— Это если бы я показывал тебе удостоверение инспектора ИНС, то да, подсудное, — рассмеялся Пинкертонов. — Ты внимательнее посмотри. Видишь где-нибудь хоть единый намёк на то, что это их удостоверение?

Роман нахмурился и присмотрелся внимательнее. За допущенную ошибку я его не виню. Я сам так же лоханулся в первый раз, когда мне его показали.

Лазареву хватило всего нескольких секунд после подсказки, чтобы понять, в чём дело.

— Тут нет ни единого упоминания ИНС, — сказал он. — Даже печать какая-то другая.

— Еще бы она не была другой, — довольно улыбнулся Пинкертонов. — Я её сам придумал. Сколько людей знают в точности, как она выглядит в удостоверении инспектора ИНС?

На лице Лазарева вдруг появилось забавное выражение.

— И правда, — хмыкнул он.

— Вот именно, — кивнул ему сыскарь. — Вот если бы я представился и что-то потребовал, используя это прикрытие, то да. Совсем другое дело. А так просто пришёл, познакомился и ушёл.

— Это все равно не очень законно, — покачал головой Роман.

— Ну пусть попробуют мне что-то предъявить, — пожал плечами Пинкертонов. — Я не первый год этим занимаюсь, а доблестный инспектор Вернинский сегодня отправится в мусорку.

Одним глотком допив остававшийся в его бокале бурбон, он поставил бокал на столик у кресла и встал.

— Ну, господа, засим я откланяюсь, — сказал он, после чего повернулся ко мне. — Не забудь, с тебя ещё двадцать пять тысяч, плюс ещё восемь за ежедневные расходы.

— Он заплатит, — ткнул я пальцем в Лазарева.

— Я? — удивился тот.

— Конечно. Ты же начальник, а я всего лишь глуповатый помощник. Так что ты и плати.

Он хотел возразить. Я это прямо по лицу видел. Но, похоже, какое-то благородство у него всё ещё было. Как и понимание того, что всё это стало возможно благодаря моему плану.

— Ладно. Я организую перевод, — наконец кивнул Лазарев, на что Пинкертонов шутливо козырнул и вышел из кабинета.

— Александр, ответь мне на один вопрос, — попросил Роман, когда мы остались одни.

— Какой?

— Скажи, откуда ты знал, что один из них сломается?

— Так ни один из них и не сломался, — выдал я, будто это само собой подразумевалось.

Естественно, эта реплика на несколько секунд поставила Лазарева в тупик.

— Не понял.

— Филинов хорошо вышколил своих ребят, — пожал я плечами. — Они не дали этим двоим даже рта раскрыть. Нет, они, конечно, попытались, но те быстро убедили их, что так будет только хуже.

— То есть ты подделал подпись?

— Нет. С чего ты взял?

— Тогда чья подпись стоит на том листе, который ты принёс? — спросил он, и мне стоило больших усилий, чтобы не расхохотаться.