— Пат, — равнодушно ответил Князь. — Так, может быть, стоит заняться решением проблемы…

— Придётся, — со скрежетом произнёс Николай. — Потому что времени у нас на это остаётся всё меньше.

Что-то в его голосе заставило Князя занервничать.

— В каком смысле?

— Британцы зашевелились. Их агентура в Империи начала работать куда активнее в последние два дня. Особенно в столице. Думаю, что мне не нужно объяснять, что это означает.

Да, объяснять это было не нужно.

— Британцы не идиоты, — сухо заметил Князь. — Они так или иначе не стали бы сидеть на своих задницах после того, что случилось с Лаури и…

— Разумеется, они не идиоты, — резко перебил его Николай, и голос аристократа так и сочился сарказмом. — Особенно если учесть, кто занимается у них такими делами. Галахад летит сюда.

— Что?

Князь даже выпрямился в своём кресле, когда услышал это.

— Он летит сюда? Лично?

— Да, — ответил Меньшиков. — Официальной причиной названа личная встреча с главой их дипломатического консульства здесь, в столице…

— Это чушь, — не удержался Князь от сарказма. — Никто в это не поверит…

— В это никто и не должен верить, — оборвал его Меньшиков. — Главное, что он в своем праве и причина названа. И всем плевать на то, что это не более чем ширма. Она достаточно логична, а мы не можем отказать им в этом праве. И я думаю, что мне не надо рассказывать, что будет с тобой и Рахмановым в том случае, если Галахад узнает, что безумец, который убил Лаури — не единственный Разумовский, кто пережил…

— Вашу чистку?

— Называй, как хочешь, — отмахнулся от него Меньшиков. — Британцы не станут довольствоваться полумерами.

На это Князю ответить было нечего. Сейчас, двадцать лет спустя, он ещё мог рассчитывать на то, что со временем ситуация устаканиться. Если информация о том, кто является отцом Александра, и выйдет в народ и станет известной, пусть даже в ограниченном кругу людей, его не сочтут представляющим опасности.

Здесь нежелание Александра идти по стопам своего отца только играло ему на руку. Более того, Князь прекрасно понимал, что Меньшиков уже видит в парне возможный потенциал. В противном случае Саша не дожил бы до следующего утра после их знакомства.

Нет. Для Британии нет такого понятия, как истечение срока давности. Проклятые англичане были в этом плане столь же консервативны, как в своей любви к проклятому чаю. Не важно, сколько времени прошло, они всё равно придут к выводу о том, что нужно доделать работу.

— Что ты предлагаешь? — наконец спросил Князь.

— Ты знаешь его лучше, чем кто-либо другой, — ответил Меньшиков. — Сами мы сидеть сложа руки не станем, но если ты его найдешь раньше, то я буду ждать звонка. И тогда всё это закончится прежде…