— А, да. Один даже у нас по сводке проходит.
— Даже так? — удивился Громов. — А поподробней?
— Да там кривое дело. Драка в ресторане. Парень измордовал баронского сынка. А тот на него заявление накатал вчера.
— Угу. Хорошо хоть?
— Что?
— Хорошо хоть измордовал-то, спрашиваю?
— О! Понял. Да, ещё как. Там всё лицо в кашу.
— Ну, значит, нормальный парень, — хмыкнул Громов, доставая новую сигарету.
Похоже, вечер будет интереснее, чем он предполагал…
Глава 2
Хорошо киношным персонажам. Вот ударили их по голове, а они бац — и потеряли сознание. А потом пришли в себя и ничего так, нормально себя чувствуют.
Угу, как же. Меня вот по голове никто не бил, но когда я пришёл в себя, то очень сильно пожелал, что кто-нибудь и правда треснул меня по башке так, чтобы я снова вырубился.
Голова раскалывалась от боли. Настолько, что мир перед глазами потерял всякую чёткость. Да и вообще, смотреть на него не хотелось. Всё, что я смог понять, — лежу на мягкой постели, что уже неплохо. Потому что вырубился на долбаном заброшенном заводе на холодной земле. Приятный контраст, так сказать.
Немного полежав и стараясь не то что не двигаться, но даже не думать, заметил, как головная боль постепенно начинает отступать. Окончательно она не исчезла, но стала чуть более терпимой.
Открыл глаза и немного осмотрелся. Факт первый — я в больнице. Больничную палату узнаю где угодно. Я лежал на постели, окружённой медицинскими приборами, часть из которых подключена ко мне тонкими проводами и датчиками.
Факт второй, менее приятный — меня к этой самой койке приковали. На левой руке застёгнуты наручники, закрепленные на стальном поручне каркаса кровати.
— Эй, есть тут кто? — крикнул я… ну как крикнул. Скорее уж, сипло прохрипел, так как в горле было суше, чем в пустыне. И вообще, ощущалось оно так, будто мне в рот битого стекла напихали.
На моё счастье, кто-то дежурил снаружи, потому что в палату тут же вошла молодая медсестра. А вслед за ней высокий мужчина в форме полицейского.
— Дайте воды, — попросил я её.
— Как вы себя чувствуете? — спросила она, подходя ближе и подавая мне стакан с холодной водой.
— Паршиво. — Напившись, я вернул ей стакан. — Где я?
— В центральной больнице. Вас доставили сюда без сознания и с сильным истощением. Вы провели в таком состоянии больше полутора суток…
Зашибись просто. Полтора дня в помойку. Хотелось буквально взвыть от расстройства. Первым же делом в голову пришла мысль о сестре. Ксюша же с ума сойдёт. Я, конечно, бывало не приходил домой по несколько дней, но всегда звонил ей. Чтобы не беспокоилась лишний раз, а то она у меня нервная. А тут пропал и ни слухом ни духом.