После того, как мы вернулись в пекарню, я отправил старуху с девушкой на второй этаж, сказав выбрать спальни. Настроение было отвратительным. А вот Дон пребывал в хорошем расположении духа. Дух в духе. Идеальная смесь. Он даже не нудел, что было уж совсем удивительно.

Я отправился на кухню. Она располагалась на первом этаже из трёх.

Пожалуй, сейчас займусь своим любимым делом. Сегодня у нас по плану хлеб. М-м-м, вот он, отпуск во всей красе! Но я не успел даже войти в святая святых дома.

Хах, брат бы был в ярости от таких слов, но его тут нет, так что не страшно. Элеонора спустилась раньше своей подопечной и молча уставилась на меня.

— Хочешь что-то сказать? — я поднял бровь, начиная раздражаться.

— Да, — кивнула старуха как ни в чём не бывало. — У вас, на удивление, уютно. Обычно холостяки не живут в такой чистоте. Даже странно.

И что она хотела этим сказать? Что я должен как свинья в хлеву жить? Странное предложение, однако. Или так принято у человеческих мужчин? Но какое мне дело до их жизней? Я — один из повелителей Преисподней, и там всегда чисто. В замке уж точно.

— Я лично слежу за чистотой в доме, — внезапно появился Абаддон над моим плечом. Я цокнул языком. Элеонора охнула и схватилась за сердце, но по взгляду я видел, что не сильно-то она и испугалась. Занимательная душа. Даже интересно, что ещё она мне покажет. — Ну что вы, бабушка. Не нужно пугаться.

Какой галантный секретарь. Даже и не скажешь, что он любит нудеть над ухом изо дня в день, дай только волю. Решил покрасоваться перед дамой? Эта его привлекла больше, чем девчонка. Логично. Подобное тянется к подобному. А тут два старика у меня под боком.

— Д-дух⁈ — спросила Элеонора, запнувшись.

— Так точно, — его слова заставили меня улыбнуться. Он затормозил в воздухе и поколебался, добавив: — Дух этого дома, Абаддон.

Сразу понял, что нужно сказать. Хоть в чём-то он был полезен.

— Очень приятно. Элеонора, — она сделала небольшой поклон. Затем, немного помолчав, добавила: — Если не против, буду звать тебя Доня.

— Против! — но было уже поздно.

— А интересное у вас место, господин спаситель, — тут же потеряла к нему интерес бабка, переводя взгляд на меня. Доня вернулся на моё плечо расстроенным. Отшили, хах.

Мне надоело стоять без дела. Руки так и чесались помять тесто, чтобы получить мягкий свежеиспеченный хлеб. Если для меня это было удовольствием, то другие демоны предпочитали запускать руки в чьи-то тела, перемешивая внутренности. Разные действия, схожие эмоции.

Развернувшись, я отправился на кухню, а Элеонора почему-то засеменила следом. Заняться ей нечем? Могла бы и с девушкой побыть. Зачем она вообще спустилась?