— Нет, — нахмурился его отец. — А я должен?

— Ну как тебе сказать, — пожал плечами Роман. — Она дома не ночевала.

Едва он это произнёс, как отец вздохнул с таким видом, что даже стоящее в вазочке из белоснежного фарфора малиновое варенье, кажется, скисло.

— Она опять начала шляться по своим вечеринкам? — спросил Павел, судя по лицу, ожидая худшего ответа.

— Можно сказать и так, — уклончиво ответил Роман и тихо рассмеялся.

— Рома! — уже теряя терпение, воскликнул Павел.

— Она сейчас домой едет…

— Нет, меня это достало, — покачал головой Лазарев-старший. — Я же говорил ей, чтобы больше…

— Из одного из принадлежащих нам жилых комплексов, — добавил Роман, чем вызвал недоумение у отца.

— Погоди, наших? — переспросил он. — А что она там делала?

— Ну, знаешь, тот самый комплекс, где сейчас квартиру снимает один очень сильно интересующий тебя молодой парень, — продолжил Рома, наслаждаясь сменой эмоций на лице отца.

Сначала удивление и возмущение. Затем хмурое раздражение. А затем по его лицу расплылась довольная улыбка.

— Значит, план работает, — довольно произнёс он, откидываясь на спинку кресла.

— Я бы на твоём месте не был бы так оптимистичен, — осторожно произнёс Рома. — Просто она напилась вчера, и Рахманов отвёз её к себе. Она просто у него переночевала.

— Это тебе Рахманов сказал? — усмехнулся его отец. — И ты ему поверил?

— Это мне Настя сказала, — вздохнул Рома. — Уверен, когда она приедет домой, будет очень, очень интересный разговор. Если, конечно, ты собираешься устраивать ей «разбор полётов», как ты любишь говорить.

Отец что-то проворчал.

— В любом случае, если они сближаются, то это хорошо. И в первую очередь для самого Рахманова.

— А ты не думал, что использовать её вот так, вслепую, — это не лучшая идея?

— А ты предлагаешь взять и рассказать, что я уже выбрал для неё будущего мужа? — предложил Павел. — Рома…

— Пап, — перебил его сын. — Давай начистоту. Тот факт, что у него дар ментата, не означает, что он сын Разумовского. Ты даже не знаешь, насколько он может быть силён…

— Артефакт это уже показал, — отмахнулся от его слов Лазарев-старший. — Ты сам видел. Он уже сейчас сильнее половины тех, о ком нам было известно…

— И он даже не близок к своим возможным родителям, — тут же отрезал Роман. — Или мне напомнить о том, насколько…

— Я и без тебя это помню! — резко перебил его отец. — Или ты забыл, что нам потребовались объединенные силы четырёх родов для того, чтобы их убить⁈

Последние слова он уже едва не выкрикнул. Затем замолчал, явно понимая, что вспылил. Немного успокоился и продолжил уже куда мягче.