Но чувствовалась в местных европейского вида жителях, что, не замечая меня, спешили на край поселения, некая возбужденность, выбивающаяся из стройного ряда непритязательной обыденности. И, понимая, что суть этого кусочка памяти сосредоточена именно там, куда те стремятся, отправляюсь следом за ними.

И только увидев центр их внимания, осознаю, что нахожусь в самом натуральном средневековье. Простая неброская одежда, отсутствие всяких признаков цивилизации, по типу линий электропередач или признаков пластика, но главное — обложенный сухим хворостом столб, что и стал местом притяжения всех жителей.

А тех, на удивление, собралось человек сорок. И среди них отчетливо выделялся один. То, что он тут пришлый, казалось ясно как день.

Не знаю, как именно одевались инквизиторы в период охоты на ведьм, но глядя на этого облаченного в смесь рясы и походного костюма человека с очень резкими чертами лица, на ум приходило именно данное слово.

Того, кого и должны были сжечь, я также очень быстро нашел взглядом — тощая девчушка с неровной короткой стрижкой, которой, в лучшем случае, можно дать лет десять. Фактически, ребенок.

— Луис Эстебан. — Сказала совершенно ровным голосом вставшая рядом Луиза. — Я потратила несколько лет, прежде чем нашла и прикончила этого ублюдка в этом мире. Думаю, спасла этим не один десяток жизней.

— Нашла в этом мире?

— Не его самого. — Отмахивается она. — Двойника, что жил здесь.

— А эта девочка? — Уточняю в ответ.

— Ты уже это и сам понял. — Не отрывая взора от того, как обозначенного ребенка привязывают к столбу, которому суждено стать центром кострища, сообщила собеседница. — Она — это то, кем я была в своем родном мире.

— Тебя пытались сжечь?

— Почему же пытались? — Все столь же спокойно говорит девушка. — Сожгли. Не думаю, что кто-то бы стал заступаться за ведьму. — Ее губ на мгновение касается кривая усмешка. — Однако вмешалось божие провидение в лице одного из Эфиров, и мое сознание перенесло в эту версию Земли.

— Так сколько же тебе тогда лет?

— Больше, чем ты подумал, когда увидел меня. Много больше.

Воспоминание останавливается, и нам так и не удается увидеть финала этой обыденной драмы, но сомневаться в нем, как и сказала архонт, не приходится.

— Ты нашел, что искал? — Спрашивает Луиза.

— Верно.

Мы вновь стоим на безжизненном бетонном плато, несущим на себе все следы прошедшего столкновения.

— Зачем ты вообще полезла в мои воспоминания? — Спрашиваю немного расслабившуюся девушку, отпуская и собственное напряжение.

— Искала признаки Возвышения Теней. — Пожимает плечами она. — И текущую информацию. Мне нужно было сопоставить свое видение ситуации в Японии с твоими похождениями.