Прямо сейчас на стартовую позицию вырулил вертолёт Си Хоук. Эти машины только недавно должны были появиться у флота США. Видимо, на земле будут встречать меня репортёры. Поэтому и новенький вертолёт подогнали, и меня в порядок привели.
— Идём, — крикнул Мэлвин, чьи седые волосы растрепались на ветру.
Он взял меня под руку и повёл к вертолёту. Морпехи не пошли следом.
— Есть ещё шанс передумать, Сергей Родин, — продолжал меня обрабатывать Мэлвин.
Мне кажется, я уже сам быстрее хочу попасть в тюрьму, чтобы не слышать больше предложений от этого ЦРУшника.
— Вам не помогли убеждения и пытки. Даже купить меня не получилось. Думаете, можете испугать американским правосудием? — усмехнулся я.
Мэлвин улыбнулся, продолжая медленно вести меня к вертолёту. Остановились в нескольких метрах, и оператор вертолёта открыл сдвижную дверь.
Сидящий на скамье человек спрыгнул на поверхность взлётной палубы и подошёл к нам. Вот уж сюрприз, так сюрприз.
— Как и договаривались, — сказал Мэлвин и вручил ключи от наручников Андрею Викторовичу Бурченко.
Глава 14
Приятная, но всё же, неожиданность. Морально я уже готовился оказаться в тюрьме или перед объективами камер репортёров. Так и представлял, что щёлкают вспышки, а какой-нибудь надоедливый журналист тычет в меня микрофоном с кучей вопросов. А потом на них же и отвечает.
Но тут передо мной Андрей Викторович. Вид уставший, волосы засалены, а на лице заметная щетина. Он медленно потянулся к моим рукам и вставил ключ в замок наручников.
— Неважно выглядите, Сергей. Как самочувствие? — спросил Бурченко, повернув ключ.
— Сносно. Бессонница замучила, — ответил я.
Бурченко снял с меня наручники и убрал в карман. Мы заняли места в вертолёте. Оператор закрыл сдвижную дверь, и мы приготовились взлетать.
Вертолёт начал медленно подниматься над палубой. Внутри начало всё вибрировать. Пара секунд и Си Хоук начал разгоняться, отвернув влево.
Бурченко со мной не разговаривал. Зато оператор вертолёта смотрел на меня очень внимательно. Только я встретился с ним взглядом, он отвёл глаза в сторону. При этом его рука соскользнула с рукоятки, за которую он держался.
— Боится нас? — спросил я, указав на парня.
— Возможно. По условию обмена экипажи вертолётов, которые перевозят пленных, летят без оружия.
— Значит, я всё же был в плену. И на кого же меня обменяли?
Бурченко вздохнул и, не сразу, но начал отвечать.
— Процесс был сложный. Вопрос пришлось выносить даже на встречу нового генерального секретаря и американского вице-президента.
Не думаю, что нужно выставлять напоказ, что мне известно о смерти Черненко. Бурченко сам рассказал мне об этом печальном событии.