Тяжелый крейсер «Адмирал Истомин» поспешил на помощь своему линкору в противостоянии с «Мэном» и уже с противоположного угла атаки попытался «добить» американский дредноут, нацелившись тому в левый борт. Таран нашему командиру удался, «Мэн» снова сотрясся от столкновения, теряя сразу две артиллерийские установки, смятые в лепешку. Однако сила удара «Адмирала Истомина» была существенно меньше, чем у «Георгия Победоносца» и от этого не могла причинить линкору противника серьезного урона за один раз.
А вот сам «Адмирал Истомин» в результате всего оказался между молотом и наковальней. Где последней являлся тот же самый «Мэн», а молотом выступил возникший рядом линейный корабль «Джорджия», который воспользовался моментом и со всего маха, развернувшись вправо, ударил носом в кормовые отсеки русского крейсера, сминая окончательно сопла силовых установок «Истомина» и лишая того возможности уйти от следующих ударов.
И такие удары последовали. «Джорджия», почувствовав кровь, уже не отпускал из своих цепких объятий наш корабль, с помощью тормозных двигателей отходя назад, а затем, снова разгоняясь и врезаясь в прижатый к корпусу «Мэна» русский крейсер. Это продолжалось до тех пор, пока «Адмирал Истомин» не превратился в груду искореженного, разрушаемого взрывами детонаций, металла…
Наш крейсер погиб, но по итогу это была единственная существенная потеря 2-ой «ударной» дивизии, если не считать гибель еще одного русского эсминца, вышедшего из строя и неудачно попавшего под перекрестный огонь сразу нескольких американских дредноутов. У Белова не стало двух вымпелов, в то время как 21-ая «линейная» вице-адмирала Джонса не досчиталась буквально после получасового ближнего боя сразу четырех своих кораблей: двух крейсеров, одного фрегата и одного эсминца.
И это было еще не концом избиения, ведь обе оборонительные «линии» американского построения оказались в результате навала 2-ой дивизии буквально сметены и представляли сейчас собой хаотичную массу вымпелов, расползающуюся в разные стороны. «Тикондерога» и легкие корабли поддержки стоящие во втором эшелоне ничем не могли помочь и хоть как-то погасить продолжающийся навал русских. Нейтен Джонс в ужасе смотрел на тактическую карту, не понимая, как все это могло произойти, причем так быстро и легко, будто перед «раски» сейчас стояли не лучшие корабли 6-го американского флота, а какие-то зеленые курсанты на легких тренировочных шлюпах.
В надежде Нейтен посмотрел на единственный возможный резерв, который еще мог переломить ход сражения. Полудивизия контр-адмирала Джейкоба Кенни все еще была цела и имела в своем составе восемь относительно свежих и боеспособных вымпелов. Пусть большинство из них были фрегатами и эскадренными миноносцами, но даже флагманского линкора «Алабама», а так же линкора «Норфолк» хватило бы для перелома сражения в пользу американцев.