Было сложно. Свитки, которые я получал за задания или артефакты — могли принадлежать только мне. Она — получать подобные награды не могла, а значит, путь через задания был для нее закрыт. Однако, в мире существовали магазины существ, которые можно купить. И как мне, казалось, это прям выход из ситуации, но я ошибался.

Проблема получения фамильяра заключалась не только в том, что его нужно заслужить, но и расположить к себе. Фамильяр — существо с душой и своими мозгами, поэтому…

— Мало кто захочет объединиться силами с демоном. — подытожила она, — В нашем прошлом мире с этим было все гораздо проще. Мы сами создавали себе фамильяров из магмы. Ящеров, саламандр и прочих. Но здесь демонического мира попросту нет. Давно уничтожен.

— А как же та старуха с талмудом?

— Она, — ее лицо погрустнело, — Лишь пыль на верхушке старой книги. Ни ума, ни сил, и как мне показалось, часть экстракта она потратила на себя, в надежде, что ей откроется путь в бездну. Но что говорить обо мне, когда и она сама не может туда попасть.

— А что такое бездна твоя?

— Демонический мир. Где мы питаемся силой от ядра планеты. Думаю, дальше и сам додумаешься.

В принципе, она была права. Дальше — я додумался. Вспоминая разломы в моем мире и сотни тысяч смертей. Однако, это было в прошлом, отныне — она моя верная спутница до конца моих дней. Ну, а так как она демон, а я первородный, уж несколько веков будем вместе. А также Полина и Маша… угораздило же меня попасть в этот змеиный клубок.

Завтрак провели все вместе в таверне напротив, где, если можно было верить Анне, кормили от бога. Мне местная еда пришлась не по душе, а вот девчонки были счастливы насладиться сочными отбивными с самого раннего утра. Их аппетиту я мог только позавидовать, когда во мне все ныло, требуя крови.

Об этом, кстати, со мной и попыталась поговорить Маша. Предложить свои услуги, но ответ был однозначным — нет, я не напьюсь тобой.

Пока девки ели, размышлял над заданием… мыслей не было от слова совсем. Пусто и точка. Решить, кто из троицы стариков тот самый Василий, было слишком серьезной проблемой. Я хотел, конечно же обратиться к жабе с просьбой убить всех троих и не мучиться, но ответ его я и так понимал. Нельзя так.

Возможно, и совесть бы не позволила такое проделать…

Под мое внутреннее негодование, к нашей скромной компании присоединилась Татьяна, которая словно высматривала меня в толпе других завтракающих. Как только она подсела к нам, девчонки напряглись, но слова не подали. Я же, перепугался за Машу. Ибо ее никто не видел на балу в тот вечер, кроме троицы охраны покойного. Но на мое счастье, Татьяна не обратила на нее никакого внимания.