— С очень большим? — на всякий случай уточнила Марина, и я показал ей обе ладони, убрав один палец.

Марина присвистнула.

— Офигеть просто. Это сколько тогда, выходит, получила бы компания в качестве комиссии за свои услуги?

— Немало, — вздохнул я. — Это точно. Но это даже и рядом не стоит по сравнению с тем, какой штраф на нас повесят, по его словам.

Ситуация действительно была аховая. Занимаясь «бесплатными делами», можно было и забыть о том, насколько самом деле влиятельной была эта фирма. И какими делами она занималась. Работать с одним из великих княжеских родов могли позволить себе единицы. После короткого разговора с Романом я узнал, что он вёл эту сделку почти полгода. То есть начал её ещё до того, как я с ним впервые встретился…

Тут меня осенило… ну не совсем. Скорее уж, пробило на холодный пот. Я вдруг задумался над тем, что бы случилось, если в ту злосчастную ночь, которая меня сюда привела, в портфеле у Лазарева лежали бы бумаги не по сделке связанной с Шугариным, а с этой?

Мда… тогда, скорее всего, уже на следующее утро в мою дверь бы ломились местные амбалы из службы безопасности, стремясь вернуть утраченное. И хорошо, если бы я смог отделаться малой кровью. Уверен, что заботы о долгах за квартиру в тот момент стали бы для меня наименьшей из всех возможных проблем.

— Насть, ответь на вопрос, пожалуйста, — попросил я её.

— Какой?

— Из нас всех ты наиболее близка к знати…

— Знаешь, почему-то от тебя эта формулировка звучит чуть ли не как оскорбление, — усмехнулась она, подпиливая ноготок.

— Зря ты так. Я ничего такого ввиду не имел.

— Я знаю. Так что ты спросишь хочешь?

— Румянцев…

— Тебе что именно Рома сказал? — спросил она.

— Сказал, что он нас сожрёт, — повторил я слово её брата.

— Ну, считай, что ответ ты получил, — пожала плечами Анастасия.

— Боже, вот скажите мне, почему все аристократы такие… — начала было Марина, но затем посмотрела в сторону Анастасии и замолчала. — Нет. Ничего.

— Что? — тут же спросила Настя. — Почему представители высшей знати такие зловещие мерзавцы? Иными словами, почему все сильные мира сего такие говнюки?

Услышав такие слова от нашей породистой аристократки, я аж хрюкнул от смеха, а Марина слегка покраснела, но тоже улыбнулась.

— Ну что-то вроде того.

— Она судит по тому, что видела своими глазами, — пояснил я на всякий случай. — А видела она ребят вроде Штейнберга и сынка Волкова.

— А, ну тогда понятно, — вздохнула Анастасия. — Не стоит брать за пример каждого встречного. Просто поверьте. Князь Румянцев… в общем, Рома не соврал. Он сотрёт нас в порошок за то, что случилось. Но сделает это просто потому, что будет считать это справедливым. Ты сам сказал, что в курсе, какая была сумма сделки. А теперь представь, какие деньги он в итоге потеряет сам из-за произошедшего. Уверена, что, когда он будет закапывать нашу компанию, для него в этом не будет ничего личного… ну почти.