— Можете не опасаться. Как я уже говорил, не в моих правилах нападать исподтишка.

Агент скривился и распахнул скрипнувшее окно. В комнату ворвался прохладный воздух, прозрачные шторы заколыхались.

— Ты ничего не изменишь, — сказал он напоследок. — Всё случится так, как угодно Чёрному орлу.

— Не только вам это угодно, если уж на то пошло, — ответил я. — К тому же вы всего лишь исполнитель, можете не корчить из себя хозяина игры. Я прекрасно знаю, что в ней участвуют многие, и вы — такая же пешка, какой считаете нас.

— Разумно мыслите, — неожиданно согласился Евгений. — Подумайте вот над чем. Что случается с пешками, которые слишком много знают?

Не дожидаясь ответа, он выпрыгнул в окно, исчезая в ночи.

«Их срубают», — ответил я про себя. — «Только со мной не получится».

Судя по движению живы, агент напоследок применил какое-то заклятие. Я потратил время на то, чтобы его распознать — ничего опасного, Шилов просто облегчил себе падение. Всё-таки третий этаж.

— Я за целителем, — сказал я, и не взглянув на Петра, направился к выходу.

— Эспер! — слабо воскликнул он мне вслед. — Спасибо! Ты спас мне жизнь.

Я кивнул и вышел в коридор.

Да, спас. И значительно усложнил жизнь себе.

Только поступить иначе я тоже не мог. Придётся, как и сказал Евгений, разбираться с последствиями.

И пока что у меня нет ни единого варианта, как это сделать.

Но ничего, придумаю.

Через портье я вызвал целителя, а затем опять поднялся в триста третий номер. Пётр так и лежал на полу, прикрыв глаза и часто дыша.

— Эспер? — он будто удивился при виде меня. — Ты уже вернулся?

— Да. Я вызвал целителя.

— Целителя? Ах да… У меня мысли путаются.

— Ты потерял много крови. Не шевелись, а лучше даже не говори.

Бехтеев еле заметно кивнул и облизал пересохшие губы. Приподнял уже насквозь пропитанную кровью скатерть и сказал:

— Хреновая рана. Кажется, он задел желудок. У меня во рту вкус крови.

— Целитель справится.

— Может не успеть, — пессимистично заметил Пётр. Поднял на меня мутный взгляд и сказал: — Эспер, они убили отца.

Я взял со стола бутылку с водой. Открыл её, сел рядом с Петром и протянул.

— Шилов сам тебе сказал?

— Да, — Бехтеев сделал маленький глоток. — Он сказал, что мой отец в эту минуту умирает от сердечного приступа.

— От сердечного приступа? — переспросил я.

Пётр кивнул и снова глотнул воды.

Я невольно вспомнил о том, как умер мой отец. По той же причине. Внезапно.

Неужели это может быть связано?

Неужто Чёрный орёл приложил руку к смерти Александра Тарковского?

Если это действительно так, то они ответят. Мне плевать, что Орёл действительно сильнейшая тайная служба мира. Я найду способ отомстить.