Ловато в итоге получал назад «Йорктаун» а то, что Парсон и его люди остались с носом, упустив Самсонова, вице-адмиралу даже нравилось. Более того, после слов Абадайи, который как маленький ребенок жаловался, что его крейсер хотели расстрелять и уничтожить, Леонард вскипел ненавистью к Джонсу и остальным и готов бы чуть ли не первым броситься на защиту «Йорктауна».

— Я слышал, что вы помимо того, что проиграли сражение русским и дали тем уйти из системы, еще и пытались угрожать убийством моим людям⁈ — прошипел Ловато, переводя взгляд с Элизабет Уоррен, то на Джонса, то на самого Грегори Парсона. — Клянусь, это вам так не сойдет!

Парсон, несмотря на то, что был в этом споре — страшим адмиралом, совершенно растерялся и замолк, отдавая бразды правления своим дивизионным командирам. По-крайней мере, в разговорном жанре они лучше меня, — подумал Грег и ушел в тень. — Эмоции через несколько минут улягутся, и я наведу порядок, а пока…

А пока командующий набрал в рот воды, эфир кипел от обвинений, оскорблений и открытого выражения ненависти друг к другу. Очень могло статься, что Парсону вообще слова не достанется…

Пайпер снова схлестнулась в словесной перепалке без выбора выражений с Элизабет Уоррен, Ловато в порыве эмоций набросился на самого Илайю Джонса, благо тот лишь слушал, молчал и лишь холодно улыбался в ответ. Дальше к спору подключились остальные адмиралы, каждый хотел высказать, что он думает о своих прежних товарищах и обвинить каждого из них во всех десяти смертных грехах.

Ситуация быстро выходила из-под контроля. Обид накопилось столько и наговорено было столько, что уже край. А сближение двух флотов продолжалось. Неожиданно в разговоре, сразу несколько адмиралов из флота Дрейка заметили, что 4-ый «вспомогательный» оказывается выстроился в оборонительный или наступательный, кому как виделось, порядок, очень сильно смахивающий на «фалангу».

Дредноуты первого класса с самой сильной защитой и мощными дальнобойными орудиями стояли в первой «линии» флота Парсона, перекрывая и прикрывая друг друга защитными полями, настолько близко находились они к соседним кораблям. Во второй «линии» расположились все остальные — более легкие вымпелы и авианосцы. Вроде бы «фаланга» не двигалась и не предпринимала никаких активных действий, но уже одно то, что американский флот, ожидая другой такой же американский флот, выстраивался в боевой порядок, заставило дивизионных адмиралов Итана Дрейка задуматься…

— А что происходит⁈ — обеспокоенно вскинул брови Теодор Торрес — тоже не страдающий отвагой, как и Ловато, командующий. — Почему ваши корабли, сэр, находятся в нестандартном для себя положении?