вообще, он мне по секрету сказал, что просто мечтает о рыбалке и рад, что Каэр одумался.

— И что было дальше?

Ана вздохнула.

— Дальше был ужин, а потом.. а потом.. — Охотница снова вздохнула.

— Ну что потом-то?

— А потом мне сказали, что у нас с Каэром скоро свадьба, потому что ну не может ее наследник престола никак зажать.

Эль уже смеялась, прижав ладонь к животу.

— Полагаю, господин Равеннар тоже особо не горел желанием устраивать масштабные празднования, но ему пришлось смириться.

Ана моргнула.

— Как ты догадалась?

— Да вы просто не выглядите как люди, которые в этом очень нуждаются.

Ана вздохнула, а потом все же улыбнулась.

— Ты права, нам и так вместе хорошо, но обязанности, есть обязанности, поэтому, через две недели состоится наша свадьба.

На губах сама собой появилась улыбка. Она вдруг вспомнила вчерашний вечер, когда они вернулись домой после ужина в таверне «У голодного дракона».

Каэр вдруг поймал ее в коридоре, прижал к стене, долго целовал, а потом неожиданно спросил:

«Ана, ты хочешь выйти за меня замуж? Нормально».

Она тогда рассмеялась и не смогла удержаться от закономерного вопроса:

«А сейчас я ненормально за тобой замужем?»

Каэр очень серьезно ответил:

«Сейчас ты стала моей женой после нападения, расследования, двух драк, метки и решения какого-то древнего драконьего закона. А вот в белом платье я тебя так и не видел».

А потом добавил, что свадьба наследника престола, к сожалению, не может состоять из пяти человек, одного Следовика и пирога госпожи Марты.

Бублик, который в тот момент материализовался в коридоре, прошествовал на кухню и мимоходом заметил, что не видит ничего плохого в такой свадьбе, если пирог достаточно большой и вкусный.

Ана очнулась от своих мыслей, поняв, что Эль что-то спрашивает.

— Эль, прости я задумалась. Ты что-то спросила.

— Да, насколько будет пышной свадьба и все ли лорды приглашены.

— Да, все лорды королевства. Это неписанные правила — Ана внимательно посмотрела на сестру.

— Тебя что-то беспокоит — и тут же добавила — или кто-то?

Эль вспыхнула и опустила голову. Пальцы автоматически потянулись к запястью, закрытому тканью платья.

— Нет, что ты. Никто. Я просто так спросила. Не люблю шумных праздников.

Ана удивленно уставилась на сестру.

— И давно ли? Ты же всегда была душой компании.

Эль молчала, а Ана нахмурилась.

— Тебе здесь плохо?

— Нет! Что ты.

— Тогда что?

— Ничего.

— Я четыре дня за тобой наблюдаю. И вижу, что тебе тяжело. А вот причины не понимаю.

Эль слабо улыбнулась, а Ана продолжила:

— Это из-за этого ящера?

Эль опустила голову, под внимательным взглядом сестры.

— Ты скучаешь по нему?

— Нет. Не совсем.

Слишком быстро и поспешно отозвалась сестра.

— А вот теперь интересно.

Эль поняла, что сказала лишнее.

— В его доме. Я спросила, заставил ли он тебя спать с ним. Ты сказала: «Все было не совсем так».

Эль отвернулась к окну.

— Ана, не надо. Все слишком сложно.

— Все только и говорят мне, что все сложно. Каэр сложный. Метка сложная. Драконы сложные. Коллекционер вообще психопат. Бублик однажды полчаса объяснял мне, почему украденное печенье нельзя считать кражей, если оно лежало без присмотра.

— И к чему ты это?

— К тому, что я готова к сложности. Рассказывай.

Эль снова молчала.

— Да ты его любишь! — вдруг ахнула младшая сестра.

Эль грустно посмотрела в окно, а потом просто кивнула.

— Сестренка, ты хотела, чтобы он тебя тогда остановил, а он этого не сделал?

— Не сделал. Значит, я ему не нужна.

Ана почувствовала, как к рукам прилила сила, и они засветились. Если бы сейчас рядом пролетал красный дракон, то он бы уже отправился в ее любимую таверну в качестве свежедобытой тушки.

Ана уже собиралась сказать об этом сестре, как в дверь постучали.

— Войдите, — быстро сказала Эль.

Дверь открылась. На пороге стоял Каэр. После принятия королевской силы он немного изменился. Не внешне. По крайней мере, Ана не сразу поняла, в чем дело.

Он все так же был высоким, темноволосым и неприлично красивым. Все те же зеленые глаза, сильные руки и раздражающая привычка выглядеть прекрасно даже после бессонной ночи.

Но теперь в нем появилось что-то тяжелое. Та тихая сила, которая ощущалась даже тогда, когда он ничего не делал.

Сейчас Каэр был без мундира, в простой черной рубашке с расстегнутым воротом и темных брюках.

Он посмотрел на Ану, потом на Эль. Шагнул в комнату, поднял жену и повел на выход.

— Милая, допрос окончен. Ты обещала мне сегодняшний вечер!

И уже на выходе подмигнул Эль, заметив, как та выдохнула с облегчением.

Голоса постепенно удалились и стало совсем тихо. Эль еще несколько секунд смотрела на открытую дверь. Потом поднялась и медленно ее закрыла. Замок щелкнул и улыбка исчезла с ее лица. Она вновь повернулась к окну.

За стеклом горели огни Лиардена. По улице проезжали мобили, где-то далеко звонили часы, над крышами висели три луны.

Эль положила ладонь на стекло и перед глазами вдруг возник совсем другой дом, большой камин и две чайные чашки на столе. Мужчина у окна.

Девушка закрыла глаза

— Дурак, — прошептала она.

Она медленно опустила взгляд на левую руку, пальцы задрожали. Она потянула манжет. Показался край красного рисунка. Чуть ниже локтя горела метка.

Глубокого огненного цвета. Узор напоминал тонкое драконье крыло, охваченное языками пламени. Но это было только половиной рисунка. По красному огню тянулся второй узор. Белый и тонкий, как мороз на зимнем стекле.

Белоснежные веточки переплетались с пламенем, соединялись с ним, уходили внутрь красных линий и снова появлялись выше. Огонь и мороз.

