— О, замечательно, — кажется она искренне обрадовалась.

Кажется, потому что я не мог читать её эмоции. Ну, так. К слову. Вероятно, по той же причине, по которой я не мог читать и Лара. Видимо альфарская кровь этому препятствовала.

— В общем, я хотела спросить, не искал ли ты своего отца? Прости, если вопрос покажется грубым, но разве это не логичное решение? Узнать о том, какой семье ты принадлежишь и кто твои родители?

Над её вопросом я задумался. Честно задумался.

— Если, по правде, то мне плевать, — произнёс я, чем сильно её удивил.

— Почему?

— Просто потому, что, как ты сказала, я не хочу знать, какой семье принадлежу. Я вообще никому не хочу принадлежать. Только самому себе. А, что касается отца… всё, что он сделал — это переспал с моей матерью, как бы грубо это не прозвучало. И с тех пор он ни разу не появился в нашей жизни. Хотя, признаюсь, в некоторые моменты я действительно думал об этом. В самые тяжёлые, когда наша мать просто вышла из дома, забрав оставшиеся деньги и свалил, оставив нас одних. А потом просто понял простую истину. Если мы им не нужны, то и они нам тоже. С тех пор мы и жили одни, заботясь друг о друге. Только я и Ксюша, моя старшая сестра. А остальное значения не имело.

— Должно быть, ты очень любишь свою сестру.

— Да, — кинул я после пары секунд раздумий. — Очень.

И это была абсолютная правда. И плевать на то, что, по сути, я не её брат. Это значения не имело. Мы выросли вместе, заботясь друг о друге, как я и сказал. И сейчас для меня не было более близко человека в этом мире.

Лар вернулся через пару минут, неся в руках очередную порцию мороженного. На мой резонный вопрос, куда в него столько лезет, получил пространный ответ, что это его наказание за содеянное.

Сначала не понял. Понял, когда попробовал. Серьёзно? Здесь подают мороженное со вкусом васаби? Кто-то тот больной идиот, которому взбрела в голову такая мысль. Так этот остроухий его ещё горчицей полил. Мда-а-а-а. В итоге я стал свидетелем прекрасной картины того, как мыши плакали, давились, но продолжали жрать кактус. Думал даже немного пожалеть его…

Хотя… не. Пусть страдает.

Когда подошло время идти на концерт, мы собрались и выдвинулись к арене.

Про сам концерт ничего плохого сказать не могу. Только хорошее. Ну и то, что подтвердилась моя гипотеза. Стоило только гитаристу вдарить первый риф, как мир вокруг меня взорвался от нахлынувших эмоций. Если раньше, поднимаясь в метро, я думал, что это было сильно, то сейчас… в общем я сравнивал тихую речку с бесконечным океаном.

Мы стояли в толпе людей, подпрыгивая под ревущие гитарные аккорды. Под сводящий с ума ритм ударных. Под агрессивный, но, в то же самое время лирический вокал. Выкрикивали слова легко запоминаемых припевов, пытаясь перекричать окружающих и отдаваясь на волю этим безумным эмоциям. И всё это в пламени прожекторов и лазерных проекторов, создающих сводящие с ума образы на висящем в воздухе тумане. Толпа вокруг пылала пожаром чувств. Просто концентрированное безумие, которому люди отдавались с удовольствием и какой-то уж первобытной страстью.