— Уже переоделся? — Кивнул он. — Хорошо. Сейчас решим вопрос с твоим статусом, и можешь восстанавливать силы.

— Изуми. — Отвечаю одним словом.

— Понимаю твое волнение, но в этот момент ты ничего не изменишь. — Мужчина взглядом просит слугу удалиться, а сам продолжает: — То, через что ты прошел, отнимает много сил. Голод, усталость и прочее — это будет давить, чем дальше, тем все настойчивее.

— Откуда тебе это знать? — Уверенность в его голосе не могла не заинтересовать.

— Ты не первый архонт, которого я встречаю. Финал Инициации всегда такой.

— И где все остальные?

Но в ответ получаю лишь философское пожатие плечами, а собеседник возвращается к изначальной теме:

— Кроме того, с момента похищения прошло уже три дня. Она может находиться, где угодно.

«А вот это скверно». — Мысленно подтверждаю последний довод.

Скверно не в плане заметания следов, а в смысле самого факта. Три дня с Монго!

— Тем больше мое желание заняться поиском сестры.

Взгляд мужчины сталкивается с моим.

— Это не похоже на эмоциональный порыв. — Словно бы сам с собой рассуждает помощник Луизы, не отрывая, тем не менее, своего внимательного взора от моего лица. — У тебя есть реальная возможность узнать, где сейчас девчонка?

— Да. — Делаю легкий кивок. — Кое-что есть.

Двери машины закрылись с легким хлопком, который, одновременно, ударил по ушам раскатом грома — все никак не мог приспособиться к новому восприятию. Одно дело, когда оно является результатом работы с разумом и техниками интуита, и другое, когда проявляется вне зависимости от них.

Это одновременно и раздражало, и сильно давило на мозги.

Проводив отъехавший чуть в сторону автомобиль глазами, перевел их на известную мне гостиницу. Разумеется, Изуми здесь уже не было. Однако следы присутствия остаться обязаны. Чего вполне достаточно, чтобы начать поиски.

Пока ехали до гостиницы, больше молчали. Себастьян оказался прав. Меня мутило. Не скажу, что с этим нельзя было бороться, но часть внимания постоянно уходила на поддержку самого себя в ясном сознании.

Оставшаяся же часть внимания обратилась на моего попутчика. Находясь от него на расстоянии вытянутой руки и имея возможность спокойно рассмотреть, понимал, что что-то с ним серьезно не так. Об этом ранее говорила Точка, а теперь и собственные ощущения. Да и Эмилия, в свое время, добавила поводов думать в этом ключе. Вот только никак не удается понять причину.

Могла ли его странность проистекать из связи с архонтом? Ведь последнюю Точка и вовсе определяла как разрыв в пространстве. Так что, если на линию Себастьяна еще есть шанс как-то повлиять, то с его госпожой нет даже теоретической возможности. Для этой техники она — словно черная дыра, что без всякого труда поглотит любые направленные на нее усилия.