— Для человека, который любит часто тыкать в небосвод, ты поразительно меток, — хмыкнул он, глядя на меня. — Да. Вчера отец сказал мне, что через три года собирается отойти от дел.

— А почему именно три года? Странная цифра. Он вроде ещё полон сил…

— Не знаю, — уклонился он от ответа. — Но это в любом случае уже решено. Он сам мне сказал, а я не помню, чтобы он откатывал принятые им решения назад.

А вот тут я мог бы поспорить, но уверен, что тут у нас будут с Романом разные мнения.

— И его кресло останется свободным, — продолжил я.

— Ненадолго, — сказал Рома, не став вдаваться в эту тему. То, что он не высказал вслух, было ясно и так. — Видишь ли, когда старший адвокат покидает своё место, он имеет право рекомендовать человека на эту должность. И если этот человек соответствует требованиям, то получит это место. Остальные не вправе его оспорить.

— Забавно выходит…

— Ну, ты же не думал, что мы тут живём без патронажа? Так что, Александр? Я даю тебе шанс. Не подачку. Не деньги. Именно шанс. Доказать, чего ты стоишь на самом деле. Доказать, как адвокат в профессиональном плане. Видишь? Я не размениваюсь по мелочам. Я кину тебя в бассейн с акулами.

— Ром, ты меня не просто в бассейн с акулами кидаешь, — вздохнул я, откинувшись на спинку кресла. — Ты меня перед этим кровью облить собираешься и надувные рукавчики заберёшь.

— Ну, слава богу, что ты умеешь плавать, — пожал он плечами. — Плыви, дерись, кусайся, если нужно. Но добейся результата.

Хотелось выругаться. Долго. Витиевато.

Вот ведь засранец. Знает, на какие точки надавить. И ведь я ни на йоту не сомневаюсь, что ему прекрасно известно, о чём именно я сейчас думаю. Он хорошо знает моё отношение к работе. Не может не знать. Рома не идиот. И потому, должно быть, он сейчас очень хорошо понимает, как сильно я борюсь с самим собой, чтобы принять его предложение.

И я хочу его принять. Вот без шуток. Действительно хочу.

Потому что он прав. Это шанс. Нет. Не просто шанс. Это грёбаный золотой билет! Возможность пролезть на самый верх всего за какие-то три года мучений, страданий. Три года буду работать как проклятый ради того, чтобы забраться на олимп.

Кто знает, может быть, когда-то в будущем «Р» в названии фирмы, обозначающая «Райновский», может изменить значение. Например, на «Рахманов».

А ещё это было безумно интересно. Опять же, Рома знал, на что именно надавить. Мне не интересны простые победы. Я хочу сложных дел! Хочу достойных противников!

Я хочу профессионального вызова!

И Роман сейчас буквально даёт мне всё это на блюдечке с голубой каёмочкой. Он сам так сказал. Его дела. Его клиенты. Старший адвокат Л Р не занимается ерундой.