— Ясно, — вздохнул я. — Спасибо вам, Аркадий Ростиславович.

— Не за что, Александр. Не за что. Если позволишь, у меня есть один вопрос к тебе.

— Да?

— Экзамен квалификационной комиссии будет проходить в эту пятницу. Ты всё ещё собираешься предпринять попытку сдать его или…

— Я сдам его, — твёрдо проговорил. — Без всяких попыток, Аркадий Ростиславович.

В телефоне повисло молчание. Когда ректор заговорил вновь, Мария как раз поставила передо мной чашку с кофе. Кивком поблагодарив её, я вернулся к разговору.

— Что же, — произнёс ректор. — Раз ты так уверен, то кто я такой, чтобы тебя отговаривать. Надеюсь, что ты нас не подведёшь.

Усмешка вылезла на моё лицо сама собой.

— Нас?

— Ну, в конце концов, ты тоже имеешь отношение к моему университету, ведь так? — В голосе ректора послышалось веселье. — Да и, если честно, я не хотел бы проспорить Вячеславу.

Так, а вот теперь не понял.

— В каком смысле?

Но, похоже, ответ мне давать не собирались.

— Прости, Александр, но мне нужно идти. А ты отдыхай. Думаю, тебе это сегодня необходимо.

На этом разговор и завершился. Я попрощался и повесил трубку. Положив телефон, обхватил ладонями горячую чашку и полной грудью вдохнул запах свежесваренного кофе. Хорошо сваренного, замечу. С нежной молочной пеной и ароматом карамели. Правда, первый же глоток показал, что кофе без кофеина. Ну и ладно. Смогу, значит, заснуть и поспать ещё немного.

— Как дела? — как бы невзначай поинтересовался подошедший к стойке Михалыч.

— А как я выгляжу?

— Дерьмово, — философски ответил он. — Но получше, чем я после того, как плюнул в рожу одному итальяшке. Правда, с ним было ещё ребят пятнадцать. И я всё равно их уделал…

— Не слушай его, Саша, — вклинилась в разговор Мари, ставя передо мной тарелку с горячими бутербродами. — Их было шестеро.

— Десять, вообще-то…

— Шесть! И они его отделали.

— Дудки…

— Ладно, назовём это боевой ничьей, — согласилась она на ничью. — Всё равно потом вас всех в обезьянник в том городке засунули. Как он назывался?

— Альберо что-то там.

— Альберобелло, — напомнила ему Мария. — И я потом его задницу оттуда вытаскивала.

— Да как скажешь, — недовольно отмахнулся от неё здоровяк. — Если мой противник лежит мордой в пол, я считаю это за победу. Даже если лежу рядом.

Я отхлебнул кофе, слушая их весёлую перепалку.

Михалыч и Мария как бы невзначай вспоминали былые деньки, перекидываясь шутками, а я сидел и думал, стоит ли их поблагодарить. Понятное дело, они пытались разрядить обстановку. Эмоции Михалыча я не чувствовал. Видимо, он всё ещё таскал амулет. Но вот у Марии его не было. Так что её настороженное, почти осторожное отношение ко мне ощущалось весьма явно. Она хотела знать, в порядке ли я. Но боялась спросить это в лоб.