— Известная вещица, — цыкнул я языком, приподнимая десятикилограммовую дуру и отправляя её в инвентарь. Старая реликвия правителя Индрахутары. В своё время, когда Бхопалар подчинил этот город себе, Раджа оставил хозяину города право владеть этой вещью. Дело, наверное, было ещё и в том, что Индрахутару бхопаларцы тогда так и не сумели взять, так что «подчинили» — это громко сказано. Скорее уж навязали необременительный вассально-союзнический договор. Позже было четыре восстания, каждое из которых приводило Индрахутару в худшее положение, чем у неё было раньше. Первое — это как раз попытка разорвать эти сомнительные связи подчинённый-главный. Только у Бхопалара была полная поддержка более слабого, но много более зависимого от Раджи в то время Храма, а также ощутимая помощь Красной Королевы, имевшей вполне конкретные симпатии. Вот в то время этот топор как раз и пропал. Раджа тогда, говорят, рвал и метал, приказав сровнять с землёй множество знаменательнейших зданий Индрахутары, в которых могли спрятать реликвию. Не нашли. А она вон где. Наверное, кто-то выкрал, а потом попался бледным беглецам. Вот Сварнраадж обрадуется. Помнится, по легенде этим топором в своё время отрубили голову какому-то ракшассу. Кстати, последнее восстание Индрахутары случилось уже на моей памяти. И подавил его Абтармахан, использующий Шивкамути. Собственно, топор был самым ценным, что имелось в шестой комнате. Но несколько слитков призрачной бронзы, стали, а ещё — шесть кинжалов, которые также явно были сделаны в Ракануджаре, я тоже взять не побрезговал.

— Оп-па… — хмыкнул я, зайдя в седьмое помещение. Меньше прочих, оно содержало что-то вроде неровного узкого каменного постамента-сталагмита, похожего по форме отдалённо на человеческое тело. Этакий примитивный манекен, на который повесили сотканную из золотых и серебряных нитей, явно зачарованную мантию. А сверху лежал на каменном выступе грубый бронзовый обруч. Некрасивый на вид. В него был вставлен треснувший огромный потускневший изумруд. — Неужто старое облачение верховного мага Похалая? А в обруче, насколько я помню, должен быть глаз кого-то из подданных Красной?..

Идти внутрь и брать не стал: половина чар за прошедшие полтора века с момента утраты этих реликвий слетела, скорее всего. Глаз-изумруд потрескался и ценности для меня особой не представляет. А вот отзвуки гудения, треска и приближающегося откуда-то грохота дают явно понять, что безопасно войти в эту комнату не получится: какая-то защита. Потом, если будет желание, попробую разобраться.