Две магии, которые не должны были существовать вместе. Метка мягко пульсировала. Губы девушки задрожали.

— Я сказала, что мне нужно побыть одной, — тихо прошептала она. — А не что ты должен меня отпустить.

Метка вспыхнула ярче. Эль быстро опустила рукав. Но скрыть ее было проще, чем собственные чувства.

Она снова посмотрела в ночное окно. Очень далеко отсюда, в Меране, красный дракон в этот самый момент тоже не спал.

Глава 58. Свадьба под тремя лунами

Глава 58. Свадьба под тремя лунами

Утро ее свадьбы началось с Бублика, а точнее, с его голоса за дверью.

— Я сразу предупреждаю: если вы там решили начать без меня, это будет считаться нарушением древних свадебных традиций Охоты!

Ана открыла глаза. Несколько мгновений просто лежала, глядя в высокий светлый потолок, где между тонкими золотыми линиями медленно двигались маленькие зачарованные звезды.

Потом вспомнила. Сегодня она действительно собиралась выйти замуж за Каэра Равеннара, своего любимого мужа и наследника престола! Вот это наборчик, вдруг хихикнула девушка про себя.

За своего бывшего начальника. За человека, который когда-то пытался надеть на нее магические наручники, потом три года ловил ее по всему Лиардену, не подозревая, что каждое утро она приносит ему кофе.

Ана закрыла лицо ладонями.

— О боги.

Из-за двери немедленно послышалось:

— Если передумала, говори сейчас. Я знаю запасной выход.

— Бублик!

— Я просто предлагаю варианты! Еще не поздно дать деру! Но тут есть большой плюс, мы станем королевой! А это такое количество ванильных булочек, что я бы рискнул остаться.

Дверь открылась, и в комнату вошла Эль.

— Ты разговариваешь с ним через дверь?

— Он разговаривает со мной через дверь.

— Я все слышу! — сообщил Бублик, пытаясь прорваться внутрь.

Эль закрыла дверь перед его носом, и снаружи наступила оскорбленная тишина.

— Жестокая женщина, — наконец сообщил фамильяр из-за двери — Я все запомнил! Потом не проси меня кусать всех твоих женихов за ногу, которые начнут заваливать тебя цветами.

Ана села и секунду просто смотрела на сестру. Сегодня на ней было длинное платье холодного голубого цвета. Оно мягко облегало фигуру и расширялось книзу легкими складками. По ткани шел едва заметный серебряный узор — тонкие веточки, похожие на морозные следы на стекле.

Эль остановилась возле кровати.

— Вставай.

— Не хочу.

— Ана. Ты не маленькая! Давай, а то не успеем, и твой муж передумает на тебе жениться.

— Я просто волнуюсь.

В комнату без стука вошла госпожа Марта.

— Почему невеста все еще в кровати?

— Нервничает, — ответила Эль.

— Это можно делать и стоя.

Следом вошли еще две женщины. Одну Ана уже видела во дворце. Это была мастер церемониальных нарядов госпожа Мирель Тарс — сухонькая пожилая эльфийка с серебряными волосами. Все знали о ее привычке разговаривать с тканями, но зато какие потом получались наряды.

Вторая, молоденькая девушка по имени Лесса, несла огромную коробку. Через минуту комната превратилась в место боевых действий.

Кто-то расчесывал ей волосы. Кто-то пытался закрепить платье. Кто-то искал серьгу, а кто-то выяснял, почему исчезла лента.

Потом выяснилось, что лента никуда не исчезала, а ее украл подозрительно разумный гриб, который обнаружился под туалетным столиком.

Он просто сидел на полу, и на его шляпке красовалась серебряная лента невесты.

— Отдай немедленно, — сказала госпожа Марта.

Гриб отрицательно покачал шляпкой.

— Она нужна невесте.

Гриб прижал ленту обеими лапками. Эль прикусила губу, чтобы не засмеяться, да и Ана с трудом пыталась сохранить серьезность.

— Может, оставим ему? — робко предложила невеста — он тоже хочет быть сегодня красивым.

Но госпожа Марта была непреклонна и спустя минуту лента была использована по назначению, а подозрительно разумному грибу выдали взамен другу, лилового оттенка.

На ворчание госпожи Марты о том, что пора уже его выселить из департамента, из-за двери вновь раздался голос Бублика.

— Его невозможно выселить. Он знает, где хранятся запасные ключи!

Ана засмеялась, но тут же замолчала, увидев свое платье. Ткань не была белой. Она была цвета первого снега под луной — серебристая, прохладная, чуть сияющая.

Лиф облегал фигуру, но не выглядел слишком строгим. Тонкие прозрачные рукава доходили до запястий и были расшиты крошечными серебряными листьями. От талии шла длинная мягкая юбка, легкая, как туман.

По самому краю платья проходила вышивка. Сначала Ана решила, что это просто узор, а потом присмотрелась и удивилась, это были крошечные серебряные серпы, между которыми пылали зеленые язычки разломного пламени.

— Это…

— Идея жениха, — кивнула госпожа Мирель.

— Вот же ящер, — прошептала она с восторгом.

Дополнили наряд туфельки, сделанные из настоящего эльфийского хрусталя, слегка отливающие зеленой дымкой.

Волосы оставили распущенными. Длинные розовые локоны спускались почти до талии. Эль вплела в них несколько тонких серебряных цепочек, маленькие зеленые камни и белые цветы.

Дополнительным украшением стала диадема, украшенная множеством бриллиантов и изумрудов.

Когда невеста была готова, снаружи послышался торжественный звон колоколов. Лиарден объявлял свадьбу наследника.

Госпожа Марта всплеснула руками.

— Пора, а то опоздаем.

Храм Трех Лун стоял в самом старом квартале столицы. Ана видела его раньше только издалека.

Высокие светлые стены поднимались над площадью, словно выросли из самого камня. Три тонкие башни уходили вверх и почти терялись в облаках.

На вершине каждой горела своя Луна: белая, голубая и серебряная.

От ступеней храма до самой площади тянулась дорожка из светлой плитки. Ана вышла из мобиля и несколько секунд просто смотрела на это волшебство.

