— Так, гвардейцы, завтра у вас нечто особенное. Знаете, куда полетите? — вошёл с таким вопросом в кабинет Швабрин, раскрывая свой большой портфель.

— На другой аэродром? — загорелись глаза у Кости.

— Не то пальто, — ответил Швабрин.

— Может, по полигону работать будем? — спросил Макс.

— Мимо, Курков. Тёмыч, есть у тебя варианты? — спросил Фёдорович у нашего будущего молодого отца.

— Куда угодно, Иван Фёдорович. Готов хоть на Марс. Лишь бы мне по ночам не звонили.

— Ближе всех оказался из вас, товарищ Рыжов. Завтра полёты будут в стратосферу. Самостоятельно. Контрольный полёт я с каждым туда уже слетал, теперь сами.

— Блин, опять в гермошлем лезть, Иван Фёдорович, — заныл Артём.

— А чего тебе не нравится? — спросил я. — Землю увидишь с высоты практического потолка МиГ-21. Набираем до 15 000 метров? — обратился я к Швабрину.

— Всё согласно заданию. Разгон до 2.05 Маха и потом на снижение. Всё просто. Сейчас ещё обсудим особенности.

На спортгородок сегодня было не выйти, ввиду обильного дождя, накрывшего весь Белогорск с самого утра. Объяснять Ивану Фёдоровичу пришлось прямо в классе.

После разбора и изучения задания, схему которого Швабрин нарисовал на доске, у нас было намечено занятие в классе эскадрильи с нашим начальником медицинской службы.

Любитель выцепить курсантов за нарушением предполётного режима рассказывал важные вещи про правильность подгонки обмундирования и влиянии перегрузок на организм. Задние ряды держались изо всех сил, чтобы не уснуть при таком монотонном чтении по бумажке. Да что там говорить, сам начмед чуть было не клюнул носом от тяги ко сну. Положение спас неожиданный гость.

— Разрешите, доктор? — на пороге класса показался сам подполковник запаса Ульянов, который должен был провести свою часть этих занятий.

— Пожалуйста, Пал Палыч. Мы уже закончили. Так, отчётный материал будем писать на следующей неделе в этом классе. Конспект лекции у каждого проверю, — сказал начмед, выходя из кабинета.

— Занудный, этот ваш начмед. Не уснули там, на галёрке? — громко спросил Пал Палыч, завидев заспанные лица на задних рядах. — Чтоб никому обидно не было, общая команда «Встать!».

С Ульяновым шутить не особо хотелось. Да и ноги размять не мешало бы.

— Пару минут постойте. Если кто-то спать хочет, есть место для отжиманий. Рыжов?

— Я, Пал Палыч! — ответил Артём.

— Вот он! Мой любимый курсант. Ты знаешь, что от тебя у парашютного спорта одни неприятности. С Казановым на пару сговорились?

— Чем мы… навредили? — непонимающе ответил Тёмыч.

— Ну как же — статистику по прыжкам ты мне портишь. Да ещё и вывел из строя одну из моих парашютисток-разрядниц.