— Это будет нашим подарком. Пожалуй, у простого пекаря, хоть и барона, нет таких сумм. Так что мы отдадим это здание в обмен на извинения, — хмыкнул помощник и покачал головой на предложение повысить ставку. — Ты же должен понимать, кто владеет золотишком? Кто будет властвовать? Этот номер, — указал он на единицу, — закреплён за князем Золотовым всегда. И ни у кого не будет этого. Ведь он единственный победитель, куда бы не пал его взгляд.

Я засмеялся и кивнул аукционисту, что беру здание, за которое шла ожесточённая война. Да уж. Самомнение у князя Золотова было запредельное. Что-то такое я и подозревал.

— Одно здание? Мне этого мало, — хмыкнул я. — И почему вы решили, что номер «один» — это единственно верное число для победы? Я вас разочарую. Но есть и более магические цифры.

Я постучал рукой по своей табличке. Помощник скривился, думая, что я реально сумасшедший, как меня и назвал князь в одном из наших разговоров.

— Ты адекватный? — не сдержался вдруг Виктор, когда приступили к следующему лоту. Он тут же поднял табличку.

— О, я самый адекватный среди всех, кого ты только знал и будешь знать, — растянул я губы в такой улыбке, что если бы Сора увидела её, то поменял бы мнение о предыдущей. — Но раз уж вы желаете с князем Золотовым войны, то я вам её устрою. Не удалось натравить на меня наёмников и инспекторов? Довольно неприятно, я думаю. Каково это — чувствовать вкус поражения? А могли бы узнать вкус моих пирожных. Думаю, что это было бы гораздо приятнее. Чем, например, императорский крем с пирожных. Княжич Никанор вдоволь им наелся в прошлый раз. Не успел ему посоветовать зайти ко мне, а то тот крем был очень невкусным.

Виктор зашипел. Пока помощник был отвлечён на мою речь, я поднял ставку. Другие аристократы вступили в нашу войну, поняв, что мы знали что-то большее, чем они. Что-то такое было в зданиях, за которые мы боролись. И теперь не только мы сражались за следующий лот.

Я сразу повысил ставку до предыдущего лота, и повисло напряженное молчание во всем зале. Даже аукционист замер с открытым ртом.

— Да что ты себе позволяешь⁈ — шипел Виктор и поднял ещё сильнее ставку.

— Это вы что себе позволяете? — спокойно спросил я, участвуя в местной войне за земли и здания. — Я спустил вам три нападения, а вы не успокоились. Что ж… Придется показать, что бывает с теми, кто переходит мне дорогу.

Больше мы ни о чём не говорили. Один лот, другой. Я постоянно поднимал цены до таких уровней, что вызывал недоумение у помощника князя. Думаю, он знал о суммах на моих счетах, но не думал, что у меня были и деньги вне их. Скажем так, небольшое состояние, с помощью которого можно было купить даже маленькую страну. И я не говорю о том, что можно было послать Дона за другим моим состоянием, которое хранилось в аду.