Бублик выпрыгнул из мобиля следом. Сегодня он был в маленькой форме. Белая шерсть была вычесана до идеального состояния. На шее красовалась широкая зеленая лента, а на ней серебряный знак Охоты.

— Я готов.

Ана посмотрела на него.

— К чему? Ты же замуж не выходишь!

— Зато я на булочки нацелился уже! Даже дракона ради такого дела потерплю.

Ана фыркнула от смеха, но тут на голове Бублика что-то шевельнулось. Из белой шерсти показалась яркая шляпка гриба.

Эль, появившаяся следом за сестрой, тут же зашептала.

— Только госпоже Марте не рассказывайте!

На площади было столько народу, что Ана почувствовала слабость в коленях. А по лестнице к ним уже спускался сам король. Именно он сегодня должен был отвести Ану к алтарю.

Король Арден Равеннар был высоким мужчиной с короткими темными волосами, уже заметно тронутыми серебром. Внешне Каэр был очень похож на него — та же линия подбородка, тот же взгляд и та же неприятная способность одним поднятием брови заставить окружающих вспомнить обо всех нарушениях закона с раннего детства.

Но глаза у короля были не зелеными, а почти черные. Они стали такими, когда умерла мать Каэра.

Король улыбнулся, увидев Ану и тут же, наклонившись к ней, прошептал:

— Нервничаешь? Не надо, а то мой сын нервничает еще больше.

— Правда?

Король почти незаметно усмехнулся.

— Он за последние двадцать минут трижды спросил меня, не опаздываете ли вы.

Ана улыбнулась.

— Теперь мне лучше.

— Я так и предполагал.

Король аккуратно взял ее под руку и повел наверх по лестнице, прямо в храм.

Там по обеим сторонам стояли люди, многих из которых Ана уже знала.

Лиан. Он выглядел непривычно торжественно в темно-синем костюме с серебряным жилетом. Волосы были идеально уложены, золотистые очки блестели. Рядом с ним стоял Тирс в парадном мундире, под руку с Нериной.

Чуть дальше стоял Грекс из «Голодного дракона».

Лепрекон был в новом зеленом камзоле, слишком большой праздничной шляпе и выглядел немного странно, но все равно впечатляюще.

Увидев Ану, он расплылся в улыбке.

— Госпожа! Поздравляю! Все готово!

— Что именно?

— Угощение!

Ана насторожилась.

— Какое угощение?

— Его высочество заказал праздничный стол у нас!

Она застыла.

— У вас?

— Конечно! Господин Равеннар сказал, что именно в нашем трактире у него началась нормальная личная жизнь.

Ана покраснела.

— Он так сказал?

— Почти.

Бублик заинтересовался.

— А что будет?

Грекс начал загибать пальцы.

— Жаркое «Дракон в пасти у демона», «Попаданка во фритюре», винегрет «После битвы», пирожки «Последнее проклятие некроманта», утка «Проклятая, но вкусная», три вида рыб…

— Десерты?

— Пять.

Бублик сел.

— Я остаюсь тут. Буду охранять! Все же пять десертов!

За спиной Грекса стоял тот самый огромный тролль, который охранял трактир. Сегодня дубинки у него не было, а вместо нее он держал огромный букет.

Увидев Ану, тролль прослезился.

— Красивая, — произнес он басом.

Ана не ожидала.

— Спасибо.

Тролль высморкался в платок размером со скатерть, а Бублик осторожно отошел, видимо передумав насчет десертов.

Кроме знакомых, в храме было и множество незнакомых гостей. Лорды великих домов, драконы разных линий, эльфы, маги, их фамильяры. Несколько оборотней и послов из соседних королевств.

Здесь же присутствовали начальник городской стражи генерал Корвен Аст и ректор Лиарденской академии магии госпожа Эйлина Морвен — высокая седовласая женщина, которая сразу сообщила Ане, что хотела бы получить Охотницу для трех гостевых лекций.

— После медового месяца, — вмешался король.

Среди гостей Ана заметила нескольких девушек, которых они спасли во время расследования. У всех были белые пряди.

Одна из них увидела Ану и улыбнулась. Ана узнала Миру Сольвей.

Зазвучала музыка. Сначала только один струнный инструмент, а потом к нему присоединились еще два.

Колокольчики и флейта. Тонкая прекрасная мелодия, под которые медленно распахнулись храмовые двери и Ана увидела Каэра.

Глава 59. По воле богов, судьбы и храма!

Глава 59. По воле богов, судьбы и храма!

Она остановилась и замерла. За все время знакомства Ана видела Каэра разным. Злым и мокрым после случайного купания в речке, раненым и пьяным, ревнивым и сонным. Много раз считала его высокомерным. Даже один раз видела его дракона, но таким любимого она не видела никогда.

Сегодня он был в белом. Парадный мундир сидел идеально. Высокий ворот и плечи были расшиты тонким серебром, а на левом плече крепился белый длинный плащ.

Темные волосы лежали в художественном беспорядке, что ему очень шло. Она смотрела на него не отрываясь, потому что, больше никого и не видела.

А он смотрел только на нее. Король подвел Ану к алтарю и вложил ее руку в руку Каэра.

Вокруг горели белые цветы, а над ними плавали маленькие огоньки.

Над прозрачным куполом медленно двигались три Луны, хотя за окнами был день.

Каэр сжал ее пальчики и слегка улыбнулся. Было видно, что дракон тоже нервничал.

— Ты пришла.

Она подняла бровь.

— А что, были сомнения?

— Последние полчаса — да. Вдруг ты встретила на своем пути какого-нибудь преступника.

Старший служитель храма кашлянул. Они оба повернулись. Это был очень пожилой мужчина с длинными серебряными волосами.

— Если будущие молодожены закончили выяснять отношения…

Гости тихо засмеялись, а Каэр улыбнулся и кивнул.

— Тогда начнем.

Венчание Трех Лун оказалось удивительно простым. Без длинных речей и сложных церемоний. Перед ними стояла широкая чаша с прозрачной водой, а над ней горели три маленьких огня.

Служитель попросил их положить ладони друг на друга. Каэр положил руку первым, а Ана сверху. Истинные метки на коже сразу стали горячими.

— Перед первой Луной, которая хранит прошлое, — произнес служитель, — каждый из вас приходит сюда со своей жизнью. С тем, что было до встречи.

