— Но ты сказал, что я тебя подвел, — он обхватил колени руками. — И я знал, что кольцо — это как бы испытание для меня, и поэтому, когда ты его забрал, я просто…

— Грэг, Грэг, Грэг… — вздохнул я и плюхнулся на ящик рядом с ним. — Ну почему мы все время ходим по кругу, а?

— Я… не понимаю, о чем ты, — он закусил губу, явно нервничая.

— Почему ты так боишься, что я вдруг передумаю и не захочу, чтобы ты был моим сыном? — спросил я, наконец добравшись, как мне показалось, до корня проблемы. Этот страх сквозил во всех его поступках. — Я ведь уже знаю твой главный «страшный секрет» про твои эти хождения во сне, так что дело точно не в этом.

— Не знаю, — пробормотал он, пожав плечами. Вид у него был потерянный.

— Может, мне тебя за борт выкинуть только за такие мысли? — попытался я пошутить, легонько ткнув его кулаком в плечо. — Слушай, я понимаю. Мне самому всю жизнь приходилось дергаться, что меня в любой момент могут спихнуть в очередную приемную семью. Долгое время я думал, что это я что-то делаю не так. Поэтому из кожи вон лез, лишь бы доказать тем, у кого жил, что я полезный и меня стоит оставить. А потом дошло: мое распределение вообще от меня не зависело. Потому что правда в том, что если бы кто-то захотел меня оставить — оставил бы. И точка.

— Ты часто был один, да? — Грэг посмотрел на меня своими медово-карими глазами так, будто только сейчас что-то по-настоящему понял.

— Да, бывало, — кивнул я. — И я пытаюсь до тебя донести, что тебе никогда не придется беспокоиться о том, что тебя «выкинут». Потому что я как никто другой знаю, каково это… Уф! — У меня перехватило дыхание, когда он вдруг резко обнял меня. Крепко, по-детски.

— Мне очень жаль, — снова сказал он, уткнувшись мне в плечо. — Правда, очень. Это был импульсивный поступок, как ты сказал, и у меня даже плана никакого не было, кроме как пробраться на борт.

— Все в порядке, давай больше не будем об этом, ладно? — Я улыбнулся и обнял этого нескладного пацана в ответ. — Но если я говорю тебе что-то сделать, ты это делаешь. Договорились?

— Да, ладно, — фыркнул он и отстранился, уже с широкой улыбкой. — И я сдержу обещание, которое дал тебе и капитану — насчет того, чтобы заработать свое содержание. У меня не было плана, но я знал, что если пойду с вами, то только потому, что могу быть полезен. Я знаю, что могу.

— По правде говоря, с тобой очень даже удобно иметь дело, — усмехнулся я, и мы оба снова взялись за парус. — Ты вон уже сколько дыр заштопал, а я едва свою первую ковыряю.

— Ты еще и затягиваешь слишком туго, смотри, — предупредил он и показал пальцем на мои первые три стежка, которые уже сморщились и сбились в кучу. — Когда я жил… ну, в деревне, бабушка научила меня основам, чтобы я мог сам себе одежду чинить и латать.