Наконец, три последних моих ключа-активатора должны были дополнительно наложить на используемые компоненты-основы три важных заклинания. Изгнание нежити. Каждая частичка серебра, сколь бы невесомой она ни была, должна была приносить кратный эффект, стоило только ей попасть на некротическое создание. Остальные два должны были усилить действие порошка Эа. Ослабление Демонов и Бессилие Демонов. Отдельные заклятия демонологов, иногда выполняемых в ритуальной форме. Собственно, как я и использовал их. Это позволяло снизить на себя нагрузку. Конечно, заклинание-ритуал ничем не легче классической магии слова, но в такой форме оно больше растянуто по времени, за счет чего позволяло эффективнее пользоваться силой храмовников, текшей ко мне.
И вот, когда все это безобразие прошло по трети города, за облаками, нанесшими специализированный урон пронеслось новое бедствие. Кислота Гальди. Эта дрянь буквально плавила камни, обугливала древесину, снимала кожу, а затем и мышцы с костей. И, вероятно, если кто-то в первой линии строений и остался, то именно после неё, последней убийственной волны, он и ждал атаки. Но я заготовил последний подарок. Огненный дождь.
Жгучие плотные капли начали падать с неба. Это был сигнал к началу атаки. Дождь был не слишком частым, но имел куда более важное свойство. Он шел по всей Бахре и он умел поджигать. А кислота Гальди воспламеняется. По городу прогремело множество небольших, но все равно очень неприятных взрывов. Во многих местах начались пожары. Они начались по всей Бахре, но с ближайшего к нам края их было больше всего. Группы воинов двинулись вперед.
Общий строй не предполагался. Так и не воевали особо-то. Чаще — толпа на толпу. В нашем случае впереди шли почти дюжина десятков ополченцев. Их могло бы быть немного жаль, наверное, в конце концов — это простые деревенские и горожане, которых собрали по приказу Хирумана, но их командирам и им самим не стоило покидать нас после смены командира. Так что они, подгоняемые командирами-джунуюдха, были основным ударным кулаком. За ними на расстоянии метров двадцати, шли уже воины и маги. Понимал ли я, что таким образом положу половину имеющихся людей? Понимал. А ещё я понимал, что самые сильные не потратят ресурса, прорвутся к центру и пригодятся там много больше, чем могли бы, если бы шли первыми. И ополченцы не побегут. До них донесли очень четко, что у воинов за спиной есть приказ убивать всех трусов. Те же отряды ополчения, которые не попытались покинуть нашу маленькую армию, просто были поставлены за передними линиями. Вероятно, их участь имела куда больше вариативности и перспектив, чем у тех, кто шел первыми.