Вода в чаше дрогнула и на секунду Ана увидела библиотеку, старую квартиру и маму.

Каэр рядом тяжело вдохнул. Наверное, он тоже что-то видел.

— Перед второй Луной, которая хранит настоящее, вы выбираете быть рядом не потому, что вас связала кровь, магия, закон или судьба.

Служитель посмотрел сначала на Каэра.

— Каэр Равеннар. Ты выбираешь эту женщину?

Он даже не задумался.

— Да.

Голос прозвучал низко и спокойно, а Ана почувствовала, как внутри все дрогнуло.

— Не потому, что она твоя истинная?

— Нет.

— Не потому, что так требует корона?

— Нет.

— Не потому, что она носит твою метку?

Каэр посмотрел на Ану.

— Потому что это моя любимая.

Она сглотнула, а служитель повернулся к ней.

— Ана Воронцова. Ты выбираешь этого мужчину?

— Да.

— Не потому, что он твой истинный?

— Нет.

— Не потому, что он наследник?

Ана фыркнула.

— Тем более нет.

Где-то впереди король тихо рассмеялся, а Каэр посмотрел на нее с благодарностью.

Служитель продолжал.

— Не потому, что он спас тебе жизнь?

Ана посмотрела в зеленые глаза.

— Он спас мне жизнь. А я спасала его. Мы, кажется, уже сбились со счета.

— Тогда почему?

Ана сжала его пальцы.

— Потому что я люблю его больше жизни.

Каэр перестал улыбаться. В его глазах появилось что-то такое, от чего Ана почти заплакала. Служитель дал им несколько секунд.

Потом продолжил:

— Перед третьей Луной, которая хранит будущее, вы не обещаете никогда не ссориться. Не обещаете никогда не ошибаться. Не обещаете, что дорога будет легкой. Вы обещаете только одно — выбирать друг друга снова, когда наступит завтра.

Каэр смотрел на Ану.

— Обещаю.

Она улыбнулась.

— Обещаю.

Лиан подошел с кольцами. Это были простые кольца из черного и серебряного металла. Обручальные кольца черных драконов.

Каэр надел кольцо ей на палец, а Ана — ему. Метки вспыхнули одновременно, сначала зеленым, потом серебром.

Свет побежал по коже, переплелся и поднялся вверх.

Над их руками появилась необычная фигура. Дракон с двумя крыльями, но лишь одно было черным, а второе отливало серебром, и было покрыто множеством тонких серебряных линий.

Гости одновременно ахнули, смотря на это чудо. Служитель храма улыбнулся.

— Редкий союз. А теперь можете поцеловать жену.

— Наконец-то, — выдохнул он.

Ана не успела ничего сказать, потому что Каэр обнял ее за талию, притянул к себе и поцеловал.

Гости захлопали, кто-то даже засвистел, а Тирс крикнул:

— Да здравствуют молодожены!

Грекс закричал что-то про бесплатный первый коктейль, тролль с букетом расплакался, а Король начал старательно делать вид, что просто что-то попало в глаз.

Бублик что-то тихо запел, а гриб поднял обе лапки и начал размахивать лиловой лентой.

А Ана смеялась прямо в губы Каэру, потому что впервые в жизни все было правильно.

Глава 60. Ты зачем меня похитил?!

Глава 60. Ты зачем меня похитил?!

Праздник продолжился в саду, давно разбитому при храме и часто используемому именно с этой цель.

Над садом был устроен прозрачный купол, поэтому, гости могли не только наслаждаться солнечным светом, но и не бояться, что пойдет дождь и испортит их туалеты.

Внутри все было украшено белыми и голубыми цветами, а столы растянулись под деревьями. Грекс превзошел самого себя. Были здесь и всеми обожаемое жаркое «Дракон в пасти у демона» и «Попаданка во фритюре». А еще многочисленные салаты, пироги, закуски и подавно вызвали море восторга.

Отдельно стоял стол для королевских гостей, хотя там так никто не и присел. Король Арден вполне уютно себя чувствовал за одним из столов в компании тролля и Миры Сольвей.

Он сразу же попробовал «Селедку под манией некроманта» и от удивления приподнял бровь.

Видя, что блюдо пришлось королю по вкусу, Грекс едва не упал в обморок от счастья.

Бублик расположился возле свадебного торта, украшенного фигурками дракона и девушкой с розовыми волосами. Ана увидела это и покачала головой, кивнув в сторону гостей. Бублик сначала расстроено посмотрел на нее, а потом вдруг увидел поднос с румяными пончиками, политыми шоколадом и вмиг на его милую мордочку вернулась счастливая улыбка.

Эль тоже сегодня выглядела лучше. Прямо сейчас она беседовала с Лианом, а до этого танцевала с одним из лордов пограничья.

Тирс принес Нерине тарелку с закусками и уселся рядом, смотря на девушку влюбленными глазами. Ана тоже улыбнулась и толкнула Каэра локтем. Тот покосился на парочку и улыбнулся. Потом приобнял жену за талию и прошептал ей на ухо.

— Госпожа Равеннар, позвольте пригласить вас на свадебный танец!

— А я не умею, господин Равеннар! — ее глаза смеялись и Каэр сразу понял, что Ана шутит.

— Тогда зови Жницу, вместе с ней мы покорили всех присутствующих в «Черной луне».

Ана засмеялась и потянула мужа в центр танцевального круга. Оркестр заиграл медленную музыку.

Каэр тут же положил ее руку себе на плечо, обхватил жену за талию и крепко прижал к себе. Танец был прекрасен. Красивые молодожены в парадной одежде приковывали к себе взгляды гостей.

Дракон наклонился и поцеловал жену, а потом спросил.

— Ты счастлива? — спросил он.

Ана посмотрела вокруг, где стояли король Арден, Бублик и Эль, госпожа Марта и Лиан, Нерина и Тирс. Даже подозрительно разумный гриб сидел у Бублика на голове и качал в такт музыке сияющей шляпкой.

Все эти люди стали ее семьей, ее домом и ее жизнью. А я рядом с ней был ее самый любимый человек.

— Да, я счастлива. Потому что мы вместе и потому что, все близкие люди рядом с нами.

— Тогда к нас все получилось.

