Из Эмилии сделали одноразовое оружие с очень коротким сроком жизни. С ней теперь работать не один день, чтобы исправить последствия, но я справлюсь. Должен справиться.

Но этот орден… они совершенно не ставят чужие жизни ни во что. Не то чтобы я весь из себя такой правильный и не знаю, что стоит за фразой «сопутствующий ущерб», но собственным однажды принятым принципам не изменяю. Здесь же абсолютная неразборчивость в методах достижения целей. И подобный подход заставлял испытывать неприязнь.

Да, я все еще не мог воспринимать все, что на меня свалилось, как свою собственную жизнь. Что-то внутри говорило об иллюзорности всего происходящего. Словно ты находишься во сне, который осознаешь.

Только смерть не будет означать пробуждения. А опасность, она постоянно рядом. Настолько осязаемая, что иной раз оборачивается реальными ранениями, и не скажу, что отношусь к ней не серьезно, однако отделаться от общего ощущения чуждости всей цепочки событий и собственной инородности в ней это не помогает.

Возможно, что это неизбежный этап при встраивании в новый мир. Та же Луиза начала вживаться в него через ненависть к несостоявшемуся убийце. Да даже не к нему самому, а лишь его двойнику. Но суть не в этих деталях.

Я начинаю ощущать в себе зарождающуюся ненависть к любителям теней. Я не знал, за какую идею они бьются, не знал корней их войны с Луизой, но теперь знал другое — эти люди готовы идти по трупам. И для них не имеет значения, чьи это будут трупы.

Ведь среди тех пяти жителей подорванного дома, что спас своими действиями, двое оказались едва старше моей сестры.

Размышления прерывается словно разорвавшейся в голове вспышкой. Изуми! Она же уже как минимум сутки одна!

«Спокойнее». — Гашу волну накативших эмоций. — «Ничего с ней за двадцать четыре часа не случилось, если не стала нарушать правила».

Что вряд ли — она очень послушный ребенок. Тогда следующий вопрос — стоит ли приводить сестру сюда? И чтобы на него ответить, неплохо бы выяснить собственный статус и степень своей свободы.

— Вы гость рода, Киоу-сан. — Получаю соответствующий ответ, который ни о чем еще не говорит.

— И с каких пор гостей рода держат привязанными? — Иронично уточняю интересующую деталь.

— Это сделано для вашей же безопасности. — Мягко говорит собеседница.

— Уверен, что под надзором такой красавицы, моей жизни ничто не может угрожать. Так есть ли смысл в путах?

— Увы. — Девушка чуть улыбнулась краешком губ, принимая комплимент. — Мне прямо запрещено прикасаться к ним.

— Тогда я должен извиниться перед вами, Сумико-сан. — Произношу с некоторым сожалением. Мне и правда не очень хотелось делать это с девушкой, но и проваляться тут до бесконечности настроения нет.