Не теряя времени, я лёг и закрыл глаза. Громкий разговор был слышен отчётливо и сквозь сонливость.

— Он пленный. Завтра его уже здесь не будет. И прекрати строить из себя Мать Терезу, — огрызался Джордж.

— У себя в конторе будешь командовать. Дайте ему поспать!

— Спасибо, лейтенант. Вы свободны, — непринуждённо ответил Джордж.

Только дверь закрылась, как снова включился свет. В динамиках снова началось шипение и свист. С каждым часом становилось всё жарче.

Пульсируют виски. Невыносимо болит живот. Я не ел уже несколько дней. Ощущение, что будто желудок прилип к позвоночнику.

Пытаюсь как-то спрятать голову под курткой, но мне этого сделать не дают. Заходит охранник и отбирает её, оставляя меня в штанах. О сне приходится лишь мечтать.

Рассудок затуманен. Такое ощущение, что всё вокруг плывёт, а в голове отдаются звуковые удары. Первая мысль, что теперь я так остро ощущаю пульс.

Дверь в камеру открывается. Я поднял голову и увидел на пороге моего «старого знакомого». Господин Дейн собственной персоной с двумя какими-то парнями. Каждый из них с дубинкой и одет по гражданке.

Узнал их. Виделись с ними в комнате предполётного брифинга. Он привёл с собой молодёжь. Видимо решили «попрощаться» перед отправкой на сушу.

Сам Брейкер ступает медленно, но каждый шаг бьёт по мозгам. Как и удары чем-то тяжёлым по двери. Не думаю, что он зашёл спросить, как у меня дела.

— На меня смотри, урод, — схватил он меня за подбородок, когда я поднялся и сел на шконку.

— Сэр, он слишком слаб. Нас за это не погладят по голове, — сказал один из парней, что стояли на входе.

— Ты слушай меня, если хочешь продвинуться по службе!

— Да, сэр!

— Контора может делать что хочет с ним. Если я не могу ему отомстить в воздухе, то сделаю так, что он туда больше не поднимется. И пока его не увезли, я это сделаю, — резко ответил Дейн и выхватил у одного из подручных дубинку.

Всё понятно! Готовятся покалечить меня.

— Поднимайте его, — произнёс Дейн, закатывая рукава.

Сейчас бы и пришибить одного, а затем и второго. Вот один тянет руку, а второй ещё не подошёл, но силёнок у меня маловато.

Меня подхватили подмышки и стащили на пол. Ослабленные колени от соприкосновения с холодным полом пронзила боль, но мне помогли подняться на ноги.

Дейн размял руки и повернулся ко мне.

— Вот в таком положении, ты мне нравишься больше. Я никому не прощал унижения. Теперь готовься испытать своё, — сказал Брейкер.

Брейкер взял дубинку и начал размахивать передо мной. Потом залез в свой карман и достал оттуда… часы. Мои часы «Штурманские»! Этот потёртый кожаный ремешок я всегда узнаю. Единственное, что осталось у моего реципиента от отца. Думал, что они утонули.