Ана положила голову ему на плечо.

— Тогда да. Все получилось.

Каэр поцеловал ее в волосы, и они замерли посредине зала под последние звуки свадебного танца.

Вечер наступил внезапно и молодожены уже собирались отбыть в загородный дом, где Каэр хотел провести неделю с любимой женой, оставалось только выйти и сесть в мобиль.

Ана очень устала и все, о чем думала сейчас, это о горячем душе вместе с мужем. Гости тоже выглядели неважно.

Бублик успел где-то потерять парадную зеленую ленту, а подозрительно разумный гриб накинул на плечи зеленую салфетку и представлял, что это королевский плащ.

Эль тоже устала и была бледна. Лишь Каэр как всегда выглядел бодро и прекрасно, что уже начало раздражать.

— Почему вот ты совсем не устал? Ведь мы весь вечер танцевали! — Возмущалась Ана.

— Я дракон, у меня запас прочности выше, чем у девушек-охотниц — потешался над женой Каэр.

— Ненавижу драконов. — Возмущенно засопела Ана.

— Ты только что вышла за одного. Или уже забыла?

— Ошибка молодости, не иначе!

— Поздно. Слишком поздно, дорогая! Теперь ты навсегда моя жена. Если так устала, я могу тебя подержать на ручках.

Ана заскрипела зубами на такой насмешливо-снисходительный тон дракона, как вдруг послышался какой-то странный звук. Сначала девушка подумала, что это орет сирена где-то неподалеку от пожарной части и насторожилась, но потом ее взгляд упал на сестру.

Эль была очень бледной и растерянной. Не испуганной, а именно растерянной. Она внимательно смотрела наверх.

— Что? Что происходит, кто-то может объяснить? — Ана уставилась на супруга.

Снова прозвучал этот низкий и глухой звук.

Каэр тоже поднял голову к небу и вдруг выругался.

— Вот же…

Ана посмотрела на него.

— Что?

Он не успел ответить, потому что в это мгновение над площадью пронесся огромный красный дракон. Багряные крылья с силой ударяли по воздуху, заставляя подниматься бурю. Чешуя дракона переливалась медью и золотом в свете Лун. Янтарные глаза горели пламенем и будто что-то искали на земле.

— Рейнар, — едва слышно произнесла Эль.

Ана резко повернулась к сестре.

— Что он здесь делает?

Эль не ответила, потому что красный дракон сделал круг над храмом, быстро снизился и полетел прямо на них.

Люди расступались. Маги королевской охраны уже подняли руки. Каэр спокойно сказал:

— Не трогать его.

Один из охранников растерянно посмотрел на наследника.

— Ваше высочество?

— Я сказал, не трогать.

Ана посмотрела на мужа.

— Ты что-то знаешь?

— Ана, не сейчас.

Красный дракон ударил крыльями еще раз. Некоторые гости закрыли глаза, кто-то вскрикнул. Ана почувствовала, как платье прижалось к ногам порывом воздуха.

На несколько секунд все вокруг стихло. Все внимательно смотрели на огромного дракона. Лишь Бублик моментально перекинулся в огромного белого волка и выступил вперед.

— Вот только попробуй, — предупредил он.

Дракон не обратил на него никакого внимания, потому что, он нашел ту, которую искал. Эль тоже смотрела на него во все глаза.

Ана увидела, как еще ярче вспыхнули глаза красного дракона и все поняла. Он прилетел, чтобы снова забрать сестру.

— Даже не думай, — сказала Ана.

Рейнар наклонился. Огромная лапа метнулась вперед и подхватила Эль. Очень осторожно и даже нежно.

— Рейнар… — вскрикнула девушка. — Ты совсем с ума сошел?!

Но он и не думал отвечать или отпускать ее. Просто расправил крылья и собрался взлететь.

В это время Ана понеслась вперед, держа в руках серебряные серпы.

— Ах ты рыжая сволочь! Я тебе сейчас хвост отрежу!

Она бы рванула вперед, но Каэр успел обхватить ее за талию и удержать на месте.

— Ана.

— Пусти!

— Нет.

— ОН ПОХИЩАЕТ МОЮ СЕСТРУ!

— Я вижу.

— ТОГДА ПОЧЕМУ ТЫ МЕНЯ ДЕРЖИШЬ?!

Серебро вспыхнуло ярче, и Бублик оскалился.

— Хозяйка, я могу его догнать.

— ДА!

— Нет! — одновременно сказал Каэр.

В этот момент Рейнар взлетел вместе с Эль в лапе. Красный дракон поднялся выше. Ана уже собиралась вырваться из рук Каэра, как вдруг услышала голос сестры. Совсем не испуганный, а очень злой.

— Ты сам меня выгнал, тупоголовая ящерица!

Рейнар что-то проревел в ответ, Эль ударила его кулаком по лапе.

— И не смей на меня рычать!

Через мгновение красный дракон скрылся за горизонтом. На площади повисла тишина.

Ана медленно повернулась к Каэру.

— Пусти меня немедленно. Он украл Эль! И пусть теперь готовится к смерти. Я не посмотрю, что он дракон.

— Ана успокойся. У него есть на это право. Хотя, признаюсь, портить свадьбу было невежливо. Выслушай меня, пожалуйста.

— Я тебя слушаю уже секунд десять и пока ничего хорошего!

— Несколько дней назад Рейнар приезжал ко мне. Из-за Эль.

Ана замерла.

— И ты мне не сказал?

— Он просил не говорить.

— Прекрасно. Мужчины опять решили все сами. А ничего, что это моя сестра!

— Ана, он хотел понять, почему она не возвращается. Хотел разобраться в себе и в том, что он к ней чувствует. А самое главное, узнать, чувствует ли что-то к нему она. А потом он показал мне метку.

Ана перестала сопротивляться.

— Какую метку?

Каэр посмотрел ей в глаза.

— Метку истинности. И она завершенная.

Ана смотрела на него, ничего не понимая, пока постепенно до нее не начало доходить.

— Нет.

— Ана…

— Нет.

Она вспомнила, что Эль постоянно тянулась к левому запястья, старалась одернуть рукав.

— У Эль тоже есть метка.

Это был уже не вопрос.

Каэр кивнул.

— Да.

Ана побледнела.

