— Я не думаю, что простых американцев следует защищать от американских же властей, — проворчал Рузвельт.

— Говорите только за себя, — сказал я. — В этом смысле вы лично являетесь исключением из правил, а вот ваш Конгресс под прицелом орбитальной сканирующей системы смотрится как сборище ядовитых скорпионов, омерзительных мокриц и бесцветных слизней. И дальше будет только хуже. Не зря же ваше исчезновение из исторического потока довольно быстро привело к катастрофическим последствиям. Впрочем, давайте сделаем так… После завтрака я официально представлю вам мисс Смитсон и оставлю вас с этой женщиной наедине, чтобы она сама, без всякого моего участия, поведала бы вам о том, чем стала Америка в двадцать первом веке. Если этого будет недостаточно, то к рассказу подключатся две ее подруги и современницы Дафна и Луиза, не занимающие у меня высоких постов, а потому более свободные в своих суждениях. Прежде чем мы с вами предметно начнем обсуждать наше соглашение, вам следует понять, от чего именно я оттягиваю за уши и вашу Америку, и весь мир.

— Хорошо, мистер Серегин, давайте так и сделаем, — сказал президент Рузвельт, после чего завтрак продолжился в полном молчании.

Тысяча сто одиннадцатый день в мире Содома, полдень, Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Силы, рабочий кабинет командующего

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической империи

После разговора с Мэри Смитсон и ее подругами президент Рузвельт вид имел печальный и чрезвычайно задумчивый. Видимо, не о таком будущем мечтал он для своей Америки, совсем не о таком. Поскольку железо нужно было ковать, пока горячо, я пригласил его для разговора в свой рабочий кабинет, одновременно вызвав туда товарища Антонову, Аделлу Коэну и всех трех своих американских президентов-наместников. Увидев, что вместо разговора один на один намечается целое совещание, старина Фрэнки сказал:

— А я думал, мистер Серегин, что мы будем говорить только вдвоем…

— Чтобы определить, сколько и чего вам требуется взвесить в граммах, необходимо участие специалистов, -ответил я. — Позвольте представить вам моего министра иностранных дел Антонову Нину Викторовну, бывшего члена бывшего Североамериканского Директората социоинженера светлых эйджел Аделлу Коэну, а также моих американских президентов-наместников: Дуайта Эйзенхауэра из пятьдесят третьего года, Джеральда Форда из семьдесят шестого и Джорджа Буша-старшего из восемьдесят пятого.

— Президентов-наместников? — переспросил Рузвельт.

— Да, — подтвердил я. — Во всех трех этих мирах Основного Потока, мире Корпоративного Директората и еще одном искусственном мире, который тут напрямую не представлен, Америка пыталась совершить нападение на Советский Союз или Российскую империю с массированным применением ядерного оружия, и была бита мной как таракан тапкой. В тех мирах, что представлены тут президентами-наместниками, дело закончилось подписанием актов почетной и в то же время безоговорочной капитуляции, а вот Корпоративный Директорат и еще одни Соединенные Штаты в искусственном мире я без гнева и пристрастия разобрал на запчасти, передав территорию Северной Америки под мандат местным русским государствам. Все имеет свою цену, и соучастие в подготовке инопланетной агрессии тоже.