— Речевой оборот такой с моей Родины. Сертификат, лицензию, знак алхимика… Даже не знаю, как у них получают эти бумаги, что разрешают делать и продавать на аукционах зелья.

Да, я пытался продать своё чудо-средство в Городе Начала, и у меня попросили сертификат соответствия партии и жетон качества на новый вид неопознанных эликсиров. Проклятая бюрократия…

— Лицензия. Лицензия алхимика, — Шарла удивлённо следила за пятью литрами алой жидкости, в которой энергии исцеления было столько, что лишись весь город по руке или ноге — запросто отрастили бы.

— Боюсь представить, сколько это может стоить. Я никогда не видела эликсиров подобной мощи… в таком количестве. Нет, были, конечно, очень редкие зелья. Топ-кланы с фронтира их использовали, но там, насколько я знаю, на одну порцию до десяти сфер уходило. А шанс на успех был так себе…

— У каждого на турнире будет по одному такому зелью. Это так, чтобы просто гарантировать самые высокие места.

— Откуда у тебя столько… — продолжала аргонианка выпытывать у меня информацию.

Хех, чем больше ты спрашиваешь и получаешь информации, тем сильнее запутываешься в моих сетях. Знать мои секреты и быть на другой стороне… в другом клане… Это невозможно. Если понадобится — украду, как кавказскую пленницу.

— Сферы я получил, убивая монстров. Как… Боюсь, пока тебе невозможно это выяснить. Ты не человек. Ты не из моего клана. Ты лишь на словах поклялась мне. И я ценю эту клятву, иначе не показывал бы тебе все свои возможности.

— Я поняла, прости. Сглупила. У каждого из нас есть свои секреты.

— О, у тебя есть от меня тайны?

Захлопав глазами, моя Ихманай улыбнулась и отвела взгляд.

— Нет, что ты… Откуда у меня от тебя тайны?

— Босс… — едва живым голосом прохрипела из ванны Улия. — Только скажите, и я узнаю все её грязные тайны, какие только она скрывает.

Если бы взглядом можно было убить — Шарла прикончила бы Улию прямо сейчас.

— Не стоит. Скелетов в шкафу хватает у каждого из нас. Но, Шарла, если тебе надо чем-то поделиться, то кто, если не я, должен это узнать?

Что-то изменилось в лице аргонианки, и она разлила один из бутылей, пеняя на свою неуклюжесть и извиняясь, чтобы перевести тему.

Остаток дня я провёл в царстве садизма, выковывая из Юных и не очень божеств военную элиту. Гвардию, которая с каждым днём испытывала ко мне всё больше ненависти и всё больше боялась наступления тренировки. Когда я подходил к Кварталу Аргонианцев, стражи вздрагивали и дрожащими руками открывали ворота. Когда входил в тренировочный зал — за грохотом сердец хвостатых было крайне тяжело услышать собственные мысли.