— Она мне не сказала.

— Потому что знала, как ты отреагируешь.

— Я бы нормально отреагировала.

Каэр посмотрел на серебряные серпы в ее руках, а потом на место, где только что стоял красный дракон.

— Разумеется.

— Не начинай.

— Что значит завершенная?

Каэр помолчал.

— Рейнар — истинный Эль. И это делает его ее мужем. По древнему закону драконьих родов между парой устанавливается полная связь после того, как ,

— Как ты мой?

— Да.

— И это делает его…

— Ее мужем.

— Что?

— По древнему закону драконьих родов завершенная истинная метка считается брачным союзом. Не просто знаком возможной пары. Полной связью.

Ана вдруг вспомнила тот разговор с сестрой.

«Он заставил тебя?»

«Нет».

«Все было не совсем так».

Ее руки медленно опустились. Каэр вздохнул и обнял жену. Прижал ее к себе покрепче, погладил по волосам.

— Милая, послушай.

— Что?

— Она любит его. А он любит ее. И сейчас им просто надо дать время разобраться в своих чувствах наедине.

Ана посмотрела на мужа.

— Но он ее все равно похитил! И это ненормально! Сложно было приехать к нам и поговорить с ней?

— Нууу… как тебе сказать. Сложно.. У нас в доме живет одна воинственная Жница и красный дракон ее откровенно побаивается.

Ана тут же задрала нос, слегка покраснела.

— И правильно делает! Его хвосту все еще может что-то грозить! И вообще, разберись с этим! Похищать людей незаконно.

Каэр скривился.

— Вот здесь сложнее.

— Почему?

— Потому что юридически он только что забрал домой собственную жену.

Ана уставилась на него, открыла рот и хотела что-то сказать, но Каэр накрыл ее губы своими и нежно поцеловал, потом еще раз и еще, пока девушка не расслабилась.

Они наконец-то заметили, что гости все еще ждут их отъезда и переживают, о чем же там разговорились молодожены.

Ана тоже это заметила. Они помахали всем гостям на прощание и быстро залезли в мобиль. Когда они уже мчались по дороге в сторону загородного дома, Каэр продолжил разговор.

— Есть еще одно.

— Что?

— Истинная может остановить дракона.

— Как?

— Если завершенная метка существует, достаточно приказать ему отпустить ее, когда она действительно этого хочет.

— И?

— Ты же сама слышала Эль. Она не просила сделать этого. А лишь ругала его на чем свет стоит.

— Пусть они разберутся сами. Давай просто дадим им вермя.

— А если…

— Если через несколько дней Эль не даст о себе знать, мы поедем за ней.

Ана посмотрела туда, где пропал дракон.

— Ты знаешь, куда он ее унес?

— Конечно.

— Куда?

— Домой.

— Домой — это куда?

— В Меран.

Ана выдохнула. Она еще несколько секунд смотрела в окно, а потом протянула руку и положила ее мужу на колено. Погладила и вдруг произнесла.

— Я люблю тебя!

Дракон повернулся к ней, его глаза сверкали зеленым. Сейчас он был не просто красив, а красив в своем счастье.

Мобиль плавно затормозил и Каэр наклонился к жене. Нежно провел по ее щеке ладонью, а потом наклонился и прижался к ее губам своими. Поцелуй был долгим и нежным.

Ана наслаждалась прикосновениями твердых горячих губ к своим. Она охнула, когда Каэр подхватил ее на руки и посадил к себе на колени, не переставая целовать.

Ана обвила его шею руками и прижалась к мужу как можно ближе. Каэр с трудом смог остановиться, когда понял, что начал расстегивать крючки и пуговички на платье жены.

— Милая, если мы прямо сейчас не остановимся, то медовый месяц начнется у нас прямо на дороге в мобиле.

Ана вздохнула, но тут же лукаво посмотрела на мужа.

— А если я совсем не против?

Каэр резко втянул воздух, со страстью посмотрел на жену, но тут же аккуратно пересадил ее на пассажирское сиденье и взялся за руль.

— Я бы не хотел, чтобы кто-то кроме меня увидел мою жену без одежды — молодой мужчина рассмеялся и тут же тронул мобиль с места, повернулся к ней — Я любою тебя моя Охотница!

Эпилог

Эпилог

Со дня свадьбы прошло два года. О том, что у них будет сын, первым узнал Каэр. Проснувшись утром, он вдруг почувствовал, что что-то изменилось.

Обнаженная жена спала рядом и была такой соблазнительной, что Каэр на секунду забыл о новом ощущении, однако, его золотистая королевская магия вдруг повела себя странным образом. Она собралась в небольшой шарик двинулась по комнате, облетела ее, а потом оказалась рядом с Аной. Каэр с удивлением смотрел на происходящее.

Вдруг, шар засветился очень ярко и замер напротив живота жены. Замер, а потом будто втянулся внутрь. Каэр не испугался, а только нежно приложил руку и сразу почувствовал его. Их малыша. Их сына. Наследника дракона и Охотницы. Будущего принца.

Сейчас, спустя два года, на пушистом ковре в гостиной сидел маленький мальчик. Точнее, сидел он лишь несколько секунд назад.

В следующий момент Эриан Равеннар уже карабкался на спину молодого снежного барса Арсайра, который лежал возле дивана и терпеливо позволял маленьким пальцам вцепляться в густую белую шерсть.

Мальчику было чуть больше года. Он унаследовал зеленые глаза отца и розовые волосы матери. Ее няня, матушка Элва, нередко тяжело вздыхала, глядя, как наследник все время пытается куда-то вскарабкаться и обязательно упасть.

— Алс, вставай, — командовал Эриан, не справляясь со сложной буквой.

Снежный барс повернул большую голову. На его морде отразилась обреченность и умиление одновременно.

— Вставай!

Арс глубоко вздохнул.

— Молодой господин, я фамильяр, а не ездовой мобиль.

— Мобиль!

— Нет.

Эриан схватил его за уши и потянул на себя.

— Мобиль!

— Не надо было учить его этому слову, — сказал Арс, обращаясь к Ане.

Она сидела на полу рядом и собирала разбросанные деревянные кубики.

— Я и не учила — молодая женщина хмыкнула и покосилась на Бублика.

