— Да нет, Кер, — я покачал головой. — Не понял бы он ничего. Это порода такая. Мажоры хреновы. Они думают, что если у них с рождения все есть, то им все и можно. Как же, деньги, девушки, родители, которые всегда заступятся. Про таких у меня на родине говорят, что могила исправит. Вот его друзья — те, может быть, и задумаются, да и то не факт.
— Возможно, и так, — задумчиво протянул Кер.
— Так, так. Может быть, пойдем выпьем, поговорим еще?
Пить я, если честно, совсем не хотел. Думал еще над планом полигона поработать. Но если ему от этого легче станет…
— Нет, пойду я, — решительно сказал парень. — Завтра занятия, подготовиться надо. А то я даже учеников еще не запомнил.
— Ну, как знаешь. Тогда до завтра!
Проводив Кера, отправился первым делом в душ. Потом, вдоволь наплескавшись, переоделся в чистые шорты, подхватил мечи и пошел в кабинет работать над чертежом полигона. Грязную одежду оставил в ванной. Хорошо иметь прислугу — стирать самому не надо. У меня в доме работают уже пять человек. Точнее, три человека и два гоблина. Один молодой гоблин — конюх, второй, уже в возрасте, что-то вроде привратника, да и вообще — подай-принеси. А из людей три женщины. Лина, сестра Тиля — домоправительница. Ретлана, пожилая женщина — знакомая Лины, кухарка. И надо признать, кухарка отменная. А третья — Фяльна, женщина лет тридцати — горничная. Ее тоже нашла Лина. Вот так вот кадрами и обрастаю потихоньку.
В кабинете бросил мечи на комод и уселся в шикарное кожаное кресло, оставшееся от старых хозяев, за большой письменный стол. Кабинет этот мне вообще нравился. Помимо комода, письменного стола и трех удобных кресел, здесь стоял еще кожаный диван, рядом с ним стеклянный чайный столик и пара стульев. Но больше всего мне нравились три вместительных книжных шкафа. И что самое главное, с книгами. А еще кабинет являлся своеобразным тамбуром перед спальней. То есть, чтобы попасть в спальню, теперь уже мою, надо было пройти через кабинет. Зачем так сделали, я не знаю, но мне нравится.
Усевшись в кресло, развернул большой лист бумаги с набросками плана полигона, взял в руку карандаш и стал думать. Полигон мы с Иреком задумали этаким своеобразным лабиринтом. С ловушками трех разных видов: магическими, физическими и логическими на соображалку. Задумать задумали, но надо же еще его и спроектировать, а опыта такого ни у меня, ни у него нет. Вот и ломаем головы.
За работой я просидел часа три и сам не заметил, как задремал. А приснился мне опять мой медведь. Лишь увидев его во сне, я понял, что что-то опять пошло не так, и насторожился. А медведь повел себя очень странно даже для него. Сначала он обежал несколько раз вокруг стола, затем вытянул лапы в сторону входа, а потом схватился ими за голову. Выглядел он при этом очень напуганным. Еще раз указав лапами на вход в кабинет, он развернулся и выпрыгнул в окно. «Не хрена себе!» — подумал я и проснулся.