Однако устройства, определяющие наличие управляющего поля, в Норлаэне изобрели практически в то же время, когда появились и первые сведения о найниите. Его, собственно, и открыли-то с помощью этих устройств, поэтому следовало проявить осторожность.

«Сворачивайся, — после короткого раздумья велел я подруге. — Раз точной информации нет, то рисковать не будем».

Об этом мы тоже говорили, и Эмма заверила, что при необходимости способна уменьшить размеры и интенсивность управляющего поля до экстремально малых величин. При этом найниитовые частицы полностью втянутся в мое тело, равномерно распределятся среди клеток и станут неактивными, то есть впадут в своего рода спячку. Сольются с моими клетками, имитируя их структуру. А в таком состоянии, как показали эксперименты Расхэ, определить ни их, ни наличие найта в живых тканях будет уже невозможно.

«Запрос принят. Процедура деактивации начата».

Я также не отказал себе в том, чтобы проследить за процессом лично, поэтому попросил Эмму снова подсветить найниит и поначалу почувствовал себя несколько неуютно, когда вспомнил, какое количество активных частиц находится сейчас в воздухе. Два с половиной триллиона… с ума сойти. И все они должны будут во мне как-то уместиться.

При этом поначалу частицы, как и обычно, двигались вокруг меня хаотично, более или менее равномерно распределившись на площади в двадцать три метра по диаметру получившейся сферы. Но вот прозвучала неслышная команда, и все микроскопические частицы сначала замерли, а затем с устрашающей скоростью ринулись в мою сторону. Прямо так, толпой, словно голодные мошки при виде живого лося.

У меня аж кожа мурашками покрылась при мысли, что вся эта орава сейчас вонзится в мое тело. Швабру-то они вон как перегрызли, даже секунды не прошло. А у меня шкура тонкая, детская. Воткни туда столько иголок — живого места не останется!

Тем не менее, оказавшись в плотном облаке из найниита, я не ощутил ничего, кроме легкого жжения. Было не то что не больно — нигде даже кровь не выступила. Тогда как найниитовые частицы проворно просочились прямо сквозь кожу, облако вокруг меня стремительно исчезло, после чего частицы быстренько разнеслись с током крови ко всем органам и тканям, и спустя всего десяток сэнов я «сиял» уже на снаружи, а изнутри. Причем весь, от пяток до кончика носа. Впрочем, почти сразу и это сияние угасло — найниит перешел в неактивное состояние, и теперь я стал типа обычным человеком. Хотя совершенно точно знал, что в случае чего процесс активации займет даже меньше времени, чем сейчас.