Он перевел взгляд со стены на полку, увидев очередное послание.
— Время пришло, — прочитал он пергамент.
Перевернув, он сложил его, чтобы получился узор, нарисованный на той стороне. И как только все лини сложились в печать, та засветилась. Он приложил лист к своей груди, почувствовав какую-то щекотку, а в следующее мгновение пергамент впитался в его тело. Он еще некоторое время стоял неподвижно, прислушиваясь к себе, но кроме какого-то непонятного ощущения ничего не обнаружил. Но он знал, что наконец-то, получил настоящую силу.
Хелла, Ханство орков.
С тех пор, как Киндыр стал атаманом, его преследовала удача. А все дело в том, что он дал согласие на покровительство. Сейчас у него было уже три корабля, два из которых построили именно для него в Дорстанге. Дела шли вверх, он богател, и как слышал, Совет Старейшин подумывает о том, чтобы разрешить ему создать свой новый род, который затмит всех и вся. Сейчас он не знал, что делать: сойти на берег и направиться к столице, чтобы ускорить процесс получения рода или уйти к берегам Демонстана, чтобы пограбить купцов.
Что-то заставило его посмотреть на тумбочку, где он обнаружил очередное послание покровителя.
— Время пришло, — прочитал он пергамент.
Перевернув, он сложил его, чтобы получился узор, нарисованный на той стороне. И как только все лини сложились в печать, та засветилась. Он приложил лист к своей груди.
Хелла, Эльфийский лес, дом Владыки.
Владыка в очередной раз задумался о внутренних делах, которые после смерти брата идут все хуже и хуже. Оппозиция чуть ли не открыто заявляет, что необходима смена правящего рода. Не помогают даже показательные казни, на которые он все же решился. Вдруг его внимание привлек шум, доносящийся с улицы. Подойдя к открытому окну, он замер в изумлении — Гильтониэль, самая старая эльфийка, провидица, находящая в последние сто лет в непонятном состоянии, появилась на площади. Вот она застыла и ясным, совсем не старческим голосом, произнесла:
— Когда чужеродная тьма начнет свое наступление, для эльфов наступит судьбоносный час. Та, что поклялась о мщении, примет свою судьбу. И только от нее зависит возрождение поклонения Трем Сестрам или полное забвение для эльфов. И никто не знает, на какую чашу весов упадет последняя капля.
И упала на землю, а спустя пару мгновений до его слуха донеслись слова: «умерла»… «умерла»… «исполнила последнее пророчество и умерла». И множество взглядов устремились в его сторону, от которых ему впервые в жизни захотелось укрыться. Отойдя вглубь комнаты, он достал пергамент, который кочевал из кармана в карман его одежды. Он долго, не менее получаса смотрел на рисунок, затем перевернул и согнул, соединяя разрозненные части. Печать засветилась, а под ней проступили слова.