Топливо уходит, оставляя мне не очень много времени на стыковку. Надо будет попадать с первого раза. И очень быстро!
— 712й, на точку, — доложил Вася, удержавшийся меньше минуты за Видичем.
Следом за ним на аэродром ушли и остальные. В том числе и сербские МиГи.
— 112ц, я на 7000.
Видич забрался ко мне и вновь начал выпускать шланг. Солнце уже практически встало. Кабину осветило яркое солнце. Подхожу к конусу. Остаток уменьшается. Отметка на топливомере 300 пройдена и продолжает снижаться.
— Тихо, тихо, — проговариваю я про себя, подводя самолёт.
Ошибиться нельзя. Прицелился в нижний срез и точно вложил конец штанги в конус.
— Контакт! — громко сказал Видич.
Начинаю наблюдать, как запас топлива повышается. Самолёт удерживать уже тяжело. Усталость за столь долгий маршрут совершенно дикая.
— 711й, по докладу всё в цель, — спокойно сказал Видич.
— Понял, 112й.
Удерживаю самолёт, но на душе уже достаточно спокойно. Задача выполнена. Все вернулись на аэродром, а над Сербией встаёт яркое зимнее солнце. Приятная атмосфера, которую ничего не может нарушить. Разве что…
— Слева! Слева! — громко закричал я, увидев, как со стороны солнца извивается дымовой след.
В нашу сторону двигалась ракета. Разрываю дистанцию, убирая на ходу штангу дозаправки.
— Сброс! Сбрасывай! — крикнул я, чтобы Видич избавлялся от агрегата заправки.
Пускаю ловушки. Весь комплекс обороны заверещал, а пространство вокруг наполнилось яркими вспышками.
Доклад Видича меня не радует.
— Правый горит! Потушил. Снова облучают.
На локаторе появились три метки, а система предупреждения об облучении вновь принялась работать.
— Маневрируй! Теперь справа пуск, — сказал я, заметив на дисплее сигнал о пуске ракеты.
Задираю нос, переворот и начинаю пикировать. Уже у самой земли. Надо выводить!
Хлопок где-то сзади. Самолёт тряхнуло, но никаких отказов нет. Ручку на себя, и вновь набираю высоту. Перегрузка вдавила в кресло, что не вздохнуть.
Пытаюсь найти и захватить в прицел неприятеля, но там тоже парни не промах, вертятся на средней дистанции.
— 112й, уходи! Уходи!
— Не могу. Самолёт… не управляется.
Поднимаю голову и вижу над собой пролетающий МиГ-29. Истребитель то пикирует, то задирает нос. Командиру нужно что-то делать. Иначе двое НАТОвцев нас накроют. Я не смогу его прикрывать долго.
И тут очередной пуск. Две ракеты летят в сторону Видича.
— Командир, прыгай! Прыгай говорю!
Глава 16
Время начало растягиваться. Каждый удар сердца превращался в длительную вибрацию в районе висков. А влияние перегрузки перестало ощущаться.
Две «точки» с сизым спутным следом приближались к самолёту Видича, но он никак не реагировал на них. Ни манёвра, ни выпуска тепловых ловушек. Выбора у командира полка нет. Нужно прыгать, но он этого не делает.