Всё оказалось так, как и говорил Павел, два ружья со следами ржавчины, одно — мелкашка, второе — здоровенная бандура двенадцатого калибра с погрызенным прикладом. Пухлая рукопись, ворох старых документов, на нижней полке следы песка и окаменелые мышиные шарики.
— За коньяк спасибо, ваша светлость, — так положено обращаться к герцогам, но старому медвежатнику было явно плевать. Он забрал бутылки и почтенно поклонился. Если подумать, за пятнадцать минут работы он брал довольно круто. С другой стороны, это получилось легко и быстро только потому, что он мастер своего дела, умелец.
— Но изготовлением ключей мы не занимается, — закончив свою мысль, ещё раз поклонился Митяй и ушёл.
— Куда везём сейф? — сверкнул зубами Чен.
— Кузнеца озадачим, конечно, к нему и поедем. Спасибо, Зураб Леванович, очень выручил.
— Скучный ты, Аркадий, — разочарованно махнул рукой старый горец.
Глава 16
На Изнанке была ночь. Я с содроганием понял, что тут кто-то был. Развороченные камни, дубинку кто-то утащил, труп здоровенной крысоподобной твари уволокли.
От того, что тут может бродить тварь, достаточно сильная, чтобы ворочать камни, мне стало неуютно.
В последнее время я регулярно и упорно тренировал иллюзию и серьёзно в этом преуспел. Она шевелилась, держалась долго, не пропадала при прохождении через неё предмета, а в последний раз при попытке потыкать в неё палкой очень натурально от этой палки отскочила.
Сейчас, потенциальное присутствие опасного и сильного монстра заставило меня спешно покинуть Изнанку.
Вернувшись, я сел глубоко в кресло и какое-то время не дышал, не шевелился. В то же время, сердце не заходилось в припадке, мысли спокойные. Мда, я явно стал крепче на излом за время, пока живу в этом городе. Даже риск умереть не вызывает паники.
Сегодня я сбежал. Ну, или скажем, рационально отступил. А что завтра? Снова испугаюсь или лезть в свою персональную Изнанку? Ружья не работоспособны и патронов нет. Шайсе. Должен ли я паниковать? Нет. И обо всех проблемах я подумаю завтра.
А сегодня я купил у Павла потёртый, обитый кожей диван (были и кровати, но он подозревал в них наличие клопов), простое крепкое кресло, лакированный стол и лампу на макрах.
Всё это поселилось в подсобке, причем расставлял я сам так, чтобы было уютно и практично. Теперь у меня нечто вроде личного пространства, а не бомжацкое возлежание на диване для клиентов.
Перед сном открыл пухлый личный дневник, который достался мне вместе с сейфом, а на ум мне пришёл товарищ Сухов из фильма, который периодически мысленно обращался «Любезная Катерина Матвевна…», словно писал в дневнике или длинные письма.