— Так точно…

— Проточно! Почему у этого инопланетянина вместо головы я наблюдаю костное образование? — спросил комэска, указывая на одного из наших товарищей.

Васька Басолбасов был у нас одним из самых незаметных парней. Невысокий, худощавый, на своей волне — вполне себе подходящая характеристика для него. В поступках, порочащих честь курсанта, не был замечен. Ну а совсем недавно, а именно вчера, успешно потерял свою шапку во время очередных прыжков с парашютом. Искать его не отпустили, а запасную он постеснялся пойти получать. Вот и стоял он в… пилотке.

— Товарищ подполковник, так у него на месте голова, — непонимающе, ответил Макс.

— Дорогой мой Курков! Это вот у тебя голова, — слегка похлопал его по шапке сверху Ребров. — У меня голова, — поправил он свою фуражку. — А у вашего Балбесова…

— Басолбасова, командир, — поправил Реброва Валентинович.

— Ну а я как сказал⁈ Короче, вот у этого Балсодаса вместо головы сейчас костное образование с пилоткой. А должна быть у него голова с шапкой.

— Исправим, товарищ подполковник, — сказал Вася.

— Завтра и проверим.

Пока Басолбасов решал вопрос с получением шапки, мы отправились в свой класс вместе с Иваном Фёдоровичем.

С его слов было понятно, что на этой практике нам предстоит уже летать более сложные виды лётной подготовки.

— И наведения будем делать, и полигон бомбить, как на «элочке» в своё время, — рассказывал Швабрин, когда мы расселись за свои места за партами.

— Иван Фёдорович, есть какие-нибудь новости… ну оттуда? — спросил Артём.

Его скромное «ну оттуда» в данном случае означало из Афганистана.

— Пока в общих чертах, но работы на ваш век ещё хватит. Сначала, хотел бы с вами обсудить следующее… — начал говорить Швабрин, но в кабинет вошёл Ребров.

Такого не случалось давно. Точнее никогда. Даже не могу себе представить, что должно было произойти, чтобы Гелий Вольфрамович пришёл к нам.

— Сидеть всем, а Родин со мной. Рыжов? — указал он на Артёма.

— Я, Гелий Вольф…

— Уй, залепись! Сколько раз говорить, что я товарищ подполковник! — выругался Ребров.

— Так точно, товарищ подполковник, Гелий Вольфрамович, — отрапортовал Рыжов.

— Ох… хорек ты рыжий, а не Рыжов. К дежурному по полку быстро, с больницы супруга звонит. Целого подполковника напрягла, чтоб тебя позвал, — сказал Ребров, выходя из кабинета вслед за мной.

Шли мы с ним молча, даже когда нас обогнал Артём. Сейчас ему, конечно, очень непросто. Света на крайних неделях беременности, так что нервы у него напряжены. Вот так может по несколько раз на день звонить. В казарме уже все привыкли, что она постоянно его к трубке вызывает.