Маленький белый песик вразвалку лежал на подушке, на подоконнике.

Было заметно, что Бублик растолстел. Правда он утверждал, что это исключительно зимняя шерсть, хотя и шел второй летний месяц.

— Ребенок должен всесторонне развиваться, — сообщил он, не открывая глаз. — Транспорт — важная часть образования.

— Ты научил его кататься на фамильяре.

— И что? Если бы я появился у тебя, когда ты была маленькой, то я бы тоже катал тебя на спине.

Ана почему-то опять хмыкнула, а Арс поднялся. Эриан радостно завизжал и прижался к его спине. Снежный барс сделал несколько медленных шагов по комнате.

— Быстло! — потребовал мальчик.

— Я знал твоего отца, когда он был маленьким, — сказал Бублик. — Он тоже всем приказывал. Это у вас семейное!

— Ты не мог знать Каэра маленьким, нас здесь еще не было тогда — возмутилась Ана.

— Но уверен, что так и было.

Арс осторожно двинулся быстрее, а Эриан заливисто засмеялся. Розовые волосы разлетались вокруг лица.

Ана смотрела на сына и чувствовала то спокойное, теплое счастье, которого когда-то даже не могла себе представить.

Сегодня она была спокойна за свою семью, за сестру, которая теперь жила в Менаре, хотя все еще отказывалась называть себя женой красного дракона.

Ана постаралась найти общий язык с Рейнаром и со временем, у них это получилось. Теперь, когда красный дракон попадал под горячую руку сестры, он прилетал к Равеннарам.

Лиан руководил отделом хрономантов и под его началом сейчас трудились несколько молодых хрономатов, которых получилось отыскать в Эйране.

Первый месяц он страшно смущался, когда сотрудники называли его господином начальником. Через полгода научился проводить совещания, а еще через год начал сам требовать отчеты.

Тирс возглавил Департамент разломов, хотя и по-прежнему писал с ошибками, но это его больше не беспокоило и не удручало. Теперь в его отделе появилась отдельная должность корректора.

Нерина заняла место Аны, а через месяц после этого состоялась их свадьба с Тирсом. Теперь все окружающие делали ставки, кто следующий станет главой департамента и кто будет его секретаршей.

Грекс женился на Мире и теперь они по ночам вместе исполняли что-то трогательное в таверне «У голодного дракона». Ана и Каэр иногда наведывались к ним и заказывали по тому самому сногсшибательному коктейлю, с которого все и началось. Тролль с радостью приветствовал их и каждый раз сообщал Ане, как она прекрасна, совершенно не обращая внимание на то, как дракон начинает скрипеть зубами.

Подозрительно разумный гриб навсегда переселился в городской дом Равеннаров и даже умудрился найти себе подружку. Теперь все с опасением ждали появления на свет множества разумных грибов и уже начали прятать ключи.

Коллекционера найти так и не удалось, а с ним пропала и Грисилла Принц. Ее отец был снят с поста советника и отправлен в деревню.

Пожалуй, это единственное, что сейчас тревожило Ану. Она ни на минуту не забывала о маньяке. И все пыталась вспомнить, где могла слышать его голос.

В этот момент дверь гостиной открылась и вошел Каэр. Он стал старше, серьезнее, ведь теперь он руководил королевством. Король Арден с удовольствием поселился в загородном доме, передав бразды правления сыну, и наслаждался там рыбалкой.

Эриан сразу заметил отца.

— Папа!

Арс остановился. Мальчик попытался самостоятельно слезть, запутался ногами в белой шерсти и начал падать.

Каэр оказался рядом раньше, чем Ана успела подняться, и подхватил сына. Потом поднял высоко над головой.

— Кто тут мучает бедного фамильяра?

— Мобиль!

Эриан показал на Арса. Снежный барс лег на ковер и положил морду на лапы. Каэр рассмеялся и прижал сына к груди.

Эриан схватил его за воротник и принялся что-то быстро рассказывать на собственном языке. Обычно Каэр слушал очень внимательно, но сегодня лишь рассеянно кивал.

Ана заметила сразу, что что-то не так.

— Что случилось?

Он посмотрел на нее, потом передал сына Арсу, который вновь принял мальчика на спину и подошел к жене. Обнял ее, поцеловал в висок, но напряжение не исчезло.

— Лиан обнаружил хрономантский след. Это Коллекционер. Он уверен.

Ана замерла.

— Где?

— На Земле.

В комнате стало тихо. Каэр провел ладонью по ее спине, пытаясь успокоить.

— Значит, они на Землю — Охотница подошла к окну и посмотрела на вечерний Лиарден.

По мостам двигались мобили. Между башнями летали почтовые птицы. Над крышами горели зеленые огни. И где-то там, далеко была Земля.

Каэр подошел и встал рядом. Тоже посмотрел в окно.

— Мы найдем его.

Каэр взял ее за руку и легко сжал. За стеклом по крышам застучали первые капли дождя.

Бублик уже не спал. Он серьезно слушал их разговор. Потом посмотрел на Эриана.

— У нас ужин через час! Не забывайте, что ребенку требуется регулярное питание! И вообще, сегодня четверг! Кажется, мы его наконец-то дождались!

Ана улыбнулась.

Сегодня и, правда, был четверг.

Интерлюдия

Интерлюдия

В комнате было темно. За неплотно задернутыми шторами шумел дождь. Время от времени по стеклу скользил свет проезжающей машины, на несколько мгновений выхватывая из полумрака старый шкаф, облупившиеся обои и небольшую металлическую пепельницу на прикроватной тумбе.

Коллекционер сидел на краю кровати. На нем были темные брюки и расстегнутая белая рубашка. Сломанные Каэром кости давно срослись, но не совсем правильно. Левое плечо оставалось чуть выше правого, а пальцы на руке двигались медленно, будто каждый жест причинял боль.

Впрочем, боль он терпеть умел.За долгую жизнь Коллекционер научился терпеть почти все.

Лицо скрывал густой серый туман. Он клубился возле скул, собирался плотнее вокруг глаз и растекался по шее. Иногда за ним угадывались тонкие губы или линия подбородка, но уже через мгновение черты снова исчезали.

В правой руке Коллекционер держал красный шелковый платок, на уголке которого было золотыми нитями вышит герб Безликих.

