— Неплохо, парень. Совсем неплохо. Кто другой на твоём месте уже обоссался бы.
Не став медлить, Браницкий без колебаний поднёс ствол к своей голове. Пятьдесят на пятьдесят. Давай же, удача, дай поймать себя за хвост…
Граф нажал на спусковой крючок.
ЩЁЛК.
Сука…
Я смотрел на револьвер с полным пониманием: следующий выстрел будет последним. Всё. Других возможностей больше нет. И не будет. Дальше только заряженная патроном ячейка. И она моя…
— Помнишь, я говорил, что мы можем выстрелить снова, если захотим? — спросил он меня.
— Что? — не веря, пробормотал я. — Решил подарить мне победу?
— Не, хочу продлить веселье.
И, перехватив оружие, прокрутил барабан по рукаву пиджака.
Шансы оказались сброшены к шестнадцати процентам.
— Давай, парень. Покажи мне, из чего сделаны твои нервы, — бросил он с довольной ухмылкой на лице.
Да он ведь наслаждается происходящим! От этой мысли меня охватил гнев. Ублюдок будет продолжать эту игру до тех пор, пока один из нас не пристрелит другого!
Меня заколотило. Не от страха. От гнева!
Я резко встал со стула. Схватил револьвер. Приставил ствол к голове и спустил курок.
Шестнадцать процентов…
ЩЁЛК.
Двадцать процентов…
— Да! — с задором воскликнул Браницкий. — Давай, парень! Покажи мне, из чего ты сделан!
ЩЁЛК.
Двадцать пять процентов…
ЩЁЛК.
ЩЁЛК.
Пятьдесят на пятьдесят. Пан или пропал. Умер или выжил…
Резко выпрямив руку, я направил ствол точно в грудь сидящему напротив меня мужчине. И нажал на спуск.
Выстрел револьвера показался мне оглушительным. Рукоять больно лягнула в руку.
Тяжёлая пуля врезалась Браницкому в грудь, буквально вбив его в спинку кресла. Признаюсь, какую-то секунду я ждал, что, как и у тех мерзавцев, здесь сработает какой-нибудь магический артефакт, но нет. Этого не случилось. Револьвер проделал дыру прямо в груди графа.
А тот всё продолжал улыбаться, глядя в потолок.
Не став ждать, я схватил его за запястье, быстро стащив кольцо с левой руки, а затем и правой. Сунув их в карман, быстро перекинул револьвер из одной руки в другую. В правой вместо оружия появился призванный из кольца клинок, остриё которого я направил в грудь невозмутимо стоящей у стены альфарки быстрее, чем она успела пошевелиться.
— Верни их, — приказал я, на что она лишь презрительно фыркнула.
— Думаешь, я стану слушать какого-то мужлана? — выплюнула она. — Тем более человека.
— Если я тебя на этот шампур насажу, язвить так же будешь? — пригрозил я.
Она закатила глаза, но всё-таки взмахнула рукой.
Как и в прошлый раз, произошло это довольно неожиданно. Где бы они ни были до этого момента, Князь и Мария просто появились из воздуха и рухнули на пол.