— Шоколадные. Под названием «Лунная ночь». Два килограмма. Бабулька уставилась на неё, но Оксана, всё также улыбаясь милой улыбкой, добила её. — Я прямо за вами в очереди стояла, но вы меня, скорее всего, не заметили.

— Кха-кха, — откашлялся я, привлекая внимание медсестры. — Какое давление?

— Сто двадцать на семьдесят, — отрапортовала Оксана. — Как у аэронавта рейсового дирижабля, — она собрала тонометр и села на своё место.

Я же посмотрел на Валентину Тихоновну. И что мне делать? После двух килограммов «Лунной ночи» я даже внутривенным введением инсулина не смогу сбить ей сахар. О каком именно сахаре в крови идёт речь, предпочитаю не знать, чтобы не травмировать и так подорванную психику.

— И что, все два килограмма? — наконец спросил я у Валентины Тихоновны. — За один день?

— Да я всю жизнь ничего слаще морковки не ела! — бабулька приподнялась на стуле, яростно глядя на меня. — Ты что же хочешь, чтобы я и в старости голодала?

— Сядьте! — прошипел я, непроизвольно добавляя в голос демонического подчинения, уже прекрасно понимая, что обычным разговором тут ничего не добьёшься, кроме нервного срыва у себя любимого. — Лично я ничего не хочу, кроме одного. Я хочу понять, вы зачем ко мне пришли? Вы хотите, чтобы я сделал что?

— Сахар этот проклятущий снизил, — уже более смиренно ответила Валентина Тихоновна, а я не удержался и закатил глаза.

В этот момент в коридоре поднялся такой шум, что я сам себя слышать перестал. Я уже начал было приподниматься, но тут подскочила Оксана и ломанулась к двери.

— Я сама разберусь, занимайтесь Валентиной Тихоновной, Денис Викторович, — мило улыбнувшись, она выскочила в коридор и оттуда сразу же раздался её голос. — Тихо! Или доктор сейчас уйдёт к себе в стационар, и приём окончится!

— А кто нас осмотрит? — завопила ещё одна бабулька.

— По скорой осмотрят всех, — отрезала Оксана. — А теперь посидите тихо, дайте нам работать.

Всё это время мы с Валентиной Тихоновной прислушивались. Оксана вошла в кабинет и села на своё место.

— Что там случилось? — тихо спросил я. Сидящая рядом со мной пациентка навострила уши.

— Какой-то тип по виду совершенно здоровый попытался пройти без очереди и без записи, — отмахнулась Оксана. — Не пустили.

— Прорвётся? — мне стало действительно любопытно.

— Через Михайловну-то? — Оксана вместе с Валентиной Тихоновной посмотрели на меня с таким удивлением, что я почувствовал себя неловко. — Нет, не прорвётся. Это полностью исключено.

За окном в это самое время мелькнула молния, и раздался гром, от которого даже стёкла задребезжали. Но солнце светило ярко, а на небе не было ни тучки.