Очень быстро пришёл к выводу, что нет. Не хочу.

И именно это сейчас сжирало Князя изнутри.

Ещё никогда я не видел его таким… уязвимым. Ни разу за всю свою жизнь. Наверно, так и выглядит человек, едва не потерявший нечто для него очень дорогое.

— Почему убили Разумовских? Почему Браницкий говорил о каких-то сделках?

— Прости, Александр, но я не могу сказать тебе, — покачал он головой.

— Так. Князь, я уже устал слушать подобное дерьмо…

— Дело не в том, что я не хочу тебе это рассказать. Наверное, стоило бы и раньше это сделать, но я просто не могу. Я собирался рассказать то, что возможно, но Мария сама уже это сделала.

— Ты хотя бы можешь объяснить почему?

По злому лицу видел, как его бесит сама мысль.

— Скажем так. Я заключил договор с твоим отцом.

— Ну, думаю, что ему все уже безразлично…

— Нет, — покачал он головой. — Нет, Александр. Не в этом случае. Мы заключили сделку. Точнее, он заставил меня её заключить.

— Сделку?

Он будто попытался что-то сказать, затем вздохнул, прикрыл глаза и выругался.

— Прости, но не могу.

— Это как-то связано с моим…

— Да.

— Кто ещё может знать?

— Есть люди. Лазаревы. Распутины. Тот же Браницкий…

— Он сказал, что не знает, — выдал я, вспомнив наш вчерашний разговор с ним.

— Значит, не знает, — согласился со мной Князь.

— И что? Мне вот так просто ему поверить? — спросил я, и Князь тихо рассмеялся.

— Поверь мне, Александр. Константин может творить любую дичь, но он никогда не будет врать. Не скажет и прямо об этом заявит, но врать в лицо… нет, это не его стиль.

— Что? Слишком скучно? — не смог я удержаться от смешка, но Князь, к моему удивлению, кивнул.

— Ты и сам всё прекрасно понимаешь.

— Ясно.

— Послушай, я понимаю, что тебя беспокоит история с убийством нашей семьи, но…

Его перебил мой смех. Я хотел бы удержаться, но просто не смог.

— Князь, да побойся ты бога, какая к чёрту семья⁈ — не выдержал я. — Да я их в жизни не видел! Отец? Серьезно? Да единственное, в чём он не облажался, — это хорошо провести время с моей дурной мамашей. Вот ведь молодец! Охренеть, спасибо, папаша. Уж извини, знаю, что вы братья, но по большому счёту мне плевать, что и почему с ними случилось, Князь. Семья? Серьёзно? Ксюша. Ты. Мария. Вот моя семья. Всё.

— Александр, всё не так, как тебе кажется…

— А по-моему, всё очень даже очевидно, — отрезал я. — Ты сделал для меня больше, чем какой-то мужик, которого я никогда не видел. И да, подозреваю, что у тебя имелись свои мотивы, но знаешь что? Сейчас мне уже даже наплевать на это как-то. Все эти интриги, возня с тайнами семьи и аристократами… ты даже не представляешь, как меня это всё вымораживает. Я адвокат, Князь. Я им был и хочу быть им дальше. Это то, что я умею и люблю. Хочу, чтобы у нас с Ксюшей была нормальная жизнь. Слышишь меня? Нормальная. Даже в этом грёбаном сумасшедшем мире. Всё!