— Желаю, — решительно поднялся я.
В конце концов, с вишней я смогу справиться. Это не какие-то воздушные растения или саркастичные цветки. Да даже бегающие подсолнухи. К тому же вишнёвое варенье, как по мне — одно из лучших. Не считая земляничного. Ну и смородинового. И пожалуй, из крыжовника…
— Только сначала нужно соответствующе одеться, — серьёзно объявил адмирал. — Чтобы не покусали. В это время года они спокойные, но кто знает…
Так, и чего я не знаю про плодовые деревья?
Глава 8
Экипировка в этом вишнёвом походе была весьма серьёзная. Плотная накидка, скрывающая тело до самых ботинок, к которым плотно крепилась, и капюшон с несколькими слоями сетки.
Граф Волков, когда я облачился, придирчиво оглядел меня, велев покрутиться. Удовлетворённо кивнул и мы отправились.
— Вы, главное, лишний раз не дергайтесь, — наставлял он, пока мы шли по тропинке вдоль берега.
Сад адмирал разбил за прикрытием скал, чуть вдали от огорода. Возле грядок тоже росли деревья, но, как я понял, менее агрессивные. Я уже сгорал от любопытства, когда мы наконец вышли к месту.
Нет, я помнил, как Павлова управляла корнями, превращая их в довольно грозное оружие. Но чтобы сами деревья были опасны?
То, что это не так, я уже понял по тому, как посмеивался Григорий Иванович, бросая на меня взгляды по пути. Но одеваться пришлось не зря.
Едва мы приблизились к первому же дереву, оно загудело. Из-под блестящих листьев вылетел рой пчёл и направился к нам. Причём насекомые выглядели необычно — привычный желтый окрас имел алый отлив, под стать сочным ягодам, которых тут было очень много.
— Ну, будет вам, — ворчливо сказал Волков, когда часть пчёл буквально облепила его.
Вторая часть воинственно подлетела ко мне, жужжание усилилось и в один миг я перестал видеть, вся сетка, закрывающая лицо, была оккупирована этими мелкими стражами.
— Не беспокойтесь, граф, — услышал я голос адмирала. — Они скоро улетят, знакомятся просто.
Я и не беспокоился. Во-первых, накидка надежно защищала. Во-вторых, я призвал силу и поздоровался, передав намерение не вредить насекомым. Гудение приобрело благожелательный тон.
Контакт с пчёлами удалось наладить сразу же. Кроме того, мне показалось, что они обрадовались, встретив анималиста. Но понимать их было непросто, совсем иной способ мышления, очень далёкий от животных и уж тем более людей. Мой источник и сам загудел, стараясь разобрать новые сигналы.
Казалось, что пчёлы что-то настойчиво хотели мне передать.
— Вот вы теперь и узнали главную тайну круглогодичной урожайности, — смешливо сказал Волков.