Мне не терпелось поскорее взглянуть в зеркало. Так уж устроены все женщины: в первую очередь их беспокоит лицо. Тело можно скрыть одеждой, а вот возрастные изменения на лице не закроешь ничем, никакой косметикой. Наверное, все женщины ненавидят свои морщины… что бы они ни говорили, но невозможно любить то, что напоминает тебе о старости.
Зеркало в моих апартаментах было роскошное. Уж не знаю, какой магический специалист обставлял это жилище, но он явно уловил кое-какие мои ностальгические воспоминания из детства. Подобное зеркало стояло в комнате моей бабушки… В резной раме, массивное, оно помутнело от времени, но не утратило своей роскоши. Я любила кривляться перед ним, а бабушка сурово отчитывала меня, говоря, что нельзя подолгу смотреть на свое отражение. Но то зеркало манило меня как магнитом… Потом оно было продано, но я до сих пор помню его искусную резьбу и царапины в левом углу.
Зеркало, стоявшее в моих апартаментах, было точно такое же. Только новое, будто его изготовили совсем недавно. От рамы даже пахло деревом… И вот, добравшись до него, я с жадностью принялась разглядывать себя. Неужели? Неужели я и вправду помолодела? О нет, я не стала юной девушкой за несколько часов в магической ванне. Но что сбросила лет пять, это точно. После пятидесяти стареешь быстро… Но сейчас я видела, что круги под глазами уже не столь явственны, брыли чуть подтянулись, а шея не столь обвислая… Охваченная пьянящим осознанием приятного чуда, я никак не могла оторваться от зеркала, даже забыв переодеться.
И в этот момент в дверь постучали. Стук может многое сказать о человеке. По этому звуку вполне можно определить, с какими намерениями пришел визитер. Бывает стук злой, бывает робкий, бывает виноватый. Бывает обреченный и равнодушный или кокетливый. Но сейчас стучали вежливо и уверенно, немного весело. Я пошла открывать…
И тут меня ждало потрясение. На пороге стояла та самая темноволосая женщина, что напомнила мне богиню. Но дело было не в ней. Рядом, возвышаясь почти на голову, маячила… даже не знаю, как назвать… молодая дьяволица. Кожа ее алела, изящно изогнутые небольшие рога блестели точно лакированные, обрамленные пышной копной черных волос, уложенных с изящной небрежностью. На ней было синее платье с переливами, и в глубоком декольте поблескивал крестик…
Я так и впилась глазами в этот крестик, лихорадочно пытаясь решить неожиданный парадокс: дьяволица и христианский символ? Наверное, я выглядела глупо, с вытаращенными глазами и открытым от изумления ртом, который буквально онемел.