Самое главное, что мы срисовали, когда изучали город с воздуха, это три больших стеллы. Действительно — каменные троны стояли на возвышающихся треугольных скальных столбах в лесу, среди скал и в море. Каждый поднимался метров на семь-восемь над землей. И именно они образовывали треугольник, в котором замыкался центр города. Теперь уже было понятно, что дело мы имеем именно с городом, а не деревней. Центр имел укрепления, пусть и небольшие. А численность жителей была куда выше, чем мне казалось ранее. Так получилось, что каждый из тронов находился от нас в недоступной точке. Лесной был ближе всех, но до него, не удивительно, нужно было идти по лесу, где не стабилизировали пространство, а значит — нас ждёт огромное количество тварей снов, которые полезут из прорех. Морской требовал добираться по воде, что вообще мог позволить себе только я и ещё несколько чародеев. Скальный оказался на противоположной стороне города. Следовало атаковать центр, стереть Бахру с лица земли, после чего прорваться к тронам и уничтожить их. Морской находился от центра ближе всего — всего пара десятков метров от побережья. Именно его мы и выбрали основной целью.

— Начинаем, — я подал сигнал. Множество сил, отзвуки которых я услышал от тел храмовников, создавали изрядную и не особо приятную какофонию.

Так чувствовались духи, овладевшие их плотью. Большой ритуал должен был компенсировать Длань Адада. Это заклинание — одна из вершин шумерского магического искусства. Полное управление погодой. И лучше бы это была бы она. Но за неимением карманного архимага приходилось довольствоваться просто чарами попутного ветра, которые удалось немного модифицировать.

— … И содрогнется тьма,

И содрогнется всякий колдующий,

Когда из небытия придет ужас колдунов! — Основная часть заклинаний была окончена, осталось только произнести ключевые фразы-активаторы для заготовленных заранее в ауре заклятий. Стандартная практика для магии слова — последний ключ оставлять непроизнесенным. Он и позволял «подвесить» готовое заклинание, которое в нужный момент нужно было просто наполнить маной и отпустить. Оставшиеся куски — составные части: другие самостоятельные чары, которые использовались этой заготовкой под что-то великое.

— Аршазар! Уитху! Ил’белирума! Альша!

Мои руки бросили вперед сначала порошок Эа — сложную алхимическую субстанцию, половину ингредиентов которой пришлось заменить. Более старая версия ослабляющего и дурящего демонов заклинания, воплощенного в виде алхимических частиц. Сейчас в Шумере его уже не используют, но учитель Джи Беш вбивал в меня и эти знания. Пригодилось. Вторая рука отправила облако мелкой серебряной пыли. Почти пудры. Наконец, запястья скрестились. В сторону города дул мощный ветер, но оба облака, расползаясь в объеме, не спешили лететь вперед. Им нужен был третий элемент перед тем, как я их отпущу. С моих рук начал сползать плотнейший практически жидкий туман бордово-красного цвета. По мере того, как он расширялся в облако, насыщенность терялась. Получалось розоватое марево. На моем лице против воли начала расползаться улыбка. Что уж там говорить! Мне нравилось заклинание Арзы. И нравилось Облако Отчаяния, которое получилось сделать из него. Дестабилизация магических конструктов и потоков маны. Рукотворная аномалия, способная застать врасплох целую армию чародеев. Моя прелесть…