Это, в свою очередь, окончательно убедило Альнбара Расхэ в чрезвычайной важности проекта «Гибрид-2», а также в необходимости и дальше продолжить эксперименты в этой области. С учетом выявленных особенностей он существенно доработал протокол «Слияние». Продумал несколько вариантов взаимодействия человека и автономного модуля. В его бумагах были достаточно откровенные намеки на создание в будущем этакого универсального солдата, который мог бы в одиночку выполнять расширенный объем задач. Расхэ даже задумался о создании спецотряда из таких солдат и обоснованно предположил, что его модули не только повысят эффективность таких солдат как отдельных боевых единиц, но и существенно облегчат их взаимодействие друг с другом.

Однако закончить эти исследования тан, к сожалению, не успел — его обвинили в государственной измене и уничтожили.

И вот теперь, когда я познакомился с его разработками поближе, мне вдруг подумалось: а может, его убили вовсе не за измену родине? Может, кому-то стало известно, что Расхэ-старший баловался с потенциально опасными технологиями?

А еще я понял, почему активизация протокола «Наследник» привела к столь мощному взрыву в поместье — похоже, Расхэ заранее подстраховался на случай, если кто-то узнает правду. Постарался замести все следы и по возможности сохранить результаты своего многолетнего труда.

Чуть позже я сообразил и то, почему все-таки выжил. Вернее, я подумал, что первые два выстрела для мальчишки Расхэ все-таки оказались решающими, раз уж его душа умудрилась выпорхнуть из тела. Однако само тело, несмотря на пулю в башке, все-таки не погибло. Более того, оказалось достаточно жизнеспособным, чтобы в него смогла вселиться моя душа. Да еще и достаточно крепким, чтобы выдержать третий подряд выстрел.

— На каком этапе протокола «Слияние» мы остановились? — спросил я, обнаружив в одном из файлов схему постадийного распределения найта в теле человека.

— Первая стадия: преобразование костного скелета, — ровно ответила Эмма. — Уровень преобразования скелета — шесть процентов. Преимущество отдано костям черепа и ребрам.

И будто сама для себя напомнила:

— Приоритет директивы номер один. Данные необходимы для выживания.

— Правильно понимаешь, — задумчиво отозвался я, не отрываясь от схемы.

Череп и ребра, значит?

Правда, сейчас там находился только найт, а не найниит, именно поэтому после выстрела меня серьезно контузило. Да и не знал я, в отличие от мальчишки Расхэ, про найниит. А значит, и управлять им тогда не мог. Но если даже с таким небольшим содержанием найта мои кости настолько укрепились, что их даже пуля не взяла, то что будет, если процесс продолжится? Что будет, если вместо найта это будет полноценный найниит? И какие возможности мне подарит преобразование других тканей? Наконец, в кого меня способен превратить проект «Гибрид-2»? Кем я стану, если рискну закончить протокол «Слияние»? И гарантирует ли это выживание в случае, если мне снова придется лицом к лицу встретиться с императорскими убийцами?