Он медленно разгладил ткань на колене, провел большим пальцем по вышивке, а потом поднес ко рту сигарету.

Огонек вспыхнул сам. Коллекционер глубоко затянулся.

Дым смешался с туманом на его лице, отчего голова стала похожа на серое облако, случайно принявшее человеческую форму.

На кровати рядом лежала Грисилла. Черная простыня едва прикрывала ее обнаженное тело. Длинные волосы рассыпались по подушке, в полумраке отливая холодным черным золотом. Она выглядела спокойной, но пальцы, лежащие поверх ткани, время от времени судорожно сжимались.

— Ты опять думаешь о ней, — сказала драконица.

Коллекционер выпустил дым.

— О ком?

— Не играй со мной.

— Я никогда не играю, дорогая.

Грисилла коротко рассмеялась.

— Конечно. Ты просто двигаешь людьми по доске, пока они не ломаются.

— Если фигура ломается от одного движения, значит, она изначально была плохого качества.

— Ты думаешь о Жнице.

Коллекционер опустил взгляд на платок и красный шелк медленно скользнул между пальцами.

— Она отняла у меня слишком многое, а ее муженек уничтожил все мои зеркала.

— Твоих наложниц! — усмехнулась Грисилла. — Я никогда не испытывала желания собирать мертвых девиц.

Грисилла резко отвернулась. В окне снова мелькнул свет машины.

На ее лице проступила ярость.

— Она не должна была победить.

— Она и не победила.

— Каэр женился на ней. Вернул ее с того света и у них теперь есть ребенок. Наследник.

Последнее слово Грисилла произнесла с особой ненавистью. Коллекционер спокойно стряхнул пепел.

— Дети смертны.

Она резко посмотрела на него.

— Ты собираешься тронуть ребенка?

— Я собираюсь тронуть все, чем они дорожат.

— Каэр сожжет этот мир и нас заодно с ним.

— Сначала ему придется сюда попасть.

Грисилла села на кровати, придерживая простыню у груди.

— Почему мы прячемся в этой дыре? От кого?

Она обвела взглядом маленькую комнату. На подоконнике стоял давно засохший цветок. На стене висел дешевый календарь. Из соседней квартиры доносился приглушенный звук телевизора и чей-то кашель.

Обычный земной дом и никакой магии. Никаких черных башен и зеркальных переходов.

Грисилла внимательно посмотрела на туман вместо лица.

— Ты боишься Каэра.

В комнате стало тихо. Коллекционер медленно затушил сигарету о дно пепельницы.

— Осторожнее.

— Он сломал тебя, заставил бежать. Поэтому ты и боишься! И ее ты боишься!

Серый туман над плечами Коллекционера почернел. Часы на тумбе остановились. Дождевые капли за окном замерли на стекле.

Грисилла почувствовала, как воздух сдавил грудь, но не отвела взгляда.

— Я сказал: осторожнее.

— Значит, я права! — Грисилла почти закричала.

Коллекционер неожиданно рассмеялся. Тихо и почти ласково. Время снова пошло. Капли скользнули вниз, часы продолжили отсчитывать секунды.

— Страх — полезное чувство. В отличие от вашего драконьего высокомерия, он помогает выжить.

— И как ты собираешься победить их теперь?

Коллекционер поднялся. Он подошел к окну и чуть отодвинул штору. Внизу шла девушка.

Совсем молодая, в светлой куртке и с красным зонтом. Она быстро пересекла двор, обошла лужу и скрылась в подъезде соседнего дома.

— В этом мире миллионы девушек, — тихо сказал он. — Они ходят по темным улицам, доверяют незнакомцам, принимают подарки, мечтают о любви и думают, что страшные сказки придуманы, чтобы пугать детей.

Грисилла медленно встала с кровати.

— Тебе снова нужны их жизни?

— Не жизни.

— Будущее?

— На этот раз потребуется не только оно.

Он отпустил штору, и в комнате опять стало темно.

— Я призову пустотников.

Даже Грисилла не сразу нашлась с ответом.

— Ты сошел с ума. Это же саранча! Они уничтожат все! Пустотники никому не подчинаются! Только своему голоду!

— Именно поэтому они мне нужны.

Грисилла подошла ближе.

— Ты не сможешь открыть им путь один.

— Не смогу, но если накопить силы.

— Значит, тебе понадобится жертва.

— Не жертва! Много жертв!

Она посмотрела в сторону окна. Туда, где только что прошла девушка с красным зонтом.

На губах Грисиллы появилась медленная улыбка.

— Я хочу видеть, как они теряет все. Даже своего сына!

— Увидишь.

— Хочу, чтобы она смотрела, как они умирает 3 ее любимый муж и ребенок! А потом я сама убью ее.

Коллекционер поднял руку и коснулся ее лица. Его пальцы были холодными.

— Нет.

Грисилла отстранилась.

— Что значит «нет»?

— Жница принадлежит мне.

— Она твоя навязчивая идея.

— Она единственная женщина, которая оставила меня в дураках!

Туман на лице Коллекционера дрогнул. Грисилла долго смотрела на него, а потом обвила руками за шею.

— Я ненавижу их. Обоих! Даже их ребенка я ненавижу!

— Знаю. Поэтому мы все еще вместе.

— Нет, — прошептала она. — Мы вместе потому, что ты тоже больше никому не нужен.

Коллекционер положил красный платок на тумбу, вензелем вверх. Потом притянул Грисиллу к себе и грубо поцеловал ее. Сжал грудь, еще раз и еще. Оттолкнул на постель.

— Ошибаешься, дорогая. Скоро я понадоблюсь целому миру.

Он приблизился к девушке. За окном снова сверкнули фары. На красном шелке как живые зашевелились золотистые линии.

В соседнем доме погас свет. Где-то в глубине дома девушка с красным зонтом открыла дверь своей квартиры и обнаружила на столе маленькую подарочную коробку.

Внутри лежала аметистовая брошь неповторимой красоты! Она была выполнена в форме букета ирисов. Девушка какое-то время разглядывала это произведение искусства, а потом взяла ее в руку. И тут же почувствовала укол. Кровь капнула на аметист.. капнула и сразу же впиталась в зеркальную поверхность драгоценного камня….