Узников держали в бетонный коробках, где единственное «проглядываемое» место, было решетчатой дверью. Маленькой такой… неуютной. Ведь за ней просматривалась вся площадь камеры.

Сами узники, на кого я успел обратить внимание, были больше мордоворотами, чем чем-то серьёзным. Но так казалось только с первого взгляда.

Поднимаясь на второй этаж, и проходя через очередную «партию» коридоров я отметил, что заключенные первого этажа, были в одинаковой робе в черно-белую полоску. Когда «жители» второго этажа, носили оранжево-красную. Все в ту же полоску.

Третий этаж, куда нас привел охранник тщательно проверяющий липовую бумажку, которую нам на скорую руку смастерила Василиса, изредка поднимал голову, чтобы не споткнуться и изредка переспрашивал имя и фамилию Полины. Словно сомневался, темный эльф перед ним или нет.

Только вот, как на Полину не гляди, все равно ничего не менялось. Все та же красивая девушка с роскошными формами и причудливым, сероватым цветом кожи.

Третий этаж оказался совершенно иным. Коридор не был таким белым, и был сплошным. Просто был выстроен вперед. А вот за однотипной решеткой, заключенных почти не было. Мы прошли больше полусотни боксов, из которых я видел только одного узника, орка, без одежды вовсе. И почти в самом конце мы замерли у камеры, где на полу устеленным соломой, на траве, спиной к нам сидела полностью обнаженная эльфийка с чудесной татуировкой какой-то башни на спине.

— Эй, животное. — грубо крикнул охранник. — К тебе гости.

Эльфийка даже не обернулась к нам. Более того, казалось, что к нам спиной сидит статуя, а не живое существо. Я не видел, чтобы плечи поднимали, чтобы как-то она колошилась. Просто. Ничего.

В камеру впустили только меня и Полину, а Таню и Вику, как бы они не противились, повели обратно со словами, что экскурсия закончилась.

Меня оставили только потому, что я тоже представился темным эльфом. К счастью, моя мертвенная бледность была тому свидетельством. А про уши… я соврал. Обрезал и прижег.

Варса сидела с закрытыми глазами. О том, что она жива, говорили лишь пульсирующее на шее вены. Словно девушка тужилась, а не медитировала. Первое, что бросилось мне в глаза, это ее лицо. Оно никак не было похоже на что-то эльфийское. Больше — человеческое. Ровный овал лица, без ярко выраженных скул и подбородка. Густые, но аккуратные брови. Еле-еле припухловатые губы и странные полумесяцы, набитые под глазами.

Ее грудь была аккуратной, не большой и не маленькой, так… двоечкой. А соски имели четкий, ровный ореол. Ее легко выпуклый животик, тоже больше говорил о человеческом теле больше, чем об ровном и худом эльфийском.