— Да подожди ты, Ген. Я…

— Валер, меня не волнует очередная мёртвая шлюха, — вздохнул Громов, спускаясь по лестнице.

— Да причём тут мёртвая!

— Знаешь, я даже не удивлён, что ты услышал только это.

Дойдя до двери, Громов вышел в коридор.

— Слушай, а если…

— А не если, Валера, — попытался в очередной раз отвязаться от него Громов. — Мне нет никакого дела до твоих тупых историй. Говорю же, ты либо будешь мне рассказывать про девок, которых ты трахал, либо про тех, которых ты нашёл мёртвыми на месте преступления. И то, и то мне не интересно.

— М-м-м… а если я скажу, что недавно встретил потрясающую красотку…

— Господи, как же ты задрал, — взмолился Громов.

— … такая славная и прекрасная. Как прекрасная птичка…

— Нет, правда, Валера. Ну, хочешь я тебе заплачу, только отвали от меня…

— … которая рассказала мне о том, что на следующей неделе у Ахматова будет встреча с сам знаешь кем.

Громов аж чуть не запнулся.

— Что? — тут же заулыбался его товарищ. — Похоже, что эта история тебе всё-таки заинтересовала. Хочешь я расскажу, что… Эй, какого хрена, Ген!

Не обращая внимания на его возмущенный возглас, Громов схватил его за пиджак и грубо впихнул в первый же попавшийся пустой кабинет.

— Говори! — рявкнул он. — Когда и где!

— Воу-воу, Ген, полегче, — уже куда более серьёзно произнёс Валерий. — Это только слухи…

— Когда и где, Валера, — едва не прорычал он.

— Говорю же, что я без понятия, — развёл он руками. — Но, мне сказали, что встреча пройдёт на следующий неделе.

— С кем⁈

— Да я не знаю! — уже куда более агрессивно ответил он ему. — Всё, что я знаю, это то, что Ахматов собирается встретится с этим типом на аукционе, который совершенно точно не устраивает Браницкий.

Тихо цокнув языком от раздражения, Громов негромко выругался.

— Где?

— Ну, если мне не соврали, то, скорее всего, это будет один из отелей Волкова. Ну, знаешь, те, о которых совсем не ходят слухи и где совершенно точно Браницкий не устраивал свои чёртовы вечеринки последние три года.

— Сраные ублюдочные аристократы, — выругался Геннадий, привычно доставая из кармана смятую пачку сигарет и с раздражением увидел, что в ней осталась всего одна штука.

Немного подумал, а затем плюнул и сунув её в зубы, закурил. Старая, уже въевшаяся привычка помогла расслабиться. Это молодые и наивные идиоты придумывают отмазки о том, что никотин помогает им расслабиться. Собраться с мыслями. Успокоиться.

Жалкая чушь. Это точно такой же наркотик, как и любой другой. Просто убивал он медленнее. И вся суть привычки заключалась в том, что организму требовался очередная доза просто для того, чтобы почувствовать себя нормально. Просто потому, что каждое, отточенное тысячи раз движение уже превратилось в подобие ритуала, без которого тебе паршиво.