Айлин, колдовавшая над моей причёской, угрожающе зашипела на девушек:

— Перестаньте! Вы только волнуете Адэлию! Идите лучше помогите в храме! Керри! — крикнула она. — Принеси, пожалуйста, ещё успокаивающей настойки!

В специальной небольшой комнате, где проходили последние приготовления к церемонии, царила настоящая паника. Керри, которая и сама была под огромным впечатлением, носилась туда-сюда: то бегала за настойкой, то отдавала распоряжения эльфам, то мчалась к жрицам. Запыхавшаяся, она сдула упавшую на лоб чёлку, пытаясь остудить пылающее лицо, и принялась ворчать на Нею:

— Сейчас же возьмите себя в руки, иначе я тоже сорвусь! Сколько можно пить эту настойку? Вы же скоро опьянеете! Айлин, я уже не знаю, что с ними делать! — взмолилась она. — Я сама нервничаю! Мурашки размером с дракона!

Волнение было заразительным. Энджел пыталась закрепить шпильку в моих волосах, но руки у неё тряслись, и красивая безделушка со звоном упала на пол, укатившись под столик. Подруга охнула, бросилась поднимать, выронила вторую.

— Всё хорошо, — пробормотала она себе под нос, явно ни капли не веря собственным словам. — Всё под контролем…

Я невольно засмеялась и тут же зажала рот рукой, потому что одна из эльфийских мастериц как раз наносила последние штрихи магического макияжа, водя тонким кончиком пальца вдоль моих век.

Две другие эльфийки в светлых одеяниях бесшумно скользили вокруг, расправляя складки моего платья и нанося невидимый слой серебристой пыльцы на ткань. Так, чтобы она чуть мерцала при каждом движении. Я смотрела на своё отражение и едва узнавала себя.

Мои волосы, которые с недавних пор стали короткими и, к сожалению, не спешили отрастать, искусственно преобразились: к прядям аккуратно прикрепили тонкие, похожие на светящиеся нити усики цветов с рыжевато-красными лепестками. Они ниспадали на плечи, слегка удлиняя причёску и зацветая нежными, не слишком броскими бутонами. Всё выглядело легко, воздушно и утончённо, словно моя красота была природной, естественной и не стоила целой команде тружениц нескольких часов кропотливой работы.

На моей шее поблёскивало украшение из эльфийского золота, в ушах сияли серьги с лунными камнями. На запястьях благородно переливались широкие браслеты, испещрённые древними рунами и подсвеченные светлой магией. Они имели особое ритуальное значение.

Платье — это отдельный вид искусства. Даже представить не могу, как за такой короткий срок эльфийские мастерицы смогли создать это чудо. Ткань солнечно-лунного цвета казалась невесомой, в некоторых местах даже прозрачной, но при этом слои накладывались друг на друга, деликатно скрывая всё, что нужно. Я надеялась, что Киран не будет ворчать на излишнюю откровенность наряда, ведь эльфийские одеяния всегда имели особенную эстетику.