— У вас плохо со слухом? — невозмутимо спросил я, прямо-таки ощущая, как его бесит весь этот диалог. — Я спросил, вы программист?

— Нет, — закатил он. — Какое значение…

— Самое прямое, — встряла Марина. — Если вы не обладаете квалификацией, то как можете утверждать, что сказанное нашим клиентом является домыслом?

— Господин Дубин предоставил мне заключение своих штатных программистов, — довольно улыбнулся он. — И в нём прямо заявляется, что данная программная ошибка не могла попасть к нашим клиентам, так как её заметили ещё на стадии тестирования последней, незаконченной версии программы.

Он врал. И делал это сознательно. Ладно, официально заявляю, что мужик не так уж и плох. Держится бодро и уверенно. Но по его эмоциям я понял, что это не так. Тем более, что его клиент сейчас куда более встревожен, чем он сам, хотя и старается не показывать вида.

— То есть, — уточнил я, — вы утверждаете, что данная ошибка никоим образом не могла попасть к вашим клиентам, так как присутствовала лишь в последнем обновлении. И, соответственно, она не могла каким-либо образом причинить вред клиентам, приобретающим у вас программное обеспечение. Я прав?

— Верно, — кивнул юрист главы «Экватора». — Мы заявляем, что это никоим образом не могло повлиять на наших клиентов. Все претензии этого молодого человека безосновательны и не имеют какой-либо силы.

Я чувствовал его неуверенность. Очень и очень глубоко скрытую.

— И поэтому вы уволили Владимира, заставив его подписать не только соглашение о неразглашении перед увольнением, но и запрет на конкуренцию в течении пяти лет? — на всякий случай уточнил я.

— Владимир работал в моей фирме почти три года, — пожал плечами Станислав. — Это стандартная практика. Все наши сотрудники подписывают данное соглашение.

— Да, — неожиданно согласилась с ним Марина. — Подписывают. При приёме на работу. Но уж точно им не подсовывают новую, исправленную версию перед увольнением, угрожая увольнением по статье.

— Во-первых, это чушь, — фыркнул Дубин. — А во-вторых, откуда мне знать, что он сделал бы после увольнения? Вдруг бы перешёл к нашим конкурентам и передал им наши разработки…

— Да я бы никогда такого…

— Сядьте, молодой человек, — резко приказал адвокат. — Ведите себя как взрослый! Вы нечего не способны гарантировать! В том числе свои поступки. Именно для безопасности интеллектуальной собственности моего клиента и подписываются такие бумаги!

— И каждого, кто увольняется из вашей фирмы, заставляют такое подписывать? — спросила Марина, а я добавил:

— Не забывайте, что наш разговор записывается.